Решение от 21 декабря 2025 г. АС Удмуртской Республики

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ

426008, <...>

http://www.udmurtiya.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А71- 13258/2025
22 декабря 2025 года
г. Ижевск



Резолютивная часть решения объявлена 08 декабря 2025 года

Полный текст решения изготовлен 22 декабря 2025 года


Арбитражный суд Удмуртской Республики в составе судьи Мельяченко Ю.Н., при ведении протокола судебного секретарем судебного заседания Перевозчиковой Т.В., рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

Прокуратуры Удмуртской Республики (ОГРН <***>, ИНН <***>)

в интересах Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации (ОГРН <***>, ИНН <***>)

к федеральному казенному учреждению здравоохранения«Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Удмуртской Республике» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

обществу с ограниченной ответственностью «Мегапресс» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о признании недействительным (ничтожным) государственным контракт от 16.05.2023 № 41-23 на поставку лекарственного препарата для лечения коронавирусной инфекции в амбулаторных условиях, заключенный между Федеральным казенным учреждением здравоохранения «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Удмуртской Республике» и обществом с ограниченной ответственностью «Мегапресс»;

о применении последствий недействительности (ничтожности) сделки в виде обязания общества с ограниченной ответственностью «Мегапресс» возвратить Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Удмуртской Республике» денежные средства в размере 778 200 руб. 00 коп.,

при участии в судебном заседании:

от истца: до перерыва – ФИО1, предъявлено служебное удостоверение, после перерыва – ФИО2 предъявлено служебное удостоверение, ФИО3, предъявлено служебное удостоверение

от Министерства внутренних дел по Удмуртской Республике: до перерыва – ФИО4 представитель по доверенности от 22.08.2025, предъявлено служебное удостоверение, после перерыва – ФИО5 представитель по доверенности от 15.01.2025 № 1/8, предъявлено служебное удостоверение

от ответчиков:

от ФКУЗ «МСЧ МВД России по Удмуртской Республике»: до перерыва – ФИО6 представитель по доверенности от 23.06.2025 № 18/12, предъявлен паспорт и диплом о наличии высшего юридического образования; после перерыва – ФИО7 представитель по доверенности от 17.10.2025, предъявлен паспорт и диплом о наличии высшего юридического образования

от ООО «Мегапресс»: до перерыва – ФИО8 представитель по доверенности от 05.09.2025, предъявлен паспорт и диплом о наличии высшего юридического образования, после перерыва в судебное заседание представителя не направили,

У С Т А Н О В И Л:

заместитель прокурора Удмуртской Республики (далее – заместитель прокурора, истец) действующий в интересах Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, в порядке, предусмотренном статьей 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обратился в Арбитражный суд Удмуртской Республики с исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению здравоохранения «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Удмуртской Республике», (далее – ответчик 1, ФКУЗ «МСЧ МВД России по Удмуртской Республике», учреждение) и обществу с ограниченной ответственностью «Мегапресс» (далее – ответчик 2, ООО «Мегапресс») о признании недействительным (ничтожным) государственным контракт от 16.05.2023 № 41-23 на поставку лекарственного препарата для лечения коронавирусной инфекции в амбулаторных условиях, заключенный между Федеральным казенным учреждением здравоохранения «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Удмуртской Республике» и обществом с ограниченной ответственностью «Мегапресс»; о применении последствия недействительности (ничтожности) сделки, обязав ООО «Мегапресс» возвратить ФКУЗ «МСЧ МВД России по Удмуртской Республике» денежные средства в размере 778 200 руб.

Определением от 02.09.2025 исковое заявление принято к производству суда, назначено предварительное судебное заседание.

Учреждение возражало против удовлетворения исковых требований, указывая при этом, что государственный контракт от 16.05.2023 № 41-23 заключен с ООО «Мегапресс» правомерно на основании пункта 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ в целях лечения новой коронавирусной инфекции (COVID-19). Распространение COVID-19 являлось основанием для закупки у единственного поставщика, что соответствовало действовавшему правовому регулированию и задачам оказания неотложной медицинской помощи. Также указал, что фактическое осуществление закупки иммуномодуляторов и противовирусных препаратов и заключение государственного контракта практически совпали с отменой режима повышенной готовности. Кроме того, контракт исполнен сторонами в полном объёме: лекарственные препараты поставлены, приняты и оплачены, что подтверждается представленными в материалы дела документами.

