Постановление от 31 октября 2023 г. по делу № А40-12199/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

МОСКОВСКОГО ОКРУГА

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва 31.10.2023 Дело № А40-12199/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 30 октября 2023 года Полный текст постановления изготовлен 31 октября 2023 года

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, судей: П.М. Морхата, В.З. Уддиной, при участии в заседании:

от общества с ограниченной ответственностью «Консалтинговая сервисная компания» - ФИО1, по доверенности от 03.02.2023 № 3, срок до 31.12.2023, ФИО2, по доверенности от 14.01.2023, срок до 31.12.2023,

от ООО «Интеграл» - ФИО3, по доверенности № 25 от 09.03.2023, срок до 31.12.2025, ФИО4, по доверенности № 37 от 04.05.2023, срок до 31.12.2024,

от арбитражного управляющего ФИО5 – ФИО6, по доверенности от 15.09.2023, до 31.12.2023,

рассмотрев 30.10.2023 в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Консалтинговая сервисная компания»

на определение от 23.05.2023 Арбитражного суда города Москвы, на постановление от 14.08.2023 Девятого арбитражного апелляционного суда,

о признании требование ООО «Консалтинговая сервисная компания» не обоснованным и отказе во включении требования в размере 30 487 342 руб. 47 коп. в третью очередь реестра требований кредиторов должника,

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Интеграл»,

установил:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.03.2023 в отношении ООО «Интеграл» введена процедура наблюдения, временным управляющим должником утверждена ФИО7, являющаяся членом Союза «СРО АУ «Стратегия».

ООО «Консалтинговая сервисная компания» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника в размере 30 487 342 руб. 47 коп.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.05.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2023, признано требование ООО «Консалтинговая сервисная компания» необоснованным и отказано во включении требования в размере 30 487 342 руб. 47 коп. в третью очередь удовлетворения реестра кредиторов должника.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ООО «Консалтинговая сервисная компания» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 23.05.2023, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2023 и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв ООО «Интеграл».

В судебном заседании представитель ООО «Консалтинговая сервисная компания» доводы кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представители ООО «Интеграл» и арбитражного управляющего ФИО5 возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационной жалобы, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что судами установлены следующие обстоятельства.

Между ООО «Консалтинговая сервисная компания» и ООО «Интеграл» заключено два договора займа ( № 6-22к от 28.02.2022 и № 8-22к от 09.03.2022),

по условиям которых ООО «Интеграл» выступал заемщиком, а ООО «Консалтинговая сервисная компания» заимодавцем.

По первому договору ООО «Консалтинговая сервисная компания» предоставило займ в размере 30 000 000 руб. (платежное поручение № 88 от 01.03.2022) сроком возврата не позднее 01.06.2022, а по второму - 10 000 000 руб. (платежное поручение № 101 от 14.03.2022) сроком возврата не позднее 10.06.2022 Договоры заключены на одинаковых условиях: предусмотрены оплата процентов за пользование займом в размере 11% годовых и мера ответственности в виде пени в размере 0,5% от невозвращенной в срок суммы займа за каждый день просрочки.

В рамках исполнения договорных обязательств ООО «Интеграл» частично вернул ссудный долг. По договору № 6-22к от 28.02.2022 произведены платежи на суммы 10 000 000 руб. (платежное поручение № 2944 от 29.04.2022), 3 000 000 руб. (платежное поручение № 3029 от 04.05.2022) и 200 000 (платежное поручение № 4796 от 11.07.2022). По второму договору осуществлен возврат 100 000 руб. (платежное поручение № 4797 от 11.07.2022).

ООО «Консалтинговая сервисная компания» предъявило претензию с требованием погасить задолженность. Поскольку требование не удовлетворено, ООО «Консалтинговая сервисная компания» обратилось в суд.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 05.12.2022 по делу № А33-21964/2022, оставленным без изменений постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 15.02.2023, с ООО «Интеграл» в пользу ООО «Консалтинговая сервисная компания» взыскано 30 487 342 руб. 47 коп., в том числе: 16 800 000 руб. - сумма займа по договору от 28.02.2022 № 6-22к, 1 620 767 руб. 13 коп. - процентов за пользование займом за период с 01.03.2022г. по 28.11.2022, проценты за пользование займом за период, начиная с 29.11.2022 на сумму долга 16 800 000 руб. по ставке 11% годовых по день фактического возврата займа, 974 400 руб. - неустойки за период с 02.10.2022 по 28.11.2022, неустойку, подлежащую начислению за каждый день просрочки на сумму долга в размере 16 800 000 руб. из расчета 0,1%, начиная с 29.11.2022 по день фактического исполнения обязательства по оплате основного долга, 9 750 000 руб. - сумма займа по договору от 09.03.2022 № 8-22к, 776 675 руб. 34 коп. - процентов за пользование займом за период с 14.03.2022 по 28.11.2022, проценты за пользование займом за период, начиная с 29.11.2022 на сумму долга 9 750 000 руб. по ставке 11% годовых по день фактического возврата займа, 565 500 руб.- неустойки за период с 02.10.2022 по 28.11.2022, неустойку, подлежащую начислению за каждый день просрочки на сумму долга в размере 9 750 000 руб. из расчета 0,1%, начиная с 29.11.2022 по день фактического исполнения обязательства по оплате основного долга, а также 154 778 руб. 84 коп.- государственной пошлины.

