Решение от 30 декабря 2022 г. по делу № А60-58251/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620075 г. Екатеринбург, ул. Шарташская, д.4,

www.ekaterinburg.arbitr.ru e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А60-58251/2020
30 декабря 2022 года
г. Екатеринбург


Резолютивная часть решения объявлена 30 декабря 2022 года

Полный текст решения изготовлен 30 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи Н.В. Соболевой, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи К.Д. Поповой (до перерыва), помощником судьи С.И. Устиновой (после перерыва) рассмотрел в судебном заседании дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании убытков в размере 2 000 000 руб. 00 коп. от утраченной наследственной доли, при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований, индивидуального предпринимателя ФИО3, ФИО4, ФИО5 Амины, Марсовны, ФИО1, ФИО1

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО6, представитель по доверенности от 02.07.2018;

от ответчика: ФИО7, представитель по доверенности от 17.06.2021;

от третьих лиц: от ФИО3: ФИО8, представитель по доверенности от 03.12.2018; ФИО4 лично, паспорт.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда.

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов суду, ходатайств не заявлено.

ФИО1 просит взыскать с ФИО2 убытки в размере 2000000 руб. утраченной наследственной доли.

Ответчик и третье лицо ФИО3 просили в иске отказать, представили отзыв на иск и дополнения. Ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным требованиям.

Определением суда от 17.11.2021 по ходатайству истца назначена судебная оценочная экспертиза, проведение экспертизы поручено комиссии экспертов: ФИО9, ФИО10 ООО «Оценочная компания «Априори» и ФИО11 ООО «Агентство аудита и оценки». 20.06.2022 от комиссии экспертов поступило сообщение о невозможности дачи заключения по делу №А60-58251/2020. Впоследствии сторонами не заявлялось ходатайств о назначении судебной экспертизы.

Судом рассмотрены и удовлетворены ходатайства истца об истребовании доказательств в порядке ст. 66 АПК РФ. От АО «РЕГИСТРАТОР ИНТРАКО» 06.10.2022, от нотариуса ФИО12 06.10.2022, от МИФНС №24 по Свердловской области, от ПАО «УРАЛТРАНСБАНК» 11.10.2022, от ПАО СБЕРБАНК 13.10.2022, от ликвидатора Банка «НЕЙВА» Государственной корпорации Агентство по страхованию вкладов 22.11.2022 и 12.12.2022, от ПАО СБЕРБАНК 01.12.2022, 02.12.2022, 12.12.2022, 13.12.2022 поступили документы во исполнение определения суда. Документы приобщены судом к материалам дела.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, суд

УСТАНОВИЛ:

Как следует из искового заявления, 30.08.2016 умер ФИО13, проживавший на момент открытия наследства во Франции. Наследниками всего движимого имущества и недвижимости, находящейся за пределами Российской Федерации стали пятеро детей наследодателя: ФИО4, ФИО1 (истец), ФИО1, ФИО1, ФИО1. ФИО14 Марсовны, ФИО1, ФИО1 является ответчик по настоящему делу - ФИО2.

Как пояснил истец, в 2019 году после оформления наследства ей стало известно о том, что ФИО13 и ФИО2 являлись акционерами общества «Промышленные инновации» (ОГРН <***>). На момент открытия наследства у наследодателя оставалась 1 акция, остальные 99 акций в период с 2008 по 2014 гг. наследодатель передал ответчику. В 2016 году после открытия наследства ответчик, не ставя в известность наследников, назначила себя директором общества, перевела на собственное имя и на имя подконтрольной себе офшорной компании Millsdale Holdings SA активы, принадлежавшие обществу, а именно 100 процентов доли в уставном капитале общества «Инвесткэпиталгруп-Актив» (ОГРН <***>) и 100 процентов доли в уставном капитале общества «Белокаменные копи» (ОГРН <***>). Затем, в 2019 году ответчик провела общее собрание акционеров, приняла решение о ликвидации АО «Промышленные инновации» и назначила себя ликвидатором общества. 20.08.2019 общество было исключено из ЕГРЮЛ.

Как указал истец, на момент открытия наследства за наследодателем числилась 1 из 100 акций АО «Промышленные инновации». Остальные 99 акций наследодатель при жизни перевел по договорам купли-продажи на имя ответчика: 1 акцию – 20.10.2008; 20 акций – 14.02.2012; 78 акций – 09.01.2014.

