Решение от 28 октября 2025 г. по делу № А56-125732/2024

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6 http://www.spb.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А56-125732/2024
29 октября 2025 года
г.Санкт-Петербург


Резолютивная часть решения объявлена 06 октября 2025 года. Полный текст решения изготовлен 29 октября 2025 года.

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе: судьи Красновой Э.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шакировой Е.Е.,

истец: индивидуальный предприниматель ФИО1, ОГРНИП <***>, ИНН <***>

ответчик: общество с ограниченной ответственностью «Альфамобиль», адрес: 129110, Москва, Большая Переяславская ул., д. 46, стр. 2, эт. 4, пом. I, к. 16,17, ОГРН <***>, ИНН <***>

о взыскании неосновательного обогащения

при участии от истца: ФИО1 (по по вэб-конференции) от ответчика: ФИО2

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее – истец) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (далее – ответчик, Общество) о взыскании 44 364 руб. 67 коп. неосновательного обогащения в виде сальдо встречных обязательств по договору лизинга от 31.10.2022 № 28696-СПБ-22-АМ-Л (далее – Договор), 10 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Определением суда от 18.02.2025 дело принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ). Ответчику предложено представить отзыв на заявленные требования. Лицам, участвующим в деле, предложено представить доказательства в обоснование своих доводов.

От ответчика поступил отзыв на исковое заявление с контррасчетом по сальдо.

От предпринимателя в суд поступило заявление об уточнении исковых требований в порядке статьи 49 АПК РФ, в соответствии с которыми предприниматель просил взыскать с Общества 1 929 919 руб. 83 коп. неосновательного обогащения.

Определением от 29.04.2025 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, назначил предварительное судебное заседание арбитражного суда первой инстанции на 23.05.2025.

В судебное заседание явился представитель ответчика. Истец, надлежащим образом извещенный о месте и времени проведения предварительного судебного заседания, не явился, своих представителей не направил. От истца поступило ходатайство об отложении судебного заседания.

Определением от 29.04.2025 суд в отсутствие возражений сторон в соответствии с пунктом 4 статьи 137 АПК РФ завершил предварительное судебное заседание и назначил основное судебное заседание на 21.07.2025.

В судебное заседание 21.07.2025 явились представитель истца и ответчика.

Представить истца заявил ходатайство об уточнении исковых требований, в соответствии с которым просил взыскать с Общества 93 773 руб. 17 коп. неосновательного обогащения и 17 943 руб. 74 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 21.07.2025 с их последующим начислением по дату фактического исполнения обязательства. Суд принял уточненные требования к рассмотрению.

Определением от 21.07.2025 судебное заседание отложено на 06.10.2025. От ответчика поступили возражения на уточненные требования.

В судебном заседании представитель истца поддержал уточненные требования, а представитель ответчика возражал против их удовлетворения.

Заслушав пояснения представителей сторон, исследовав и оценив материалы дела, суд пришел к следующему.

Как следует из материалов дела, 31.10.2022 между Обществом (лизингодатель) и обществом с ограниченной ответственностью «СибСпецСтрой» (далее – Компания, лизингополучатель) заключен Договор лизинга, согласно которому лизингодатель обязуется приобрести у определенного лизингополучателем поставщика в собственность предмет лизинга: ЭКСКАВАТОР HYUNDAI R300LC-9S VIN: <***>, предоставить его лизингополучателю во временное владение и пользование за плату, на срок и на условиях, указанных в Договоре лизинга и Общих условиях.

Согласно пункту 1.1 Договора лизинга условия договора лизинга изложены в тексте договора лизинга, который включает в себя приложение 1, приложение 2 и приложение 3 к Договору лизинга.

Приложение 3 к Договору лизинга, в котором изложены Общие условия лизинга, утвержденные Приказом генерального директора Общества 27.12.2021 № 27АМ-1 (далее - Общие условия), размещены на сайте лизингодателя: www.alfaleasing.ru.

В соответствии с заключенным договором лизингодатель по договору поставки от 31.10.2022 № 28696-СПБ-22-АМ-К приобрел в собственность у общества с ограниченной ответственностью «Магистраль» и передал лизингополучателю в лизинг предмет лизинга в комплектации согласно спецификации к договорам поставки и лизинга.

