Решение от 19 марта 2025 г. по делу № А56-100221/2023

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6

http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-100221/2023
20 марта 2025 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 27 февраля 2025 года.

Полный текст решения изготовлен 20 марта 2025 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе:судьи Лодиной Ю.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Пермяковой Г.Л.

рассмотрев в судебном заседании дело по иску:

истец: общество с ограниченной ответственностью «Промышленные энергетические системы»

ответчик: общество с ограниченной ответственностью «НГ-Энерго»

третье лицо: акционерное общество «Сбербанк Лизинг»

о взыскании

при участии

от истца (заявителя) ФИО1, доверенность от 06.10.2024;

от ответчика ФИО2, доверенность от 28.12.2024; ФИО3, доверенность от 28.12.2024;

от третьего лица: не явился (извещен)

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Промышленные энергетические системы» (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «НГ-Энерго» (далее – ответчик, Компания) о взыскании 7 611 222,65 руб. неустойки, 2 260 428,86 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Истец заявил ходатайство об уточнении исковых требований, согласно которому просит взыскать 7 611 222,65 руб. штрафной неустойки по договору от 28.11.2022 №ОВ/К167116-01-05-С-01 за период с 01.06.2023 по 09.08.2023.

Ответчик заявил ходатайство о проведении судебной инженерно-технической экспертизы.

Определением от 30.05.2024 назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «Научно-исследовательский институт судебных экспертиз», эксперту ФИО4.

От экспертного учреждения поступило заключение эксперта № СЭ/10-578/24.

В предварительном судебном заседании истец заявил ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, акционерное общество «Сбербанк лизинг», пояснив, что судебным актом по настоящему делу могу быть затронуты права и обязанности по отношению к сторонам дела, поскольку указанное лицо является Покупателем (стороной договора от 28.11.2022 № ОВ/К-167116-01-05-С-01) и также может предъявлять требования в связи с исполнением ответчиком договора.

Ответчик приобщил к материалам дела отзыв на иск, а также протокол осмотра доказательств, пояснил, что указанные доказательства подтверждают иную дату получения технического задания, а также сослался на неоднократные внесения изменений истцом (в период 2023 года) в общий вид уже изготовленного ответчиком оборудования и предъявление к оборудованию дополнительных требований, что исключает просрочку на стороне ответчика. Против удовлетворения ходатайства о привлечении третьего лица ответчик не возражал.

Определением суда от 12.03.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «Сбербанк лизинг» (Покупатель).

Суд, завершив рассмотрение всех вынесенных в предварительное судебное заседание вопросов, с учетом мнения присутствующих в судебном заседании представителей лиц, участвующих в деле, признал дело подготовленным к судебному разбирательству и разрешил спор по существу.

Исследовав материалы настоящего дела, оценив собранные по делу доказательства в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, между Компанией (продавцом), Банком (покупателем) и Обществом (получателем) заключен Договор от 28.11.2022 №ОВ/К167116-01-05-С-01 (далее – договор), по условиям которого продавец обязался поставить и передать покупателю в собственность, а покупатель – принять и оплатить следующее оборудование: дизельные электростанции ЭНЕРГО-Д630/0,4КН20 не ранее 2022 года выпуска в количестве семи единиц (далее – Оборудование) в соответствии со спецификацией (приложение № 1 к Договору).

В спецификации (приложение № 1 к Договору) стороны согласовали, что Оборудование должно быть изготовлено в соответствии с Приложением № 1 к данной спецификации.

Согласно пункту 1.2 Договора Оборудование приобретается покупателем по заказу получателя в соответствии с договором лизинга от 28.11.2022 № ОВ/К167116-01-04 (далее – Договор лизинга), заключенным между покупателем и получателем, для дальнейшей передачи Оборудования последнему в финансовую аренду (лизинг).

Исходя из пункта 2.1 Договора общая стоимость Оборудования составляет 1 970 388 долларов США, в том числе НДС 20%.

В силу пункта 1.3 Договора получатель выступает в отношениях с продавцом на стороне покупателя, на него распространяются все права и обязанности покупателя, предусмотренные договором, за исключением права собственности на Оборудование, права на изменение условий или отказ от исполнения Договора, обязательств по оплате стоимости Оборудования и права требования возврата уплаченных денежных средств.

