Решение от 18 октября 2023 г. по делу № А19-21119/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ Бульвар Гагарина, 70, Иркутск, 664025, тел. (3952)24-12-96; факс (3952) 24-15-99

дополнительное здание суда: ул. Дзержинского, 36А, Иркутск, 664011,

тел. (3952) 261-709; факс: (3952) 261-761 http://www.irkutsk.arbitr.ru Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

г. Иркутск Дело № А19-21119/2021 18.10.2023

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 11.10.2023 года.

Решение в полном объеме изготовлено 18.10.2023 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Кшановской Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 664540, ИРКУТСКАЯ ОБЛАСТЬ, ИРКУТСК ГОРОД, ДЗЕРЖИНСКОГО <...>/1) в лице конкурсного управляющего ФИО2

к ОБЩЕСТВУ С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СИБИРЬ-ПРОМЫШЛЕННЫЕ ИНВЕСТИЦИИ» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>, адрес: 660043, КРАСНОЯРСКИЙ КРАЙ, КРАСНОЯРСК ГОРОД, ЧЕРНЫШЕВСКОГО <...>)

третье лицо: ФИО3 о взыскании 7 270 143,10 рубля, при участии в заседании 04.10.2023: от истца – не явились, извещены;

от ответчика – ФИО4, представитель по доверенности от 26.09.2022, паспорт, диплом;

от третьего лица – не явились, извещены.

В судебном заседании 04.10.2023 объявлялся перерыв до 10 час. 00 мин. 11.10.2023. После перерыва судебное заседание продолжено, при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, при участии тех же представителей сторон.

установил:

ОБЩЕСТВО С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «МОНТАЖСЕРВИС- Ф» обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с уточненным исковым заявлением,

о взыскании с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «СИБИРЬ-ПРОМЫШЛЕННЫЕ ИНВЕСТИЦИИ» суммы основного долга в размере 6 079 130, 09 руб. основного долга, 1 191 013, 18 руб. неустойки за период с 10.07.2019 по 08.12.2021.

Истец, третье лицо, надлежащим образом неуведомленное о месте и времени рассмотрения дела, своих представителей для участия в судебном заседании не направило.

Ответчик в судебном заседании исковые требования оспаривал, пояснил, что все документы и возражения по делу были направлены в адрес третьего лица по адресу регистрации, представил проект судебного акта.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, выслушав ответчика, арбитражный суд установил.

19.09.2019 между ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» (поставщик) и ООО «СПИ» (покупатель) заключен договор поставки № СПИ09/19, согласно которому поставщик обязуется передать, а покупатель принимать и оплачивать РТИ и АТИ (резино-технические и асбесто-технические изделия; далее – товар) на условиях, в ассортименте, количестве и в сроки, согласованные сторонами в товарных накладных, универсальных передаточных документах и/или в спецификациях (приложениях), являющихся неотъемлемыми частями договора поставки (п. 1.1. договора).

Поставщик гарантирует, что товар является его собственностью, в эксплуатации не был (если иное не указано в Приложении), залогом, иными правами третьих лиц, риском конфискации не обременен, под арестом и в споре не состоит (п. 1.2. договора).

Покупатель направляет поставщику заявку на товар, после получения которой и при наличии необходимого количества товара на складе поставщик передает (направляет) покупателю счет на оплату товара для согласования (п. 1.3. договора).

Согласно п. 2.3. договора при поставке товара поставщик передаче покупателю все необходимые документы, подтверждающие качество товара, в том числе, сертификаты соответствия.

Сроки и способ поставки товара согласовываются сторонами в заявках или спецификациях (Приложениях), являющихся неотъемлемой частью договора. Если срок поставки не указан в спецификации, то его срок не должен превышать 30 календарных дней с момента внесения авансового платежа (п. 3.1. договора).

Согласно п.п.3.2., 3.3. договора в качестве способов поставки товара сторонами согласованы отправка железнодорожным или автомобильным транспортом в соответствии с заявкой или Спецификациями (Приложениями), а также выборка со склада поставщика. При этом в силу пункта 3.5. договора обязанность поставщика передать товар считается исполненной в момент:

– сдачи товара первому перевозчику или организации связи для доставки

Покупателю, что определяется по отметке на транспортном документе или квитанции о

времени принятия Товара к перевозке (п. 3.5.1.);

– передачи товара в распоряжение Покупателя в месте нахождения Товара при его

выборке (п. 3.5.2.);

– вручения товара покупателю или указанному им лицу, если заявкой или

Спецификацией предусмотрена обязанность поставщика по доставке товара (п. 3.5.3.).

