Постановление от 1 июля 2020 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1519/19

Екатеринбург

02 июля 2020 г.

Дело № А47-6140/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 25 июня 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 02 июля 2020 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шершон Н.В.,

судей Соловцова С.Н., Кудиновой Ю.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Абушкевичем К.В. рассмотрел в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Оренбургской кассационную жалобу публичного акционерного общества Банк ВТБ (далее – Банк ВТБ) на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 15.11.2019 по делу № А47-6140/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2020 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание в Арбитражный суд Уральского округа не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Определением суда округа от 26.05.2020 судебное разбирательство на основании ходатайства Банка ВТБ отложено на 25.06.2020.

В судебное заседание 25.06.2020 в Арбитражный суд Оренбургской области обеспечили явку представители:

публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – Сбербанк) – ФИО1 (доверенность от 20.02.2020);

внешнего управляющего общества с ограниченной ответственностью «Уралэлектрострой» (далее – общество «УЭС», Должник) ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 18.11.2019);

До начала указанного судебного заседания Банк ВТБ вновь заявил ходатайство об отложении судебного разбирательства, в котором сослался на то, что данное дело находится на сопровождении головной организации Банка ВТБ (г. Москва), при этом в связи со сложившейся в г. Москве неблагополучной эпидемиологической обстановкой, вызванной распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19), Банком ВТБ принимаются меры по самоизоляции сотрудников, ввиду чего обеспечение явки в судебное заседание не представляется возможным.

Представители Сбербанка и управляющего ФИО2 заявили возражения против отложения судебного заседания, сводящиеся к тому, что, во-первых, в г. Москве отменены ограничения на покидание мест пребывания (проживания) и передвижение, а в Свердловской области упразднена обязательная 14-дневная обсервация для лиц, прибывших из г. Москвы, что позволяет Банку ВТБ обеспечить прибытие своего представителя для участия в судебном заседании, во-вторых, в июне 2020 года представителем операционного офиса Банка ВТБ «Оренбургский» принималось участие в судебном заседании по настоящему делу при рассмотрении требований Банка ВТБ о включении в реестр требований кредиторов Должника, что опровергает доводы последнего о нахождении настоящего дела о банкротстве исключительно на сопровождении московского представительства Банка ВТБ, и, в-третьих, неблагополучная эпидемиологическая обстановка несет угрозу не только представителю Банка ВТБ, но и представителям иных участников рассматриваемого спора, однако с их стороны уже дважды обеспечена явка представителей в судебное заседание.

Рассмотрев изложенные в ходатайстве Банка ВТБ доводы в пользу необходимости отложения судебного разбирательства, а также приведенные его процессуальными оппонентами аргументы против, исходя из существенного послабления введенных на территории г. Москвы и Свердловской области ограничительных мер, направленных на противодействие распространению на территории Российской Федерации коронавирусной инфекции (COVID-19), принимая во внимание, что на протяжении длительного периода времени

какая-либо процессуальная активность, выходящая за рамки представления ходатайств об отложении судебных заседаний, направленная на обеспечение участия представителя Банка ВТБ в судебном заседании (посредством видеоконференц-связи либо веб-конференции) с его стороны отсутствует, суд округа считает, что в данном случае достаточные основания для очередного отложения судебного процесса отсутствуют.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 26.06.2018 в отношении общества «УЭС» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО4, которая определением от 24.08.2018 освобождена от исполнения указанных обязанностей, в качестве временного управляющего утвержден ФИО5, являющийся членом Ассоциации «Региональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» (далее – Ассоциация «РСОПАУ»).

Определением суда первой инстанции от 20.05.2019 в отношении общества «УЭС» введено внешнее управление, внешним управляющим утвержден ФИО5

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2019, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 08.10.2019, определение от 20.05.2019 отменено в части утверждения ФИО5 внешним управляющим Должника.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 15.11.2019, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2020, внешним управляющим Должника утвержден ФИО2, член Союза «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Северо-Запада» (далее – Союз «СРО АУ СЗ»).

