Постановление от 13 апреля 2023 г. по делу № А76-19938/2015

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4439/20

Екатеринбург

13 апреля 2023 г.


Дело № А76-19938/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 апреля 2023 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю.В.,

судей Артемьевой Н.А., Шершон Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1, рассмотрел в судебном заседании с использованием систем веб-конференции кассационную жалобу ФИО2 (далее – ответчик) на определение Арбитражного суда Челябинской области от 26.08.2022 по делу № А76-19938/2015 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 по тому же делу.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 17.12.2020 № 74АА5330163).

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, в судебное заседание не явились.


Решением Арбитражного суда Челябинской области от 03.08.2016 общество с ограниченной ответственностью «Урал Фуд-Сервис» (далее – общество «УФС», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утвержден ФИО4.

Определением суда от 15.12.2016 конкурсным управляющим общества «УФС» утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий ФИО5 обратился в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением о признании недействительной единой цепочки сделок, оформленных: договором купли-продажи от 08.04.2015 №1 между обществом «УФС» и ФИО2, договором купли-продажи от 23.09.2015 между ФИО2 и ФИО6, договором купли-продажи от 13.06.2018 между ФИО6 и ФИО7, и применении последствий недействительности сделки в виде обязания ФИО7 возвратить обществу «УФС» нежилое помещение № 6 (третий этаж) общей площадью 559 кв. м, расположенное по адресу: <...> (с учетом изменения предмета требования, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Определениями от 06.07.2017, от 18.07.2019, от 29.01.2019 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета рассматриваемого спора, привлечены ФИО6, Управление Федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области, ФИО8, ФИО7, ФИО9, ФИО10.

Определением от 11.08.2020 к участию в споре в качестве соответчиков привлечены ФИО6, ФИО7 Этим же определением указанные лица исключены из числа третьих лиц.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 26.08.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, признаны недействительными: договор купли-продажи от 08.04.2015 № 1, заключенный обществом «УФС» и ФИО2, договор купли-продажи от 23.09.2015, заключенный ФИО2 и ФИО6, договор купли-продажи от 13.06.2018, заключенный между ФИО6 и ФИО7 Применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО7 возвратить в конкурсную массу общества «УФС» нежилое помещение № 6 общей площадью 559 кв. м, с кадастровым номером 74:36:0710001:4229, расположенное по адресу: <...>.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 определение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционные жалобы ФИО2, ФИО7, ФИО6 – без удовлетворения.

В кассационной жалобе ФИО2, ссылаясь на несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просит обжалуемые судебные акты отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать, либо применить последствия недействительности сделки в виде возврата денежных средств, уплаченных ФИО2 По мнению заявителя, им представлены в материалы дела достаточные доказательства факта оплаты по спорной сделке и наличия финансовой возможности произвести оплату, тогда как судами дана неверная оценка обстоятельствам относительно оплаты договора и необоснованно не применено последствие недействительности сделки в виде возврата оплаченной стоимости договора – 11 000 000 руб. ФИО2 указывает, что относительно нерыночной стоимости доли нежилого помещения им представлено экономическое обоснование совершения указанной сделки, а именно: ФИО2 выступил залогодателем по обязательствам общества «УФС», передав в залог личное имущество по кредитным обязательствам должника, следовательно, передача имущества в залог была обусловлена совершением оспариваемой сделки. По мнению заявителя, вывод судов об аффилированности должника и ФИО2 не соответствует обстоятельствам дела, а аффилированность ФИО2, ФИО6 и ФИО7 не имеет правового значения, поскольку при оспаривании сделок рассматривается аффилированность к должнику.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов кассационной жалобы в порядке, предусмотренном статьей 286 АПК РФ, суд округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 08.04.2015 между обществом «УФС» (продавец) и ФИО2 (покупатель) заключен договор купли-продажи № 1, предметом которого являлась ? доли в праве собственности на нежилое здание, общей площадью 2184,5 кв. м, расположенное по адресу: <...> Д. Указанная доля соответствует изолированному помещению – 3 (третий этаж), общей площадью 559 кв. м.

Стоимость спорного помещения составила 11 000 000 руб. (пункт 3 договора).

Государственная регистрация перехода права собственности произведена 06.05.2015.

В подтверждение оплаты за объект недвижимости представлена квитанция к приходному кассовому ордеру от 08.05.2015 № 0000003085 на сумму 11 000 000 руб., а также справка общества «УФС» от 08.05.2015 № 34.

Определением суда от 25.08.2015 принято к производству заявление о признании общества «УФС» несостоятельным (банкротом).

В дальнейшем 23.09.2015 между ФИО2 (продавец) и ФИО6 (покупатель) заключен договор купли-продажи, предметом которого является ? доли в праве собственности на нежилое здание, общей площадью 2184,5 кв.м, расположенное по адресу: <...> Д.

