Постановление от 18 сентября 2025 г. по делу № А24-4744/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

ФИО1 ул., д. 45, <...>, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-2882/2025
19 сентября 2025 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 сентября 2025 года. Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С., судей: Ефановой А.В., Сецко А.Ю. при участии:

представителя индивидуального предпринимателя ФИО2 - ФИО3 (онлайн), по доверенности от 30.06.2025;

рассмотрел в судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции, кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2

на постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2025

по делу № А24-4744/2023 Арбитражного суда Камчатского края

по обособленному спору по заявлению финансового управляющего имуществом должника

о признании недействительной сделки и применении последствий ее недействительности

в рамках дела о признании ФИО2 (ИНН: <***>) несостоятельным (банкротом)

У С Т А Н О В И Л:

общество с ограниченной ответственностью «Восточный актив» (далее - ООО «Восточный актив») обратилось в Арбитражный суд Камчатского края с заявлением о признании ФИО2 (далее также - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 29.01.2024 заявление ООО «Восточный актив» признано обоснованным, в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов; финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО4 из ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих».

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 22.05.2024

ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), открыта процедура реализации имущества гражданина; финансовым управляющим по данному делу утвержден ФИО5 (далее - финансовый управляющий) – из числа членов Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

Определением от 07.06.2024 в порядке процессуального правопреемства произведена замена кредитора (заявителя по делу) –

ООО «Восточный актив» на акционерное общество «Корсаковская база океанического рыболовства» по требованию, включенному в реестр требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Камчатского края от 29.01.2024 по настоящему делу.

Финансовый управляющий 07.08.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора купли-продажи от 30.08.2023 транспортного средства TOYOTA LAND CRUISER, 2010 г.в. (далее – спорное транспортное средство, автомобиль), заключенного между должником и индивидуальным предпринимателем ФИО2 (далее – ИП ФИО2, ответчик, заявитель жалобы, кассатор), применении последствий недействительности сделки в виде возврата спорного автомобиля в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Камчатского края от 03.03.2025 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2025 определение суда первой инстанции от 03.03.2025 отменено, заявление финансового управляющего удовлетворено: оспоренный договор купли-продажи от 30.08.2023 признан недействительной сделкой, применены последствия его недействительности в виде возложения на ИП ФИО2 обязанности по возврату спорного транспортного средства в конкурсную массу должника с восстановлением ему права требования к должнику в сумме 2 000 000 руб.; распределены судебные расходы.

ИП ФИО2 обратился в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить постановление апелляционного суда от 21.07.2025, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего.

Заявитель в обоснование поданной жалобы приводит доводы о

том, что, самостоятельно изменив правовую квалификацию оспариваемой сделки с положений статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002

№ 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) (как содержалось в заявлении финансового управляющего) на нормы статьи 61.3 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции не предоставил ответчику возможности сформулировать дополнительную мотивированную правовую позицию, учитывая, что предметы доказывания по этим основаниям значительно различаются, что привело к существенным ошибкам в установлении фактических обстоятельств и в оценке доказательств, представленных ответчиком ранее в материалы обособленного спора; суды первой и апелляционной инстанции не установили свидетельств неравноценности встречного предоставления по договору купли-продажи, то есть факта занижения цены автомобиля, как обстоятельств, свидетельствующих о признаках вредоносности (порочности) сделки, которые содержатся в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве; следовательно, заключение и исполнение оспоренного договора не причиняло ущерба конкурсной массе и имущественным интересам кредиторов должника исходя из системного толкования положений статей 2 и 61.1 Закона о банкротстве. Полагает, что суд апелляционной инстанции допустил грубую ошибку, установив, что ответчик (покупатель автомобиля) получил преимущественное удовлетворение на сумму 2 000 000 руб., поскольку: общая сумма денежных средств, фактически переданных ответчиком должнику в счет исполнения обязательства по оплате приобретенного автомобиля, составила 1 650 000 руб., что установлено, в том числе, и судом апелляционной инстанции на основании надлежащих доказательств, что не может быть признано преференцией по смыслу статьи 61.3 Закона о банкротстве; ответчик и должник предоставили пояснения о том, что, заключая договор купли-продажи, согласовали зачесть в счет покупной цены только сумму ранее предоставленного займа в размере 350 000 руб.; кроме того, суд апелляционной инстанции установил также, что на текущий момент спорный автомобиль находится в состоянии (качественном и стоимостном), существенно отличающимся от его состояния на дату заключения сделки; имеющимися в деле надлежащими доказательствами подтверждено, что стоимость восстановительного ремонта, произведенного за свой счет ответчиком, составила 703 770 руб., однако при определении последствий недействительности сделки это обстоятельство, а также подтвержденный факт отсутствия предмета сделки в изначальном состоянии как таковом судом не были приняты во внимание. Помимо перечисленного, ответчик также обращает внимание на то, что им предоставлены пояснения и доказательства, подтверждающие, что поскольку

