Решение от 24 сентября 2018 г. по делу № А51-15326/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 54

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-15326/2018
г. Владивосток
24 сентября 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 17 сентября 2018 года.

Полный текст решения изготовлен 24 сентября 2018 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Беспаловой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Фаворит" (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 21.08.2009)

к Уссурийской таможне (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 24.12.2002)

о признании незаконным решения,

при участии в судебном заседании:

от заявителя – представитель ФИО2 по доверенности от 26.02.2018, паспорт;

от ответчика – ФИО3 по доверенности от 09.01.2018 № 00003, служебное удостоверение.



установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Фаворит» (далее – общество, декларант) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Уссурийской таможни (далее – ответчик, таможня, таможенный орган) от 06.07.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары № 10716050/270518/0014554 (далее – спорная ДТ, таможенная декларация). Ходатайствует о взыскании судебных издержек на оплату услуг представителя в сумме 20000 рублей.

Суд, с учетом отсутствия возражений от представителей сторон относительно перехода из предварительного судебного заседания в судебное разбирательство с рассмотрением дела по существу, признает дело подготовленным к судебному разбирательству и в порядке части 5 статьи 136 и части 4 статьи 137 АПК РФ, завершает предварительное судебное заседание и открывает судебное заседание в первой инстанции.

В судебном заседании, назначенном на 10.09.2018, в порядке статьи 163 АПК РФ был объявлен перерыв до 10 часов 15 минут 17.09.2018 для того чтобы стороны могли представить дополнительные документы. Об объявлении перерыва лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с пунктом 13 Постановление Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения на информационном сервисе «Календарь судебных заседаний» на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» информации о времени и месте продолжения судебного заседания.

После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда, в присутствии тех же представителей сторон.

Представитель общества заявленные требования поддержал, указав на то, что таможенным органом неправомерно предложено определить таможенную стоимость товаров с применением другого метода (отличного от первого метода). Заявитель утверждает, что для подтверждения заявленной стоимости, определенной по первому методу таможенной оценки, ответчику были представлены все необходимые документы, соответственно им в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению.

Заявитель считает, что таможенный орган не привел доказательств того, что представленные документы либо сведения, указанные в них, являются недостоверными либо недостаточными. То обстоятельство, что заявленная таможенная стоимость товаров оказалась ниже ценовой информации, само по себе не влечет корректировку таможенной стоимости, а является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

В части судебных издержек заявитель полагает, что факт оказания и оплаты правовых услуг на сумму 20000 рублей подтверждается документами, представленными в материалы дела.

Представитель таможенного органа требования не признал, указав, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации, имеющейся в таможне, что является признаком её недостоверности. Таможня считает, что обществом не представлены запрошенные таможней дополнительные документы, что явилось основанием для корректировки заявленной таможенной стоимости товаров.

По мнению таможни, декларант не воспользовался правом доказать правомерность избранного им метода определения таможенной стоимости товаров и достоверность предоставляемых им документов. Имеющиеся в распоряжении таможенного органа документы и сведения не устранили обнаруженных таможенным органом при проведении контроля таможенной стоимости товаров признаков, указывающих на то, что сведения о таможенной стоимости товаров могут являться недостоверными либо заявленные сведения должным образом не подтверждены.

В части требований о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя указал, что заявленная сумма является необоснованно завышенной, поскольку по данной категории дел сложилась судебная практика, поэтому просит во взыскании судебных расходов отказать либо снизить их до разумных пределов.

При рассмотрении дела суд установил, что в мае 2018 года во исполнение заключенного с иностранной компанией внешнеторгового контракта от 21.04.2014 № HLML-017-027 (далее – внешнеторговый контракт, внешнеэкономическая сделка) на таможенную территорию таможенного союза на условиях FCA Суйфэньхэ из Китая в адрес заявителя были ввезен товар – мешки тканые из полипропилена (из ленточных полипропиленовых нитей шириной менее 5 мм), однослойные, с одним швом по низу, термически обработанным.

В целях таможенного оформления товара декларант с применением системы электронного декларирования подал в Уссурийскую таможню ДТ № 10716050/270518/0014554.

Таможенная стоимость задекларированных в указанной ДТ определена с применением метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

В целях проверки правомерности определения декларантом таможенной стоимости товара, таможня приняла решение о проведении дополнительной проверки от 28.05.2018, предложив декларанту в срок до 05.06.2018 представить дополнительные документы и внести обеспечение уплаты таможенных пошлин, налогов.

Во исполнение требований таможенного органа о предоставлении дополнительных документов и сведений, декларант направил таможне письменные пояснения и сведения в подтверждение заявленной таможенной стоимости по каждому запрашиваемому таможенным органом дополнительному документу, также указав причины невозможности предоставления части испрашиваемых документов ввиду их отсутствия по объективным причинам, предоставив пакет копий заверенных коммерческих и банковских документов, оформленных в отношении партии товара по спорной ДТ.

