Постановление от 2 марта 2020 г. по делу № А56-66868/2018



ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-66868/2018
02 марта 2020 года
г. Санкт-Петербург
/разн1


Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме 02 марта 2020 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Тойвонена И.Ю.

судей Барминой И.Н., Герасимовой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания: Шиковой О.Ю.

при участии:

Теплинский В.Б., паспорт

от Каспаровой И.А.: Иванина И.П. по доверенности от 31.10.2018

от иных лиц: не явились. извещены

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-390/2020) Каспаровой Ирины Александровны

на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.12.2019 по делу № А56-66868/2018/разн.1 (судья Д.В.Лобова), принятое по заявлению финансового управляющего Петрова Владимира Геннадьевича об урегулировании разногласий в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) гражданина Теплинского Виктора Борисовича,

установил:

В Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) поступило заявление гражданина Теплинского Виктора Борисовича о признании его несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) от 01.08.2018 Теплинский Виктор Борисович (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура реализации имущества гражданина сроком на 4 месяца, финансовым управляющим утвержден член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «Северная Столица» Канунников Александр Геннадиевич. Указанные сведения опубликованы в Газете "Коммерсантъ" № 143 от 11.08.2018, стр. 134.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.04.2019 финансовым управляющим утвержден член Союза АУ СРО «Северная столица» Петров Владимир Геннадьевич.

В суд поступило заявление финансового управляющего Петрова Владимира Геннадьевича об урегулировании разногласий, в котором заявитель просит наложить взыскание на 1/12 доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок по адресу: Ленинградская область, г. Всеволожск, ул. Михайловская, д. 81, путем включения его в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.12.2019 в удовлетворении заявления финансового управляющего Петрова Владимира Геннадьевича о разрешении разногласий отказано.

В апелляционной жалобе Каспарова И.А. просит определение суда первой инстанции от 05.12.2019 отменить, ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам по делу.

В отзывах на апелляционную жалобу финансовый управляющий Петров В.И. и Теплинский В.Б. просят определение суда первой инстанции от 05.12.2019 оставить без изменения, считая судебный акт законным и обоснованным.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке ст.156 АПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.

Представитель Каспаровой И.А. доводы, изложенные в апелляционной жалобе, поддержал.

Теплинский В.Б. против удовлетворения апелляционной жалобы возражал. Просил судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Из материалов дела следует, что финансовым управляющим 05.08.2019 проведено собрание кредиторов, на котором принято решение об обращении в арбитражный суд с ходатайством о наложении взыскания на 1/12 доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок по адресу: Ленинградская область, г. Всеволожск, ул. Михайловская, д. 81.

Согласно выписке из Росреестра от 20.06.2019, указанное имущество является единственным жильем должника.

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы должника-гражданина исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

Из содержания статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности следующее имущество: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание; земельные участки, на которых расположены объекты, указанные в абзаце втором настоящей части, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Право гражданина на жилище предусмотрено статьей 40 Конституции Российской Федерации.

Как разъяснено в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.01.2012 N 14-О-О, статья 446 ГПК РФ содержит исчерпывающий перечень видов имущества граждан, на которое в системе действующего правового регулирования запрещается обращать взыскание по исполнительным документам в силу целевого назначения данного имущества, его свойств, признаков, характеризующих субъекта, в чьей собственности оно находится.

Предоставляя, таким образом, должнику-гражданину имущественный (исполнительский) иммунитет, с тем чтобы - исходя из общего предназначения данного правового института - гарантировать должнику и лицам, находящимся на его иждивении, условия, необходимые для их нормального существования и деятельности, данная статья выступает процессуальной гарантией реализации социально-экономических прав этих лиц (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.07.2007 N 10-П).

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 14.05.2012 N 11-П обратил внимание на то, что абзац второй части первой статьи 446 ГПК РФ, определяющей виды имущества, принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам, относит к такому имуществу жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в данном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание. Установленные федеральным законодателем пределы возможного взыскания по исполнительным документам должны отвечать интересам защиты конституционных прав гражданина-кредитора, однако они не могут затрагивать основное содержание конституционных прав гражданина-должника, существо которых ни при каких обстоятельствах не должно быть утрачено.

Помимо критериев, которые позволяли бы определить жилое помещение как явно превышающее по своим характеристикам указанный уровень (площадь помещения - общая и жилая, его конструктивные особенности, рыночная стоимость и т.д.), федеральный законодатель должен предусмотреть порядок обращения взыскания на него, требующий выявления того, является ли данное помещение единственно пригодным для проживания собственника и членов его семьи, и гарантирующий им возможность удовлетворения разумной потребности в жилище, а также уточнить для целей данного регулирования перечень лиц, подпадающих под понятие совместно проживающие с гражданином-должником члены его семьи.

Конституция Российской Федерации, провозглашая признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина обязанностью государства (статья 2), гарантирует каждому свободу экономической деятельности, право иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, защиту указанных прав и свобод, в том числе судебную защиту, реализуемую на основе равенства всех перед законом и судом (статья 8; статья 19, части 1 и 2; статья 35, части 1 и 2; статья 45, часть 1; статья 46, часть 1).

