Решение от 16 февраля 2023 г. по делу № А55-34576/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ

443045, г.Самара, ул. Самарская 203Б, тел. (846) 226-56-17


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ



16 февраля 2023 года

Дело №

А55-34576/2022



Резолютивная часть решения объявлена 09 февраля 2023 года

Решение изготовлено в полном объеме 16 февраля 2023 года



Арбитражный суд Самарской области


в составе судьи

ФИО1


при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2,


рассмотрев в судебном заседании 03-09 февраля 2023 года дело по заявлению


Общества с ограниченной ответственностью «Жигулевский водочный завод»

к Межрайонной ИФНС России №23 по Самарской области

Межрайонной ИФНС России №20 по Самарской области

с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора УФНС России по Самарской области

об оспаривании решения

при участии в заседании:


от заявителя - ФИО3, по доверенности от 22.08.2022;

от МИФНС № 20 - ФИО4, по доверенности от 11.10.2022

от МИФНС № 23 - ФИО5, по доверенности от 29.08.2022;

от УФНС - ФИО5, по доверенности от 29.08.2022




Установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Жигулевский водочный завод» (далее – ООО «ЖВЗ», заявитель, Общество, налогоплательщик) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с заявлением, с учетом принятых судом уточнений заявленных требований в порядке ст. 49 АПК РФ, согласно которого просит признать недействительным решение от 15.07.2022 №15-09/0047 Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 20 по Самарской области (далее – МИ ФНС № 20) Инспекция, налоговый орган) о привлечении ООО «ЖВЗ» к ответственности за совершение налогового правонарушения, в части доначисления налога на добавленную стоимость в размере 58 478 769,84 руб., налога на прибыль организаций в размере 11 820 220 руб. и соответствующих сумм пеней и штрафов; обязать МИ ФНС № 20 устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Судом в качестве заинтересованного лица привлечено МИ ФНС №20 по Самарской области. УФНС России по Самарской области исключено из числа соответчиков и привлечено судом в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в порядке ст. 51 АПК РФ.

На основании ст.163 АПК РФ в судебном заседании 03.02.2023 объявлялся перерыв до 09.02.2023. Информация о перерыве размещена на официальном сайте Арбитражного суда Самарской области в сети Интернет. После перерыва судебное заседание было продолжено.

Представитель заявителя поддержала заявленные требования (с учетом уточнения).

Представители налоговых органов возражали против удовлетворения заявленных требований.

Дело рассмотрено в соответствии с положениями ст.200 АПК РФ с участием представителей сторон по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Рассмотрев материалы дела, проверив доводы, приведенные в заявлении, отзывах, в выступлении представителей лиц, участвующих в деле, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, 15.07.2022 Инспекцией по результатам выездной налоговой проверки проведенной в отношении «Жигулевский водочный завод» (далее – ООО «ЖВЗ») вынесено решение №15-09/0047, согласно которому установлена недоимка по налогу на прибыль организаций в сумме 14 315 133 руб., по налогу на добавленную стоимость (далее – НДС) в сумме 74 141 761 руб., начислены пени в сумме 43 734 631,58 руб., заявитель привлечен к ответственности предусмотренной п. 3 ст. 122 НК РФ в виде штрафа в размере 3 612 347 руб. Всего доначисления по обжалуемому решению составили 135 803 872,58 руб.

Не согласившись с принятым решением Инспекции, заявитель обратился с апелляционной жалобой в Управление, по результатам рассмотрения которой Управление приняло решение от 27.10.2022 № 03-30/163, об отмене решения Инспекции №15-09/0047 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 15.07.2022 в части штрафа по п. 3 ст. 122 НК РФ в размере 2 709 260, 25 руб., в остальной части апелляционная жалоба Общества оставлена без удовлетворения.

Заявитель согласно уточнений заявленных требований признает доначисления налогового органа по НДС по контрагентам ООО «Спецтрансавто», ООО «Авантаж» (2 квартал 2019 года и 4 квартал 2019 года (в части доначислений по комплектующим к котельным, расходам капитального характера) и соответствующих сумм штрафов, пеней; доначисления по неуплате налога на прибыль в 2017 году по необоснованному отнесению в состав расходов стоимость строительных материалов (сваи железобетонные); доначисления по налогу на прибыль за 2017 год по неправомерному отнесению в состав внереализационных расходов (налоги, штрафы, пени).

Заявитель, не согласившись с вынесенным решением, в оспариваемой части, обратился в Арбитражный суд Самарской области с рассматриваемым заявлением.

В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Таким образом, для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: - несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту; - нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Оценка требований и возражений сторон производится судом в соответствии с положениями ст. 9, 65 АПК РФ с учетом доводов и возражений лиц, участвующих в деле по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, в соответствии со ст.71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом, в проверяемом периоде ООО «ЖВЗ» имело взаимоотношения со следующими контрагентами: ООО Деловой Дом «Ставропольский», ООО «Спецтрансавто», ООО «Каскад», ООО «Вино-водочная Компания Даско», ООО «Райпо», ООО «Авантаж» и ООО «Волга-Ресурс».

Основанием для доначисления налогов послужил довод налогового органа о том, что в нарушение ч.1 ст.54 НК РФ сделки, совершенные ООО «ЖВЗ» с ООО «Райпо», ООО «Авантаж» и ООО «Волга-Ресурс» направлены на получение налоговой выгоды, а по сделкам с ООО «ДД Ставропольский», ООО «СпецТрасАвто», ООО «Каскад» и ООО «ВВК Даско-опт» имеются разногласия.

Как указывает налоговый орган, согласно проведенному анализу финансово-хозяйственной деятельности ООО «ЖВЗ» по налоговым декларациям по НДС за 2018-2019 установлены прямые расхождения, прослеживаемые по цепочке до выгодоприобретателя - ООО «ЖВЗ». В ходе мероприятий налогового контроля установлено, что ООО «ЖВЗ» необоснованно заявлены налоговые вычеты по налогу на добавленную стоимость в налоговых декларациях по НДС по контрагентам ООО Деловой Дом «Ставропольский», ООО «Каскад», ООО «Вино- водочная Компания Даско»; у организации ООО Деловой Дом «Ставропольский» отсутствовали трудовые ресурсы, необходимые для осуществления хозяйственной деятельности. В отношении контрагентов ООО «Каскад», ООО «Вино-водочная Компания Даско» уточненные декларации за спорный период, несмотря на обнаруженную ошибку, налогоплательщиком не представлены.

Налоговый орган указывает, что основной целью заключения ООО «ЖВЗ» сделки (операции) с ООО «Волга-Ресурс», ООО «Райпо», ООО «Авантаж» являлось не получение результатов от предпринимательской деятельности, а уменьшение налоговой базы по НДС. ООО «ЖВЗ» использовало формальный документооборот в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорной сделке (операции), что привело к неполной уплате налога.

В обосновании указанных выводов по контрагентам ООО «Райпо», ООО «Волга-Ресурс», ООО «Авантаж» Инспекция ссылается на следующие обстоятельства.

1. По контрагенту ООО «Райпо» в ходе проверки установлено, что ООО «ЖВЗ» создана организация ООО «Самторгпром» с целью вывода имущества, приобретенного у ООО «Райпо» для неправомерного занижения налоговой базы по прибыли и необоснованного предъявления к вычетам НДС, данный вывод подтверждает следующая совокупность доказательств: первичные документы, представленные проверяемым налогоплательщиком по взаимоотношениям с ООО «Райпо» (копии и оригиналы данных документов, изъятые в ходе выемки) подписаны неустановленным лицом; отсутствие факта приобретения ООО «Райпо» товара для дальнейшей реализации ООО «ЖВЗ» (подтверждается расчетными счетами ООО «Райпо», а также отсутствием исполнительных производств, возбужденных возможными поставщиками по взысканию задолженности с ООО «Райпо»); отсутствие возможности в исполнении условий поставки в адрес ООО «ЖВЗ», оговоренных договорами: № 58 от 01.06.2018, № 21/7 от 20.06.2018 силами ООО «Райпо», так как контрагент не имел собственности транспортные средства и иных лиц для оказания услуг перевозки не привлекал (подтверждается Федеральным информационным ресурсом ФНС и расчетными счетами контрагента); наличие у ООО «ЖВЗ» неоплаченной кредиторской задолженности перед ООО «Райпо»; описание обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии у ООО «ЖВЗ» заявленной к вычету номенклатуры товара по контрагенту ООО «Райпо»; проверяемым налогоплательщиком создана организация ООО «Самторгпром» с целью вывода имущества, приобретенного у проблемного контрагента ООО «Райпо» для неправомерного занижения налоговой базы по прибыли и необоснованного предъявления к вычетам НДС.

2. По контрагенту ООО «Авантаж» о получении ООО «ЖВЗ» необоснованной налоговой экономии свидетельствуют следующие обстоятельства: отсутствие у ООО «Авантаж» необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого и технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; директор ФИО6 и ФИО7 не подтвердили факта осуществления деятельности ООО «Авантаж» и факт финансово-хозяйственных отношений с ООО «ЖВЗ»; директора контрагентов ООО «Авантаж» по книге покупок не подтвердили факт финансово-хозяйственных отношений с ООО «Авантаж»; не подтвердил факт финансово-хозяйственных отношений с ООО «ЖВЗ», не представив документы по требованию налогового органа; с одного IP-адреса представлены декларации контрагентами ООО «Авантаж» ООО «Мострест» и ООО «Ротор», директором ООО «Мострест» и ООО «Вордгрупп» является одно и то же лицо ФИО8, директором ООО «Двор-Рус» и ООО «Вуд Стоун Хаус» является одно и то же лицо ФИО9, что свидетельствует о подконтрольности и согласованности действий контрагентов ООО «Авантаж»; из банковской выписки движения денежных средств по расчетному счету ООО «Авантаж» за 2019 в период взаимоотношений с ООО «ЖВЗ» усматривается отсутствие у данной организации финансово-хозяйственных операций, сопутствующих реальной предпринимательской деятельности.

3. По контрагенту ООО «Волга-Ресурс» сделка контрагентом не исполнена, о чем свидетельствуют по мнению налогового органа следующие обстоятельства: невозможность изготовления формокомплектов для производства стеклянных бутылок при отсутствии у контрагента необходимой материально-технической базы (невозможность перевозки, погрузки, разгрузки, отсутствия возможности складирования, охраны); отсутствие трудовых, материальных ресурсов и расходных операций по оплате соответствующих товаров; отсутствие расходов на ведение хозяйственной деятельности (за электроэнергию, арендной платы за наем офисных, производственных, складских помещений, оплаты за арендованные транспортные средства и других расходов); совпадение ip- адресов выхода в Интернет ООО «Волга-Ресурс» с ip-адресами выхода в Интернет организаций, взаимодействие с которыми установлено в результате анализа ip- адресов выхода в Интернет по предоставляемой контрагентами «по цепочке» налоговой отчетности.

Учитывая данные обстоятельства, налоговый орган пришел к выводу о том, что в нарушение п. 1 ст. 54.1, п. 5, п. 6 ст. 169, п. 2 ст. 171, п. 1 ст. 172, ст. 247, ст. 252, ст. 265 НК РФ ООО «ЖВЗ» создана схема включения в цепочку хозяйственных связей недобросовестных контрагентов-поставщиков: ООО «Райпо», ООО «Волга-Ресурс», ООО «Авантаж» в целях неправомерного включения в затраты расходов по спорным сделкам и необоснованного заявления налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость в налоговых декларациях по НДС и неправомерного включения в состав расходов по налогу на прибыль.

Оспаривая решение Инспекции, заявитель выражает не согласие с выводами Инспекции о нереальности хозяйственных операций с контрагентами - ООО «Райпо», ООО «Волга-Ресурс», ООО «Авантаж» (3 квартал 2019 года, 4 квартал (в части доначислений по комплектующим к котельным, расходам капитального характера)), а также ООО Деловой Дом «Ставропольский», ООО «Каскад», ООО «Вино-водочная Компания Даско» (применение вычетов по НДС).

Заявитель указывает, что доводы налоговых органов указанные в решении (в оспариваемой части), являются голословными, налоговым органом не проведен анализ деятельности контрагентов. По мнению Общества, материалы проверки свидетельствуют, а налоговым органом фактически подтверждена реальность сделок со спорными контрагентами. Суждения и выводы Инспекции об оцениваемых фактах финансово-хозяйственных операций не подтверждены достаточными и достоверными доказательствами, анализ бухгалтерских документов проводится формально.

Как указывает заявитель, спорные контрагенты в проверяемом периоде являлись действующими, осуществляли реальную хозяйственную деятельность. Приобретенный товар от ООО «Райпо», ООО «Авантаж», ООО «Волга-Ресурс» был полностью оприходован в качестве либо материала на счет 10.01, либо в качестве товара на счет 41, либо в качестве кап. вложений на счет 08 в бухгалтерском учете, о чем свидетельствуют предоставленные оборотно-сальдовые ведомости (ОСВ) и карточки бухгалтерского учета, часть была использована в процессе производства.

Заявитель указывает, что Инспекцией не установлены и не доказаны обстоятельства, свидетельствующие: об умышленных действиях ООО «ЖВЗ», направленных на искажение фактов хозяйственной жизни в части отражения в учете нереальных операций (создании фиктивного документооборота); о совершении сделок со спорными контрагентами, с целью неполной уплаты налога, в отсутствие экономической обоснованности и разумной деловой цели; о согласованности действий между обществом и спорными контрагентами в целях занижения налогов обществом; о том, что общество контролировало деятельность организаций - контрагентов, использовало их с целью уклонения от уплаты налогов путем создания фиктивного документооборота по нереальным сделкам.

Как указывает заявитель, выводы налогового органа о минимальной численности и отсутствии материальных средств контрагентов не опровергают наличие реальной возможности выполнения работ такими контрагентами, поскольку действующее законодательство не обязывает юридические лица иметь собственные основные средства и соответствующий штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности. Небольшая численность работников у участников сделки само по себе не является признаком получения необоснованной налоговой экономии (недобросовестности).

Заявитель считает, что совпадение IP-адресов не является однозначным доказательством получения необоснованной налоговой выгоды.

По мнению заявителя, материалы проверки не содержат сведений применительно к Обществу, которые свидетельствовали бы о не проявлении Обществом должной осмотрительности.

В связи с чем, по мнению заявителя, вывод налогового органа о неправомерном применении Заявителем налоговых вычетов по НДС, завышение расходов по налогу на прибыль документально не подтвержден, фактически не установлен, носит предположительный характер и не может быть признан обоснованным.