Оформлением наследства в интересах всех детей наследодателя, в том числе в интересах истца, занялась ответчик, которая 19.01.2017 обратилась к нотариусу во Франции. Наследование по российскому праву у российского нотариуса ограничивалось оформлением прав на недвижимое имущество, оставшееся на территории Российской Федерации. Выдача безобъектного свидетельства о праве наследования состоялась во Франции 10.04.2018.

Как пояснил истец, за период с октября 2016 по февраль 2017 года ответчик совершила следующие сделки по отчуждению имущества АО «Промышленные инновации». В октябре - ноябре 2016 года ответчик произвела отчуждение 51438 акций АО «Северский гранитный карьер» в собственную пользу. В январе - феврале 2017 года ответчик произвела отчуждение 56695 акций АО «Северский гранитный карьер» в пользу ООО Строительная компания «Промышленные технологии». Единственным участником ООО Строительная компания «Промышленные технологии» на момент совершения сделок являлась сестра ответчика, ФИО15

За отчужденные акции в пользу АО «Промышленные инновации» было оплачено 5 502 480 рублей (выписка по рублевому счету АО «Проминновации» в Уралтрансбанке; операции за период с 7 апреля 2017 года по 23 апреля 2018 года).

Как пояснил истец, из протоколов общих собраний, поступивших от регистратора Интрако, следует, что ни одна из сделок, по отчуждению имущества, совершенных как до, так и после 01.01.2017 не одобрялась общим собранием АО «Промышленные инновации» в порядке дачи согласия на совершение сделок с заинтересованностью.

Истец также указал, что ответчик в последующем перевела акции АО «Северский гранитный карьер» на имя кипрской компании Тарси Холдингс, бенефициаром которой она является, и продала их в пользу ООО ТЭК «Урал» по договору от 09.12.2019. Покупатель заплатил за акции 1 100 000 евро, что по курсу конвертации, указанному в выписке по валютному счету ООО «ТЭК «Урал» составило 77 407 000 рублей.

С отчуждением в октябре 2016 - феврале 2017 года акций АО «Северский гранитный карьер» АО «Промышленные инновации» лишилось контроля и над ООО Белокаменные копи», 95.01 процента доли в котором принадлежало АО «Северский гранитный карьер».

По утверждению истца, ответчик перевела доли в уставном капитале ООО «Белокаменные копи» на собственное имя и приняла в состав участников общества офшорную компанию Милдейл Холдингс, бенефициаром которой она с 2017 года является. В последующем ответчик продала имущество ООО «Белокаменные копи» в пользу ООО «ТЭК Урал» по договорам от 20 марта 2020 года за 90 549 401 руб.

Таким образом, по утверждению истца, сделки с акциями АО «Северский гранитный карьер», принадлежавшими АО «Промышленные Инновации», совершенны в ущерб интересам юридического лица.

По мнению истца, владение ответчиком 99 из 100 акций АО «Промышленные инновации» не предоставляло ответчику права отождествлять имущество юридического лица с собственным имуществом. Как следствие, ответчик не вправе была спустя два месяца после смерти наследодателя приступить к отчуждению имущества юридического лица в свою пользу в ущерб интересам АО «Промышленные инновации» и без соблюдения правил об одобрении сделок с заинтересованностью.

По мнению истца, сделки ответчика по отчуждению от имени АО «Промышленные инновации» долей в уставном капитале ООО «Инвесткапиталгрупп Актив», совершенные в период с февраля по октябрь 2018 года, не соответствуют интересам общества в силу следующего.

ООО «Инвесткапиталгрупп Актив» обладало 4,99 % доли в уставном капитале ООО «Белокаменные копи». Как пояснил истец, из выписок по счетам АО «Промышленные инновации», поступившим из Уралтрансбанка усматривается отсутствие платежей со стороны офшорной компании Милсдейл Холдингс за приобретенные 65 процентов доли в уставном капитале общества.

Из выписки по счету ООО «Инвесткапиталгрупп Актив», поступившей из Сбербанка также следует, что сумма денежных средств, выплаченных в пользу АО Промышленные инновации» в связи с выходом из ООО «Инвесткапиталгрупп Актив» в отношении оставшихся 35 процентов доли в уставном капитале, составила 3 750 000 рублей (операции за период с 27 ноября по 26 декабря 2018 года).

В последующем, как пояснил истец, ООО «ТЭК» Урал купило имущество, принадлежавшее ООО «Инвесткапиталгруп Актив» в общей сложности за 62 772 860 рублей по договорам от 9 декабря 2019 года и 20 марта 2020 (выписка по счету ИКГ операция 2285 от 25 декабря 2019, 2406 от 20 марта 2020, 2411,2412, 2413 от 26 марта 2020года).

