Постановление от 30 августа 2023 г. по делу № А41-31112/2021

ПОСТАНОВЛЕНИЕ


Москва

30.08.2023 Дело № А41-31112/21


Резолютивная часть постановления оглашена 24 августа 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 30 августа 2023 года.


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Дербенева А.А., Кручининой Н.А.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 10.03.2022;

от ФИО3 – ФИО2, не допущена по мотивам отсутствия подтверждения права на процессуальное представление; истек срок действия представленной доверенности

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Я сама» – принял участие в судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания) ФИО4 по доверенности от 10.01.2023;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Я сама»

на определение Арбитражного суда Московской области от 31.03.2023,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2023

об отказе в привлечении ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Я сама»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 22.11.2021 общество с ограниченной ответственностью «Я сама» (далее – должник) было признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре отсутствующего должника, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5

В Арбитражный суд Московской области поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении контролировавших должника лиц ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в удовлетворении которого обжалуемым определением Арбитражного суда Московской области от 31.03.2023, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2023, было отказано.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника доводы кассационной жалобы поддержал, а представитель ответчика ФИО1 просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив, в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Обращаясь за судебной защитой, конкурсный управляющий должника, с учетом уточнения заявленного требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, указывал, что ФИО1 в период с 21.10.2013 по 22.11.2021 являлась генеральным директором должника, а также в период с 21.10.2013 по настоящее время является участником должника, а на ФИО3, занимавшую должность заместителя директора по коммерческим вопросам в соответствии с приказом от 30.12.2019 № 151-к, на период временной нетрудоспособности ФИО1 с 09.01.2020 по 05.05.2020 было возложено исполнение обязанностей директора должника без освобождения от основной работы.

Следовательно, полагал заявитель ФИО1 и ФИО3, являются контролирующими должника лицами по смыслу положений пункта 1 статьи 60.10 Закона о банкротстве.

В обоснование доводов о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, его конкурсный управляющий ссылался на неподачу ими заявления о признании должника несостоятельным (банкротом), а также на неисполнение обязанности по передаче документации должника.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; Законом о банкротстве предусмотрены иные случаи.

В соответствии с пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии с абзацами 33 и 34 статьи 2 Закона о банкротстве, недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом, недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии с пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве, юридическое лицо считается неспособным удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам, о выплате выходных пособий и (или) об оплате труда лиц, работающих или работавших по трудовому договору, и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если соответствующие обязательства и (или) обязанность не исполнены им в течение трех месяцев с даты, когда они должны были быть исполнены.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановления от 21.12.2017 № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах 5 и 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Как следует из правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью заявителя.

Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Учитывая, что субсидиарная ответственность является исключительным (экстраординарным) механизмом защиты прав кредиторов, стандарт доказывания по данной категории споров является повышенным: наличие оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности устанавливается не путем оценки баланса вероятностей, а путем представления истцом ясных и убедительных доказательств (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника, и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании банкротом.

Доказывание данных обстоятельств лежит на заявителе.

Предъявляя требование о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, заявитель должен обосновать и установить конкретную дату возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом и доказать, что после указанной даты у должника возникли денежные обязательства перед кредиторами, которые не были исполнены из-за недостаточности у должника имущества.

Непредставление при рассмотрении обособленного спора по существу доказательств, с достаточной степенью определенности и достоверностью свидетельствующих о моменте, с которого руководитель должника должен был обратиться с заявлением должника, исключает возможность установления суммы, подлежащей взысканию в порядке субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Применительно к гражданским договорным отношениям, невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

В настоящем случае, судами доводы конкурсного управляющего должника о том, что ФИО1 и ФИО3 были обязаны обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 27.03.2020, мотивированные имевшейся на указанную дату у должника задолженность перед кредиторами в размере 2 233 923,66 руб., были оценены критически и отклонены.

Вместе с тем, по смыслу действующего законодательства, предъявляя требование о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в порядке пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, заявитель должен обосновать и установить конкретную дату возникновения у руководителя должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом и доказать, что после указанной даты у должника возникли денежные обязательства перед кредиторами, которые не были исполнены из-за недостаточности у должника имущества.

Сама по себе убыточность деятельности должника, даже если она и имела место, не может являться основанием для применения ответственности по пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, так как не является основанием, обязывающим руководителя должника обратиться с заявлением о признании должника несостоятельным, предусмотренным пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В статье 2 Закона о банкротстве приведены понятия недостаточности имущества и неплатежеспособности, которые являются признаками наступлении объективного банкротства.

Так, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, а под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом, недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении признаков объективного банкротства, необходимо учитывать правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 4 постановления от 21.12.2017 № 53, согласно которой, под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал не способен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по обязательным платежам, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной (то есть рыночной) стоимостью его активов.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Неоплата же конкретного долга не может являться подтверждением неплатежеспособности общества в конкретный период.

Судами учтено, что в соответствии с представленной в материалы дела бухгалтерской отчетностью, деятельность должника в 2016-2019 годах была прибыльной, размер активов превышал размер кредиторской задолженности, по итогам 2019 года должник имел достаточное количество активов для погашения кредиторской задолженности, непогашение задолженности в течение трех месяцев не свидетельствует ни о неплатежеспособности, ни о недостаточности имущества должника.

Само по себе наличие неисполненных обязательств у должника не тождественно наличию у него признаков банкротства.

Судами также принято во внимание заключение специалиста, в соответствии выводами которого утрата должником платежеспособности произошла 01.01.2021.