По результатам контроля таможенной стоимости товара в ходе дополнительной проверки заявленных сведений о таможенной стоимости по спорной ДТ в адрес декларанта вынесен запрос от 05.07.2018, в котором таможней указано, что ранее выявленные признаки недостоверности заявленной таможенной стоимости декларантом не устранены, данные обстоятельства позволяют принять решение о корректировке таможенной стоимости, тем не менее предложено в срок до 14.07.2018 устранить возникшие у таможенного органа сомнения, доказать правомерность использования избранного метода определения таможенной стоимости и достоверность представленных документов и сведений.

В материалах дела имеются доказательства предоставления декларантом дополнительно запрошенных сведений и пояснений в соответствии с данным уведомлением.

По результатам контроля таможенной стоимости таможня посчитала, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости товара, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, в связи с чем 06.07.2018 приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10716050/270518/0014554.

Не согласившись с решением ответчика о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, декларант обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения, суд находит требование о признании незаконным решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ, подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров (пункту 9 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС определено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

- ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы;

- существенно не влияют на стоимость товаров;

- установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

При этом в случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Исходя из положений пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. Платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

В соответствии с подпунктами 4 и 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС в декларации на товары подлежат указанию, в том числе сведения о товарах, в частности таможенная стоимость товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров), и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 Кодекса.

Подпунктом 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС предусмотрено, что документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения, относятся к документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации.

В соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 108 ТК ЕАЭС, если в документах, указанных в пункте 1 статьи 108 Кодекса, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами. Документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации должны быть у декларанта на момент подачи таможенной декларации, за исключением случаев, когда исходя из особенностей таможенного декларирования товаров, установленных законодательством государств-членов о таможенном регулировании в соответствии с пунктом 8 статьи 104 Кодекса или определенных статьями 114 - 117 Кодекса, такие документы могут отсутствовать на момент подачи таможенной декларации.

Перечень документов, подтверждающих заявленную таможенную стоимость товаров, при ее определении по методу по стоимости сделки с ввозимыми товарами приведен в пункте 1 Приложения 1 к Порядку декларирования таможенной стоимости товаров, утвержденному Решением Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 № 376 (далее – Порядок № 376).

Пунктом 13 статьи 38 ТК ЕАЭС закреплено право таможенных органов убеждаться в достоверности или точности любого заявления, документа или декларации, представленных для подтверждения таможенной стоимости товаров.

Как следует из пунктов 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС, при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее — контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, лишь в следующих случаях:

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения;

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений.

Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

В силу пункта 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса.

Исходя из вышеизложенных правовых норм, запрашивая в рамках проведения проверки дополнительные документы, не перечисленные в Перечне документов, таможенный орган должен исходить из установления признаков указывающих на то, что заявленные при таможенном декларировании товаров сведения о таможенной стоимости могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены (пункт 11 Порядка № 376).

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС предусмотрено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных данным Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа.

Из материалов дела следует, что в ходе контроля заявленной таможенной стоимости таможенным органом были выявлены признаки, указывающие на то, что заявленные обществом при декларировании товаров сведения и представленные к таможенному оформлению документы могут являться недостоверными либо должным образом не подтверждены, следовательно, недостаточны для подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу.

В связи с этим, таможенным органом направлен обществу запрос о представлении дополнительных документов для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров и устранения выявленных противоречий.

Во исполнение решения таможенного органа от 28.05.2018 о проведении дополнительной проверки декларант письмом от 06.06.2018 представил по запросу таможни письменные пояснения и дополнительные документы на бумажном носителе.

Таким образом, во исполнение обязанности, предусмотренной пунктом 7 статьи 325 ТК ЕАЭС, декларант совершил действия, в том числе направленные на получение отдельных документов у контрагента, представил все имеющиеся документы, запрашиваемые таможенным органом, а также представил соответствующие объяснения объективной невозможности представления прочих документов.

В пункте 9 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 18) указано, что обязанность предоставлять по требованию таможенного органа документы, необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости, может быть возложена на декларанта только в отношении документов, которыми тот реально располагает или должен их иметь в силу закона либо обычая делового оборота.

В частности, от лица, ввозящего на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, разумно ожидать поведения, направленного на заблаговременное собирание доказательств, подтверждающих действительное приобретение товара по такой цене и доступных для получения в условиях внешнеторгового оборота.

В абзаце 3 пункта 10 Постановления Пленума ВС РФ № 18 отмечено, что непредставление декларантом дополнительных документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости товара, если у декларанта имелись объективные препятствия к представлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

При этом, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что представленные в ходе таможенного контроля документы были недостоверными, а сведения, указанные в них – неполными либо не точными.

Судом проанализированы условия поставки и сведения, содержащиеся в документах, представленных в подтверждение ее исполнения. Суд пришел к выводу, что документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости. Описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условия поставки и оплаты. Исполнение обязательств по контракту сторонами осуществлено в соответствии с условиями контракта.

