Постановление от 18 июня 2021 г. по делу № А12-20579/2018

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-20579/2018
г. Саратов
18 июня 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена «10» июня 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен «18» июня 2021 года.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В.,

судей Батыршиной Г.М., Макарихиной Л.А.

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, Алиева Элтона Джалала оглына определение Арбитражного суда Волгоградской области от 24 июля 2020 года по делу № А12-20579/2018 (судья Иванова Л.К)

по заявлению публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» о признании сделки недействительной

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Волтари» (403003, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании до объявления перерыва:

представителя ФИО2 – ФИО4, действующего на основании доверенности от 02.03.2020, представителей конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Волтари» ФИО5 – ФИО6, действующего на основании доверенности от 01.03.2021, ФИО7, действующей на основании доверенности от 10.01.2021, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Волтари» ФИО5 (лично), после объявления перерыва: представителя ФИО2 – ФИО4, действующего на основании доверенности от 02.03.2020, представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Волтари» ФИО5 – ФИО7, действующей на основании доверенности от 10.01.2021, конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Волтари» ФИО8 (лично),

УСТАНОВИЛ:

18.06.2018 в Арбитражный суд Волгоградской области (далее - суд) поступило заявление ФИО9 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Волтари» с применением положений ликвидируемого должника.

Определением от 02.07.2018 суд принял заявление к производству. Решением суда от 17.09.2018 в отношении ООО «Волтари» открыта процедура конкурсного производства с применением положений банкротства ликвидируемого должника, конкурсным управляющим утвержден ФИО10

Информационное сообщение о признании должника банкротом и открытии процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» 29.09.2018.

Определением от 27.06.2019 ФИО10 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Волтари», определением суда от 10.07.2019 конкурсным управляющим утвержден ФИО5

В Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление конкурсного кредитора ПАО КБ «Центринвест», уточненное и дополненное в ходе судебного разбирательства, в котором кредитор просил признать недействительными сделками:

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, заключенный 15.04.2018 между ООО «Волтари» и ФИО11;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.01.2003, заключенный 15.04.2018 между ООО «Волтари» и ФИО11;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, заключенный 11.02.2019 между ФИО11 и ФИО12.

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.01.2003, заключенный 11.02.2019 между ФИО11 и ФИО12;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, заключенный 06.08.2019 между ФИО12 и ФИО3 Оглы;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.01.2003, заключенный 06.08.2019 между ФИО12 и ФИО3 Оглы.

-договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.01.2003, заключенный 15.08.2019 между ФИО3 Оглы и ФИО2.

Применить последствия недействительности сделок:

- восстановить право аренды ООО «Волтари» по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009 земельного участка с кадастровым номером 34:03:150005:241;

- восстановить право аренды ООО «Волтари» по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003 земельного участка с кадастровым номером 34:03:080006:10.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 24 июля 2020 заявление публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» удовлетворено. Признаны недействительными сделки:

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, заключенный 15.04.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Волтари» и ФИО11;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, заключенный 15.04.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Волтари»и ФИО11;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, заключенный 11.02.2019 между ФИО11 и ФИО12;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, заключенный 11.02.2019 между ФИО11 и ФИО12;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, заключенный 06.08.2019 между ФИО12 и ФИО3 Оглы;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, заключенный 06.08.2019 между ФИО12 и ФИО3 Оглы.

-договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, заключенный 15.08.2019 между ФИО3 Оглы и ФИО2.

Применены последствия недействительности сделок:

- восстановлено право аренды общества с ограниченной ответственностью «Волтари» по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009 земельного участка с кадастровым номером 34:03:150005:241;

- восстановлено право аренды общества с ограниченной ответственностью «Волтари» по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003 земельного участка с кадастровым номером 34:03:080006:10.

ФИО3 Оглы поручено возвратить ФИО2 полученные денежные средства в сумме 3 500 000 руб.

Не согласившись с определением суда, ФИО3 Оглы обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда и отказать в удовлетворении заявленных требованиях в полном объёме.

ФИО3о полагает, что судом первой инстанции при принятии Арбитражным судом Волгоградской области обжалуемого определения были допущены существенные нарушения норм материального права, а также сделаны выводы, не соответствующие обстоятельствам дела. Доказательств, свидетельствующих о том, что целью совершения сделки являлось причинение вреда имущественным правам кредитора, в нарушение норм статьи 65 конкурсным кредитором не представлено.

Не согласившись с определением суда, ФИО2 обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда в части признания недействительным договора уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, заключенный 15.08.2019 между ФИО3 Оглы и ФИО2, а также в части восстановления права аренды ООО «Волтари» по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003 с кадастровым номером 34:03:080006:10.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ссылается на то, что ФИО13 является добросовестным приобретателем имущества, не знал и не мог знать, что приобретает его у лица, которое не имело право его отчуждать, сделка со стороны ФИО13 являлась возмездной, перед совершением оспариваемой сделки предыдущим арендатором ФИО3о была предоставлена выписка из ЕГРН в отношении данного объекта недвижимости, из которой следовало, что никаких ограничений, обременений, арестов, судебных притязаний на данный земельный участок зарегистрировано не было. Полагает, что представленными в материалы дела документами подтверждена финансовая возможность ФИО2 на приобретение спорного права аренды земельного участка за 3 500 000 рублей.

Конкурсный управляющий ООО «Волтари» ФИО5 просит оставить обжалуемое определение без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

ПАО КБ «Центринвест» возражает против удовлетворения апелляционных жалоб, по основаниям, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных лиц.

Судом апелляционной инстанции в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора была проведена повторная оценочная экспертиза, ПАО КБ «Центринвест» не согласилось с выводами данной экспертизы и заявило ходатайство о назначении второй повторной судебной экспертизы по определению рыночной стоимости права аренды объектов недвижимости, отчужденного в рамках оспариваемых сделок.

Суд апелляционной инстанции отклонил указанное заявленное ходатайство ПАО КБ «Центринвест» о проведении по делу второй повторной судебной оценочной экспертизы, в силу следующего.

Согласно части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

По смыслу части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 20 Федерального закона от 31.05.2001 N 73 "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" повторная экспертиза назначается, если: выводы эксперта противоречат фактическим обстоятельствам дела, сделаны без учета фактических обстоятельств дела; во время судебного разбирательства установлены новые данные, которые могут повлиять на выводы эксперта; необоснованно отклонены ходатайства участников процесса, сделанные в связи с экспертизой; выводы и результаты исследований вызывают обоснованные сомнения в их достоверности; при назначении и производстве экспертизы были допущены существенные нарушения процессуального закона.

Исходя из указанной нормы, а также руководствуясь разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации от 04.04.2014 N 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе", суд апелляционной инстанции считает, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в Арбитражном процессуальном кодексе Российской Федерации, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

Для необходимости проведения повторной экспертизы, суд должен установить наличие сомнений в обоснованности заключения или наличие противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов.

В результате анализа материалов дела суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что доказательств, достаточных для опровержения выводов эксперта, Банком не представлено, а несогласие стороны спора с результатом экспертизы само по себе не влечет необходимости в проведении повторной или дополнительной экспертизы.

Представленное в материалы дела заключение эксперта ФИО14 является ясным и полным, сомнений в правильности или обоснованности не вызывает, соответствует требованиям, предъявляемым к доказательствам такого вида, выводы эксперта не противоречат проведенным исследованиям, экспертом даны обоснованные и объективные ответы на поставленный перед ним вопрос.