Согласно п.4.2. договора поставки товар передается по товарной накладной или

универсальному передаточному документу.

В соответствии с п.5.1. договора цена товара определяется по ценам поставщика,

действующим на день получения от покупателя заявки.

Оплата каждой партии товара производится на основании счета на оплату,

выставленного поставщиком, и/или товарной накладной/УПД (п. 5.3. договора).

Расчеты за поставленную партию товара производятся путем предварительной

оплаты в размере 100% по выставленным счетам. Оплата счетов производится

покупателем в течение 5 банковских дней со дня их получения, если иное не

предусмотрено спецификацией (п. 5.6. договора).

В соответствии с п.6.1. договора при просрочке оплаты за полученный товар

покупатель обязан уплатить поставщику неустойку в размере 0,1% от суммы долга за

каждый день просрочки платежа, но не более 10% стоимости партии Товара. Данный

пункт нее применяется в случае, если оплата Товара производится путем внесения

авансового платежа.

Согласно п.6.2. договора в случае нарушения сроков поставки товара поставщик

обязан уплатить покупателю неустойку в размере 0,1% от стоимости не поставленного в

срок товара за каждый день просрочки.

Истец утверждает, что осуществил поставку товара в адрес ответчика согласно

УПД:

– № СПИ/07-1 от 10 июля 2019 года на сумму 889 867,59 рублей; – № СПИ/07-2 от 12 июля 2019 года на сумму 751 766011 рублей; – № СПИ/07-3 от 13 июля 2019 года на сумму 580 174,84 рублей; – № СПИ/07-4 от 10 июля 2019 года на сумму 605 248,67 рублей; – № СПИ/08/1 от 12 августа 2019 года на сумму 771 556 рублей; – № СПИ/08-2 от 14 августа 2019 года на сумму 826 166,93 рублей;

– № СПИ/08-3 от 16 августа 2019 года на сумму 621 565,07 рублей; – № СПИ/08-4 от 19 августа 2019 года на сумму 531 542,93 рублей;

– № СПИ /09-1 от 25 сентября 2019 года на сумму 253 014,18 рублей; – № СПИ/09-2 от 27 сентября 2019 года на сумму 339 038,21 рублей; – № СПИ/09-3 от 30 сентября 2019 года на сумму 408 569,04 рублей; – № СПИ/09-4 от 30 сентября 2019 на сумму 683 563,37 рублей;

– № СПИ/09-5 от 30 сентября 2019 года на сумму 322 478,93 рублей.

Ответчик обязательства по оплате товара исполнил не надлежаще, задолженность не оплатил, согласно расчету истца, за ответчиком числится долг в сумме 6 079 130, 09 руб.

В связи с возникновением задолженности истец обратился к ответчику с претензией от 07.09.2021 с требованием об оплате задолженности.

В ответ на претензию ответчик письмом исх. № 526/2021 от 16.09.2021 отклонил, указав на отсутствие задолженности, в связи с чем истец обратился с настоящим иском в арбитражный суд.

Ответчик ходатайствовал об оставлении искового заявления без рассмотрения. В обоснование возражений указал на заключение им 17.10.2019 с ООО «ПромСнаб» соглашения о переводе долга (договора № 1/2019). На основании названного договора основной долг по договору поставки в размере 5 167 082, 88 руб. был передан ответчиком в адрес ООО «ПромСнаб». Также ответчик отметил, что истцом не соблюден претензионный порядок урегулирования спора, т.к. в его адрес поступил неподписанный заявителем иск, а просительная часть иска не соответствует претензии.