Рассмотрев материалы дела, проверив доводы, приведенные в заявлении, отзывах, в выступлении представителей лиц, участвующих в деле, в судебном заседании, относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности и с учетом требований статьи 162 АПК РФ и положений статьи 71 АПК РФ, разъяснений, содержащихся в пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее – Постановление № 53), арбитражный суд находит заявленные требования подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации сформулированной в определении от 16.10.2003 № 329-О, истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет, а правоприменительные органы не могут истолковывать понятие «добросовестный налогоплательщик» как возлагающее на налогоплательщиков дополнительные обязанности, непредусмотренные законодательством. Также положения НК РФ не позволяют сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия других организаций и за ненадлежащее исполнение такими организациями своих налоговых обязательств.

Законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, в частности, налоговых вычетов при исчислении налога на добавленную стоимость и налога на прибыль, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В соответствии с Постановлением № 53, судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом вывод о необоснованности налоговой выгоды должен быть основан на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что действия налогоплательщика не имели разумной деловой цели, а были направлены на создание благоприятных налоговых последствий.

Факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, при отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, вывод о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора, а также иных обстоятельств, указанных в Постановлении № 53.

В соответствии со ст. 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью для российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.

Пунктом 1 ст.252 НК РФ определено, что в целях главы 25 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов, которыми признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, понесенные налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством РФ.

Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

Согласно ст. 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011г. «О бухгалтерском учете» первичные учетные документы принимаются к учету, если они составлены по форме, содержащейся в альбомах унифицированных форм первичной учетной документации, а документы, форма которых не предусмотрена в этих альбомах, должны содержать обязательные реквизиты.

Также положениями Федерального закона № 402-ФЗ предусмотрено, что своевременное и качественное оформление первичных учетных документов, передачу их в установленные сроки для отражения в бухгалтерском учете, а также достоверность содержащихся в них данных обеспечивают лица, составившие и подписавшие эти документы.

Таким образом, из взаимосвязи ст. 254 НК РФ, статьи 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.12.2011г. «О бухгалтерском учете» следует, что факт, основания и размер расходов доказывается путем предоставления совокупности первичных документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации о бухгалтерском учете.

Следовательно, право налогоплательщика на уменьшение полученных доходов в целях обложения налогом на прибыль на величину произведенных расходов, непосредственно зависит от представления им соответствующих документов, подтверждающих затраты.

В соответствии с положениями ст. 146 НК РФ объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость признается операция по реализации товаров (работ, услуг) на территории РФ.

Пунктом 1 ст. 168 НК РФ установлено, что при реализации товаров (работ, услуг) налогоплательщик дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг) обязан предъявить к оплате покупателю этих товаров (работ, услуг) соответствующую сумму налога.

В силу пункта 2 указанной статьи сумма налога, предъявляемая налогоплательщиком покупателю товаров (работ, услуг) исчисляется по каждому виду этих товаров (работ, услуг) как соответствующая налоговой ставке процентная доля указанных в пункте 1 настоящей статьи цен (тарифов).

Пунктами 1 и 2 статьи 171 НК РФ предусмотрено, что налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на полагающиеся налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории РФ, в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с НК РФ.

Согласно пункту 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг). Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на территории РФ, после их принятия на учет.

Таким образом, при расчете налога на прибыль и налога на добавленную стоимость налогоплательщики основываются на первичных бухгалтерских документах, в частности, счетах-фактурах.

Пунктом 1 ст. 54.1 НК РФ установлено, что не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Письмом ФНС РФ от 31 октября 2017 г. N ЕД-4-9/22123@ разъяснено, что характерными примерами такого "искажения" являются: создание схемы "дробления бизнеса", направленной на неправомерное применение специальных режимов налогообложения; совершение действий, направленных на искусственное создание условий по использованию пониженных налоговых ставок, налоговых льгот, освобождения от налогообложения; создание схемы, направленной на неправомерное применение норм международных соглашений об избежании двойного налогообложения; нереальность исполнения сделки (операции) сторонами (отсутствие факта ее совершения). К числу способов искажения сведений об объектах налогообложения, которые могут быть квалифицированы по пункту 1 статьи 54.1 НК РФ, могут быть отнесены: неотражение налогоплательщиком дохода (выручки) от реализации товаров (работ, услуг, имущественных прав), в том числе в связи с вовлечением в предпринимательскую деятельность подконтрольных лиц, а также отражение налогоплательщиком в регистрах бухгалтерского и налогового учёта заведомо недостоверной информации об объектах налогообложения.

При отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НКРФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй Налогового Кодекса при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Согласно п. 3 ст. 54.1 НК РФ в целях пунктов 1 и 2 настоящей статьи подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Доказывание обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 Кодекса, и (или) факта несоблюдения условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 54.1 Кодекса, производится налоговым органом при проведении камеральных налоговых проверок налоговых деклараций (расчетов), представленных в налоговый орган после 19.08.2017, а также при проведении выездных налоговых проверок и проверок полноты исчисления и уплаты налогов в связи с совершением сделок между взаимозависимыми лицами, решения о назначении которых вынесены налоговыми органами после указанной даты (пункт 5 статьи 82 Кодекса, пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 18.07.2017 N 163-ФЗ "О внесении изменений в часть первую Налогового кодекса Российской Федерации").

Ранее правовые подходы, аналогичные регулированию, введенному в действие статьей 54.1 Кодекса, были сформированы на основании Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53).

В соответствии с Постановлением № 53 представление налогоплательщиком документов как в обоснование налоговых вычетов по НДС, так и расходов по налогу на прибыль не является само по себе достаточным основанием для получения соответствующей налоговой выгоды, если налоговым органом доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

При этом необходимо учитывать, что положения НК РФ не ограничивают само право налогоплательщиков проводить свои хозяйственные операции так, чтобы налоговые последствия были минимальными, однако в избранном налогоплательщиком варианте сделки (операции) не должно присутствовать признака искусственности, лишенной хозяйственного смысла. Кроме того, налоговый орган не вправе настаивать на том, что налогоплательщик должен был выбрать тот или иной вариант построения хозяйственных операций.

Налоговые органы должны опровергать реальность спорной сделки (операции) посредством доказывания фактов исполнения обязательств по сделке (операции) иным лицом, чем лицо, являющееся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону, и (или) доказывания фактов, свидетельствующих о том, что исполнение, предусмотренное спорной сделкой (операцией), выполнено проверяемым налогоплательщиком самостоятельно. В этих случаях налоговые органы должны эффективно использовать такие механизмы, как: получение пояснений от лиц, обладающих информацией об обстоятельствах заключения, совершения, исполнения сделки (операции); проведение осмотров территорий, помещений, документов, предметов с применением технических средств; сопоставление объема поставляемых товаров размеру складских помещений (территорий); инвентаризация имущества; анализ и воссоздание полного баланса предприятия (товарного баланса, складского учета и т.п.); истребование документов (информации), а в необходимых случаях проведение выемки документов (предметов), проведение экспертиз и другие. Для целей установления фактов выполнения налогоплательщиком работ, услуг собственными силами основным доказательством может являться информация, прямо или косвенно подтверждающая данный факт, полученная посредством опросов должностных лиц проверяемого налогоплательщика, занятых на производстве; истребования документов (информации) у заказчиков и допросов их должностных лиц, лиц, осуществляющих технический надзор; выявления иных, "непроблемных", контрагентов, оказывающих налогоплательщику аналогичные работы, услуги, с последующим проведением в отношении них контрольных мероприятий; исследования локальных актов об установлении пропускного режима охраняемых объектов, пропусков, журналов регистрации.

Если налоговым органом будут представлены доказательства того, что в действительности реально хозяйственные операции поставщиками (контрагентами) не осуществлялись и налоги в бюджет ими не уплачивались, в систему поставок и взаиморасчетов вовлечены юридические лица, зарегистрированные по подложным или утерянным документам или несуществующим адресам, либо схема взаимодействия производителя, поставщика и покупателя продукции указывает на недобросовестность участников хозяйственных операций, арбитражный суд не должен ограничиваться проверкой формального соответствия представленных налогоплательщиком документов требованиям налогового законодательства, а должен оценить все доказательства по делу в совокупности и во взаимосвязи с целью исключения внутренних противоречий и расхождений между ними.

На основании положений статьи 169 НК РФ и позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 16.07.2009 N 924-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы открытого акционерного общества "ЛК Лизинг" на нарушение конституционных прав и свобод положениями статей 106, 110, 169, 171 и 172 Налогового кодекса Российской Федерации", нормы налогового права не предполагают формального подхода при разрешении налоговых споров, и не исключают возможности оценки совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела.

Суд с учетом имеющихся в материалах дела документов, доводов приведенных в заявлении, отзывах, дополнительных пояснениях, в выступлении представителей сторон, считает, что в оспариваемом решении налоговой проверки не содержится неоспоримых доказательств, нарушения Обществом п. 1 ст. 54.1, п. 5, п. 6 ст. 169, п. 2 ст. 171, п. 1 ст. 172, ст. 247, ст. 252, ст. 265 НК РФ, по следующим основаниям.

1. По доводу Инспекции о неправомерности применения налоговых вычетов по НДС по контрагентам ООО Деловой Дом «Ставропольский», ООО «Каскад», ООО «Вино- водочная Компания Даско», судом установлено следующее.

В обосновании указанного вывода налоговый орган ссылается на следующие обстоятельства.

25.10.2018 ООО Деловой Дом «Ставропольский» предоставил первичную отчетность с нулевыми показателями, не отразив в налоговой декларации по НДС реализацию в адрес ООО «ЖВЗ» согласно счету-фактуре № 8152 от 24.07.2018. В отношении ООО Деловой Дом «Ставропольский» установлено, что последняя отчетность представлена за 3 кв. 2018, сдана с нулевыми показателями. Численность за 2018- 0 чел. 26.02.2020 ООО Деловой Дом «Ставропольский» исключен из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа.

ООО «Вино-Водочная Компания «Даско-Опт» не отразило счет-фактуру № ВВК00000024 от 03.10.2019 в книге продаж за 4 кв. 2019.

По мнению налогового органа, наличие у Общества первичных документов по сделкам с контрагентами не означает автоматического подтверждения его права на применение вычетов по НДС, поскольку в данном случае необходимо, чтобы представленные документы в своей совокупности с достоверностью подтверждали реальность хозяйственной операции.

В отношении контрагентов ООО «Каскад», ООО «Вино-водочная Компания Даско» уточненные декларации за спорные периоды, несмотря на обнаруженную ошибку, налогоплательщиком не представлены.

Оценив указанные доводы налогового органа, в совокупности и взаимосвязи с представленными в материалы дела доказательствами, в соответствии с положениями ст. 65, 68, 71, 75 АПК РФ суд пришел к выводу об отклонении выводов налогового органа по следующим основаниям.

Расходы и вычеты по НДС подтверждены Обществом в соответствие с действующим законодательством. Реальность сделок не опровергнута и подтверждается материалами дела.

Как указывает налоговый орган, по контрагенту ООО «Деловой Дом Ставропольский» ИНН <***> НДС в сумме 20 684,88 руб. предъявлен к вычету ООО «ЖВЗ» в 3 квартале 2018 года (счет-фактура №8152 от 24.07.2018 на сумму 135 600,88 руб., поставка свинцовой пломбы 10 мм.). Отчётность контрагентом представлена с нулевыми показателями, счет-фактура № 8152 от 24.07.2018 в декларации по налогу на добавленную стоимость не отражена.

Однако судом установлено, что данные о сделке и объекте налогообложения в документах отражены без искажений. Обязательства исполнены сторонами в полном объеме: товар поставлен и оплачен. Товар использован в производстве, что подтверждается представленными в рамках проведения проверки налоговому органу и в материалы настоящего дела производственными отчетами, что налоговым органом не опровергнуто.

По контрагенту ООО «Каскад» ИНН <***> НДС в сумме 140 717,71 рублей предъявлен к вычету ООО «ЖВЗ» в 1 квартале 2019 года (счет-фактура №6 от 18.02.2019 и №17 от 25.03.2019 на сумму 844 306,27 руб., в том числе НДС 140 717,71 руб., поставка упаковки). При этом, как указывает налоговый орган, контрагент исключен из ЕГРЮЛ 01 сентября 2014 года.

Однако, как неоднократно пояснял заявитель проверяющим в ходе проверки и в ходе рассмотрения дела суду, ООО «ЖВЗ» при составлении книги покупок за 1 квартал 2019 года ошибочно был выбран контрагент ООО «Каскад» ИНН <***>, ликвидированный в 2014 году, тогда как взаимоотношения (покупка гофроящика) в 1 квартале 2019 года были с ООО «Каскад» ИНН <***>, данный факт налоговым органом не опровергнут.

Как указывает налоговый орган, по контрагенту ООО «Вино-водочная Компания Даско-опт» ИНН <***> НДС в сумме 19 400 руб. предъявлен к вычету ООО «ЖВЗ» в 4 квартале 2019 года (счет-фактуры № ВВК00000024 от 03.10.2019 года на сумму 116 400 руб.). Счет-фактура № ВВК00000024 от 03.10.2019 в декларации по налогу на добавленную стоимость не отражена.

Однако как следует из пояснений, данных в ходе рассмотрения дела и ответов заявителя на требования налогового органа № 13284 от 13.10.2020, № 13974 от 22.10.2020 и № 1705 от 25.02.2021, контрагент ООО «Вино-водочная Компания «Даско-опт» является покупателем алкогольной продукции у ООО «ЖВЗ». Часть поставленной в адрес ООО «ВВК Даско-опт» алкогольной продукции была возвращена по корректировочному счету-фактуре № ZVZ-0000004 от 03.10.2019 года и товарной накладной № ВВК00000024 от 03.10.2019 года. При выгрузке книги покупок ООО «ЖВЗ» за 4 квартал 2019 года, произошел программный сбой, в результате которого в графе «реквизиты счета-фактуры» были отражены реквизиты товарной накладной № ВВК00000024 от 03 октября 2019 года вместо реквизитов корректировочного счета-фактуры № ZVZ-0000004 от 03 октября 2019 года. Суд полагает, что техническая ошибка не повлияла на налогооблагаемую базу по НДС, в связи с чем, выводы налогового органа в данном случае не обоснованы.

Судом также признается несостоятельным довод о том, что спорные контрагенты не имели возможности осуществлять хозяйственную деятельность ввиду отсутствия трудовых ресурсов, необходимых для осуществления хозяйственной деятельности, отсутствием численности, поскольку налоговым органом не учтено, что отсутствие у контрагентов материальных и трудовых ресурсов не исключает реального осуществления ими хозяйственных операций, и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды ввиду возможности привлечения контрагентами физических лиц к осуществлению какой-либо деятельности по договорам гражданско-правового характера, привлечения материально-технических ресурсов на условиях договора аренды.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 N 305-КГ16-10399 отсутствие работников у контрагента само по себе не является признаком недобросовестности, поскольку закон не обязывает организацию иметь собственные основные средства и штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности. Если у контрагента нет имущества, это не означает, что он не может вести деятельность. Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.04.2017 по делу №А12-20203/2016.