Таким образом, лизингодатель надлежащим образом, в полном объеме и в срок исполнил свои обязательства по Договору лизинга, приобретая предмет лизинга у поставщика и передав его лизингополучателю в финансовую аренду по акту приема-передачи от 07.12.2022.

В соответствии с пунктом 6.1 Общих условий лизингополучатель обязуется уплачивать лизингодателю лизинговые платежи в размере и сроки, согласованные сторонами в Графике лизинговых платежей согласно Приложению № 2 к Договору лизинга. Аналогичное положение содержится в пункте 6.1 Договора лизинга.

Лизингополучатель, подписав график лизинговых платежей без возражений, согласился с их условиями, в том числе с условием об определении ставки и платы за финансирование, исходя из значений, содержащихся в графике лизинговых платежей.

Согласно подпункту «в» пункта 12.2 Общих условий лизингодатель вправе в одностороннем внесудебном порядке полностью отказаться от исполнения договора лизинга и Общих условий и потребовать возмещения причиненных убытков, письменно уведомив об этом лизингополучателя, в случае, если просроченная задолженность лизингополучателя по полной уплате любого лизингового платежа, предусмотренного настоящими Общими условиями и договором лизинга, превышает 15 календарных дней, независимо от того, был такой лизинговый платеж уплачен позднее, или не был уплачен.

Договор лизинга расторгнут на основании одностороннего отказа лизингодателя (уведомления от 10.10.2023 № ИСХ-8728-АМ) от договора в связи с нарушением лизингополучателем срока уплаты лизинговых платежей (56 дней), предмет лизинга изъят, о чем составлен акт изъятия от 24.10.2023.

Таким образом, изъятие предмета лизинга было вызвано расторжением договоров лизинга в связи с неисполнением лизингополучателем своих обязательств по уплате лизинговых платежей.

Расторжение договора лизинга влечет необходимость соотнесения встречных предоставлений сторон.

Между предпринимателем ФИО1 (цедент) и предпринимателем ФИО3 (цессионарий) 14.03.2024 заключен договор № 2024/03/14-1 уступки прав требования (договор цессии), по условиям которого (пункт 1.1) первоначальный кредитор (цедент) уступает, а новый кредитор (цессионарий) принимает право требования в полном объеме по Договору лизинга, заключенного между Обществом (лизингодатель) и Компанией (лизингополучатель). Также цедент по договору цессии уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право на неуплаченные проценты, пени, неустойку, неосновательное обогащение.

Право, указанное в пункте 1.1 договора цессии возникло у цедента на основании договора уступки права требования от 12.03.2024 № ВЛ-24, заключенного Компанией с предпринимателем ФИО3

Полагая, что в связи с расторжением Договора лизинга на стороне ответчика образовалось неосновательное обогащение в виде сальдо встречных обязательств, истец направил в адрес ответчика претензию от 14.03.2024 с требованием уплатить неосновательное обогащение.

Оставление претензионных требований без удовлетворения послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

От ответчика поступили возражения на иск и контррасчет сальдо. С учетом представленного контррасчета, истец уточнил заявленные требования.

Суд, изучив материалы дела и доводы сторон, приходит к следующим выводам.

В соответствии с положениями статьи 665 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), статьи 2 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее - Закон № 164-ФЗ) по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

Пунктом 5 статьи 15 Закона № 164-ФЗ установлено, что по договору лизинга лизингополучатель обязуется выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга.

В силу пункта 1 статьи 28 Закона № 164-ФЗ в общую сумму платежей по договору лизинга с правом выкупа входят: возмещение затрат лизингодателя, его доход и выкупная цена предмета лизинга.

В силу пункта 2 статьи 28, абзаца третьего пункта 5 статьи 15 Закона № 164-ФЗ размер, способ осуществления и периодичность лизинговых платежей определяются

договором лизинга; лизингополучатель обязан выплатить лизингодателю лизинговые платежи в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором лизинга.

На основании положений статьи 622 ГК РФ и статьи 13 Закона № 164-ФЗ лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, Законом № 164-ФЗ и договором лизинга.