Факт перемещения указанного в ДТ товара и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта таможней не оспаривается.

Согласно части 4 статьи 200 АПК РФ, суд проверяет на соответствие закону положенные в основу принятия ненормативного правового акта доводы ответчика, следуя возложенной частью 1 статьи 65, частью 200 АПК РФ на ответчика обязанности по доказыванию наличия оснований для вынесения им оспариваемого решения.

В обоснование принятого решения таможня указала, что в ходе проверки с использованием СУР заявленных в таможенной декларации сведений выявлены признаки, указывающие на возможную недостоверность либо отсутствие ее надлежащего документального подтверждения, поскольку индекс (далее – ИТС) (долл. США за 1 кг) от средневзвешенного ИТС заявленной обществом в ДТ № 10716050/270518/0014554 таможенной стоимости товара, рассчитываемый как частное от деления таможенной стоимости на вес нетто товара, в размере 0,057 долл. США за 1 кг, ниже от таких же средних значений в целом по ФТС России согласно сведениям базы данных ИСС «Малахит» на 12,75%.

Данное отклонение не может быть признано судом значительным, однако не исключает право таможни убеждаться в достоверности заявленных в таможенной декларации сведений о таможенной стоимости товара.

Так, ответчик в оспариваемом решении указал на то, что в ходе таможенного декларирования спорного товара было установлено, что между сторонами контракта не достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, контракт не содержит перечня товаров с указанием по каждому из них полного наименования, сведений о характеристиках товаров, количестве и стоимости по каждому наименованию, контракт подписан неуполномоченным лицом, не представлена экспортная декларация и прайс-лист, сведения о цене товара в котором не обращены к неопределенному кругу лиц, не включения в транспортные расходы стоимости погрузки товара в транспортное средство в КНР

Доводы таможенного органа суд отклоняет в силу следующего.

Из материалов дела видно, что ассортимент, количество, цену, артикулы, цену за единицу каждого вида поставляемой продукции стороны контракта от 21.04.2014 № HLML-017-027 в силу его пунктов 1 2.1, 4.1 (с учетом внесенных в положения контракта изменений дополнительными соглашениями от 20.10.2015 № 1, от 11.03.2016 № 1 и от 27.07.2017 № 1) определены в инвойсе от 24.05.2018 № HLML-017-027/112.

Поставка товара – мешков тканных из полипропилена (из ленточных полипропиленовых нитей шириной менее 5 мм), однослойных, с одним швом по низу термически обработанным, произведена в адрес общества на сумму 205 490 юаней.

Условия поставки FCA Суйфэньхэ соответствуют изначально согласованным в пункте 3.1 контракта № HLML-017-027.

При этом указанные в инвойсе сведения об условиях поставки товаров и их цене корреспондируют со сведениями отгрузочной спецификации от 24.05.2018 № HLML-017-027/112, упаковочного листа от 24.05.2018 № HLML-017-027/112, а также с отраженными в графах 20, 22, 31, 42 спорной таможенной декларации сведениями.

Заявленные в инвойсе от 24.05.2018 № HLML-017-027/112 сведения о товаре прошли предварительное согласование с покупателем, как это предусмотрено условиями внешнеэкономической сделки (пункт 2.1 контракта № HLML-017-027, с учетом внесенных в него изменений дополнительным соглашением от 27.07.2017 № 1).

Оценивая обстоятельства спора, суд учитывает, что в ответ на решение таможенного органа о проведении проверки с изложением запроса о предоставлении дополнительных документов от 06.06.2018 декларант направил ответчику переписку с инопартнером о предоставлении экспортной декларации страны отправления; предварительную заявку продавцу на приобретение товара от 17.05.2018; прайс-лист продавца товара от 24.05.2018; пояснения о размещении заявки на приобретение товара и относительно согласовании с инопартнером поставки от 06.06.2018, пояснения о согласовании внешнеторгового контракта; контракт и коммерческие документы по его исполнению; документы по оплате предыдущих поставок в рамках рассматриваемого контракта и ведомость банковского контроля по состоянию на 31.05.2018; пояснения по вопросу таможни о предоставлении скидок продавцом товара и переписку относительно возможности снижения цены на рассматриваемую партию товаров; пояснения о формировании структуры транспортных расходов с приложением подтверждающих данные расходы документов; пояснения относительно учета ввезенного товара и постановки его на баланс общества; расчет себестоимости ввозимого с территории КНР товара; сведения о направлении почтовой корреспонденцией в адрес таможенного органа запрошенных им документов на бумажных носителях.

Как следует из пункта 5.1. контракта, условия оплаты – покупатель оплачивает товар в срок не позднее 180 календарных дней с даты отметки таможенных органов таможенных органов РФ в ГТД «Выпуск разрешен», если иное не указано в дополнительном соглашении. Покупатель имеет право внести предоплату за товар в любой период, в любой сумме.