Отсутствие у спорных контрагентов задекларированной материально-технической базы, персонала, минимизация им уплаты налогов, неисполнительность в своих налоговых обязанностях, сами по себе не порочат сделки с их участием по налоговым последствиям для ООО «ЖВЗ», а касаются оценки деятельности спорных контрагентов, за которую заявитель ответственность нести не может.

Данный вывод подтверждается Постановлениями АС Поволжского округа от 29.06.2018 №Ф06-34135/2018 по делу №А12-37867/2017, от 13.02.2018 года по делу №А12-10631/201, от 13 сентября 2018 г. № Ф06-24135/2017 по делу №А55-2995/2016 и т.д.

Приведенные налоговым органом в решении выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о несовершении им хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило со спорными контрагентом сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Более того, перечисленные налоговым органом обстоятельства свидетельствуют о возможном нарушении законодательства его контрагентами по цепочке. Налоговый кодекс РФ не ставит право на применение вычета по НДС в зависимость от действий (бездействия) контрагента. Факт нарушения контрагентом своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения необоснованной налоговой выгоды. На момент совершения хозяйственных сделок с заявителем контрагенты являлись юридическими лицами, были зарегистрированы в установленном законом порядке, состояли на налоговом учете и их регистрация не признана недействительной.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов.

При этом, согласно анализа расчетных счетов спорных контрагентов, у них имелись взаимоотношения с различными юридическими лицами, что указывает на ведение ФХД и ошибочности выводов налогового органа.

Кроме того, суд отмечает, что мероприятия налогового контроля по указанным контрагентом налоговым органом не проводились, выводы сделаны на основании выявленных несоответствий.

При таких обстоятельствах суд считает, что представленные налоговым органом доказательства не опровергают факт осуществления реальных хозяйственных операций между заявителем и указанными контрагентами.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводам о недоказанности Инспекцией наличия согласованных неправомерных действий заявителя и контрагентов ООО Деловой Дом «Ставропольский», ООО «Каскад», ООО «Вино-водочная Компания Даско», или наличия иных обстоятельств, указанных в Постановлении № 53.

2. Относительно доводов Инспекции по взаимоотношениям с ООО «Райпо», судом установлено следующее.

Налоговым органом указано на расхождение по НДС за 3 и 4 кварталы 2018 года в сумме 21 556 186,14 руб. и установлена неполная уплата налога на прибыль по данному контрагенту на 6 275 822 руб.

Судом установлено, что между ООО «ЖВЗ» (Покупатель) и ООО «Райпо» (Продавец) заключены договора № 58 от 01.06.2018, № 21/7 от 20.06.2018 подписанные со стороны Продавца в лице директора ФИО10, действующего на основании устава, а со стороны Покупателем в лице директора Гетмана А.А. Предметом указанных договоров является поставка товара в объемах, количестве и ассортименте, указанных в спецификациях. Согласно пп.2.5 вышеуказанных договоров - условия поставки: Транспортом Поставщика.

Оплата поставленного товара производится с отсрочкой платежа 300 (триста) календарных дней. Расчеты производятся в безналичной форме путем перечисления денежных средств на расчетный счет поставщика (пп. 3.2 вышеуказанных договоров).

Налоговый орган указывает, что в период заключения и подписания данных договоров (июнь 2018) ФИО10 не имел право подписи в качестве руководителя контрагента, в связи с отсутствием соответствующей записи в ЕГРЮЛ. В июне 2018 право подписи руководителя ООО «Райпо» имела ФИО11, а ФИО10 вступил в должность только с 13.09.2018.

При визуальном сравнении подписей ФИО10, содержащихся в регистрационных документах ООО «Райпо», с документами, представленными в ходе проверки проверяемым налогоплательщиком, установлено полное несоответствие подписи ФИО10, что свидетельствует о подписании данных документов не установленным лицом.

При допросе ФИО10 пояснил, что документы на регистрацию ООО «Райпо» на его имя подписал по просьбе третьего лица за вознаграждение, деятельность не вел и никаких документов, связанных с деятельностью ООО «Райпо» не подписывал, договор с ООО «ЖВЗ» не заключал (протокол допроса от 08.02.2019).

Однако как указывает заявитель, перед заключением договоров, в отношении ООО «Райпо» проводилась проверка добросовестности: запрашивались сведения с помощью системы СПАРК и Контур, анализировалась информация с интернет-сайтов: ФНС, ФССП, Мой Арбитр.

Так ООО «ЖВЗ» представило следующие документы, подтверждающие проведение проверки контрагента: генеральную доверенность № 1 от 28 мая 2018 года на имя ФИО10, выданную ФИО11 - директором ООО «Райпо» на момент выдачи; письмо ООО «Райпо» № б/н от 25 сентября 2018 года; генеральную доверенность на имя ФИО12 от 25 сентября 2018 года; копию извещений о вводе сведений, указанных в налоговых декларациях за 3 и 4 кварталы 2018 года; копию паспорта директора ООО «Райпо» ФИО10; распечатку с сайта Контур.фокус в отношении ООО «Райпо» - бухгалтерский баланс; распечатку с сайта Контур.фокус в отношении ООО «Райпо» от 31 октября 2018 года; распечатку с сайта Контур.фокус в отношении ООО «Райпо» от 26 февраля 2019 года; распечатку с сайта Спарк по состоянию на 26 февраля 2019 года.

Как установлено судом и налоговым органом не оспорено, в проверяемом налоговом периоде контрагент числился в ЕГРЮЛ, зарегистрирован в установленном законом порядке, поставлены на налоговый учет, исков и исполнительных производств в отношении ООО «Райпо» не возбуждалось, как должник по налогам и сборам не числилось, в реестре недобросовестных поставщиков не значилось, осуществляли реальную хозяйственную деятельность, что не может свидетельствовать об неблагонадежности указанного контрагента.

Изначально, все документы по взаимоотношениям между ООО «ЖВЗ» и ООО «Райпо» от имени ООО «Райпо» подписывал по генеральной доверенности полномочный представитель ФИО12, что подтвердил на допросе сотруднику полиции и налоговому инспектору ФИО10 (протокол допроса от 07.04.2021).

Полномочия ФИО10 до сентября 2018 года подтверждается генеральной доверенностью. Доверенности на ФИО12 и ФИО10 были выданы бывшим до сентября 2018 года директором ООО «Райпо» ФИО11, которая также подтвердила данный факт.

Более того, дубликаты документов от имени ООО «Райпо» в конце 2019 года были подписаны лично директором ООО «Райпо» ФИО10, в присутствии главного бухгалтера ООО «ЖВЗ», что свидетельствует также о последующем одобрении сделки директором общества, действующим на момент подписания на основании устава.

Подписи в документах подтверждены ФИО10 В связи с тем, что документы подписаны разными уполномоченными лицами - подписи в них отличаются.

Довод налогового органа о том, что при визуальном сравнении подписей ФИО10, содержащихся в регистрационных документах ООО «Райпо», с документами, представленными в ходе проверки проверяемым налогоплательщиком, установлено полное несоответствие подписи ФИО10, что по мнению налогового органа, свидетельствует о подписании данных документов не установленным лицом подлежит отклонению, так как Инспекция не воспользовалась своим правом, установленным статей 95 НК РФ, и не провела экспертизу в рамках выездной налоговой проверки. Кроме того, при рассмотрении дела по существу Инспекция также не заявляла ходатайство о проведении почерковедческой экспертизы. Визуальное сличение подписей не является доказательством, подтверждающим их отличия.

Действующее законодательство не возлагает на налогоплательщика, для которого выполняют работы организации - контрагенты, обязанности установления подлинности подписи на документах, принимаемых к бухгалтерскому и налоговому учету, что возможно установить только посредством проведения почерковедческой экспертизы.

Судом также признается несостоятельным довод налогового органа о том, что спорный контрагент не имел возможности осуществлять хозяйственную деятельность ввиду отсутствия трудовых ресурсов (численность 1 человек), имущества, транспортных средств и иных активов, необходимых для реального осуществления финансово-хозяйственной деятельности, платежей по банковскому счету на цели обеспечения ведения финансово - хозяйственной деятельности (за аренду имущества, коммунальные услуги, электроэнергию и т.д.), поскольку налоговым органом не учтено, что отсутствие у контрагента материальных и трудовых ресурсов не исключает реального осуществления ими хозяйственных операций, и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды ввиду возможности привлечения контрагентами физических лиц к осуществлению какой-либо деятельности по договорам гражданско-правового характера, привлечения материально-технических ресурсов на условиях договора аренды.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 N 305-КГ16-10399 отсутствие работников у контрагента само по себе не является признаком недобросовестности, поскольку закон не обязывает организацию иметь собственные основные средства и штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности. Если у контрагента нет имущества, это не означает, что он не может вести деятельность. Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.04.2017 по делу №А12-20203/2016.

Отсутствие у спорного контрагента задекларированной материально-технической базы, персонала, минимизация им уплаты налогов, неисполнительность в своих налоговых обязанностях, сами по себе не порочат сделки с их участием по налоговым последствиям для ООО «ЖВЗ», а касаются оценки деятельности спорных контрагентов, за которую заявитель ответственность нести не может.

Данный вывод подтверждается Постановлениями АС Поволжского округа от 29.06.2018 №Ф06-34135/2018 по делу №А12-37867/2017, от 13.02.2018 года по делу №А12-10631/201, от 13 сентября 2018 г. № Ф06-24135/2017 по делу №А55-2995/2016 и т.д.

Приведенные налоговым органом в решении выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о несовершении им хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило со спорными контрагентом сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг

То есть, налоговый орган, вменяя налогоплательщику создание формального документооборота должен доказать, что приобретение товаров (работ, услуг) налогоплательщиком не имело места в действительности.

Однако такие обстоятельства в рамках настоящего дела не подтверждены налоговым органом.

Обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на общество, являющееся покупателем товаров (работ, услуг).

Инспекцией не соблюдены рекомендации, указанные в Методических рекомендациях об исследовании и доказывании фактов умышленной неуплаты или неполной уплаты сумм налогов (далее - Методические рекомендации), разработанные ФНС России совместно со Следственным комитетом РФ.

Инспекцией не выявлено, действия каких конкретно должностных лиц организации привели к недоплате налога (п. 5 Методических рекомендаций), не проверено, есть ли внешние источники, которые подтверждают наличие умысла в противоправных действиях должностных лиц (п. 6 Методических рекомендаций), не собраны доказательства умышленного уклонения от налогов (п. 7 Методических рекомендаций), не сопоставлены противоречащие друг другу показания разных лиц, не проведены повторные опросы и допросы (п. 9 Методических рекомендаций), не собранны свидетельства умышленного уклонения от налогов, цели и мотивы действий должностных лиц, виновность которых доказывается (п. п. 4, 8 Методических рекомендаций).

Юридические лица и предприниматели приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своём интересе, они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству, условий договора.

Пунктом 1 статьи 105.1 Кодекса предусмотрено, что взаимозависимыми признаются лица, особенности взаимоотношений между которыми могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых между ними, и (или) экономические результаты деятельности этих (представляемых ими) лиц.

Лица, признаются взаимозависимыми в случаях, прямо предусмотренных пунктом 2 статьи 105.1 НК РФ. При этом взаимозависимость участников сделок сама по себе не является доказательством получения какой-либо налоговой выгоды.

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами.

То есть, налоговый орган должен представить доказательства, подтверждающие, что контрагент налогоплательщика (взаимозависимые с ними лица) имел возможность влиять на определение условий совершаемых налогоплательщиком сделок, а налогоплательщик действовал в общих экономических интересах группы, к которой он принадлежит, был связан в полноте свободы принятия решений в сфере своей финансово-хозяйственной деятельности, что должно было сказаться на условиях и результатах исполнения соответствующих сделок.

В нарушение вышеуказанных положений, налоговым органом в ходе проверки не собраны достаточные доказательства и не установлены факты согласованности действий группы лиц, факты подконтрольности фирмы - "однодневки", с которой заключена сделка; факты имитации хозяйственных связей с фирмами - "однодневками"; сложность, запутанность повторяющихся (продолжающихся) действий налогоплательщика, свойственные налоговым схемам, а не обычной деятельности. Отсутствует доказательства управления финансово-хозяйственной деятельностью спорных контрагентов именно заявителем.

В Постановлении от 06 апреля 2010 года № 17036/09 Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации указал на то, что по делам, связанным с взаимозависимостью участников сделки, следует устанавливать, каким образом взаимозависимость повлекла необоснованную выгоду и за счет чего конкретно, такая выгода образовалась. Аналогичную правовую позицию изложил Арбитражный суд Поволжского округа в постановлении от 26 сентября 2014 года по делу № А72-10625/2013.

Следует отметить, что налоговым органом приводятся обстоятельства в отношении контрагента, свидетельствующие о возможном нарушении законодательства им самим и его контрагентами по цепочке.

Таким образом, основания для отнесения контрагента ООО «Райпо» к категории недобросовестных налогоплательщиков отсутствуют.

Суд с учетом вышеизложенного считает, что обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган, не опровергают фактического поступления спорных комплектующих, выполнения поставки, о недобросовестности общества не свидетельствуют, относятся исключительно к деятельности рассматриваемых контрагентов и контрагентов 2-6 звена. Указанные обстоятельства не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на общество, являющееся покупателем товаров (услуг).

При таких обстоятельствах суд считает, что представленные налоговым органом доказательства не опровергают факт осуществления реальных хозяйственных операций между заявителем и его контрагентами

По тем же основаниям отклоняются доводы Инспекции об установлении отсутствия у контрагентов ООО «Райпо», ООО «Полярис», ООО «Ильтар», ООО «Техарсенал», ООО «Див», ООО «Бизнеслогистик» трудового ресурса и материально-производственной базы, необходимых для ведения реальной хозяйственной деятельности.

Налоговый орган указывает на последовательность взаимоотношений, сформированной по книгам покупок от выгодоприобретателя до контрагента (ООО «ЖВЗ»- ООО «Райпо» - ООО «Полярис» - ООО «Ильтар» - ООО «Техарсенал» - ООО «Див» - ООО «Бизнеслогистик») и как следствие факта наличия у указанных контрагентов признаков «фирмы-однодневки» (записи о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ, отсутствие оплаты, отсутствие численности и материальных активов), что по мнению налогового органа, свидетельствует об их создании без цели ведения предпринимательской деятельности, а с целью искусственного вовлечения в цепочку хозяйственных связей.

Однако суд не может согласиться с данным доводом налогового органа, в виду следующего.

Верховным Судом РФ в определении от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597, указано, что если организация доказала факт приобретения товаров, то налоговый орган не вправе отказать ей в вычете НДС даже в том случае, если ее контрагент (поставщик) имеет признаки фирмы-однодневки и не платит в бюджет НДС.

Согласно п. 10 Постановления № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом, в частности, в силу отношений взаимозависимости или аффилированности налогоплательщика с контрагентом.