Указанное имущество оценено сторонами в сумму 11 000 000 руб. (пункт 2 договора).

Государственная регистрация перехода права собственности произведена 07.10.2015.

В соответствии с соглашением от 21.11.2015 общество с ограниченной ответственностью «УралЛогистика» (далее – общество «УралЛогистика»), ФИО11, ФИО12, ФИО6 прекратили право долевой собственности на здание и выделили доли в натуре в виде помещений, а именно к обществу «УралЛогистика» перешли в единоличную собственность изолированные нежилые помещения – 7 общей площадью 445,7 кв. м, 8 общей площадью 8,3 кв. м, 9 общей площадью 24,2 кв. м; к ФИО13 перешло в единоличную собственность изолированное нежилое помещение – 5, общей площадью 507,6 кв. м; к ФИО12 перешло в единоличную собственность изолированное нежилое помещение – 2, общей площадью 504,5 кв. м; к ФИО6 перешло в единоличную собственность изолированное нежилое помещение – 6, общей площадью 559 кв. м.

Свидетельство о государственной регистрации права собственности выдано ФИО6 09.12.2015.

Определением суда от 30.11.2015 в отношении общества «УФС» введена процедура наблюдения.

Решением суда от 03.08.2016 общество «УФС» признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением суда от 15.12.2016 конкурсным управляющим общества «УФС» утвержден ФИО5

Между ФИО6 (продавец) и ФИО7 (покупатель) 13.06.2018 заключен договор купли-продажи, предметом которого выступило нежилое помещение № 6, общей площадью 559 кв. м, расположенное на 3 этаже, находящееся по адресу: <...>, кадастровый номер 74:36:0710001:4229.

Стоимость продажи составила 11 000 000 руб., которая уплачивается в следующем порядке: 1 000 000 руб. – до подписания договора, 5 000 000 руб. – не позднее 30.06.2019, 5 000 000 руб. – не позднее 30.06.2020.

Государственная регистрация перехода права собственности произведена 18.06.2018.

Полагая недействительной единую цепочку сделок, оформленных вышеназванными договорами купли-продажи, совершенными между взаимосвязанными лицами в целях вывода ликвидного имущества из имущественной массы должника, конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд соответствующим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При рассмотрении обособленного спора судами установлено, что заявление о признании должника банкротом принято к производству суда определением от 25.08.2015, оспариваемые сделки совершены 08.04.2015, 23.09.2015, 13.06.2018, то есть в периоды подозрительности, предусмотренные пунктами 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом на дату совершения первой сделки у должника имелась кредиторская задолженность перед публичным акционерным обществом «Челиндбанк», которая в дальнейшем установлена решением Миасского городского суда Челябинской области от 06.07.2015 по делу № 2-2333/2015 и заочным решением Миасского городского суда Челябинской области от 17.08.2015 по делу № 2-2349/2015, согласно которым установлен факт нарушения обществом «УФС» сроков исполнения кредитных обязательств с февраля и с марта 2015 года соответственно; совокупная задолженность по двум кредитным договорам по состоянию на 30.04.2015 составляла 21 119 714 руб. 74 коп., из которых просроченная задолженность 19 257 832 руб. 33 коп.

Кроме того, согласно определению суда от 03.03.2016 по настоящему делу, недоимка по обязательным платежам образовалась за период с 2011 года по 2 квартал 2015 года и к моменту рассмотрения требования уполномоченного органа составила 10 354 973 руб. 84 коп.

Судами также установлено, что, помимо оспариваемой сделки, должник произвел отчуждение жилого дома площадью 582,7 кв. м, кадастровый номер 76:36:0712001:148, и земельного участка площадью 600 кв. м, кадастровый номер 74:36:0713002:137, расположенных по адресу: <...> в пользу общества «Пивком» по цене 7 000 000 руб.; 2/4 доли в праве собственности на нежилое здание, расположенное по адресу: <...> недвижимости ИП ФИО14 по цене 27 000 000 руб. в апреле 2015 года (в настоящее время обособленный спор по признанию сделки недействительной находится на рассмотрении арбитражного суда; 1/4 доли в праве собственности на этот же объект недвижимости обществу «УралЛогистика» по цене 30 000 000 руб. в июне 2015 года (последняя сделка признана недействительной, судебный акт вступил в законную силу).

Для определения рыночной стоимости спорного объекта недвижимости судом определением от 15.09.2017 назначена судебная оценочная экспертиза, выполнение которой поручено эксперту обществу с ограниченной ответственностью «Центр финансовых стратегий и оценочных технологий» эксперту ФИО15

Согласно выполненному данным экспертом заключению от 29.01.2018 № 26/01-18-1 рыночная стоимость объекта экспертизы – ? доли нежилого здания общей площадью 2184,5 кв. м, расположенного по адресу: <...>, по состоянию на 08.04.2015 округленно составляет 22 641 000 руб.