По мнению истца, отчуждение имущества в целях проведения зачета встречных требований для погашения задолженностей, формирующихся внутри группы компаний, не соответствует интересам АО «Промышленные инновации». Из выписки по счету ООО «Белокаменные копи» усматривается, что выручка общества за 2017 и 2018 годы от реализации щебня в пользу двух основных потребителей (ООО «Транссиб» и ООО «Уралнеруд) составила 185 297 000 рублей.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения с настоящим иском в суд.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации основанием для взыскания с лица убытков является совокупность следующих обстоятельств: наличие вреда (реального ущерба или упущенной выгоды), противоправность поведения ответчика, причинно-следственная связь между противоправным поведением и причинением убытков, вина ответчика.

В силу п. 3 ст. 53 Гражданского кодекса Российской Федерации директор обязан действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу (п. 2 ст. 44 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью").

Согласно п. 1 ст. 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу (п. 3 ст. 53 ГК РФ).

По смыслу названной нормы, нарушение принципа добросовестности и разумности представительских действий единоличного исполнительного органа, создающих соответствующие права и обязанности для общества вопреки его интересам, является основанием для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности за причиненные убытки по правилам корпоративного законодательства.

В соответствии с п. 1 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

В силу п. 5 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" с иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

В соответствии с пунктом 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 №62 неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 года №62 лицо, входящее в состав органов юридического лица, (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т. д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т. п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т. п.; далее -директор) обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Убытки являются общей мерой гражданско-правовой ответственности, целью которой является возмещение отрицательных последствий, наступивших в имущественной сфере потерпевшего в результате нарушения договорного обязательства и (или) совершения гражданского правонарушения.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в соответствии с положениями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Апелляционным определением Свердловского областного суда от 31.10.2018, вступившим в силу решением Октябрьского районного суда г. Екатеринбург от 09.03.2022, установлено, что истец является одним из шести наследников ФИО13 по закону.

На дату открытия наследства (30.08.2016) по данным реестра акционеров АО «Промышленные инновации» ФИО13 являлся владельцем одной обыкновенной бездокументарной акции АО «Промышленные инновации», составлявшей 1% от уставного капитала, 99 акций принадлежало ответчику, являвшемуся директором общества.

Истец 21.03.2017 обратился к нотариусу г. Екатеринбург ФИО16 за выдачей свидетельства о праве на наследство по закону. 27.11.2018. свидетельство на 1/6 часть имущества, не включая спорную акцию, было получено истцом, за свидетельством на спорную акцию истец к нотариусу не обращался. Ранее 10.04.2018 истцом также было получено свидетельство о праве на наследство у французского нотариуса.

Как верно указал ответчик, к реестродержателю за открытием лицевого счета в реестре акционеров АО «Промышленные инновации» и внесением записи о переходе прав на акцию в порядке наследования в соответствии с требованиями ч. 5 ст. 149.2 ГК РФ истец не обращался, в корпоративном управлении АО «Промышленные инновации» не участвовал, к АО «Промышленные инновации» обращений не направлял, сделки общества и ликвидацию общества не оспаривал.

26.03.2019 АО «Промышленные инновации» приняло решение о добровольной ликвидации, ликвидатором назначен ответчик (соответствующие сведения внесены в ЕГРЮЛ 08.04.2019). Сведения о начале процедуры ликвидации общества опубликованы в Вестнике государственной регистрации, сведения о завершении ликвидации общества внесены в ЕГРЮЛ 19.08.2019.

Кроме того, в период 2016 - 2018 гг. Арбитражным судом Свердловской области рассматривалось дело № А60-48403/2016 по иску ООО «Алена» к АО «Промышленные инновации», ФИО2, ФИО13 о признании прав на 95% акций АО «Промышленные инновации». Вступившим в законную силу решением 05.10.2017 в иске было отказано.

Суд полагает обоснованным довод ответчика о том, что недостоверным является утверждение истца о том, что до ликвидации АО «Промышленные инновации» ему не было известно о наличии во владении наследодателя одной акции АО «Промышленные инновации».

Так, истец и его представитель в судебных заседаниях (12.09.2022, 14.11.2022) пояснили, что при жизни отца истцу было известно, что наследодатель являлся предпринимателем и имел бизнес в России, об обстоятельствах владения наследодателем акцией АО «Промышленные инновации» истцу было известно еще в 2018 году.

С 05.10.2017 в публичной информационной системе «Мой арбитр» в открытом доступе было размещено решение Арбитражного суда Свердловской области по делу № А60-48403/2016.