В кассационной жалобе Банк ВТБ просит указанные судебные акты отменить и направить дело на новое рассмотрение с указанием на необходимость утверждения внешнего управляющего из числа членов саморегулируемой организации, определенной методом случайной выборки. Кассатор полагает, что суды, утвердив кандидатуру внешнего управляющего, определенную собранием кредиторов Должника, фактически преодолели вывод о необходимости утверждения управляющего с использованием метода случайной выборки, изложенный в апелляционном постановлении от 08.02.2020. Выражая несогласие с выводами судов об отсутствии в настоящем деле конфликта интересов ввиду выбора собранием кредиторов Должника 29.10.2019 отличной от Ассоциации «РСОПАУ» саморегулируемой организации арбитражных управляющих, Банк ВТБ настаивает на том, что метод случайной выборки должен применяться во всех случаях участия в принятии решения об утверждении кандидатуры управляющего аффилированного к должнику мажоритарного кредитора, коим в настоящем деле выступает Сбербанк, тем более, что, на взгляд Банка ВТБ, действия последнего указывают на наличие у него корыстного цели проведения контролируемых банкротств группы компаний «Уралэлектрострой» исключительно в личных интересах и в ущерб иным кредиторам Должника. Кассатор полагает, что решение собрания кредиторов Должника от 29.10.2019 не имеет юридической силы, а также ссылается на то, что участие Сбербанка в уставном капитале группы компаний «Уралэлектрострой» не является обеспечительным, а направлено на осуществление контроля за процедурами банкротства группы компаний и получение прибыли из их деятельности, что исключает выводы судов о том, что действия Сбербанка не выходят за рамки обычных интересов кредитора-залогодержателя.

Сбербанк и внешний управляющий ФИО2 представили отзывы, в которых, ссылаясь на то, что постановление суда апелляционной инстанции от 24.07.2019 принято при иных фактических обстоятельствах, касающихся невозможности утверждения в настоящем деле в качестве управляющего кандидатуры ФИО5 из Ассоциации «РСОПАУ», которые в настоящее время отсутствуют, указывая на обеспечительный характер вступления Сбербанка в уставный капитал организации-должника, отсутствие какого-либо конфликта интересов между кредиторами, отмечая, что в рамках настоящего дела Сбербанк действует как кредитор, а не участник общества-должника, а также полагая, что обжалуемые судебные акты прав Банка ВТБ не нарушают, просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, в удовлетворении кассационной жалобы последнего отказать.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, установленном статьями 284 – 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд округа пришел к следующим выводам.

Из материалов настоящего дела следует, что определением Арбитражного суда Оренбургской области от 20.05.2019 в связи с введением в отношении Должника внешнего управления его внешним управляющим утвержден ФИО5, являющийся членом Ассоциация «РСОПАУ».

Между тем постановлением апелляционного суда от 24.07.2019, оставленным без изменения постановлением суда округа от 08.10.2019, данное определение в части утверждения ФИО5 внешним управляющим отменено по мотиву наличия возможного конфликта интересов и осуществления контролируемого банкротства, в обоснование которого положены обстоятельства того, что Ассоциация «РСОПАУ» обозначалась ФИО6, являющимся директором и учредителем общества «УЭС», при обращении с заявлением о собственном банкротстве, а также Сбербанком – в процедурах банкротства иных обществ, составляющих группу компаний «Уралэлектрострой», а равно и то, что являющимся членами вышеупомянутой организации арбитражным управляющим ФИО5 и ФИО7, утвержденному финансовым управляющим в деле о банкротстве ФИО6, оказываются юридические услуги представителем одной и той же фирмы, тогда как в условиях диаметральной противоположности интересов данных лиц ввиду наличия у общества-должника притязаний к бывшему руководителю и учредителю ФИО6 к числу мероприятий процедуры банкротства по настоящему делу добавятся осуществление контроля со стороны управляющего за исполнением судебных актов о взыскании с ФИО6 убытков либо о его привлечении к субсидиарной ответственности, оспаривание сделок, совершенным им как руководителем Должника, и распределение денежных средств, причитающихся Должнику по результатам исполнения судебных актов.