В Письме от 23.03.2017г № ЕД-5-9/947@ ФНС России отмечает, что налоговым органам следует исходить из того, что об умышленных действиях налогоплательщика, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды путем совершения операций с проблемным контрагентом или путем создания формального документооборота с использованием цепочки контрагентов, могут свидетельствовать установленные факты юридической, экономической и иной подконтрольности, в том числе на основании взаимозависимости спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику, обстоятельства, свидетельствующие о согласованности действий участников сделки (сделок), а также (или) доказательства нереальности хозяйственной операции (операций) по поставке товаров (выполнению работ, оказанию услуг).

Вместе с тем организации - контрагенты не взаимозависимы, не аффилированы с Обществом, не подконтрольны ему. Какие-либо согласованные действия, направленные на уход от уплаты налогов, отсутствуют.

Инспекцией не установлены какие-либо факты (подтвержденные соответствующими доказательствами, материалами дела), доказывающие, что Общество учредило организации - контрагенты, давало им обязательные указания и каким-либо образом контролировало или имело возможность контролировать деятельность указанных организаций, управляло их деятельностью, давало обязательные указания, определяло действия спорных контрагентов и каким-либо образом получало обратно на свои счета денежные средства, перечисленные на счета организаций – контрагентов.

Доказательств того, что Общество имеет отношение к определению действий, принятию решений организациями - контрагентами по осуществлению хозяйственной деятельности налоговым органом не представлено, следовательно, Общество не должно нести ответственность за то, каким образом указанные организации распоряжались поступающими к ним денежными средствами.

Таким образом, доказательства использования Обществом налоговой схемы в материалах дела отсутствуют. Налоговый орган не опроверг реальность сделок между контрагентом и заявителем.

Между тем, реальность оказания спорным контрагентом поставок подтверждается представленными заявителем документами, материалами дела и протоколом допроса ФИО10 от 07.04.2021. В частности, ФИО10 в своем допросе пояснил, что доставка товара осуществлялась силами и за счет средств ООО «Райпо». Доставка этикетки, укупорочного устройства, стикеров, колпака, сувенирной упаковки, патронов и блоков захвата осуществлялась личным автомобильным транспортом ФИО12 (джип с прицепом). В рамках проверки наличие на тот момент соответствующего автомобиля у ФИО12 подтвердилось. Товар был принят на складе ООО «ЖВЗ», что подтверждается свидетельскими показаниями, как сотрудников ООО «ЖВЗ» (кладовщиком ФИО13 в протоколе допроса от 01.12.2020г., главным бухгалтером ФИО14 в протоколе допроса от 11.08.2020г., бухгалтером ФИО15 в протоколах допроса от 11.08.2020г. и 01.12.2020г., директором Гетманом А.А. в протоколе допроса от 12.08.2020г.), так и ООО «Райпо» (ФИО10, допрошенного совместно сотрудниками полиции и налогового органа 07.04.2021г.).

Кроме того, в ходе допроса кладовщик ООО «ЖВЗ» ФИО16 указала инспекторам точное наименование товара, полученного от ООО «Райпо». Товар, по словам свидетеля, она принимала только после проверки его фактического наличия. Сообщила место приемки товара. Свидетель пояснила цель приобретения товара и его фактическое использование.

Товар, поступивший от ООО «Райпо» перемещался со склада в производство, то есть менялись материально ответственные лица. Перемещение оформлено первичными внутренними бухгалтерскими документами, подписанными материально-ответственными лицами.

В рамках налоговой проверки установлено, что пробка, колпак, укупорочное устройство и этикета списаны в связи с невозможность использования.

Однако, налоговым органом не учтено, что этикетки списаны в декабре 2019г. в прочие расходы на сч. 91.2 в связи с невозможностью использования в производстве по причине несоответствия адреса лицензиата, указанного на контрэтикетках (т.е. на контрэтикетках, закупленных в 2018г. у ООО «Райпо» отражен старый юридический адрес регистрации производителя - ООО «ЖВЗ»: <...>, который с 24.12.2019г. изменен на следующий адрес: <...>, что отражено в лицензии от 24.12.2019г.).

Контрэтикетки также списаны в прочие расходы на сч. 91.2, так как этикетки и контрэтикетики закупаются и используются комплектами. В комплекте этикетка и контрэтикета гармонично дополняют друг друга: напечатаны на одной бумаге, имеют полное цветовое соответствие. Использование этикеток и контрэтикеток из разных комплектов недопустимо, так как внешний вид продукта будет неподобающим.

Этикетки и контрэтикетки закупались у ООО «Райпо» в рамках поиска альтернативных поставщиков небольшой пробной партией.

Из анализа налоговых и бухгалтерских регистров ООО «ЖВЗ» следует, что ООО «Райпо» являлось поставщиком товара (колпачка, укупорочного устройства, этикетки, пробки, упаковки), в том числе, не поставляемого в указанный период иными поставщиками, например: УКС винтовое зеленый Акатуй; УКС Володинка 0,5 черный; набор этикеток Величавая хлебная 0,5; этикетка Домашний Доктор 0,5 и т.д. Сувенирная упаковка списана и использована в производстве ООО «ЖВЗ».

Анализ деятельности ООО «ЖВЗ» показал, что в проверяемый период алкогольная продукция реализовывалась как в индивидуальной упаковке, так и без нее.

В силу специфики организации бухгалтерского и налогового учета в ООО «ЖВЗ», реализацию продукции в индивидуальной упаковке можно отследить только по заявкам от покупателей и стоимости продукции.

В учете ООО «ЖВЗ» в отчетном периоде не было организовано списание индивидуальной сувенирной упаковки совместно с алкогольной продукцией, упакованной в нее. Поэтому, сувенирную упаковку списывали отдельно по итогам отчетного периода с использованием бухгалтерского счета 91.

Количество списанной упаковки в полном объеме соответствует количеству реализованной алкогольной продукции, упакованной в нее. При этом, сравнить количество списанной упаковки необходимо с отчетом о реализации алкогольной продукции, а не с отчетом о выпуске продукции на склад, как необоснованно указывает налоговый орган.

Таким образом, сувенирная упаковка, поступившая от ООО «Райпо», в полном объеме была использована в производстве.

Расходные материалы для линии розлива (блок захвата, патрон укупорочный и наливной, клапана) установлены на линиях розлива, что подтверждается Актами о списании. В связи с тем, что блоки захвата горлышка бутылки и патроны наливные становятся неисправными в связи с истечением срока использования, а также при длительном простое линии розлива, что существенно сокращает срок службы. Износ данных запчастей зависит от качества поставляемых материалов (бутылки, пробки и т.д.) в соответствии с этим и производилась замена раз в месяц, раз в квартал. Износ подъемных столиков зависит от типа бутылки, за смену они неоднократно могут меняться и переставляться под каждый тип бутылки, что и приводит их к быстрому износу. Замену данных запчастей осуществляют слесаря на линии розлива. Замена запчастей оформлялась актом о списании.

На момент проверки все запасные части для Линий розлива были списаны комиссионно и сданы в металлолом, поэтому техническая документация не сохранилась.

Следовательно, довод проверяющих о том, что факт наличия запасных частей, после их сдачи в металлолом не подтвержден в связи с непредставлением технической документации, несостоятелен и отклоняется судом.

С целью установления реальности/нереальности и необходимости приобретения ООО «ЖВЗ» у контрагента ООО «Райпо» расходных материалов на Линию розлива, были допрошены мастер линии ФИО17 протокол допроса № б/н от 13.08.2021), слесарь ФИО18 (протокол допроса № б/н от 13.08.2021) и бывший заместитель директора по производству ФИО19 (протокол допроса № б/н от 13.08.2021).

Свидетели показали, что расходные материалы PR32-28-43 (Блок захвата), CAPVIT-V28 (Патрон укупоркой), Fimer-Патрон наливной, Патрон наливной RU32-15, PR32-28-43 (Блок захвата ГБ), клапан, дозатор, полученные от ООО «Райпо», были необходимы для эксплуатации Линии розлива 1, на которой разливается продукция в тару 0,1 л., 0,2 л. и 0,25 л.

Расходные материалы для линии розлива согласно Методическим указаниям по бухучету спецоснастки и спецодежды (Приказ Минфина от 26.12.2002 года № 135н) и Методическим указаниям по бухучету МПЗ (Приказ Минфина РФ от 28.12.2001 года № 119н), а также ПБУ 5/01 были учтены в качестве материалов и списаны в состав общехозяйственных расходов.

- 10 л. бутылки и упаковка к ним находятся на складе ООО «ЖВЗ» в г. Тольятти, что подтверждено протоколом осмотра налогового органа;

Бутылка объемом 10 литров, качели для бутылок, ящик деревянный под бутылки 10 литров, поступившие от ООО «Райпо», были приобретены под индивидуальный заказ покупателя, отказавшегося впоследствии от его реализации, что не может свидетельствовать о нецелесообразности данной покупки.

- стеллажи, установлены на складах готовой продукции, в том числе на складе в г. Тольятти, что подтверждено протоколом осмотра налогового органа. Однако в последствии (после осмотра), по просьбе директора ООО «Самторгпром» ФИО20, часть стеллажей переданы последнему по разделительному балансу.

Стеллажи согласно Методическим указаниям по бухучету спецоснастки и спецодежды (Приказ Минфина от 26.12.2002 года № 135н) и Методическим указаниям по бухучету МПЗ (Приказ Минфина РФ от 28.12.2001 года № 119н), а также ПБУ 5/01 были учтены в качестве материалов и списаны в состав общехозяйственных расходов.

- погрузчики использовались в производстве, и также по просьбе директора ООО «Самторгпром» были переданы последнему.

- депаллетайзер хранится на территории завода по адресу: <...>, что подтверждено актом осмотра территории налоговым органом. От иных поставщиков депаллетайзер не поступал.

Депаллетайзер предназначен для подачи тары на линии розлива. Депаллетайзер должен обеспечить расформирование паллеты и автоматическую подачу пустой тару на конвейер линии розлива. Для его установки необходима небольшая модернизация линии розлива.

ООО «ЖВЗ» планирует использовать депаллетайзер, полученный от ООО «Райпо», в производстве.

- вентиляционная система приточно-вытяжная в количестве 2 шт., приобретенная у ООО «Райпо» и установленная подрядной организацией ООО «АРМ-Строй» на объекте по адресу: <...> по договору подряда № СМР87-2019 от 11.09.2019 года, обслуживались специалистами ООО «ЖВЗ», что подтверждается актами проверки работоспособности системы. От иных поставщиков вентиляционная система не поступала.

В июле 2020 года вентиляционная система была учтена на счете 08.3 и «01» августа 2020 года введена в эксплуатацию, как основное средство ООО «ЖВЗ», что подтверждается отчетом по основным средствам по состоянию на 01.08.2020 года.

То есть, расходы по вентиляционной системе ООО «Райпо» в проверяемый период не уменьшали налогооблагаемую базу по налогу на прибыль. Следовательно, выводы налогового органа о необходимости учета вентиляционной системы в составе основных средств, а тем более о доначислении налога на прибыль несостоятельны и отклоняются судом.

Токарные и инструментальные станки, использованы для корректировки запчастей и инструмента. Инструментальные станки были поставлены транспортом ООО «Райпо» в производственное помещение ООО «Механика» по адресу: <...>.

Станки осмотрены налоговым органом в рамках проводимой проверки и правоохранительными органами в рамках возбужденного по инициативе налоговой уголовного дела. При этом, в оспариваемом решении не дана оценка результатам осмотра станков правоохранительными органами.

Налоговый орган указывает на расхождение показаний ФИО10, данным в допросах 08.02.2019 года и 07.04.2021 года, что объясняется присутствием на допросе 07.04.2021 года главного бухгалтера ООО «ЖВЗ».

Вместе с тем, суд считает, что вывод налогового органа противоречит материалам проверки, поскольку главный бухгалтер ООО «ЖВЗ» не участвовал в допросе, не высказывал свою позицию, не комментировал ни вопросы, ни ответы. Участие главного бухгалтера ООО «ЖВЗ» сводилось только к присутствию.

В силу подп. 8 п. 1 ст. 21 НК РФ налогоплательщик вправе присутствовать при проведении выездной налоговой проверки.

Положения статьи 90 НК РФ не препятствуют участию представителя налогоплательщика в допросе свидетеля, если такой допрос проводится в рамках выездной налоговой проверки этого налогоплательщика.

То обстоятельство, что выездная налоговая проверка и допрос свидетеля могут проводится не на территории налогоплательщика (п. 1 ст. 89 НК РФ, п. 4 ст. 90 НК РФ), не может ограничить право представителя налогоплательщика присутствовать при проведении этого мероприятия налогового контроля.

Свидетель предупреждается об уголовной ответственности и должен давать правдивую и максимально точную информацию, отвечая на вопросы, а налоговый орган - без искажений ее зафиксировать. Достоверность показаний свидетеля может быть оспорена налогоплательщиком и присутствие на допросе свидетеля представителя налогоплательщика, отсутствие замечаний с его стороны, по сути, сводит возможность оспаривания показаний к минимуму. Тем более, что допрос ФИО10 проводился налоговым инспектором с участием старшего оперуполномоченного по особо важным делам 7 отдела УЭБиПК ГУ МВД России по Самарской области.

Отвечая на вопросы налогового инспектора и сотрудника полиции, в допросе от 07.04.2021 года ФИО10 пояснил, что ранее давал неточные показания, так как полагал, что его обманули при организации деятельности ООО «Райпо» (при распределении прибыли).

ФИО10 подробно пояснил, что учредил ООО «Райпо» совместно со своим крестным ФИО12 Организация деятельности ООО «Райпо» осуществлялась под руководством ФИО12, который обучал его вести предпринимательскую деятельность. ФИО10 совместно с ФИО12 от деятельности ООО «Райпо» планировали получить дивиденды.

ФИО10 пояснил, что в адрес ООО «ЖВЗ» в 2018 году поставил этикетку, пробку, стикеры, колпаки, сувенирную упаковку, запчасти для линий розлива, инструментальные станки. Указал, что некоторые поставки были осуществлены при его участии. Свидетелю известно, что инструментальные станки ООО «Райпо» передало в ООО «ЖВЗ» в промышленной зоне города Тольятти на улице Ларина, потому как на территории завода в г. Жигулевске не было места. Вентиляционная система, поставленная ООО «Райпо», установлена на объекте ООО «ЖВЗ» в г. Тольятти в Шлюзовом районе. Все переданные имущество и товары приняты кладовщиком ООО «ЖВЗ».

В отношении записи в ЕГРЮЛ о предстоящем исключении ООО «Райпо» из реестра, пояснил, что ФИО12 консультировался по данному вопросу с сотрудниками налоговой инспекции, которые уверили его, что фирму не ликвидируют и они продолжат работать, так как ООО «Райпо» фактически осуществляло деятельность - имелась кредиторская и дебиторская задолженность. Данная позиция подтверждена письмом ФНС России от 09.04.2020 года № КВ-4-14/6053@.