Кроме того, истец и третье лицо ФИО4 в декабре 2017 года заключили с юридическим лицом, оказывающим юридические услуги (ООО «Уральский правовой дом»), договор на оказание услуг по оформлению наследственных прав на имущество, принадлежавшее ФИО13 Одновременно указанное юридическое лицо с февраля 2017 года осуществляло представление интересов стороны в деле № А60-48403/2016 по спору о правах на акции АО «Промышленные инновации», соответственно, истец в 2017 – 2018 гг. достоверно располагал информацией о составе акционеров АО «Промышленные инновации». В связи с

Между тем, истец не совершал действий по получению свидетельства о праве на наследство на акцию, а также иных действий, необходимых для возникновения и реализации истцом корпоративных прав из ценной бумаги, в том числе, не обращался к реестродержателю за внесением записи о переходе прав. Доказательств создания ответчиком истцу препятствий для обращения к нотариусу в материалы дела не представлено.

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Верховного Суда РФ от 18.10.2019 № 303-ЭС19-17609 по делу № А04-6360/2017, поскольку личные неимущественные права в состав наследства не входят (часть 3 статьи 1112 ГК РФ), то неимущественные (организационные) права участника (прежде всего, право участия в управлении делами общества) не наследуются, но могут переходить к его наследникам с переходом к ним имущественной составляющей доли в уставном капитале общества. Таким образом, в целях реализации корпоративных прав наследнику необходимо, в соответствии с требованиями ст.149.2 ГК РФ, ст. 29 ФЗ «О рынке ценных бумаг» обратиться к держателю реестра акционеров для осуществления соответствующей записи о переходе прав в реестре. Согласно правой позиции, выраженной в Постановлении Президиума ВАС РФ от 02.07.2013 г. № 2416/13, Определении ВС РФ от 10.12.2018 № 305-ЭС18-20201, пока запись о переходе права в реестр акционеров не внесена, лицо не приобретает статус акционера, в том числе, в случаях, когда право на акцию перешло к лицу в порядке наследования.

Таким образом, корпоративные права акционера общества, к числу которых относится право на голосование на собраниях акционеров общества, право на получение информации о сделках общества, право на оспаривание сделок общества, у истца не возникли.

При таких обстоятельствах довод истца о том, что ответчику следовало уведомить истца о сделках общества и получить одобрение истца на совершение указанных сделок, является необоснованным.

Как верно указывал ответчика, отсутствие у истца информации о сделках общества не связано с действиями ответчика, а обусловлено тем обстоятельством, что корпоративные права у истца не возникли ввиду неисполнения самим истцом законодательных предписаний ч. 5 ст. 149.2 ГК РФ, ст. 49 ФЗ «О рынке ценных бумаг».

Из представленных Регистратором и нотариусом по запросам суда протоколов общих собраний АО «Промышленные инновации» следует, что в обществе проводились годовые общие собрания акционеров, где утверждались годовые отчеты и финансовая отчетность общества (протоколы от 03.06.2016, 28.07.2017, 21.06.2018). Сделки по отчуждению имущества общества, в том числе, связанные с прекращением участия в дочерних юридических лицах, предварительно одобрялись общим собранием акционеров (протоколы от 12.01.2017, 18,06.2018, 25.10.2018, 26.10.2018), что свидетельствует об исполнении ответчиком требований закона и о проявлении той степени разумной заботливости и осмотрительности, которая требовалась от него по характеру обязательства. Ответчик исполнял требования главы VII ФЗ «Об акционерных обществах», общество под его руководством созывало собрания акционеров, запрашивало списки лиц, имеющих право на участие в собрании акционеров, приглашало на собрание регистратора, ставило необходимые вопросы в повестку дня, то есть фактически ответчик создал все необходимые условия для возможности реализации прав миноритарными акционерами. Доказательств не исполнения ответчиком требований главы IX ФЗ «Об акционерных обществах» истцом не представлено (ст. 9, 65 АПК РФ).

При таких обстоятельствах довод истца о нарушении ответчиком его прав путем не уведомления его о сделках общества, а также довод о его несогласии со сделками общества не может быть принят судом во внимание ввиду отсутствия у истца соответствующих прав и исполнения ответчиком в своей деятельности по управлению АО «Промышленные инновации» требований действующего акционерного законодательства.

Сам по себе факт ликвидации корпорации и, соответственно, прекращения у всех акционеров общества статуса акционеров, не является обстоятельством, обосновывающим возникновение у истца права требовать возмещения вреда с ответчика. Ликвидацию АО «Промышленные инновации» истец не оспаривал. При этом истец и ответчик не отрицают, что на момент ликвидации общества в реестре акционеров АО «Промышленные инновации» на лицевом счете ФИО13 числилась 1 акция, следовательно, действий по распоряжению данной акцией ни ответчик, ни истец не совершали.

