Постановление от 23 декабря 2024 г. по делу № А53-81/2024

ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-81/2024
город Ростов-на-Дону
24 декабря 2024 года
15АП-16060/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 17 декабря 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 декабря 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Барановой Ю.И.,

судей Величко М.Г., Сороки Я.Л.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Хрипуновой Е.А.,

при участии:

от истца посредством веб-конференции – представитель ФИО1 по доверенности от 15.01.2024,

от ответчика – представитель  ФИО2 по доверенности от 01.04.2024;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ООО "Лазерлов"

на решение Арбитражного суда Ростовской области

от 20.09.2024  по делу № А53-81/2024

по иску ООО "Лазерлов"

к ИП ФИО3

о взыскании компенсации,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Лазерлов" (именуемый истец) обратилась к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (именуемый ответчик) с исковым заявлением со следующим требованиями:

- о взыскании компенсации за незаконное использование товарного знака N 801091 в размере 1 400 000 рублей,

- об обязании ИП ФИО3 (ИНН <***>) прекратить использование результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации ООО "ЛазерЛов" (ИНН <***>) путем предложения к оказанию услуг по адресу: <...> - при оформлении входа на фасаде здания; при оформлении помещения, в котором оказываются услуги, в социальной сети "Instagram" по адресу https://www.instagram.com/lovelaser_taganrog/, на сайте записи клиентов "Yclients" по адресу https://n182196.yclients.com/company/184987/ menu?o=m977320, а также в иных местах, в течение 10 календарных дней с даты вступления в законную силу решения суда,

- о присуждении судебной неустойки на случай неисполнения ИП ФИО3 (ИНН <***>) решения суда из расчета 3% от суммы удовлетворенных имущественных исковых требований в день по истечении 10 календарных дней с момента вступления в законную силу решения суда и до момента фактического исполнения такого решения.

В процессе рассмотрения спора истец неоднократно уточнял заявленные требования, просил суд взыскать с ответчика компенсацию за незаконное использование товарного знака N 801091 в сумме 466 666,66 рублей; обязать прекратить использование результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации ООО "ЛазерЛов" (ИНН <***>) на входной двери в помещение путем предложения к оказанию услуг по адресу: <...> в течение 10 календарных дней с даты вступления в законную силу решения суда; присудить судебную неустойку на случай неисполнения ИП ФИО3 (ИНН <***>) решения суда из расчета 3% от суммы удовлетворенных имущественных исковых требований в день по истечении 10 календарных дней с момента вступления в законную силу решения суда и до момента фактического исполнения такого решения.

Уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом приняты, что отражено в определении суда от 14.08.2024.

Представитель истца вновь заявил ходатайство об уточнении заявленных требований, в котором просил суд взыскать с ответчика компенсацию за незаконное использование товарного знака N 801091 в сумме 466 666,66 рублей, расходы по оплате государственной пошлины.

Истец, по результатам уточнения иска, не поддержал заявление об обязании ответчика прекратить использование результатов интеллектуальной деятельности и средств индивидуализации общества с ограниченной ответственностью "ЛазерЛов" (ИНН <***>) на входной двери в помещение путем предложения к оказанию услуг по адресу: <...> в течение 10 календарных дней с даты вступления в законную силу решения суда; присуждении судебной неустойки на случай неисполнения ИП ФИО3 (ИНН <***>) решения суда из расчета 3% от суммы удовлетворенных имущественных исковых требований в день по истечении 10 календарных дней с момента вступления в законную силу решения суда и до момента фактического исполнения такого решения.

Решением суда от 20.09.2024 принято уточнение иска. Ходатайство индивидуального предпринимателя ФИО3 о снижении размера компенсации удовлетворено. С индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью "Лазерлов" (ИНН <***>, ОГРН <***>) взысканы компенсация за незаконное использование товарного знака N 801091 в сумме 10 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 12 333 рубля. В удовлетворении остальной части иска отказано. Возвращена из федерального бюджета обществу с ограниченной ответственностью "Лазерлов" (ИНН <***>, ОГРН <***>) сумма 20 667 рублей государственной пошлины, из оплаченной по платежному поручению N 113 от 05.10.2023 на сумму 33 000 рублей.

Не согласившись с указанным судебным актом, истец обжаловал его в порядке, определенном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В апелляционной жалобе заявитель указал на незаконность решения, просил отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование жалобы заявитель указывает на то, что в рамках предъявления требований к ответчику истец выбрал способ защиты в виде требования от ответчика выплаты компенсации за незаконное использование обозначений, сходных до степени смешения с товарным знаком № 801091, в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака № 801091 (пп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ). Суд неправомерно снизил размер компенсации, лицензионный договор N 26-11/01 прекратил действие 26.11.2021 в связи с истечением срока, а ответчик продолжил пользоваться товарным знаком в отсутствие договора длительное время, период нарушения составляет 2 года 8 месяцев 6 дней, в том числе в процессе рассмотрения дела в суде, что свидетельствует о его недобросовестности. Конкретные обстоятельства дела не позволяют суду снизить размер требуемой компенсации, а цель лишения ответчика стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности не достигнута. Суд в нарушение положений пп. 2 п. 4 ст. 1515 ГК РФ и Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П снизил размер компенсации более чем вдвое, что недопустимо.

