Решение от 20 декабря 2019 г. по делу № А40-261246/2018

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
РЕШЕНИЕ

Дело № А40-261246/18-34-2064
г. Москва
20 декабря 2019 г.
Резолютивная часть решения объявлена 10 декабря 2019 г.

Решение изготовлено в полном объеме 20 декабря 2019 г.

Арбитражный суд г. Москвы в составе:

Судьи Кравчик О.А.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в судебном заседании дело по иску

ООО "Кондитерская фабрика "Покровск"

к ФИО2, ФИО3

третье лицо: ООО "Олимпик Групп"

о взыскании солидарно в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ООО "Олимпик Групп" задолженности в размере 3 378 446,86 руб.

в заседании приняли участие:

от истца: не явился, извещен;

от ответчиков:

ФИО2 - ФИО4 по доверенности от 15.04.2019;

ФИО3 - не явился, извещен;

от третьего лица: не явился, извещен;

УСТАНОВИЛ:

ООО "Кондитерская фабрика "Покровск" обратилось в Арбитражный суд города Москвы с заявлением к ФИО2, ФИО3 о привлечении их к субсидиарной ответственности как бывших генеральных директоров общества и взыскании с них солидарно в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника - ООО "Олимпик Групп" задолженности в размере 3 378 446,86 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО "Олимпик Групп".

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.02.2019 заявление ООО "КФ "Покровск" удовлетворено в полном объеме.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2019 решение Арбитражного суда города Москвы от 11.02.2019 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 06.08.2019 решение Арбитражного суда города Москвы от 11.02.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 18.04.2019 по настоящему делу отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Дело рассматривалось в соответствии с указаниями, изложенными в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 06.08.2019. При новом рассмотрении суду следует установить дату наступления у ООО "Олимпик Групп" признаков объективного банкротства, установить размер обязательств ООО "Олимпик Групп", возникших после наступления этой даты.

В судебное заседание истец представителя не направил.

Ответчик ФИО2 возражал относительного заявленных к нему требований.

Ответчик ФИО3 и третье лицо в судебное заседание не явились, представителей не направили, извещены надлежащим образом, что подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, отзывы не представили.

Суд на основании статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрел дело в отсутствие истца, ответчика ФИО3 и третьего лица.

Рассмотрев материалы дела, основания и предмет заявленных требований, оценив представленные доказательства, суд не находит оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, исходя из следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции названного Федерального закона).

Исковое заявление ООО "КФ "Покровск" (далее - общество) поступило в суд 02.11.2018, следовательно, подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Вместе с тем для квалификации действий привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц применяются нормы материального права в той редакции закона, которая действовала на дату вменяемого деликта.

Обращаясь в суд с рассматриваемым заявлением, ООО "Кондитерская фабрика "Покровск" указало на то, что начиная с января 2016 года ООО "Олимпик Групп", руководителем которого в период с 29.05.2014 по 23.05.2016 являлся ФИО2, перестало исполнять свои обязательства по договору от 12.04.2013 № 2/133, при этом ФИО2 уклонялся от погашения задолженности перед кредитором, не возражал по сути судебных споров касательно взыскания задолженности, намеренно прекратил свои полномочия в качестве руководителя должника и вышел из состава участников должника. Как полагает ООО "Кондитерская фабрика "Покровск", ФИО2, зная о неплатежеспособности должника, был обязан обратиться в суд с заявлением о признании его несостоятельным, однако, не сделал этого.

Как следует из материалов дела, с 29.05.2014 по 23.05.2016 руководителем ООО "Олимпик Групп" являлся ФИО2, а с 24.05.2016 - ФИО3

В силу абзаца тридцать первого статьи 2 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника.

Исходя из смысла указанной нормы права, ФИО2 и ФИО3 являются лицами, контролирующими должника.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Саратовской области по делу от 03.06.2016, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2016 по делу № А57-8977/2016 с ООО "Олимпик Групп" в пользу ООО "Кондитерская фабрика "Покровск" взыскана задолженность по договору № 2/133 от 12.04.2013 на поставку товаров в размере 1 688 666,48 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 29 886,66 руб.

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 06.06.2016, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2016 по делу № А57-9960/2016 с ООО "Олимпик Групп" в пользу ООО "Кондитерская фабрика "Покровск" взыскана сумма основного долга за поставленный товар в размере 848 439,48 руб., государственная пошлина в размере 19 870 руб.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.10.2016 по делу № А40-159764/16-63-1447, вступившим в законную силу, с ООО "Олимпик Групп" в пользу ООО "Кондитерская фабрика "Покровск" взыскана задолженность в размере 773 122,25 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 18 462 руб.

Ответственность контролирующих лиц и руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем возложение на руководителя обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следовательно, для привлечения виновного лица к гражданско-правовой ответственности необходимо доказать наличие состава правонарушения, включающего наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом, вину причинителя вреда.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 22 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6/8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56 ГК РФ), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве установлен перечень обстоятельств, при наступлении которых руководитель должника обязан обратиться с заявлением о признании должника банкротом.

Такая обязанность возникает, в том числе, в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в указанных выше случаях в арбитражный суд в кратчайший срок, но непозднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

При рассмотрении спора о привлечении к субсидиарной ответственности подлежит установлению дата возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, дата возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника и дата истечения предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве срока, дата возникновения обязательства, к субсидиарной ответственности по которому привлекается лицо.

