Постановление от 24 октября 2022 г. по делу № А46-13439/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А46-13439/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 17 октября 2022 года.


Постановление изготовлено в полном объеме 24 октября 2022 года.



Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоИшутиной О.В.,

судейБедериной М.Ю.,

ФИО1 –

рассмотрел в судебном заседании с использованием средств аудиозаписи кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022 (судья Самович Е.А.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2022 (судьи Дубок О.В., Аристова Е.В., Брежнева О.Ю.) по делу № А46-13439/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Ареал» (644023, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>, далее – общество «Ареал», должник).

В заседании принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 21.02.2022.

Суд установил:

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника его конкурсный управляющий ФИО4 (далее – конкурсный управляющий) обратилась в Арбитражный суд Омской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2, ФИО5, ФИО6.

Определением Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; производство по рассмотрению вопроса о размере субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО5, ФИО6 приостановлено до завершения расчетов с кредиторами в процедуре банкротства общества «Ареал».

Не согласившись с определением Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022 ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой в Восьмой арбитражный апелляционный суд.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2022 определение Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить состоявшиеся акты судов первой и апелляционной инстанций в части признания доказанным наличия оснований для ее привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, принять новый судебный акт о ее освобождении от субсидиарной ответственности.

В обоснование кассационной жалобы приведены следующие доводы: суды неправильно применили пункты 2 и 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве); ФИО2 не осуществляла управление должником; предоставление ФИО2 поручительств в обеспечение исполнения обязательств должника по кредитным договорам связано с поддержкой бизнес проектов родственников; вывод судов о возникновении объективного банкротства должника с 30.12.2015 не соответствует фактическим обстоятельствам, в частности, прекращению исполнения должником обязательств с декабря 2017 года; не учтены обстоятельства прекращения контрагентами исполнения обязательств перед должником, повлиявшие на платежеспособность последнего.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в его кассационной жалобе.

Учитывая надлежащее извещение иных лиц, участвующих в обособленном споре, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Законность определения суда и постановления апелляционного суда проверена судом округа в обжалуемой части.

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Омской области от 14.08.2018 возбуждено производство по делу о банкротстве должника, решением того же суда от 02.10.2018 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство.

ФИО5 (мать ФИО2) являлась единственным участником должника в период с 09.06.2012 по 07.07.2017, а также руководителем должника в период с 01.09.2016 по 24.07.2017.

До 01.09.2016 руководителями общества «Ареал» являлись: с 11.03.2013 по 01.09.2016 ФИО7 (брат ФИО2), до 11.03.2013 – ФИО6 (супруг родной сестры ФИО2 – ФИО8).

ФИО6 являлся единственным участником должника с 07.07.2017, его руководителем с 24.07.2017 по 25.06.2018, а также участником и руководителем общества с ограниченной ответственностью «Перспектива» - контрагента должника.

В конце 2015 - начале 2016 годов Банком «Сибэс» (акционерным обществом) (далее - Банк «Сибэс» (АО), банк) должнику предоставлены кредитные денежные средства. Исполнение обязательств по кредитам обеспечено заключенными между банком и ФИО2 договором залога от 29.12.2015 № 05-14-2670 и договором поручительства от 29.12.2015 № 05-05-2670.

В кредитном досье общества «Ареал» в Банке «Сибэс» (АО) содержатся: выписка из протокола заседания правления Банка от 28.12.2015 о кредитовании общества «Ареал» в соответствии с которым, фактическим собственником бизнеса общества «Ареал» признается ФИО2; пояснения по оценке Банком «Сибэс» (АО) кредитного риска по обществу «Ареал», в соответствии с которыми конечным бенефициаром должника является ФИО2

Полученные по кредитному договору денежные средства в полном объеме перечислены должником в период с 19.01.2016 по 01.02.2016 в адрес следующих организаций:

- общества с ограниченной ответственностью «Дельта» (ИНН <***>), исключено из ЕГРЮЛ 09.11.2018;

- общества с ограниченной ответственностью «Комель» (ИНН <***>), исключено из ЕГРЮЛ 18.19.2017;

- общества с ограниченной ответственностью «Руфстрой» (ИНН <***>) исключено из ЕГРЮЛ 10.01.2018;

- общества с ограниченной ответственностью «Посейдон» (ИНН <***>) исключено из ЕГРЮЛ 11.12.2017;

- общества с ограниченной ответственностью «ИК Центр» (ИНН <***>) исключено из ЕГРЮЛ 11.12.2017.

Указанные организации не вели реальную хозяйственную деятельность, имели минимальный размер уставного капитала, у должника отсутствовала объективная потребность в получении от них товаров, работ или услуг.

Между ФИО2 и должником совершались сделки, признаннны недействительными.

Определением Арбитражного суда Омской области от 24.07.2020 признана недействительной сделка по дарению - безвозмездной передаче ФИО2 от общества «Ареал» денежных средств в размере 5 000 000 руб., прикрываемая: договором 22.12.2015 № П-12/15-1 от между обществом «Ареал» и обществом с ограниченной ответственностью «Перспектива»; перечислением 12.01.2016 денежных средств размере 5 000 000 руб. общества «Ареал» к обществу «Перспектива» с указанием назначения платежа «Оплата по счету № 1 от 11.01.2016 за стройматериалы по договору № П-12/15-1 от 22.12.2015»; договором займа от 12.01.2016 между ФИО2 и обществом «Перспектива»; перечислением 13.01.2016 денежных средств в размере 5 000 000 руб. от общества «Перспектива» к ФИО2 с указанием в назначении платежа «Перечисление по договору займа от 12.01.2016»; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу общества «Ареал» 5 000 000 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 12.01.2016 по 30.09.2019 в сумме 1 544 678,66 руб. Денежные средства в конкурсную массу не поступили.