Все претензии относительно качества, количества, ассортимента, комплектности, сроков поставки Оборудования, а также в других случаях ненадлежащего исполнения Договора продавцом получатель будет предъявлять непосредственно продавцу на основании статьи 670 ГК РФ, и требования получателя приравниваются к претензиям и требованиям покупателя.

В пункте 2.2 Договора оговорен порядок расчетов:

- покупатель осуществляет первый авансовый платеж в размере 20% от стоимости Оборудования (394 077 долларов США 60 центов) после подписания сторонами Договора путем перечисления денежных средств на расчетный счет продавца в течение 10 рабочих дней со дня получения соответствующего счета от продавца, в том числе посредством электронной почты с электронного адреса, указанного в Договоре, не считая дня выставления счета (пункт 2.2.1 Договора);

- покупатель осуществляет второй платеж в размере 50% от стоимости Оборудования (его части) в течение 10 рабочих дней с даты получения уведомления от продавца о поступлении Оборудования (его части) на склад продавца при условии предоставления получателем покупателю сканированной копии договора № 22С2525, заключенного с обществом с ограниченной ответственностью «ЛУКОЙЛ-Западная Сибирь» на сумму не менее 1 669 273 156 руб. и сроком окончания не ранее 2026 года (пункт 2.2.2 Договора);

- покупатель осуществляет третий платеж в размере 30% от стоимости Оборудования (его части) в течение 10 рабочих дней с даты получения уведомления от продавца о готовности Оборудования к отгрузке и технической документации на Оборудование (пункт 2.2.3 Договора).

Как предусмотрено пунктом 3.1 Договора, срок поставки Оборудования – не позднее шести месяцев с даты заключения Договора при условии поступления денежных средств в размере общей стоимости Договора (пункт 2.1 Договора) на расчетный счет продавца.

Отгрузка Оборудования осуществляет выборкой со склада продавца, расположенного по адресу: 188508, Ленинградская область, муниципальный район Ломоносовский, Виллозское городское поселение, территория Южная часть промзоны Горелово, квартал 2, дом 22.

Датой поставки Оборудования считается дата подписания сторонами акта приема-передачи Оборудования и универсального передаточного документа или товарной накладной по форме ТОРГ-12.

В пункте 3.2 Договора установлено, что продавец обязан направить уведомление о готовности Оборудования к передаче покупателю и получателю способом, позволяющим достоверно установить факт направления данной информации, в том числе посредством электронной почты по адресам, указанным в реквизитах Договора. Уведомление должно быть направлено не позднее пяти рабочих дней до даты готовности Оборудования к передаче и должно содержать информацию о месте передачи и сроке, в течение которого покупатель и получатель могут принять Оборудование. Стороны могут договориться о продлении срока поставки путем подписания дополнительного соглашения. В случае уклонения представителя покупателя или получателя от приемки Оборудования, обязательство продавца по поставке Оборудования считается исполненным с момента направления уведомления о готовности Оборудования к отгрузке.

На основании пункта 6.2 Договора за нарушение срока поставки оборудования (при условии своевременной оплаты платежа, предусмотренного в пункте 2.2.1 Договора) продавец уплачивает покупателю неустойку в размере 0,1% от цены Договора за каждый календарный день просрочки, но не более 5% от общей стоимости Договора.

Указанные пени являются штрафной неустойкой и начисляются сверх убытков покупателя.

В пункте 6.7 Договора указано, что в случае задержки покупателем оплаты стоимости Оборудования в соответствии с пунктами 2.2.2 и 2.2.3 Договора продавец имеет право потребовать от покупателя уплатить пени в размере 0,1% от суммы просроченного платежа за каждый день просрочки, но не более 5% от общей стоимости Договора. В случае задержки получения авансового платежа от получателя (пункт 2.2.1 Договора) положения данного пункта применению не подлежат.

Из пункта 7.1 Договора следует, что он вступает в силу с даты перечисления получателем предварительного (авансового) платежа в соответствии с условиями Договора лизинга и действует до полного исполнения сторонами своих обязательств по Договору.

