Постановление от 12 июня 2024 г. по делу № А40-15175/2023

ПОСТАНОВЛЕНИЕ



г. Москва

13.06.2024

Дело № А40-15175/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 03 июня 2024 года

Полный текст постановления изготовлен 13 июня 2024 года


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Голобородько В.Я.

судей Паньковой Н.М., Каменецкого Д.В.

при участии в заседании:

от финансового управляющего ФИО1: ФИО2 по дов. от

19.01.2024

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 ФИО3

на определение Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2024,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2024,

по заявлению о признании недействительным и применении последствий недействительности договора дарения земельного участка и расположенного на нем жилого дома № б/н от 21.12.2022, заключенного между ФИО4 и ФИО5

в рамках дела о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом), 



УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06.03.2023 в отношении гражданина ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Москва, адрес: <...>, ИНН <***>) (далее -должник) введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утверждена ФИО3 (далее -финансовый управляющий), о чем опубликована информация в газете «Коммерсантъ» №46(7491) от 18.03.2023.

В суде первой инстанции рассматривалось поступившее в Арбитражный суд города Москвы 16.06.2023 (в электронном виде) заявление финансового управляющего, с учетом уточнений, в котором заявитель просит суд:

1) признать недействительной сделкой договор дарения земельного участка и расположенного на нем жилого дома, № б/н от 21.12.2022, заключенный между ФИО4 и ФИО5, рамках которого в собственность перешли жилое здание с кадастровым номером 71:16:020410:80, площадью 43,8 кв.м., расположенное по адресу: Тульская обл., р-н ФИО6, <...>, земельный участок с кадастровым номером 71:16:020410:11, площадью 1 500 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: обл. Тульская, р-н ФИО6, с/о Апухтинский, <...>;

2) применить последствия недействительности сделки в виде признания права собственности ФИО1 (ИНН <***>, СНИЛС <***>, ДД.ММ.ГГГГ г.р., м.р.: <...>, <...>) на жилое здание с кадастровым номером 71:16:020410:80, площадью 43,8 кв.м., расположенное по адресу: Тульская обл., р-н ФИО6, <...>, земельный участок с кадастровым номером 71:16:020410:11, площадью 1 500 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: обл. Тульская, р-н ФИО6, с/о Апухтинский, <...>, с одновременным прекращением права собственности ФИО5 на указанное имущество;

3) применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО5 возвратить в конкурсную массу ФИО1 жилое здание с кадастровым номером 71:16:020410:80, площадью 43,8 кв.м., расположенное по адресу: Тульская обл., р-н ФИО6, <...>, земельный участок с кадастровым номером 71:16:020410:11, площадью 1 500 кв.м., местоположение установлено относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: обл. Тульская, р-н ФИО6, с/о Апухтинский, <...>.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2024, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2024, отказано финансовому управляющему в удовлетворении заявления о признании недействительным договора дарения земельного участка и расположенного на нем жилого дома.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, финансовый управляющий ФИО1 ФИО3 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление  апелляционного суда отменить,    направить настоящий обособленный спор в деле № А40-15175/2023 на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам, утверждая, что суды нижестоящих инстанций неверно распределили бремя доказывания; при рассмотрении настоящего обособленного спора суды нижестоящих инстанций не выяснили какую в действительности сделку имели в виду стороны, заключая указанный договор дарения, каков характер их договорных отношений, а также суды уклонились от проверки экономической целесообразности совершения оспариваемой сделки;   отказывая в удовлетворении ходатайства об истребовании доказательств, суды первой и апелляционной инстанции лишили финансового управляющего возможности доказать обоснованность своей позиции, тем самым нарушили не только принцип состязательности сторон в арбитражном процессе, но и право на судебную защиту.

До судебного заседания от ФИО4, ФИО5 поступили отзывы на кассационную жалобу, которые приобщены к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Представитель финансового управляющего ФИО1 ФИО3 в судебном заседании доводы кассационной жалобы поддержал.

Обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как следует установлено судами и следует из материалов дела, финансовый управляющий должника в обоснование своего заявления указывает на то, что согласно полученным сведениям от налогового органа, Роскадастра, в период с 2020 по 2022 года в собственность семьи ФИО9, а именно в собственности супруги - ФИО5, и дочери ФИО9 -ФИО7 поступило большое количество дорогостоящих объектов недвижимости.

В соответствии с записью акта о заключении брака № 980 от 08.06.1991 ФИО8 является супругой ФИО1, а также заинтересованным лицом по отношению к Должнику.