Истец возражал против данных доводов ответчика, пояснил, что отсутствие подписи на копии иска, отправленного в адрес ответчика, может быть сфабриковано ответчиком. Кроме этого, в материалах дела имеется ответ ООО «СПИ» на претензию ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф», доказывающий факт того, что претензия ответчиком получена.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

В силу части 5 статьи 4 АПК РФ гражданско-правовые споры о взыскании денежных средств по требованиям, возникшим из договоров, других сделок, вследствие неосновательного обогащения, могут быть переданы на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором.

Иные споры, возникающие из гражданских правоотношений, передаются на разрешение арбитражного суда после соблюдения досудебного порядка урегулирования спора только в том случае, если такой порядок установлен федеральным законом или договором.

Судом установлено, что истец в порядке досудебного урегулирования спора направил 22.09.2021 в адрес ответчика претензию; факт направления претензии подтверждается представленным в материалы дела кассовым чеком от 22.09.2021.

Ответчик дал ответ на указанную претензию письмом исх. № 526/2021 от 16.09.2021.

Таким образом, у суда отсутствуют основания сомневаться в исполнении истцом обязанности по направлению ответчику претензии.

Более того, оставление иска без рассмотрения приведет к необоснованному затягиванию разрешения спора, поскольку ответчик надлежаще извещен о рассмотрении настоящего иска.

На основании вышеизложенного, суд находит, что истцом соблюден досудебный претензионный порядок разрешения спора, и оснований для оставления иска без рассмотрения в порядке п. 2 ч. 1 ст. 148 АПК РФ не имеется.

Ответчик, возражая против иска, заявил о фальсификации доказательств, указав, что на его электронную почту 16.03.2022 от истца поступила копия соглашения о расторжении представленного им ранее договора перевода долга № 1/2019 от 17.10.2019. По мнению ответчика, названный документ не соответствует ранее представленному истцом акту сверки, в связи с чем у ответчика возникли сомнения в достоверности полученного им соглашения о расторжении договора перевода долга.

От ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» также поступило заявление о фальсификации доказательств, а именно представленных ООО «СПИ» документов, свидетельствующих о переводе долга по договору поставки, в связи с чем истец указал на необходимость назначения судебной технической экспертизы.

29.09.2022 истцом представлено в материалы дела заключение специалиста АНО ВСЦ «СУДЭКС» ФИО5, в котором сделан вывод о том, что изображения подписей от имени ФИО3, имеющиеся в представленных копиях документов (договор перевода долга № 1/2019 от 17.10.2019, акт приема-передачи документов от 17.10.2019, уведомление кредитора о переводе долга по договору долга № 1/2019 от 17.10.2019, акт сверки взаимных расчетов за период 10.07.2019-17.10.2019 между ООО «Сибирь-Промышленные инвестиции» и ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф») выполнены не ФИО3, а иным лицом, с вероятной причиной их

воспроизведения «по памяти» с имитацией элементов подписи лица, от имени которого они значатся.

Ответчик исключил из материалов дела: копии договора перевода долга № 1/2019 от 17.10.2019, копии уведомления кредитора о переводе долга от 17.10.2019, копии акта приема-передачи документов от 17.10.2019, копии акта сверки взаимных расчетов за период 10.07.2019-17.10.2019, копии акта сверки взаимных расчетов за период 17.10.201907.112019, нотариальных копий перечисленных документов.

В связи с исключением ответчиком доказательств, о фальсификации которых заявлено истцом, заявление последнего о фальсификации доказательств судом не рассматривается.

Кроме того, ответчик указал на мнимость договора поставки и отсутствие достоверных доказательств реальности поставки товара по нему. Полагает, что по смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ договор поставки является ничтожной сделкой, так как при его заключении истец и ответчик действовали без намерения создать соответствующие ему гражданско-правовые последствия и совершили сделку лишь для вида с целью оптимизации налогообложения.

В частности, как утверждал ответчик, заключение договора поставки и видимость его исполнения осуществлялись сторонами дистанционно, путем обмена документами по электронной почте. Очных встреч и деловых переговоров с целью обсуждения условий поставки и реального исполнения условий договора поставки ни руководители поставщика и покупателя, ни какие-либо их представители не осуществляли. В распоряжении покупателя отсутствуют оригиналы договора поставки и сопутствующие его исполнению документы, никаких уведомлений (извещений) в рамках договора поставки в адрес ответчика истцом не направлялось в связи с его фиктивностью. В материалы дела такие документы истцом также не представлены. Относительно частичной оплаты по договору поставки, ответчик отметил, что она осуществлена только с целью оптимизации налогообложения за 3 и 4 квартал 2019 года.