Обращаясь к вопросу о реализации государством в лице федерального законодателя при регулировании отношений собственности основополагающей обязанности, закрепленной в статье 2 Конституции Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к следующим выводам.

По смыслу статей 8 (часть 2), 35 (часть 1), 45 (часть 1), 71 (пункты "в", "д", "о") и 76 (часть 1) Конституции Российской Федерации, право собственности, включая основания и порядок его приобретения, перехода и утраты, а также объем и границы правомочий по владению, пользованию и распоряжению имуществом, регулируется федеральным законом. Содержание данного регулирования, как следует из статей 1, 2, 15 (часть 4), 17 (части 1 и 2), 18, 19, 34 (часть 1) и 35 (части 2 и 3) Конституции Российской Федерации, не может определяться федеральным законодателем произвольно: отношения собственности в Российской Федерации должны регламентироваться в соответствии с принципами правового государства, на основе юридического равенства и справедливости и исходя из того, что право собственности, равно как и все другие права и свободы человека и гражданина, признается и гарантируется в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Право собственности и иные имущественные права - в силу статей 7, 15 (часть 2), 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2), 46 и 55 (части 1 и 3) Конституции Российской Федерации и исходя из общеправового принципа справедливости - подлежат защите на основе соразмерности и пропорциональности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота - собственников, кредиторов, должников; возможные ограничения федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения имуществом, свободы предпринимательской деятельности и свободы договоров также должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, носить общий и абстрактный характер, не иметь обратной силы и не затрагивать существо данных конституционных прав, т.е. не ограничивать пределы и применение соответствующих конституционных норм; сама же возможность ограничений и их характер должны обусловливаться необходимостью защиты конституционно значимых ценностей, включая достойную жизнь и свободное развитие человека, обеспечение которых составляет обязанность государства, а также право каждого на жилище (статья 7; статья 40; статья 56, часть 3, Конституции Российской Федерации).

Приведенные правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенные в его решениях (постановления от 20 июля 1999 года N 12-П, от 6 июня 2000 года N 9-П, от 22 ноября 2000 года N 14-П, от 12 июля 2007 года N 10-П, от 20 декабря 2010 года N 22-П, от 22 апреля 2011 года N 5-П; определения от 4 декабря 2003 года N 456-О, от 17 января 2012 года N 10-О-О и др.), в полной мере распространяются на отношения, которые связывают кредитора и гражданина-должника, не исполнившего свое гражданско-правовое обязательство и в силу этого отвечающего принадлежащим ему имуществом перед кредитором, включая возможность обращения взыскания в предусмотренных законом случаях на имущество, относящееся к объектам недвижимости, в рамках исполнительного производства.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, исполнение судебного решения, в том числе вынесенного в пользу кредитора в случае нарушения должником гражданско-правового обязательства, по смыслу статьи 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, следует рассматривать как элемент судебной защиты; соответственно, защита нарушенных прав не может быть признана действенной, если судебный акт или акт иного уполномоченного органа своевременно не исполняется, что обязывает федерального законодателя при выборе в пределах своей конституционной дискреции того или иного механизма исполнительного производства осуществлять непротиворечивое регулирование отношений в этой сфере, создавать для них стабильную правовую основу и не ставить под сомнение конституционный принцип исполнимости судебного решения (постановления от 30 июля 2001 года N 13-П, от 15 января 2002 года N 1-П, от 14 мая 2003 года N 8-П, от 14 июля 2005 года N 8-П, от 12 июля 2007 года N 10-П и от 26 февраля 2010 года N 4-П).

Поскольку в силу статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина имеет в качестве своего объективного предела воспрепятствование реализации прав и свобод других лиц, причинение вреда их конституционно гарантированным интересам, федеральный законодатель, создавая условия, обеспечивающие равную судебную защиту прав кредитора (взыскателя) и должника (ответчика), должен исходить из того, что возникающие коллизии их законных интересов во всяком случае не могут преодолеваться путем предоставления защиты одним правам в нарушение других, равноценных по своему конституционному значению.

В таких случаях права и законные интересы участников гражданского оборота должны получать соразмерную (пропорциональную) защиту на основе баланса конституционных ценностей. Применительно к нормативно-правовому регулированию разрешения судом коллизий интересов кредиторов и должников это означает, что установленные федеральным законодателем пределы возможного взыскания по исполнительным документам должны отвечать интересам защиты конституционных прав гражданина-кредитора, однако они не могут затрагивать основное содержание конституционных прав гражданина-должника, существо которых ни при каких обстоятельствах не должно быть утрачено.

Право каждого на жилище, как оно закреплено Конституцией Российской Федерации и предусмотрено нормами международного права, опирается на выраженный в предписаниях статей 2, 17 - 19 и 21 Конституции Российской Федерации принцип, в силу которого человек является высшей ценностью и ничто не может служить основанием для умаления его достоинства как субъекта гражданского общества, чьи права и свободы во всей их полноте находятся под защитой Конституции Российской Федерации, а, следовательно, исключается отношение к нему лишь как к объекту внешнего воздействия.