Таким образом, сторонами согласовано основное условие оплаты товара с отсрочкой платежа. При этом положениями контракта не предусмотрена обязанность сторон по дополнительному согласованию порядка расчетов за товар в иных коммерческих документах.

Согласно Перечню документов и сведений, необходимых для таможенного оформления товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом, которыми подтверждается таможенная стоимость товаров по первому методу таможенной оценки банковские платежные документы представляются лишь в том случае если счет-фактура (инвойс) оплачен в зависимости от условий внешнеторгового контракта (подпункт "а" пункта 1 Приложения № 1 к Перечню).

В ответ на решение о проведении дополнительной проверки ООО «Фаворит» предоставило таможенному органу подтверждение оплаты по предыдущим поставкам товара: заявления на перевод от 09.04.2018 № 10, от 17.04.2018 № 11, от 18.04.2018 № 12, от 25.04.2018 № 13 поручения на покупку иностранной валюты, так как на момент декларирования товара оплата данной партии еще не была произведена, что согласуется с разделом 5 контракта.

Оплата за рассматриваемую поставку была произведена заявлениями на перевод от 30.05.2018 № 19 на сумму 56 355,63 юаней, от 14.06.2018 № 20 на сумму 101 485,55 юаней, от 19.06.2018 № 21 на сумму 60 860,26 юаней, от 20.06.2018 № 22 на сумму 80 836,25 юаней, поручения на покупку иностранной валюты от 29.05.2018 № 19, от 13.06.2018 № 20, от 18.06.2018 № 21, от 19.06.2018 № 22.

Оплата товара произведена обществом с учетом предусмотренного рассматриваемой внешнеэкономической сделкой условия отсрочки платежа, и данное обстоятельство оценивается судом на предмет подтверждения факта совершения покупателем конклюдентных действий по оплате товара на согласованных им условиях с продавцом.

Представленные в материалы дела доказательства свидетельствуют об исполнении продавцом по контракту принятых обязательств и отсутствии каких-либо замечаний по их исполнению со стороны общества.

Доводы таможенного органа относительно отсутствия документального подтверждения согласования сторонами существенных условий поставки рассматриваемой партии товаров суд отклоняет в силу следующего.

По условиям пункта 1.1 контракта от 21.04.2014 № HLML-017-027 продавец продает, а покупатель покупает на условиях настоящего контракта товар в ассортименте, наименование, цена и количество которого определяются в инвойсах по каждой поставке к настоящему контракту, являющихся неотъемлемой его частью.

Согласно дополнительному соглашению от 27.07.2017 № 1 к контракту пункт 2.1. изложен в следующей редакции: продавец в целях согласования условия поставки товара предварительно направляет проект инвойса в адрес покупателя товара и после его согласования последним направляет в адрес покупателя подписанный с печатью инвойс; с данного момента соглашение об условиях поставки по инвойсу, составленному продавцом, считается достигнутым.

Таким образом, неотъемлемой частью рассматриваемого контракта является инвойс по каждой конкретной поставке товара, в котором согласуются существенные условия договора, в том числе общая стоимость товара.

Представленный декларантом инвойс от 24.05.2018 № HLML-017-027/112 к указанному контракту подписан продавцом товара, скреплен его печатью и содержит информацию о наименовании товара, его размере, торговой марке, единице измерения, количестве, весе нетто, цене за единицу, общей стоимости товара и условиях поставки. Указанные в инвойсе сведения соответствуют сведениям, заявленным в ДТ № 10716050/270518/0014554.

С учетом установленных обстоятельств заявленные в инвойсе от 24.05.2018 № HLML-017-027/112 сведения о товаре прошли предварительное согласование с покупателем, как это предусмотрено условиями внешнеэкономической сделки (пункт 2.1 контракта № HLML-017-027 с учетом внесенных в него изменений дополнительным соглашением от 27.07.2017 № 1).

В свою очередь подписание коммерческого инвойса в одностороннем порядке обусловлено тем, что он выставляется продавцом, и его подписание является безусловной обязанностью инопартнера, на что прямо указано в дополнительном соглашении к контракту.

Кроме того, то обстоятельство, что инвойс исходит от одной стороны, объясняется обычаями делового оборота.

В связи с этим довод таможенного органа о несогласовании сделки обеими сторонами является необоснованным и не может являться основанием для корректировки таможенной стоимости товара, поскольку таможней не приведены конкретные обстоятельства, расхождения и несоответствия в документах и сведениях, влияющие на достоверность и определение таможенной стоимости поставляемого товара.

Из оспариваемого решения усматривается, что несоответствий, существенно влияющих на оценку наличия факта согласования поставки на изначально определенных внешнеторговым контрактом условиях и по конкретной цене, таможенный орган не установил. Таможня не конкретизировала несоответствие сведений представленного декларантом инвойса на бумажном носителе и сведений его электронной формы, направленной при декларировании. В то же время, несоответствий влияющих на оценку действий сторон сделки по определению ее предмета, цены и условий ее совершения в рамках рассматриваемой партии товара суд при рассмотрении спора не установил.