Согласно части 4 статьи 17 Закона № 164-ФЗ при прекращении договора лизинга лизингополучатель обязан вернуть лизингодателю предмет лизинга в состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или износа, обусловленного договором лизинга.

В соответствии с пунктом 12.9 Общих условий в случае расторжения договора лизинга и возврата предмета лизинга лизингодателю (в том числе, в случае одностороннего изъятия предмета лизинга), если полученные лизингодателем от лизингополучателя лизинговые платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга меньше суммы финансирования, платы за финансирование за время до фактического возврата финансирования, убытков лизингодателя и иных санкций, предусмотренных законом или договором, то лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Согласно разъяснениям, содержащимся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - Постановление № 17), расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями.

В то же время расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненных лизингодателю убытков, а также иных предусмотренных законом или договором санкций.

В связи с этим расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнесения взаимных предоставлений сторон по договору, совершенных до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определения завершающей обязанности одной стороны в отношении другой по следующим правилам (пункт 3.1 Постановления № 17).

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу (пункт 3.2. Постановления № 17).

Порядок расчета размера финансирования и платы за предоставленное финансирование подробно разъяснен в пунктах 3.4, 3.5 Постановления № 17.

Согласно пункту 3.4 Постановления № 17 размер финансирования, предоставленного лизингодателем лизингополучателю, определяется как закупочная цена предмета лизинга (за вычетом авансового платежа лизингополучателя) в совокупности с расходами по его доставке, ремонту, передаче лизингополучателю и т.п.

В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Согласно пункту 4 Постановления № 17 указанная в пунктах 3.2 и 3.3 названного Постановления стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга (по общему правилу статьи 669 ГК РФ - при возврате предмета лизинга лизингодателю), исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика (при этом судам следует принимать во внимание недостатки, приведенные в акте приема-передачи предмета лизинга от лизингополучателя лизингодателю).

В соответствии с пунктом 3.5 Постановления № 17 плата за предоставленное лизингополучателю финансирование определяется в процентах годовых на размер финансирования. Если соответствующая процентная ставка не предусмотрена договором лизинга, она устанавливается судом расчетным путем на основе разницы между размером всех платежей по договору лизинга (за исключением авансового) и размером финансирования, а также срока договора.

Пункт 3.5 Постановления № 17 устанавливает два способа определения платы за финансирование: по формуле, предложенной в Постановлении № 17, и иным способом, если такой следует из договора лизинга.

Способ определения платы за финансирование по формуле, предложенной в Постановлении № 17, нельзя применять для расчета, если в договоре лизинга предусмотрен иной способ определения платы за финансирование. Указанная в Постановлении № 17 формула применима только в том случае, когда плата за финансирование распределяется равномерно в течение всего использования договора лизинга.

Общество в договоре лизинга использует систему неравномерного распределения платы за финансирование, которая заключается в следующем: ежемесячный лизинговый платеж состоит из двух частей: 1) сумма возврата финансирования; 2) сумма платы за финансирование.

Плата за финансирование рассчитывается на основании процентной ставки, которая остается неизменной на протяжении всего исполнения договора лизинга. Плата за финансирование начисляется на остаток долга по возврату финансирования. Из-за того, что ежемесячный остаток долга по возврату финансирования уменьшается за счет лизинговых платежей, размер платы за финансирование в каждом лизинговом платеже также соразмерно уменьшается.

Поскольку в начале исполнения договора лизинга сумма долга по возврату финансирования значительная, плата за финансирование составляет большую часть лизингового платежа, а сумма возврата финансирования - меньшую. По мере исполнения договора доля платы за финансирование в лизинговом платеже уменьшается, а доля возврата финансирования - увеличивается. К концу исполнения договора большую часть лизингового платежа составляет возврат финансирования, а плата за финансирование - меньшую.

Данные обстоятельства отражены в Общих условиях и графике лизинговых платежей.

Подобный подход не нарушает правовые нормы законодательства, регулирующие лизинг, и соответствует международной практике начисления по лизингу на неравномерной основе.

С учетом принципа свободы договора стороны определили в Общих условиях последствия расторжения Договора лизинга, в том числе порядок расчета сальдо.