ООО «Мегапресс», возражая против удовлетворения иска в части применения последствий недействительности (ничтожности) государственного контракта и взыскания денежных средств, указало, что государственный контракт от 16.05.2023 № 41-23 заключён и исполнен в полном объёме: лекарственные препараты поставлены, приняты заказчиком без замечаний и оплачены в сумме 778 200 руб. Кроме того, указывает, что контракт заключён по инициативе заказчика, при этом поставщик действовал добросовестно, разумно и осмотрительно, полагаясь на условия контракта и нормы закона. Ссылаясь на положения статей 167, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснения Верховного Суда РФ, полагает, что в рассматриваемом случае отсутствуют основания для применения как двусторонней, так и односторонней реституции, в том числе с учётом пункта 4 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Третье лицо также не согласно с исковыми требованиями, указывает, что допущенные при выборе способа закупки нарушения законодательства о контрактной системе сами по себе не свидетельствуют о наличии оснований для признания сделки ничтожной. По мнению третьего лица, такие нарушения подлежат правовой оценке в рамках административного производства и не влекут автоматического применения гражданско-правовых последствий в виде недействительности сделки. Полагает, что нарушение порядка определения поставщика не посягает на публичные интересы. Также указывает, что в отношении заказчика уполномоченным органом – территориальным управлением ФАС России – применено иное последствие выявленного нарушения в виде привлечения должностного лица к административной ответственности по части 2 статьи 7.29 КоАП РФ в форме предупреждения, что, по мнению третьего лица, исключает необходимость применения последствий недействительности сделки.

В судебном заседании 19.12.2025 в порядке, предусмотренном статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлялись перерывы до 08.12.2025.

Представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме.

Представители ответчиков возражали против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в отзывах, представили дополнительные документы.

Представитель ФКУЗ «МСЧ МВД России по Удмуртской Республике» представил дополнительные документы для приобщения к материалам дела.

Представитель МВД по Удмуртской Республике возражал против удовлетворения исковых требований по доводам, изложенным в письменных пояснениях, ходатайствовал о привлечении к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО6

В удовлетворении ходатайства о привлечении третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, судом отказано на основании следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 51 АПК РФ третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Из анализа указанных положений закона следует, что третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора - это предполагаемый участник материально-правового отношения, связанного по объекту и составу с тем материально-правовым отношением, которое является предметом разбирательства в суде. Основанием для вступления в дело третьего лица является возможность предъявления иска к третьему лицу или возникновения права на иск у третьего лица, обусловленный взаимосвязанностью основного спорного правоотношения между стороной и третьим лицом.

Целью участия третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, является предотвращение неблагоприятных для него последствий.

Исходя из смысла приведенной правовой нормы привлечение третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, является правом, а не обязанностью суда.

Для привлечения лиц к участию в деле необходимо, чтобы судебный акт не просто затрагивал права и обязанности этих лиц, а был принят непосредственно об их правах и обязанностях.

При этом судебный акт может быть признан вынесенным о правах и обязанностях лица, не привлеченного к участию в деле, лишь в том случае, если им устанавливаются права или обязанности этого лица либо возлагаются обязанности на это лицо по установленным судом правоотношениям.

В данном случае из материалов дела не следует и МВД по Удмуртской Республике не обосновано каким образом принятый по делу судебный акт с учетом предмета заявленных требований может повлиять на права и обязанности ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО6

С учетом изложенного в удовлетворении ходатайства о привлечении третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, отказано.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между федеральным казенным учреждением здравоохранением «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Удмуртской Республике» и обществом с ограниченной ответственностью «Мегапресс» заключен государственный контракт от 16.05.2023 № 41-23 на поставку лекарственного препарата для лечения коронавирусной инфекции в амбулаторных условиях (идентификационный код закупки 231183303814518400100101390012120244) (далее – контракт).

Указанный договор заключен в соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 93 Федеральным законом от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ) осуществление закупки товаров, работ, услуг при необходимости оказания медицинской помощи в неотложной или экстренной форме либо вследствие аварии, обстоятельств; непреодолимой силы, для предупреждения (при введении режима повышенной готовности функционирования органов управления и сил единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций) и (или) ликвидации чрезвычайной ситуации, для оказания гуманитарной помощи.

