Постановление от 1 апреля 2024 г. по делу № А35-9368/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности судебных актов арбитражных судов, вступивших в законную силу

Дело № А35-9368/2022
г. Калуга
01 апреля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 25 марта 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 апреля 2024 года.


Арбитражный суд Центрального округа в составе:

председательствующего

судей

Антоновой О.П.,

Еремичевой Н.В.,

Ивановой М.Ю.,


при участии в заседании:


от УФНС России по Курской области:


от арбитражного управляющего ФИО1:


представителя ФИО2

(по доверенности от 31.03.2023);


представителя ФИО3 (по доверенности от 14.02.2023),


рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Курской области кассационную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Курской области на решение Арбитражного суда Курской области от 30.06.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 по делу № А35-9368/2022,



УСТАНОВИЛ:

Федеральная налоговая служба в лице Управления по Курской области (далее – УФНС России по Курской области, уполномоченный орган, истец) обратилась в Арбитражный суд Курской области с исковым заявлением о взыскании с арбитражного управляющего ФИО1 (далее - арбитражный управляющий, ФИО1, ответчик) убытков в размере 3 259 273,88 руб., причиненных в связи с ненадлежащим исполнением обязанностей временного и конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Мерлион» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее - ООО «Мерлион»).

Решением Арбитражного суда Курской области от 30.06.2023, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023, в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, УФНС России по Курской области обратилось в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права, нарушение норм процессуального права.

Заявитель кассационной жалобы указывает на то, что судами не исследованы обстоятельства, в результате которых уполномоченный орган был лишен возможности самостоятельно обратиться в рамках дела о банкротстве с заявлением об оспаривании сделок должника.

По мнению заявителя кассационной жалобы, ФИО1 не предпринял каких-либо мер по проверке целей и мотивов отчуждения должником имущества в процедуре наблюдения, одобрил (согласовал) сделки по отчуждению имущества должника (8 автомобилей) на условиях неравноценного встречного предоставления в ущерб кредиторам и должнику, не оспорил в процедуре конкурсного производства подозрительные сделки по выводу имущества из конкурсной массы (9 договоров купли-продажи), что повлекло невозможность удовлетворения требований кредиторов.

Кроме того, в отчетах об использовании денежных средств должника конкурсным управляющим не отражены сведения о распределении денежных средств, поступивших в процедуре наблюдения от покупателей по договорам купли-продажи, в связи с чем невозможно установить, что денежные средства были распределены в соответствии с требованиями Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

В отзыве на кассационную жалобу (с учетом дополнений) арбитражный управляющий ФИО1 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

Определением Арбитражного суда Центрального округа от 25.03.2024 на основании части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Андреева А.В. на судью Иванову М.Ю., судьи Григорьевой М.А. на судью Еремичеву Н.В. В силу части 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное разбирательство производится с самого начала.

В судебном заседании представитель УФНС России по Курской области поддержал доводы кассационной жалобы.

Представитель ФИО1 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещались с соблюдением требований, содержащихся в главе 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, своих представителей в судебное заседание не направили.

Проверив в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов кассационной жалобы, Арбитражный суд Центрального округа приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемых судебных актов.

Как следует из материалов дела, производство по делу № А35-7881/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Мерлион» возбуждено определением Арбитражного суда Курской области от 19.08.2019 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Консалтинг Групп».

С 16.09.2019 в отношении ООО «Мерлион» осуществлялись мероприятия процедуры наблюдения, а с 11.11.2020 - конкурсного производства.

Полномочия временного и конкурсного управляющего ООО «Мерлион» были возложены на арбитражного управляющего ФИО1

По результатам анализа сделок должника временным управляющим ФИО1 выявлено, что между ООО «Мерлион» (лизингополучатель) и АО «Сбербанк Лизинг» (лизингодатель) в период с марта по ноябрь 2018 года было заключено 8 договоров лизинга: № ОВ/Ф-18948-16-01 от 08.08.2018; № ОВ/Ф-18948-17-01 от 08.08.2018; № ОВ/Ф-18948-18-01 от 08.08.2018; № ОВ/Ф-18948-15-01 от 08.08.2018; № ОВ/Ф-18948- 05-01 от 30.03.2018; № ОВ/Ф-18948-21-01 от 27.11.2018; № ОВ/Ф-18948-20-01 от 27.11.2018; № ОВ/Ф-18948-06-01 от 30.03.2018, в соответствии с которыми лизингодатель передал, а лизингополучатель принял 7 автомобилей Рено Логан и 1 автомобиль Лада Ларгус (2018 года выпуска).