Общество 30.11.2022 перечислило Банку авансовый платеж в размере 25 025 503 руб. 91 коп. платежным поручением № 1730. Банк 01.12.2022 уплатил Компании аванс в соответствующем размере в соответствии с пунктом 2.2.1 Договора платежным поручением № 99245. Также 12.04.2023 Банк перечислил Компании 80 963 144 руб. 40 коп. в соответствии с пунктом 2.2.2 Договора платежным поручением № 73537. Компания уведомлением от 24.05.2023 №22-1887 сообщила Банку о готовности Оборудования к отгрузке согласно графику. Банк 25.05.2023 перечислил Компании 47 269 746 руб. 05 коп. в соответствии с пунктом 2.2.3 Договора платежным поручением № 869893.

Письмом от 02.06.2023 № 274 Общество потребовало от Компании передать Оборудование, указав на то, что данное обязательство подлежало исполнению в срок до 28.05.2023. Оборудование принято Обществом и Банком у Компании по акту приема-передачи Оборудования от 09.08.2023.

В связи с нарушением сроков поставки оборудования Общество направило в адрес Компании претензии от 26.07.2023 №365 и от 31.07.2023 №374 с требованием уплатить неустойки, возместить убытки и соразмерно снизить стоимость оборудования.

Оставление указанной претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд, изучив материалы дела и доводы сторон, приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьями 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями; односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Пунктом 5 статьи 454 ГК РФ определено, что договор поставки является видом договора купли-продажи и к нему применяются положения параграфа 1 главы 30 названного Кодекса в части, не противоречащей правилам названного Кодекса об этом виде договора. В силу статьи 455 ГК РФ товаром по договору купли-продажи могут быть любые вещи с соблюдением правил, предусмотренных статьей 129 ГК РФ; договор может быть заключен на куплю-продажу товара, имеющегося в наличии у продавца в момент заключения договора, а также товара, который будет создан или приобретен продавцом в будущем, если иное не установлено законом или не вытекает из характера товара; условие договора купли-продажи о товаре считается согласованным, если договор позволяет определить наименование и количество товара.

Пунктом 1 статьи 458 ГК РФ установлено, что если иное не предусмотрено договором купли-продажи, обязанность продавца передать товар покупателю считается исполненной в момент: вручения товара покупателю или указанному им лицу, если договором предусмотрена обязанность продавца по доставке товара; предоставления товара в распоряжение покупателя, если товар должен быть передан покупателю или указанному им лицу в месте нахождения товара. Товар считается предоставленным в распоряжение покупателя, когда к сроку, предусмотренному договором, товар готов к передаче в надлежащем месте и покупатель в соответствии с условиями договора осведомлен о готовности товара к передаче. Товар не признается готовым к передаче, если он не идентифицирован для целей договора путем маркировки или иным образом.

В пунктах 1 и 2 ГК РФ указано, что в случаях, когда договором купли-продажи предусмотрена обязанность покупателя оплатить товар полностью или частично до передачи продавцом товара (предварительная оплата), покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором, а если такой срок договором не предусмотрен, в срок, определенный в соответствии со статьей 314 ГК РФ; в случае неисполнения покупателем обязанности предварительно оплатить товар применяются правила, предусмотренные статьей 328 ГК РФ.

Из пункта 2 статьи 328 ГК РФ следует, что в случае непредоставления обязанной стороной предусмотренного договором исполнения обязательства либо при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что такое исполнение не будет произведено в установленный срок, сторона, на которой лежит встречное исполнение, вправе приостановить исполнение своего обязательства или отказаться от исполнения этого обязательства и потребовать возмещения убытков.

Как определено пунктом 1 статьи 330 ГК РФ, неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно пункту 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

Исходя из пункта 4 статьи 487 ГК РФ, в случае, когда продавец не исполняет обязанность по передаче предварительно оплаченного товара и иное не предусмотрено законом или договором купли-продажи, на сумму предварительной оплаты подлежат уплате проценты в соответствии со статьей 395 ГК РФ со дня, когда по договору передача товара должна была быть произведена, до дня передачи товара покупателю или возврата ему предварительно уплаченной им суммы. Договором может быть предусмотрена обязанность продавца уплачивать проценты на сумму предварительной оплаты со дня получения этой суммы от покупателя.