Доводы истца о притворности сделок купли-продажи акций АО «Промышленные инновации» между наследодателем и ответчиком судом отклонены, поскольку 99 акций АО «Промышленные инновации» на день открытия наследства принадлежали ФИО2 Истец сделки по приобретению ответчиком указанных акций не оспаривал, с иском о включении указанных акций в наследство не обращался, надлежащих доказательств недействительности (ничтожности) сделок суду не представил.

Кроме того, судом для установления стоимости акций АО «Промышленные инновации» на дату открытия наследства по ходатайству истца была назначена судебная оценочная экспертиза. 20.06.2022 от комиссии экспертов поступило сообщение о невозможности дать заключение. Вместе с тем ответчиком был представлен отчет ООО «Региональный центр оценки и экспертизы» № 399-21А от 10.08.2021 об оценке рыночной стоимости 1\5 доли в праве общей долевой собственности на акцию АО «Промышленные инновации», согласно которому рыночная стоимость указанной доли составляет 39 915 руб., а также справка от 11.08.2021 с дополнительным расчетом рыночной стоимости 1\6 доли в праве общей долевой собственности на акцию АО «Промышленные инновации» в размере 30 763 руб. Истцом допустимых доказательств стоимости акции не представлено (ст. 65 АПК РФ).

Истец, заявляя о возможности взыскания убытков в размере дохода, полученного ответчиком от продажи имущества, ранее принадлежавшего АО «Промышленные инновации», в качестве подтверждения размера убытков указал на денежную сумму, полученную компанией Тарси Холдингз Лимитед в декабре 2019 года и денежную сумму, направленную ООО «Белокаменные копи» в 2020 года на возврат займа, ранее полученного от иностранной компании. Между тем, истец не доказал, что допущенные ответчиком, по мнению истца, нарушения явились единственным препятствием, не позволившим истцу получить заявленный доход. Реальная возможность получения истцом дохода в заявленном объеме также не подтверждена надлежащими доказательствами, соответственно, отсутствуют основания для возложения на ответчика ответственности в виде взыскания убытков (ст.71 АПК РФ).

Кроме того, согласно ч.1 ст. 67 ГК РФ, ч. 2 ст. 31 ФЗ «Об акционерных обществах» к имущественным правам акционеров общества относится право на получение дивидендов, а в случае ликвидации общества - право на получение части его имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимости. Как следует из материалов дела, дивиденды в АО «Промышленные инновации» не объявлялись и не выплачивались, решений о распределении имущества общества в процессе его ликвидации не принималось (протоколы общих собраний от 26.03.2019, 01.07.2019, 25.06.2019). Соответственно, необоснованным является довод истца о возможности сопоставления суммы денежных средств, полученных иностранными компаниями на основании самостоятельных сделок, с суммой вероятного дохода истца от владения 1\6 долей в 1 акции АО «Промышленные инновации».

С учётом указанного, оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. Кроме того, судом рассмотрено и отклонено заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности по требованию к ответчику – ликвидатору, поскольку с момента ликвидации общества до момента подачи настоящего иска в суд общий срок исковой давности не истек.

В соответствии с ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесённые лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В связи с этим судебные расходы относятся на истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. В иске – отказать.

2. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

3. В соответствии с ч. 3 ст. 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

С информацией о дате и времени выдачи исполнительного листа канцелярией суда можно ознакомиться в сервисе «Картотека арбитражных дел» в карточке дела в документе «Дополнение».

По заявлению взыскателя дата выдачи исполнительного листа (копии судебного акта) может быть определена (изменена) в соответствующем заявлении, в том числе посредством внесения соответствующей информации через сервис «Горячая линия по вопросам выдачи копий судебных актов и исполнительных листов» на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» либо по телефону Горячей линии (343) 371-42-50.

В случае неполучения взыскателем исполнительного листа в здании суда в назначенную дату, исполнительный лист не позднее следующего рабочего дня будет направлен по юридическому адресу взыскателя заказным письмом с уведомлением о вручении.

В случае если до вступления судебного акта в законную силу поступит апелляционная жалоба, (за исключением дел, рассматриваемых в порядке упрощенного производства) исполнительный лист выдается только после вступления судебного акта в законную силу. В этом случае дополнительная информация о дате и времени выдачи исполнительного листа будет размещена в карточке дела «Дополнение».



Судья Н.В. Соболева