На основании изложенного ООО «Консалтинговая сервисная компания» обратилось в арбитражный суд с заявлением, в котором просило признать обоснованными и включить в реестр кредиторов ООО «Интеграл» требования в размере 30 487 342 руб. 47 коп.

Суды, принимая во внимание наличие признаков фактической аффилированности должника и кредитора, факт мнимости заключенных между сторонами договоров займа, транзитный характер перечисленных должнику

денежных средств, пришли к выводу о необоснованности требования кредитора, в связи с чем отказали во включении в реестр требований кредиторов.

Между тем судами не учтено следующее.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или не наступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

С учетом приведенной выше нормы права суды обеих инстанций пришли к ошибочному выводу о том, что договор займа заключенный между сторонами основан только на обстоятельствах признания долга стороной ответчика (ООО «Интеграл») и с учетом этого признания и документов, свидетельствует формально об исполнении договора займа (платежные поручения о перечислении денежных средств ответчику), но не природы и характера действительных отношений, сложившихся в тот период по поводу перечисления этих денежных средств ООО «Интеграл», и указывает на транзитный характер движения денежных средств и ничтожность договора займа в силу его мнимости.

Приходя к такому выводу, суды не учли, что факт выдачи займа подтвержден первичными платежными документами – платежными поручениям, а также решением суда о взыскании долга, а должник частично исполнил свои обязательства по заключенным договорам займа.

Кроме того, выводы судов противоречивы, так как суды сами указывают в своих судебных актах на следующие обстоятельства: указывают, что транзитный характер движения денежных средств под видом займа

подтверждается письменными доказательствами о заведомом планировании распределения денежных средств под видом займа остальным участникам группы, прямо указывающим на то, что сам должник этим займом фактически не воспользовался и не должен был воспользоваться, и здесь указывает на то, что платежным поручением № 88 ООО «КСК» от 01.03.2022 перечислена сумма 30 000 000 рублей в качестве займа по договору процентного займа № 6-22 от 28.02.2022, и в этот же день ООО «Интеграл» перечисляет сумму 10 000 000 рублей на счет ООО «Ротекс-с» платежным поручением № 1289, как оплату по договору поставки № 518-17 от 30.06.2017 и на счет ООО «Доган» две суммы, платежным поручением № 1290 на сумму 4 289 770 рублей, и платежным поручением № 1291 на сумму 15 710 230 рублей за транспортные услуги, что составило в общей сумме ровно 20 000 000 рублей. Таким образом, вся сумма в 30 000 000 рублей в день ее получения сразу была перечислена другим компаниям, входящим в общую группу.

Кассатор указывает, что данные действия носят не транзитный характер движения денежных средств, а свидетельствуют о хозяйственной деятельности субъектов правоотношений, в которой заемщик получив денежные средства по договору займа распорядился ими в своих хозяйственных целях, направив их на погашения обязательств перед другими юридическими лицами по договорам по различного рода договорам (договор поставки, договора оказания транспортных услуг), а не перечислил третьим лицам, по договору займа или распорядился иным способом.

Вывод суда первой и апелляционной инстанции, направленный на признание мнимости характера сделки, выраженный, по мнению судов, в сговоре между кредитором и должником и имевший другие цели, не связанные с заключением и исполнением такого вида договора как договор займа, и направлены на распределение денег в один и тот же день путем перечисления между другими участниками группы, согласованные как действия участников группы аффилированных лиц, которые не являются по своей сути займом, по мнению кассатора, не находит своего подтверждения, потому как указанные действия совершаются должником самостоятельно по сделкам которые требуют от должника оплаты денежных средств.

Кроме того, сама по себе аффилированность кредитора и должника не является основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов, без установления наличия имущественного кризиса у должника на даты сделок.

Отказывая в удовлетворении требований заявителя, суды также сослались на разъяснения, изложенные в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 -5 статьи 71 и пунктов 35 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором, с другой стороны. Указывая на то, что само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего задолженность, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения основанного на этой задолженности требования,

что следует из п. 10 ст. 16 Закона о банкротстве (п. 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020), суды полностью отказали во включении в реестр требований кредиторов.

В рассматриваемом споре является правоприменительной часть 2 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и части 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации которыми предусмотрено то, что вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Данное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта, вследствие чего законодатель установил, что требование кредитора, основанное на судебном акте, может быть подвергнуто изменению другим судом только при условии отмены (изменении) судебного акта в порядке пересмотра либо при условии исполнения судебного акта должником.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П разъяснено, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения, принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В соответствии с абзацем вторым пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве, разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом в деле о банкротстве, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Между тем по правилам статей 71, 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения.