Определение достаточности и полноты экспертного заключения находится в компетенции суда, разрешающего спор.

При изложенных обстоятельствах, суд апелляционной инстанции отказывает в удовлетворении ходатайства ПАО КБ «Центр инвест» о назначении второй повторной экспертизы.

Исследовав материалы дела, заслушав доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции находит, что апелляционные жалобы подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Пунктом 1 ст. 61.8 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В соответствии с абзацем 2 пункта 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). При этом предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательств и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Поскольку спорные договоры рассматривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того, заключены ли сделки с намерением причинить вред другому лицу, как указано выше, следует установить, имелись у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть, была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Банк полагая, что оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, поскольку направлены исключительно на вывод имущества из обращения и возможного наложения на него взыскания, должник лишился ликвидного актива, за счет которого могли быть соразмерно удовлетворены требования его кредиторов, обратился в суд с заявлением о признании взаимосвязанных сделок недействительными.

Оспариваемые сделки совершены должником как в преддверии процедуры банкротства в отношении ООО «Волтари», так и после возбуждения дела о банкротстве, то есть в пределах сроков, установленных пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, 15.04.2018 между ООО «Волтари» и ФИО11 были заключены следующие договоры:

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, в соответствии с которым к ФИО11 перешли права и обязанности по договору аренды сроком на 15 лет земельного участка общей площадью 120 003,0 кв.м, разрешенное использование (назначение) для размещения объектов сельскохозяйственного назначения и сельскохозяйственных угодий, категория земель – земли сельскохозяйственного назначения, кадастровый номер – 34:03:150005:241;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, в соответствии с которым к ФИО11 перешли права и обязанности по договору аренды сроком на 49 лет земельного участка общей площадью 517,0 га, разрешенное использование (назначение) – для сельскохозяйственного производства, категория земель – земли сельскохозяйственного назначения, кадастровый номер – 34:03:080006:10.

Согласно условиям договоров уступки прав и обязанностей по договорам аренды земельных участков (пункт 3.1.) цена договора составила 150 000 руб. и 3 500 000 руб. по договорам аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009 и №249 от 30.07.2003 соответственно.

При этом, как указано в договорах уступки (пункт 1.4.) все обязанности, вытекающие из договоров аренды, на момент заключения сделки (в том числе обязанности по оплате арендных платежей) исполнены в полном объеме.

Договоры уступки прав и обязанностей содержат согласованную волю (волеизъявление) двух заинтересованных по отношению друг к другу сторон на совершение сделок на указанных в них условиях, в том числе по установленной цене, которая является существенным условием договоров данного вида.

Судом первой инстанции установлено что, ФИО11 оплату по договорам уступки прав и обязанностей не произвел, о чем сообщил ФИО15, исполнявший обязанности руководителя и ликвидатора ООО «Волтари», что свидетельствует о цели сторон договора на выбытие имущественных прав должника, за счет которых могло быть осуществлено погашение задолженности перед кредиторами.

Представитель ФИО11 в судебном заседании в суде первой инстанции настаивая, что ФИО11 произвел оплату в полном объеме, соответствующих доказательств не предоставила, письменно согласилась исключить квитанции к приходным кассовым ордерам от 15.04.2018 на сумму 3 500 000 руб. и 150 000 руб. из числа доказательств по делу.

В судебном заседании 05.02.2020 ФИО16 заявил, что оплату по оспариваемым договорам уступки прав и обязанностей от 15.04.2018 получил от ФИО11 лично в присутствии ФИО3-Оглы. При этом ФИО16 не смог пояснить, на основании чего он получал денежные средства от ФИО11, куда в последствии эти денежные средства были направлены и каким образом была оформлена передача денежных средств от ФИО11 и от ФИО16 в ООО «Волтари».

Конкурсный управляющий представил в материалы дела выписки по расчетным счетам ООО «Волтари», согласно которым денежные средства от ФИО11 в счет оплаты уступленных имущественных прав не поступали.

Конкурсный управляющий предоставил в материалы дела документы по личному составу ООО «ФЦ-Фаворит» в отношении ФИО11, в том числе: трудовой договор, трудовые приказы заявления работника, справки по форме 2-НДФЛ, а также сведения из Пенсионного фонда РФ. Согласно которым ФИО11 осуществлял трудовую деятельность в должности приемщика товара с окладом с 03.12.2012 – 6 950 руб., с 01.06.2013 – 7 500 руб., с 03.03.2014 – 9 000 руб., с 01.10.2015 – 11 500 руб., с 01.07.2016 по 31.01.2018 – 12 000 руб.

Как обоснованно указал суд первой инстанции, представленные документы свидетельствуют об отсутствии у ФИО11 финансовой возможности для оплаты ООО «Волтари» прав аренды по спорным договорам.

ПАО КБ «Центр-инвест» заявило, что цена уступленных прав по договорам аренды существенно ниже рыночной стоимости этих прав.

В суде первой инстанции определением суда от 03.12.2019 в рамках настоящего дела назначена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости уступленных прав и обязанностей, на разрешение которой поставлен вопрос: какова рыночная стоимость уступленных обществом с ограниченной ответственностью «Волтари» прав требования ФИО11 на момент заключения договоров уступки прав и обязанностей: от 15.04.2018, по которому уступлены права и обязанности по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, заключенного между Администрацией Городищенского муниципального района Волгоградской области и обществом с ограниченной ответственностью «Волтари»; от 15.04.2018, по которому уступлены права и обязанности по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, заключенного между Администрацией Городищенского муниципального района Волгоградской области и обществом с ограниченной ответственностью «Волтари»?

В соответствии с заключением эксперта рыночная стоимость уступленных прав и обязанностей по спорным договорам на момент их заключения составляла: по договору уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009 - 251 734,69 руб.; по договору уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003 – 20 447 929,79 руб.

Таким образом, по итогам судебной экспертизы судом первой инстанции было установлено, что по договору уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009 цена была занижена почти на 70%, а по договору уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003 – почти в 6 раз.

11.02.2019 между ФИО11 и ФИО12 были заключены следующие договоры: договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, и договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003.

Бывший руководитель и ликвидатор должника, ФИО15 пояснил суду, по поводу совершения сделки уступки от имени ООО «Волтари» прав и обязанностей по договорам аренды земельных участков в 2018 году в пользу ФИО11 сообщает, что ФИО11 являлся заведующим складом ООО «Фруктовый центр «Фаворит» по адресу: Волгоград, ул. Героев Шипки, 16, то есть работал в подчинении ФИО16 Продажа земельных участков в пользу ФИО11 произведена по указанию ФИО16, и после продажи данные земельные участки остались в фактическом владении ФИО16, а ФИО11 стал их номинальным владельцем. Деньги в качестве оплаты передаваемых прав обязанностей по договорам аренды не поступали.

От ФИО11 поступил отзыв, согласно которому он возражал против заявленных требований, пояснил, что по квитанции к приходному кассовому ордеру от 15.04.2018 за № 3 внес в кассу ООО «Волтари» денежные средства в сумме 3 500 000 руб. в счет оплаты по договору уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 249; по квитанции к приходному кассовому ордеру от 15.04.2018 за № 2 ФИО11 внес в кассу ООО «Волтари» денежные средства в сумме 150 000 руб. в счет оплаты по договору уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 57/09. Считает, что это подтверждает возмездный характер сделок, при этом рыночная стоимость переданных ООО «Волтари» ФИО11 прав и обязанностей соответствует ценам оспариваемых договоров. Доказательств того, что цена по указанным сделкам на момент их заключения существенно (в худшую для должника сторону) отличалась от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки, заявителем не представлено.

