Решение от 21 декабря 2020 г. по делу № А33-25930/2019

1616/2020-342998(2)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

21 декабря 2020 года Дело № А33-25930/2019

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена 16 декабря 2020 года В полном объеме решение изготовлено 21 декабря 2020 года

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Красовской С.А., рассмотрев в

судебном заседании дело по исковому заявлению закрытого акционерного общества

«Микояновский мясокомбинат» (ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Москва)

к обществу с ограниченной ответственностью «Торговая сеть Командор»

(ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Красноярск) о взыскании компенсации, а также судебных расходов, о запрете использовать обозначение,

при участии третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно

предмета спора: индивидуального предпринимателя ФИО1

(ИНН <***>, ОГРНИП 304190107200028); в присутствии в судебном заседании:

от истца: ФИО2, представителя по доверенности от 16.06.2019, от ответчика: ФИО3, представителя по доверенности от 07.12.2020,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО4,

установил:

закрытое акционерное общество «Микояновский мясокомбинат» (далее - ЗАО «Микояновский мясокомбинат», истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к обществу с ограниченной ответственностью «Торговая сеть командор» (далее - ООО «ТС Командор», ответчик)

-о взыскании 1 003 376 рублей компенсации за незаконное использование товарного знака, а также 470 рублей 73 копеек судебных расходов за приобретение колбасной продукции;

-о запрете ООО «ТС Командор» использование обозначения «Советские» и «Советская», сходного до степени смешения с товарным знаком «Советские», при предложении к продаже, продаже или ином введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации, а также перевозку и хранение с этой целью товара под товарным обозначением «Советские» и «Советская», сходного до степени смешения с товарным знаком «Советские».

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 28.08.2019 исковое заявление принято к производству суда в порядке упрощенного производства.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 21.10.2019 суд перешел к рассмотрению по общим правилам искового производства.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель ФИО1.

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 02.03.2020 иск удовлетворен частично.

Дополнительным решением Арбитражного суда Красноярского края от 20.05.2020 с ответчика в пользу истца взыскано 8 294 рубля судебных расходов по уплате государственной пошлины. ЗАО «Микояновский мясокомбинат» возвращено из федерального бюджета 1 966 рублей государственной пошлины.

Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 11.06.2020 решение Арбитражного суда Красноярского края от 02.03.2020 оставлено без изменения, апелляционная жалоба истца – без удовлетворения.

Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 14.09.2020 решение Арбитражного суда Красноярского края от 02.03.2020 и постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 11.06.2020 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Красноярского края.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 05 октября 2020 года исковое заявление принято к производству.

10.12.2020 от истца поступило заявление об уточнении исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в части размера компенсации, истец уменьшил размер до 304 032 рублей 02 копеек в соответствии с подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

ИП ФИО1 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания уведомлен надлежащим образом, возражений относительно рассмотрения дела в его отсутствие не заявил, в связи с чем суд рассматривает дело в отсутствие представителей третьего лица.

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования.

Представитель ответчика в судебном заседании возразил против удовлетворения заявленных требований.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

ЗАО «Микояновский мясокомбинат» является правообладателем товарного знака со словесным обозначением "Советские" по свидетельству Российской Федерации N 384150 (с датой регистрации 21.07.2009, приоритетом от 27.12.2007) и N 590925 (с датой регистрации 14.10.2016, приоритетом от 14.08.2014) зарегистрированного для товаров 29-го класса Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ) "сосиски, сардельки, изделия колбасные, мясо и изделия из мяса, в том числе деликатесы из мяса, продукты мясной переработки".

Из искового заявления следует, истцом в мае 2019 года при проведении контрольных мероприятий по использованию товарных знаков, принадлежащих ЗАО "Микояновский мясокомбинат", выявлены факты реализации ответчиком через розничную торговую сеть «Аллея», колбасных изделий: колбаса полукопченая, сардельки, сосиски, имеющих в своем названии обозначения "Советские", "Советская" сходных до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком истца "Советские".

Данные обстоятельства подтверждены фотографиями с изображением контрафактного товара; кассовыми чеками от 23.05.2019, содержащими сведения о товаре, дате покупки, стоимости.

Истцом в адрес ответчика направлена претензия от 24.06.2019 № 17-05/999/2019 с требованием о выплате компенсации.