С целью установления возможных перевозчиков, налоговым органом были сделаны запросы в адрес ряда индивидуальных предпринимателей.

Из ответа ИП ФИО21. следует, что договор-заявка № 000000539 от 02.02.2018 года от ООО «ТК Евразия», был перезаключен с ООО «Райпо». При этом, ИП ФИО21. указала, что оплату по указанному договору-заявке произвело ООО «Райпо». Указанное свидетельствует только о том, что между ООО «Райпо» и ООО «ТК Евразия» имелись взаимоотношения, а не как указано проверяющими, для использования минимизации налогов. Кроме того, большинство запросов осталось без ответа и удовлетворения. Также, пришли ответы о том, что документы не сохранились.

В отношении довода налогового органа об отсутствии требований об оплате поставленного товара, судом установлено, что в ООО «ЖВЗ» в конце 2019 года от ООО «Райпо» поступала претензия, в ответ на которое ООО «ЖВЗ» предоставляло гарантийное письмо. Однако выполнить свои обязательства заявителем не получилось, так как 16 июля 2020 года, деятельность ООО «Райпо» была прекращена по решению налогового органа.

По взаимоотношениям ООО «ЖВЗ» с ООО ПКФ «КЗПФ» и ООО НПФ «Мета», судом установлено следующее.

Налоговый органа указывает, что в рамках проведенной в 2019 камеральной проверки налоговой декларации налогоплательщика по НДС за 4 кв. 2018 с целью проверки правомерности принятия к вычету сумм налога по оборудованию, приобретенному у спорного контрагента ООО «Райпо» была проведена комиссия, в ходе которой налогоплательщик пояснил о местонахождении данного оборудования по следующему адресу: 442543, <...> с предоставлением копии договора аренды оборудования б/н от 27.03.2019 по которому ООО «ЖВЗ» - арендодатель, а ООО ПКФ «КЗПФ» - арендатор данного оборудования.

Из иных проведенных в рамках камеральной налоговой проверки мероприятий налогового контроля по проверке правомерности применения вычетов, заявленных ООО «ЖВЗ» по спорному контрагенту ООО «Райпо» в налоговой декларации по НДС за 4 кв. 2018 следует, что собственником имущества, находящегося по адресу: 442543, <...> в виде помещений и находящегося в них оборудования является ООО НПФ «Мета».

ООО ПКФ «КЗПФ» зарегистрировано по адресу нахождения имущества собственника ООО НПФ «Мета»: 442543, <...> в связи с предоставлением собственником в адрес ООО ПКФ «КЗПФ» необходимого для ведения деятельности имущества: нежилые помещения с находящимся в них оборудованием, согласно договору аренды нежилых помещений и находящегося в них оборудования № 7 от 09.06.2018.

По взаимоотношениям с ООО ПКФ «КЗПФ» Инспекцией установлено, что из договора аренды оборудования б/н от 27.03.2019 следует, что ООО «ЖВЗ» с марта 2019 сдавало ООО ПКФ «КЗПФ» оборудование в виде станков и прессов в количестве 20 ед. по адресу: 442543, <...>.

В ходе проведенных мероприятий, Инспекцией сделан вывод, что факт отсутствия в помещениях ООО «КЗПФ» дополнительного оборудования в количестве 20 ед., принадлежащего ООО «ЖВЗ», подтверждает, что зафиксированное в ходе осмотра оборудование принадлежало ООО НПФ «Мета».

В ходе рассмотрения дела, заявитель пояснил, что в 2019 года между ООО НПФ «Мета» и ООО «ЖВЗ» был заключен договор купли-продажи инструментального оборудования: Станок фрезерный МАНО № 40737 / инв.№ 370; Фрезерный станок по дереву Б/Н / инв.№ 366; Станок фрезерный универсальный 6Р12№ 1471 /инв.№ 371; Станок плоскошлифовальныйиЗЕ71(0)В № 1182 / инв.№372; Плоскошлифовальный станок № 161 /инв.№356; Плоскошлифовальный станок 3F711P № 3461 /инв.№ 360; Круглошлифовальный станок ЗУФ11 № 2998 / инв.№ 359; Станок сверлильный настольный 2М112№ 4290 /инв.№ 373; Вертикально-сверлильный станок Б/Н / инв.№ 367; Вертикально-сверлильный станок 20132 № 4655 /инв.№ 367/1; Станок электроэрозийный 0648 № А20786 / инв.№ 374; Расточной станок 3SMO № 1910/2845 / инв.№ 361; Заточной станок Б/Н/инв.№363; Токарный станок № 1М63/инв.№362; Токарный станок № 1К62/инв.№ 362/1; Пресс кривошипно-шатунный №3177 инв.№357; Пресс кривошипно-шатунный PCH-20SU № 2389 / инв. № 369; Пресс гидравлический № 18007/инв.№ 358; Пресс гидравлический Б/Н / инв.№ 364; Пресс гидравлический ДВ428Б № 256 инв.№ 365.

В связи с тем, что указанное оборудование находились на территории ООО ПКФ «КЗПФ» по адресу: <...>, между ООО ПКФ «КЗПФ» и ООО «ЖВЗ» был заключен договор аренды оборудования.

Однако, по инициативе ООО «ЖВЗ», сделки не состоялись, из-за наличия у ООО «ЖВЗ» претензий по техническому состоянию оборудования ООО НПФ «Мета».

Из материалов дела следуете, что инструментальное оборудование, приобретенное у ООО «Сириус» и ООО «Райпо» находилось на хранении у ООО «Механика» в городе Тольятти.

Таким образом, взаимоотношения ООО «ЖВЗ» с ООО ПКФ «КЗПФ» и ООО «Мета» не имеют никакого отношения к оборудованию, поставленному ООО «Райпо».

Из представленных в материалы дела документов, судом установлено, что 07 июня 2018 года между ООО «Механика» и ООО «ЖВЗ» был заключен договор безвозмездного ответственного хранения оборудования, со сроком окончания хранения – до востребования, но не позднее 31.12.2023 года.

Наименование и количество оборудования, принятого от ООО «ЖВЗ» на хранение указано в спецификациях, являющихся неотъемлемой частью указанного договора.

Приемка-передача оборудования оформлена актами № 1 от 18 июня 2018 года, № 2 от 18 октября 2018 года, № 3 от 23 октября 2018 года, № 4 от 20 ноября 2018 года, № 5 от 22 ноября 2018 года, № 6 от 26 ноября 2018 года, № 7 от 02 декабря 2018 года, № 8 от 05 декабря 2018 года, № 9 от 14 декабря 2018 года, № 10 от 17 декабря 2018 года, № 11 от 19 декабря 2018 года, № 12 от 21 декабря 2018 года, № 13 от 24 декабря 2018 года, № 14 от 27 декабря 2018 года, № 15 от 26 марта 2019 года, № 16 от 26 марта 2019 года, № 17 от 26 марта 2019 года, № 18 от 26 марта 2019 года, № 19 от 26 марта 2019 года.

Оборудование передано на условиях предоставления возможности Хранителю – ООО «Механика» использовать его по прямому назначению для достижения своих уставных целей.

При этом, ООО «Механика» обеспечивается возможность и оказывается содействие ООО «ЖВЗ» использовать оборудование для изготовления деталей, узлов, оснастки и комплектующих для линий розлива, фасовки, укупорки и этикеровки.

Оборудование, принятое ООО «Механика» по договору безвозмездного ответственного хранения от 07 июня 2018 года, располагается в цехе (производственном помещении) по адресу: <...>.

Оборудование, переданное ООО «ЖВЗ», используется в деятельности ООО «Механика» и ООО «Авток плюс». То есть, ООО «ЖВЗ» имело возможность безвозмездно хранить инструментальное оборудование на охраняемых площадях, ремонтировать детали для линий розлива и обеспечивать работоспособность указанного оборудования за счет средств ООО «Механика» и ООО «Авток плюс», которые в свою очередь, имели возможность использовать данное оборудование в своей предпринимательской деятельности.

Из материалов проверки следует, что в собственности ООО «Авток плюс» находится следующее оборудование: газификатор ГХК в раме на колесах, оборудование приобреталось в 2019 году; заточной станок ON-220 с приспособлением для заточки инструмента с делительной головкой; матричный комплект; оборудование токарное СКЕ6136Z; погрузчик Балканкар эл г.п.2тн.; станок газовый ПЛ3000М; токарный станок с ЧПУ Citizen М-20; установка компрессорная винтовая АСО-ВК11/16-500 с дополнительной опцией, оборудование приобреталось в 2019 году.

Таким образом, оборудование, приобретаемое ООО «Авток плюс» в период 2018-2019 годов, не имеет ни одного совпадения с наименованием и характеристиками оборудования ООО «ЖВЗ», полученного от ООО «Райпо».

Однако, проверяющими не установлено местонахождение 17 единиц оборудования ООО «ЖВЗ», переданного в ООО «Мехника».

При этом, при проведении налоговым органом дополнительных мероприятий получены ответы от ООО «Механика» и ООО «Авток плюс», в которых директор ФИО22 подтверждает, что все оборудование, переданное во исполнение договора безвозмездного ответственного хранения, заключенного 07 июня 2018 года между ООО «Механика» (Хранитель) и ООО «ЖВЗ» (Поклажедатель), находится по адресу: <...>. Отсутствие части оборудования в указанном помещении на момент проведения проверки налоговым органом согласно показаний ФИО22 объясняется передачей его в ремонт, проведение которого в помещении Хранителя не представлялось возможным (протокол допроса от 06.05.2022 СУ СК России по Самарской области). Налоговым органом указанное не опровергнуто.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что взаимоотношения ООО «ЖВЗ» с ООО ПКФ «КЗПФ» и ООО «Мета» не имеют никакого отношения к оборудованию, поставленному ООО «Райпо».

Таким образом, из совокупности установленных по делу обстоятельств, суд считает, что налоговым органом необоснованно произведено доначисление сумм НДС и налога на прибыль, а также соответствующих пеней и штрафа по контрагенту ООО «Райпо».

3. Относительно доначисления сумм НДС и налога на прибыль по контрагенту ООО «Авантаж», судом установлено следующее.

Налоговый орган указывает на отсутствие реальных финансово-хозяйственных отношений, в результате чего Обществом неправомерно предъявлен вычет по НДС за 3, 4 квартал 2019 года и установлена неполная уплата налога на прибыль по контрагенту ООО «Авантаж».

Судом установлено, что в 3 квартале 2019 года ООО «ЖВЗ» («Покупатель») и ООО «Авантаж» («Поставщик») заключили договоры поставки № 44 от 01.07.2019, № 45 от 22.07.2019, № 46 от 26.08.2019. Поставщик обязуется передать в собственность Покупателю товар: кабель ВВГнг (А) 4x120 в количестве 3279 м, кабель ВВГнг (А) 1x240 в количестве 4251 м, кабель ВВГнг (А) 4x185 в количестве 3005 м, кабель ВВГнг (А) 4x150 в количестве 3098 м. Доставка товара осуществляется силами Покупателя. Покупатель вправе оставить поставляемый товар на ответственном хранении у Поставщика в соответствии с отдельно заключенным договором хранения.

В ходе проверки установлено, что в 4 квартале 2019 ООО «ЖВЗ» («Покупатель») и ООО «Авантаж» («Поставщик») заключили договор поставки от 01.10.2019 № 80.

В соответствии с пунктом 1.1. договора поставки от 01.10.2019 № 80 Поставщик обязуется передать в собственность Покупателю, а Покупатель обязуется принять и оплатить, указанный в Спецификациях к настоящему договору, следующий товар: по спецификации № 1 от 01.10.2019 г.: сталь листовую в количестве 7 тонн стоимостью 1399680 руб. (в том числе НДС – 233280 руб.); по спецификации № 2 от 01.10.2019 г.: автопогрузчик ТСМ FD30Т6 стоимостью 1500000 руб. (в том числе НДС – 250000 руб.). По спецификации № 3 от 11.11.2019 г.: инспекционную машину «PERRIER MCV-24» стоимостью 1350000 руб. (в том числе НДС – 225000 руб.).

Заявитель, указывая на реальность финансово-хозяйственных отношений пояснил, что договор Общество заключало со спорным контрагентом после соответствующей проверки, проявляя должную осмотрительность в отношении контрагента для проверки добросовестности и благонадежности, а именно при выборе организации-контрагента была использована общедоступная информация, в том числе из сети Интернет (просматривались имеющиеся страницы (сайты)), в частности, сервис на сайте ФНС России, ФССП, Мой Арбитр, сервис в системе СПАРК и Контур, также были запрошены и получены от контрагента все документы по должной осмотрительности.

Как установлено судом и налоговым органом не оспорено, в проверяемом налоговом периоде спорный контрагент заявителя числился в ЕГРЮЛ, зарегистрирован в установленном законом порядке, поставлен на налоговый учет, осуществлял реальную хозяйственную деятельность, что не может свидетельствовать о неблагонадежности ООО «Авантаж».

Реальность поставки ООО «Авантаж» в адрес ООО «ЖВЗ» товара подтверждается следующим обстоятельствами.

В отношении Инспекционной машины "PERRIERMCV-24" судом установлено, что факт передачи оборудования в монтаж подтвержден комиссионным актом приема-передачи от 22 июня 2020 года. ФИО23 введена в эксплуатацию 25 июня 2020 года, что подтверждается: актом о приемке оборудования после испытания; отчетом по основным средствам; инвентарной карточкой учета объекта основных средств. ФИО23 эксплуатируется на заводе по адресу: <...>.

Наличие указанной инспекционной машины в ООО «ЖВЗ», поступившей от ООО «Авантаж», подтверждается проведенным осмотром территории завода и допросом сотрудников ООО «ЖВЗ».

При этом, производителем инспекционной машины является Французская фирма PERRIER (Est PERRIER), что указано в Паспорте (стр.5).

В связи с чем, довод налогового органа о том, что производителем инспекционной машины является ООО «ГК Роспродмашсервис», ошибочен: ООО «ГК Роспродмашсервис» восстанавливало техническую документацию на указанное оборудование и подтверждало соответствие технического состояния данного оборудования восстановленной технической документации.

В отношении Кабеля ВВГнг(А), судом установлено, что Кабель ВВГнг(А) 4x185, 1x240, 4x120, 4x150, полученный от ООО «Авантаж» в полном объеме был использован в строительно-монтажных работах в здании № 43 на улице ФИО24 в городе Тольятти (складское офисное помещение). Работы выполнены ООО «ЦКС-Стиль» ИНН <***>. Кабель передавался, как давальческое сырье по накладной в 2019 году, поэтому в акте выполненных строительно-монтажных работ, а ранее и в смете кабель отражен с нулевой стоимостью. Электроснабжение в здании до ремонта отсутствовало.

Также в строительно-монтажных работах была использована сталь листовая и вентиляционная система, также переданные по накладной.