Так же ответчик в дополнительных возражениях указал, что подпись лица, заявленного в качестве руководителя ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» ФИО3 на всех документах, сопровождающих данную сделку, ей не принадлежит.

Ответчик считает, что ссылка истца на УПД (счета-фактуры) представленные в материалы дела, в подтверждение исполнения договора поставки не состоятельна, поскольку само по себе наличие УПД не свидетельствует о факте реальной передачи товара поставщиком покупателю, а факт передачи товара сопровождает целый комплект первичных документов, таких как: товарная накладная (форма ТОРГ-12), товарно-

транспортная накладная (форма 1-Т), акт о приеме товара (форма ТОРГ-1 или иная форма, установленная сторонами).

То есть счет-фактура не является первичным учетным документом, а является лишь налоговым документом, оформляемым продавцом товаров (работ, услуг), на которого в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации возложена обязанность уплаты в бюджет налога на добавленную стоимость (далее – НДС). Счет-фактура является только документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом сумм НДС к вычету.

В свою очередь, в связи с фиктивностью договора поставки документов, свидетельствующих о реальной передаче товара ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» в распоряжение ООО «СПИ», не имеется, как не имеется и никаких иных товаро- сопроводительных документов (товарные накладные, товарно-транспортные накладные, акты приема-передачи товара, заявки, спецификации и т.д.). Данные документы также не представлены истцом в материалы дела.

Кроме того, ответчиком было указано, на то, что продукция из резины подлежит обязательной сертификации. Перечень продукции, подлежащей обязательной сертификации, и единого перечня продукции, подтверждение соответствия которой осуществляется в форме принятия декларации о соответствии, утвержден, в том числе, Постановлением Правительства РФ от 01.12.2009 № 982.

В материалах дела не имеется никаких сертификатов соответствия, паспортов качества и иных разрешительных документов на товар, который, по утверждению истца, был поставлен ответчику.

Истец возражал против указанных доводов ответчика, заявив ходатайство об истребовании доказательств у ИФНС по Центральному району г. Красноярска для подтверждения или опровержения факта принятия/непринятия к вычету и отражении в бухгалтерской отчетности ООО «СПИ» следующих документов по хозяйственным сделкам с ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф»:

– универсальный передаточный документ № СПИ/07-1 от 10 июля 2019 года; – универсальный передаточный документ № СПИ/07-2 от 12 июля 2019 года; – универсальный передаточный документ № СПИ/07-3 от 13 июля 2019 года; – универсальный передаточный документ № СПИ/07-4 от 10 июля 2019 года; – универсальный передаточный документ № СПИ/08/1- от 12 августа 2019 года;

– универсальный передаточный документ № СПИ/08-2 от 14 августа 2019 года; – универсальный передаточный документ № СПИ/08-3 от 16 августа 2019 года; – универсальный передаточный документ № СПИ/08-4 от 19 августа 2019 года;

– универсальный передаточный документ № СПИ/09-4 от 30 сентября 2019; – универсальный передаточный документ № СПИ/09-5 от 30 сентября 2019.

Также судом был поставлен перед налоговым органом вопрос, применяло ли ООО «СПИ» налоговый вычет по НДС по хозяйственным сделкам с ООО «МОНТАЖСЕРВИС- Ф» по перечисленным универсальным передаточным документам.

В материалы дела в ответ на определение суда об истребовании доказательств поступило письмо ИФНС по Центральному району г. Красноярска от 23.11.2022 № 2.1232-05078дсп, в котором налоговый орган сообщил, что ООО «СПИ» в налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2019 года не были заявлены вычеты по НДС по хозяйственным сделкам с ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» по счетам-фактурам № СПИ/07-1 от 10.07.2019, № СПИ/07-2 от 12.07.2019, № СПИ/07-3 от 13.07.2019, № СПИ/07-4 от 10.07.2019, № СПИ/08-1 от 12.08.2019, № СПИ/08-2 от 14.08.2019, № СПИ/08-3 от 16.08.2019, № СПИ/08-4 от 19.08.2019, № СПИ/09-4 от 30.09.2019, № СПИ/09-5 от 30.09.2019.