Поскольку в добровольном порядке требования истца исполнены не были, последний обратился в суд с настоящим иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

02.11.2020 от ответчика поступил отзыв, согласно которому такие действия, как приобретение товара, в котором выражен товарный знак, независимо от цели приобретения, а равно хранение или перевозка такого товара без цели введения в гражданский оборот на

территории Российской Федерации, не нарушают исключительное право правообладателя. Приобретение спорного товара у третьего лица не является юридическим фактом, основанием для доказывания нарушения исключительных прав истца. В материалах дела отсутствует достоверное доказательство об объемах поставки ответчику, что исключает достоверность расчета компенсации. Справка от Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору Россельхоза РФ по Республикам Хакасия и Тыва и Кемеровской области из ФГИС «Меркурий» за период с 01.06.2018 по 01.06.2019 (указывающая на объем поставом между ответчиком и третьим лицом) является единственным относимым и достоверным доказательством объема реализации спорной продукции. Возможная сумма компенсации (без учета снижения по ходатайству стороны) составляет 155 936 рублей 71 копейку. Компенсация в рамках одной партии товара взыскана истцом с ИП Зубарева A.M. в рамках дела № А74-7747/2019, вводившего спорный товар в оборот. Есть вероятность привлечения к ответственности правообладателем всех нарушителей его права, что может способствовать обогащению истца повторным получением компенсации На ИП Зубарева A.M. возлагается риск взыскания денежной суммы, равной размеру компенсации по данному делу в порядке регресса, что влечет опосредованное возложение на ИП Зубарева A.M. двойной ответственности за один набор товаров, реализованных предполагаемому нарушителю.

15.12.2020 от ИП ФИО1 поступил отзыв, согласно которому из ответа ФГИС «Меркурий» по Красноярскому краю следует, что ответчиком реализована продукция в следующем объеме: сосиски «Советские» в количестве 131,584 кг., сардельки «Советские» в количестве 159,572 кг. Информации о реализации иной продукции не имеется. Таким образом, с учетом предоставленной информации о факте реализации товара, размер компенсации составляет 180 657 рублей 63 копейки. Сумма компенсации по данным из ФГИС «Меркурий», предоставленная по Республики Хакасия составляет 155 936 рублей 71 копейку, сумма компенсации по данным из ФГИС «Меркурий», предоставленная по Красноярскому краю составляет 180 657 рублей 63 копейки. Итого сумма компенсация составляет 336 594 рубля 34 копейки.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации, результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются, в том числе товарные знаки и знаки обслуживания.

В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481).

Согласно статье 1478 Гражданского кодекса Российской Федерации обладателем исключительного права на товарный знак может быть юридическое лицо или индивидуальный предприниматель.

Государственная регистрация товарного знака осуществляется федеральным органом исполнительной власти по интеллектуальной собственности в Государственном реестре товарных знаков и знаков обслуживания Российской Федерации (Государственный реестр товарных знаков) в порядке, установленном статьями 1503 и 1505 настоящего Кодекса (статья 1480 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 настоящего Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Исключительное право истца на товарный знак со словесным обозначением "Советские" N 384150, N 590925 подтверждено материалами дела не опровергнуто ответчиком.

Из пояснений истца и материалов дела следует, что ответчик использует обозначения «Советские», «Советская», которые являются тождественным товарному знаку истца в виде словесного обозначения «Советские», путем реализации через розничную торговую сеть «Аллея», колбасных изделий: колбаса полукопченая, сардельки, сосиски, имеющих в своем названии обозначения "Советские", "Советская".

Факт реализации ответчиком колбасных изделий имеющих в своем названии обозначения "Советские", "Советская" подтвержден материалами дела и не опровергнут ответчиком, в том числе кассовым чеком, содержащем сведения о продавце товара.

В силу статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Представленные в материалы дела чеки содержат необходимые реквизиты, содержат ИНН ответчика, стоимость покупки, отвечают требованиям статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, следовательно, являются достаточными доказательствами заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

Доказательств представления ответчику права на введение в гражданский оборот указанного товара, в установленном порядке (наличие лицензионного соглашения и т.п.), в материалы дела не представлено.

В соответствии с пунктом 13 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.12.2007 г. N 122 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности" вопрос о сходстве до степени смешения обозначений является вопросом факта и по общему правилу может быть разрешен судом без назначения экспертизы.

Как разъяснено в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10) согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей

(зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Вопрос сходства товарных знаков является вопросом факта, разрешаемым судом с позиций среднего потребителя.