Судом установлено, что работы по монтажу кабеля не выделялись отдельной строчкой в актах выполненных работ, однако устройство кабеля зафиксировано в отчете об использовании давальческого сырья на объекте и в исполнительной документации на объект. Стоимость кабеля учтена в стоимости здания, в котором он был установлен, что подтверждается карточкой счета 01 за 2020 год.

В отношении стали листовой, судом установлено, что сталь листовая использована при ремонте здания на ФИО24 43. Работы выполнены ООО «АРМ-Строй» ИНН <***>. Сталь передавалась как давальческий материал по накладной. В смете и акте выполненных работ Сталь указана с нулевой стоимостью.

Использование стали, полученной от ООО «АРМ-Строй» подтверждено также и свидетельскими показаниями сотрудников ООО «ЖВЗ» - главного инженера ФИО25 (протокол допроса от 13.08.2020г. и 24.03.2021г.), бухгалтера ФИО15 (протокол допроса от 01.12.2020г.) а также сотрудниками ООО «Авантаж» ФИО26 (протокол допроса от 16.02.2021г.), бывшими директорами ФИО7 (протокол допроса от 18.04.2022г.) и ФИО6 (протокол допроса от 14.04.2022г.)

Следовательно, налоговым органом установлено фактическое наличие данного ТМЦ и использование его при производстве строительно-монтажных работ в офисно-складском здании ООО «ЖВЗ» на ул. ФИО24, 43 в г. Тольятти.

В отношении выполненных строительно-монтажных работ судом установлено, что ООО «Авантаж» выполняло строительно-монтажные работы на объекте «Материальный склад» по адресу <...> а именно земляные работы, устройство автомобильных дорог, устройство парковок, сооружения заборов, ограждающих территорию склада, на фундаменте из бетонных блоков с четырьмя выездами дороги, устройства ливневых канализаций и септиков, устройства магистралей холодного водоснабжения, утепления фасадов с двух сторон, сооружения крыльца с брусчаткой, что подтверждается представленными заявителем договором подряда, сметой и актами выполненных работ.

Факт выполнения работ подтверждается также свидетельскими показаниями директора ООО «Арм-Строй» ФИО27 (протокол допроса от 24.03.2021г., от 12.12.2022г., допрошенного в СУ СК РФ по Самарской области), выполнявшего параллельно с ООО «Авантаж» строительно-монтажные работы на указанном объекте, директоров ООО «Авантаж» ФИО6 (протокол допроса от 14.04.2022г.) и ФИО7 (протокол допроса от 18.04.2022г.), допрошенных СУ СК РФ по Самарской области.

В отношении автопогрузчика ТСМ FD30T6, судом установлено, что автопогрузчик был передан в ООО «ЖВЗ» вместе с технической документацией на него. Введен в эксплуатацию автопогрузчик в ООО «ЖВЗ» 09.01.2020 года. Так как автопогрузчик эксплуатируется на производственной территории и не передвигается по дорогам общего пользования, автопогрузчик не зарегистрирован в Ростехнадзоре.

При этом суд отмечает, что ответственность предусмотренная за отсутствие регистрации в Ростехнадзоре, не ставит под сомнение передачу автопогрузчика от ООО «Авантаж» и не влияет на право собственности на него.

Довод об отсутствии у ООО «Авантаж» необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого и технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств и перечислений по ведению ФХД судом отклоняется, поскольку из представленных документов, в том числе выписке из расчетного счета следует, что контрагент обладал материальными внеоборотными активами, позволяющими вести реальную финансово-хозяйственную деятельность, производились необходимые обязательные отчисления в пенсионный фонд, в фонд обязательного медицинского страхования, на обязательное социальное страхование, выплачивалась заработная плата.

Относительно указания налогового органа на подконтрольность и согласованность действий контрагентов ООО «Авантаж» (с одного IP-адреса: 95.131.147.27 представлены декларации контрагентами ООО «Авантаж» ООО «Мострест» и ООО «Ротор»; директором ООО «Мострест» и ООО «Вордгрупп» является одно и то же лицо ФИО8; директором ООО «Двор-Рус» и ООО «Вуд Стоун Хаус» является одно и то же лицо ФИО9), суд отмечает следующее.

Совпадение IP-адреса само по себе не может свидетельствовать о подконтрольности указанных организаций налогоплательщику и согласованности их действий.

Суд отмечает, что IP-адрес – это сетевой адрес узла в компьютерной сети, а не адрес конкретного компьютера. IP адреса бывают двух видов. IP-адрес называют статическим (то есть постоянным, неизменяемым), если он не может быть присвоен другому устройству. IP-адрес называют динамическим (непостоянным, изменяемым), если он назначается автоматически при подключении устройства к сети и используется в течение ограниченного промежутка времени, как правило, до завершения сеанса подключения. Таким образом, динамический IP-адрес, а именно они в большинстве случаев используются, не уникален. IP адрес соединения узла с сетью Интернет может совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если Интернет- соединения были сделаны в разное время.

В большинстве случаев для подключения к сети применяются динамические IP-адреса, что дает провайдеру возможность обслуживать больше клиентов, чем реальное количество свободных адресов, находящихся во владении провайдера. В результате динамические IP-адреса соединения с Интернетом могут совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если подключения к сети Интернет были осуществлены в разное время.

Следовательно, одинаковый динамический IP-адрес - это отнюдь не один компьютер, а чаще всего сервер, расположенный, например, в офисном здании или группе зданий. Один и тот же IP-адрес без использования ключа электронной цифровой подписи не является средством идентификации клиента автоматизированной системы расчетов.

При этом указание налоговым органом в решении Управления и впоследствии в отзывах о том, что IP-адреса статические, не соответствует сведениям в оспариваемом решении, в котором на вид IP-адреса указание отсутствует.

При каждом подключении пользователь Интернета получает от провайдера один и тот же номер сети, при этом уникальный номер компьютера (узла), с которого осуществляется выход в сеть, каждый раз может меняться. Само по себе совпадение IP-адресов не может достоверно и безусловно свидетельствовать о подконтрольности и согласованности действий налогоплательщика и его контрагентов.

Суд отмечает, что такие сведения, как IP-адрес, не носят характер индивидуальных и не являются идентификационными данными клиента, поскольку вход в программу банковского обслуживания может быть осуществлен из общих точек доступа интернет (Wi-Fi в гостиницах, аэропортах и т.д.). Совпадение IP-адресов может свидетельствовать только о совпадении интернет-шлюза, территории (адреса), оператора связи, его оборудования, (что имеет место в рассматриваемом случае).

Кроме того, авторизация клиентов в банке производится не по IP/MAC-адресам, а по логинам, паролям и ЭЦП. Фиксируемая на оборудовании банка информация об IP-адресах может соответствовать как компьютеру клиента, так и сетевому оборудованию клиента или провайдера клиента. В большинстве случаев IP-адрес компьютера клиента является динамическим и может меняться в разные сеансы связи. Данный довод подтверждается судебной практикой (Постановлении Девятого ААС от 02.07.2018 №09АП-29181/2018 по делу №А40-174817/17, Постановление АС ПО от 05.12.2016 по делу №А72-16136/2014, Постановление АС ЦО от 28.08.2017 по делу №А64-8137/2015, Постановление АС ЦО от 04.05.2017 по делу № А54- 6206/2015).

Диапазон IP-адресов, присвоенный оборудованию общества - маршрутизатору, мог использоваться для выхода в сеть Интернет любыми лицами с любого устройства, подключенного к этому оборудованию как посредством локальной сети, так и с использованием сети беспроводного доступа (Wi-Fi); Инспекцией также не представлены доказательства того, что необходимые для управления расчетными счетами посредством интернет-систем типа "банк-клиент" ключи электронно-цифровых подписей, предоставленных банковскими учреждениями названным организациям-клиентам, находились в распоряжении сотрудников заявителя или связанных с ним лиц.

Таким образом, оценив и исследовав в совокупности и взаимосвязи, установленные факты, с обстоятельствами, положенными налоговым органом в основу оспариваемого решения, суд считает выводы налогового органа об отсутствии реальности сделок с указанным контрагентом необоснованными, и приходит к выводу о недоказанности налоговым органом наличия согласованных неправомерных и умышленных действий заявителя и контрагента, а также создании видимости гражданско-правовых отношений направленных на получение заявителем необоснованной налоговой выгоды.

В материалах дела отсутствуют доказательства подконтрольности контрагента, взаимозависимости указанного контрагента, «обналичивания» денежных средств налогоплательщиком, отсутствие совпадений IP-адресов с указанным контрагентом и по цепочке контрагентов, наличие разрывов по данным АСК НДС-2 сами по себе не могут свидетельствовать об искусственности сделки, выводы налогового органа о нарушении налогоплательщиком ст. 54.1 НК РФ являются необоснованными.

Таким образом, Обществом учтены операции со спорным контрагентом в соответствии с их действительным экономическим смыслом, так как поставка комплектующих и работы осуществлялась именно указанными контрагентами в соответствии с требованиями каждого Покупателя.

Все операции общества учтены в соответствии с действующим законодательством и обусловлены экономическим смыслом в виде получения дохода, ни один из участников не является убыточным.

Представленные документы в совокупности подтверждают реальность совершенных хозяйственных операций, действительное исполнение договоров заявителем и контрагентами.

Таким образом, судом в действиях заявителя и контрагентов не усматривается недобросовестность налогоплательщика, поскольку все представленные документы подтверждают реальность совершенных сделок и их разумную деловую цель, обусловленную характером предпринимательской деятельности.

Расчеты с контрагентами произведены Обществом посредством безналичного перечисления денежных средств, что не оспаривается налоговым органом.

Оценивая действия заявителя при заключении договоров, суд полагает, что им была проявлена должная осмотрительность. Заявитель удостоверился в правоспособности контрагентов, контрагентами предоставлены правоустанавливающие документы. Действия заявителя полностью соответствовали указаниям, изложенным в письме Минфина от 10.04.2009 № 03-02-07/1-177, по проявлению должной осмотрительности.

Из материалов дела следует, что реальность хозяйственных операций заявителя с контрагентом подтверждена договорами, счет-фактурами, товарными накладными, и, документами, представленными по запросу налогового органа, указанных судом по каждому спорному контрагенту в отдельности, надлежащих доказательств недостоверности которых не имеется. При этом выводы Инспекции о создании заявителем фиктивного документооборота, не подтверждаются представленным в материалы дела доказательствам и установленными судом фактами.

При этом, согласно п. 7 ст. 3 НК РФ, все неустранимые сомнения, противоречия и неясности акта законодательства о налогах и сборах трактуются в пользу налогоплательщика.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что налоговый орган не доказал факт получения Обществом необоснованной налоговой выгоды во взаимоотношениях со спорным контрагентом.

Кроме того, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от № 305-КГ16-10399 противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, выполнения работ, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

Таким образом, обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган, не опровергают и не свидетельствуют о недобросовестности Общества, относятся исключительно к деятельности рассматриваемого контрагента. Указанные обстоятельства не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на общество, являющееся покупателем товаров, работ (услуг).

Подлежит отклонению довод Инспекции о непредставлении спорным контрагентом контрагентами налогоплательщика ООО «Авантаж» (в том числе контрагентами указанного общества) документов, поскольку само по себе не представление документов не может свидетельствовать о наличии умысла на искажение фактов хозяйственной деятельности.

Из п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" следует, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

В силу ст. 65 АПК РФ доказывание обстоятельств, послуживших основанием для принятия акта налоговым органом, возлагается на последнего, что, однако, не исключает обязанности налогоплательщика доказать те обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих возражений.

Оценив представленные в материалы дела заявителем доказательства в порядке ст. 65, 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводам о реальности финансово-хозяйственных операций, совершенных между налогоплательщиком и указанными выше спорными контрагентами, о недоказанности налоговым органом недобросовестности налогоплательщика и направленности его действий на получение необоснованной налоговой выгоды по спорным сделкам.

Осуществление факта руководства одним и тем же лицом ООО «Мострест» и ООО «Вордгрупп» директором ФИО8; директором ФИО9 .ООО «Двор-Рус» и ООО «Вуд Стоун Хаус», не свидетельствует о подконтрольности и согласованности действий контрагентов по цепочке с спорным контрагентом ООО «Авантаж» и не противоречит нормам действующего законодательства. Действующее законодательство не ограничивает для человека количество возможных мест работы. Но только одно из них считается основным, а все остальные представляют собой труд по совместительству (ст. 282 ТК РФ). Работа по совместительству как вид отношений, возникающих в результате подписания трудового договора, регламентируется Трудовым кодексом РФ. Статья 60.1 ТК РФ декларирует право сотрудника помимо основной должности выполнять дополнительные трудовые обязанности.

При этом действующее законодательство о труде не запрещает совместительство: любой работник может оформлять трудовые контракты с неограниченным количеством нанимателей (ст. 282 ТК РФ). Указанные организации зарегистрированы как самостоятельные юридические лица, находились по различным юридическим адресам, имеют каждый свою бухгалтерию и отдел кадров, что свидетельствуют об осуществлении спорными контрагентами самостоятельной финансово-хозяйственной деятельности, имеющейся организационной самостоятельности и наличии необходимых финансовых ресурсов.

Довод проверяющих, что директор ФИО6 и ФИО7 отказываются от участия в финансово-хозяйственной деятельности рассматриваемого юридического лица, не может являться основанием для непринятия налоговых вычетов по НДС и налогу на прибыль при реальности хозяйственных операций. Сами по себе свидетельские показания не могут опровергнуть факт осуществления реальных хозяйственных операций (поставку) между налогоплательщиком и контрагентами.

Физические лица (должностные лица Общества, учредители) могут отрицать причастность к принятию решений по ведению его хозяйственной жизни, чтобы избежать ответственности по ст. 173.1 Уголовного Кодекса Российской Федерации. Действия должностных лиц спорных контрагентов, могут свидетельствовать о том, что руководители данных организаций (учредители), стремились уйти от ответственности за совершение налоговых правонарушений.

Сложившаяся судебная практика указывает, что свидетельские показания физических лиц не могут являться достаточным основанием для установления отсутствия фактических финансово-хозяйственных отношений между налогоплательщиком и его контрагентом, т.к. данные физические лица являются заинтересованными лицами, отрицая своё отношение к обществу, с целью ухода от ответственности, в том числе и за возможную неуплату налогов по указанным сделкам, на что указано в Постановлении по делу АС Москвы № А40-26068/15 от 10.06.2015г., Постановлении ВАС СЗО по делу А26- 6639/2014 от 02.09.2014г., Постановлении АС Поволжского округа №Ф06-10803/2016 от 26.07.2016г.

При этом, факт приобретения товара в том объеме, который указан в представленных заявителем документах, материалами налоговой проверки не опровергнут.