Доводы ответчика относительно согласования внешнеторгового контракта от 21.04.2014 № HLML-017-027 со стороны компании «HEILONGJIANG WANSHIDA PLASTIC INDUSTRY GROUP CO.,LTD» неуполномоченным лицом, то есть представления декларантом недействительных документов, суд отклоняет ввиду их безосновательности.

Рассматриваемая внешнеэкономическая сделка носит долгосрочный характер, контракт от 21.04.2014 № HLML-017-027 и все последующие дополнительные соглашения им дополнения к нему, а равно инвойсы, спецификации на поставку и упаковочные листы подписаны одним и тем же представителем компании - директором отдела продаж Бай Цюин.

В ходе проведения дополнительной проверки обществом было предоставлено таможенному органу письмо продавца «Подтверждение полномочий» от 30.06.2017, подтверждающее полномочия директора отдела продаж Бай Цюин как подписанта контрактов на поставку товара, в том числе международных, дополнительных соглашений к ним, инвойсов и других аналогичных документов.

Кроме того, как следует из материалов дела, на момент принятия оспариваемого решения таможенный орган обладал информацией о том, что внешнеэкономический контракт от 21.04.2014 №HLML-017-027 являлся действующим, что подтверждается ответом продавца Уссурийской таможне на официальный запрос от 23.08.2017 исх. №18-23/21847.

При этом ссылку таможенного органа в обосновании его позиции в указанной части доводов на письмо Союза «Приморская торгово-промышленная палата» (далее – ТПП) от 08.08.2017 № 20.26-08/1210 о том, что контрагент общества до 2015 года имел наименование «HEILONGJIANG MASTERGARD PLASTIC INDUSTRY GROUP», правомочное лицо г-н/г-жа Ye Youhan, суд отклоняет, поскольку из данного письма не следует достоверно подтвержденная информация именно об отсутствии у директора отдела продаж Бай Цюин полномочий на заключение внешнеэкономических сделок от лица компании «HEILONGJIANG WANSHIDA INDUSTRIAL CO.,LTD».

Более того, по информации ТПП название фирмы-продавца, отличное от названия в контракте («HEILONGJIANG WANSHIDA PLASTIC INDUSTRY GROUP CO.,LTD»), объясняется ошибкой перевода, что следует из представленной в материалы дела выписки из формы учетной регистрации участника внешнеторговой деятельности.

Суд также отклоняет ссылку таможенного органа на сведения о заключении в 2016 году иной внешнеэкономической сделки одним из резидентов Российской Федерации – ООО «Альянс Восток» с этой же иностранной компанией, именуемой «HEILONGJIANG WANSHIDA INDUSTRIAL CO.,LTD», в лице директора Ye Youhan, поскольку данное обстоятельство не исключает наделение компанией иных работников на представление ее интересов при заключении, в том числе внешнеэкономических сделок.

При этом вопреки части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 АПК РФ в материалы дела не представлено доказательств, указывающих на наличие исключительных полномочий на заключение сделок от лица компании только у ее директора.

Рассматриваемая сделка заключена в письменной форме с учетом правил статей 160, 432, 434 Гражданского кодекса Российской Федерации и позволяет определить ее предмет и условия ее совершения.

Представленные в материалы дела документы подтверждают согласование и исполнение сторонами внешнеэкономической сделки всех основных ее условий по поставке задекларированного в спорной таможенной декларации товара, в отсутствие доказательств недостоверности предоставленных при декларировании товара документов либо заявленных в них сведений, а также доказательств наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, либо условий, влияние которых не может быть учтено, суд признает соблюденными обществом требования пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС к формированию цены сделки.

При этом, как подтверждается материалами дела, в обоснование достоверности заявленной таможенной стоимости в ходе таможенного оформления обществом был представлен прайс-лист продавца товара - компании «HEILONGJIANG WANSHIDA INDUSTRIAL CO., LTD», являющегося одновременно и производителем поставляемого товара.

В представленном обществом в подтверждение достоверности сведений о стоимости товаров прайс-листе от 24.05.2018 отражены цены товарных позиций на условиях поставки FCA. Указанные цены полностью соответствуют ценам, указанным в инвойсе в инвойсе и отгрузочной спецификации от 24.05.2018 № HLML-017-027/112.

Факт составления прайс-листа 24.05.2018, то есть в день составления инвойса, вопреки доводам таможенного органа, не свидетельствует о том, что в нем не отражена свободно предлагаемая цена производителя товара для независимых покупателей.

Кроме того, суд учитывает, что прайс-листы производителя/продавца, адресованные неопределенному кругу лиц и содержащие публичную оферту, не исключают возможность достижения между продавцом и покупателем согласия об иной цене товара, отличающейся от цены, содержащейся в таких прайс-листах (прейскурантах), с учетом условий поставки и отдельных факторов экономического характера (количество поставляемого товара, скидки, обусловленные снижением его востребованности на потребительском рынке на момент заключения и в ходе исполнения контракта, распределение обязанностей по доставке товара, связанных с ней расходам, риска гибели, порчи товара, изменение обстоятельств, касающихся производства товаров).