В то же время разрешение такого вопроса не предполагает произвольное усмотрение суда, а должно быть основано на приведенных нормах и методологических подходах.

Как следует из правовой позиции постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2006 N 3691/06, вывод о сходстве делается на основе восприятия не отдельных элементов, а товарных знаков в целом (общего впечатления).

В силу пункта 41 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, Требований к документам, содержащимся в заявке на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания, коллективного знака, и прилагаемым к ней документам и их форм, Порядка преобразования заявки на государственную регистрацию коллективного знака в заявку на государственную регистрацию товарного знака, знака обслуживания и наоборот, Перечня сведений, указываемых в форме свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), форме свидетельства на коллективный знак, формы свидетельства на товарный знак (знак обслуживания), формы свидетельства на коллективный знак", утвержденных Приказом Минэкономразвития России от 20.07.2015 N 482, обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 настоящих Правил.

Согласно пункту 42 Плавил словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно: 1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение; 2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание; 3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Пунктом 43 Правил определено, что изобразительные и объемные обозначения сравниваются с изобразительными, объемными и комбинированными обозначениями, в композиции которых входят изобразительные или объемные элементы.

Сходство изобразительных и объемных обозначений определяется на основании следующих признаков: 1) внешняя форма; 2) наличие или отсутствие симметрии; 3) смысловое значение; 4) вид и характер изображений (натуралистическое, стилизованное, карикатурное и тому подобное); 5) сочетание цветов и тонов.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Определяющую роль в отсутствии сходства до степени смешения играет именно различие при их восприятии потребителем в целом, их принципиальное различие с точки зрения выполнения индивидуализирующей функции.

В рассматриваемом случае словесное обозначение, принадлежащие истцу и используемое ответчиком, обнаруживают звуковое сходство по всем признакам, предусмотренным пунктом 42 (1) Правил, имеют графическое сходство по признакам, предусмотренным пунктом 42 (2), как то: общее впечатление, алфавит, буквами которого написано слово, смысловое сходство по пункту 42 (3) Правил в части заложенных понятий. Названное свидетельствует о такой степени сходства, которая дает возможность потребителю воспринимать это обозначение тождественным товарному знаку, принадлежащему истцу.

Оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации материалы дела, суд пришел к выводу, что совокупность представленных в материалы дела доказательств подтверждает нарушение ответчиком исключительного права истца на товарный знак.

Выпускаемая продукция относится к однородным товарам в соответствии с Международной классификацией товаров и услуг для регистрации знаков (29 класс). Об однородности товаров свидетельствует то, что это продукты питания с одинаковыми потребительскими свойствами, функциональным назначением, условиями реализации, имеют единый круг потребителей.

Ссылка ответчика на тот факт, что спорное словесное обозначение нанесено на товар не ответчиком, а поставщиком товара, подлежит отклонению, поскольку в действиях ответчика по нарушению исключительного права истца присутствует вина, т.к. ответчик, являясь юридическим лицом и субъектом предпринимательской деятельности, осуществляющим деятельность на свой риск, с большой долей вероятности знает о существовании товара, при производстве которой используются указанный товарный знак, но не принял всех зависящих от него мер, чтобы избежать нарушения.

Данные о товарном знаке опубликованы и доступны на сайте Федеральной службы по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам Российской Федерации.

С момента публикации сведений о товарном знаке все субъекты гражданского оборота считаются уведомленными о наличии исключительного права на товарный знак.

Поскольку ответчиком в материалы дела не представлено доказательств наличия у него права использования товарного знака истца, реализация товаров осуществлена без согласия правообладателя, что является нарушением его прав.

В силу статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения;

3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

В силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости. Если одним действием нарушены права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, размер компенсации определяется судом за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Ответственность за незаконное использование товарного знака предусмотрена подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель вправе требовать от нарушителя выплаты компенсации за каждый случай неправомерного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо за допущенное правонарушение в целом.

По смыслу указанной статьи ответственность наступает в отношении каждого нарушителя исключительных прав за каждый случай неправомерного использования объектов исключительных прав (в данном случае – за каждое нарушение исключительных прав на товарный знак, которому предоставлена правовая охрана).

