Решение от 26 января 2024 г. по делу № А65-1270/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул.Ново-Песочная, д.40, г.Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. КазаньДело № А65-1270/2023

Дата принятия решения – 26 января 2024 года.

Дата оглашения резолютивной части решения – 12 января 2024 года.

Арбитражный суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Мугинова Б.Ф., при ведении аудиопротоколирования и составлении протокола судебного заседания помощником судьи Вахитовой К.М., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску Общества с ограниченной ответственностью "Автоматик Флайт Дизайн", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Обществу с ограниченной ответственностью "АФД Трейд", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании убытков за нарушение исключительных прав на изобретения №2591470, №2659358 в размере 17 482 379,87 руб. (с учетом уточнения), расходов на оплату услуг представителя в размере 100 000 руб.,

при участии в деле ФИО1, ФИО2 в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,

с участием:

представителя истца – ФИО3 по доверенности от 12.01.2024, руководителя истца - ФИО2 лично,

третьего лица - ФИО1 лично, представителя третьего лица – ФИО4 по доверенности от 19.04.2023,

третьего лица – ФИО2 лично,

УСТАНОВИЛ:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 23.01.2023 поступило исковое заявление Общества с ограниченной ответственностью "Автоматик Флайт Дизайн", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Обществу с ограниченной ответственностью "АФД Трейд", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании убытков за нарушение исключительных прав на изобретения №2591470, №2659358 в размере 26 057 188,34 руб., расходов на оплату услуг представителя в размере 100 000 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.0312023 исковое заявление принято к производству, назначено предварительное судебное заседание.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.03.2023 дело назначено к судебному разбирательству.

Определениями Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.05.2023, от 13.06.2023, от 21.06.2023, от 11.07.2023, от 22.08.2023, от 21.09.2023, от 17.10.2023, от 21.11.2023, от 11.12.2023 судебное разбирательство отложено.

В судебном заседании представитель и руководитель истца, третье лицо ФИО2 поддержали исковые требования.

Представитель третьего лица ФИО1 возражал по существу исковых требований.

Представитель и руководитель истца, третье лицо ФИО2 заявили ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы на предмет того, использованы ли патенты при производстве изделий, поставленных заказчикам.

Представитель третьего лица ФИО1 оставил ходатайство на усмотрение суда.

Арбитражным судом Республики Татарстан в соответствии с частями 1, 2 статьи 159, частью 5 статьи 184, частью 2 статьи 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вынесено протокольное определение об отказе в удовлетворении ходатайства, поскольку результаты проведения судебной экспертизы по указанному вопросу исходя из совокупности представленных доказательств не будут иметь значения для рассмотрения дела.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем исключительных прав на запатентованные изобретения, что подтверждается выданными патентами:

- Патент на изобретение №2591470 – антипарковочное устройство (варианты)

Автор: ФИО2

Заявка №2015118119

Приоритет изобретения 14 мая 2015 г.

Зарегистрировано в Государственном реестре изобретений Российской Федерации 22 июня 2016 г.

Срок действия патента истекает 14 мая 2035 г.

- Патент на изобретение №2659358 – устройство противотаранное заградительное.

Автор: ФИО2

Заявка №2017123325

Приоритет изобретения 03 июля 2017 г.

Дата государственной регистрации в Государственном реестре изобретений Российской Федерации 29 июня 2018 г.

Срок действия исключительного права на изобретение истекает 03 июля 2037 г.

В обоснование исковых требований указано, что в результате проверки информации, опубликованной на официальном сайте государственных закупок https://zakupki.gov.ru, выявлено незаконное использование ответчиком запатентованных изобретений, правообладателем исключительных прав на которые является ООО «Автоматик Флайт Дизайн», путем поставки автоматических противотаранных боллардов Легион А 219/600/8ПТС, автоматических противотаранных боллардов "Легион", полуавтоматических противотаранных боллардов "Легион", автоматических боллардов Легион А 219-600-10ПТС, автоматических противотаранных барьеров Легион (ПТАБ) 2500, автоматических противотаранных барьеров Легион (ПТАБ) 3000, автоматических противотаранных барьеров Легион (ПТАБ) 3500, автоматических противотаранных барьеров Легион (ПТАБ) 4000.