23.09.2019 в судебном заседании в суде первой инстанции представитель ФИО11 представил на обозрение оригиналы квитанций к приходным кассовым ордерам № 2 и № 3 от 15.04.2018 в размере 150 000 руб. и 3 500 000 руб., которые приобщены к материалам обособленного спора.

В судебном заседании представитель ПАО КБ «Центр-инвест» заявила устное ходатайство о фальсификации двух квитанций к приходным кассовым ордерам от 15.04.2018 на сумму 3 500 000 руб. и 150 000 руб., представленных в материалы дела от имени ФИО11 его представителем ФИО17

В соответствии со ст. 161 АПК РФ заявление о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, подается в письменном виде, в связи с чем, судом был объявлен перерыв.

После перерыва представитель ФИО11 в судебное заседание не явилась, представитель ПАО КБ «Центр-инвест» представила письменное заявление о фальсификации, ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы.

Представителю ПАО КБ «Центр-Инвест» разъяснены уголовно-правовые последствия такого заявления, и отобрана подписка о предупреждении об ответственности по ст. 306 УК РФ за заведомо ложный донос.

В рамках отложения суд обязал явкой в судебное заседание ФИО11, его представителя ФИО17 и ФИО15 В судебное заседание явился только ФИО15, у которого суд отобрал образцы экспериментальной подписи в целях назначения экспертизы.

ФИО15 был опрошен судом, подтвердил доводы отзыва, показав, что продажа земельных участков в пользу ФИО11 произведена по указанию ФИО16, и после продажи данные земельные участки остались в фактическом владении ФИО16, а ФИО11 стал их номинальным владельцем. Деньги в качестве оплаты передаваемых прав обязанностей по договорам аренды не поступали.

ФИО15 сообщил суду, что квитанции к приходным кассовым ордерам № 2 и № 3 от 15.04.2018 в размере 150 000 руб. и 3 500 000 руб. он не подписывал.

Представитель ПАО КБ «Центр-Инвест» представил образцы свободных подписей ФИО15 из кредитного досье, сведения об экспертном учреждении, в котором просил назначить почерковедческую экспертизу, доказательства внесения на депозит суда денежных средств на оплату экспертизы.

В судебном заседании 12.11.2019 представителю ФИО11 – ФИО17, представившей доказательство, о фальсификации которого заявлено, разъяснено, что с ее согласия оспариваемое доказательство может быть исключено из числа доказательств по делу, такое согласие должно быть выражено только письменной форме.

Представителем ФИО11 представлено письменное согласие об исключении оспариваемых доказательств: двух квитанций к приходным кассовым ордерам от 15.04.2018 на сумму 3 500 000 руб. и 150 000 руб. из числа доказательств.

По заявлению ПАО КБ «Центр-Инвест» о фальсификации доказательства: двух квитанций к приходным кассовым ордерам от 15.04.2018 на сумму 3 500 000 руб. и 150 000 руб. и с учетом заявления представителю ФИО11 - ФИО17, представившей данные доказательства, об исключении и х из числа доказательств, суд на основании пункта 2 части 1 статьи 161 АПК РФ исключил из числа доказательств по делу названные документы.

Исследовав в совокупности материалы дела и представленные доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу, что доказательств оплаты за уступленные права аренды, а также доказательств использования арендуемых земельных участков, в материалы дела со стороны ФИО11 и ФИО12 не представлено.

Как следует из материалов дела, 11 февраля 2019 года между ФИО11 и ФИО12 были заключены следующие договоры:

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, заключенный 11.02.2019 между ФИО11 и ФИО12;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, заключенный 11.02.2019 между ФИО11 и ФИО12.

Рассматривая правоотношения сторон оспариваемых сделок по данным договорам, суд первой инстанции установил ничтожность указанных сделок, поскольку стороны указанных сделок совершили данные сделки лишь для вида, под воздействием конечного бенефициара должника – ФИО16

В суд первой инстанции при рассмотрении настоящего спора от ФИО12 поступил отзыв, в котором он поясняет, что он действительно заключал сделку по договорам цессии (договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 249 от 30.07.2003 и договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка № 57/09 от 24.08.2009) от 11.02.2019 с ФИО11 в целях получения выгоды от предпринимательской деятельности в сфере сельского хозяйства. В начале 2019 года совместно со своим будущим компаньоном Алиевым Элтоном Джалалом-Оглы решили наладить производство по выращиванию сельскохозяйственной продукции в Волгоградской области. Для начала занимались поисками земельных угодий, приспособленных для агропромышленной отрасли. Один из знакомых познакомил его с ФИО11, ранее с ним знакомы не были. В ходе переговоров сошлись на рыночной цене, указанной в договоре. Осмотрев предварительно участки, и оценив логистику, а также расположение объекта аренда ФИО12 и ФИО3 полностью устроило. После чего на 11.02.2019 назначил встречу с ФИО11 и заключил договора цессии в простой письменной форме. Причина продажи земельного участка ФИО11 ФИО12 не известна. Денежные средства в сумме 3 500 000 руб. и 150 000 руб. оплачивал ФИО3 со своих личных сбережений (наличными). Договор цессии был заключен с ФИО12 по причине устных соглашений с ФИО3, в котором он обязан был привлечь инвестора по развитию агропромышленной отрасли, а ФИО3 внести первоначальный капитал на приобретение земельного участка у ФИО11 Устное соглашение на тот момент всех устраивало. После того как земельные участки перешли в его пользование, им был составлен бизнес-план для последующего согласования с инвестором. Через некоторое время проект был одобрен, после чего обговорили транши перевода средств на развитие. Предварительно заключили соглашения по представлению сельхоз техники в лизинг, а также получили одобрение на поставку сырья растительного происхождения. Через некоторое время по независящим от него обстоятельствам денежные средства получены не были, инвестор от разговоров по денежным обязательствам перекладывал на трудности в работе и через некоторое время стал игнорировать его вопрос. ФИО3 начал упрекать его в некомпетентности и потребовал возместить ему понесенный ущерб от покупки земельных участков. В связи с чем, договор по аренде земельных участков был уступлен ФИО3, так как денежные средства на указанную покупку предоставил именно он. Как в дальнейшем распорядился земельными участками ФИО3 ему не известно, более с ним не встречался. Также представлены квитанции по оплате арендной плате за спорные земельные участки.

Суд первой инстанции также пришел к выводу, что доказательств оплаты за уступленные права аренды, а также доказательств использования арендуемых земельных участков, в материалы дела не представлено.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Неплатежеспособность должника на момент заключения спорного договора была установлена в рамках дела о банкротстве ООО «Волтари».

Так, решением от 17.09.2018 по делу №А12-20579/2018 было установлено, что должник имеет неисполненные обязательства по оплате адвокату Статюхи М.М. задолженности по договору об оказании юридической помощи № 001/10/17 за 4 квартал 2017.