21.12.2022 между ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) (далее - Даритель, ФИО4) и ФИО5 был заключен договор дарения земельного участка и расположенного на нем жилого дома, в соответствии с которым Даритель безвозмездно передала в собственность Одаряемому, принадлежащий Дарителю на праве собственности жилой дом, назначение: жилой дом, 1-этажный (подземных этажей 0), площадью, 43,8 кв.м., с кадастровым номером 71:16: 020410:80, адрес объекта: <...> (далее -Договор дарения).

Также Даритель безвозмездно передала в собственность Одаряемому, принадлежащий Дарителю на праве собственности земельный участок с кадастровым номером 71:16:020410:11, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использования: для личного подсобного хозяйства, площадью 1500 кв.м., адрес объекта: <...>. (пункт 3 Договора дарения).

На момент совершения оспариваемой сделки Должник имел неисполненные обязательства перед кредиторами. ФИО1 был привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Ситиавтосервис» в рамках дела о банкротстве № А41-16869/2013. С ФИО9 взыскано в пользу ООО «СИТИАВТОСЕРВИС» в порядке субсидиарной ответственности 95 674 423,56 руб. (Определение Арбитражного суда Московской области от 27.05.2020 по делу № А41 -16869/2013).

ООО «Ситиавтосервис» было признано банкротом (несостоятельным) Решением Арбитражного суда Московской области от 17.03.2014 по делу № А41-16869/2013, в связи с этим, финансовый управляющий ФИО9 полагает, что ФИО1 с момента возбуждения дела о банкротстве ООО «Ситиавтосервис» использует банковские счета близких родственников, в целях сокрытия денежных средств от финансового управляющего и кредиторов.

Договор дарения земельного участка и расположенного на нем жилого дома был составлен за месяц до повторного обращения с заявлением о признании ФИО1 банкротом (несостоятельным) (30.01.2023).

При совершении оспариваемой сделки у ФИО1, ФИО5, имелся умысел на сокрытие ликвидного имущества с учетом наличия ранее имеющегося дела о банкротстве в отношении ФИО1, в целях исключения возможности обращения на него взыскания, установив за спорными объектами недвижимости фактический контроль в рамках одной семьи, чем был причинен вред кредиторам.

Финансовый управляющий ФИО9 исключает то обстоятельство, что в качестве прикрываемой сделкой может выступать договор купли-продажи, заключенный с супругой ФИО9, поскольку данное лицо не обладает финансовой возможностью приобретать объекты недвижимости.

ИФНС России № 18 по г. Москве не были представлены в ответ на запрос справки о доходах ФИО5 по формам (2-НДФЛ, 3-НДФЛ) за 2020 -2022 гг., в связи с чем, финансовый управляющий полагает о том, что что справки о доходах по форме 2-НДФЛ не представлялись.

В распоряжении финансового управляющего ФИО9 отсутствуют сведения об оплате стоимости имущества. Согласно полученным ответам, финансовым управляющим ФИО1 было установлено отсутствие движения денежных средств на счетах, открытых на имя ФИО9 в кредитных организациях, на территории РФ.

Заключение договора дарения не имело для ФИО4 экономической целесообразности, поскольку выбытие имущества не повлекло за собой получение им какой-то имущественной либо иной выгоды. ФИО4, соглашаясь совершить сделку с использованием мнимой конструкции договора дарения, действовала недобросовестно, понимая и осознавая нарушение при совершении сделки принципа добросовестного осуществления своих прав.

Доказательства того, что ФИО4 и ФИО5 являлись близкими знакомыми, взаимоотношения между которыми позволяли передать в дар объекты недвижимости, в материалах настоящего обособленного спора отсутствуют.

Финансовый управляющий полагал, что указанные выше сделки являются притворными сделками, прикрывающими сделки за счет ФИО9 - ФИО1, и в его пользу, то есть с иным субъектным составом и подлежат признанию в качестве недействительных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ (О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления финансового управляющего должника, арбитражный суд первой инстанции исходил из недоказанности условий для признания оспариваемой сделки недействительной.

С выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд.  

Поскольку настоящее дело о банкротстве ФИО1 возбуждено в отношении должника-гражданина 01.02.2023, а сделки совершены 21.12.2022, то есть в течение трех лет до возбуждения дела, суды обоснованно указали, что данные сделки подлежат оспариванию по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства н (или) обязанности составляет двадцать не более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 5 Постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы Ш.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", для признания сделки недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 указанного Постановления суд надзорной инстанции разъяснил, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Так, пунктом 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам (кредиторов должника) или создающее условия для наступления вреда (требования кредиторов могут быть не удовлетворены, в частности вследствие совершения сделки по выводу имущества из собственности должника).

По смыслу ст. 10 ГК РФ злоупотребление гражданским правом заключается в превышении пределов дозволенного гражданским правом осуществления своих правомочий путем осуществления их с незаконной целью или незаконными средствами, с нарушением при этом прав и законных интересов других лиц.