Через канцелярию суда поступил отзыв ответчика на апелляционную жалобу.

Представитель истца в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы, просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, по основаниям, изложенным в письменном отзыве, просил решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 03 декабря 2024 года объявлялся перерыв до 17 декабря 2024 года.        

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, истец является правообладателем объектов интеллектуальной собственности - товарного знака N 686434, дата регистрации 06.12.2018; N 801091 дата регистрации 10.03.2021 в отношении товаров 03, 44 классов МКТУ и осуществляет продажу франшиз по открытию и управлению студий лазерной эпиляции.

Между истцом и ответчиком 26.11.2018 был заключен лицензионный договор N 26-11/01, по которому истец передавал ответчику комплекс исключительных прав на оба товарных знака, а ответчик уплачивал за это вознаграждение.

Затем, 26.11.2021, договор прекратил действие в связи с истечением срока. Стороны не изъявили желание на продление договора в порядке п. 18.2 договора.

Между тем, ответчик с 26.11.2021 продолжал использовать обозначение, сходное до степени смешения с товарным знаком.

Обращаясь в суд с рассматриваемыми требованиями, истец ссылается на то, что спорное обозначение использовалось ответчиком в картографических сервисах "Яндекс Карты", "Google карты", "2ГИС", в социальной сети "Instagram", на сайте записи клиентов "Yclients" при предложении к продаже, рекламе и продаже однородных услуг, в подтверждение чего представил скриншоты страниц, отчеттайного покупателя.

Таким образом, истцом зафиксированы факты незаконного использования ответчиком обозначения без согласия истца, что нарушает его права.

С целью урегулирования спора, истцом в адрес ответчика направлено претензионное требование о прекращении любое дальнейшее незаконное использование товарных знаков и перечислении компенсации, которое ответчиком оставлено без ответа и финансового удовлетворения.

Указанные обстоятельства послужили основанием для предъявления рассматриваемых исковых требований.

Ответчик ФИО3, факт использования товарного знака не оспорила, в отзыве на исковое заявление ссылается на то, что заявленный размер компенсации за нарушение интеллектуальных прав нельзя признать обоснованным и соразмерным допущенному ответчиком однократному нарушению, ответчик прекратила деятельность по адресу указанному в иске, представила договор купли-продажи оборудования, в ходе рассмотрения дела удалила вывески, прекратила использование товарного знака в интернете. ФИО3 имеет несовершеннолетних детей, находится в декретном отпуске, супруг погиб, сумма компенсации для ответчика является чрезмерной. В связи с изложенным ответчиком было заявлено ходатайство о снижении размера компенсации до 5 000 рублей.

На основании пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации результатами интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются фирменные наименования; товарные знаки и знаки обслуживания; наименования мест происхождения товаров; коммерческие обозначения.

В соответствии со статьей 1226 Гражданского кодекса Российской Федерации на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к ним средства индивидуализации признаются интеллектуальные права, которые включают исключительное право, являющееся имущественным правом, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, также личные неимущественные права и иные права (право следования, право доступа и другие).

Пунктом 1 статьи 1474 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридическому лицу принадлежит исключительное право использования своего фирменного наименования в качестве средства индивидуализации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на фирменное наименование), в том числе путем его указания на вывесках, бланках, в счетах и иной документации, в объявлениях и рекламе, на товарах или их упаковках, в сети Интернет.

Не допускается использование юридическим лицом фирменного наименования, тождественного фирменному наименованию другого юридического лица или сходного с ним до степени смешения, если указанные юридические лица осуществляют аналогичную деятельность и фирменное наименование второго юридического лица было включено в единый государственный реестр юридических лиц ранее, чем фирменное наименование первого юридического лица (пункт 3 статьи 1474 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 настоящей статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака:

1) на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации;

2) при выполнении работ, оказании услуг;

3) на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот;

4) в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе;

5) в сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации (пункт 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Из названной нормы права следует, что обозначение, сходное до степени смешения или тождественное товарному знаку (статья 1477 Гражданского кодекса Российской Федерации), зарегистрированному в отношении определенных товаров и услуг (статья 1480 Гражданского кодекса Российской Федерации), перечень которых изложен в свидетельстве на товарный знак (статья 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации), не может быть использовано в отношении указанных товаров и услуг или однородных с ними без разрешения правообладателя (статья 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации) способами, перечисленными в пункте 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят следующие обстоятельства: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, или однородных им, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Материалами дела подтверждено, что истец является правообладателем исключительного права на товарные знаки N 686434 и N 801091.