Дополнительно налоговый орган сообщил, что ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» не имеет зарегистрированной собственности (имущества, земли, транспортных средств). Справки по форме 2-НДФЛ за 2019 год представлены на 5 человек с минимальными суммами дохода. Справки по форме 2-НДФЛ за 2020 и 2021 год не представлены. Налоговым декларациям по НДС за 2019 год присвоен «высокий» и «средний» уровень риска. Доля налоговых вычетов по НДС составляет 97-99%. Последняя налоговая декларация по НДС представлена за 4 квартал 2019 года. Согласно указанным признакам ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» относится к категории организаций «теневого» сектора экономики и не осуществляет реальную финансово-хозяйственную деятельность.

В связи с указанным ответчик указал на несостоятельность ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» поставки какого-либо товара в адрес ответчика, недобросовестность и злоупотребление ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» своими правами, выразившееся намерением необоснованно взыскать денежные средства с ООО «СПИ» по договору, который реально не исполнялся.

Ответчик отметил, что товар, поставка которого заявлена, не мог был поставлен в адрес ООО «СПИ» в силу отсутствия для этого каких-либо ресурсов и реальных поставщиков такого товара.

Определением суда об истребовании доказательств, по ходатайству истца, у ИФНС по Центральному району г.Красноярска были истребованы дополнительные доказательства: налоговые декларации ООО «СПИ» по НДС за 2019, 2020, 2021, 2022 год в части взаимоотношений с ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф», в том числе, уточненные

налоговые декларации, книга покупок и продаж за указанный период, с даты подачи и не позднее 27.12.2022, с приложением квитанций об отправке и приеме первичных налоговых деклараций за указанный период и квитанций об отправке и приеме корректировочных налоговых деклараций за указанный период; материалы налоговых проверок взаимоотношений между ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» и ООО «СПИ», в том числе протоколы заседания комиссий, доверенности представителей.

В материалы дела поступил ответ налогового органа от 24.01.2023 № 2.1230/00258дсп, согласно которому представлены налоговые декларации по НДС и имеющиеся к ним книги покупок и книги продаж за 3 квартал 2019 года ООО «СПИ» в электронном виде, а также анализ финансово-хозяйственной деятельности ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф».

Налоговый орган указал, что учредителем ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» с 28.05.2013 является ФИО3 (ИНН: <***>). Она же является участником и руководителем ООО «ВКУСНАЯ ЕДА». Налоговый орган полагает, что факт регистрации ФИО3 в Краснодарском крае и при этом занятие ею должности руководителя двух организаций, территориально удаленных друг от друга (г. Симферополь и г.Иркутск), позволяет сделать вывод о ее формальном руководстве данными организациями.

Налоговый орган также указал на то, что из проведенного им анализа данных об ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» свидетельствует о формальной численности его сотрудников, представленной с целью создания видимости организации, реально осуществляющей деятельность и используемой для незаконного вывода денежных средств. Полученная информация о взаимоотношениях ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» с его контрагентами указывает на умышленные действия, направленные на завышение налоговых вычетов с целью занижения налога, подлежащего уплате в бюджет. Часть контрагентов ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» обладает признаками «технических» организаций (отсутствуют сведения об имуществе, о работниках, нет движения по расчетным счета и т.п.). Кроме того, налоговым органом при анализе банковской выписке ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» установлено, что полученные от заказчиков денежные средства общество перечисляет индивидуальным предпринимателям, осуществляющих деятельность без НДС.

В целом по результатам проведенного анализа финансово-хозяйственной деятельности ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» налоговым органом установлено, что данная организация не относится к реальному сектору экономики, не имеет материально-технической базы для оказания услуг либо для реализации товарно-материальных

ценностей в адрес покупателей. При анализе расчетного счета установлен вывод денежных средств на руководителей организации либо на подконтрольную организацию. Поэтому налоговым органом сделан вывод о том, что сделка между ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» и ООО «СПИ» в реальности не осуществлялась.