При этом, ни действующим российским законодательством, ни нормами международного права не установлена какая-либо, в том числе и типовая форма прайс-листа.

Под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату (определенный период). При этом указанная в нем информация по выбору лица, реализующего товар, может быть и публичной, и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара.

Кроме того, в материалы дела представлена переписка декларанта с его инопартнером о согласовании снижения цены на поставляемую продукцию, в связи с неблагоприятной экономической обстановкой на рынке, что устраняет сомнения в достоверности цены сделки и указывает на предварительное согласование сторонами сделки условий поставки товарной партии.

Довод таможенного органа о том, что декларантом не представлена экспортная декларация, судом отклоняется, поскольку действующим законодательством не установлены специальные требования к обязательному предоставлению экспортной декларации.

Соответственно, экспортная декларация не может являться единственным доказательством достоверности сведений, использованных обществом при определении таможенной стоимости ввозимого товара с применением метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Суд в данном случае учитывает активную позицию декларанта в ходе таможенного контроля по предоставлению ответчику запрашиваемых им пояснений и документов, принимая во внимание принятие обществом мер по запросу экспортной декларации у инопартнера и учитывая, что предоставление указанного документа поставлено в зависимость от волеизъявления продавца.

Заявитель представил таможне переписку с инопартнером по запросу у него экспортной декларации, однако, как следует из письма продавца от 24.05.2018, данный документ инопартнер представлять покупателю отказался.

При этом суд принимает во внимание, что исследование экспортной декларации страны отправления на этапе проверки правомерности определения декларантом таможенной стоимости обусловлено проверкой сведений о ввезенном и задекларированном товаре в случае отсутствия достоверных данных о согласовании сторонами внешнеэкономической сделки всех необходимых для поставки товара условий.

В то время как в рассматриваемом случае предоставленные заявителем на этапе таможенного оформления товара и исследованные судом документы устранили сомнение в факте заключения внешнеэкономической сделки и согласовании ее сторонами существенных условий поставки товара, задекларированного в спорной таможенной декларации.

Факт перемещения указанного в спорной таможенной декларации товара и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта таможней не оспаривается.

Доказательств недостоверности предоставленных при декларировании товара документов либо заявленных в них сведений, а также доказательств наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможней не представлено.

Довод таможенного органа о том, что заявленные условия поставки вызывают сомнения в их достоверности, структура таможенной стоимости не может быть подтверждена, судом не принимается во внимание ввиду следующего.

Как подтверждается материалами дела, товар, задекларированный по спорной ДТ, ввезен на условиях FCA Суйфэньхэ.

В соответствии с Международными правилами толкования торговых терминов «Инкотермс-2010» условие поставки FCA («Free Carrier»/«Франко перевозчик») означает, что продавец осуществляет передачу товара перевозчику или иному лицу, номинированному покупателем, в своих помещениях или в ином обусловленном пункте.

Таким образом, продавец считается выполнившим обязательства по поставке товара с момента передачи товара в обусловленном сторонами месте.

Покупатель обязан за свой счет заключить договор перевозки от согласованного пункта, за исключением случая, когда договор перевозки заключается продавцом согласно пункту А3а. При этом у покупателя нет обязанности по заключению договора страхования.

Исходя из вышеизложенного, по общему правилу в соответствии с условиями поставки FCA покупатель должен самостоятельно заключить договор перевозки и оплатить услуги перевозчика по доставке товара от согласованного пункта (в данном случае - Суйфэньхэ) до пункта назначения.

Согласно задекларированным в спорной ДТ условиям поставки FCA Суйфэньхэ декларант произвел дополнительные начисления к цене товара в виде расходов в общей сумме 20000 руб., понесенных при доставке товара до таможенной территории Таможенного союза из согласованного с контрагентом пункта назначения, что отражено в графах 17, 20 ДТС-1.

Указанные расходы составили затраты общества на перевозку товара автомобильным транспортом (включая подачу порожнего транспорта под погрузку) по маршруту г. Суйфэньхэ (КНР) – МАПП «Пограничный».

В подтверждение расходов на перевозку товара общество представило в таможню договор от 05.04.2014 № 01/04-2014 об осуществлении грузоперевозок, заключенный с ИП ФИО4 (перевозчик), с дополнительным соглашением к нему от 01.01.2016 № 1; с дополнительным приложением от 29.10.2015, акт оказанных перевозчиком услуг от 31.05.2018 № 000229; выставленные перевозчиком счет на оплату от 24.05.2018 № на общую сумму 50000 руб., включая услуги по перевозке по маршруту г. Суйфэньхэ (КНР) – МАПП «Пограничный» стоимостью 20000 руб.; платежное поручение от 25.05.2018 № 169 на оплату автоуслуги по территории КНР на сумму 20000 руб.; путевой лист грузового автомобиля от 17.05.2018 № 73 на транспортное средство, предоставленное для перевозки спорного товара.