В части 1 статьи 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Определением суда от 30.05.2024 по ходатайству ответчика назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено обществу с ограниченной ответственностью «Научно-исследовательский институт судебных экспертиз», эксперту ФИО4 (далее – эксперт). Перед экспертом поставлены следующие вопросы:

- установить, относятся ли требования ООО «Промышленные энергетические системы», предъявленные к ООО «НГ-Энерго» после 24.05.2023 (даты уведомления продавца о готовности товара к отгрузке) к изменению характеристик оборудования в отличие от Технического задания и иных приложений к договору, или к приведению характеристик оборудования в соответствие с условиями Технического задания к спецификации к договору ввиду наличия недостатков;

- в случае, если требования ООО «Промышленные энергетические системы», предъявленные к ООО «НГ-Энерго» после 24.05.2023 (даты уведомления продавца о готовности товара к отгрузке) относятся к изменению характеристик оборудования в отличие от Технического задания и иных приложений к договору, установить перечень и стоимость дополнительных работ, выполненных ООО «НГ-Энерго».

В материалы дела 22.10.2024 поступило заключение эксперта Рег. № СЭ/10-578/24 от 17.10.2024.

Определением суда от 19.11.2024 производству по делу возобновлено.

Определением суда от 03.12.2024 удовлетворено ходатайство Общества о вызове в судебное заседание эксперта ФИО4.

В ходе судебного заседания 14.01.2025 эксперту были заданы вопросы представителями сторон по делу, экспертом даны ответы на вопросы и пояснения относительно экспертного заключения.

Согласно статье 64, части 3 статьи 86 АПК РФ заключение эксперта является одним из доказательств по делу и исследуется, а также подлежит оценке по общим правилам наряду с другими доказательствами.

В пункте 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 разъяснено, что заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами. Суд оценивает доказательства, в том числе заключение эксперта, исходя из требований ч. 1 и 2 ст. 71 АПК РФ. При этом по результатам оценки доказательств суду необходимо привести мотивы, по которым он принимает или отвергает имеющиеся в деле доказательства.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» заключения эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами. Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Резюмируя результаты судебной экспертизы, приведенные в заключении, суд приходит к выводу о недостаточной ясности и полноте заключения эксперта, а также не принятии им во внимание всех материалов, представленных на экспертизу.

В частности, эксперт не пояснил причины: исследования им документов, датированных за пределами периода указанного в вопросах суда; наличия в заключении правовых выводов о последствиях оценки доказательств и выводов, не относящихся к предмету исследования; почему эксперт посчитал, что инициатива в корректировке требований к Оборудованию принадлежит истцу; не принятие во внимание условий и требований к Оборудованию согласованных в спецификации к Договору.

При этом имеющиеся неясности и противоречия не были устранены экспертом ФИО4 при ответе на вопросы сторон, заданные ему в ходе судебного заседания от 14.01.2025.

Частью 1 статьи 87 АПК РФ установлено, что при недостаточной ясности или полноте заключения эксперта, а также при возникновении вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств дела может быть назначена дополнительная экспертиза, проведение которой поручается тому же или другому эксперту.

Частью 2 статьи 87 АПК РФ установлено, что в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Обстоятельства правовой квалификации договора согласно ГК РФ, оценки доказательств, определения того, по чьей инициативе корректировались требования к Оборудованию и имело ли место данное обстоятельство, равно как и установление наличия вины в нарушении сроков поставки по Договору, являются вопросами права и находятся в исключительной компетенции суда, следовательно, не требуют назначения по ним экспертизы, в связи с чем в удовлетворении ходатайства дополнительной экспертизы, заявленной ответчиком 26.02.2025, следует отказать.

Согласно абзацу 2 пункта 8 постановление Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» – определяя круг и содержание вопросов, по которым необходимо провести экспертизу, суд исходит из того, что вопросы права и правовых последствий оценки доказательств не могут быть поставлены перед экспертом.