Данные обстоятельства также были установлены решением мирового судьи судебного участка № 119 Волгоградской области от 23.03.2018 по делу № 2-119-496/2018. Определением от 20.11.2018 по делу №А12-20579/2018 было установлено, что ООО «Волтари» имеет непогашенную с 25.04.2017 задолженность перед ООО «ПроАгро-34» по договору поставки № ПАЗ34310117 от 31.01.2017, подтвержденную решением Арбитражного суда Волгоградской области от 03.05.2018 по делу № А12-9587/2018.

Определением от 22.11.2018 по делу №А12-20579/2018 было установлено что должник имеет неисполненные обязательства перед филиалом № 14 Государственного учреждения - Волгоградского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по страховым взносам на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний за февраль 2018.

Определением от 22.11.2018 по делу №А12-20579/2018 было установлено, что ООО «Волтари» имеет непогашенную с 01.11.2017 задолженность перед ООО «ЕвроХим Трейдинг Рус» по договору поставки товаров № 148 от 24.04.2017. Определением от 27.11.2018 по делу №А12-20579/2018 было установлено ООО «Волтари» имеет непогашенную задолженность ПАО «Волгоградэнергосбыт» за март 2017.

Определением от 24.12.2018 по делу №А12-20579/2018 было установлено, что группа компаний, в которую входило и ООО «Волтари» перестало исполнять свои обязательствам по возврату кредитных средств перед ПАО КБ «Центр-инвест» с февраля 2017.

Вышеуказанные требования кредиторов были признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов ООО «Волтари». Доказательства, свидетельствующие о наличии у ООО «Волтари» после совершения спорных сделок имущества, достаточного для расчетов с кредиторами, отсутствуют.

Данные выводы были также сделаны конкурсным управляющим при проведении анализа финансового состояния должника и подготовке заключения о наличии (отсутствии) оснований для оспаривания сделок должника.

Таким образом, в период наличия у должника признаков неплатежеспособности, в течение года до возбуждения дела о банкротстве, должником произведено отчуждение имущественных прав по заниженной цене.

Судом первой инстанции была исследована аффилированность лиц, участвующих в сделке. Так судом первой инстанции сделаны следующие выводы.

В адрес конкурсного управляющего ООО «Волтари» поступило нотариально удостоверенное заявление в порядке пункта 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве от ФИО15, исполнявшего обязанности руководителя и ликвидатора ООО «Волтари».

В данном заявлении ФИО15 сообщил, что изначально он работал в должности механика ООО «Фруктовый центр-Фаворит», а в последующим по указанию ФИО16 был назначен на должность руководителя ООО «Волтари». ФИО15 пояснил, что ФИО16 являлся руководителем и контролировал деятельность группы компаний, в которую входили в том числе: - ООО «Волтари»; - ООО «Фруктовый центр – Фаворит; - ФИО18 – жена ФИО16; - ФИО19 – мать ФИО18, теща ФИО16; ФИО20 – сын ФИО16.

По поводу совершения сделок уступки от имени ООО «Волтари» прав и обязанностей по договорам аренды земельных участков в 2018 году в пользу ФИО11, ФИО15 пояснил, что ФИО11 являлся заведующим складом ООО «ФЦ-Фаворит». Данные сделки производились по указанию ФИО16. ФИО11 являлся номинальным собственником, а ФИО16 продолжил фактически владеть и распоряжаться данными земельными участками.

Аффилированность вышеуказанных лиц также подтверждается заключением ООО «Лайтаудит» по результатам судебной экспертизы на предмет выявления признаков преднамеренного банкротства ООО «ФЦ-Фаворит» (дело №А12-20578/2018), представленного конкурсным управляющим должника.

Об общности интересов, а следовательно, о фактической аффилированности вышеуказанных лиц свидетельствует и выбор этими лицами своего представителя при рассмотрении дел о банкротстве ООО «Волтари», ООО «ФЦ-Фаворит» и ФИО18.

Так представителем ФИО11 в рамках настоящего обособленного спора выступает ФИО17.

При этом ФИО17 также представляла интересы:

- ФИО19 (мать ФИО18, теща ФИО16, ответчика по сделке должника) при оспаривании сделки в рамках дела о банкротстве ФИО18 (постановление 12 ААС от 16.01.2020 по делу №А12-22290/2018);

- ФИО21 (ответчика по сделке должника) при оспаривании сделки в рамках дела о банкротстве ФИО18 (определения АС ВО от 11.11.2019, от 15.10.2019 по делу №А12-22290/2018);

- ФИО22 (ответчика по сделке должника) при оспаривании сделки в рамках дела о банкротстве ФИО18 (определение АС ВО от 11.11.2019, от 15.10.2019 по делу №А12-22290/2018);

- ФИО18 (должника) при оспаривании сделки в рамках дела о банкротстве ФИО18 (определения АС ВО от 18.12.2019, от 12.12.2019 по делу №А12-22290/2018);

- ФИО16 (соответчика) в обособленно споре по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве ООО «ФЦ-Фаворит» (определение АС ВО от 29.01.2020 по делу №А12-20578/2018).

ФИО11 длительное время находился в непосредственном подчинении и финансовой зависимости у ФИО16, который, как было установлено судебной экспертизой в деле о банкротстве ООО «ФЦ-Фаворит», являлся руководителем и контролировал деятельность группы компаний.

ФИО12 является заявителем по делу о банкротстве ФИО18 (дело №А12-22290/2018), а в 2016 г. представлял интересы ООО «ФЦ - Фаворит» в Арбитражном суде Волгоградской области (дело №А12-19620/2016), что также свидетельствует о его фактической аффилированности по отношению к должнику, который входит в группу компаний и физических лиц, подконтрольных ФИО16.

На основании вышеизложенного, судом сделан вывод, что между названными физическими и юридическими лицами имеется фактическая аффилированность.

Исследовав в совокупности материалы дела, оценив доводы и возражения, лиц участвующих в деле суд первой инстанции пришел к выводам:

1) у ФИО11, ФИО12 отсутствовала цель получения прибыли от уступки прав по договорам аренды земельных участков (цены договоров цессии аналогичны цене договоров цессии от 15.04.2018).

2) Ни ФИО11, ни ФИО12, ни ФИО3 ни ФИО2 не имели намерения осуществлять полномочия арендатора в отношении приобретенных прав аренды земельных участков.

3) ФИО3 Оглы и ФИО2 как конечные приобретатели прав аренды земельных участков не соответствуют критериям добросовестности, определенным в статье 302 ГК РФ.

4) ФИО11 и ФИО12, ФИО3 Оглы, уступившие права и обязанности по спорным договорам аренды земельных участков, являются звеньями, усложняющими возврат имущества в конкурсную массу ООО «Волтари», что также свидетельствует о недобросовестности действий сторон

5) В рамках настоящего обособленного спора ни одна из сторон оспариваемых сделок не предоставила доказательства оплаты уступленных прав аренды, а также наличия возможности такой оплаты, учитывая, ее наличный характер. Ни один из участников оспариваемых сделок не переоформил на себя договоры с ресурсоснабжающими организациями по обслуживанию земельных участков, права аренды по которым перешло к ним.

6) Имеются достаточные доказательства того, что договоры уступки прав и обязанностей по договорам аренды, заключенные между ООО «Волтари» и ФИО11, между ФИО11 и ФИО12, между ФИО12 и ФИО3, между ФИО3 и ФИО2 были заключены с единственной целью – лишения кредиторов ООО «Волтари» получить удовлетворение своих денежных требований путем вывода из конкурсной массы единственного актива должника в преддверие банкротства.

