Постановление от 22 сентября 2024 г. по делу № А08-11212/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А08-11212/2019
23 сентября 2024 года
город Калуга



Резолютивная часть постановления объявлена «09» сентября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено «23» сентября 2024 года.


Арбитражный суд Центрального округа в составе:


председательствующего

ФИО1,

судей

ФИО2

 ФИО3

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи

ФИО4

при участии в заседании:


от  ФИО5

ФИО6, лично, предъявлен паспорт; ФИО7 по доверенности от 25.05.2020;

от ФИО8

ФИО9 по доверенности от 30.03.2023

от иных участвующих в деле лиц:

не явились, извещены надлежаще;

рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Белгородской области  кассационную жалобу арбитражного управляющего ФИО5 на определение Арбитражного суда Белгородской области от 05.02.2024 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2024 по делу № А08-11212/2019

УСТАНОВИЛ:

ФИО10 обратилась в Арбитражный суд Белгородской области с заявлением о признании гражданина ФИО8 (далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 29.10.2020 в отношении ФИО8 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утверждена ФИО5.

Решением Арбитражного суда Белгородской области от 18.08.2021 в отношении должника введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО5

В Арбитражный суд Белгородской области 12.09.2023 поступила жалоба ФИО8, в которой должник с учетом уточнений, просил:

- признать незаконными бездействие финансового управляющего ФИО5 выразившиеся в невзыскании с ФИО10 суммы погашенной задолженности по кредитному договору <***> от 11.07.2017, по кредитному договору <***> от 22.09.2017, которые являются общим долгом в сумме 476 603, 24 руб. в конкурсную массу должника ФИО8;

- признать незаконными бездействие финансового управляющего ФИО5 выразившиеся в невзыскании с ФИО10 суммы по оплате коммунальных услуг в размере 86 466,795 рублей за нежилое помещение этажность 1, площадью 156,2 кв.м, кадастровый номер 31:11:0101001:613, 1944 года постройки, расположенное адресу: 309300, Россия, Белгородская область, Ракитянский район, п.Пролетарский,ул. Пролетарская, 31, в конкурсную массу должника ФИО8;

- отстранить финансового управляющего ФИО5 от исполнения обязанностей.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 05.02.2024 жалоба должника на бездействие финансового управляющего ФИО5 признана обоснованной. Признано незаконным бездействие финансового управляющего ФИО5, заключающееся в непринятии мер по пропорциональному взысканию с ФИО10 суммы задолженности по кредитному договору <***> от 11.07.2017, по кредитному договору <***> от 22.09.2017, заключенным ФИО8 с КБ «ЛОКО-Банк» (АО), погашенной ФИО8 Признано незаконным бездействие финансового управляющего ФИО5, заключающееся в непринятии мер по пропорциональному взысканию с ФИО10 суммы по оплате коммунальных услуг за нежилое помещение площадью 156,2 кв. м, кадастровый номер 31:11:0101001:613, расположенное адресу: 309300, Россия, <...>. Суд отстранил ФИО5 от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве ФИО8

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2024 определение суда первой инстанции от 05.02.2024 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, арбитражный управляющий ФИО5 обратилась в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм права и несоответствие выводов судов обстоятельствам дела, просит судебные акты отменить, в удовлетворении жалобы должника о признании незаконными ее действий отказать.

В обоснование жалобы заявитель кассационной жалобы ссылается на то, что  у финансового управляющего отсутствовала обязанность по взысканию денежных средств с ФИО10, за погашение совместного обязательства из конкурсной массы должника, поскольку ранее АО «ЛОКО-Банк» обращался в суд с иском о взыскании с ФИО10 задолженности по кредитному договору и ему было отказано. Также финансовый управляющий указывает, что не обязана была обращаться в суд с иском о взыскании части расходов понесенных на оплату коммунальных платежей за объект находящийся в совестной собственности должника и ФИО10 В обоснование своего довода указывает, что заявленные коммунальные платежи являются платой за потребленную электрическую энергию. Поскольку должник сдал нежилое помещение в аренду своей матери без согласия второго собственника (ФИО10), электрическую энергию потреблял арендатор, договором предусмотрено, что плата за коммунальные платежи входит в сумму арендой платы, то оснований для взыскания половины понесенных расходов с ФИО10 не имеется.        

В судебном заседании представитель арбитражного управляющего поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Представитель должника возражал против ее удовлетворения, полагая оспариваемые судебные акты законными и обоснованными.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Проверив законность обжалуемых судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции приходит к следующему.