В адрес ООО «СПИ» налоговым органом были направлены требование о представлении документов (информации) от 30.04.2020 № 6963, уведомление о вызове налогоплательщика от 14.11.2022 № 881. ООО «СПИ» представлена уточненная налоговая декларация по НДС за 3 квартал 2019 года, счета-фактуры, полученные от ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф», исключены из книги продаж. Сумма налога уплачена в бюджет в полном объеме.

Истцом было заявлено о применении принципа эстоппеля . так как усматривает в действиях ответчика изменение процессуальной позиции, поскольку ООО «СПИ» первоначально приводило данные об отсутствии у него задолженности по договору поставки, а далее ссылается на недобросовестность истца как субъекта предпринимательской деятельности, неспособного осуществить поставку какого-либо товара.

Ответчик, возражая против применения принципа эстоппеля, указал на то, что, поведение ответчика является исключительно добросовестным, поскольку в дополнительных возражениях на исковое заявление им представлены суду исчерпывающие доказательства недобросовестного поведения ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф», для которого свойственно взыскание несуществующей задолженности с субъектов предпринимательской деятельности по сделкам, которые фактически не исполнялись и не могли быть исполнены. Действия же ООО «СПИ» были направлены исключительно на принятие судом законного решения, основанного на достоверных фактах хозяйственной деятельности организаций. Изменение правовой позиции ответчиком осуществлено 27.09.2022 до приобщения истцом заключения специалиста АНО ВСЦ «СУДЭКС» № 17/22022 от 22.09.2022 (29.09.2022).

Исследовав материалы дела в порядке статьи 71 АПК РФ, изучив доводы сторон, оценив относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также их достаточность и взаимную связь, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Как установлено статьей 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет

право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в ГК РФ.

В свою очередь, пунктом 1 статьи 432 ГК РФ установлено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Согласно положениям статьи 506 ГК РФ по договору поставки поставщик- продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Пунктом 1 статьи 510 ГК РФ определено, что доставка товаров осуществляется поставщиком путем отгрузки их транспортом, предусмотренным договором поставки, и на определенных в договоре условиях. В силу пункта 1 статьи 516 ГК РФ покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки.

Между тем, в соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая), ничтожна.

При этом для определения того, был ли между сторонами заключен договор, каким является содержание его условий и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, является ли договор мнимой сделкой, необходимо применять правила толкования договора, установленные статьей 431 ГК РФ.

Согласно указанной статье ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если данные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписка, практика, установившаяся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Как следует из разъяснений, представленных в пункте 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами

некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся, мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ).

Пунктом 86 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда РФ определено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. При этом следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Причем характерной особенностью мнимой сделки является то, что стороны стремятся правильно оформить все документы, не намереваясь при этом создать реальных правовых последствий.

Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей, сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. В связи с этим установление несовпадения воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий является достаточным для квалификации ее в качестве ничтожной.

Таким образом, обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон и отсутствие у них цели в достижении заявленных результатов.

При этом, как указано в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 по делу № 305-ЭС16-2411, для мнимых сделок определения точной их цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В свою очередь, в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/12 по делу № А70-5326/2011 установлено, что суд, принимая решение по делу подобной категории, должен исходить не из предполагаемых, а конкретных взаимоотношений участвующих в них сторон. При наличии убедительных доказательств невозможности поставки товара бремя доказывания обратного возлагается на ответчика.

Таким образом, ввиду заинтересованности как истца, так и ответчика в сокрытии действительной цели сделки при установлении признаков ее мнимости повышается роль косвенных доказательств. Поэтому при оценке договора поставки и документов, подтверждающих передачу товара, суд не ограничивается проверкой того, соответствуют ли документы (их копии) формальным требованиям, которые установлены законом, а

принимает во внимание и другие документы первичного учета, иные доказательства. Также судом учитываются несогласованность представленных доказательств в деталях, противоречие действий и решений сторон сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, отсутствие убедительных пояснений их разумности.