Представленными в материалы дела доказательствами, в частности, отчетом тайного покупателя от 20.09.2022, скриншотами из аккаунта в социальной сети, подтверждается факт использования ответчиком в спорный период обозначения "Lazer Love" при осуществлении деятельности студии лазерной эпиляции "Love Laser" по адресу: Таганрог, ул. Чехова, д. 157.

Указанные обстоятельства ответчиком не оспариваются.

Доказательств, подтверждающих, что истец передал ответчику исключительные права на использование товарного знака N 801091 ответчиком в материалы дела не представлено.

В пункте 37 "Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав" (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015) отмечено, что при выявлении сходства до степени смешения используемого ответчиком обозначения с товарным знаком истца учитывается общее впечатление, которое производят эти обозначение и товарный знак (включая неохраняемые элементы) в целом на среднего потребителя соответствующих товаров или услуг.

Как разъяснено в пункте 162 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10) согласно пункту 3 статьи 1484 ГК РФ для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения Установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается. Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Вопрос сходства товарных знаков является вопросом факта, разрешаемым судом с позиций среднего потребителя.

Суд первой инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о доказанности факта нарушения ответчиком исключительных прав истца на товарный знак N 801091 при использовании их при оказании услуг.

Отклоняя доводы ответчика о продаже оборудования, суд отметил, что при заключении договора купли-продажи ответчик обязан был удостовериться в исключении дальнейшего использования товарного знака новым приобретателем. В отчете тайного покупателя представленного истцом, отображен чек об оплате услуг от 26.05.2023. Данный чек изготовлен после даты (23.05.2023) указанной ответчиком даты "исполнения" договора купли-продажи от 23.05.2023. В данном чеке указан ИНН ответчика.

Таким образом, факт нарушения ответчиком прав истца на товарные знаки N 686434 и N 801091 подтверждается материалами дела.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Как следует из подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ за незаконное использование товарного знака правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

В данном случае истец определил размере компенсации на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака в размере 233 333 руб. 33 коп. x 2 = 466 666 руб. 66 коп., поскольку пунктом 1.2. договора коммерческой концессии предусмотрено, что в составе КИП пользователю передается: 1.2.1. право использования товарного знака; 1.2.2. право использования коммерческого обозначения; 1.2.3. право использования ноухау, а именно Базы знаний и стандартов правообладателя.  При этом, вознаграждение правообладателя за предоставление пользователю права использования КИП по договору состоит из: паушального взноса и роялти (пункт 2.1.), согласно пункту 2.2. договора паушальный взнос по договору составляет 700 000 рублей. Порядок расчета компенсации истцом признан судом обоснованным.

Принимая решение о снижении размера компенсации на основании ходатайства ответчика, суд первой инстанции сослался на правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в постановлении от 13.12.2016 N 28-П, согласно которой при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, признав ответчика находящейся в тяжелом материальном, учитывая совершение нарушения исключительных прав правообладателя впервые, отсутствие доказательств причинения правообладателю каких-либо убытков, снизил размер компенсации до 10000 руб. В удовлетворении остальной части заявленных требований о взыскании компенсации судом отказано.

Между тем суд не учел следующее.  

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10), в силу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации правообладатель в случаях, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Таким образом, суд лишен дискреции в части определения способа расчета подлежащей взысканию компенсации, - соответствующее право принадлежит исключительно истцу.

В пункте 61 Постановления N 10 сказано, что заявляя требование о взыскании компенсации в двукратном размере стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации либо в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров (товаров), истец должен представить расчет и обоснование взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а также документы, подтверждающие стоимость права использования либо количество экземпляров (товаров) и их цену. В случае невозможности представления доказательств истец вправе ходатайствовать об истребовании таких доказательств у ответчика или третьих лиц.

Если правообладателем заявлено требование о выплате компенсации в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, то определение размера компенсации осуществляется исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное их использование тем способом, который использовал нарушитель.

Определенный таким образом размер по смыслу пункта 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации является единственным (одновременно и минимальным, и максимальным) размером компенсации, предусмотренным законом, в связи с чем, суд не вправе снижать ее размер по своей инициативе.

Из системного толкования положений статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений высшей судебной инстанции следует, что при избрании истцом такого способа расчета компенсации, как двукратный размер стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака, судам необходимо руководствоваться ценой именно права использования. Таковая в данном случае определяется на основании договора

В нарушение указанных положений суд определил ее (вопреки выбранному истцом способу) исходя из подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При этом, суд не просто уменьшил размер компенсации в рамках заявленного истцом способа расчета (исходя из двукратной стоимости права использования товарного знака), а самостоятельно перешел на иной способ расчета суммы компенсации, чего в силу норм действующего законодательства и разъяснений высшей судебной инстанции, изложенных в пунктах 59, 61 Постановления N 10, суд делать был не вправе.