В учетом изложенного суд считает возможным рассмотреть дело с учетом имеющихся и представленных в деле доказательств.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 30.01.2025 по делу № А56-100230/2023 частично удовлетворены требования общества с ограниченной ответственностью «Промышленные Энергетические Системы» (истец) о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «НГ-Энерго» (ответчик), 864 314 руб. 32 коп. штрафной неустойки по договору от 28.11.2022 №ОВ/К167116-01-04-С-01 за период с 01.06.2023 по 15.06.2023, 19 427 руб. расходов по уплате государственной пошлины и 2489 руб. расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Суд считает позицию суда округа по делу № А56-100230/2023 заслуживающей внимания и подлежащей учету при вынесении решения по настоящему делу, в силу участия тех же лиц по обоим делам (А56-100230/2023 и А56-100221/2023), схожесть их правовых позиций, аналогичность предмета спора, включая идентичность содержания условий договора и регулирование договором тех же самых правоотношений.

Факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения имеют преюдициальное значение для другого дела (Определение Конституционного Суда РФ от 29.09.2015 № 2060-О).

Указанный подход, по мнению суда, соотносится с принципом равенства перед законом и судом (статья 19 Конституции Российской Федерации), в силу которого однородные по своей юридической природе отношения должны регулироваться одинаковым образом; конституционному принципу равенства противоречит любая дискриминация, т.е. такие устанавливаемые законом различия в правах и свободах, которые в сходных обстоятельствах ставят одну категорию лиц в менее благоприятные (или, наоборот, более благоприятные) условия по сравнению с другими категориями (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.05.2001 № 8-П, от 03.06.2004 № 11-П, от 15.06.2006 № 6-П, от 16.06.2006 № 7-П, от 05.04.2007 № 5-П, от 25.03.2008 № 6-П, от 26.02.2010 № 4-П и от 14.07.2011 № 16-П, определение от 07.06.2001 № 141-О).

Суд отклоняет доводы Компании о том, что Договор не считался заключенным до согласования сторонами итогового технического задания к нему, по следующим основаниям.

Спорный договор по своим условиям является договором поставки, каких-либо элементов договора подряда суд в нем не усматривает.

Обязательством Компании по Договору являлась передача Оборудования, характеризуемого родовыми признаками, при этом положения, которые определяли бы взаимоотношения сторон в процессе изготовления Оборудования, Договором не предусмотрены.

Само по себе проведение приемо-сдаточных испытаний Оборудования является механизмом проверки качества Оборудования и не является подрядными правоотношениями сторон.

Составление технического задания не являлось существенным условием Договора, а все существенные характеристики Оборудования перечислены в спецификации к Договору.

В то же время Компания не отрицает, что она до подписания Договора разрабатывала техническое задание на изготовление оборудования, которое направлялись Банку (покупателю) и Обществу и что характеристики оборудования из этого технического задания были также перенесены в спецификацию к Договору, впоследствии заключенному между Компанией, Банком и Обществом.

Действия по подготовке и инициатива по подписанию технического задания от 26.12.2022, осуществлялись Компанией, что следует из содержания имеющейся в материалах дела электронной переписки.

Также в материалы дела было представлено письмо Компании от 31.10.2022 исх. № 10/1-4222, в котором последняя указала, что уже приступила к реализации проекта и разместила заказы на закупку генераторных установок и основного оборудования, которое необходимо для производства дизельных электростанций и трансформаторных подстанций, что в свою очередь прямо опровергает позицию Компании о ее возможности приступить к исполнению обязательств по Договору лишь после 26.12.2022.

В тексте Договора отсутствуют какие-либо ссылки на техническое задание, приложение № 1 к спецификации к Договору в самой спецификации никак не поименовано, его содержание, порядок согласования и последствия несогласования или задержки согласования также сторонами нигде не приведены.

Судом также отклоняется вывод Компании, о том, что Обществом предъявлялись дополнительные требования (ранее не известные Компании) к Оборудованию после заключения Договора и это повлияло на фактические сроки поставки Оборудования.

По вопросу подписания представителем Общества документов технического характера (чертежей общего вида 22.05.2023), судом установлено следующее.