Суд апелляционной инстанции повторно исследовав материалы дела не может согласиться с выводами суда в части недобросовестности ФИО3 и ФИО2 как конечных приобретателей прав аренды земельных участков в силу следующего.

В рамках настоящего обособленного спора в деле о банкротстве банком были оспорены также следующие сделки:

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, заключенный 06.08.2019 между ФИО12 и ФИО3 Оглы;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, заключенный 06.08.2019 между ФИО12 и ФИО3 Оглы;

-договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, заключенный 15.08.2019 между ФИО3 Оглы и ФИО2.

Оценивая указанные оспоренные сделки, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

При отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок следует различать две ситуации.

Во-первых, возможна ситуация, когда волеизъявление первого приобретателя отчужденного должником имущества соответствует его воле: этот приобретатель вступил в реальные договорные отношения с должником и действительно желал создать правовые последствия в виде перехода к нему права собственности. В таком случае при отчуждении им спорного имущества на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок права должника (его кредиторов) подлежат защите путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс) к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2003 N 6-П). Вопрос о подсудности виндикационного иска в этом случае подлежит разрешению с учетом разъяснений, данных в пункте 16 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" - требование о виндикации при подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, может быть разрешено в деле о банкротстве, в иных случаях - вне рамок дела о банкротстве с соблюдением общих правил о подсудности.

Во-вторых, возможна ситуация, когда первый приобретатель, формально выражая волю на получение права собственности на имущество должника путем подписания договора об отчуждении, не намеревается породить отраженные в этом договоре правовые последствия. Например, личность первого, а зачастую, и последующих приобретателей может использоваться в качестве инструмента для вывода активов (сокрытия принадлежащего должнику имущества от обращения на него взыскания по требованиям кредиторов), создания лишь видимости широкого вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзии последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по передаче права собственности на имущество от должника к бенефициару указанной сделки по выводу активов (далее - бенефициар): лицу, числящемуся конечным приобретателем, либо вообще не названному в формально составленных договорах. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем этого бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества.

Бенефициар, не имеющий формальных полномочий собственника, не заинтересован в раскрытии своего статуса перед третьими лицами, поэтому он обычно не составляет документы, в которых содержатся явные и однозначные указания, адресованные должнику и участникам притворных сделок, относительно их деятельности.

В данном случае таким бенефициаром является ФИО16 и члены его семьи.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

Судом первой инстанции был сделан верный вывод, что в рассматриваемом случае реально была совершена лишь одна последовательная сделка - сделка по безвозмездному выводу активов должника через ФИО11 и ФИО12 в пользу бенефициаров - лиц, связанных с должником – семьи Опфер, однако оснований полагать, что ФИО3 Оглы и ФИО2 являлись звеньями цепи ничтожных сделок и могут быть признаны недобросовестными приобретателями, у суда первой инстанции не имелось.

В качестве оснований фактической аффилированности ФИО3 и ФИО2 суд сослался на показания ФИО12, который указывал, что ФИО3-Оглы является его «компаньоном». Иных доказательств аффилированности этих ответчиков с лицами аффилированными должнику и его конечному бенефициару суд не привел.

Судебная коллегия апелляционной инстанции считает, что данные выводы основаны на предположениях. Понятие «компаньон» предполагает, что физическое лицо, является совладельцем фирмы, компании, компаньоны ведут совместный бизнес, участвуют в совместном распределении полученной прибыли.

В данном же случае ФИО3-Оглы являлся временным соучастником в определенной сделке – контрагентом ФИО12 и не может быть признан в качестве заинтересованного лица по отношению к ФИО12

Доказательств аффилированности ФИО2 по отношению к должнику в материалы дела не представлено.

Отвечая на вопросы апелляционного суда, ФИО3-Оглы пояснил, что он не имеет никакого отношения ни к семье Опфер, ни к ООО «Волтари», какого либо совместного бизнеса с ними и ФИО12 не имел и не имеет. Понятием «Компаньен» в отношении ФИО12 он понимает, как контрагент по сделке с ФИО12 по приобретению у него спорного права аренды земельных участков.

Со стороны конкурсного управляющего должника, как и со стороны Банка, каких-либо доказательств свидетельствующих об аффилированности ФИО3-Оглы по отношению к предыдущим владельцам земельных участков фактически не представлено, что прямо было подтверждено в суде апелляционной инстанции, отвечая на вопрос апелляционного суда.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Это означает, что правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным Гражданским кодексом или специальными законами.

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Таким образом, цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара. Такая прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Поскольку бенефициар является стороной прикрываемой (единственно реально совершенной) сделки, по которой имущество выбывает из владения должника, право кредиторов требовать возврата имущества в конкурсную массу подлежит защите с использованием правового механизма, установленного статьей 167 Гражданского кодекса, а не путем удовлетворения виндикационного иска. Споры о признании недействительными сделок, совершенных несостоятельными должниками в преддверии банкротства, и о применении последствий их недействительности отнесены к компетенции арбитражных судов, рассматривающих дела о банкротстве (пункт 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве).

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения настоящего обособленного спора имели обстоятельства, касающиеся перехода фактического контроля над имуществом, реальности передачи прав на него по последовательным сделкам.

Учитывая изложенное и объективную сложность получения управляющим отсутствующих у него прямых доказательств притворности, должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств. Если заинтересованные лица привели достаточно серьезные доводы и представили существенные косвенные свидетельства, которые во взаимосвязи позволяют признать убедительными их аргументы о совершении лишь одной прикрываемой сделки по прямому отчуждению должником своего имущества бенефициару, в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания обратного переходит на стороны цепочки последовательных договоров купли-продажи, ссылающихся на самостоятельный характер отношений по каждой из сделок.

В данном случае ФИО3 и ФИО2 приведены достаточные аргументы их добросовестности, в частности доказана их неосведомленность о неустойчивом финансовом положении должника и ряда сделок по отчуждению, совершенных аффилированными лицами до них (между ООО «Волтари» и ФИО11, между ФИО11 и ФИО12)

Судом апелляционной инстанции проверена и признана установленной финансовая возможность ФИО3 и ФИО2 по приобретению спорного права аренды земельных участков.

Так, представитель ФИО2 указал, что его доверитель является главой К(Ф)Х в районе расположения спорного участка, основным видом деятельности которого является выращивание с/х продукции. Право аренды приобреталось в целях осуществления профессиональной предпринимательской деятельности.

В материалы дела представлена расписка от 15.08.2019, согласно которой ФИО3 получил от ФИО2 денежные средства в размере 3 500 000 руб. в счет оплаты по договору уступки прав и обязанностей от 15.08.2019 по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003.

В обоснование наличия финансовой возможности оплаты по договору, в материалы дела от представителя ФИО2 поступили налоговые декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения, а также справки по форме 2-НДФЛ за 2017, 2018 и 2019 года.

Представленные документы признаются апелляционным судом достаточными доказательствами финансовой возможности ФИО2.

В материалы дела представлены достаточные доказательства наличия у доверителя финансовой возможности для оплаты по договору уступки.

Выводы суда первой инстанции о неоплате уступки прав и обязанностей по договору аренды земельных участков своим контрагентам со стороны ФИО3 и ФИО2 не соответствуют материалам дела.