При этом основным признаком наличия злоупотребления правом является намерение причинить вред другому лицу, намерение употребить право во вред другому лицу.

Для признания сделки недействительной по основанию ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) необходимо установить, что такая сделка направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов, и совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Для квалификации по ст. 10 и 168 ГК РФ требуется доказать не просто осведомленность контрагента, но намеренность, то есть, умышленность действий сторон сделки.

Только при доказанности данного обстоятельства к сделке может быть применена общегражданская квалификация по ст. 10 и 168 ГК РФ.

При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как следует из материалов дела  и установлено судами, ФИО1 являлся руководителем и учредителем ООО «Ситиавтосервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>), которое было признано банкротом (несостоятельным) Решением Арбитражного суда Московской области от 17.03.2014 по делу № А41-16869/2013.

В рамках дела о банкротстве № А41-16869/2013 21.01.2015 кредитором ООО «ВЭЛЛА», требования которого включены в реестр требований кредиторов должника, было подано заявление о привлечении бывшего руководителя ООО «СИТИАВТОСЕРВИС» ФИО1 по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 01.04.2019 по делу № А41 -16869/2013 ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «СИТИАВТОСЕРВИС». Производство по заявлениям ООО «ПИВДОМ», конкурсного управляющего должника ФИО10 и ООО «ВЭЛЛА» в части установления размера суммы субсидиарной ответственности приостановлено до формирования конкурсной массы и окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.05.2020 по делу № А41-16869/2013 с ФИО1 взыскано в пользу ООО «СИТИАВТОСЕРВИС» в порядке субсидиарной ответственности 95 674 423,56 руб.

21.12.2022 между ФИО4 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) и ФИО5 был заключен договор дарения земельного участка и расположенного на нем жилого дома, в соответствии с которым Даритель безвозмездно передала в собственность Одаряемому, принадлежащий Дарителю на праве собственности жилой дом, назначение: жилой дом, 1 -этажный (подземных этажей 0), площадью, 43,8 кв.м., с кадастровым номером 71:16: 020410:80, адрес объекта: <...> (далее - Договор дарения).

Согласно пункту 2 Договора дарения, Дарителю вышеуказанный жилой дом принадлежит на праве собственности на основании: Договора купли-продажи от 24.02.2002г., заключили гр. ФИО11 и ФИО4, зарегистрирован ТОРЦ 13.05.2002г.,   за  №   71-01.16-01.2002-0161.61,   о  чем   в   ЕГРН   сделана  запись (собственность) № 71 -01.16-01.2002-0162.01 от 13.05.2002.

Также Даритель безвозмездно передала в собственность Одаряемому, принадлежащий Дарителю на праве собственности земельный участок с кадастровым номером 71:16:020410:11, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использования: для личного подсобного хозяйства, площадью 1500 кв.м., адрес объекта: <...>. (пункт 3 Договора дарения).

Земельный участок, согласно пункту 4 Договора дарения, принадлежит Дарителю на праве собственности, на основании: Договора купли-продажи от 24.04.2002 г., заключили гр. ФИО11 и ФИО4, зарегистрирован ТОрЦ 13.05.2002 г., за № 71 -01.16-01.2002-0161.61, о чем в ЕГРН сделана запись (собственность) № 71 -01.16-01.2002-0163.01 от 13.05.2002.

Переход права собственности на указанные объекты недвижимости к ответчику зарегистрирован в установленном порядке, что подтверждается сведениями, содержащимися в ЕГРН.

Согласно пояснениям ответчика, сделка совершена между лицами, не осуществляющими предпринимательскую деятельность, соответствует действительной воли всех участников данной сделки и направлена на достижение исключительно тех правовых последствий, которые возникли в результате её совершения. Ответчик является действительным собственником объектов недвижимости, полученных от ФИО4 по рассматриваемому договору, и без каких-либо ограничений осуществляет полномочия собственника в отношении данных объектов.

Ответчик после государственной регистрации перехода к нему права собственности на спорные объекты недвижимости задекларировал полученный доход за 2022 год в размере 856 997,97 рублей - кадастровую стоимость данных объектов, подав в установленном порядке в налоговый орган декларацию по форме 3-НДФЛ.

Ответчик отрицает, что должник является фактическим владельцем спорного земельного участка, поскольку такое право в силу п. 1 ст. 209 ГК РФ принадлежит ответчику, как собственнику.