В пунктах 1, 2 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона действовавшего по состоянию на январь 2016 года) предусмотрено, что руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд при наличии одного из обстоятельств, указанных в данном пункте, а также в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее, чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве (редакции Федерального закона по состоянию на январь 2016 года) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Указанные нормы касаются недобросовестных действий руководителя должника, который, не обращаясь в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве при наличии к тому оснований, фактически скрывает от кредиторов информацию о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица; подобное поведение руководителя влечет за собой принятие уже несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, влечет заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого законодатель в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

По смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 18.07.2003 № 14-П, нормальное финансовое состояние общества предполагает, что его чистые активы, стоимость которых представляет собой разницу между балансовой стоимостью активов (имущества) и размером обязательств данного общества, с течением времени растут по сравнению с первоначально вложенными в уставный капитал средствами. Уменьшение стоимости чистых активов без тенденции их увеличения свидетельствует о неудовлетворительном управлении делами общества. Если же стоимость чистых активов принимает отрицательное значение, это означает, что средств, полученных от продажи имущества общества, может не хватить для того, чтобы расплатиться со всеми кредиторами. Из этого следует, что формально-нормативные показатели, с которыми законодатель связывает необходимость ликвидации общества, должны объективно отображать наступление критического для такого общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

В отношении ФИО2 истец указал, что 20.04.2016 осуществлена последняя оплата, в период с 21.04.2016 по 21.05.2016 он должен был обратиться с заявлением.

Исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Исходя из этого в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Исходя из указанной истцом даты в рассматриваемом случае, ФИО2 должен был инициировать процесс банкротства должника после 21.05.2016. На иной период возникновения обязанности по подаче в суд заявления о несостоятельности должника общество не ссылалось и соответствующие обстоятельства не доказывало.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания для возложения на ФИО2 субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве по обязательствам должника, вытекающим из обязательств, возникшим до указанной даты.

Аналогичная позиция указана в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992 по делу № А40-155759/2017.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица - руководителя (с которым не вступал в непосредственные правоотношения), должен обосновать наличие в действиях такого руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Бремя опровержения доводов истца лежит на руководителе, привлекаемом к ответственности.

Таким образом, само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчиков на опровержение заявленных истцом доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности.

Соответственно, при рассмотрении такой категории дел как привлечение руководителя к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества) суд должен исследовать и давать оценку на только заявленным требованиям и приведенным в обосновании требований доводам, но и исследовать и оценивать по существу приводимые ответчиком возражения, которые должны быть мотивированы и документально подтверждены.

При рассмотрении настоящего спора истец ставит в вину ФИО3 непринятие мер по погашению задолженности перед обществом, отсутствие возражений относительно внесенной регистрирующим органом записи о принятии решения о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности), не обращение в период с 24.06.2016 по 24.07.2016 с заявлением о банкротстве.

Ответчик же указывает, что номинальный характер руководства ФИО3 и прекращение хозяйственной деятельности должника с мая 2016 опровергается следующими доказательствами: согласно расшифровке дебиторской задолженности по состоянию на 31.03.2016, имелась задолженность в сумме 8 000 000 руб., о чем между ООО "Металл-Групп" и ООО "Олимпик Групп" был подписан акт сверки, аналогичный акт сверки был подписан по состоянию на 31.05.2016.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО3 приступила к осуществлению руководства обществом, имела сведения о финансовом состоянии общества, получила информацию о контрагентах ООО "Олимпик Групп".

Хозяйственные отношения с обществом у ООО "Олимпик Групп" сложились на основании договора 2013 года, в период с мая 2014 по апрель 2016 производилась поставка, задолженность, образовавшаяся в 2016 году, не являлась критичной для ООО "Олимпик Групп" и не свидетельствует о недобросовестном поведении ответчиков.

Довод истца о наличии признаков неплатежеспособности в апреле 2016 опровергается управленческим балансом по состоянию на 30.04.2016, а также расшифровкой дебиторской задолженности: запасы компании составляли 8 952 тыс. руб., дебиторская задолженность 11 083 тыс. руб., нераспределенная прибыль 3 332 тыс. руб., денежные средства 12 тыс., уставной капитал общества 20 тыс., основные средства 1 893 тыс., прочие оборотные активы 446 тыс. (итого активы компании составляли 25 738 тыс. руб.); пассивы компании состояли из кредиторской задолженности в сумме 19 034 тыс. руб.

Таким образом, по состоянию на апрель 2016 компания являлась ликвидной.

Из изложенного следует, что на апрель 2016 ООО "Олимпик Групп" не отвечало признакам неплатежеспособности, в связи с чем у ФИО2 не возникло обязанности по обращению в суд с заявлением.

Учитывая вышеизложенное, у суда отсутствуют основания для возложения и на ФИО3 субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве 24.07.2016 по обязательствам должника, вытекающим из обязательств, возникшим до указанной даты.

Отказывая в удовлетворении заявленного иска, суд приходит к выводу о том, что истцом не приведены достаточные доказательства для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по указанным им основаниям.

Расходы по оплате госпошлины относятся на истца на основании статьей 110, 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 4, 65, 71, 110, 112, 167-170, 171, 176-177, 180, 181, 276 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья Кравчик О.А.