При исследовании доводов жалобы в части уклонения от взыскания с ФИО10 денежных средств, составляющих половину суммы уплаченной за счет конкурсной массы должника по совместным обязательствам ФИО8 и ФИО10, суды установили следующее.

ФИО8 и ФИО10 находились в зарегистрированном браке в период с 14.02.2014 по 17.07.2019.

Решением Ракитянского районного суда Белгородской области от 26.12.2018 по делу № 2-272/2018 (с учетом его изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 19.03.201) произведен раздел совместно нажитого имущества супругов. Помимо прочего, суд признал совместно нажитым имуществом автомобиль MERCEDES-BENZ ML 350 4MATIC 2013 г.в., цвет белый, VIN <***>, и передал его в собственность должника.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 19.03.2019 из мотивировочной и резолютивной частей решения Ракитянского районного суда Белгородской области от 26.12.2018 исключено указание на признание ФИО8 единоличным должником по общим долгам супругов по кредитным договорам <***> от 11.07.2017, <***> от 22.09.2017, заключенным ФИО8 с КБ «ЛОКО-Банк» (АО).

В этой связи в споре о разделе общего имущества и долговых обязательств в итоговом судебном акте признано, что долговые обязательства по вышеуказанным кредитным договорам являются общими и подлежат погашению обоими супругами.

Определением Арбитражного суда Белгородской области от 02.06.2021 в реестр требований кредиторов ФИО8 включены требования КБ «ЛОКО-Банк» (АО) по кредитным договорам <***> от 11.07.2017, <***> от 22.09.2017,а именно:

- в размере 554 932,35 руб. - требования по кредитному договору <***> от 11.07.2017, как обеспеченные залогом автомобиля 2754 1С (без марки) 2013 г.в., цвет белый, VIN <***>;

- в размере 960 476,40 руб. - требования по кредитному договору <***> от 22.09.2017, как обеспеченные залогом автомобиля MERCEDES-BENZ ML 350 4MATIC 2013 г.в., цвет белый, VIN <***>.

Общая сумма требований КБ «ЛОКО-Банк» (АО), включенных в реестр требований ФИО8, включая личные обязательства должника, составила 3 854 781 руб.

Из отчета финансового управляющего должника видно, что КБ «ЛОКО-Банк» (АО) полностью погашены требования, обеспеченные залогом (размер погашения составил 2 400 924,69 руб.), а также незалоговые требования в размере 659 700 руб. (14,43% от размера требований конкурсного кредитора).

Погашение требований КБ «ЛОКО-Банк» (АО) произведено, в том числе, за счет реализации предмета залога - автомобиля MERCEDES-BENZ ML 350 4MATIC 2013 г.в., цвет белый, VIN <***> (стоимость продажи 2 053 750 руб., дата проведения торгов по реализации имущества - 15.11.2021), автомобиля 2754 1С (без марки) (стоимость продажи 811 000 руб., дата проведения торгов по реализации имущества - 25.04.2022).

Кроме того, финансовым управляющим погашены требования ФИО10 в размере 425 345,16 руб. (20,51% от размера требований конкурсного кредитора).

В связи с чем, суды заключили, что за счет личного имущества должника погашены требования по общим обязательствам супругов ФИО11. При этом финансовый управляющий погашал требования ФИО10 и не ставил вопрос о возмещении ею задолженности, образовавшейся в связи с погашением требований КБ «ЛОКО-Банк» (АО) по вышеуказанным кредитным договорам.

Довод финансового управляющего об отсутствии у нее обязанности по взысканию с ФИО10 денежных средств, в связи с тем, что ранее Банку было отказано в таком взыскании, подлежит отклонению.

Согласно части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Из содержания указанной статьи следует, что преюдициальными могут быть только установленные фактические обстоятельства, их юридическая оценка производится судом исходя из конкретных обстоятельств дела.

Утверждение кастора о преюдициальности судебного акта по делу № 2-50/2020 не может быть признано обоснованным, поскольку результат рассмотрения судами дела № 2-50/2020 и установленные по этому делу обстоятельства не являются преюдициальными для финансового управляющего, в связи с иным заявителем и основаниями для взыскания с ФИО10 денежных средств.

Учитывая изложенное, суды пришли к выводу, что бездействием финансового управляющего по непринятию мер к взысканию денежных средств с ФИО10, были нарушены требования пункта 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве, что привело к нарушению прав, как должника, так и кредиторов, на пропорциональное погашения их требований.

При рассмотрении настоящего спора судами также обращено внимание на следующие обстоятельства.