Согласно универсальному передаточному документу от 22.05.2023 № 3503, платежному поручению от 29.05.2023 № 19, ООО «Мегапресс» поставило товар, а ФКУЗ «МСЧ МВД России по Удмуртской Республике» оплатило товар в сумме 778 200 руб.

Полагая что, при заключении названного контракта допущено нарушение положений Закон № 44-ФЗ, выразившееся в несоблюдении конкурентных способов определения поставщика, прокурор обратился в арбитражный суд с настоящим иском о признании контракта недействительным (ничтожным).

Исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив их в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив доводы и возражения сторон, арбитражный суд приходит к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

В силу абзаца третьего части 1 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в арбитражный суд с иском о признании недействительными сделок, совершенных органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, государственными и муниципальными унитарными предприятиями, государственными учреждениями, а также юридическими лицами, в уставном капитале (фонде) которых есть доля участия Российской Федерации, доля участия субъектов Российской Федерации, доля участия муниципальных образований.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 15 «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе», следует, что предъявляя иск о признании недействительной сделки или применении последствий недействительности ничтожной сделки, совершенной лицами, названными в абзацах 2 и 3 части 1 статьи 52 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, прокурор обращается в арбитражный суд в интересах публично-правового образования.

Таким образом, обращение прокурором в суд с рассматриваемым иском осуществлено в пределах предоставленных ему полномочий.

Согласно пункту 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 1 статьи 422 Гражданского кодекса РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации, закупки товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд осуществляются в соответствии с законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд с учетом положений настоящего Кодекса. Государственные (муниципальные) контракты заключаются в соответствии с планом-графиком закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных (муниципальных) нужд, сформированным и утвержденным в установленном законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд порядке, и оплачиваются в пределах лимитов бюджетных обязательств, за исключением случаев, установленных пунктом 3 настоящей статьи.

Из пункта 3 части 1 статьи 1 Закона № 44-ФЗ следует, что настоящий Федеральный закон регулирует отношения, направленные на обеспечение государственных и муниципальных нужд в целях повышения эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращения коррупции и других злоупотреблений в сфере таких закупок, в части, касающейся, в том числе, заключения предусмотренных настоящим Федеральным законом контрактов.

К целям контрактной системы в силу статей 1, 6 и 8 Закона № 44-ФЗ отнесены повышение эффективности, результативность осуществления закупок товаров, работ, услуг, обеспечения гласности и прозрачности осуществления таких закупок, предотвращение коррупции и других злоупотреблений, создание равных условий для участников.

Названным законом установлено правовое регулирование отношений, связанных с размещением государственных заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд, в том числе, установлен единый порядок размещения таких заказов конкурентными способами, к которым в соответствии со статьей 24 закона относятся конкурсы (открытый конкурс, конкурс с ограниченным участием, двухэтапный конкурс, закрытый конкурс, закрытый конкурс с ограниченным участием, закрытый двухэтапный конкурс), аукционы (аукцион в электронной форме, закрытый аукцион), запрос котировок, запрос предложений.

Частью 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ установлен запрет на совершение заказчиками любых действий, которые противоречат требованиям настоящего Федерального закона, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок.

При выборе способа определения поставщика (подрядчика, исполнителя) заказчик должен ориентироваться на конкурентные способы, как на приоритетные, что, в свою очередь, не запрещает ему заключить контракт с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем), но только в особых случаях, предусмотренных Законом о контрактной системе, с соблюдением установленного порядка.

Принятие заказчиком решения о заключении контракта с единственным поставщиком (подрядчиком, исполнителем) не должно восприниматься им как произвольные действия, а, напротив, должно отвечать целям Закона о контрактной системе, направленным на повышение эффективности, результативности осуществления закупок товаров, работ, услуг, предотвращение коррупции и других злоупотреблений в сфере закупок.

Закупка у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) осуществляется по правилам статьи 93 Закона № 44-ФЗ, в которой закреплен исчерпывающий перечень условий для проведения закупки таким способом.