Истец в настоящем иске заявил требование о взыскании компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, а именно - в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как следует из пунктов 59, 61 Постановления N 10, в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных ГК РФ, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 62 Постановления N 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Из материалов дела следует, что расчет компенсации истцом произведен на основании информации по объемам реализованного контрафактного товара, предоставленной поставщиком товара ИП ФИО1 при рассмотрении Арбитражным судом Республики Хакасия дела № А74-7747/2019 по иску ЗАО "Микояновский мясокомбинат" к индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании

1 849 878 руб. компенсации за незаконное использование товарного знака; 408 рублей расходов на приобретение продукции; запрещении использовать обозначения "Советская", "Советские", сходные до степени смешения с товарным знаком "Советские", при выпуске продукции, предложения к продаже, продаже или ином введении в гражданский оборот на территории Российской Федерации, а также перевозку и хранение с этой целью колбасных изделий под товарным обозначением "Советская", "Советские", сходным до степени смешения с товарным знаком "Советские"; обязании опубликовать ответчика за свой счет резолютивную часть решение суда о допущенном нарушении с указанием действительного правообладателя в газете "Абакан сегодня" размером не менее 1/8 полосы. Решением Арбитражного суда Республики Хакасия от 09.10.2019 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

При этом, стоимость товара, определена истцом исходя из цен реализации товара, указанных в кассовых чеках сети «Командор».

Расчет компенсации выполнен истцом с учетом данных ФГИС «Меркурий», представленных предоставленных Управлением Росседьхознадзора по Республике Хакассия

и по Красноярскому краю, исходя из цен реализации товара, указанных в кассовых чеках сети «Командор», приобщенным к материалам дела и составил 404 032 рубля 02 копейки:

1.По Республике Хакассия:

Наименование товара

Количество

Цена реализации товара

Расчет

реализованного товара в

за 1 кг.

2018-2019 гг.

Колбаса «Советская» полукопченая

5о6д.а0х6

367.7

56.06x367.7 = 20811

рублей 82 копейки

Колбаса «Советская» вареная 0.4 кг

6.0

257

6 х 257 = 1542 рубля

Сосиски советские

78.5

344.77

78.5 х 344.77 – 27064

рубля 44 копейки

Сардельки советские

105.6

281.7

105.6x281.7= 29747

рублей 52 копейки.

ИТОГО:

79 165 рублей 78 копеек

2. По Красноярскому краю:

Наименование товара

Количество

Цена реализации товара

Расчет

реализованного товара в

за 1 кг.

2018-2019 гг.

Колбаса «Советская» полукопченая

о8д1а.9х

367.7

81.9.x 367.7-

30114 рублей

Колбаса «Советская» вареная 0.4 кг

9.6

257

9.6 х 257 –

2467 рублей 20 копеек

Сосиски советские

131.5

344.77

131.5x344.77=

45337 рублей 25

Сардельки советские

159.5

281.7

1ко5п9еxе2к8 1.7 =

44931 рубль 15 копеек

ИТОГО:

122850 рублей 23

копейки

79 165 рублей 78 копеек (реализация в Хакассии) + 122850 рублей 23 копейки

(реализация в Красноярском крае) х 2 = 404 032 рубля 02 копейки.

Из пояснений истца следует, что с учетом частичной оплаты ответчиком компенсации в размере 100 000 рублей (исполнено решение суда от 02.03.2020) к взысканию предъявлено 304 032 рубля 02 копейки компенсации.

Истец также указал на тот факт, что расчет компенсации за незаконное использование товарного знака по делу № А74-7747/2019 (ИП ФИО1 - производитель контрафактного товара) был произведен на основании данных, полученных из ФГИС «Меркурий», предоставленным Госветслужбой Россельхознадзора.

15.11.2019 в материалы дела от Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору Россельхоза РФ по Республикам Хакасия и Тыва и Кемеровской области поступила выписка из ФГИС «Меркурий» за период с 01.06.2018 по 01.06.2019, реализации ИП ФИО1 поставщику ООО «Торговая сеть «Командор» колбасных изделий «Советская», из содержания которой следует, что поставщиком ООО «Торговая сеть «Командор» поставлен следующий объем колбасных изделий: сосиски «Советские» - 78,508 кг; сардельки «Советские» - 105,680 кг.;варено-копченой колбасы «Советская» - 56,068 кг.; вареной колбасы «Советская» - 6,000 кг.