Таким образом, Инспекцией не представлено доказательств, свидетельствующих о недобросовестности общества по выбору контрагентов и согласованности действий между заявителем и указанными контрагентами, с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Кроме того, указанный довод противоречит материалам дела, поскольку согласно протоколам допросов свидетелей от 14.04.2022 и от 18.04.2022 проведенными СУ СК России по Самарской области, ФИО6 и ФИО7 подтвердили факт осуществления руководства ООО «Авантаж» в спорный период.

Таким образом, из совокупности установленных по делу обстоятельств, следует необоснованное и не подтверждение со стороны налогового органа соответствующими доказательствами, доначисление сумм НДС и налога на прибыль, а также соответствующих пеней по ним по контрагенту ООО «Авантаж».

4. По доводам Инспекции относительно контрагента ООО «Волга-Ресурс», судом установлено следующее.

Налоговым органом указано на не полную оплату НДС за 1 и 2 кварталы 2018 года в размере 27 671 818,47 руб. и установлена неполная уплата налога на прибыль по данному контрагенту на 5 544 399 руб.

Судом установлено, что между ООО «ЖВЗ» («Покупателем») и контрагентом ООО «Волга-Ресурс» заключен договор поставки № 01/1 от 09.01.2018 (бутылок стеклянных ГОСТ емкостью 0,5л;0,7л;1л; бутылок сувенирных «Победная» 0,5л; бутылок КПМ-30-500-ГБ; бутылок КПМ-30-700-САИР; стеклобутылок емк.1,0л КПМ-ЗО-ЮОО-СС; туба VOLODINKA 1,0 л, сувенирных упаковок, а так же оборудования).

Заявитель указывая на реальность финансово-хозяйственных отношений пояснил, что договор Общество заключало со спорным контрагентом после соответствующей проверки, проявляя должную осмотрительность в отношении контрагента для проверки добросовестности и благонадежности, а именно при выборе организации-контрагента была использована общедоступная информация, в том числе из сети Интернет (просматривались имеющиеся страницы (сайты)), в частности, сервис на сайте ФНС России, ФССП, Мой Арбитр, сервис в системе СПАРК и Контур, также были запрошены и получены от контрагента все документы по должной осмотрительности.

Как установлено судом и налоговым органом не оспорено, в проверяемом налоговом периоде спорный контрагент заявителя числился в ЕГРЮЛ, зарегистрирован в установленном законом порядке, поставлен на налоговый учет, осуществлял реальную хозяйственную деятельность, что не может свидетельствовать о неблагонадежности ООО «Волга-Ресурс».

Из материалов дела следует, что ООО «Волга-Ресурс» было поставщиком формокомплектов, которые ООО «ЖВЗ» использовало для производства бутылки. Поставляло бутылки КПМ и ГОСТ, сувенирную бутылку «Победная»; сувенирную упаковку; емкости для хранения пищевой продукции; расходные материалы для линий розлива; установку очистки воды; оборудование для производства конструкций из ПВХ-профиля.

Судом установлено, что сувенирная бутылка «Победная» в 2018 году поступала только от ООО «Волга-Ресурс», иных поставщиков в 2018 году не было. Доказательств обратного, налоговым органом суду не представлено. Реализована была алкогольная продукция, разлитая в сувенирную бутылку «Победная» от ООО «Волга-Ресурс», к празднику День Победы, что являлось предметом рассмотрения налогового органа.

Судом установлено, что формокомплекты были приняты в ООО «ЖВЗ» к бухгалтерскому учету на счет 41.1., так как изначально предполагались для передачи в рамках давальческого договора поставщику для производства стеклянной бутылки.

Как пояснил заявитель, формокомплект приобретается либо заказчиком (покупателем) бутылки, либо её изготовителем. При этом, когда формокомплект приобретается изготовителем, его стоимости включается в стоимость бутылки, что существенно удорожает стоимость бутылки при малых объемах заказа. При приобретении формокоплекта заказчиком, он возвращается заказчику после изготовления бутылки и может быть использован вплоть до полного износа.

Как установлено судом, формокоплекты, поступившие от ООО «Волга-Ресурс» были переданы последнему для производства бутылки, как давальческая оснастка, что подтверждается актами приема-передачи. После возвращения давальческой оснастки от ООО «Волга-Ресурс», формокомплекты хранились на арендуемом складе по адресу: <...> нежилое здание Литер А, арендуемое здание у ООО «Изумруд». При этом, документы об использовании формокомплектов не были исследованы проверяющими.

Однако налоговым органом изучены документы об использовании формокомплектов, поступивших от ООО «Олви» в 2017 году, в АО «Балахнинское стекло», что не имеет никакого отношения к поставленной продукции контрагентом ООО «Волга-Ресурс».

Как следует из материалов дела и пояснений заявителя, формокомплекты, поступившие от ООО «Волга-Ресурс» были использованы для производства бутылки ГОСТ объемом 0,5 литра, 0,7 литра и 1 литр под заказ от ООО «Стар-Трек» Республика Южная Осетия. Однако, ООО «Стар-Трек» отказалось от своей заявки с использованием стеклянной бутылки ГОСТ 0,5 л., 0,7 л., 1 л. и выбрало другую продукцию в другой таре.

Так, 12 декабря 2017 года от ООО «СТАР-ТРЕК», республика Южная Осетия - одно из основных экспортных покупателей ООО «ЖВЗ» подало заявку на поставку водки наименования «99999», «Калитка» и «Володинка» в стеклянной таре емкостью 0,5 литра, 0,7 литра и 1,0 литр.

Согласно требованиям ООО «СТАР-ТРЕК», бутылка должна была соответствовать ГОСТ 10117.2-2001 Бутылки стеклянные для пищевых жидкостей: 0,5 литра - бутылка типа III; 0,7 литра - бутылка типа XXVI; 1,0 литр - бутылка типа XXIII.

При этом, водку наименованием «99999», «Калитка» и «Володинка» ООО «ЖВЗ» разливает в стеклянную бутылку КПМ-30-500-ГБ, КПМ-30-700-САИР, КПМ-30-ЮООСС, а также в бутылку «Volodinka», бутылка ГОСТ в ООО «Жигулевский Водочный Завод» - не используется.

В рамках указанной заявки также планировалось, что ООО «ЖВЗ» разольет водочную продукцию в указанную стеклянную тару и наклеит этикетки, предоставленные ООО «СТАР-ТРЕК». ООО «СТАР-ТРЕК» планировало выбрать заказанную продукцию во втором полугодии 2018 года.

Для выполнения заявки ООО «СТАР-ТРЕК» требовалось: 750 000 стеклянных бутылок типа III ГОСТ 10117.2-2001, емкостью 0,5 литра; 550 000 стеклянных бутылок типа XXVI ГОСТ 10117.2-2001, емкостью 0,7 литра; 350 000 стеклянных бутылок типа XXVI ГОСТ 10117.2-2001, емкостью 1,0 литр. Заказ был размещен ООО «СТАР-ТРЕК» под конкретного покупателя.

Однако 17 июля 2018 года, ООО «СТАР-ТРЕК» изменило срок выборки указанной продукции на 1 квартал 2019 года.

Между тем, за 2018 год ООО «СТАР-ТРЕК» выбрало 2 337 675 штук бутылок продукции, за 2019 год - 2 204 491 штуку, но от выборки продукции по заявке от 12 декабря 2017 года письмом от 17 апреля 2019 года ООО «СТАР-ТРЕК» отказалось.

Для обеспечения заявки ООО «СТАР-ТРЕК» стеклянной тарой по ГОСТ 10117.2-2001, ООО «ЖВЗ» заключило договор поставки формокомплектов для производства бутылки ГОСТ емкостью 0,5 литра 0,7 литра и 1 литр с ООО «Волга-Ресурс».

Как следует из материалов дела и пояснений данных в ходе судебного заседания, формокомплекты покупались с целью уменьшения стоимости изготавливаемой бутылки: в стоимость бутылки включается стоимость формокомплекта и, как правило, расходы на формокомплект меньше, если закупать их покупателю самому. Кроме того, использование своего формокомплекта позволяет значительно увеличить выпуск алкогольной продукции. Формокомплекты были приняты кладовщиком склада вспомогательных материалов и оборудования ФИО16 на арендуемом у ООО «Изумруд» складе ООО «Жигулевский Водочный Завод», расположенном по адресу: <...>. Каждый формокоплект был упакован в индивидуальную деревянную упаковку с указанием наименования. Формокомплекты были доставлены грузовым транспортом ООО «Волга-Ресурс». На каждый формокомплект имелся паспорт качества. Данный факт налоговым органом не опровергнут.

Формокомплекты использованы для производства бутылки ГОСТ. Износ формокомплектов составил 100%. Формокомплекты, в связи с невозможностью их дальнейшего использования, были сданы в металлом в 2020 году. При этом налоговом органом допрошен индивидуальный предприниматель ФИО28 (протокол допроса №241 от 26.03.2021), который подтвердил факт принятия лома от ООО «ЖВЗ» по договору №16 от 08.06.2020.

Бутылка ГОСТ объемом 0,5 литра, 0,7 литра и 1 литр, полученная от ООО «Волга-Ресурс» хранилась на территории завода по адресу: <...>. Основная масса стеклотары хранилась на открытой площадке.

Срок хранения пустой тары согласно ГОСТ 32131-2013 «Бутылки стеклянные для алкогольной и безалкогольной пищевой продукции» ограничен: в отапливаемых помещения - не более 1 года с даты изготовления; в помещениях без отопления - не более 5 месяцев с даты изготовления; под навесом или на открытой площадке - не более 3 месяцев изготовления.

В связи с тем, что заявка ООО «СТАР-ТРЕК» так и не была подтверждена, бутылки ГОСТ емкостью 0,5 литра, 0,7 литра и 1,0 литр хранились в ООО «Жигулевский Водочный Завод» и не использовались в производстве.

После ряда испытаний, проведенной в лаборатории завода, бутылка ГОСТ объемом 0,5 л., 07 л., 1 л., принятая от ООО «Волга-ресурс», была признана недопустимой к использованию, потому как на поверхности жидкости, налитой в указанную бутылку алкогольной продукции, образовывалась пленка, а также хлопья. Выводы лаборантов ООО «Жигулевский водочный завод» зафиксированы в акте о несоответствии продукции от 15 июня 2020 года.

Кроме того, на бутылках после хранения на открытой площадке возле цеха образовались многочисленные потертости, посечки и сколы: бутылка из-за отсутствия складского помещения хранилась на открытой площадке возле склада, периодически перемещалась.

В целях определения возможности восстановления свойств стеклянной бутылки ГОСТ объемом 0,5 л., 0,7 л., 1 л. от ООО «Волга-Ресурс», руководство завода обращалось в научно-исследовательский институт стекла ООО «НИИС» г. Гусь-Хрустальный. Однако институт после исследования указанной бутылки пришел к выводу о том, что она непригодна для розлива, хранения и транспортировки пищевых жидкостей, что подтверждается Протоколом испытаний от 23 июня 2020 года.

Налоговый орган в оспариваемом решении указывает на то, что не Обществом не представлена информация о том, кто был курьером по доставке бутылки на исследование. Однако, доказательств того, что данная информация запрашивалась у ООО «ЖВЗ», налоговым органом в материалы дела не представлено.

Как установлено судом и следует из пояснений заявителя, материалов дела, в целях уменьшения убытков, заявителем принято решение о продаже некондиционной стеклянной бутылки ГОСТ объемом 0,5 л., 0,7 л., 1 л. от ООО «Волга-Ресурс». Выручка по сделке отражена в прочих доходах, отклонение от покупной стоимости и продажной ценой отражено в прочих расходах общества в 2020 году.

Блок захвата горлышка бутылки и патрон наливной для автомата розлива, как и запасные части, поступившие от ООО «Райпо», были установлены на линии розлива и непосредственно использованы для производства алкогольной продукции, что подтверждается актами о списании.

Из показаний свидетелей мастера линии ФИО17 (протокол допроса от 13.08.2021г.), слесаря ФИО18 (протокол допроса от 13.08.2021г.) и бывшего заместителя директора по производству ФИО19 (протокол допроса от 03.12.2020г. и 13.08.2021г.) следует, что блоки захвата горлышка бутылки и патроны наливные становятся неисправными в связи с истечением срока использования, а также при длительном простое линии розлива, что существенно сокращает срок службы. Износ данных запчастей зависит от качества поставляемых материалов (бутылки, пробки и т.д.) в соответствии с этим и производилась замена раз в месяц, раз в квартал. Износ подъемных столиков зависит от типа бутылки, за смену они неоднократно могут меняться и переставляться под каждый тип бутылки, что и приводит их к быстрому износу. Замену данных запчастей осуществляют слесаря на линии розлива. Показания свидетелей согласуются с пояснениями заявителя и материалами дела.

Из пояснений заявителя следует, что установка для очистки воды была приобретена для улучшения качества очистки воды, используемой для производства алкогольной продукции.

Установка для очистки воды была приобретена для улучшения качества очистки воды, используемой для производства алкогольной продукции, которая смонтирована в систему водоочистки ООО «ЖВЗ». Однако, после получения результатов химических анализов воды, прошедшей через указанную установку, специалистами ООО «ЖВЗ» был сделан вывод о несоответствии воды техническим условиям общества для производства алкогольной продукции, что подтверждается служебной запиской заместителя директора по производству от 05 июня 2020 года. Установка была снята с системы водоочистки предприятия.

В связи с чем, установка была реализована, как бывшая в употреблении, со следами демонтажа, с учетом указанного и была рассчитана ее стоимость.

Судом установлено, что оборудование: Автоматизированный стол для прямолинейной резки ламинированного стекла 520LAM 46; Автоматическая моечная машина RTVN-15/25AV; Автоматический плоский пресс FPL-25/20V; Бутиловый экструдер LBH25V; Головка для снятия низко эмиссионного покрытия; Зачистная машина KMW PU APH-L1; Моечная машина RTL-208; Пила для резки ПВХ профиля ROTOX; Подъемный столик RV 110-20 для автомата розлива Fimmer; Сборочный плоский пресс 2500*3000 FPS-36/25U2; Станок для окутывания профилей FRIZPUM120/30DK; Стол резки плоского стекла GFB60/30 АА; Центр обрабатывающий для армирования ПВХ-заготовок SBZ100G; Экструдер с фрезером Экостар 250; 4-Хголовая сварочная машина KMW-A4DV-2518 предназначено для производства ПВХ конструкций.

В целях использования оборудования по прямому назначению, 02 июля 2018 года между ООО «ЖВЗ» и ФИО29 было заключено соглашение об организации совместной деятельности, в рамках которого указанное оборудование 05 июля 2018 года было передано ФИО29. Указанное оборудование было размещено ФИО29. в здании склада металлов, принадлежащем ООО «Исток» по договору оказания услуг по безвозмездному хранению имущества от 05 июля 2018 года. Оборудование передано в ООО «Исток» по акту приема-передачи от 05 июля 2018 года.