Как видно из анализа обстоятельств дела в совокупности, сторонами спора при заключении Договора поставки не были согласованы условия поставки заявленного товара (количество, ассортимент, сроки, стоимость и пр.). При этом в материалы дела не представлены документы, которые свидетельствуют о конкретизации соответствующих условий в дальнейшем путем направления заявок, оформления приложений к Договору поставки, выставления счетов и т.д. Также не представлены в материалы дела документы, которые подтверждают передачу Истцом товара Ответчику и обычно сопровождают такие сделки, такие как: товарные и/или товарно-транспортные накладные, акты приема-передачи товара, документы, свидетельствующие о согласовании условий доставки товара до места назначения и иные документы.

В то же время из пояснений налогового органа, поступивших в материалы дела в порядке истребования доказательств судом, следует, что ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» не имеет признаков действующей организации, осуществляющей реальную финансово-хозяйственную деятельность, в том числе, в спорный период. Поэтому у истца отсутствовала возможность исполнения договора поставки, поскольку у него нет и не было необходимых для этого ресурсов (имущество, работники, денежные средства и т.д.).

В данном случае суд принимает во внимание довод ответчика о том, что реальной целью заключения договора поставки являлась оптимизация налогообложения, а частичная оплата по договору поставки была им осуществлена для видимости его исполнения. При этом УПД, представленные истцом, ответчиком исключены из книги продаж, НДС оплачен им в полном объеме, отсутствует факт причинения ущерба бюджету Российской Федерации.

Приведенные ответчиком в отношении ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» доводы корреспондируются со сведениями, предоставленными ИФНС России по Центральному району г.Красноярска письмами «О направлении информации» от 23.11.2022 № 2.1232/05078дсп, от 24.01.2023 № 2.12-30/00258дсп по запросам суда, в соответствии с которыми налоговым органом сообщено:

- ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» не имеет и не имело реальных ресурсов для осуществления предпринимательской деятельности и заявленных хозяйственных операций (собственности, имущества, транспортных средств, персонала);

- о присвоении декларациям по НДС за 2019 год данного налогоплательщика «высокого» и «среднего» уровня риска;

- о высокой доли налоговых вычетов по НДС (97-100%), заявленных на основании счетов-фактур, полученных от «технических» организаций;

- об отнесении ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» к категории организаций «теневого» сектора экономики и неосуществлении им реальной финансово-хозяйственной деятельности;

- о формальном руководстве ФИО3;

- о формальной численности организации с целью создания видимости реально осуществляемой деятельности и использовании организации для незаконного вывода денежных средств;

- отсутствие по расчетным счетам расходных операций, свидетельствующих о приобретении товаров, работ и услуг.

Судом также учтено заключение в отношении ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» по результатам анализа финансово-хозяйственной деятельности», являющееся приложением к письму МИФНС России по Центральному району г.Красноярска от 24.01.2023 № 2.1230/00258дсп, в котором налоговым органом сообщено об отсутствии у истца материально-технической базы для оказания услуг либо реализации ТМЦ в адрес покупателей; о невозможности отнесения истца к реальному сектору экономики, а также и то обстоятельство, что при анализе расчетного счета установлен вывод денежных средств на руководителей организации либо на подконтрольную организацию.

Суд неоднократно предлагал истцу представить подлинники документов, на которых он основывает свои требования, а также иные товаро-сопроводительные документы, которые обычно сопровождают правоотношения по поставке товара и свидетельствуют о реальности осуществления такой поставки. Однако соответствующие определения истцом не исполнены. Истцом не представлены и первичные доказательства приобретения товара, который он планировал поставить в дальнейшем ответчику.

Напротив, из вышеназванных пояснений налогового органа следует, что истец не приобретал и не мог приобрести необходимый товар, а сделка между ним и ООО «СПИ» не совершалась.

При указанных обстоятельствах, копии договора поставки и УПД не могут быть приняты судом как достаточные доказательства обоснованности исковых требований. А в совокупности изложенные факты свидетельствуют о фиктивности действий сторон настоящего спора при заключении договора поставки и отсутствии у них намерения реально его исполнять, создав соответствующие ему гражданско-правовые последствия.

Кроме того, судом проведена оценка представленных ответчиком ряда судебных актов, вынесенных по результатам рассмотрения дел по аналогичным основаниям по искам истца (ООО «МОНТАЖСЕРВИС-Ф»). Доказательств реальности осуществления сделок в рамках рассматриваемых дел им также не представлялись.