Исследовав копии договоров, суд апелляционной инстанции отмечает, что в п.3.1 установлено, что в счет уступаемых прав и обязанностей сторона уплачивает цену договора в размере установленном в договоре (150 000 руб., 3 500 000 руб) с учетом всех налогов и сборов. В п. 3.2 договора закреплено, что оплата указанной суммы полностью произведена до подписания настоящего договора. Расчет между сторонами произведен в полном объеме. (т.16, л.д. 34, 75).

Следовательно материалами дела подтверждена оплата уступленного права, произведенная со стороны первого добросовестного покупателя - ФИО3 последнему недобросовестному продавцу – ФИО12, о чем есть отметка в соответствующих договорах между двух физических лиц.

Таким образом материалы дела подтверждают, что оплата по договорам произведена К.Х.СБ. оглы., ФИО3 своим контрагентам по спорным сделкам в полном объеме. То основание, что участники последовательных сделок по выводу имущества из конкурсной массы должника – ФИО11 и ФИО12 не внесли указанные денежные средства в кассу или на расчетный счет должника, не может быть поставлено в вину добросовестным покупателям - ФИО3 и ФИО2.

В материалы дела также представлена расписка от 15.08.2019, согласно которой ФИО3 получил от ФИО2 денежные средства в размере 3 500 000 руб. в счет оплаты по договору уступки прав и обязанностей от 15.08.2019 по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003.

В качестве основания недействительности спорной сделки конкурсный кредитор указал на неравноценное встречное исполнение по сделке (реализация имущества должника по заниженной стоимости).

Как уже указывалось выше, судом первой инстанции была проведена экспертиза рыночной стоимости уступленных прав и обязанностей.

В соответствии с заключением эксперта рыночная стоимость уступленных прав и обязанностей по спорным договорам на момент их заключения составляла: по договору уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009 - 251 734,69 руб.; по договору уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003 – 20 447 929,79 руб.

Таким образом, по итогам судебной экспертизы судом первой инстанции сделан вывод, что по договору уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009 цена была занижена почти на 70%, а по договору уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003 – почти в 3 раза.

Через канцелярию Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от представителя ФИО3 поступило ходатайство о назначении повторной экспертизы.

В обоснование ходатайства о назначении повторной экспертизы, заявители ссылаются на то, что из анализа экспертного заключения полученного судом первой инстанции следует, что рыночная стоимость уступленных прав и обязанностей по спорным договорам на момент их заключения составляла: по договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009 - 251 734,69 руб.; по договору уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003 – 20 447 929,79 руб., тогда как стоимость права аренды данных земельных участков по результатам экспертизы явно завышена, что подтверждается тем, что при проведении сравнительного анализа стоимости подобных участков на сайте «Авито» отчетливо усматривалось, что рыночная стоимость права аренды аналогичных земельных участков, продаваемых на вышеуказанном сайте, в несколько раз ниже. Кроме того, как следует из открытых источников - Публичной кадастровой карты России (сайт https://pkk.rosreestr.ru), кадастровая стоимость земельного участка площадью 517 га составляет всего 7 186 301 рубль 39 копеек, в то время как эксперт ФИО23 определил рыночную стоимость права аренды данного земельного участка в 20 447 929 рублей 79 копеек, то есть в 3 (три) раза больше права собственности. Оценочная стоимость права аренды другого земельного участка площадью 12,0 га установлена экспертом ФИО23 в размере 251 734 рублей 69 копеек, при кадастровой стоимости в 156 003 рубля 90 копеек, что тоже нельзя признать обоснованным и справедливым, поскольку, как показывает сложившаяся судебная практика, кадастровая стоимость земельных участков, как правило превышает ее рыночную стоимость, а не наоборот, и не в 3 раза, как установил эксперт ФИО23

В соответствии с пунктом 3 Федерального стандарта оценки "Определение кадастровой стоимости (ФСО N 4)", утвержденного Приказом Минэкономразвития России от 22 октября 2010 N 508, и указал, что под кадастровой стоимостью понимается установленная в процессе государственной кадастровой оценки рыночная стоимость объекта недвижимости, определенная методами массовой оценки, или, при невозможности определения рыночной стоимости методами массовой оценки, рыночная стоимость, определенная индивидуально для конкретного объекта недвижимости в соответствии с законодательством об оценочной деятельности.

То есть основой кадастровой оценки являются стандартные подходы, применяемые при оценке рыночной стоимости земельных участков, а стандартные подходы базируются на рыночной информации. Требования к содержанию и оформлению отчета об определении кадастровой стоимости определены Приказом Минэкономразвития России от 29.07.2011 N 382. По общему правилу сведения о кадастровой стоимости используются для целей, предусмотренных законодательством Российской Федерации, в том числе и для целей налогообложения, с даты их внесения в государственный кадастр недвижимости (статья 24.20 Закона N 135-ФЗ). Законодательство и федеральные стандарты оценки приравнивают базу кадастровой стоимости к рыночной стоимости, допуская при этом отклонения кадастровой стоимости от рыночной, которые обусловлены меньшей точностью ее определения в связи с применением методологии массовой оценки.

Под рыночной стоимостью объекта оценки Федеральный закон "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" понимает наиболее вероятную цену, по которой данный объект оценки может быть отчужден на открытом рынке в условиях конкуренции, когда стороны сделки действуют разумно, располагая всей необходимой информацией, а на величине цены сделки не отражаются какие-либо чрезвычайные обстоятельства.

Кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны. Кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной, методом ее определения (массовым характером). Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.06.2013 N 10761/11, определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.02.2018 N 306-ЭС17-17171 по делу N А12-44790/2015).

Суд апелляционной инстанции определением от 29 октября 2020 года вызвал в качестве эксперта ИП ФИО23 для дачи пояснений по проведенной им в настоящем обособленном споре экспертизы в Арбитражном суде Волгоградской области в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд, известил эксперта ИП ФИО23 о времени и месте судебного разбирательства, разъяснил ИП ФИО23 возможность участия в судебном заседании путём использования систем видеоконференц-связи при содействии соответствующих арбитражных судов в его месте жительства либо участия в судебном онлайн-заседании.

Явившийся в суд апелляционной инстанции эксперт ИП ФИО23, член саморегулируемой организации – Ассоциации «Межрегиональный союз оценщиков», (<...> дом13/1,кв.86) пояснил, что для определения рыночной стоимости земельных участков, экспертом использовался сравнительный метод, в качестве объектов - аналогов использовалась информация об аналогичных земельных участках сельскохозяйственного назначения, выставленных на продажу (сайт «Авито»). На вопрос апелляционного суда о том, учитывались ли им при проведении экспертизы кадастровые стоимости спорных земельных участков, эксперт пояснил, что не учитывались, ввиду того, что кадастровая стоимость отличается от рыночной и эксперт при проведении экспертизы учитывал индивидуальные особенности каждого земельного участка.

При этом в материалы дела представлены выписки из Единого государственного реестра недвижимости, согласно которым кадастровая стоимость земельного участка с кадастровым номером 34:03:080006:10, площадью 517 га составляет 7 186 301,39 руб., кадастровая стоимость земельного участка с кадастровым номером 34:03:150005:241 площадью 12,0 га составляет 156003,9 руб.