Пунктом 25 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденным Президиумом Верховного Суда РФ 27.10.2021, разъяснено, что имущественные последствия расторжения договора лизинга могут быть урегулированы по соглашению сторон.

В данном случае последствия расторжения Договора лизинга урегулированы п. 12.9 Общих условий лизинга, которые фактически являются соглашением о последствиях расторжения Договора лизинга.

Указанное сторонами не оспаривается.

По расчету Общества, сальдо сложилось в пользу лизингодателя на 2 430 010 руб. 28 коп., исходя из следующего расчета:

Получено от Лизингополучателя (руб.)

Предоставлено Лизингодателем (руб.)

Полученные платежи, за исключением авансового

1 052 421,32

Размер финансирования

4 800 000,00

(стоимость им-ва-аванс ЛП)

Стоимость возвращенного предмета лизинга (по оценке или реализации)

6 040 000,00

Размер платы за финансирование

1 606 329,29

по осн.долгу

Штраф за уступку прав по

600 000,00

договору лизинга без согласия

Лизингодателя 10%

Страховка за весь срок договора

46 986,58

лизинга

Пени на 12.08.24

207 593,73

Перевозка им-ва в СТО

350 000,00

Хранение изъятого им-ва

123 522,00

Штраф за нарушение срока

886 500,00

передачи копии СТС с 30.12.2022

по дату реализации ПЛ

Штраф за нарушение срока

886 500,00

передачи оригинала ПТС с

30.12.2022 по дату реализации

ПЛ

Иные подтвержденные расходы

15 000,00

Итого:

7 092 421,32

9 522 431,60

Сальдо:

0,00

2 430 010,28

Как следует из материалов дела, Обществом был реализован предмет лизинга.

При расчете сальдо по спорному договору цена реализации предмета лизинга определена по договору поставки от 08.08.2024 № 01379-ЕКТ-24-ЛК-АЛ в размере 6 040 000 руб. и обоснованно включает в себя сумму НДС. По указанному показателю у сторон разногласий не имеется, равно как и по размеру финансирования (4 800 000 руб.), размеру платы за финансирование (1 606 329 руб. 29 коп.).

В силу пункта 3.2 Постановления № 17 при расчете сальдо встречных обязательств также подлежат учету установленные договором санкции.

Положениями спорного Договора лизинга предусмотрено право лизингодателя начислить пени за нарушение обязательств.

Поскольку само по себе расторжение договора лизинга и изъятие предмета лизинга не приводит к возврату финансирования, а допущенная лизингополучателем просрочка в уплате лизинговых платежей сохраняется, неустойка подлежит начислению сообразно плате за финансирование

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой. В силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Пунктом 7.1 договоров лизинга предусмотрено, что в случае просрочки оплаты лизинговых платежей, предусмотренных в графике лизинговых платежей, и иных платежей лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя неустойку в виде пени в размере 0,2% от суммы задолженности за каждый календарный день просрочки.

В связи с просрочкой установленных Договором лизинга сроков уплаты лизинговых платежей лизингополучателю были начислены пени в размере 207 593 руб. 73 коп.

Расчет неустойки, начисленной истцом, судом проверен и признан арифметически верным.

Как следует из расчета, Обществом также начислен штраф за нарушение срока передачи копии свидетельства о регистрации транспортного средства (СТС) с 30.12.2022 по дату реализации предмета лизинга в сумме 886 500 руб. и штраф за нарушение срока передачи оригинала паспорта транспортного средства (ПТС) с 30.12.2022 по дату реализации предмета лизинга в сумме 886 500 руб.

Пунктом 11.7 Общих условий установлено, что в случае нарушения лизингополучателем срока регистрации предмета лизинга, предусмотренного пунктом 3.4.1 Общих условий, а также сроков передачи ключей и документов, предусмотренных пунктом 3.6 Общих условий, лизингодатель имеет право требовать от лизингополучателя штраф в размере 1500 руб. за каждый день просрочки.

В силу пункта 3.6 Общих условий в случаях, предусмотренных пунктом 3.4.1. Общих условий, лизингополучатель обязуется в течение 5 рабочих дней с даты государственной регистрации предмета лизинга передать по акту приема-передачи лизингодателю: оригинал ПТС (самоходной машины) с отметками регистрирующих органов о проведенной регистрации (пункт 3.6.1) и удостоверенную лизингополучателем копию СТС (пункт 3.6.2).