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 24.07.2019 назначен вопрос об утверждении внешнего управляющего, в целях разрешения которого на основании пункта 5 статьи 37 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) саморегулируемая организация арбитражных управляющих, из числа членов которой должен быть утвержден внешний управляющий общества «УЭС», выбиралась с использованием соответствующего программного комплекса в случайном порядке и таковой определена Ассоциация «Урало-Сибирское объединение арбитражных управляющих» (далее – Ассоциация «УРСО АУ»).

От Ассоциации «УРСО АУ» на основании статей 20, 20.2, 45 Закона о банкротстве поступило представление о соответствии для утверждения внешним управляющим Должника кандидатуры ФИО8.

Между тем в материалы дела от представителя собрания кредиторов Должника ФИО9 поступило заявление об отклонении Ассоциации «УРСО АУ» в качестве саморегулируемой организации, из числа членов которой подлежит утверждению кандидатура внешнего управляющего Должника, а также кандидатуры арбитражного управляющего ФИО8,

При этом 04.10.2019 проведено собрание кредиторов по вопросу выбора саморегулируемой организации арбитражных управляющих.

На указанном собрании, в котором приняли участие Федеральная налоговая служба, Банк, Сбербанк, публичное акционерное общество «Федеральная сетевая компания единой энергетической системы» (далее – общество «ФСК ЕЭС»), акционерное общество «Центр инжиниринга и управления строительством единой энергетической системы» (далее – общество «ЦИУС ЕЭС»), общества с ограниченной ответственностью «Уралэнергострой» и Оренбургский ипотечный коммерческий банк «Русь», по пятому и шестому вопросам повестки приняты решения об отклонении выбранной судом Ассоциации «УРСО АУ» и кандидатуры ФИО8

Собранием кредиторов, состоявшимся 29.10.2019, при аналогичном кворуме принято решение об избрании внешнего управляющего Должника из числа членов Союз «СРО АУ СЗ».

От Ассоциации «РСОПАУ» в свою очередь 05.11.2019 в материалы дела поступило ходатайство об утверждении внешним управляющим Должника ФИО10.

Союзом «СРО АУ СЗ» 06.11.2019 представлены сведения о соответствии требованиям, предусмотренным статьями 20 и 20.2 Закона о банкротстве для утверждения внешним управляющим Должника, кандидатуры арбитражного управляющего ФИО2

Утверждая внешним управляющим Должника ФИО2, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В силу пункта 5 статьи 96 Закона о банкротстве внешний управляющий утверждается арбитражным судом в порядке, предусмотренном статьей 45 названного Закона, в соответствии с пунктом 5 которой по результатам рассмотрения представленной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих информации о соответствии кандидатуры арбитражного управляющего требованиям, предусмотренным пунктами 2 – 4 статьи 20 (в том числе требованиям, установленным саморегулируемой организацией арбитражных управляющих в качестве условий членства в ней), и статье 20.2 названного Закона, содержащей перечень оснований, по которым суд может отказать в утверждении представленной кандидатуры в качестве арбитражного управляющего (в числе которых, в том числе, заинтересованность кандидата по отношению к должнику, кредиторам), или кандидатуры арбитражного управляющего арбитражный суд утверждает арбитражного управляющего, соответствующего таким требованиям.

Приведенные в пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснения предписывают арбитражным судам при осуществлении предусмотренных Законом о банкротстве функций по утверждению и отстранению арбитражных управляющих исходить из таких общих задач судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных прав и законных интересов участников судебного разбирательства и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Указанное требование обусловлено тем, что процедуры банкротства носят публично-правовой характер, ввиду чего для достижения названной цели института банкротства основной обязанностью законодателя является максимально возможное обеспечение баланса прав и законных интересов (зачастую диаметрально противоположных) участвующих в деле о банкротстве лиц, что, в числе прочего, обеспечивается посредством утверждения судом арбитражного управляющего, наделяемого для проведения процедур банкротства полномочиями, которые в значительной степени носят публично-правовой характер, и решения которого являются обязательными и влекут правовые последствия для широкого круга лиц.