В период процедуры наблюдения руководитель ООО «Мерлион» ФИО4 обратилась к временному управляющему ФИО1 с письмом от 10.02.2020 о необходимости реализации имеющегося у должника имущества с целью расчетов с кредиторами. В частности, руководитель указал, что остаток задолженности по выкупной стоимости по вышеназванным договорам лизинга составил 1 444 873,89 руб. При этом лизингодатель в письмах №№ 322/7, 322/6, 322/5, 322/4, 322/3, 322/2, 322/1, 322 от 06.02.2020 указал, что в случае, если до 06.03.2020 ООО «Мерлион» не произведет выкуп автомобилей, то при наличии задолженности по лизинговым платежам банк будет обязан вернуть транспортные средства, а также погасить задолженность по пеням и лизинговым платежам. В указанном письме руководитель ООО «Мерлион» просил временного управляющего ФИО1 выразить в письменной форме свое правовое мнение на осуществление сделок по выкупу перечисленных транспортных средств посредством привлечения заемных средств с их последующей продажей.

В ответ на данное письмо временный управляющий ФИО1 сообщил (исх. № 13 от 14.02.2020), что в случае, если остаточная выкупная стоимость лизинговых автомобилей ниже рыночной стоимости, он не возражает против привлечения заемных средств для выкупа техники. Кроме того, временный управляющий указал, что необходимо провести оценку транспортных средств для установления их рыночной стоимости на текущую дату. После выкупа у лизингодателя автомобилей, временный управляющий разрешил руководителю ООО «Мерлион» провести их реализацию по цене не ниже рыночной, при этом денежные средства, полученные от реализации автомобилей, должны быть распределены согласно очередности, установленной Законом о банкротстве.

В письме б/н от 02.03.2023 руководитель ООО «Мерлион» сообщил, что ИП ФИО5 (оценщик) 01.03.2020 подготовлены отчеты № 42/1/1-10/03-20; № 42/1/2-10/03-20; № 42/1/3-10/03-20; № 42/1/4-10/03-20; № 42/1/5-10/03-20; № 42/1/6-10/03-20, № 42/1/7-10/03-20; № 42/1/8-10/03-20, согласно которым суммарная рыночная стоимость транспортных средств составляет 1 720 000 руб., что выше их выкупной стоимости по договорам лизинга.

В ответном письме исх. № 16 от 03.03.2020 временный управляющий ФИО1 указал, что представленная оценка лизинговых автомобилей по договорам лизинга и право на их реализацию соответствует требованиям законодательства. При этом временный управляющий повторно сообщил, что после выкупа автомобилей у лизингодателя он разрешает провести их реализацию по цене не ниже рыночной, а денежные средства должны быть распределены согласно очередности, установленной Законом о банкротстве.

В марте 2020 года ООО «Мерлион» были совершены следующие сделки:

1) договор купли-продажи автомобиля от 04.03.2020 № 007 между ООО «Мерлион» и ФИО6 (далее – ФИО6). Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 27 000 руб.;

2) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 009 между ООО «Мерлион» и ФИО6 Предметом продажи выступает автомобиль Лада LARGUS KS035L, VIN <***>. Цена договора составила 150 000 руб.;

3) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 10 между ООО «Мерлион» и ФИО6. Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 365 000 руб.;

4) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 11 между ООО «Мерлион» и ФИО6. Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 190 000 руб.;

5) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 12 между ООО «Мерлион» и ФИО7 (далее ФИО7). Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 155 000 руб.;

6) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 14 между ООО «Мерлион» и ФИО7. Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 27 000 руб.;

7) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 15 междуООО «Мерлион» и ФИО7. Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 280 000 руб.;

8) договор купли-продажи автомобиля от 23.03.2020 № 16 между ООО «Мерлион» и ФИО7 Предметом продажи выступает автомобиль Рено Логан, VIN <***>. Цена договора составила 280 000 руб.

Стоимость автомобилей в указанных договорах была установлена в соответствии с отчетами оценщика ИП ФИО5 об определении рыночной стоимости № 42/1/1-10/03-20; № 42/1/2-10/03-20; № 42/1/3-10/03-20; № 42/1/4-10/03-20; № 42/1/5-10/03-20; № 42/1/6-10/0320, № 42/1/7-10/03-20; № 42/1/8-10/03-20.