Лизингополучателем был нарушен срок предоставления оригинала ПТС (ПТС не передан нам), в результате чего начислен штраф с 30.12.2022 (регистрация предмета лизинга должна была быть 22.12.2022 (07.12.2022 АПП + 10 раб. дней регистрация – 22.12.2022) до 12.08.2024 (дата реализации) в размере 886 500 руб. = 1500*591.

Лизингополучателем был нарушен срок предоставления удостоверенной лизингополучателем копии СТС, в результате чего начислен штраф с 30.12.2022 (регистрация предмета лизинга должна была быть 22.12.2022 (07.12.2022 г. АПП + 10 раб. дней регистрация – 22.12.2022) до 12.08.2024 (дата реализации) в размере 886 500 руб. = 1500* 591.

Истец возражал в части начисления указанных штрафных санкций, указав, что штраф начислен лизингодателем только после изъятия предмета лизинга с целью формирования сальдо в свою пользу. При этом Общество длительное время не требовало передачи СТС и ПТС до расторжения Договора лизинга и не заявляло о необходимости предоставления указанных документов.

Ответчик заявил о применении положений статьи 333 ГК РФ и просил снизить размер неустойки и штрафа, ввиду их несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

В соответствии с пунктом 69 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7) подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 основанием для применения статьи 333 ГК РФ может служить только явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательств. Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть, в частности, значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств.

Вместе с тем, к выводу о наличии оснований для снижения суммы неустойки суд при рассмотрении дела приходит в каждом конкретном случае.

Оценивая доводы о несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства, определение баланса между размером неустойки и последствиями нарушения обязательства относится к фактическим обстоятельствам дела, которые устанавливает суд при рассмотрении дела по существу.

Гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств по правилам ст. 333 ГК РФ при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика (постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором, и не может быть направлена на обогащение за счет должника.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательства является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом, то есть, по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Решение вопроса об уменьшении размера неустойки при ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательств, вытекает из конституционных прерогатив правосудия, которое по самой сути может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости (статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах).

В связи с этим применение пункта 1 статьи 333 ГК РФ является не правом, а обязанностью суда в целях установления баланса между применяемой к нарушителю меры ответственности и оценкой действительного размера ущерба (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О; от 14.10.2004 № 293-О).

Предусмотренный пунктом 7.1 размер неустойки составляет 0,2% от суммы просроченных платежей за каждый день просрочки.

Мотивированного обоснования соразмерности суммы неустойки последствиям ненадлежащего исполнения обязательства истцом не приведено. Сам факт нарушения сроков оплаты задолженности, на который ссылается истец, не является таким последствием. Доказательств наступления для лизингодателя каких-либо неблагоприятных последствий в связи с нарушением обязательств, не представлено.

На основании изложенного, учитывая конкретные обстоятельства рассматриваемого спора, заявление ответчика о снижении размера начисленной неустойки, суд считает возможным реализовать свое право в соответствии со статьей 333 ГК РФ и уменьшить неустойку до суммы 103 796 руб. 87 коп. исходя из ставки 0,1%.

В отношении штрафа, суд признает обоснованным заявление о снижении исходя из того, что целью начисления неустойки является компенсация кредитору негативных последствий от нарушения должником своего обязательства, а не получение кредитором тех или иных выгод, не связанных с негативными последствиями нарушения обязательства должником и стимулированием должника к надлежащему исполнению обязательства.

Заявленный ответчиком на основании пункта 11.7 Общих условий штраф за не предоставление оригинала ПТС и копии СТС, суд признает несоразмерным последствиям нарушения обязательства, в связи с чем полагает возможным снизить размер штрафа на основании статьи 333 ГК РФ до 20 000 руб. из расчете по 10 000 руб. за каждое нарушение.

Суд полагает, что данная сумма компенсирует потери истца в связи с не исполнением лизингополучателем обязательств, является справедливой, достаточной и соразмерной, отвечает целям соблюдения баланса интересов сторон.