В соответствии с заключением эксперта от 04.10.2018 №04/10-18-1, выполненного в соответствии с определением от 17.08.2018 о назначении дополнительной экспертизы, рыночная стоимость ? доли нежилого здания общей площадью 2184,5 кв. м, расположенного по адресу: <...>, с учетом того, что доля в натуре не выделена, по состоянию на 08.04.2015 составляет 25 370 000 руб.

Проанализировав обстоятельства заключения и исполнения спорных сделок, суды признали, что ФИО2 является заинтересованным лицом по отношению к должнику; при постановке данного вывода суды учли, что ФИО2 передал принадлежащий ему объект недвижимости в залог по обязательствам обществом «УФС», а также не опровергал взаимосвязь с ФИО9, которого полагал бенефициарным владельцем должника. ФИО2 является студенческим другом ФИО6, которых до настоящего времени их связывают дружеские отношения, а также приятелем ФИО7, с которым он знаком на протяжении около 18 лет, что подтверждается протоколами допросов ФИО6 и ФИО7 по уголовному делу № 111701750001003866 от 03.07.2018 и 05.10.2017. Факт нахождения ФИО2, ФИО6 и ФИО7 в доверительных отношениях ими в судебных заседаниях при рассмотрении спора в суде первой инстанции не отрицался.

Судами также установлено, что все сделки совершались на условиях, недоступных сторонним участникам гражданского оборота; все договоры заключены в короткий временной промежуток в период неплатежеспособности должника, последние две сделки совершены уже после возбуждения дела о банкротстве; при этом спорное имущество не продавалось на торгах, не предлагалось к открытой продаже; помимо этого, ответчиками не представлены доказательства пользования объектом недвижимости, равно как и доказательств несения расходов на его содержание (в том числе расчетов с ресурсоснабжающими организациями). Суды также отметили, что продажа объекта по стоимости его приобретения лишена экономического смысла для отчуждающего его лица, а также обратили внимание на условия о порядке расчетов по последней сделке от 13.06.2018: из объяснений представителя ФИО6 и ФИО7 следовало, что фактически покупателем были переданы денежные средства в размере лишь 1 млн. руб., оставшаяся часть подлежала бы внесению после рассмотрения настоящего спора.

Проанализировав представленные ФИО2, ФИО6 и ФИО7 документы в подтверждение факта наличия у них финансовой возможности произвести оплату по оспариваемым сделкам, а также документы подтверждающие передачу денежных средств за спорное имущество, суды установили, что достаточных доказательств наличия такой возможности, как и факта передачи денежных средств по сделкам в материалы дела не представлено.

Так, суды заключили, что доход ФИО2 от сдачи в аренду недвижимого имущества в период с 21.02.2008 по 07.07.2009 не мог повлиять на факт передачи денежных средств спустя шесть лет; довод ФИО2 о передаче должнику денежных средств за счет дохода, полученного от предоставления в аренду транспортных средств, является недоказанным, с учетом фактического финансового состояния его контрагента – арендатора транспортных средств и отсутствия достаточного обоснования наличия фактической возможности единовременно выплатить арендодателю ФИО2 сумму в размере 11 млн. руб.; в преддверии совершения оспариваемой сделки (2012-2014 г.г.) недвижимое имущество ФИО2 не продавалось, а в иные периоды ответчик, продавая объекты недвижимости, приобретал иные, что ставит под сомнение возможность аккумулирования им столь значительной суммы при условии периодического совершения сделок купли-продажи; по итогу оценки всех фактических обстоятельств суды заключили, что представленные ФИО2 документы не свидетельствуют о наличии у него возможности передать денежные средства в мае 2015 года. Кроме того, отсутствие у ФИО2 финансовой возможности передавать денежные средства в указанный период также установлено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Челябинской области от 22.10.2021 по делу № А76-27653/2018.

Исследуя обстоятельства, связанные с фактической оплатой в пользу должника, суды отметили, что в соответствии с заключением эксперта от 31.10.2018 № 2338/2-3 подписи от имени бывшего директора должника ФИО16 в квитанции к приходному кассовому ордеру от 08.05.2015 № 0000003085 и на письме общества «УФС» от 08.05.2015 № 34 выполнены не самим ФИО16, а другим лицом (лицами) с подражанием его подлинным подписям, при этом в судебном заседании 29.01.2019 ФИО2 лично подтвердил, что денежные средства им переданы ФИО9

В свою очередь, ФИО6 и ФИО7 расписки или иные документы, подтверждающие сам факт передачи наличных денежных средств, арбитражному суду не представлены, как и доказательства того, что ФИО6 мог свободно мог бы передать ФИО2 в счет оплаты стоимости объекта недвижимости 11 млн. руб.: сведения о снятии со счета указанной суммы в дату, близкую к совершению сделки, отсутствуют; доказательств, подтверждающих сумму расходов, понесенных ФИО6 как физическим лицом, так и индивидуальным предпринимателем, не представлено, объём снятых наличных денежных средств ФИО6 не раскрыт. ФИО7 ФИО6 переданы денежные средства в размере только 1 млн. руб., оставшаяся часть подлежала бы внесению после рассмотрения настоящего спора.