В подтверждение факта оплаты стоимости автомобилей в материалы дела представлены копии приходных кассовых ордеров № 3 от 23.03.2020, № 4 от 23.03.2020, № 5 от 23.03.2020, № 8 от 23.03.2020, № 114 от 22.03.2019 на общую сумму 1 474 000 руб.

В письме б/н от 20.10.2020 руководитель ООО «Мерлион» сообщил временному управляющему ФИО1, что ООО «ЧОО «Монолит», ООО «ЧОО «Рубикон» и ООО «ЧОП «Содействие» в рамках заключенных с должником договоров займов осуществили перечисление АО «Сбербанк Лизинг» лизинговых платежей.

В реестр требований кредиторов ООО «Мерлион» была включена задолженность в общем размере 9 785 913,77 руб., из них удовлетворены требования залогового кредитора - общества с ограниченной ответственностью «Консалтинг Групп» в размере 538 505,31 руб.

Мероприятия, проведенные в конкурсном производстве были связаны только с продажей одного автомобиля, являвшегося предметом залога и погашения требований залогового кредитора. Иных мероприятий, направленных на формирование конкурсной массы, конкурсным управляющим не проводилось.

Погашение требований уполномоченного органа, включенных в третью очередь реестра требований кредиторов определениями Арбитражного суда Курской области от 20.04.2021, 08.02.2022, 10.02.2022 по делу № А35-7881/2019 в общем размере 3 472 229,68 руб., в ходе процедуры конкурсного производства не осуществлялось.

Определением Арбитражного суда Курской области от 22.04.2022 конкурсное производство в отношении ООО «Мерлион» завершено.

В ЕГРЮЛ 14.11.2022 внесены сведения о прекращении деятельности юридического лица в связи с его ликвидацией.

Полагая, что вышеуказанные сделки, а также договор купли-продажи автомобиля МИЦУБИСИ АУТЛЕНДЕР, 2006 года выпуска по цене 780 000 руб., заключенный от 19.03.2019 № 5 между ООО «Мерлион» и ФИО4, подлежали оспариванию на основании статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве как подозрительные сделки, причинившие ущерб независимым кредиторам, а в результате неправомерных действий ФИО1 ООО «Мерлион» лишилось ликвидного имущества, за счет которого могло быть произведено погашение задолженности по обязательным платежам, уполномоченный орган обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Разрешая спор по существу, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пунктом 4 статьи 20.4, пункта 2 статьи 64, пунктов 2, 3 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), разъяснениями, содержащимися в пункте 31 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», признав отсутствие противоправности как в действиях (бездействии) временного управляющего, давшего согласие на совершение сделок, так и конкурсного управляющего, не предъявившего в рамках дела о банкротстве требований об оспаривании договоров купли-продажи, пришли к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

Арбитражный суд Центрального округа не может согласиться с указанным выводом, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, убытки подлежат взысканию в соответствии со статьей 15 ГК РФ.

Согласно статье 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Применение такой меры гражданско-правовой ответственности как возмещение убытков возможно при доказанности совокупности нескольких условий: противоправности действий, причинной связи между противоправными действиями и возникшими убытками, наличия и размера причиненных убытков.

Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (пункт 11 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих»).

После завершения конкурсного производства по делу о банкротстве требования о возмещении убытков, если они не были предъявлены и рассмотрены в рамках дела о банкротстве, могут быть заявлены в общеисковом порядке в пределах оставшегося срока исковой давности (абзац второй пункта 53 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве»).

Ссылаясь на условия договоров лизинга, согласно которым общая стоимость предмета лизинга (8 автомобилей) составила 4 772 471,18 руб., истец вменяет в вину временному управляющему дачу должнику согласия на отчуждение автомобилей в процедуре наблюдения на условиях неравноценного встречного предоставления в ущерб кредиторам и должнику.

По смыслу правила пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно. Поэтому необходимые меры в процедуре банкротства планирует и реализует сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства.

Закон о банкротстве не содержит запрета на совершение в процедуре наблюдения сделок должника по отчуждению его имущества, за исключением изъятия собственником имущества должника - унитарного предприятия принадлежащего должнику имущества, выплаты дивидендов, распределения прибыли между учредителями (участниками) должника, удовлетворения требований учредителя (участника) должника о выделе доли (пая) в имуществе должника в связи с выходом из состава его учредителей (участников), выкупа либо приобретения должником размещенных акций или выплаты действительной стоимости доли (статья 63 Закона о банкротстве).