он является инвалидом, то в конструкцию автомобиля были внесены соответствующие изменения и на текущий момент времени данный транспорт оснащен ручным управлением, то есть, по сути, является специальным средством, следовательно, изначальный предмет оспариваемой сделки не существует; указанные обстоятельства установлены как судом первой, так и судом апелляционной инстанции, однако последний в нарушение положений пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве определил возвратить проданное имущество в конкурсную массу должника, что свидетельствует о неисполнимости судебного акта в этой части.

Определением от 11.08.2025 кассационная жалоба принята к производству Арбитражного суда Дальневосточного округа, судебное заседание по ее рассмотрению назначено на 12 час. 00 мин. 16.09.2025.

Финансовый управляющий в отзыве на кассационную жалобу не согласился с изложенной в ней ответчиком позицией, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения, указав, помимо прочего, также на то, что поскольку внесенные ответчиком изменения в конструкцию автомобиля для его эксплуатации водителю, имеющему первую группу инвалидности, вносятся без каких-либо особенно больших затрат и неотделимых от транспортного средства улучшений, при этом управляющий не настаивает на приведение транспортного средства в исходное состояние, автомобиль может быть передан в конкурсную массу в том виде, в котором сейчас находится, поскольку он вполне может быть и в таком состоянии реализован с торгов.

В судебном заседании, проведенном в соответствии со статьей 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в режиме веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел», представитель ИП ФИО2 поддержал заявленную позицию по существу спора, дав по ней необходимые пояснения; уточнил, что настаивает на отмене постановления от 21.07.2025 с оставлением в силе определения суда первой инстанции от 03.03.2025.

Иные лица, участвующие в обособленном споре и в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», в заседание суда кассационной инстанции не прибыли, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, строго в пределах приведенных в кассационной жалобе вышеперечисленных конкретных

аргументов (иных по оспариваемому постановлению ответчиком не заявлено), Арбитражный суд Дальневосточного округа оснований для отмены постановления апелляционного суда по доводам кассатора не усматривает.

Судами по материалам дела установлено, что между должником и его сыном (ответчиком) 30.08.2023 оформлен договор купли-продажи спорного транспортного средства по цене 2 000 000 руб.

Полагая, что оспариваемая сделка обладает признаками подозрительности, регламентированными пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, совершена с заинтересованным лицом, по стоимости, не соответствующей рыночной, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов с вытекающим уменьшением конкурсной массы, при злоупотреблении правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее – ГК РФ), является притворной (пункт 2 статьи 170

ГК РФ), финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Арбитражный суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего, исходил из недоказанности заявителем совершения оспариваемой сделки при неравноценном встречном исполнении, с исключительной целью причинения вреда имущественным правам кредиторов; а также из того, что наличие на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, равно как наличие аффилированности сторон сделки, при отсутствии других условий (цели причинения вреда и самого факта его причинения) не может являться основанием для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Более того, суд первой инстанции, принимая во внимание представление ответчиком доказательств оплаты по договору, несения ответчиком расходов на содержание автомобиля, отметил, что приведенные финансовым управляющим пороки оспариваемой сделки как мнимой не выходят за пределы дефектов сделки, предусмотренных частью 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем не усмотрел правовых оснований для квалификации сделки по общегражданским основаниям.

Повторно рассмотрев спор по апелляционной жалобе финансового управляющего, суд апелляционной инстанции не согласился с итоговым решением суда первой инстанции об отказе в констатации оспоренной сделки недействительной, признав его не соответствующим совокупности установленных по делу обстоятельств и применимым нормам материального права, в связи с чем отменил определение от 03.03.2025 и удовлетворил заявленные управляющим требования исходя из следующего.

Оспариваемая сделка совершена 30.08.2023, дело о банкротстве должника возбуждено 19.10.2023, то есть в пределах периода подозрительности, определенного пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, ввиду чего при наличии предусмотренных законом условий данная сделка может быть признана недействительной по названным основаниям.