Интересы финансового управляющего ФИО5 в деле о банкротстве ФИО8 представлял ФИО7 на основании доверенности от 25.05.2020.

Согласно сведениям ИС «КАД» ФИО7 представлял интересы ФИО5 и в рамках иных дел (в частности, N А08-4130/2022, № А08-7356/2015, № А08-1114/2016, № А08-4380/2020, № А08-4330/2018, № А08-6169/2020, № А08-11024/2021).

Одновременно ФИО7 в настоящем деле представляет интересы заявителя по делу о банкротстве - ФИО10 (по доверенности от 05.12.2019)и правопреемника ФИО10 по части ранее принадлежавших ей прав требований - ФИО12 (по доверенности от 01.02.2020).

На имя ФИО7 ФИО10 ранее также была выдана доверенность на представление интересов последней в гражданском деле о разделе совместно нажитого имущества супругов ФИО11. Кроме того, ФИО7 представлял интересы ФИО10 в деле о банкротстве самой ФИО10 (дело № А08-8083/2021).

При этом ФИО5 с момента введения первой процедуры банкротства (28.10.2020) и до настоящего времени не принимала участие ни в одном из судебных заседаний. Представительство ФИО5 по настоящему делу обеспечивалось только одним лицом - ФИО7 Им же от имени ФИО5 представляется большинство документов в материалы дела.

Таким образом, фактически дело от имени финансового управляющего ФИО5, ФИО10 и ФИО12 ведет одно лицо - ФИО7

Данные обстоятельства расценены судами как не подтверждающие факт того, что финансовый управляющий заинтересован в предъявлении каких-либо материальных требований к ФИО10

В связи с изложенным, суды пришли к выводу о том, что имеет место заинтересованность финансового управляющего, совершение им действий в интересах конкретного лица, вопреки интересам иных кредиторов и должника.

Возражая против указанного вывода суда, арбитражный управляющий  указывает, что само по себе представительство не относится к основаниям признания лица аффилированным.

 Между тем, управляющим не учтено, что сформированный в настоящее время правовой подход предполагает, что стороне, возражающей против утверждения конкретной кандидатуры арбитражного управляющего (либо саморегулируемой организации), достаточно подтвердить существенные и обоснованные сомнения в независимости управляющего, иными словами, зародить у суда разумные подозрения относительно приемлемости названной кандидатуры (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2020 N 305-ЭС19-26656, от 26.08.2020 № 308-ЭС-2721).

Так, в пункте 2 статьи 20.2 Закона о банкротстве в качестве одного из обязательных требований к кандидатуре арбитражного управляющего, сформулировано правило о недопустимости утверждения в деле о банкротстве арбитражных управляющих, которые являются заинтересованными лицами по отношению к должнику, кредиторам. При этом, оценка заинтересованности арбитражного управляющего не исчерпывается проверкой наличия прямо предусмотренных Законом о банкротстве или иным специальным законодательством признаков аффилированности, а охватывает иные обстоятельства, которые могут повлечь субъективное отношение арбитражного управляющего по отношению к лицам, участвующим в деле о банкротстве. Поэтому формальное отсутствие установленных пунктами 1 и 3 статьи 19 Закона о банкротстве признаков заинтересованности между арбитражным управляющим, должником и кредиторами не препятствуют суду оценивать иные обстоятельства, свидетельствующие о фактической аффилированности, ставящие под сомнение непредвзятость и независимость арбитражного управляющего по отношению к кредиторам или должнику.

Фактическая аффилированность двух лиц может быть установлена на основании анализа совокупности согласованных друг с другом косвенных доказательств, характеризующих поведение указанных лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 №302-ЭС14-1472(4,5,7)).

В пункте 27.1 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016) указано на недопустимость утверждения управляющим в деле о банкротстве лица, кандидатура которого предложена кредитором, аффилированным по отношению к должнику.

Как правило, аффилированные либо заинтересованные лица пытаются скрыть соответствующий факт, в связи с чем, не допускают формального наличия признаков группы лиц либо иных признаков взаимозависимости, установленных в законе, в связи с чем, при определении аффилированности, которая, по своей сути, означает возможность влиять на управленческие и иные решения взаимозависимых лиц, судам необходимо принимать во внимание фактические взаимоотношения сторон.