Определением Арбитражного суда Омской области от 28.04.2021 признаны недействительными сделки по перечислению обществом «Ареал» ФИО2 денежных средств в сумме 8 775 262,28 руб., совершенные в период с 04.12.2015 по 27.04.2017; применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу общества «Ареал» 8 775 262,28 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 05.12.2015 по 16.10.2019 в сумме 2 134 646,86 руб., а также начиная с 17.10.2019 по день фактического исполнения обязательств, начисленных на сумму основного долга. Денежные средства в конкурсную массу не поступили.

Совокупный размер денежных средств общества «Ареал», необоснованно полученных ФИО2, составляет 14 175 000 руб., что превышает 20 % от общего размера активов общества по состоянию на 31.12.2015.

Должником заключены иные убыточные сделки:

перечисление денежных средств 30.12.2015 в сумме 22 500 000 обществу с ограниченной ответственностью «ПСФ «Стройгарант», признанное определением Арбитражного суда Омской области от 30.04.2019 по делу № А46-21689/2018 неосновательным обогащением, денежные средства не возвращены должнику;

перечисление денежных средств 30.12.2015 в сумме 16 000 000 обществу с ограниченной ответственностью «Сибэлектомонтаж», признанное определением Арбитражного суда Омской области от 22.04.2019 по делу № А46-21688/2018 неосновательным обогащением.

Конкурсный управляющий и банк указали, что признаки неплатежеспособности (объективного банкротства) у общества «Ареал» возникли с 30.12.2015 - с даты расходования первого транша кредитных средств в размере 60 000 000 руб., и в последующем финансовое положение должника только усугублялось совершением сделок по выводу его денежных средств. В этой связи обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом возникла с 31.12.2015 и должна быть исполнена не позднее 31.01.2016.

Обращаясь с заявлениями о привлечении ответчиком, в том числе ФИО2 к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий в качестве оснований указал обстоятельства, возникшие до 01.07.2017 и после названной даты, совершения сделок по выводу активов должника, повлекшие его банкротство, и свидетельствующие о возникновении обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Удовлетворяя заявления, суд первой инстанции исходил из доказанности наличия совокупности оснований, необходимых для привлечения ФИО2, ФИО5, ФИО6, как контролирующих должника лиц, к субсидиарной ответственности.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

По итогам рассмотрения кассационной жалобы суд округа пришел к следующим выводам.

В соответствии с положением пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника в случае если должник отвечает признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества.

По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 26 Обзора судебной практики по делам, связанным с участием уполномоченного органа в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, обязанность руководителя обратиться с заявлением должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника, в том числе по причине просрочки в исполнении обязанности по уплате обязательных платежей.

В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых возложена обязанность по подаче заявления должника в арбитражный суд.

Аналогичная ответственность была предусмотрена статьей 10 Закона о банкротстве.

В настоящем деле суды пришли к обоснованному выводу о том, что, начиная с 30.12.2015, деятельность должника осуществлялась в условиях объективного банкротства (у должника отсутствовали активы для исполнения обязательств перед банком).

Данный вывод полностью согласуется с изложенными в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), согласно которым под объективным банкротством понимается неспособность в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

Частичное исполнение обязательств до декабря 2017 года не опровергает суждения о неплатежеспособности должника после получения должником кредитных денежных средств и их вывода контролирующими должника лицами.

ФИО2 не исполняла обязанности руководителя должника; в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о принятии ФИО2 управленческих решений в отношении должника, фактического осуществления руководства. Помимо внутренних документов банка в материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие, что ФИО2 являлась единоличным собственником бизнеса и могла принять решение об обязании руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

В этой связи вывод судов о доказанности оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в связи с неподачей заявления о признании должника банкротом является ошибочным.

Согласно общему правилу пункта 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

По смыслу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, как ранее, так и в настоящее время процесс доказывания оснований привлечения к субсидиарной ответственности был упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Одной из таких презумпций является причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения контролирующим лицом или в пользу этого лица одной или нескольких сделок должника.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

В рамках настоящего обособленного спора судами установлено, что в результате совершения ряда безвозмездных для должника сделок выведены его денежные средства, стало невозможным исполнение обязательств перед банком. ФИО2, состоящая в родственных отношениях, с другими контролирующими должника лицами, была вовлечена в деятельность должника, участвовала в совершении сделок по выводу его активов.

В настоящем споре данные выводы ФИО2 не опровергнуты.

В соответствии с положением пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается, в частности, лицо, имеющее возможность определять действия должника, в том числе по совершению сделок.

Согласно подпункту 1 пункта 2 названной статьи возможность определять действия должника может достигаться в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства.

Подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве установлена презумпция наличия признаков контролирующего у лица, извлекшего выгоду из незаконного или недобросовестного поведения руководителя должника.

Выводы судов о доказанности соответствия ФИО2 признакам контролирующего должника лица и о ее непосредственном участии в совершении сделок, повлекших банкротство общества, соответствуют установленным обстоятельствам согласованного поведения близких родственников и передачи активов должника, в том числе ФИО2; сделаны при правильном применении приведенных норм права в их толковании, данном высшей судебной инстанцией.

С учетом изложенного суды правомерно констатировали наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, выражают несогласие ее подателя с выводами судов об оценке установленных обстоятельств, не указывают на неправильное применение судами положений законодательства об ответственности контролирующих должника лиц и подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 287, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Омской области от 21.04.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 30.06.2022 по делу № А46-13439/2018 в обжалуемой части оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.



Председательствующий О.В. Ишутина


СудьиМ.Ю. ФИО9


ФИО1