Впоследствии, по ходатайству истца определением от 29.01.2020 суд истребовал у Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору Россельхоза РФ по Красноярскому краю следующие сведения из ФГИС «Меркурий»:

- объем реализации ИП ФИО1 сосисок «Советские» за период с 01.06.2018 по 01.06.2019 поставщику ООО «Торговая сеть Командор»;

- объем реализации ИП Зубарев А.М. сарделек «Советские» за период с 01.06.2018 по 01.06.2019 поставщику ООО «Торговая сеть Командор»;

-объем реализации ИП ФИО1 вареной колбасы «Советская» за период с 01.06.2018 по 01.06.2019 поставщику ООО «Торговая сеть Командор»;

-объем реализации ИП ФИО1 варено-копченой колбасы «Советская» за период с 01.06.2018 по 01.06.2019 поставщику ООО «Торговая сеть Командор».

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 02.11.2020 судом у Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору Россельхоза РФ по Красноярскому краю истребованы следующие сведения из ФГИС «Меркурий»:

-объем реализации ИП ФИО1 сосисок «Советские» за период с 01.06.2018 по 01.06.2019 поставщику ООО «Торговая сеть Командор»;

-объем реализации ИП ФИО1 сарделек «Советские» за период с 01.06.2018 по 01.06.2019 поставщику ООО «Торговая сеть Командор»;

-объем реализации ИП ФИО1 вареной колбасы «Советская» за период с 01.06.2018 по 01.06.2019 поставщику ООО «Торговая сеть Командор»;

- объем реализации ИП ФИО1 варено-копченой колбасы «Советская» за период с 01.06.2018 по 01.06.2019 поставщику ООО «Торговая сеть Командор».

24.11.2020 в материалы дела от Управления Федеральной службы по ветеринарному и фитосанитарному надзору по Красноярскому краю поступил ответ от 18.11.2020 № 4899- 113/АК, согласно которому по имеющимся в Управлении сведениям из ФГИС «Меркурий» в период с 01.06.2018 по 01.06.2019 ИП ФИО1 ИНН <***> (далее - ИП ФИО5) согласно оформленным электронным ветеринарным сопроводительным документам (далее - эВСД) реализовал ООО «Торговая сеть Командор» ИНН <***> продукцию:

-сосиски «Советские» в количестве 131, 584 кг; -сардельки «Советские» в количестве 159,572 кг.

Информация об оформленных в ФГИС «Меркурий» ИП ФИО5 эВСД для реализации: варенной колбасы «Советская» и варено-копченной колбасы «Советская» в период с 01.06.2018 по 01.06.2019 отсутствует.

В период с 01.06.2018 по 01.06.2019 ИП ФИО5 в адрес ООО «Торговая сеть Командор» ИНН <***> оформлены 34 эВСД на продукцию:

-«Советская» полукопченая н/о ГАЗ в количестве 81,98 кг; -«Советская» шт. 0,4 кг иск в количестве 9,6 кг.

Проверив представленный истцом расчет компенсации, проанализировав представленные сторонами доказательства, соглашается с методикой расчета истца.

Ссылки ответчика на обстоятельства дела № А74-7747/2019 принимаются во внимание по следующим основаниям.

В силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 06.11.2014 № 2528-О указано, что в системе действующего правового регулирования предусмотренное частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 того же Кодекса означает, что только фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.03.2013 N 407-О, от 16.07.2013 N 1201-О, от 24.10.2013 N 1642- О). Именно такое толкование и применение части 2 статьи 69 Арбитражного

процессуального кодекса Российской Федерации находит отражение в сложившейся практике арбитражных судов, последовательно придерживающейся того, что часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора (Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.06.2004 N 2045/04, от 31.01.2006 N 11297/05 и от 25.07.2011 N 3318/11). Отношение Конституционного Суда Российской Федерации к преюдициальности доказательств выражено в его Постановлении от 21.12.2011 N 30-П, согласно которому преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности. Введение института преюдиции требует соблюдения баланса между такими конституционно защищаемыми ценностями, как общеобязательность и непротиворечивость судебных решений, с одной стороны, и независимость суда и состязательность судопроизводства - с другой. Такой баланс обеспечивается посредством установления пределов действия преюдициальности, а также порядка ее опровержения. Пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства.

Согласно сведениям, размещенным в Картотеке арбитражных дел, дело № А74-7747/2019 рассмотрено без участия ООО «Торговая сеть Командор», соответственно, субъектный состав споров различен с настоящим спором.