Судами также поддержаны, как нашедшие свое объективное подтверждение представленными в материалы обособленного спора доказательствами, доводы ответчиков о том, что ранее должник, исходя из объема заключенных договоров, имел возможность планировать исполнение обязательств перед всеми кредиторами, а единственной предпосылкой неплатежеспособности должника стала пандемия коронавирусной инфекции, поскольку должник на протяжении нескольких лет занимался обеспечением детских дошкольных и школьных учреждений питанием в рамках государственных и муниципальных контрактов, гражданско-правовых договоров, а в связи с пандемией, школы были закрыты, обеспечение питанием было остановлено, впоследствии договоры были расторгнуты.

Размер кредиторской задолженности превысил размер активов должника только по результатам 2020 года.

При этом, постановлениями Правительства Российской Федерации от 03.04.2020 № 428 и от 01.10.2020 № 1587 был введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников, а должник отнесен к отраслям экономики, наиболее пострадавших в условиях ухудшения ситуации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции.

Срок моратория был установлен на период с 06.04.2021 по 06.01.2021.

В соответствии с пунктом 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 44 «О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», согласно подпункту 1 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве, в период действия моратория приостанавливаются обязанности должника и иных лиц, предусмотренные статьей 9 и пунктом 1 статьи 213.4 Закона о банкротстве.

При этом, пока не доказано иное, предполагается, что условия, указанные в пунктах 1, 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве, возникли после появления обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория.

Бремя доказывания того, что преодоление кризиса было явно невозможно, лежит на лице, настаивающем на привлечении к субсидиарной ответственности (по смыслу подпункта 1 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве, статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции пришел к правомерному и обоснованному им выводу о том, что заявителем в материалы дела не представлены доказательства, с достаточной степенью определенности и достоверностью свидетельствующие о моменте, с которого руководитель должника должен был обратиться с заявлением должника, а также о том, что этот момент возник до введения моратория.

Согласно представленным ответчиками доказательствам, не опровергнутым конкурсным управляющим, утрата платежеспособности должника произошла 01.01.2021, мораторий на возбуждение дел о банкротстве действовал до 06.01.2021, следовательно, руководитель должника должен был обратиться с заявлением о банкротстве должника не позднее 06.02.2021, в то время, как производство по настоящему делу о банкротстве было возбуждено еще 29.04.2021, а уже 12.03.2021 и 13.04.2021 должником были опубликованы сведения о намерении обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

При этом, обосновывая размер обязательств должника, возникших после 27.03.2020, конкурсный управляющий ссылается на даты принятия судебных актов о взыскании указанных задолженностей, которые, вопреки доводам кассатора об обратном, не являются датами возникновения денежных обязательств и не могут быть приняты в качестве доказательств размера субсидиарной ответственности.

Доказательств возникновения каких-либо обязательств должника в период с 06.02.2021 по 29.04.2021 в материалы дела не представлено.

При этом, согласно пояснениям ответчиков, после начала пандемии должник деятельность полностью прекратил, никаких новых обязательств на себя не принимал.

Таким образом, оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в указанной части не имеется.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как указано в абзацах 1 и 2 пункта 24 постановления от 21.12.2017 № 53, в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца 4 пункта 1 статьи 94 и абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, на руководителе должника лежит обязанность по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конкурсный управляющий указывает, что ему не были переданы какая-либо документация должника и его имущество, в связи с чем, по его мнению, имеются основания для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неисполнение требований статьи 126 Закона о банкротстве.

Возражая на доводы конкурсного управляющего, ФИО1 указывает, что необходимая документация была направлена ей в адрес конкурсного управляющего почтовыми отправлениями от 24.03.2022, 25.03.2022, 28.03.2022, 01.04.2022, 16.05.2022 и 17.05.2022, в связи с чем, основания для привлечения к субсидиарной ответственности по указанному основанию отсутствуют.

Таким образом, констатировали суды, согласно имеющимся в материалах обособленного спора относимым и допустимым доказательствам, обязанность ФИО1 по передаче документации конкурсному управляющему исполнена путем направления запрашиваемых документов почтовым отправлением, в то время, как самим конкурсным управляющим должника не представлено каких-либо доказательств относительно наличия у ФИО1 какой-либо иной документации должника, непередача которой существенно затруднила проведение мероприятий процедуры банкротства.

Кроме того, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Московской области от 16.09.2022 было отказано в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании документов у бывшего руководителя должника ФИО1

Судами также принято во внимание, что ответчик ФИО3 кратковременно исполняла обязанности исполнительного органа должника, что не дает правовых оснований для признания ее контролирующим должника лицом, поскольку исполнение обязанностей директора на период его временной нетрудоспособности не свидетельствует о прекращении полномочий (прав и обязанностей) самого единоличного исполнительного органа и не образует контроля над должником.

Иные обстоятельства, которые могли бы свидетельствовать о контроле ФИО3 над должником, заявителем не указаны.

На основании изложенного, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.

Аналогичная правовая позиция содержится в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов судов не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а несогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права и не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которые суды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и принимать решение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иное свидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенном нарушении норм процессуального права и нарушении прав и законных интересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактически свидетельствуют о несогласии с принятыми судами судебными актами и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании самим заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов судов по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимо при проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениями статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать установленными обстоятельства, которые не были установлены в определении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой или апелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 31.03.2023 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 08.06.2023 по делу № А41-31112/21 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий-судья Н.Н. Тарасов


Судьи: Н.А. Кручинина


А.А. Дербенев