Как следует из письменных объяснений ФИО4, она по своей воле без каких-либо условий подарила ФИО5, которая является её хорошей знакомой, спорные объекты недвижимости. ФИО4 знакома с ФИО5 много лет и у них сложились добрые отношения; указанные дом и земельный участок были не нужны ФИО4 и требовали ухода, который она не могла обеспечить. Также ФИО4 пояснила, что не продавала указанное имущество, никаких денег не получала. Никто ФИО4 не принуждал к заключению спорного договора. Также ФИО4 пояснила, что хотела безвозмездно передать указанное имущество в собственность именно ФИО5 (ответчику), а не кому-то другому, что она и сделала.

Суд первой инстанции верно указал, что для признания сделки по основаниям, предусмотренным ст. 170 ГК РФ, необходимо установить, что каждая из ее сторон действовала недобросовестно, в обход закона и не имела намерения совершить сделку в действительности, поскольку все стороны мнимой (п. 1 ст. 170 ГК РФ) и притворной (п. 2 ст. 170 ГК РФ) сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Порочность воли каждой из ее сторон является обязательным условием для признания сделки в порядке ст. 170 ГК РФ либо мнимой, либо притворной.

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что рассматриваемая сделка совершена третьим лицом и ответчиком лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, либо направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Судом установлено, что оспариваемые сделки между физическими лицами носят самостоятельный характер, не являются сделками должника, поскольку в материалы дела не представлены доказательства совершения сделок за счет должника.

Финансовым управляющим не определена рыночная стоимость спорных объектов недвижимости на момент совершения рассматриваемой сделки и не доказано наличие у должника на момент совершения спорной сделки денежных средств, необходимых для приобретения спорного имущества по такой стоимости.

Заявителем также не установлено наличие у должника денежных средств или иного имущества, достаточного для совершения спорной сделки.

Спорные объекты недвижимого имущества никогда не принадлежали должнику либо супруге должника.

Также финансовым управляющим не доказано фактическое владение должником данными объектами недвижимости. Должник зарегистрирован по другому адресу.

Не представлены доказательства совершения сделок с злоупотреблением правом, во вред кредиторам должника и с целью причинения кредиторам должника.

В материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие, что рассматриваемые сделки совершены ответчиком лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, либо направлены на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. То есть отсутствуют доказательства мнимости и притворности сделок.

Довод финансового управляющего о, якобы, имевшей место прикрываемой сделке купли-продажи или займа с залогом спорных объектов недвижимости несостоятелен, поскольку основан исключительно на предположениях финансового управляющего. К тому же, последствия недействительности спорной сделки по таким основаниям при изложенных обстоятельствах в силу п. 2 ст. 167, п. 2 ст. 170 ГК РФ не влекут за собой признание права собственности должника на спорные объекты недвижимости и передачу таких объектов в конкурсную массу должника, как этого желает финансовый управляющий. Таким образом, право (законный интерес), в защиту, якобы, которого предъявлено заявление финансового управляющего к ответчику, никак не обеспечивается в результате возврата каждой из сторон всего полученного по спорной сделке (п. 78 Постановления Пленума ВС РФ № 25).

Довод финансового управляющего об отсутствии экономической целесообразности спорной сделки в данном случае неприменим, поскольку сделка является безвозмездной и совершена между гражданами, не осуществляющими предпринимательскую деятельность и находящимися между собой в течение длительного периода времени в дружеских отношениях. Право собственности дарителя (ФИО4) на спорные объекты недвижимости финансовый управляющий не оспаривает, а, значит, ФИО4, как собственник, была вправе распорядиться своим имуществом по своему усмотрению, что она и сделала, объяснив свои мотивы. Закон не предусматривает наличие какой-либо иной цели (экономической целесообразности) при совершении сделки дарения, кроме как передачу дарителем одаряемому безвозмездно имущества, предусмотренного данной сделкой. Именно для достижения этой цели совершается договор дарения (гл. 32 ГК РФ).

Доводы финансового управляющего в отношении мотива, побудившего ФИО4 подарить ответчику указанные объекты недвижимости, а также в отношении самой ФИО4 и ответчика являются субъективным мнением финансового управляющего, не основанным на доказательствах и не имеющим значения для дела.

Как справедливо отметил апелляционный суд, приведенные финансовым управляющим сведения о движении денежных средств по счетам ответчика не имеют отношения к обособленному спору, не могут подтвердить или опровергнуть обстоятельства, имеющие значение для дела, за исключением того, что ответчик обладал финансовой возможностью содержать полученные в дар спорные объекты недвижимости.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Таким образом, суд кассационной инстанции не установил оснований для изменения или отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции, предусмотренных в части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены.

Доводы заявителя кассационной жалобы направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 №274-О, статей 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают 8 доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы по заявленным в ней доводам не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 23.01.2024, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2024 по делу № А40-15175/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий - судья                                       В.Я. Голобородько

Судьи:                                                                                   Н.М. Панькова

  Д.В. Каменецкий