Поскольку состав участников в рамках настоящего дела и дела № А74-7747/2019 не совпадают, довод о преюдициальности решения Арбитражного суда Республики Хакасия по делу № А74-7747/2019 для рассмотрения настоящего спора в отношении ответчика подлежит отклонению ввиду его несостоятельности.

Указание ответчика на двойное взыскание со стороны истца, т.к. ранее компенсация была взыскана с производителя, на злоупотребление истцом правом подлежит отклонению по следующим основаниям.

Согласно пункту 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», требование о применении мер ответственности за нарушение исключительного права предъявляется к лицу, в результате противоправных действий которого было нарушено исключительное право. В случаях ряда последовательных нарушений исключительного права различными лицами каждое из этих лиц несет самостоятельную ответственность за допущенные нарушения.

В силу пункта 1 статьи 323 ГК РФ правообладатель вправе требовать уплаты одной компенсации как от всех нарушителей совместно, так и от любого из них в отдельности, причем как полностью, так и в части.

Способы использования товарного знака, входящие в состав исключительного права в силу положений пунктов 1 и 2 статьи 1484 ГК РФ, не ограничиваются лишь изготовлением товаров с размещением на них этого товарного знака. Исключительное право правообладателя охватывает в числе прочих распространение (в том числе предложение к продаже), а также ввоз на территорию Российской Федерации, хранение или перевозку с целью введения в гражданский оборот на территории Российской Федерации товара, в котором (а равно на этикетках, упаковке, документации которого) выражен товарный знак (пункт 156 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При этом не является обязательным участие в деле в качестве соответчиков всех лиц, последовательно допустивших различные нарушения исключительного права на результат интеллектуальной деятельности (например, выпуск, оптовую реализацию, розничную

продажу контрафактных материальных носителей), а также всех нарушителей при совместном нарушении (пункт 71 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2 Постановления от 13.12.2016 N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края", положения подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1) и 55 (часть 3), в той мере, в какой в системной связи с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ и другими его положениями они не позволяют суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности одним действием прав на несколько объектов интеллектуальной собственности, определить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации ниже минимального предела, установленного данными законоположениями, если размер подлежащей выплате компенсации, исчисленной по установленным данными законоположениями правилам с учетом возможности ее снижения, многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Учитывая системную связь подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации, аналогичный подход должен применяться как к размеру компенсации, определяемому по усмотрению суда, так и в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Данная правовая позиция сформирована в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации N 305-ЭС16-13233 от 25.04.2017 по делу N А40-131931/2014, от 11.07.2017 N 308-ЭС17-3088 по делу N А53- 22720/2016.

Истцом при обращении с настоящим иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, следовательно, снижение размера компенсации ниже двукратной стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или двукратного размера стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного

знака, возможно при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

С учетом изложенного, сумма компенсации, согласно расчету суда составит 304 032 рубля 02 копейки (с учетом произведенной ответчиком оплаты в размере 100 000 рублей).

Суд учитывает, что размер компенсации, указанный ответчиком в контррасчете, представленном в судебном заседании 16.12.2020, в сумме 338 671 рубль 17 копеек превысил заявленный истцом уточненный размер компенсации.

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации до 10 000 рублей (заявление от 02.11.2020)

Суд не находит оснований для удовлетворения данного ходатайства по следующим основаниям.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20 ноября 2012 года N 8953/12 отмечено, что размер компенсации за неправомерное использование объекта интеллектуальной собственности должен определяться исходя из необходимости восстановления имущественного положения правообладателя. Это означает, что он должен быть поставлен в имущественное положение, в котором находился бы, если бы объект интеллектуальной собственности использовался правомерно.

Принимая во внимание конституционные принципы, положения законодательства, правовую позицию, выработанную высшими судебными инстанциями - следует установить, что оснований для снижения размера ответственности, в том числе, заявленного истцом размера компенсации нет.

По смыслу положений статей 1252, 1301, 1515 ГК РФ размер компенсации определяется за каждый неправомерно используемый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации. При этом в случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации может быть снижен судом ниже пределов, установленных гражданским законодательством, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика при нарушении одним действием исключительных прав на несколько объектов интеллектуальной собственности и при следующих условиях: размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Доводы ответчика в обоснование данного ходатайства о том, что дизайн, слова нанесены на товар не ответчиком, а поставщиком; не указаны имущественные потери истца от предполагаемого использования его товарных знаков; использование обозначения не

является существенной частью хозяйственной деятельности предполагаемого нарушителя; продажа спорного товара не является повторной, подлежат отклонению как документально неподтвержденные вопреки положениям статьи 65 Арбитражного кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела не усматривается, что ответчиком представлены доказательства, свидетельствующие о несоразмерности заявленной истцом уточненной суммы компенсации последствиям нарушения исключительных прав истца, о том, что нарушение допущено ответчиком впервые и использование спорных объектов не является существенной частью деятельности ответчика и не носит грубый характер.