Также истцом был начислен штраф в размере 600 000 руб. за заключение договора цессии без согласия лизингодателя.

В соответствии с пунктом 11.13 Общих условий лизингополучатель не имеет права уступать свои права по договору лизинга третьим лицам без предварительного письменного согласования лизингодателя; нарушение данного обязательства дает лизингодателю право взыскать с лизингополучателя штраф в размере 10% от стоимости предмета лизинга по условиям договора поставки.

Между тем, суд соглашается с доводом истца о неправомерности начисления ответчиком штрафа за уступку права требования в силу следующего.

Согласно статье 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или перейти к другому лицу на основании закона.

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (часть 2 статьи 382 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 388 ГК РФ соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку.

Уступка требования по денежному обязательству в нарушение условий договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающим или ограничивающим уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ).

Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10, 168 ГК РФ).

Из материалов дела не следует, что стороны, действовали в ущерб ответчику, либо новый кредитор был осведомлен о приобретении права требования вопреки согласованным в договоре лизинга условиям.

Правоотношения из договора лизинга в данном случае прекращены в связи с отказом ответчика от договора в одностороннем порядке.

Как указано в пункте 3.1 Постановления № 17, расторжение договора выкупного лизинга, в том числе по причине допущенной лизингополучателем просрочки уплаты лизинговых платежей, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (пункты 3 и 4 статьи 1 ГК РФ).

В данном случае лизингодатель воспользовался нормой о запрете уступки и начислении штрафных санкций за это нарушение не в рамках внесудебных взаимных расчетов сторон при прекращении договора лизинга, когда личность кредитора могла иметь существенное значение для него как должника, а для нивелирования выплаты, которая подлежит присуждению лизингополучателю с лизингодателя по вступившему в законную силу решению суда.

Ответчиком не представлено правовых обоснований того, в связи с чем личность кредитора при произведенной уступке права требования суммы, присужденной по решению суда, а не внесудебных расчетов сальдо, сформировавшегося в результате оценки взаимных предоставлений сторон по договору лизинга, имеет для него существенное значение (пункт 2 статьи 388 ГК РФ).

Использование в рамках настоящего спора условия договора, предусматривающего изначально включение штрафных санкций за передачу лизингополучателем права требования к лизингодателю третьим лицам при определении сальдо встречных предоставлений, позволило бы лизингодателю не только реализовать полностью свой имущественный интерес в заключении договора, но и получить то, что ему не причиталось бы при его надлежащем исполнении.

Таким образом, уплата штрафа приводит к необоснованному увеличению дохода лизингодателя по договору лизинга, влечет ущемление интересов лизингополучателя и нарушает баланс интересов сторон, в том числе на реальное получение причитающегося сальдо по решению суда, если таковое будет принято в пользу лизингополучателя по результатам рассмотрения спора в отношении сальдо встречных предоставлений.

Предусмотренный статьей 386 ГК РФ механизм защиты должника против требований нового кредитора не предусматривает уклонение от исполнения присужденного по судебному акту путем встречного привлечения к гражданско-правовой ответственности первоначального кредитора за состоявшуюся без согласия должника по данному судебному акту цессию.

Соответствующие правовые позиции ранее неоднократно формулировались Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, в частности, в определениях от 10.10.2017 № 310-ЭС17-11054 по делу № А14-7663/2016, от 22.09.2022 № 306-ЭС21-14113 по делу № А65-15142/2020.

Аналогичная правовая позиция также отражена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.05.2024 № 307-ЭС23-27538 по делу № А56-108687/2022.

Заявление ответчика о применении штрафных санкций направлено, фактически, не на компенсацию нарушенных прав, а на получение неосновательного обогащения за счет истца, и должно быть квалифицировано как злоупотребление правом в силу положений статьи 10 ГК РФ, которое не подлежит судебной защите.

Учитывая изложенное, возложение на ответчика ответственности за нарушение договорного запрета уступки, предусмотренного пунктом 11.13 Общих условий, основано на неправильном применении вышеприведенных норм гражданского

законодательства, поскольку указанный пункт Общих условий не подлежал применению.