В статье 64 Закона о банкротстве содержатся лишь ограничения по заключению должником в процедуре наблюдения ряда сделок, в том числе по отчуждению имущества, которые могут заключаться лишь с согласия временного управляющего.

Как следует из материалов дела, ООО «Мерлион» с согласия временного управляющего (письмо исх. № 13 от 14.02.2020, письмо исх. № 16 от 03.03.2020) в марте 2020 года (то есть после введения 16.09.2019 в отношении ООО «Мерлион» процедуры наблюдения) по договорам купли-продажи реализовало за 1 474 000 руб. (27 000+150 000+365 000+190 000+155 000+ 27 000+280 000+280 000) восемь транспортных средств физическим лицам - ФИО6 и ФИО7

Кроме того, за пять месяцев до возбуждения дела о банкротстве (19.08.2019) должником был отчужден в пользу ФИО4 (генерального директора должника) автомобиль МИЦУБИСИ АУТЛЕНДЕР по договору купли-продажи автомобиля от 19.03.2019 за 780 000 руб.

Вышеуказанные сделки попадают в период подозрительности сделок, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Ссылаясь на заниженную стоимость отчуждения автомобилей (неравноценность встречного предоставления по договорам купли-продажи), истец вменяет в вину конкурсному управляющему не обращение с заявлениями об оспаривании сделок при наличии правовых оснований.

Из пунктов 2, 4 статьи 20.3, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве следует, что конкурсный управляющий, действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, должен анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности; принимать меры по защите имущества должника, а также по поиску, выявлению и возврату имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Для реализации этих интересов и возврата должнику его имущества конкурсный управляющий наделен помимо прочего правами по оспариванию по своей инициативе сделок должника (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Согласно сформулированной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225 правовой позиции, отсутствие судебного акта о признании сделок недействительными не препятствует суду оценить доводы о судебной перспективе оспаривания сделок при соблюдении срока исковой давности. При этом суду достаточно вывода о высокой вероятности признания сделок недействительными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании его банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Отклоняя доводы истца о том, что временный управляющий необоснованно согласовал совершение сделок по отчуждению имущества должника (8 автомобилей), суд первой инстанции пришел к выводу о том, что с экономической точки зрения перечисленные сделки обоснованы, их совершение было вызвано сложившейся финансовой ситуацией в обществе.

Отклоняя доводы истца о том, что конкурсный управляющий был обязан оспорить вышеперечисленные сделки, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии у конкурсного управляющего достаточных правовых оснований для таких действий применительно к рациональности его поведения поскольку при совершении названных истцом сделок должником не преследовалось цели безвозмездного вывода ликвидного имущества из конкурсной массы, сделки совершены со встречным исполнением со стороны покупателей (факт оплаты стоимости автомобилей подтвержден приходными кассовыми ордерами) по цене, установленной в отчетах оценщика.

С указанными выводами согласился суд апелляционной инстанции.

Суд округа находит указанные выводы преждевременными и не основанными на имеющихся в материалах дела доказательствах.

Из материалов дела следует, что на момент заключения договоров купли-продажи от 04.03.2020 и от 23.03.2020 автомобили 2018 года изготовления (8 единиц) принадлежали должнику.

Согласно пунктам 2.2. договоров купли-продажи от 04.03.2020 и от 23.03.2020 должник реализовал автомобили ФИО6 и ФИО7 на следующий день (04.03.2020) и спустя два дня (23.03.2020) после заключения с лизингодателем договоров купли-продажи автомобилей № ОВ/Ф-18948-05-01-ВЫК-01 от 03.03.2020; № ОВ/Ф-18948-18-01-ВЫК-01 от 20.03.2020; № ОВ/Ф-18948-16-01-ВЫК-01 от 20.03.2020; № ОВ/Ф-18948-17-01-ВЫК-01 от 20.03.2020; № ОВ/Ф-18948-15-01-ВЫК-01 от 20.03.2020; № ОВ/Ф-18948-21-01-ВЫК-01 от 20.03.2020; № ОВ/Ф-18948-20-01-ВЫК-01 от 20.03.2020; № ОВ/Ф-18948-06-01-ВЫК-01 от 20.03.2020.

Истец, заявляя о неравноценности встречного предоставления по договорам купли-продажи, ссылался на стоимость предмета лизинга в совокупности со стоимостью внесенных должником лизинговых платежей на дату заключения спорных договоров купли-продажи.