В связи с тем, что деятельность в рамках соглашения об организации совместной деятельности так и не была осуществлена, 20 января 2020 года указанное оборудование было передано ФИО29. в аренду. Оплата от ФИО29. на основании счет-фактуры № 00000061 от 03 февраля 2021 года и акта № 00000001 от 02 февраля 2021 года поступила в ООО «Жигулевский Водочный Завод» в 2021 году.

При этом, взаимоотношения с ФИО29, вопреки доводам налогового органа, не свидетельствуют о тесном взаимодействии.

Емкости: Емкость вертикальная для пищевой продукции 15 тн. Емкость горизонтальная для пищевой продукции 22 тн. Емкость горизонтальная для пищевой продукции находятся в ООО «Исток» на хранении по договору № 10/04 на оказание услуг по хранению имущества от 06 апреля 2018 года по адресу: <...>.

Судом установлено, что емкости для пищевой продукции приобретались для увеличения производственных мощностей и для усовершенствования качества продукции. Планировалась их установка и ввод в эксплуатацию в 2020 году - 1 полугодии 2021 года, после расширения спиртохранилища. В настоящее время ведется подготовка для установления на производстве дополнительных емкостей.

Налоговым органом указано на частичное представление ряда документов (в договоре о переработке давальческого сырья отсутствует первый лист, также отсутствует первый лист в спецификации).

Между тем, судом установлено, что документы аналогичного наименования были запрошены у ООО «ЖВЗ», документы представлены в полном объеме. Доказательств обратного суду не представлено.

Судом также признается несостоятельным довод о том, что спорный контрагент не имел возможности осуществлять хозяйственную деятельность ввиду отсутствия трудовых ресурсов, необходимых для осуществления хозяйственной деятельности, отсутствием численности, поскольку налоговым органом не учтено, что отсутствие у контрагентов материальных и трудовых ресурсов не исключает реального осуществления ими хозяйственных операций, и не свидетельствует о получении необоснованной налоговой выгоды ввиду возможности привлечения контрагентами физических лиц к осуществлению какой-либо деятельности по договорам гражданско-правового характера, привлечения материально-технических ресурсов на условиях договора аренды.

Как указано в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 N 305-КГ16-10399 отсутствие работников у контрагента само по себе не является признаком недобросовестности, поскольку закон не обязывает организацию иметь собственные основные средства и штат работников при осуществлении хозяйственной деятельности. Если у контрагента нет имущества, это не означает, что он не может вести деятельность. Аналогичная правовая позиция получила свое отражение в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 19.04.2017 по делу №А12-20203/2016.

Отсутствие у спорного контрагента задекларированной материально-технической базы, персонала, минимизация им уплаты налогов, неисполнительность в своих налоговых обязанностях, сами по себе не порочат сделки с их участием по налоговым последствиям для ООО «ЖВЗ», а касаются оценки деятельности спорных контрагентов, за которую заявитель ответственность нести не может.

Данный вывод подтверждается Постановлениями АС Поволжского округа от 29.06.2018 №Ф06-34135/2018 по делу №А12-37867/2017, от 13.02.2018 года по делу №А12-10631/201, от 13 сентября 2018 г. № Ф06-24135/2017 по делу №А55-2995/2016 и т.д.

Приведенные налоговым органом в решении выводы сами по себе, безусловно не могут свидетельствовать о несовершении им хозяйственных операций, о наличии в его действиях умысла без наличия доказательств, что оно знало об указанных фактах и заключило с спорными контрагентом сделки, желая либо сознательно допуская наступление вредных последствий.

Более того, перечисленные налоговым органом обстоятельства свидетельствуют о возможном нарушении законодательства его контрагентами по цепочке. Налоговый кодекс РФ не ставит право на применение вычета по НДС в зависимость от действий (бездействия) контрагента. Факт нарушения контрагентом своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения необоснованной налоговой выгоды. На момент совершения хозяйственных сделок с заявителем контрагенты являлись юридическими лицами, были зарегистрированы в установленном законом порядке, состояли на налоговом учете и их регистрация не признана недействительной.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов.

При этом, согласно анализа расчетного счета спорного контрагента, имелись взаимоотношения с различными юридическими лицами, что указывает на ведение ФХД и ошибочности выводов налогового органа.

При таких обстоятельствах суд считает, что представленные налоговым органом доказательства не опровергают факт осуществления реальных хозяйственных операций между заявителем и указанным контрагентом.

Относительно довода налогового органа о подконтрольности и согласованности действий контрагентов ООО «Волга-Ресурс» (совпадение ip- адресов выхода в Интернет ООО «Волга-Ресурс» с ip-адресами выхода в Интернет организаций, взаимодействие с которыми установлено в результате анализа ip- адресов выхода в Интернет по предоставляемой контрагентами «по цепочке» налоговой отчетности) суд отмечает следующее.

Совпадение IP-адреса само по себе не может свидетельствовать о подконтрольности указанных организаций налогоплательщику и согласованности их действий.

Суд отмечает, что IP-адрес – это сетевой адрес узла в компьютерной сети, а не адрес конкретного компьютера. IP адреса бывают двух видов. IP-адрес называют статическим (то есть постоянным, неизменяемым), если он не может быть присвоен другому устройству. IP-адрес называют динамическим (непостоянным, изменяемым), если он назначается автоматически при подключении устройства к сети и используется в течение ограниченного промежутка времени, как правило, до завершения сеанса подключения. Таким образом, динамический IP-адрес, а именно они в большинстве случаев используются, не уникален. IP адрес соединения узла с сетью Интернет может совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если Интернет- соединения были сделаны в разное время.

В большинстве случаев для подключения к сети применяются динамические IP-адреса, что дает провайдеру возможность обслуживать больше клиентов, чем реальное количество свободных адресов, находящихся во владении провайдера. В результате динамические IP-адреса соединения с Интернетом могут совпадать у весьма значительного числа устройств связи, если подключения к сети Интернет были осуществлены в разное время.

Следовательно, одинаковый динамический IP-адрес - это отнюдь не один компьютер, а чаще всего сервер, расположенный, например, в офисном здании или группе зданий. Один и тот же IP-адрес без использования ключа электронной цифровой подписи не является средством идентификации клиента автоматизированной системы расчетов.

При этом указание налоговым органом в решении Управления и впоследствии в отзывах о том, что IP-адреса статические, не соответствует сведениям в оспариваемом решении, в котором на вид IP-адреса указание отсутствует.

При каждом подключении пользователь Интернета получает от провайдера один и тот же номер сети, при этом уникальный номер компьютера (узла), с которого осуществляется выход в сеть, каждый раз может меняться. Само по себе совпадение IP-адресов не может достоверно и безусловно свидетельствовать о подконтрольности и согласованности действий налогоплательщика и его контрагентов.

Суд отмечает, что такие сведения, как IP-адрес, не носят характер индивидуальных и не являются идентификационными данными клиента, поскольку вход в программу банковского обслуживания может быть осуществлен из общих точек доступа интернет (Wi-Fi в гостиницах, аэропортах и т.д.). Совпадение IP-адресов может свидетельствовать только о совпадении интернет-шлюза, территории (адреса), оператора связи, его оборудования, (что имеет место в рассматриваемом случае).

Кроме того, авторизация клиентов в банке производится не по IP/MAC-адресам, а по логинам, паролям и ЭЦП. Фиксируемая на оборудовании банка информация об IP-адресах может соответствовать как компьютеру клиента, так и сетевому оборудованию клиента или провайдера клиента. В большинстве случаев IP-адрес компьютера клиента является динамическим и может меняться в разные сеансы связи. Данный довод подтверждается судебной практикой (Постановлении Девятого ААС от 02.07.2018 №09АП-29181/2018 по делу №А40-174817/17, Постановление АС ПО от 05.12.2016 по делу №А72-16136/2014, Постановление АС ЦО от 28.08.2017 по делу №А64-8137/2015, Постановление АС ЦО от 04.05.2017 по делу № А54- 6206/2015).

Диапазон IP-адресов, присвоенный оборудованию общества - маршрутизатору, мог использоваться для выхода в сеть Интернет любыми лицами с любого устройства, подключенного к этому оборудованию как посредством локальной сети, так и с использованием сети беспроводного доступа (Wi-Fi); Инспекцией также не представлены доказательства того, что необходимые для управления расчетными счетами посредством интернет-систем типа "банк-клиент" ключи электронно-цифровых подписей, предоставленных банковскими учреждениями названным организациям-клиентам, находились в распоряжении сотрудников заявителя или связанных с ним лиц.

Таким образом, оценив и исследовав в совокупности и взаимосвязи, установленные факты, с обстоятельствами, положенными налоговым органом в основу оспариваемого решения, суд считает выводы налогового органа об отсутствии реальности сделок с указанным контрагентом необоснованными, и приходит к выводу о недоказанности налоговым органом наличия согласованных неправомерных и умышленных действий заявителя и контрагента, а также создании видимости гражданско-правовых отношений направленных на получение заявителем необоснованной налоговой выгоды.

В материалах дела отсутствуют доказательства подконтрольности контрагента, взаимозависимости указанного контрагента, «обналичивания» денежных средств налогоплательщиком, отсутствие совпадений IP-адресов с указанным контрагентом и по цепочке контрагентов, наличие разрывов по данным АСК НДС-2 сами по себе не могут свидетельствовать об искусственности сделки, выводы налогового органа о нарушении налогоплательщиком ст. 54.1 НК РФ являются необоснованными.

Таким образом, Обществом учтены операции со спорным контрагентом в соответствии с их действительным экономическим смыслом, так как поставка комплектующих и работы осуществлялась именно указанными контрагентами в соответствии с требованиями каждого Покупателя.

Все операции общества учтены в соответствии с действующим законодательством и обусловлены экономическим смыслом в виде получения дохода, ни один из участников не является убыточным.

Представленные документы в совокупности подтверждают реальность совершенных хозяйственных операций, действительное исполнение договоров заявителем и контрагентами.

Таким образом, судом в действиях заявителя и контрагентов не усматривается недобросовестность налогоплательщика, поскольку все представленные документы подтверждают реальность совершенных сделок и их разумную деловую цель, обусловленную характером предпринимательской деятельности.

Расчеты с контрагентами произведены Обществом посредством безналичного перечисления денежных средств, что не оспаривается налоговым органом.

Оценивая действия заявителя при заключении договоров, суд полагает, что им была проявлена должная осмотрительность. Заявитель удостоверился в правоспособности контрагентов, контрагентами предоставлены правоустанавливающие документы. Действия заявителя полностью соответствовали указаниям, изложенным в письме Минфина от 10.04.2009 № 03-02-07/1-177, по проявлению должной осмотрительности.

Ссылка налогового органа на обстоятельства установленные судом по делу № А55-12524/2021, как аналогичные, отклоняется судом, поскольку в указанном деле суды апелляционной и кассационной инстанций отменяя решение первой инстанции указали на недоказанность необходимости закупки и использования формкомлектов приобретенных у контрагента ООО «Олви», в то время как в рассматриваемом случае реальность хозяйственных операций заявителя с контрагентом ООО «Волга-Ресурс» подтверждена договорами, счет-фактурами, товарными накладными, и, документами, представленными по запросу налогового органа, надлежащих доказательств недостоверности которых не имеется. Обоснованность закупки формкомплектов у ООО «Волга-Ресурс» и их дальнейшее использование доказаны материалами дела, и налоговым органом не опровергнуты.

Таким образом, выводы Инспекции о создании заявителем фиктивного документооборота, не подтверждаются представленным в материалы дела доказательствам и установленными судом фактами.

При этом, согласно п. 7 ст. 3 НК РФ, все неустранимые сомнения, противоречия и неясности акта законодательства о налогах и сборах трактуются в пользу налогоплательщика.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что налоговый орган не доказал факт получения Обществом необоснованной налоговой выгоды во взаимоотношениях со спорным контрагентом.

Кроме того, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от № 305-КГ16-10399 противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения от изготовителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, выполнения работ, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

Таким образом, обстоятельства, на которые ссылается налоговый орган, не опровергают и не свидетельствуют о недобросовестности Общества, относятся исключительно к деятельности рассматриваемого контрагента. Указанные обстоятельства не могут служить основанием для возложения соответствующих негативных последствий на общество, являющееся покупателем товаров, работ (услуг).

Подлежит отклонению довод Инспекции о непредставлении спорным контрагентом контрагентами налогоплательщика ООО «Авантаж» (в том числе контрагентами указанного общества) документов, поскольку само по себе не представление документов не может свидетельствовать о наличии умысла на искажение фактов хозяйственной деятельности.

Из п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 №53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" следует, что факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом.

Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

В силу ст. 65 АПК РФ доказывание обстоятельств, послуживших основанием для принятия акта налоговым органом, возлагается на последнего, что, однако, не исключает обязанности налогоплательщика доказать те обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих возражений.

Оценив представленные в материалы дела заявителем доказательства в порядке ст. 65, 71 АПК РФ в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводам о реальности финансово-хозяйственных операций, совершенных между налогоплательщиком и указанными выше спорными контрагентами, о недоказанности налоговым органом недобросовестности налогоплательщика и направленности его действий на получение необоснованной налоговой выгоды по спорным сделкам

Таким образом, доначисление сумм НДС и налога на прибыль по контрагенту ООО «Волга-Ресурс» произведено налоговым органом необоснованно.

Поскольку налоговыми органами произведено взыскание доначисленных оспариваемым решением налогов, штрафов, пеней, указанное решение нарушает права и законные интересы заявителя.

Согласно частям 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными, а, в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Из содержания частей 2 и 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует вывод о том, что для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц незаконными суд должен установить наличие двух условий в совокупности:

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту;

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Согласно п. 7 ст. 3НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента).

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что решение Межрайонной ИФНС России №20 по Самарской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 15.07.2022 №15-09/0047 в части доначисления ООО "ЖВЗ" налога на добавленную стоимость в размере 58 478 769,84 руб., налога на прибыль организаций в размере 11 820 220 руб. и соответствующих сумм штрафов и пеней не соответствует требованиям Налогового кодекса Российской Федерации и нарушает права и законные интересы заявителя, что в силу статьей 198, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для признания его в указанной части незаконным и возложения на Инспекцию обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Судебные расходы в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд относит на Инспекцию.

Руководствуясь ст.ст. 49, 167-176, 198-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,



Р Е Ш И Л:

Заявленные требования удовлетворить.

Признать недействительным решение Межрайонной ИФНС России № 20 по Самарской области от 15.07.2022 №15-09/0047 о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Жигулевский водочный завод» к ответственности за совершение налогового правонарушения, в части доначисления налога на добавленную стоимость в размере 58 478 769,84 руб., налога на прибыль в размере 11 820 220 руб., и соответствующих сумм пеней и штрафов.

Обязать Межрайонную ИФНС России № 20 по Самарской области устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «Жигулевский водочный завод».

Взыскать с Межрайонной ИФНС России № 20 по Самарской области в пользу общества с ограниченной ответственностью «Жигулевский водочный завод» расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 руб.


Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г. Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.




Судья


/
ФИО1