В соответствии с пунктом 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ, заказчик вправе осуществить закупку у единственного поставщика вследствие аварии, иных чрезвычайных ситуаций природного или техногенного характера, непреодолимой силы, в случае возникновения необходимости в оказании медицинской помощи в экстренной форме либо в оказании медицинской помощи в неотложной форме, когда применение иных способов определения поставщика (подрядчика, исполнителя), требующих затрат времени, нецелесообразно.

При этом, исходя из целей и принципов контрактной системы, осуществление закупки у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя) носит исключительный характер.

Согласно пункту 18 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, государственный (муниципальный) контракт, заключенный с нарушением требований Закона о контрактной системе и влекущий, в частности, нарушение принципов открытости, прозрачности, ограничение конкуренции, необоснованное ограничение числа участников закупки, а, следовательно, посягающий на публичные интересы и (или) права и законные интересы третьих лиц, является ничтожным.

Из материалов дела следует, что государственный контракт заключен заказчиком 16.05.2023 посредством закупки у единственного поставщика на основании пункта 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ.

Вместе с тем, распоряжением Главы Удмуртской Республики от 04.05.2023 № 118-РГ режим повышенной готовности, введённый в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19), на территории Удмуртской Республики отменён.

Таким образом, на момент заключения контракта указанный режим повышенной готовности не действовал, в связи с чем у заказчика отсутствовали основания для заключения контракта с ООО «Мегапресс» на основании пункта 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ посредством осуществления закупки у единственного поставщика.

В рассматриваемом случае отсутствие публичных процедур способствовало созданию преимущественного положения единственного поставщика – ООО «Мегапресс» и лишило возможности других хозяйствующих субъектов реализовать свое право на заключение контракта, в связи с чем спорный контракт является ничтожной сделкой, нарушающей установленный законом явно выраженный запрет.

Ссылки ответчиков и третьего лица на то, что потребность в лекарственных препаратах сформировалась в период действия режима повышенной готовности, а заключение контракта произошло вскоре после его отмены, не могут быть приняты судом, поскольку Закон № 44-ФЗ не допускает возможности применения неконкурентного способа закупки исходя из ранее существовавших обстоятельств либо с учётом фактической эпидемиологической обстановки без наличия предусмотренных законом формальных оснований.

Правомерность выбора способа закупки подлежит оценке исключительно на дату заключения контракта, при наличии действующего режима либо иных обстоятельств, прямо указанных в пункте 9 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ, которые в рассматриваемом случае отсутствовали.

Само по себе существование эпидемиологической угрозы без введения в установленном порядке режима повышенной готовности либо чрезвычайной ситуации не образует правовых оснований для отступления от конкурентных процедур. Доказательства наличия экстренной либо неотложной необходимости в закупке спорных лекарственных препаратов, исключающей возможность применения конкурентных способов определения поставщика, ответчиками и третьим лицом суду не представлены.

Доводы учреждения, согласно которым об отмене режима повышенной готовности заказчику стало известно только 16.05.2023 из справочно-правовой системы «Консультант-Плюс» отклоняются судом, поскольку учреждениемне представлено доказательств невозможности получения указанных сведений из иных источников, при этом указанная справочная-правовая система не является официальным источником опубликования распоряжений Главы Удмуртской Республики.

Также подлежат отклонению доводы третьего лица о том, что допущенное нарушение законодательства о контрактной системе подлежит оценке исключительно в рамках административного производства и не может повлечь признание сделки недействительной.

Суд отмечает, что привлечение должностного лица заказчика к административной ответственности не исключает гражданско-правовой оценки сделки на предмет её соответствия императивным требованиям закона. Нарушение установленного Законом № 44-ФЗ порядка определения поставщика посягает на публичные интересы и интересы неопределённого круга лиц, связанные с обеспечением конкуренции и эффективным расходованием бюджетных средств, что в силу пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации влечёт ничтожность сделки.

Доводы ответчиков и третьего лица о добросовестности сторон, отсутствии претензий к качеству поставленных лекарственных препаратов, наличии у поставщика соответствующей лицензии, а также об отсутствии угрозы жизни и здоровью граждан судом также отклоняются, поскольку указанные обстоятельства не имеют правового значения для оценки законности выбранного способа закупки и не устраняют факта нарушения законодательства о контрактной системе.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима, или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). Посягающей на публичные интересы является, в том числе сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом (пункт 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации). К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В нарушение требований статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ответчики не представили доказательств, опровергающих доводы истца.