С учетом специфики производства по делам о несостоятельности (банкротстве), заключающейся в том, что в конкурентной борьбе за распределение конкурсной массы неплатежеспособного должника наряду с независимыми кредиторами, разумно рассчитывающими на погашение имеющейся перед ними задолженности, могут участвовать и заинтересованные (аффилированные) по отношению к должнику лица, обоюдный интерес которых состоит в сохранении имущества/активов должника за собой, сложившейся судебной практикой выработан правовой подход, направленный на обеспечение подлинной независимости управляющего, предотвращение потенциального конфликта интересов, на устранение всяких сомнений по поводу того, что управляющий, предложенный должником или связанным с ним лицом, в приоритетном порядке будет учитывать интересы последнего, ущемляя тем самым права гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов, о наличии у суда права определения кандидатуры арбитражного управляющего методом случайной выборки по аналогии с пунктом 5 статьи 37 Закона о банкротстве (пункт 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 (далее – Обзор от 20.12.2016) и пункт 12 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020)).

В отсутствие же оснований сомневаться в независимости и беспристрастности утверждаемого судом в качестве арбитражного управляющего лица по отношению к должнику или кому-либо из его кредиторов, а равно и обстоятельств, свидетельствующих о наличии в деле о банкротстве ситуации конфликта интересов между кредиторами, выходящего за рамки предусмотренной законом и характерной для подобного рода отношений модели выработки единого мнения посредством принуждении меньшинства кредиторов большинством, судам надлежит руководствоваться общим правилом, согласно которому выбор арбитражного управляющего или саморегулируемой организации, из членов которой подлежит утверждению арбитражный управляющий, в рамках уже введенной процедуры банкротства либо при смене таковой относится к исключительной компетенции собрания кредиторов (абзац 6 статьи 12 Закона о банкротстве). Изложенный подход согласуется с правовой позицией, высказанной применительно к рассматриваемому вопросу Верховным Судом Российской Федерации в Определении от 29.05.2020 № 305-ЭС19-26656 по делу № А41-23442/2019.

В данном случае, исследовав и оценив доводы и возражения лиц, участвующих в деле, по вопросу утверждения кандидатуры внешнего управляющего Должником, учитывая конкретные фактические обстоятельства настоящего дела о банкротстве, суды исходили из отсутствия обстоятельств имевших место при первоначальном рассмотрении спорного вопроса, свидетельствующих о потенциальной либо реальной ангажированности предложенной саморегулируемой организацией арбитражных управляющих, избранной собранием кредиторов 29.10.2019, кандидатуры внешнего управляющего ФИО2 по отношению к кому-либо из лиц, участвующих в настоящем деле, в частности Сбербанку, являющемуся мажоритарным кредитором по настоящему делу о банкротстве. Судами также заключено, что получение последним корпоративных прав участия в уставном капитале организаций, объединенных в группу компаний «Уралэлектрострой», являлось частью стратегии, направленной исключительно на обеспечение возврата представленного Должнику кредитного финансирования посредством сохранения текущей хозяйственной деятельности общества-должника в рамках действующих подрядных контрактов с обществами «ФСК ЕЭС» и «ЦИУС ЕЭС», возможного восстановления его платежеспособности и снижения кредиторских убытков, о чем свидетельствуют содержание генерального соглашения от 03.09.2018 № 8623-0014 между Должником и Сбербанком, а также соглашения о предоставлении опциона на заключение договора купли-продажи долей между последним и ФИО6, тогда как доказательств иного, в частности совершения Сбербанком действий и принятие им решений, выходящих за пределы стандартов поведения кредитора-залогодержателя

(с учетом объемов предоставленных группе компаний кредитных средств) и направленных на ущемление прав и законных интересов Должника либо иных его кредиторов, Банком ВТБ не представлено.