Вместе с тем финансовым управляющим на стадии апелляционного пересмотра определения от 03.03.2025 приведены доводы о том, что с учетом представленного сторонами в материалы дела в результате оспариваемой сделки сыну должника во всяком случае оказано и фактическое предпочтение перед другими кредиторами в отношении удовлетворения его требований относительно перечислявшихся должнику средств (сделка с предпочтением) со ссылкой на пункт 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, согласно которому сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

При этом пунктом 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона

«О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) разъяснено, что при определении соотношения пункта 2 статьи 61.2 и статьи 61.3 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если сделка с предпочтением была совершена в течение шести месяцев до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого

заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в статье 61.3 Закона о банкротстве, а потому доказывание иных обстоятельств, определенных пунктом 2 статьи 61.2 (в частности, цели причинить вред), не требуется. Если же сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за три года, но не позднее чем за шесть месяцев до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при доказанности всех предусмотренных им обстоятельств (с учетом пунктов 5 - 7 настоящего постановления). При этом, применяя такой признак наличия цели причинить вред имущественным правам кредиторов, как безвозмездность оспариваемой сделки, необходимо учитывать, что для целей определения этого признака платеж во исполнение как денежного обязательства, так и обязательного платежа приравнивается к возмездной сделке (кроме платежа во исполнение обещания дарения). Если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец (например, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве вместо статьи 61.3, или наоборот), то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

В силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 данной статьи и совершенная в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 той же статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества. Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума № 63 если сделка с предпочтением была совершена не ранее чем за шесть месяцев и не позднее, чем за один месяц до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, она может быть признана недействительной, только если: в наличии имеются

условия, предусмотренные абзацами вторым или третьим пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве; или имеются иные условия, соответствующие требованиям пункта 1 статьи 61.3 и при этом оспаривающим сделку лицом доказано, что на момент совершения сделки кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было или должно было быть известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается в обоснование своих требований и возражений.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (статья 71 АПК РФ).

Исследовав и оценив представленные в материалы дела

доказательства в представленной совокупности, суд апелляционной инстанции констатировал, что сделка по отчуждению транспортного средства в пользу ответчика совершена в пределах шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (19.10.2023) и на дату ее совершения (30.08.2023) последний уже отвечал признакам несостоятельности (имел неисполненные денежные обязательства в размере более 1,3 млрд. руб. перед кредиторами – АО «КБОР», УФНС по Камчатскому краю, ООО ДВТК «Бриз», ФИО6); сделка привела

к предпочтительному (по отношению к требованиям названных кредиторов) удовлетворению требований ответчика – заинтересованного по отношению

к должнику лица (презюмируемо осведомленного об указанных признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества), совершавшего,

по его же пояснениям, соответствующие денежные представления (всего в данном обособленном споре речь шла об итоговой сумме в 2 млн. руб.) в пользу (и за) должника в качестве заемных на фоне сложившейся в семье ситуации и просьб отца о заимствовании средств.

По перечисленному суд апелляционной инстанции, действуя в пределах имеющейся компетенции по установлению фактических обстоятельств спора и оценке представленных доказательств (при непредставлении в материалы обособленного спора надлежащих и достаточных доказательств, опровергающих данные обстоятельства и свидетельствующих об ином), мотивированно заключил, что спорной сделкой ответчику оказано предпочтение в смысле приведенных выше положений статьи 61.3 Закона о банкротстве в отношении удовлетворения требований на сумму 2 000 000 руб., существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности, установленной Законом о банкротстве (в случае несовершения оспариваемой сделки задолженность перед ответчиком, не относящаяся к текущей и оказавшаяся погашенной посредством передачи автомобиля в размере 2 000 000 руб., могла бы лишь быть включена в реестр требований кредиторов должника (в случае удовлетворения подобного заявления в рамках иного соответствующего обособленного спора, где решение принималось бы судом с учетом всех подлежащих исследованию уже в нем конкретных обстоятельств и предмета разбирательства) и погашаться в таком случае строго по правилам очередности и пропорциональности, предусмотренным банкротным законодательством – наряду с установленными требованиями иных кредиторов).