Компанией не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что согласование чертежа, а равно каких-либо иных документов являлось обязательным для начала исполнения Компанией обязательств по поставке Оборудования, равно как и не доказано, что несогласование чертежа препятствовало исполнению обязательств Компании по Договору в иной момент.

Кроме того, чертеж, подписанный представителем Общества и направленный представителю Компании, изначально был подготовлен Компанией и направлен ее представителем в адрес представителя Общества 17.05.2023, позднее - 22.05.2023 откорректирован Компанией и вновь направлен представителю Общества, что подтверждается соответствующей электронной перепиской от 17.05.2023 и 22.05.2023, имеющейся в материалах дела.

По вопросу согласования переноса подставки аккумуляторных батарей (письмо Общества от 30.06.2023 № 320) и акта комиссионного осмотра от 17.07.2023, судом установлено следующее.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о готовности Компании исполнить обязательства по поставке 7 единиц Оборудования в соответствии с условиями Договора на 30.06.2023 или 17.07.2023, Компанией, вопреки своим доводам и части 1 статьи 65 АПК РФ, в материалы дела не представлено. Напротив, имеющаяся в материалах дела переписка, включая письма Компании № 22-1665 от 05.05.2023, №2138/1 от 09.06.2023 №22-2478 от 07.07.2023, № 06-2714 от 26.07.2023, № 22-2798 от 01.08.2023, №22-2834 от 04.08.2022, свидетельствует об обратном.

Компания в своем письме № 22-2372 от 28.06.2023 о согласовании переноса подставки аккумуляторных батарей, не указывает, что данный перенос приведет к невозможности исполнения ею обязательств по поставке в согласованные в Договоре сроки и/или потребует их изменения.

Из содержания акта комиссионного осмотра следует, что представители Компании и Общества 17.07.2023 осмотрели 3 (три) единицы Оборудования и указали в акте перечень необходимых изменений, которые поименовали как перечень выявленных замечаний. Компания, подписав акт согласилась с идентификацией перечисленных в акте позиций именно как замечаний. Обратного из материалов дела не следует.

В то же время Компания, не отрицает, что аналогичные замечания были устранены во всех 7 (семи) единицах Оборудования, впоследствии поставленных Обществу (09.08.2023), без подписания каких-либо иных документов, то есть по собственной инициативе.

Следовательно, Компания, подписав названные выше документы, согласовала, а впоследствии учла требуемые изменения в Оборудовании и устранила замечания, выявленные 17.07.2023, без изменения согласованного срока поставки Оборудования по Договору.

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что Компания, являясь профессиональным участником спорных правоотношений, подписав после направления своим контрагентам технического задания (уже учитывающего особые габариты Оборудования и прочие характеристики) Договор без согласования иного технического задания или обязательности его корректировки (подписания каких-либо чертежей и т.п.) приняла на себя все риски, связанные с необходимостью и длительностью уточнения дополнительных характеристик подлежащего поставке Оборудования.

Самостоятельного обязательства Общества по предоставлению Компании уточненного технического задания, каких-либо чертежей или иных документов технического характера, Договор не содержит.

Таким образом, Компанией не представлено доказательств того, что она, как поставщик ставила Общество в известность о невозможности поставки Оборудования до корректировки ранее направленного технического задания или до подписания иных технических документов (чертежей и т.п.), а Общество недобросовестно уклонялось от предоставления тех или иных исходных данных, от согласования технического задания или подписания каких-либо иных технических документов (чертежей и т.п.).

Равным образом не доказано Компанией и то, что именно Общество по своей инициативе после заключения Договора предъявило дополнительные (ранее не известные Компании) требования к Оборудованию, а Компания была лишена возможности потребовать изменения сроков поставки и/или увеличения стоимости Оборудования либо отказаться от исполнения Договора на новых условиях.

Более того, Компания также не доказала какого-либо влияния периодов согласования уточненного технического задания, иных технических документов (чертежей и т.п.) и устранения замечаний, указанных в акте комиссионного осмотра от 17.07.2023 на фактические сроки поставки Оборудования. В частности, Компанией не представлено доказательств, реальной готовности поставить Оборудование в полном объеме в количестве 7 (семи) единиц до 09.08.2023 (дата фактической поставки и подписания акта приема-передачи).