Учитывая изложенное и исходя из того, что иные сомнения в возможности надлежащего исполнения ФИО2 возложенных на него обязанностей в процедуре внешнего управления отсутствуют,

каких-либо конкретных возражений по названной кандидатуре со стороны Банка ВТБ не высказано, принимая во внимание, что решения собрания кредиторов от 29.10.2019 никем не оспорены, недействительными не признаны, при этом из материалов дела безусловных оснований для выводов об отсутствии у них юридической силы не усматривается, суды обеих инстанций сделали обоснованные выводы о возможности утверждения в настоящем деле в качестве внешнего управляющего кандидатуры арбитражного управляющего ФИО2, в отношении которого представлены сведения о его соответствии требованиям Закона о банкротстве, достаточных оснований для изыскания иной кандидатуры внешнего управляющего не имеется.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела суд округа считает, что судами обеих инстанций верно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения рассматриваемого вопроса, им дана надлежащая юридическая оценка, приведенные сторонами спора доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием в обжалуемых судебных актах мотивов, по которым они были приняты или отклонены, выводы судов соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, и основываются на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Ссылки Банка ВТБ на то, что обжалуемыми судебными актами преодолены выводы, изложенные в постановлении от 24.07.2019 по настоящему делу, а также о том, что метод случайной выборки должен применяться во всех случаях участия в принятии решения об утверждении кандидатуры управляющего аффилированного к должнику мажоритарного кредитора, суд округа отклоняет.

Вопреки мнению Банка ВТБ, из смысла правовых подходов, закрепленных в пункте 12 Обоза от 29.01.2020 и пункте 27.1 Обзора от 20.12.2016, следует, что использование механизма случайной выборки как один из способов обеспечения независимости подлежащей утверждению в деле о банкротстве кандидатуры арбитражного управляющего не является общим правилом для ситуации с аналогичными настоящему делу обстоятельствами, и должно быть обусловлено конкретными обстоятельствами, наличие которых вызывает существенные сомнения в независимости и небеспристрастности такой кандидатуры. Как верно отмечено судами и возражающими лицами, в настоящее время те обстоятельства, применительно к которым апелляционной коллегией сделан вывод о необходимости выбора внешнего управляющего посредством механизма случайной выборки, в настоящее время отсутствуют, каких-либо доказательств заинтересованности внешнего управляющего ФИО2 по отношению к Должнику в лице его бенефициара ФИО6, либо же Сбербанку, не имеется, вследствие чего основания для применения такого механизма на данной стадии рассмотрения дела отпали.

При этом из материалов настоящего дела о банкротстве усматривается, что ФИО2 с момента его утверждения приступил к исполнению своих обязанностей (согласно приведенным пояснениям утвержден и исполняется план внешнего управления, оспариваются сделки, осуществляются иные мероприятия), каких-либо нареканий к его деятельности со стороны кредиторов, в том числе Банка ВТБ, также не имеется.

Иные доводы кассационной жалобы по существу сводятся мнению кассатора о необходимости иной оценки приведенных участниками спора доводов и доказательств, в связи с чем также подлежат отклонению. Само по себе несогласие Заявителя с выводами судов, основанными на расхожей с ними правовой оценке фактических обстоятельств и доказательственной базы по спору, не свидетельствует о наличии в обжалуемых судебных актах существенных нарушений норм материального и/или процессуального права и не может служить основанием основанием для отмены судебных актов.

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального

и/или процессуального права, являющихся основанием для изменения

или отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено, следует признать, что обжалуемые определение Арбитражного суда Оренбургской области от 15.11.2019 по делу № А47-6140/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2020 по тому же делу являются законными и обоснованными, ввиду чего отмене по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Оренбургской области от 15.11.2019

по делу № А47-6140/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу публичного акционерного общества Банк ВТБ – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.В. Шершон

Судьи С.Н. Соловцов

Ю.В. Кудинова