В качестве обоснования своей позиции ответчиком приведена ссылка на определение от 3 февраля 2015 г. по делу № A07-4879/2013, в соответствии с которым судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ указала, что «…вопрос реальности совершения обществом спорных операций по приобретению сырья у поставщика неразрывно связан с обстоятельствами реального существования спорного товара при совершении операций, в т. ч. с обстоятельствами использования им приобретенного сырья в своем производстве. Отсутствие доказательств реального существования товара, приобретенного и использованного обществом при изготовлении готовой продукции, может свидетельствовать о создании обществом посредством привлечения определенного поставщика бестоварной схемы в целях получения необоснованной налоговой выгоды в виде минимизации налоговых обязательств в отсутствие реальности поставки спорного сырья путем создания формального документооборота».

Без подтверждения реальности существования товара рассмотрение спорных операций, в качестве имеющих реальное экономическое существо, недопустимо.

Таким образом, доводы ответчика о мнимости договора поставки принимаются судом как обоснованные.

В связи с этим заявление истца о применении принципа эстоппеля к ответчику судом оценивается критически.

Согласно части 3, 4 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. В то же время по смыслу части 1 статьи 65 АПК РФ каждая из сторон придерживается своей процессуальной позиции и в ее обоснование предоставляет доказательства. При этом лица, участвующие в деле, должны пользоваться принадлежащими им процессуальными правами добросовестно и не допускать злоупотребления ими.

В силу разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенных в Постановлении Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота,

учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Также, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

Таким образом, принцип эстоппель в процессуальном праве применяется как способ не допустить недобросовестное поведение среди участников гражданских правоотношений и предполагает утрату лицом права ссылаться на какие-либо обстоятельства, оспаривать или отрицать их в рамках гражданско-правового спора, если данная позиция существенно противоречит его предшествующему поведению.

Принимая во внимание непредставление истцом доказательств недобросовестности ответчика, суд не усматривает в поведении последнего соответствующих признаков, поскольку из его действий следует намерение реализовать правовую защиту его доводов с использованием имеющихся в материалах дела и дополнительно истребованных доказательств.

В силу пункта 1 статьи 11 ГК РФ судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права. Целью судебной защиты является восстановление нарушенных или оспариваемых прав. Следовательно, при обращении с исковым заявлением истец прежде всего должен доказать наличие у него права (интереса) и нарушение этого права (законного интереса).

В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. При этом арбитражным процессуальным законодательством установлены критерии оценки доказательств в качестве подтверждающих фактов наличия тех или иных обстоятельств. Так, доказательства, на основании которых лицо, участвующее в деле, обосновывает свои требования и возражения должны быть допустимыми, относимыми и достаточными.

Признак допустимости доказательств предусмотрен статьей 68 АПК РФ. В соответствии с указанной статьей обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в

арбитражном суде иными доказательствами. Достаточность доказательств можно определить как наличие необходимого количества сведений, достоверно подтверждающих те или иные обстоятельства спора. Отсутствие хотя бы одного из указанных признаков является основанием не признавать требования лица, участвующего в деле, обоснованными (доказанными).

Изучив материалы дела, руководствуясь требованиями действующего законодательства, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

Всем существенным доводам, пояснениям и возражениям сторон судом дана оценка, что нашло отражение в настоящем решении. Иные доводы и пояснения несущественны и на выводы суда повлиять не могут.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ расходы по необоснованному иску относятся на истца.

Из материалов дела усматривается, что при обращении с исковым заявлением истцом уплачена государственная пошлина по платежному поручению № 392 от 12.10.2021 на сумму 33 033 руб.

В силу статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации размер госпошлины по настоящему делу составляет 59 351 руб.

Таким образом, понесенные расходы истцом при подаче иска в сумме 33 033 руб. относятся на истца. Оставшаяся сумма государственной пошлины – 26 318 руб. (рассчитанная от увеличенных истцом исковых требований и, в соответствии с пунктом 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», округленной до полного рубля) взыскивается с истца в доход бюджета Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

в иске отказать.

Взыскать с ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ «МОНТАЖСЕРВИС-Ф» в доход федерального бюджета 26 318 руб. госпошлины.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Судья Е.А. Кшановская