Аналогичная правовая позиция содержится в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 09.11.2023 по делу N А40-82512/2022, постановлении Суда по интеллектуальным правам от 16.07.2021 по делу N А55-37887/2019.

Как указано выше, размер компенсации в сумме 466 666,66 рублей был определен истцом на основании подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из двукратной стоимости прав, предоставленных обществом по лицензионному договору.

При этом данное доказательство не было оспорено ответчиком, и иных доказательств о стоимости права использования спорного товарного знака в сложившейся в период, соотносимый с моментом правонарушения, в материалы дела ответчиком не представлено.

В данном случае апелляционный суд также принимает во внимание длительный период допущенного ответчиком нарушения прав истца. Как обоснованно отметил истец в апелляционной жалобе, лицензионный договор N 26-11/01 прекратил действие 26.11.2021 в связи с истечением срока, а ответчик продолжил пользоваться товарным знаком в отсутствие договора в течение 2 лет 8 месяцев 6 дней, в том числе в процессе рассмотрения дела в суде.

Вместе с тем, в ходатайстве о снижении размера компенсации ответчик указал на чрезмерность суммы компенсации, однократность нарушения, прекращение деятельности по адресу указанному в иске, наличие несовершеннолетних детей.

Как следует из разъяснений, приведенных в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017, снижение размера компенсации, исчисленного исходя из двукратной стоимости контрафактных экземпляров (товаров) или двукратного размера стоимости права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

Гражданский кодекс Российской Федерации, как следует из абзаца третьего пункта 3 его статьи 1252, допускает - при наличии определенных условий и с учетом характера и последствий нарушения - возможность снижения размера компенсации ниже предела, установленного подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, но не более чем до пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения.

Согласно пункту 1 резолютивной части постановления от 24.07.2020 N 40-П Конституционного суда Российской Федерации признан подпункт 2 пункта 4 статьи 1515 ГК Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 34 и 55 (часть 3), в той мере, в какой эта норма в системной связи с общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации о защите исключительных прав, в том числе с пунктом 3 его статьи 1252, не позволяет суду при определении размера компенсации, подлежащей выплате правообладателю в случае нарушения индивидуальным предпринимателем при осуществлении им предпринимательской деятельности исключительного права на один товарный знак, снизить с учетом фактических обстоятельств конкретного дела общий размер компенсации, если такой размер многократно превышает величину причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 4.2 постановления от 13.12.2016 N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края" разъяснил, что взыскание предусмотренной подпунктом 1 статьи 1301, подпунктом 1 статьи 1311 и подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является, тем не менее, частноправовым институтом, который основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК РФ), а именно правообладателя и нарушителя его исключительного права на объект интеллектуальной собственности, и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться с соблюдением вытекающих из Конституции Российской Федерации требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц, то есть таким образом, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота.

Институт компенсации как мера ответственности за нарушение исключительных прав призван защищать интеллектуальную собственность. Требование о применении мер ответственности за нарушение исключительного права предъявляется к лицу, в результате противоправных действий которого нарушено исключительное право на конкретный объект интеллектуальной собственности.

Таким образом, указанная гражданско-правовая ответственность наступает за доказанный факт нарушения исключительного права на объект интеллектуальной собственности.

Принимая во внимание, что правонарушение совершено ответчиком впервые, ответчик ранее не допускал аналогичных нарушений, в том числе и в отношении прав истца, суд апелляционной инстанции по ходатайству ответчика пришел к выводу о снижении размера заявленной истцом компенсации за незаконное использование товарного знака № 801091 на пятьдесят процентов в размере 233 333 руб. 33 коп.

Таким образом, требования истца о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав за использование товарного знака № 801091  подлежат удовлетворению в размере 233 333 руб. 33 коп.

В остальной части требований надлежит отказать.

В связи с чем, решение суда первой инстанции подлежит изменению.

Расходы по уплате государственной пошлины по иску и за обращение с апелляционной жалобой в порядке, установленном статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в размере 42 333 рубля.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области  от 20.09.2024  по делу № А53-81/2024 изменить.

Изложить абзац третий резолютивной части решения в следующей редакции:

«Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН <***>, ОГРНИП <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Лазерлов» (ИНН <***>, ОГРН <***>) компенсацию за незаконное использование товарного знака № 801091 в сумме 233 333 руб. 33 коп., расходы по оплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе в сумме 42 333 рубля.»

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в Суд по интеллектуальным правам.

Председательствующий                                                           Ю.И. Баранова


Судьи                                                                                             М.Г. Величко


ФИО4