Аналогичные разъяснения содержатся в пункте 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012г. № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», согласно которым, установленными могут быть только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с пунктом 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов Анализ указанных норм процессуального закона, с учетом разъяснений Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации позволяет прийти к следующим выводам.

Обязательность есть действие судебного решения как приказа государственного властного органа и распространяется на всех субъектов, подчиненных единому правопорядку Российской Федерации. При этом, обязательность это действие резолютивной части решения, а преюдиция - мотивировочной части решения.

Преюдиция распространяет свое действие лишь на лиц, участвующих в деле (действует в субъективных пределах), в то время как выводы, содержащиеся в резолютивной части решения, являются в силу статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязательными для всех органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций и лиц, в том числе и для судов.

Таким образом, установлен принцип абсолютности и обязательности судебных актов, а в случае отмены решения суда, определение суда о включении в реестр требований кредиторов, может быть пересмотрено по новым обстоятельствам в порядке Главы 37 АПК РФ.

Судами верно установлено, что решение Арбитражного суда Красноярского края по делу № А33-21964/2022 вступило в законную силу.

Конкурсным управляющим или кредиторами данное решение в соответствии с пунктом 24 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в кассационном порядке не обжаловано. Таким образом, поскольку наличие и размер долга установлены вступившим в законную силу судебным актом, суды могли только устанавливать, например, понижать очередность требования кредитора при наличии к тому оснований.

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Законом «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника. Пунктом 2 статьи 19 Закона о банкротстве предусмотрено, что заинтересованными лицами по отношению к должнику -юридическому лицу признаются: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или

иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 13 Обзора судебной практики № 4 (2017), утвержденного Президиумом от 15.11.2017, при предоставлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (например, с лицом, заявившим о включении требований в реестр) судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

В Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 обобщены правовые подходы, применение которых позволяет сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности удовлетворения требования контролирующих должника и аффилированных с ним лиц.

В частности, понижению подлежит очередность удовлетворения требований, возникновение которых связано с попытками контролирующего должника лица вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу компенсационного финансирования, в частности, с использованием конструкции договора займа, предоставления отсрочки платежа по договорам подряда, аренды, других договорных конструкций.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования, в частности с использованием конструкции договора займа, то есть избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты; пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

Формы такого финансирования могут быть разными: предоставление денежных средств или иного имущества (договор займа, договор поставки с предоплатой); предоставление отсрочек, рассрочек или фактическое бездействие по взысканию задолженности; совершение обеспечительных сделок, например поручительство за должника; приобретение требований независимых кредиторов; исполнение обязательства за должника без указаний с его стороны (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

Верховным Судом Российской Федерации в пункте 2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, указано, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными. Вместе с тем из указанного правила имеется ряд исключений, которые проанализированы в Обзоре, обобщившим правовые подходы, позволяющие сделать вывод о наличии или отсутствии оснований для понижения очередности (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве при наличии любого из обстоятельств, указанных в этом пункте, считается, что должник находится в трудном экономическом положении (далее - имущественный кризис) и ему надлежит обратиться в суд с заявлением о собственном банкротстве. Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства (п. 3.1 Обзора). Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено независимым требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. Таким образом, очередность требований кредитора может быть понижена в случае, если финансирование деятельности должника произведено аффилированным лицом в условиях финансового кризиса.

В силу пункта 4 статьи 134 Закона о банкротстве требования кредиторов удовлетворяются в следующей очередности: - в первую очередь производятся

расчеты по требованиям граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, путем капитализации соответствующих повременных платежей, а также расчеты по иным установленным настоящим Федеральным законом требованиям; - во вторую очередь производятся расчеты по выплате выходных пособий и (или) оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и по выплате вознаграждений авторам результатов интеллектуальной деятельности; - в третью очередь производятся расчеты с другими кредиторами, в том числе кредиторами по нетто-обязательствам.

Согласно пункту 3 Обзора от 29.01.2020г., очередность удовлетворения требования кредитора, аффилированного с должником, может быть понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование в ситуации имущественного кризиса должника.

В данном случае суды не исследовали вопросы природы займа, корпоративный он или нет, не устанавливали, был ли на даты займов у должника имущественный кризис и т.д.

С учетом вышеизложенного, суд кассационной инстанции считает, что выводы судов об отсутствии оснований для признания требований кредитора, сделаны преждевременно, при неправильном применении норм материального права, без установления всех фактических обстоятельств дела и оценки всех доводов и доказательств, в связи с чем обжалуемые судебные акты подлежат отмене, поскольку, устанавливая фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы сторон и поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, предложив сторонам представить дополнительные доказательства в обоснование своих доводов и возражений, с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 23.05.2023 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.08.2023 по делу № А40-12199/2023 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Е.Л. Зенькова Судьи: П.М. Морхат В.З. Уддина