Согласно пункту 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Пунктом 2 названной статьи установлено, что при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом

Признание государственного контракта ничтожной сделкой свидетельствует о поставке товара в отсутствие контракта.

В настоящем случае, являясь профессиональным участником соответствующих правоотношений, ООО «Мегапресс» в силу презумпции знания законов не могло не понимать, что контракт заключен вопреки предписаниям Закона № 44-ФЗ, а, следовательно, поставка товара осуществляется в отсутствие законного основания (заключенного в установленной процедуре единого контракта).

Действия в обход закона влекут отказ в защите принадлежащего лицу права (статья 10 Гражданского кодекса).

В случае несоблюдения запрета, установленного пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса, суд на основании пункта 2 статьи 10 Гражданского кодекса с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права.

В постановлениях Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2013 № 18045/12 и от 04.06.2013 № 37/13 сформулирована правовая позиция о недопустимости в отсутствие государственного (муниципального) контракта взыскания стоимости поставленных товаров, выполненных работ или оказанных услуг для государственных или муниципальных нужд в пользу контрагентов, которые вправе вступать в договорные отношения исключительно посредством заключения таких контрактов в соответствии с требованиями Закона № 44-ФЗ.

По смыслу приведенных разъяснений, нарушение требований Закона№ 44-ФЗ предполагает недобросовестность обеих сторон сделки, в связи с чем исполнитель не может рассчитывать на получение платы, так как извлечение преимущества из незаконного или недобросовестного поведения противоречит статье 1 Гражданского кодекса. Такая сделка совершается в обход явно выраженного запрета, установленного законом.

Поставка товаров, выполнение работ и оказание услуг без государственного (муниципального) контракта, подлежащего заключению в случаях и в порядке, предусмотренных Законом № 44-ФЗ, свидетельствует о том, что лицо, поставлявшее товары, выполнявшее работы или оказывавшее услуги, не могло не знать, что указанные действия совершаются им при очевидном отсутствии обязательства, в связи с чем в этом случае требование об оплате товаров, работ или услуг не подлежит удовлетворению.

Вопреки доводам ООО «Мегапресс», нарушение требований Закона № 44-ФЗ предполагает недобросовестность обеих сторон сделки, в связи с чем, поставщик не может рассчитывать на получение платы, так как извлечение преимущества из незаконного или недобросовестного поведения не допускаются (статьи 1, 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, поскольку контракт заключен с нарушением требований Закона о контрактной системе, суд приходит к выводу, что фактическая поставка в отсутствие надлежащим образом заключенного контракта не влечет возникновения у заказчика обязанности по их оплате, поэтому уплаченные заказчиком денежные средства поставщику являются неосновательным обогащением последнего.

Таким образом, суд на основании пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации приходит к выводу о необходимости применения в качестве последствий недействительности сделки односторонней реституции в виде обязания ООО «Мегапресс» возвратить заказчику уплаченные денежные средства в сумме 778 200 руб.

Иные доводы ответчиков и третьего лица судом исследованы и отклонены как не имеющие правового значения для рассмотрения настоящего дела.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины, она подлежит взысканию с ответчиков в доход федерального бюджета в равных долях, при этом Учреждение также освобождено от уплаты государственной пошлины, следовательно, государственная пошлина подлежит взысканиюс ООО «Мегапресс» в размере 25 000 руб.

В соответствии со статьей 169 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение арбитражного суда выполняется в форме электронного документа.

Согласно части 1 статьи 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Удмуртской Республики

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительным (ничтожным) государственный контрактот 16.05.2023 № 41-23 на поставку лекарственного препарата для лечения коронавирусной инфекции в амбулаторных условиях, заключенный между федеральным казенным учреждением здравоохранения «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Удмуртской Республике» и обществом с ограниченной ответственностью «Мегапресс».

Применить последствия недействительности государственного контракта.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мегапресс»(ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу федерального казенного учреждения здравоохранения «Медико-санитарная часть Министерства внутренних дел Российской Федерации по Удмуртской Республике»(ОГРН <***>, ИНН <***>) 778 200 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Мегапресс»(ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 25000 руб.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производствав Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Удмуртской Республики.


Судья Ю.Н. Мельяченко