Действительно, пункт 2.1 договора от 05.04.2014 № 01/04-2014 об осуществлении грузоперевозок содержит условие об обязательстве заказчика по осуществлению погрузок и разгрузок своими силами и средствами перевозимого исполнителем по данном договору груза.

В то же время указанное условие договора согласовано его сторонами в рамках правоотношений по перевозке грузов, однако не исключает организацию взаимодействия покупателя и продавца товара по предоставлению последним товара непосредственно перевозчику.

По смыслу положений пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС рассматриваемое условие договора от 05.04.2014 № 01/04-2014 подлежит оценке при наличии документального подтверждения того, что названные расходы были покупателем понесены до прибытия на территорию ЕАЭС.

Об отсутствии дополнительных затрат, связанных с погрузкой товара на транспортное средство на территории КНР, затрат по страховке груза, либо каких-либо иных затрат, связанных с любыми видами надбавок в сфере перевозок автомобильным транспортом, в том числе на услуги третьих лиц, декларант дал соответствующие пояснения таможенному органу в ходе проводимой им проверки. Наличие указанных затрат у общества таможня также не установила.

Иных замечаний к оформлению документов по организации перевозки товара и составу транспортных расходов, включенных в дополнительные начисления к цене рассматриваемой внешнеторговой сделки, таможня в решении о корректировке таможенной стоимости не указала.

Изложенные обстоятельства в своей совокупности указывают на документальное подтверждение обществом понесенных им расходов на транспортировку товара до территории Российской Федерации, что свидетельствует о соблюдении заявителем требования пункта 3 статьи 40 ТК ЕАЭС.

В этой связи суд отклоняет доводы таможенного органа относительно отсутствия надлежащего документального подтверждения структуры произведенных декларантом дополнительных начислений к цене сделки.

Ссылка таможни в решении о корректировке таможенной стоимости товара на отличие уровня заявленной декларантом таможенной стоимости, от ценовой информации, имеющейся в таможенном органе, как самостоятельное основание для принятия данного решения, судом не принимается, так как исходя из смысла метода определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами в сочетании с условием о ее документальном подтверждении, количественной определенности и достоверности данный метод не может быть применен, если декларант не представил доказательства заключения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме или содержащаяся в такой сделке информация о цене не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара либо имеются доказательства ее недостоверности, а также если отсутствуют иные сведения, имеющие отношение к определению стоимости сделки в смысле положений статей 38, 39 ТК ЕАЭС.

Данный вывод соответствует общей правовой позиции, изложенной в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства».

В рассматриваемом же случае основные условия поставки согласованы и исполнены сторонами, и общество выполнило условие об учете при формировании таможенной стоимости дополнительных начислений к цене ввезенного товара.

Система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, основанная на статье VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции.

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле, что соответствует общей правовой позиции, изложенной в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.05.2016 № 18.

При использовании такого основания для отказа от применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, как зависимость продажи и цены от соблюдения условий, влияние которых не может быть учтено, под такими условиями следует понимать условия сделки, по цене которой заявляется стоимость, либо иные условия, оказывающие влияние на цену товара по этой сделке.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, при согласовании сторонами конкретной внешнеэкономической сделки основных ее условий по качеству, цене, количеству товара и сроков его поставки, не может рассматриваться как условие, влияние которого не может быть учтено, а равно как доказательство недостоверности условий сделки, являясь лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

При этом суд принимает во внимание незначительное отклонение стоимости товара от уровня стоимостных показателей, определенных таможней на основе имеющейся в ее распоряжении информации, учитывая также установленные на основе исследования при рассмотрении спора представленных ответчику в рамках таможенного декларирования и в ходе проверке документов обстоятельств указывающих на формирование цены спорного товара на условиях предоставления продавцом покупателю скидки на продажу данного товара.

Изложенное указывает на то обстоятельство, что таможня в нарушение статей 38, 39, 45, 325 ТК ТС не доказала наличие оснований для принятия решения о корректировке таможенной стоимости и последующего внесения связанных с этим изменений в спорную таможенную декларацию на основе применения резервного метода таможенной оценки.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое заявителем решение таможенного органа от 06.07.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10716050/270518/0014554 не соответствует ТК ЕАЭС.

В силу пункта 1 статьи 2 АПК РФ одной из основных задач судопроизводства является восстановление нарушенного права лица, обратившегося в арбитражный суд.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Исходя из пункта 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18, в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, влияющего на исчисление таможенных платежей, в целях полного восстановления прав плательщика на таможенные органы в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных (взысканных) платежей, окончательный размер которых определяется таможенным органом на стадии исполнения решения суда. При этом отдельного обращения плательщика с заявлением о возврате соответствующих сумм в порядке, предусмотренном статьей 147 Закона о таможенном регулировании, в этом случае не требуется.