Проверяя конституционность положения абзаца третьего части первой статьи 446 ГПК Российской Федерации, устанавливающего запрет обращения взыскания по исполнительным документам на принадлежащие гражданину-должнику на праве собственности земельные участки, использование которых не связано с осуществлением им предпринимательской деятельности, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 12 июля 2007 года N 10-П еще раз подтвердил, что имущественный (исполнительский) иммунитет выступает процессуальной гарантией реализации социально-экономических прав гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении, и призван обеспечивать им условия, необходимые для нормального существования и деятельности, в том числе профессиональной. Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что при определении пределов действия имущественного (исполнительского) иммунитета применительно к земельным участкам, не используемым в предпринимательских целях, федеральный законодатель - с учетом вытекающего из статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации требования соблюдения баланса интересов должника и кредитора (взыскателя) - должен принимать во внимание не только само по себе отсутствие у лица (должника) статуса индивидуального предпринимателя, но и общие количественные и качественные характеристики, целевое назначение и фактическое использование земельных участков, на которые может быть распространен особый правовой режим, предполагающий освобождение от взыскания; соответственно, поскольку ограничение прав должника связано, прежде всего, с обеспечением принудительной защиты нарушенных им имущественных прав взыскателя, федеральный законодатель должен стремиться к тому, чтобы в таких случаях гражданину-должнику и лицам, находящимся на его иждивении, сохранялся необходимый уровень существования.

Исходя из этого Конституционный Суд Российской Федерации признал положение абзаца третьего части первой статьи 446 ГПК Российской Федерации - в той части, в какой им устанавливается запрет обращения взыскания по исполнительным документам на принадлежащие гражданину-должнику на праве собственности земельные участки, использование которых не связано с осуществлением им предпринимательской деятельности и которые не являются основным источником существования гражданина-должника и лиц, находящихся на его иждивении, обеспечивающим указанным лицам необходимый уровень существования, - чрезмерным, не пропорциональным конституционно значимым целям произвольным ограничением как имущественных прав кредитора, так и возможности гарантированной Конституцией Российской Федерации их надлежащей судебной защиты, а потому не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 17 (часть 3), 35 (часть 1), 45, 46 (часть 1) и 55 (часть 3).

Согласно пункту 4 статьи 213.25 Закона о банкротстве в конкурсную массу может включаться имущество гражданина, составляющее его долю в общем имуществе, на которое может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским законодательством, семейным законодательством. Кредитор вправе предъявить требование о выделе доли гражданина в общем имуществе для обращения на нее взыскания. Таким образом, в силу закона, если жилое помещение является единственно пригодным для постоянного проживания, то оно не может являться предметом обращения взыскания и, как следствие, не может быть включено в конкурсную массу должника.

В то же время, если такое жилое помещение обременено ипотекой, то правила статьи 446 ГПК РФ на него не распространяются, и оно подлежит включению в конкурсную массу должника-гражданина.

Из материалов дела следует, что в спорном жилом помещении, которое является единственно пригодным для проживания жилым помещением, зарегистрирован должник и его двое несовершеннолетних детей.

Документальных сведений о том, что жилое помещение (жилой дом, расположенный в г. Всеволожск, ул. Михайловская, д. 81) была обременена ипотекой (залогом), не представлено.

Кроме того, исходя из содержания заявленных требований, размер общей жилой площади жилого дома с учетом конкретных обстоятельств дела сам по себе не является безусловным основанием для удовлетворения заявления.

Доводы подателя жалобы о том, что должнику принадлежит более 50 кв.м. общей площади, судом апелляционной инстанции отклоняются.

Согласно свидетельству о государственной регистрации права собственности должнику принадлежит доля 1/3 от ¼ доли в доме общей площадью 498,3 кв.м., при этом ¼ доля от общей площади составляет 124,58 кв.м. Таким образом, 1/3 часть от указанной площади составляет 41,58 кв.м., что свидетельствует о том, что на каждого члена семьи должника приходится по 13,86 кв.м.

Судом апелляционной инстанции дополнительно отмечается, что существующие в жилищной сфере нормативы имеют иное целевое назначение и не подлежат использованию в качестве ориентиров при применении имущественного (исполнительского) иммунитета в отношении жилого помещения.

Судом апелляционной инстанции отмечается, что на данный момент российским законодательством не установлены критерии отнесения и определения жилого помещения к роскошному, в связи с чем, не представляется возможным однозначно сделать вывод о том, что жилое помещение общей площадью 498,3 кв.м. может быть отнесено к роскошному и на него может быть обращено взыскание.

Доказательств того обстоятельства, что жилое помещение не является единственным пригодным для постоянного проживания семьи должника Теплинского В.Б. помещением, в связи с чем, оно может быть включено в конкурсную массу должника, в материалы обособленного спора не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявления арбитражного управляющего о разрешении разногласий.

С учетом изложенного, оснований для отмены (изменения) судебного акта судом апелляционной инстанции не установлено, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.12.2019 по делу № А56-66868/2018/разн1 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.Ю. Тойвонен



Судьи


И.Н. Бармина


Е.А. Герасимова