При изложенных обстоятельствах, исследовав представленные в материалы дела документы, оценив доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив, что цепочка оспариваемых сделок совершена между аффилированными лицами по заниженной стоимости безвозмездно с целью причинения вреда кредиторам путем вывода из имущественной массы должника ликвидного объекта недвижимого имущества, при наличии у должника признаков несостоятельности, суды пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Руководствуясь положениями статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 61.6 Закона о банкротстве, учитывая установленные обстоятельства безвозмездности оспариваемых сделок, судом первой инстанции правомерно применены последствия недействительности спорной цепочки сделок в виде обязания ФИО7 возвратить спорное имущество в конкурсную массу общества «УФС».

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассатора о доказанности факта возмездности спорного договора являлись предметом рассмотрения судов и признаны необоснованными; причины, по которым суды пришли к указанным выводам – подробно изложены в мотивировочной части обжалуемых определении суда первой инстанции и постановлении суда апелляционной инстанции.

В частности, суды приняли во внимание, что в соответствии с заключением эксперта подписи от имени ФИО16 (директора) в квитанции к приходному кассовому ордеру от 08.05.2015 № 0000003085 и на письме должника от 08.05.2015 № 34 выполнены не самим ФИО16, а другим лицом (лицами) с подражанием его подлинным подписям; отметили, что документы от имени должника могли подписываться разными лицами (директором или иными сотрудниками), вместе с тем заключили, что данное обстоятельство само по себе, при наличии иных доказательств, не подтверждает факт поступления денежных средств в кассу должника от ФИО2 При этом судами были учтены пояснения ответчика об отсутствии его при составлении квитанции к приходному кассовому ордеру, а также о том, что денежные средства им переданы ФИО9, которые были якобы зачтены в счет возврата денежных средств, переданных ФИО9 в качестве займа в 2005 года.

Вопреки доводу кассационной жалобы об экономически обоснованной цене отчуждения имущества, суды первой и апелляционной инстанции, проанализировав условия договора о цене, с учетом выводов судебной экспертизы о действительной рыночной стоимости объекта, а также отсутствия достоверных доказательств оплаты, пришли к выводу о фактически безвозмездном отчуждении спорного объекта.

При этом, вопреки убеждению кассатора, настаивавшего, что общая цена сделки сформирована исходя из стоимости залогового имущества в размере 14 694 860 руб. и суммы переданных наличных денежных средств в размере 11 000 000 руб., суды не признали позицию ФИО2 обоснованной и документально подвтержденной, в том числе исходя из того, что ни в одном документе не были оговорены такие условия совершения сделки, как плата за предоставление имущества в залог.

Доводы об отсутствии аффилированности между должником и ответчиком, а также отсутствии правового значения взаимосвязей между ФИО2, ФИО6 и ФИО7 судом округа отклоняются.

Согласно выработанной судебной практикой позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

О наличии фактической аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6)).

По результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, установив, что ответчик, помимо договора купли-продажи, заключил обеспечительную сделку в пользу должника, передав в залог по обязательствам общества «УФС» личное имущество; исходя из того, что согласно сложившейся судебной практике именно наличие корпоративных либо иных связей между залогодателем и должником и может объяснять мотивы совершения обеспечительных сделок, поскольку для независимых участников гражданского оборота, не имеющих какой-либо заинтересованности в деятельности друг друга, такое поведение и совершение подобных сделок, несущих в числе прочего риск обращения взыскания на имущество залогодателя при неисправности основанного должника, нельзя назвать стандартным, поэтому в данном случае, с учетом в том числе и личных связей между ответчиком и ФИО9, суды признали такое поведение сторон как не характерное для независимых участников гражданского оборота, суды и пришли к выводу, что в совокупности они являются достаточными для признания сторон спорного договора фактически аффилированными лицами; анализ характера правоотношений между иными участниками сделок по отчуждению имущества позволили судам, с учетом предусмотренных законом презумпций, сделать вывод о наличии цепочки взаимосвязанных последовательных сделок, прикрывающих безвозмездный вывод ликвидного объекта в нарушение имущественных интересов кредиторов, требования которых остались непогашенными.

Изложенные в кассационной жалобе доводы заявителя, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, выводов судов не опровергают, о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда округа не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом округа не установлено.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 26.08.2022 по делу № А76-19938/2015 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.11.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Ю.В. Кудинова


Судьи Н.А. Артемьева


Н.В. Шершон