Таким образом, суд не усматривает оснований для включения в расчет сальдо штрафа за уступку прав требований в размере 600 000 руб.

В соответствии с пунктом 3.6 Постановления № 17 убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

В соответствии с пунктом 12.9 Общих условий лизинга, убытками лизингодателя являются в том числе, но не исключительно затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, страхование, восстановление документации и государственных регистрационных знаков, ремонт и реализацию, предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, затраты понесенные в целях защиты нарушенного права, в том числе расходы оплату услуг консультантов (экспертов, оценщиков, юристов), так и иные убытки. Кроме реального ущерба учитывается также упущенная выгода лизингодателя.

Общество при определении сальдо также ссылается на понесенные им убытки, а именно затраты на хранение предметов лизинга (123 522 руб.), на страхование предметов лизинга (46 986 руб. 58 коп.), перевозку (350 000 руб.), а также иные подтвержденные расходы в размере 15 000 руб., в подтверждение чего представлены соответствующие документы.

Суд полагает, что указанные расходы обоснованно включены в расчет сальдо, как документально подтвержденные.

Согласно пункту 2 статьи 13 Закона № 164-ФЗ лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, Законом № 164-ФЗ и договором лизинга. В этом случае все расходы, связанные с возвратом имущества, в том числе расходы на его демонтаж, страхование и транспортировку, несет лизингополучатель.

На необходимость возмещение убытков лизингодателя указано и в ранее приведенном пункте 3.6 Постановления № 17. К реальному ущербу лизингодателя высшая судебная инстанция отнесла (не ограничиваясь) затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Таким образом, расходы на страхование включаются в расчет сальдо, однако оцениваются по общим правилам оценки убытков.

Согласно пункту 4.1 Договора лизинга страхователем предмета лизинга на его стоимость от рисков утраты (гибели) и повреждения является лизингодатель. В соответствии пунктом 12.9 Общих условий лизинга, убытками лизингодателя являются в том числе, но не исключительно затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, страхование, восстановление документации и государственных регистрационных знаков, ремонт и реализацию, предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, затраты понесенные в целях защиты нарушенного права, в том числе расходы оплату услуг консультантов (экспертов, оценщиков, юристов), так и иные убытки. Кроме реального ущерба учитывается также упущенная выгода Лизингодателя.

Лизингодателем понесены следующие расходы на страхование: 04.12.2023 оплата страховой премии по договору 001-036-009512/22 (2-й взнос) в размере

9720 руб.; 04.03.2024 оплата страховой премии по договору 443-191-028088/24 (1-й взнос) в размере 20 362 руб. 73 коп. и оплата 04.06.2024 - 20 362 руб. 73 коп. (2-й взнос).

Поскольку часть премии в размере 3 458,88 руб. была возращена страховщиком, Общество скорректировало расчет, с учетом возврата расходы на страхование составили - 46 986 руб. 58 коп.

Таким образом, расходы на страхование предмета лизинга до его реализации следует относить на лизингополучателя, поскольку право собственности лизингодателя носит обеспечительную функцию и служит обеспечением возврата ему вложенного финансирования со стороны лизингополучателя, поэтому до момента возврата финансирования обе стороны лизинга имеют интерес в сохранности имущества, на что и направлены действия лизингодателя при страховании имущества.

При этом оплата страховой премии по договору 443-191-028088/24 производилась за каждый квартал, а не год, поэтому к возврату подлежало только 3458,88 руб. от уплаченной 04.06.2024 суммы.

В отношении включения остальных расходов истец возражений не заявлял.

Определение завершающей обязанности одной стороны договора лизинга в отношении другой осуществляется согласно правилам, установленным Постановлением № 17 и на основании приведенных сторонками сведений о суммах взаимных представлений сторон договора лизинга.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ, лицо, которое сберегло без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательное сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Исходя из смысла указанной нормы, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, то есть увеличении стоимости собственного имущества приобретателя, присоединения к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, а также отсутствие правовых оснований приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого.

Исследовав и оценив представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимной связи в порядке, предусмотренной по правилам статей 64, 67, 68, 71 АПК РФ, исходя из разъяснений Постановления № 17 о порядке определения взаимных обязательств (сальдо обязательств) при расторжении договора выкупного лизинга, суд проверил расчеты сторон и пришел к выводу о том, что в рамках исполнения рассматриваемого Договора положительное сальдо сложилось пользу истца, исходя из следующего расчета.