Истец указал, что изобретение «антипарковочное устройство (варианты)» (патент №2591470) было использовано при поставке ответчиком товаров по договорам (контрактам) №01141000004190000260001 от 26.06.2019 с Верховным судом Республики Ингушетия, №0158100016019000019 от 19.07.2019 с Южным окружным военным судом, №08-19/ЭА-44 от 29.10.2019 г. с ИМЭМО ИМ. Е.М. Примакова РАН, №13/2049-19 от 10.12.2019 с УФПС «Татарстан почтасы» - филиал ФГУП «Почта России», №АДМ-3/20 от 10.03.2020 с Курганским областным судом, № 0194400000520000011 от 03.06.2020 с Верховным судом Чеченской Республики, № 14/2019 от 06.09.2019 с ООО «Технострой», №ПП 11/2020 от 10.08.2020 с ООО «Мир строительства», №ПП 16/2020 от 01.09.2020 с ООО «Спецмонтажсервис», №18/2019 от 14.11.2019 с ООО «Технострой».

Изобретение «устройство противотаранное заградительное» (патент №2659358), по утверждению истца, было использовано при поставке ответчиком товаров по договорам (контрактам) №203/2019-Д от 29.08.2019 с АО «Научно-Исследовательский институт приборов», №219.307388 от 26.08.2019 с ПАО «ТГК-14», №4240019/0964Д от 08.11.2019 с АО «РН-РОСТОВНЕФТЕПРОДУКТ», №136 от 27.10.2019 с Войсковой частью 16662, №39 от 28.10.2019 с ФКУ ЦИТОВ УФСИН России по Ставропольскому краю, №231 от 23.10.2019 с ГУ-ОПФР по КБР, №32-15-190260 от 02.12.2019 с АО «Аэропорт Мурманск», №0132100000119000031 от 06.12.2019 с УФНС России по Нижегородской области, №01101000008190000960001 от 17.12.2019 с УСД в РСО-Алания, №0320100011219000188 от 19.02.2020 с ФГБОУ «ВДЦ «Океан», №БЛГ01-002-04/20 от 25.03.2020 с ФГКУ Росгранстрой.

Согласно утверждению истца, никаких договоров между сторонами относительно использования указанных выше исключительных прав не заключалось.

При таких обстоятельствах истец обратился с исковыми требованиями о взыскании с ответчика убытков в сумме, равной совокупной цене контрактов и договоров, которые были исполнены ООО «АФД Трейд» с незаконным использованием запатентованных изобретений в период с 2019 года по 2020 год, за вычетом примерных затрат на производство, а именно в размере 17 482 379,87 руб. (с учетом уточнения).

В силу п. 1 ст. 1358 Гражданского кодекса РФ патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 Кодекса любым не противоречащим закону способом, в том числе способами, предусмотренными пунктом 2 настоящей статьи.

В соответствии с п. 2 ст. 1358 ГК РФ использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности:

1) ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец;

2) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении продукта, полученного непосредственно запатентованным способом. Если продукт, получаемый запатентованным способом, является новым, идентичный продукт считается полученным путем использования запатентованного способа, поскольку не доказано иное;

3) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении устройства, при функционировании (эксплуатации) которого в соответствии с его назначением автоматически осуществляется запатентованный способ;

4) совершение действий, предусмотренных подпунктом 1 настоящего пункта, в отношении продукта, предназначенного для его применения в соответствии с назначением, указанным в формуле изобретения, при охране изобретения в виде применения продукта по определенному назначению;

5) осуществление способа, в котором используется изобретение, в том числе путем применения этого способа.

Согласно п. 3 ст. 1358 ГК РФ изобретение признается использованным в продукте или способе, если продукт содержит, а в способе использован каждый признак изобретения, приведенный в независимом пункте содержащейся в патенте формулы изобретения, либо признак, эквивалентный ему и ставший известным в качестве такового в данной области техники до даты приоритета изобретения.

При установлении использования изобретения или полезной модели толкование формулы изобретения или полезной модели осуществляется в соответствии с пунктом 2 статьи 1354 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым непротиворечащим закону способом.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную Гражданским кодексом РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1358 Гражданского кодекса РФ патентообладателю принадлежит исключительное право использования изобретения, полезной модели или промышленного образца в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на изобретение, полезную модель или промышленный образец), в том числе способами, предусмотренными пунктом 2 настоящей статьи. Патентообладатель может распоряжаться исключительным правом на изобретение, полезную модель или промышленный образец.

В соответствии со статьей 1250 Гражданского кодекса РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В соответствии с пп. 3 п. 1 ст. 1252 Гражданского кодекса РФ защита исключительных прав на результаты интеллектуальной деятельности и на средства индивидуализации осуществляется, в частности, путем предъявления в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, требования о возмещении убытков - к лицу, неправомерно использовавшему результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без заключения соглашения с правообладателем (бездоговорное использование) либо иным образом нарушившему его исключительное право и причинившему ему ущерб, в том числе нарушившему его право на вознаграждение, предусмотренное статьей 1245, пунктом 3 статьи 1263 и статьей 1326 данного Кодекса.