Однако вопрос о совокупном размере лизинговых платежей, произведенных в счет оплаты спорных автомобилей, не исследован судами, соответствующие доводы истца и приобщенные к материалам дела банковские документы в нарушение требований статьи 71 АПК РФ правовой оценки не получили.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В своих возражениях по заявленному иску ответчик указал на наличие экономической целесообразности реализации спорных автомобилей именно в процедуре наблюдения в связи необходимостью погашения текущей задолженности по заработной плате и налоговым обязательствам.

При этом договоры лизинга, договоры купли-продажи от 03.03.2020, 20.03.2020, заключенные между ООО «Мерлион» и АО «Сбербанк Лизинг», расчет сальдо встречных обязательств по договорам лизинга, по результатам анализа которых было возможно сделать вывод о правомерности отчуждения имущества должника в процедуре наблюдения на предложенных руководителем должника условиях, не нарушая при этом имущественные права кредиторов, ответчиком в обоснование своих возражений в материалы дела не представлены.

Сославшись на то, что реализация спорных автомобилей была необходима в процедуре наблюдения, суды указали на сложившуюся финансовую ситуацию в обществе, при этом в обжалуемых судебных актах не приведено каких-либо показателей, характеризующих такую ситуацию на момент отчуждения имущества. Бухгалтерские документы, а также выполненный временным управляющим анализ финансового состояния должника в материалы дела ответчиком не представлены, их анализ судом не проводился.

Без исследования и оценки указанных доводов и доказательств выводы судов о том, что с экономической точки зрения договоры купли-продажи автомобилей обоснованы, их совершение было вызвано сложившейся финансовой ситуацией в обществе, а достаточных правовых оснований для их оспаривания у конкурсного управляющего не имелось, являются преждевременными.

Наряду с этим, не могут быть признаны обоснованными выводы судов о том, что денежные средства, поступившие должнику от реализации спорных автомобилей, были распределены в соответствии с требованиями Закона о банкротстве.

В материалах дела, поступивших в суд кассационной инстанции, не содержится достаточных данных, позволяющих установить как были израсходованы денежные средства, поступившие в кассу должника по приходным кассовым ордерам № 3 от 23.03.2020, № 4 от 23.03.2020, № 5 от 23.03.2020, № 8 от 23.03.2020, № 114 от 22.03.2019.

Кроме того, из судебных актов в размещенной в сети Интернет общедоступной базе электронных документов «Картотека арбитражных дел» следует, что основная сумма задолженности по обязательным платежам, образовавшейся в период с 2015 по 2017 годы, выявленная по результатам налоговой проверки на основании решения МИФНС № 5 по Курской области № 11-30/7 от 17.12.2018, оспаривалась конкурсным управляющим в период с 27.01.2021 по 20.10.2021 в рамках дела № А35-492/2021, в связи с чем была включена в реестр требований кредиторов только 10.02.2022, при этом уже 15.02.2022 конкурсным управляющим было заявлено ходатайство о завершении процедуры конкурсного производства в отношении ООО «Мерлион». Указанные обстоятельства также могут иметь значение при оценке в совокупности с иными обстоятельствами поведения ФИО1 в ходе процедур банкротства на предмет его добросовестности.

Также суды первой и апелляционной инстанций не учли, что в силу статей 20, 24.1 и 25.1 Закона о банкротстве при рассмотрении заявления о взыскании с арбитражного управляющего убытков к участию в деле в качестве третьих лиц должны быть привлечены страховая компания, застраховавшая ответственность арбитражного управляющего, и саморегулируемая организация, членом которой арбитражный управляющий является.

Поскольку наступление ответственности ФИО1 в виде убытков является как страховым случаем, порождающим у страховой организации обязанность произвести страховую выплату, так и событием, которое в силу пункта 4 статьи 25.1 Закона о банкротстве свидетельствует о возможности обращения с требованием к фонду саморегулируемой организации арбитражных управляющих, то судебные акты по рассматриваемому делу затрагивают права и обязанности указанных лиц.

Однако соответствующие страховая организация и саморегулируемая организация арбитражных управляющих к участию в деле не привлечены, что в соответствии с пунктом 4 части 4 статьи 288 АПК РФ является безусловным основанием для отмены судебных актов с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции,

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Курской области от 30.06.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.09.2023 по делу № А35-9368/2022 отменить, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Курской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вынесения, в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий О.П. Антонова


Судьи Н.В. Еремичева


М.Ю. Иванова