Таким образом, далее апелляционный суд на основании установленной по делу совокупности обстоятельств удовлетворил заявление финансового управляющего и признал оспоренную сделку недействительной на основании пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, применив вытекающие правовые последствия в виде в виде двусторонней реституции – с обязанием ответчика возвратить переданное по недействительной сделке имущество в конкурсную массу должника и восстановлением (с учетом правил пункта 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве) права требования к должнику в размере 2 000 000 руб.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции оснований не согласиться с конечным (о недействительности оспоренной сделки) выводом апелляционного суда не усматривает, полагая данную правовую позицию относительно конкретных обстоятельств спора обоснованной, соответствующей установленным по делу фактам и применимым нормам материального права.

Все доводы ответчика не принимаются судом округа в качестве оснований к отмене обжалуемого судебного акта, поскольку, во-первых, сделка, совершенная в пределах шести месяцев до возбуждения дела о банкротстве, может быть признана недействительной по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве при установлении соответствующей осведомленности

(граничащей здесь, по сути, с корреспондирующим понятием недобросовестности) кредитора; во-вторых, суд, рассматривающий спор,

не связан квалификацией правоотношений, предложенной лицами, участвующими в деле, и обязан самостоятельно определить характер спорного правоотношения, приняв решение в зависимости от установленных по делу обстоятельств (пункт 9.1 постановления № 63, пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции», часть 1 статьи 133, часть 1 статьи 168 АПК РФ).

В данном случае при формировании собственной правовой позиции апелляционная коллегия исходила из конкретной совокупности (специфики) всего вышеобозначенного и притом, что целый ряд ключевых обстоятельств, по сути, следовал здесь лишь из утверждений (слов) связанных тесными семейными (отец и сын) отношениями оппонентов управляющего – должника и ответчика (односторонних и документально не подтвержденных; в частности, о конкретных датах своих устных договоренностей, относительно которых суду было предложено далее считать спорные

платежи уже не в качестве займов, но именно расчетом за автомобиль, равно как и распространять условия о зачете только на предыдущие таким датам суммы и пр.), фактически констатировав, что спорное транспортное средство в конечном счете передано должником ответчику (аффилированному лицу, осведомленному о неплатежеспособности должника и однозначном риске скорого будущего обращения взыскания кредиторами на имеющиеся у него ликвидные активы, включая данный дорогостоящий транспорт) в действительности качестве отступного – именно в счет обозначенных суду как заемных средств на сумму 2 000 000 руб.

По изложенному, и в рамках своей исключительной дискреции (не допускающей произвольной переоценки вышестоящим судом установленных фактических обстоятельств дела и мотивированной, в том числе по внутреннему убеждению, правовой оценки исследованных доказательств, включая их совокупность и сопоставление между собой в рамках конкретного обособленного спора) апелляционная коллегия исходила здесь из действительного отсутствия оснований к подобному разграничению спорных перечислений/передачи ответчиком денежных средств в пользу своего отца, его супруги – ФИО7, кредитора ФИО8 относительно упомянутых дат по договоренностям сторон (как по сути лишь устно обозначенных и безусловно не подтвержденных), применительно к которым должник и ответчик фактически настаивали на различной квалификации периодов таких платежей как, соответственно,

займ/зачет/платежи (в т.ч. за должника) по договору купли-продажи/ дальнейшие доплаты и пр., а равно в их соотношении с самой датой оспоренного договора (30.08.2023) и с датой (09-10.08.2023), заявляемой как состоявшаяся договоренность о будущей продаже, поскольку такие выплаты имели место как до, так и после всех этих дат.

Таким образом, приняв во внимание приведенную специфику отдельного спора, совокупность условий, в которых действовали находящиеся в близких родственных отношениях стороны (включая дополнительно возбуждение в отношении должника уголовного дела с домашним арестом; упомянутое наличие значительных долгов перед независимыми кредиторами), то есть и фактическую невозможность на фоне этого и лишь по их пояснениям достоверно разграничить, в частности, поведение в рамках ординарной (обычной и, как правило, безвозмездной) внутрисемейной финансовой помощи находящемуся в указанных условиях отцу или же реальную выдачу каких-либо возвратных займов и расчет за переписанный в предбанкротстве на сына дорогостоящий автомобиль (при ссылках на договоренности с определенного устно декларируемого момента о будущей продаже, зачете, доплатах и пр.), апелляционный суд пришел к подробно обоснованному им выводу о необходимости квалификации исследованного в целом в качестве отношений по передаче спорного автомобиля (фактически – как отступного) против полученного должником от ответчика предоставления (как заимствований) на общую сумму в

2 млн. руб.: более того, учитывая ничем не ограниченные внутрисемейные возможности сторон как к составлению любой внешне безупречной документации, так и к проведению взаимных финансовых оборотов по счетам (с невозможностью, таким образом, и их достоверного разграничения на предмет принадлежности реального первоначального источника получения этих средств конкретным членом семьи), включая последующее предоставление такой документации и оборотов кредиторам и суду в обоснование состоявшегося выбытия дорогостоящего ликвидного транспортного средства должника непосредственно перед возбуждением дела о банкротстве в пользу его ближайшего родственника.