Ответчиком в отзыве против доводов истца о незаконном использовании изобретений не возражал, при этом указано, что все контракты от имени ответчика были заключены третьим лицом ФИО1, исполнявшим в тот период обязанности руководителя общества, в связи с чем, по мнению ответчика, ответственность за нарушение исключительных прав истца лежит на третьем лице.

При таких обстоятельствах арбитражный суд находит заслуживающими внимание и оценки доводы третьего лица ФИО1, поскольку в дальнейшем к нему возможно предъявление исковых требований, мотивированных причинением его действиями убытков обществу (ответчику).

Так, третьим лицом ФИО1 приведены доводы о злоупотреблении правом, основанные на подконтрольности ответчика истцу, использовании изобретений ответчиком с согласия автора ФИО2, являющегося также контролирующим лицом истца и ответчика, а также на том, что истец как патентообладатель выгоду от использования изобретений с 2020 года не извлекал.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", положения Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ),

Исходя из указанного действия по применению правообладателем конкретных мер защиты могут быть признаны судом недобросовестными и ему может быть отказано в защите права с учетом совокупности конкретных обстоятельств дела, свидетельствующих о неразумном и недобросовестном поведении, которые приводят к нарушению баланса интересов участников правоотношений.

Как следует из материалов дела, ФИО2 является автором изобретений, патентообладателем в отношении которых является истец.

При этом ФИО2 не отрицается факт добровольного предоставления сведений, необходимых для использования изобретений, ответчику, а также то, что он с 30.04.2019 состоял в трудовых отношениях с ответчиком в должности технического директора, осуществляя в том числе действия по внедрению изобретений в производственную деятельность ответчика.

По существу позиции ФИО1 и ФИО2 относительно совместной деятельности с использованием изобретений и наступившем в 2020 году разладе отношений отличаются лишь в договоренностях, которые они считают недостигнутыми, и об основании возникновения конфликта.

Как следует из объяснений указанных третьих лиц, ООО «АФД Трейд» было создано в результате достижения ФИО2 и ФИО1 договоренностей о совместном ведении предпринимательской деятельности по изготовлению и реализации антипарковочных и противотаранных устройств.

По утверждению ФИО1, первоначальные договоренности заключались в том, что они будут иметь равные доли в созданном обществе, однако, ввиду того, что на момент создания нового общества в отношении ФИО2 имелись ограничения на регистрационные действия по созданию юридических лиц, единственным участников и руководителем был указан ФИО1 При этом они договорились, что по мере снятия с ФИО2 ограничений на регистрационные действия он будет введен в состав участников ответчика.

В качестве вклада на этапе создания ООО «АФД Трейд» ФИО2 были предоставлены охраняемые результаты интеллектуальной деятельности в виде изобретений «антипарковочное устройство (варианты)» (патент на изобретение №RU2591470C1) и «устройство противотаранное заградительное» (патент на изобретение №RU2659358C1), а ФИО1 предоставил денежные средства. После создания общества ФИО1 исполнял обязанности генерального директора, а ФИО2 исполнял обязанности технического директора.

Данные обстоятельства ФИО2 не оспаривались. Доказательства того, что деятельность общества осуществлялась без привлечения денежных средств и участия ФИО1 в развитии производственной деятельности общества, не представлено.

ФИО1 пояснено, что в третьем квартале 2020 года между ним и ФИО2 возникли разногласия, в связи с которыми ФИО1 предложил ФИО2 передать управление ответчиком путем уступки 100% доли в обществе. Поскольку ФИО2 еще находился под действием ограничений на регистрационные действия, осуществлены оформление доли и передача статуса руководителя ФИО5, гражданской супруге ФИО2

ФИО2 не согласился с пояснениями ФИО1 относительно причин возникновения конфликта, указав, что они заключались в том, что ФИО1 требовал включения в состав участников ООО «АФД», которое является патентообладателем, о чем, по утверждению ФИО6, они не договаривались, а также в том, что истец не получал вознаграждение за использование запатентованных им изобретений.

Исходя из совокупности материалов дела, арбитражный суд отмечает, что независимо от причин возникновения конфликта ФИО2 добровольно предоставил обществу-ответчику возможность использования изобретений.

При этом ФИО2, который с 07.12.2012 является директором и единственным участником истца, не мог не знать и не понимать, что правообладателем исключительных прав на изобретения является истец и что на передачу таких прав требуется его волеизъявление.