Доводы Компании о том, что ее обязательство по поставке Оборудования было исполнено с момента уведомления ею Банка о готовности Оборудования к отгрузке, отклоняются судом по следующим основаниям.

В письме от 24.05.2023 №22-1887 Компания указал, что оборудование в количестве 7 (семи) единиц готово к отгрузке согласно графику.

Между тем, означенное письмо направлено с нарушением установленных договором сроков, адресовано лишь Банку, в то время как должно было быть направлено как покупателю (Банку), так и получателю (Обществу) согласно п.3.2. Договора, более того, в названном письме отсутствуют сведения о месте передачи оборудования, равно как и информация о сроке, в течение которого можно его забрать.

В этой связи вопреки приведенным доводам оснований полагать, что письмо Компании от 24.05.2023 №22-1887 является уведомлением о готовности товара к передаче применительно к пункту 3.2 договора, не имеется.

Каких-либо иных доказательств, свидетельствующих о готовности Компании исполнить обязательства по поставке оборудования в соответствии с условиями договора 24.05.2023, ответчиком вопреки своим доводам и части 1 статьи 65 АПК РФ в материалы дела также представлено не было.

Более того, в материалы дела также представлено письмо Общества от 02.06.2023 № 274 и от 07.06.2023 № 279, направленные в адрес Компании об устранении нарушений договорных обязательств, а также письмо Компании от 09.06.2023 №2138/1, согласно которому последняя указала на проведение испытаний оборудования уже с 05.07.2023, то есть уже после истечения согласованного срока поставки.

При этом проведение испытаний оборудования, направление уведомления о готовности к отгрузке, а также исполнение ответчиком прочих обязательств по договору, не могло влиять на сроки поставки оборудования (изменять их), так как согласованный в договоре срок поставки (до 31.05.2023) включал в себя исполнение всех данных обязательств. Вышеуказанные обстоятельства, в свою очередь, также свидетельствуют о том, что Компания не была готова поставить оборудование по договору до 31.05.2023.

Таким образом, Компания была в полной мере осведомлена о согласованном ею же порядке уведомления своих контрагентов о готовности Оборудования к отгрузке, однако представила им сведения, не соответствующие критерию определенности, каких-либо мер к своевременному уточнению информации не предприняло.

Только после получения от Общества требования об исполнении обязательства Компания сообщила о конкретной дате начала приемки Оборудования, которая отличалась от ранее согласованной более чем на месяц.

Ссылки Компании на особенности организации ее производственного процесса при этом какого-либо правового значения не имеют.

Заявление Компании о применении статьи 333 ГК РФ к неустойке, рассчитанной по согласованной сторонами ставке, судом отклоняются в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить размер неустойки.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации», критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другое. Как разъяснено в пункте 71 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее - постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7), если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (пункт 73 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7).

Согласно пункту 77 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ).

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.11.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Вместе с тем, заявляя о снижении заявленной истцом к взысканию суммы штрафных санкций на основании статьи 333 ГК РФ, ответчик вопреки части 1 статьи 65 АПК РФ не представил суду каких-либо доказательств явной несоразмерности подлежащей взысканию суммы неустойки последствиям нарушения обязательства.

Более того, в данном случае не имеется оснований полагать, что заключенным между сторонами соглашением предусмотрен чрезмерно высокий процент штрафных санкций за неисполнение ответчиком принятых на себя обязательств, так как установленная сторонами для ответчика ставка неустойки (0,1% от суммы задолженности за каждый день просрочки оплаты) является обычно применяемой и широко распространенной в соответствующих правоотношениях, а также ввиду установленного договором ограничения размера ответственности заказчика (не более 5% от общей стоимости договора).

При таких обстоятельствах исковые требования подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

решил:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «НГ-Энерго» (ИНН <***>, в пользу общества с ограниченной ответственностью «Промышленные энергетические системы» (ИНН <***>) 7 611 222,65 руб. штрафной неустойки за период с 01.06.2023 по 09.08.2023, а также 61 056 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Промышленные энергетические системы» (ИНН <***>) из федерального бюджета 11 302 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.

Судья Лодина Ю.А.