По правилам статьи 51, пункта 2 статьи 52 ТК ТС оспариваемое решение привело к корректировке таможенной стоимости с последующим определением ее с применением иного метода таможенной оценки, и, следовательно, к увеличению таможенной стоимости задекларированного в спорной ДТ товара, а также размера подлежащих уплате таможенных платежей, что повлекло нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, относится к способам устранения нарушенного права.

Таким образом, суд обязывает таможню возвратить обществу излишне взысканные таможенные платежи по декларации на товары № 10716050/270518/0014554, окончательный размер которых таможне определить на стадии исполнения судебного решения. При этом данный способ восстановления нарушенного права заявителя отвечает характеру предмета заявленных требований, закрепленной в пункте 1 статьи 2 АПК РФ задаче судопроизводства в арбитражном суде и требованиям пункта 2 статьи 67 ТК ЕАЭС установленному порядку Решением Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 № 376 «О порядках декларирования, контроля и корректировки таможенной стоимости товаров» и Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 «Об утверждении порядка внесения изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары».

При таких обстоятельствах требование заявителя подлежит удовлетворению.

Рассмотрев заявленное ходатайство о взыскании судебных издержек, суд взыскивает судебные расходы на оплату услуг представителя в части в силу следующего.

В силу стаей 106, 101 АПК РФ расходы на оплату услуг представителя в связи с рассмотрением дела арбитражным судом отнесены к судебным издержкам.

Право на возмещение таких расходов возникает при условии, что сторона понесла затраты, получателем которых является лицо (организация), оказывающее юридические услуги, с учетом критерия разумности расходов (части 1 и 2 статьи 110 АПК РФ).

Заявитель просит взыскать 20000 рублей судебных расходов на оплату услуг представителя.

В материалы дела заявителем представлен заключенный им с ООО Юридический центр «Ваш советник» договор на оказание юридических услуг от 10.07.2018 № 17, которым стороны договора определили размер вознаграждения представителя, составивший 20000 руб. (пункт 5.1 договора).

Сумма вознаграждения выплачена обществом представителю по безналичному расчету по платежному поручению от 12.07.2018 № 234 на сумму 20000 руб.

Судом установлено, что услуги по представительству были оказаны, расходы произведены. Таким образом, расходы заявителя на оплату услуг представителя суд на основании статей 65, 71 АПК РФ находит подтвержденными документально.

Право суда на уменьшение подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя определено пунктом 2 статьи 110 АПК РФ, закрепляющим правило о возмещении судебных расходов в разумных пределах. В силу названной нормы суд вправе, оценив размер требуемой суммы и установив, что она явно превышает разумные пределы, удовлетворить данное требование частично.

В силу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2004 № 454-О обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации и, соответственно, на соблюдение баланса интересов лиц, участвующих в деле.

Положения части 2 статьи 110 АПК РФ по существу направлены на установление баланса между правами лиц, участвующих в деле.

Данный вывод соответствует правовой позиции, изложенной в пункте 11 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

Суд учитывает, что действия по подготовке заявления и направлению его в суд не представило для представителя сложности и не повлекло для него значительных временных затрат, в силу сложившейся судебной практики рассмотрения споров по корректировке таможенными органами таможенной стоимости товаров, и принимая во внимание подготовку приложенного к заявлению пакета документов на основе поданных декларантом документов при таможенном оформлении товаров.

В рамках рассматриваемого спора, представителем не совершались какие-либо действия по получению дополнительных доказательств, помимо тех. Представленные представителем в ходе рассмотрения спора документы также являются документами, ранее направленными таможенному органу в ходе таможенного контроля, и их представление обусловлено подтверждением заявителем обстоятельств проведения таможенного контроля, на которые он сослался в обоснование заявленного требования.

Исходя из изложенного, принимая во внимание правовой характер настоящего спора, изучив представленные заявителем документы, оценив объем трудозатрат и количество времени, затраченного его представителем на оказание юридической помощи, с учетом возражений таможни, суд полагает обоснованным и разумным взыскать с ответчика в пользу заявителя 15000 рублей судебных издержек. Во взыскании остальной суммы судебных издержек отказать

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в силу статьи 110 АПК РФ подлежат взысканию с ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201, Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Уссурийской таможни от 06.07.2018 о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары № 10716050/270518/0014554, как не соответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Обязать Уссурийскую таможню, расположенную по адресу: <...> возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Фаворит» излишне уплаченные таможенные платежи, исчисленные по ДТ № 10716050/270518/0014554, окончательный расчет которых Уссурийской таможне определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Уссурийской таможни, расположенной по адресу: <...> в пользу общества с ограниченной ответственностью «Фаворит» судебные расходы по оплате государственной пошлины 3000 (три тысячи) рублей и судебные издержки на оплату услуг представителя 15 000 (пятнадцать тысяч) руб.

Во взыскании остальной суммы судебных издержек отказать.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции через Арбитражный суд Приморского края.



Судья Беспалова Н.А.