Регулярное представление интересов арбитражного управляющего и кредитора может свидетельствовать о наличии опосредованной заинтересованности арбитражного управляющего по отношению к такому лицу, интересы которого могут кардинально расходиться с интересами иных кредиторов и должника.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», пункт 4 статьи 213.4 и пункт 3 статьи 213.5 Закона о банкротстве предусматривают, что в заявлении о признании должника банкротом указывается только саморегулируемая организация, из числа членов которой должен быть утвержден финансовый управляющий. Конкурсный кредитор, уполномоченный орган, должник при подаче заявления о признании гражданина банкротом не наделены правом выбора конкретной кандидатуры финансового управляющего.

В нарушение вышеуказанных норм права и разъяснений в заявление ФИО10 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО8 указана конкретная кандидатура финансового управляющего – ФИО5

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

ФИО5 давая согласие на утверждение ее финансовым управляющим в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО8 знала, что интересы кредитора представляет ФИО7  Действия арбитражного управляющего в данной части нельзя признать разумными и добросовестными.

В соответствии со статьей 60 Закона о банкротстве кредиторы, уполномоченный орган вправе обращаться в арбитражный суд с жалобами о нарушении их прав и интересов, в том числе и на действия (бездействие) арбитражных управляющих.

По смыслу приведенной нормы, кредиторам должника, уполномоченному органу предоставлена возможность защиты своих прав и законных интересов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий и восстановления нарушенных прав. При этом признание судом незаконными конкретных действий (бездействия) управляющего возможно при установлении фактов несоответствия (противоречия) этих действий (бездействия) требованиям действующего законодательства, требованиям разумности и добросовестности, и нарушения такими действиями (бездействием) прав и законных интересов должника, его кредиторов, и предполагает устранение, прекращение этих незаконных действий и, соответственно, восстановление нарушенных прав.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника и кредиторов.

Основной круг обязанностей (полномочий) финансового управляющего определен пунктами 7 - 8 статьи 213.9 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий и бездействия арбитражного управляющего незаконными.

Согласно статье 213.25 Закона о банкротстве все права в отношении имущества, составляющего конкурсную массу, в том числе на распоряжение им, осуществляются только финансовым управляющим от имени гражданина и не могут осуществляться гражданином лично.

В силу положений статей 213.27, 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий обязан направлять имеющиеся в конкурсной массе денежные средства на расчеты с кредиторами в установленной законом очередности.

Целью применения в отношении должника процедур банкротства являются наиболее полное удовлетворение требований кредиторов, а также обеспечение баланса интересов кредиторов и должника, реализация их законных прав; деятельность арбитражного управляющего, утвержденного судом для проведения мероприятий соответствующей процедуры, применяемой в деле о банкротстве, должна быть направлена на достижение указанной цели.

Исходя из приведенных норм права, а также общих требований разумности и добросовестности, арбитражный управляющий должен принять надлежащие, достаточные и своевременные меры по формированию конкурсной массы должника, осуществлению расчетов с кредиторами.

Согласно пункту 12 статьи 213.9 Закона финансовый управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве гражданина в случаях и в порядке, которые предусмотрены статьей 83 названного Закона в отношении административного управляющего.

В частности, правовым основанием для может являться удовлетворение арбитражным судом жалобы лица, участвующего в деле о банкротстве, на неисполнение или ненадлежащее исполнение управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве при условии, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение нарушило права или законные интересы этого лица, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки, причиненные должнику или его кредиторам

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2, пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

Проанализировав деятельность управляющего и признав очевидность ненадлежащего исполнения финансовым управляющим своих обязанностей, выразившихся, в невыполнении достаточных и своевременных мероприятий, направленных на формирование конкурсной массы, заключив, что допущенные арбитражным управляющим нарушения не отвечают целям и задачам процедуры реализации имущества, материалы дела не содержат доказательств отсутствия его вины, объективных обстоятельств, препятствующих управляющему в надлежащем исполнении возложенных на него обязанностей при проведении процедуры банкротства в отношении должника, а также убедительных доказательств соответствия действий управляющего требованиям закона, добросовестности и разумности, суды пришли к обоснованному выводу о наличии достаточных оснований для отстранения ФИО5 от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом должника.

Разрешая обособленный спор в указанной части, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Приведенные в кассационной жалобе доводы подлежат отклонению, так как выводов судов в указанной части не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку, по сути, сводятся к несогласию с произведенной судами оценкой обстоятельств спора, исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов; указанные доводы, тождественны доводам, являвшимся предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и получившим надлежащую правовую оценку, и по существу направлены на переоценку фактических обстоятельств, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ.