На вопрос суда апелляционной инстанции: в чем причины значительной разницы между кадастровой стоимостью спорных земельных участков и определенной экспертом рыночной стоимости уступленного права требования тех же самых земельных участков, эксперт ИП ФИО23 пояснить не смог, предположив, что при кадастровом учете, возможно не оценивались особенности спорных земельных участков, а именно их близость к оросительному каналу, дороге и трансформаторной подстанции.

Согласно части 2 статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Суд апелляционной инстанции для объективного и правильного рассмотрения дела и необходимости установить рыночную стоимость уступленных ООО «Волтари» прав требования ФИО11 по договорам аренды земельных участков с кадастровым номером 34:03:150005:241, 34:03:080006:10 по состоянию на дату заключения оспариваемых сделок – 15 апреля 2018 года, в том числе с учетом ранее проведенной кадастровой оценки данных земельных участков и их индивидуальной особенности, с учетом месторасположения назначил по делу повторную оценочную экспертизу.

Поскольку двумя ответчиками по делу – ФИО3 Оглы и ФИО2 заявлены ходатайства о назначении по обособленному спору повторной экспертизы, суд апелляционной инстанции, с учётом обстоятельств дела, посчитал, что для правильного разрешения спора необходимо провести по делу повторную экспертизу.

На разрешение эксперта были поставлены вопросы:

1) Какова рыночная стоимость уступленных обществом с ограниченной ответственностью «Волтари» прав требования ФИО11 на момент заключения договора уступки прав и обязанностей от 15.04.2018, по которому уступлены права и обязанности по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009 с кадастровым номером 34:03:150005:241 , заключенного между Администрацией Городищенского муниципального района Волгоградской области и обществом с ограниченной ответственностью «Волтари»?

2) Какова рыночная стоимость уступленных обществом с ограниченной ответственностью «Волтари» прав требования ФИО11 на момент заключения договора уступки прав и обязанностей от 15.04.2018, по которому уступлены права и обязанности по договору аренды земельного участка №249 от 30.01.2003 с кадастровым номером 34:03:080006:10, заключенного между Администрацией Городищенского муниципального района Волгоградской области и обществом с ограниченной ответственностью «Волтари»?

Проведение экспертизы поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Правовой центр ЮФО» ФИО14.

Лица, участвующие в деле – ПАО КБ «Центр-инвест» и конкурсный управляющий должника ФИО5 возражали против кандидатуры эксперта ФИО14, при этом мотивированного отвода эксперту оценщику ООО «Правовой центр ЮФО» ФИО14 на стадии назначения судебной экспертизы не заявили, настаивали на своих кандидатурах экспертов.

В материалы дела от эксперта поступило заключение, согласно которому рыночная стоимость уступленных обществом с ограниченной ответственностью «Волтари» прав требования ФИО11 на момент заключения договора уступки прав и обязанностей от 15.04.2018, по которому уступлены права и обязанности по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009 с кадастровым номером 34:03:150005:241, заключенного между Администрацией Городищенского муниципального района Волгоградской области и обществом с ограниченной ответственностью «Волтари» составляет 185 000 рублей. Рыночная стоимость уступленных обществом с ограниченной ответственностью «Волтари» прав требования ФИО11 на момент заключения договора уступки прав и обязанностей от 15.04.2018, по которому уступлены права и обязанности по договору аренды земельного участка №249 от 30.01.2003 с кадастровым номером 34:03:080006:10, заключенного между Администрацией Городищенского муниципального района Волгоградской области и обществом с ограниченной ответственностью «Волтари» составляет 3 987 000 рублей.

После поступления в суд экспертного заключения со стороны ПАО КБ «Центр-инвест» был заявлен отвод эксперту ФИО14.

В обоснование заявления об отводе эксперта публичное акционерное общество коммерческий банк «Центр-инвест» указало на то, что не считает эксперта ФИО14 беспристрастным и независимым специалистом.

Доказательств аффилированности, заинтересованности в рассмотрении дела сторонами не представлено, эксперт был предупрежден судом об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, за дачу заведомо ложного заключения. Привлечение эксперта к административной иной ответственности по иным спорам суд не принял в качестве возражений, сомнений в компетенции эксперта не возникло.

Рассмотрев заявление публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» об отводе эксперта, суд не усмотрел оснований для его удовлетворения и определением от 04.03.2021 отказал в удовлетворении заявления публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» об отводе эксперта ФИО14 (общество с ограниченной ответственностью «Правовой центр ЮФО»).

У участников процесса после ознакомления с заключением эксперта возник ряд вопросов, ими было заявлено ходатайство о допросе эксперта, с целью разрешения заявленного ходатайства, соблюдения прав участников процесса апелляционный суд предложил эксперту ФИО14 явиться в судебное заседание либо представить письменные ответы на вопросы.

Во исполнение поручения апелляционного суда экспертом ФИО14 31.05.2021 в материалы дела представлены письменные ответы на вопросы.

Проанализировав заключение эксперта, ответы на заданные ему вопросы, а также учитывая кадастровую стоимость земельных участков, отраженную в официальных документах (Выписок из Росреестра), апелляционный суд находит заключение эксперта обоснованным, последовательным и непротиворечивым, в связи с чем принимает его в качестве достоверного доказательства стоимости уступленного по оспариваемым сделкам права.

В ситуации неправомерного завладения чужим имуществом по недействительной прикрываемой сделке с использованием ничтожных притворных сделок купли-продажи, у стороны, утратившей имущество, возникает реституционное требование к другой стороне прикрываемой сделки - бенефициару (статья 167 Гражданского кодекса).

Однако это не является препятствием для признания за потерпевшим права требовать возмещения имущественного вреда, возникшего вследствие противоправного вывода активов, от лиц, участвующих в заведомо незаконной схеме, в результате умышленных противоправных действий которых был утрачен контроль над имуществом (чьи действия были направлены на умышленное создание необходимых объективных условий для совершения недействительной прикрываемой сделки) - статья 1064 Гражданского кодекса.

Хотя основания этих требований различны, они преследуют единую цель - возместить в полном объеме (статья 15 Гражданского кодекса) убытки продавца, поэтому обязательства приобретателя (бенефициара - стороны недействительной прикрываемой сделки) и причинителя вреда (лица, участвующего в выводе активов через подписание притворных договоров) являются солидарными (статья 1080 Гражданского кодекса), что также позволяет исключить возникновение неосновательного обогащения на стороне пострадавшего. (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.06.2020 N 301-ЭС17-19678 по делу N А11-7472/2015)

В данном случае суд апелляционной инстанции полагает, что пострадавшими сторонами по цепочки сделок являются ФИО3 Оглы и ФИО2.

В пункте 37 Постановления N 10/22 разъяснено, что ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель). При этом возмездность приобретения сама по себе не свидетельствует о добросовестности приобретателя.

Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем. Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества (пункт 38 Постановления N 10/22).

В разъяснениях высших судебных инстанций, в частности, в абзаце 3 пункта 38 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума Вас РФ№10/22 от 29.04.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в Постановлении Конституционного Суда РФ №16-П от 22.06.2017 г., а также в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 01.02.2018 г. по делу №305-ЭС17- 13675 также указывается, что лицо признается добросовестным приобретателем, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо (приобретатель) знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права.