Соответственно, далее, установив наличие обстоятельств недействительности оспоренной управляющим сделки по основаниям статьи 61.3 Закона о банкротстве (абзац девятый пункта 12 постановления Пленума № 63), апелляционный суд, как выше указывалось, применил нормы статьи 167 ГК РФ о двусторонней реституции, в силу пункта 2 которой при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании

имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом; то есть, в случае применения двусторонней реституции в связи с признанием недействительным договора купли-продажи стороны должны были быть возвращены в состояние, в котором они находились до совершения сделки.

Критически оценивая утверждении кассатора о том, что им за счет собственных средств в конструкцию автомобиля были внесены изменения, суд округа также принимает во внимание, что по своему техническому оснащению и мощности двигателя, году выпуска спорное имущество не относится к категории изначально выпущенного (изготовленного) производителем и сертифицированного в качестве автотранспортного средства, предназначенного для использования непосредственно инвалидами; в свою очередь, именно документальных (кроме двух фотографий салона) доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что транспортное средство действительно переоборудовано, материалы дела не содержат: не представлено соответствующей документации на автомобиль о его переоборудовании для обеспечения возможности управления лицами с ограниченными физическими возможностями, выданной компетентным органом (подразделением органа государственного управления в сфере безопасности дорожного движения); равным образом, не имеется и достоверных свидетельств тому, что обратное переоборудование с ручного управления действительно будет необоснованно затратно в соотношении с реальной стоимостью данного транспортного средства.

Таким образом, аргументы, изложенные заявителем в кассационной жалобе, подлежат отклонению судом округа как несостоятельные. При этом надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства и свидетельствующие об ином, кассатором в материалы обособленного спора не представлены.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы судебная коллегия окружного суда считает, что апелляционным судом верно установлены все фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, выводы суда соответствуют таким установленным обстоятельствам дела и представленным доказательствам; при этом оценка доказательств и отражение ее результатов в судебных актах является, как выше также упоминалось, проявлением дискреционных полномочий судов первой и апелляционной инстанций, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти.

В свою очередь, состоявшееся восстановление судом ответчику (действующему предпринимателю) права требования к должнику на сумму

2 млн. руб. не исключает последующее разрешение им вопроса с приобретением действительно необходимого специального транспорта (как и отдельную постановку вопроса, при необходимости, о судьбе утверждаемых кассатором затрат на улучшения и ремонт, притом, что собственно применение судом реституции (возврат имущества) по признанной недействительной сделке являлось в любом случае обязательным по правилам статей 167 ГК РФ и 61.6 Закона о банкротстве), однако обстоятельства дела, сам вышеизложенный характер оспоренной сделки (с упомянутым элементом недобросовестного поведения в рамках диспозиции именно пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве) и условия ее совершения сторонами, статус и характеристики спорного (выбывшего из под обращения взыскания кредиторами) автомобиля по перечисленному не позволяли и не соотносились здесь с допустимостью оставления его в пользу ответчика – фактически (и помимо прочего) за счет независимых кредиторов должника со значительными требованиями к последнему.

Действуя в пределах своих полномочий, из которых исключены установление обстоятельств, самостоятельное исследование доказательств, переоценка тех доказательств, которые были исследованы и оценены судом апелляционной инстанции, решение вопросов преимущества одних доказательств перед другими, суд округа по материалам данного дела также приходит к выводу о том, что в оспоренном кассатором судебном акте и вопреки позиции заявителя, судом приведены достаточные мотивы, по которым он по своему внутреннему убеждению пришел к соответствующим выводам, с указанием на конкретные доказательства, исследованные и оцененные в их совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебного акта в любом случае, окружным судом также не установлено.

С учетом изложенного обжалуемое постановление подлежит оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 21.07.2025 по делу № А24-4744/2023 Арбитражного суда Камчатского края оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской

Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья Е.С. Чумаков

Судьи А.В. Ефанова

А.Ю. Сецко