Суд кассационной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемых судебных актов в части признания незаконными действий (бездействия) финансового управляющего ФИО5, выразившиеся признать незаконным бездействие финансового управляющего ФИО5, выразившееся в невзыскании с ФИО10 суммы погашенной задолженности по кредитному договору <***> от 11.07.2017, по кредитному договору <***> от 22.09.2017, по кредитному договору <***> от 30.03.2016, которые являются общим долгом в размере 1 300 548,13 руб., в конкурсную массу должника ФИО8, а также в части ее отстранения от исполнения обязанностей финансового управляющего имуществом гражданина.

Между тем, судебная коллегия считает, что, признавая незаконными бездействие ФИО5, выразившееся в невзыскании с ФИО10 суммы по оплате коммунальных услуг в размере 86 466,795 рублей за нежилое помещение этажность 1, площадью 156,2 кв. м, кадастровый номер 31:11:0101001:613, 1944 года постройки, расположенное адресу: 309300, Россия, <...>, в конкурсную массу должника ФИО8, суды не учли следующее.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Ракитянского районного суда Белгородской области от 26.12.2018 произведен раздел, помимо прочего, нежилого помещения площадью 156,2 кв. м, кадастровый номер 31:11:0101001:613, расположенного адресу: 309300, Россия, <...> (далее - нежилое помещение). За каждым из супругов признано по 1/2 доли в праве собственности на нежилое помещение, которое впоследствии было реализовано в рамках дела о банкротстве ФИО8

Должник, ссылается на то, что ФИО13, как сособственник части здания, ненадлежащим образом участвовало в расходах по его содержанию и не возместило сумму расходов по оплате потребленной электрической энергии, уплаченную должником (лично).

Судами установлено, что ФИО8 и ФИО14 18.06.2018 заключен договор аренды № 2, по условиям которого ФИО8 (арендодатель) обязался передать ФИО14 (арендатор) нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, а ФИО14 приняла на себя обязательство оплачивать ФИО8 арендную плату в размере 35 000 руб. в месяц (пункты 1.1, 3 договора аренды).

В последующем с участием тех же лиц 24.11.2020 заключено дополнительное соглашение № 1 к договору аренды № 2 от 18.06.2018, согласно которому размер арендной платы снижен до 25 000 руб. в месяц.

Договором аренды предусмотрено, что в сумму арендной платы входит оплата коммунальных услуг.

ФИО8 приходится сыном ФИО14, что лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

Согласие на сдачу спорного помещения в аренду ФИО10 не давала, денежные средства, поступающие в счет арендной платы, должник не передавал ни в конкурсную массу, ни второму собственнику (ФИО13). Электрическую энергию фактически потребил арендатор (ФИО14), следовательно, в силу п. 2 ст. 616 ГК РФ, п. 2.3. договора аренды именно ФИО14 обязана нести расходы по оплате коммунальных услуг. В настоящем случае инициатором требования о взыскании части коммунальных расходов является ФИО8, энергоснабжающая организация с требованиями о взыскании задолженности по коммунальным услугам не обращалась.

Необоснованное обращение в суд с заявлениями о взыскании с третьих лиц дебиторской задолженности должника будет свидетельствовать о неразумном исполнении арбитражным управляющим своих обязанностей, необоснованном затягивании процедуры банкротства, увеличении текущих обязательств должника в части несения судебных расходов.

С учетом специфики дел о банкротстве, в условиях ограниченности имущества должника, арбитражный управляющий перед подачей искового заявления должен сопоставить перспективы исхода судебного разбирательства с возможными затратами на судебную защиту.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает, что у судов не имелось оснований для признания обоснованной жалобы должника в соответствующей части, что судебные акты в части, касающейся признания незаконным бездействия финансового управляющего ФИО5 выразившегося в уклонении от взыскания с ФИО10 суммы по оплате коммунальных услуг в размере 86 466,79 рублей за нежилое помещение этажность 1, площадью 156,2 кв. м, кадастровый номер 31:11:0101001:613, 1944 года постройки, расположенное адресу: 309300, Россия, <...>, в конкурсную массу должника ФИО8, подлежат отмене, а жалоба ФИО8 на действия (бездействие) финансового управляющего в указанной части - оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь п. 1 ч. 2 ст. 287, ст.ст. 289, 290  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Белгородской области от 05.02.2024 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2024 по делу № А08-11212/2019 отменить в части признания незаконным бездействие финансового управляющего ФИО5, заключающееся в непринятии мер по пропорциональному взысканию с ФИО10 суммы по оплате  коммунальных услуг. В удовлетворении жалобы в указанной части отказать.

В остальной части обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок со дня вынесения  в судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, установленном  ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

ФИО1

Судьи            

ФИО15

ФИО3