Таким образом, с учетом системного толкования вышеуказанных норм права и разъяснений высших судов, применительно к рассматриваемому делу, ФИО2 , ФИО3о должны были представить суду лишь доказательства того, что они не знал и не могли знать, что на момент заключения сделки у недобросовестных приобретателей/продавцов отсутствовало право отчуждения права аренды на спорные земельные участки по договору уступки прав и обязанностей.

Судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В данном случае ФИО2, ФИО3о подтвердили свою неосведомленность, финансовую возможность и добросовестность в силу ст. 302 ГК РФ. Конкурсным кредитором и управляющим наоборот не доказана недобросовестность и умысел на причинение вреда кредиторам путем отчуждения ликвидного имущества.

Все утверждения конкурсного управляющего должника и Банка о недобросовестности ФИО2, ФИО3о строятся лишь на предположениях. Убедительных доказательств того, что ФИО2 и ФИО3о знали о возбуждении дела о банкротстве, знали о подаче первоначального и последующих исков банком в арбитражный суд о признании сделок недействительными, знали о противоправности действий предыдущих владельцев земельных участков не представлено.

Учитывая все установленные апелляционным судом обстоятельства, – ФИО2 , ФИО3о признаются апелляционным судом добросовестными приобретателями спорного права, оснований для истребования указанного права из владения указанных лиц, суд апелляционной инстанции не находит.

Общие последствия признания сделки недействительной в рамках дела о банкротстве установлены в статье 61.6 Закона о банкротстве, по правилам пункта 1 которой все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Только в случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Учитывая то, что переданные по признанным судом первой и апелляционной инстанции недействительным договорам уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, заключенной 15.04.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Волтари» и ФИО11; уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, заключенной 15.04.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Волтари»и ФИО11; уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, заключенной 11.02.2019 между ФИО11 и ФИО12;; уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, заключенной 11.02.2019 между ФИО11 и ФИО12 земельные участки переданы добросовестным приобретателям - ФИО2 , ФИО3о возврат имущества – права требования в натуре невозможен, в связи с чем, в качестве применения последствий недействительности сделки суд апелляционной инстанции взыскивает с ФИО11 и ФИО12 в солидарном порядке в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Волтари» денежные средства в сумме 4 172 000 рублей – рыночную стоимость права аренды двух спорных земельных участков, установленную по результатам повторной экспертизы проведенной в апелляционном суде.

Исходя из вышеуказанных норм процессуального закона и обстоятельств, апелляционный суд при распределении судебных расходов руководствуется принципом возмещения указанных расходов проигравшей стороной спора.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 18 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" распределение судебных расходов в деле о банкротстве между лицами, участвующими в деле, осуществляется с учетом целей конкурсного производства и наличия в деле о банкротстве обособленных споров, стороны которых могут быть различны. Судебные расходы лиц, в пользу которых был принят судебный акт по соответствующему обособленному спору, подлежат возмещению лицами, не в пользу которых был принят данный судебный акт.

Поскольку заявителем по обособленному спору - ПАО КБ «Центр-инвест», обратившемся в защиту интересов конкурсной массы должника, в суде первой инстанции была уплачена государственная пошлина, а проигравшими сторонами являются ФИО11 и ФИО12, то суд апелляционной инстанции считает необходимым возместить судебные расходы банку, взыскав с ФИО11 в пользу публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» 12 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение заявления в суде первой инстанции, с ФИО12 в пользу публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» 12 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение заявления в суде первой инстанции.

Кроме того при подаче апелляционной жалобы ФИО2 была уплачена государственная пошлина в размере 3000 рублей, а спор был инициирован ПАО коммерческий банк «Центр-инвест», то с публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» следует взыскать в пользу ФИО2 3 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы; ФИО3о государственная пошлина при подаче апелляционной жалобы не была уплачена, соответственно с ПАО коммерческий банк «Центр-инвест» подлежит взысканию в пользу федерального бюджета 3 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы ФИО3

Согласно пункту 15 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 66 от 20.12.2006 по результатам судебного разбирательства расходы по экспертизе распределяются между лицами, участвующими в деле, в порядке, установленном Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Судебная экспертиза проведена экспертом ООО «Правовой центр ЮФО» ФИО14

ФИО2 представлено платежное поручение № 816665 от 19.11.2020, согласно которому денежные средства в размере 20 000 руб. внесены на депозитный счет Двенадцатого арбитражного апелляционного суда.

Экспертное заключение представлено арбитражному суду.

Согласно представленному ООО «Правовой центр ЮФО» счету на оплату от 25 января 2021 года № 5-21 стоимость экспертизы составила 20 000 руб.

Следовательно необходимо взыскать с публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» в пользу ФИО2 судебные расходы по оплате экспертизы в размере 20 000 рублей.

Финансово-экономическому отделу Двенадцатого арбитражного апелляционного суда следует перечислить с депозитного счета суда на счет общества с ограниченной ответственностью «Правовой центр ЮФО» денежные средства в размере 20 000 рублей за проведение экспертизы по делу № А12-20579/2018.

Кроме того, поскольку апелляционный суд отказал в удовлетворении ходатайства Банка о проведении второй повторной судебной экспертизы, следует Финансово-экономическому отделу Двенадцатого арбитражного апелляционного суда возвратить с депозитного счета суда на счет публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» денежные средства в размере 18 000 рублей за проведение экспертизы по делу № А12-20579/2018, перечисленные платежным поручением от 08.04.2021 № 001.

Руководствуясь статьями 268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 24 июля 2020 года по делу № А12-20579/2018 отменить. Принять новый судебный акт.

Заявление публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» удовлетворить о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности, удовлетворить частично.

Признать недействительными следующие последовательные сделки:

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, заключенный 15.04.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Волтари» и ФИО11;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, заключенный 15.04.2018 между обществом с ограниченной ответственностью «Волтари»и ФИО11;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №57/09 от 24.08.2009, заключенный 11.02.2019 между ФИО11 и ФИО12;

- договор уступки прав и обязанностей по договору аренды земельного участка №249 от 30.07.2003, заключенный 11.02.2019 между ФИО11 и ФИО12.

Применить последствия недействительности сделок.

Взыскать с ФИО11 и ФИО12 в солидарном порядке в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «Волтари» денежные средства в сумме 4 172 000 рублей.

В удовлетворении заявления публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» в остальной части отказать.

Взыскать с ФИО11 в пользу публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» 12 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение заявления в суде первой инстанции.

Взыскать с ФИО12 в пользу публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» 12 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины за рассмотрение заявления в суде первой инстанции.

Взыскать с публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» в пользу ФИО2 3 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Взыскать с публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» в пользу федерального бюджета 3 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы.

Взыскать с публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» в пользу ФИО2 судебные расходы по оплате экспертизы в размере 20 000 рублей.

Финансово-экономическому отделу Двенадцатого арбитражного апелляционного суда перечислить с депозитного счета суда на счет общества с ограниченной ответственностью «Правовой центр ЮФО» денежные средства в размере 20 000 рублей за проведение экспертизы по делу № А12-20579/2018.

Финансово-экономическому отделу Двенадцатого арбитражного апелляционного суда возвратить с депозитного счета суда на счет публичного акционерного общества коммерческий банк «Центр-инвест» денежные средства в размере 18 000 рублей за проведение экспертизы по делу № А12-20579/2018.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий О.В. Грабко

Судьи Г.М. Батыршина

Л.А. Макарихина