Получено от Лизингополучателя (руб.)

Предоставлено Лизингодателем (руб.)

Полученные платежи, за исключением авансового

1 052 421,32

Размер финансирования

4 800 000,00

(стоимость им-ва-аванс ЛП)

Стоимость возвращенного предмета лизинга (по оценке или реализации)

6 040 000,00

Размер платы за финансирование

1 606 329,29

по осн.долгу

Страховка за весь срок договора

46 986,58

лизинга

Пени на 12.08.24

103 796,87

Перевозка им-ва в СТО

350 000,00

Хранение изъятого им-ва

123 522,00

Штраф за нарушение срока

10 000,00

передачи копии СТС с 30.12.2022

по дату реализации ПЛ

Штраф за нарушение срока

10 000,00

передачи оригинала ПТС с

30.12.2022 по дату реализации

ПЛ

Иные подтвержденные расходы

15 000,00

Итого:

7 092 421,32

7 065 634,74

Сальдо:

26 786,58

0,00

При таких обстоятельствах исковые требования в части взыскания

неосновательного обогащения подлежат удовлетворению частично.

Истец также просил взыскать с Общества проценты за пользование чужими денежными средствами в порядке статьи 395 ГК РФ, начисленные на сумму сальдо встречных обязательств.

Согласно пункту 1 статьи 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

В пункте 37 Постановления № 7 разъяснено, что проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в названном Кодексе).

Лизингодатель должен узнать о получении им лизинговых платежей в сумме большей, чем его встречное предоставление, с момента, когда ему стала известна стоимость возвращенного предмета лизинга, определяемая при продаже имущества, и, как следствие, в соответствии с абзацем вторым пункта 4 статьи 453 ГК РФ произвести выплату завершающей договорной обязанности в пользу лизингополучателя. Неисполнение данной обязанности, как и любого иного денежного обязательства, должно влечь наступление ответственности.

Это означает, что лизингополучатель, в пользу которого сложилось сальдо встречных предоставлений, вправе требовать уплаты процентов по статье 395 ГК РФ со дня, следующего за днем продажи предмета лизинга или истечения разумного срока его реализации.

Соответствующее разъяснение дано судам в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 (ответ на вопрос № 2 раздела «Разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике»).

Расчет выполнен истцом с 12.08.2024.

Согласно расчету суда сумма процентов, начисленных по правилам статьи 395 ГК РФ за период с 13.08.2024 (следующий день после реализации предмета лизинга) по 21.07.2025 на сумму неосновательного обогащения ответчика (26 786 руб. 58 коп.), составит 5112 руб. 52 коп.

Как разъяснено в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ по требованию истца, взимается по день уплаты этих средств кредитору.

Судебные расходы истца по уплате государственной пошлины подлежат распределению по правилам статьи 110 АПК РФ пропорционально удовлетворенным требованиям.

В соответствии со статьей 179 АПК РФ арбитражный суд, принявший решение, по заявлению лица, участвующего в деле, или по собственной инициативе вправе

исправить допущенные в решении опечатки, арифметические ошибки без изменения его содержания.

Судом установлено, что при расчете неосновательного обогащения им допущена арифметическая ошибка, которая носит технических характер, не отражающей фактическое содержание принятого решения при оценке судом в судебном заседании представленных расчетов и сделанных им выводов. Поскольку проценты являются производным требованием, допущенная при расчете неосновательного обогащения ошибка повлекла незначительную арифметическую ошибку в расчете процентов.

С учетом изложенного, арифметическая ошибка, допущенная в судебном заседании 06.10.2025 при оглашении резолютивной части решения, подлежит исправлению.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

р е ш и л :

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Альфамобиль» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) 26 786 руб. 58 коп. неосновательного обогащения, 5112 руб. 52 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 13.08.2024 по 21.07.2025 с их последующим начислением с 22.07.2025 по дату фактического исполнения обязательства, 3023 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части в иске отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРНИП <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета 586 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья Краснова Э.В.