При таких обстоятельствах по существу использование изобретений ответчиком основано не на противоправном изъятии изобретений ответчиком, а на действиях ФИО2, автора и бенефициара истца, в рамках правоотношений с ФИО1

Далее, после возникновения конфликта, как следует из материалов дела, 28.12.2020 между ФИО1 и ФИО5 заключен договор купли-продажи 100% доли в уставном капитале ответчика, к ней же перешли полномочия руководителя ответчика.

ФИО1 приведен довод о том, что ФИО5 является заинтересованным по отношению к ФИО2 и, как следствие, к истцу лицом, и что переход общества под ее контроль связан с тем, что ФИО2 еще находился под действием ограничений на регистрационные действия.

Учитывая характер фактических правоотношений, изначально содержащий в себе признаки корпоративности, в данном случае применительно к обстоятельствам спора аффилированность (заинтересованность) участников правоотношений для правильного и всестороннего рассмотрения спора не может быть исключена из предмета судебной оценки.

Согласно сложившейся судебной практике осуществление фактического контроля над обществом возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Возражая относительно данного довода, ФИО2 отрицал, что ФИО5 не является его гражданской женой. Между тем, на соответствующий статус указал сам ФИО2 в отзыве по делу №2-2578/2022, в связи с чем в его позиции арбитражный суд отмечает существенные и немотивированные противоречия.

Вместе с тем, ФИО2 не оспаривал наличие у него и ФИО5 совместного ребенка.

При этом ФИО2 не раскрыты иные (помимо заинтересованности ФИО5 и намерения сторон договоренности разрешить конфликт путем передачи общества ФИО2) обстоятельства, исходя из которых представлялся бы разумным переход контроля над ответчиком, обладавшим значительной выручкой (14 241 тыс. руб. за 2019 год, 25 380 тыс. руб. за 2020 год) и возможностями для продолжения деятельности в будущем (выручка за 2021 год составила 10 391 тыс. руб.), к ФИО5 за 10 000 руб. (стоимость доли в обществе согласно договору купли-продажи).

Согласно ч.2 ст.9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

При таких обстоятельствах арбитражный суд находит необоснованной позицию ФИО2 об отсутствии какого-либо встречного исполнения за использование изобретений, поскольку фактически взамен им (в лице заинтересованного лица) получены 100% доли в обществе с поставленной производственной деятельностью, исполнявшем контракты и имевшим статус на соответствующем рынке, и при этом доказательства, исключающие характеристику общества как «актива», не представлены. То обстоятельство, что ФИО2 получил встречное исполнение как физическое лицо (передача изобретений в пользование им также осуществлена в таком статусе), само по себе не свидетельствует о наличии оснований для вывода о причинении ущерба истцу, поскольку он является единственным бенефициаром истца и, предоставив право использования изобретений, принадлежащих истцу, должен был предполагать, что часть встречного исполнения также полагается подконтрольному ему патентообладателю.

Учитывая совокупность изложенного, арбитражный суд полагает, что ФИО2, первоначально предоставив ответчику право использования изобретений в производственной деятельности, а впоследствии при возникновении конфликта (по существу возникшего из фактически корпоративных отношений) получив контроль над ответчиком, при предъявлении требования о взыскании убытков в пользу истца, единственным бенефициаром которого является он сам, проявляет признаки недобросовестного поведения.

Кроме того, обстоятельства дела позволяют согласиться с позицией третьего лица ФИО1 о том, что имеет место искусственный спор между аффилированными лицами с целью последующего предъявления требований к указанному лицу, исполнявшему обязанности руководителя ответчика в период исполнения заявленных истцом контрактов.

Как уже установлено выше, ФИО2 с 07.12.2012 является директором и единственным участником истца, а также фактическим контролирующим лицом ответчика в связи с наличием личных отношений с ФИО5

Третьим лицом также приведен довод о том, что интересы истца и ответчика представляет фактически одно и то же лицо, в подтверждение чего в материалы дела также представлены ходатайства о назначении судебной экспертизы и о вызове эксперта, пояснения к отзыву на иск по делу №2-110/2023 (2-6171/2022) за подписью ФИО3 как представителя ответчика ООО «АФД Трейд», тогда как в рамках данного дела он является представителем истца.

Действительно, законодательство не запрещает ведение представителем дел с участием одних и тех же лиц в разных статусах, между тем, данное обстоятельство в совокупности с иными, установленными выше, является дополнительно свидетельствующим о фактической аффилированности истца и ответчика.

Дополнительно третьим лицом указано, что о подконтрольности ответчика истцу и создании видимости гражданско-правового спора свидетельствует распечатка с сайта истца в сети интернет, где размещена информация о спорной продукции, - в качестве контактных данных истца указан адрес ответчика, что истцом, ответчиком и ФИО2 также не опровергнуто.