Компенсация является мерой ответственности и преследует, помимо прочих целей, цель общей превенции совершения правонарушений, что не выполняется в случае необоснованного снижения компенсации со стороны суда.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что ответчиком не доказана вся совокупность критериев для снижения заявленного размера компенсации, указанных в постановлении от 13.12.2016 № 28-П.

Кроме того, истцом заявлено требование о запрете ООО «Торговая сеть Командор» использование обозначения «Советские» и «Советская», сходного до степени смешения с товарным знаком «Советские», при предложении к продаже, продаже или ином введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации, а также перевозку и хранение с этой целью товара под товарным обозначением «Советские» и «Советская», сходного до степени смешения с товарным знаком «Советские».

Согласно подпункту 2 пункту 1 статьи 1252 ГК РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования: о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, - к лицу, совершающему такие действия или осуществляющему необходимые приготовления к ним, а также к иным лицам, которые могут пресечь такие действия.

Как указано в Обзоре судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015, отсутствие вины нарушителя не освобождает его от обязанности прекратить нарушение интеллектуальных прав, а также не исключает применение в отношении него мер, предусмотренных пп. 5 п. 1 ст. 1252, пп. 2 п. 1 ст. 1252 ГК РФ, пп. 4 п. 1 ст. 1252 ГК РФ.

Ответчиком не представлено доказательств, опровергающих факт использования обозначения «Советские» и «Советская», сходного до степени смешения с товарным знаком «Советские», при предложении к продаже, продаже или ином введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации, а также перевозку и хранение с этой целью товара под товарным обозначением «Советские» и «Советская», сходного до степени смешения с товарным знаком «Советские».

Предъявление данного требования относится к мерам защиты нарушенных интеллектуальных прав, ввиду чего подлежат удовлетворено судом.

Поскольку ответчиком представленный истцом расчет размера компенсации не опровергнут, уточненные исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

В соответствии со статьей 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопросы распределения судебных расходов разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрения дела по существу, или в определении. Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации не исключает возможности рассмотрения арбитражным судом заявления о распределении судебных расходов в том же деле и тогда, когда оно подано после принятия судебного решения судом первой инстанции.

В силу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям,

переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (части 1, 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от 04.10.2012 № 1851-О).

Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения с товарным знаком, в отношении которых истец имеет приоритет, в отсутствие согласия истца.

Поскольку судом установлен факт продажи ответчиком спорного товара, а также факт нарушения ответчиком исключительных прав истца, в порядке статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанное требование истца о взыскании стоимости приобретенного у ответчика товара подлежат удовлетворению.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы истца по уплате государственной пошлины за рассмотрение искового заявления в арбитражном суде относятся на ответчика. При этом суд учитывает, что ответчик возместил истцу, исполнив решение суда от 02.03.2020, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 8 754 руб.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.

Запретить обществу с ограниченной ответственностью «Торговая сеть Командор» использование обозначения «Советские» и «Советская», сходного до степени смешения с товарным знаком «Советские», при предложении к продаже, продаже или ином введение в гражданский оборот на территории Российской Федерации, а также перевозку и хранение с этой целью товара под товарным обозначением «Советские» и «Советская», сходного до степени смешения с товарным знаком «Советские».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Торговая сеть Командор» (ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Красноярск) в пользу закрытого акционерного общества «Микояновский мясокомбинат» (ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Москва) 304 032 руб. 02 коп. компенсации, 327 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

Возвратить закрытому акционерному обществу «Микояновский мясокомбинат» (ИНН <***>, ОГРН <***>, г. Москва) из федерального бюджета 13 953 руб. государственной пошлины, уплаченной по платежному поручению от 26.07.2019 № 1469.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края».

Судья С.А. Красовская

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ СудебногодепартаментаДата 07.05.2020 3:47:05

Кому выдана Красовская Светлана Александровна