По мнению третьего лица, злоупотребление истцом правом заключается также и в том, что истец как правообладатель по данным бухгалтерского учета с 2020 года никакой выручки не получает, в том числе от передачи прав на использование спорных изобретения и полезной модели, численность истца включает в себя только руководителя. При этом выручка ООО «Легион», также подконтрольного ФИО2, в отсутствие лицензионного договора использующего объекты исключительных прав истца, до 2021 года была нулевой, в 2021 году составила 4 млн. руб., в 2022 – 48 млн. руб., что свидетельствует о переводе бенефициаром деятельности в ООО «Легион».

Учитывая, что обратное ответчиком и третьим лицом не заявлено, арбитражный суд данные сведения находит заслуживающими внимания в совокупности с иными, характеризующими поведение истца и третьего лица – автора изобретений при выстраивании модели правоотношений в гражданско-правовом обороте и при реализации процессуальных прав.

Исходя из всех изложенных обстоятельств, арбитражный суд, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в соответствии со ст.71 АПК РФ по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, приходит к выводу об отсутствии оснований для предоставления истцу защиты против ответчика в рамках данного спора ввиду злоупотребления правом со стороны истца и его бенефициара и поскольку удовлетворение иска приведет к нарушению баланса интересов всех участников правоотношений.

Также следует отметить, что в обоснование иска истцом указано, что заявленная сумма представляет собой упущенную выгоду.

Согласно положениям ст. 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, которые определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 названного Кодекса. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными ст. 15 ГК РФ, в соответствии с которой лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков - это мера гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом. Исходя из положений ст. 15 ГК РФ лицо вправе требовать возмещения убытков при наличии совокупности трех условий: наличие убытков; противоправность действий лица, к которому требования о возмещении предъявлены; причинная следственная связь между убытками и противоправными действиями. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Для взыскания упущенной выгоды истцу необходимо доказать, какие доходы он реально (достоверно) получил бы, если бы не утратил возможность использовать оказанные услуги (в данном случае) при обычных условиях гражданского оборота. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности, при этом, суд не вправе отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, при отсутствии такой достоверности.

При определении упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (п. 4 ст. 393 ГК РФ). Иными словами, кредитор должен доказать, что допущенное должником нарушение обязательства явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду; все остальные необходимые приготовления для ее получения им были сделаны.

Между тем, в нарушение ст.65 АПК РФ истцом не представлены доказательства, что им предпринимались какие-либо меры, направленные на использование изобретений в спорный период иным образом.

Помимо прочего, третьим лицом ФИО1 заявлено о пропуске исковой давности, поскольку истцу в лице руководителя ФИО2, исполнявшегося обязанности технического директора ответчика, было известно об использовании спорных изобретения и полезной модели не позднее 30.04.2019, тогда как исковое заявление подано 20.01.2023.

В соответствии с п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" поскольку исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), соответствующее заявление, сделанное третьим лицом, по общему правилу не является основанием для применения судом исковой давности.

Вместе с тем заявление о пропуске срока исковой давности может быть сделано третьим лицом, если в случае удовлетворения иска к ответчику возможно предъявление ответчиком к третьему лицу регрессного требования или требования о возмещении убытков.

При таких обстоятельствах, учитывая процессуальную позицию ответчика со ссылкой на вину ФИО1 в причинении убытков, которые могут быть впоследствии к нему предъявлены, третье лицо в данном случае вправе заявить о применении к требованиям истца срока исковой давности.

Вместе с тем, арбитражный суд не может согласиться с позицией третьего лица о том, что срок исковой давности следует исчислять со дня трудоустройства ФИО2 в ООО «АФД Трейд», поскольку на тот момент (30.04.2019) вменяемые в качестве основания для взыскания убытков действия по заключению контрактов еще не были совершены.

Как следует из искового заявления, изобретение «антипарковочное устройство» было использовано в рамках контрактов, заключенных в период с 26.06.2019 по 01.09.2020, изобретение «устройство противотаранное заградительное» - с 26.08.2019 по 25.03.2020.

Поскольку о нарушении исключительных прав ФИО2 и, как следствие, подконтрольному ему истцу должно было быть известно при заключении контрактов, а исковое заявление направлено через систему «Мой арбитр» 20.01.2023, срок исковой давности арбитражный суд находит пропущенным по требованиям, связанным с исполнением контрактов, заключенных по 20.01.2020.

Согласно разъяснениям, изложенным в п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В соответствии со ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая предоставление отсрочки, с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина исходя из уточненной цены иска.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "Автоматик Флайт Дизайн", г.Казань, (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 110 412 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.


Судья Б.Ф. Мугинов