Решение от 10 июня 2020 г. по делу № А15-4967/2019

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А15-4967/2019
10 июня 2020 года
г. Махачкала


Резолютивная часть решения объявлена 08 июня 2020 года

Полный текст решения изготовлен 10 июня 2020 года


Арбитражный суд Республики Дагестан в составе судьи Оруджева Х.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРНИП 319057100016103, ИНН <***>)

к Государственному казенному учреждению Республики Дагестан «Управление автомобильных дорог Республики Дагестан» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании основного долга по государственному контракту №203/13-РЕМ/Р от 13.07.2013 в размере 632800 руб.,

при участии в судебном заседании

от истца – не явился, извещен,

от ответчика – ФИО3 (доверенность от 29.04.2020 №47/20),

от третьего лица - не явился, извещено,

УСТАНОВИЛ:

индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – истец, ИП ФИО2) обратился в Арбитражный суд Республики Дагестан с исковым заявлением к Государственному казенному учреждению Республики Дагестан «Управление автомобильных дорог Республики Дагестан» (далее – ответчик, ГКУ «Дагестанавтодор») о взыскании основного долга по государственному контракту №203/13-РЕМ/Р от 13.07.2013 в размере 632800 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечено Министерство транспорта и дорожного хозяйства Республики Дагестан.

В судебном заседании представитель ответчика исковые требования не признал и просил отказать в их удовлетворении.

Дело рассмотрено в порядке статьи 156 АПК РФ в отсутствие представителей истца, и третьего лица,, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания по правилам статей 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в том числе публично на официальном сайте суда в сети Интернет.

Выслушав представителя ответчика, рассмотрев материалы дела и оценив, руководствуясь статьей 71 АПК РФ, относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, между ГКУ «Дагестанавтодор» (заказчик) и ООО «Стройсталь» (подрядчик) по результатам проведения открытого аукциона в электронной форме (протокол №118/2-2013 от 02.07.2013) заключен государственный контракт от 13.07.2013 №203/13-РЕМ/Р на выполнение работ по ремонту автомобильной дороги Касумкент-Шихикент-Зухрабкент на участке км 2 – км 4 в ФИО4 районе РД.

Согласно пункту 2.1. контракта общая стоимость ремонтных работ составляет в ценах 2013г. 2904000 руб.

В соответствии с пунктом 2.6. контракта основанием для оплаты работ является оформленный в установленном порядке акт приемки работ.

Заказчик осуществляет оплату выполненных работ в течение 30 дней с момента подписания акта выполненных работ и представления счет-фактуры при условии своевременного поступления финансовых средств из республиканского бюджета в соответствии с утвержденными лимитами бюджетных обязательств (пункт 2.7. контракта).

Пунктом 8.1. контракта предусмотрено, что контракт вступает в силу с момента его подписания обеими сторонами и действует до полного исполнения сторонами обязательств.

Во исполнение обязательств по государственному контракту 13.07.2013 №203/13-РЕМ/Р ООО "Стройсталь" (подрядчик) выполнены и сданы ГКУ «Дагестанавтодор» (заказчик) работы на общую сумму 2904000 руб., из них: за период с 13.07.2013 по 29.08.2013 выполнены и сданы заказчику работы на сумму 2031132 руб.; за период с 01.12.2013 по 20.12.2013 выполнены и сданы заказчику работы на сумму 872868 руб. Данные обстоятельства подтверждаются КС-2 и КС-3 от 29.08.2013 и 20.12.2013.

Указанные формы КС-2 и КС-3 подписаны заказчиком без замечаний, что не оспаривается ответчиком.

Ответчиком произведена оплата за выполненные работы в размере 2271200 руб., что подтверждается платежными поручениями №2139544 от 23.08.2013 и №2341617 от 29.10.2013. Задолженность по указанному контракту составляет 632800руб. (2904000-2271200).

Согласно акту сверки взаимных расчетов, составленному между ООО "Стройсталь" в лице генерального директора ФИО5 и ГКУ «Дагестанавтодор» в лице руководителя ФИО6, главного бухгалтера ФИО7 по состоянию на 31.12.2018 задолженность в пользу общества составляет 632800 руб.

24 апреля 2019 года ООО "Стройсталь" (цедент) и индивидуальный предприниматель ФИО2 (цессионарий) заключили договор об уступке права требования (цессии), в соответствии с которым цедент уступает цессионарию, а цессионарий принимает право требования, принадлежащее цеденту по государственному контракту 13.07.2013 №203/13-РЕМ/Р на выполнение работ по ремонту автомобильных дорог или сооружений, заключенному между цедентом и должником ГКУ «Дагестанавтодор», являющимся заказчиком по указанному договору.

В силу пункта 3.1.1 договора уступки права требования (цессии) от 24.04.2019 цедент обязуется уступить цессионарию право требования в размере 632800 руб.

Письмом, направленным 31.05.2019, индивидуальный предприниматель ФИО2, уведомил ГКУ «Дагестанавтодор» об уступке права требования и потребовал погашения образовавшейся задолженности по государственному контракту 13.07.2013 №203/13-РЕМ/Р в размере 632800 руб.

В ответе на претензию ГКУ «Дагестанавтодор» указало, что переуступка права требования по государственному контракту противоречит бюджетному законодательству Российской Федерации и создает определенные риски для бюджетной системы, в связи с чем перечислить денежные средства в размере 632800 руб. индивидуальному предпринимателю ФИО2 не представляется возможным.

Оставление учреждением претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения предпринимателя в суд с иском.

Правоотношения ООО "Стройсталь" (цедент) и ИП ФИО2 (цессионарий) по договору цессии (уступки права требования) от 24.04.2019 регулируются главой 24 Гражданского кодекса РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 Гражданского кодекса РФ право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования). Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 2 указанной статьи).

В силу статьи 384 Гражданского кодекса РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

В пункте 4 постановления Пленума Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" разъяснено о том, что в силу пункта 1 статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, требование первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме, и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода требования. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Согласно статье 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с пунктом 3 статьи 423 Гражданского кодекса РФ договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное.

В пункте 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что соглашение об уступке права (требования), заключенное между коммерческими организациями, может быть квалифицировано как дарение только в том случае, если будет установлено намерение сторон на безвозмездную передачу права (требования). Отсутствие в сделке уступки права (требования) условия о цене передаваемого права (требования) само по себе не является основанием для признания ее ничтожной как сделки дарения между коммерческими организациями.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащихся в абзаце 2 пункта 1 Постановления от 23.07.2009 N 57 "О некоторый процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств", арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения по данному поводу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

Согласно пункту 1 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации и договором между ними, на основании которого производится уступка.

Судом установлено, что договор цессии (уступки права требования) от 24.04.2019 в установленном порядке не оспорен, недействительной сделкой не признан.

Оценив договор цессии (уступки права требования) от 24.04.2019, суд пришел к выводу о заключенности договора цессии, поскольку в указанном договоре стороны согласовали все существенные условия.

Таким образом, договор цессии (уступка права требования) от 24.04.2019, не противоречит закону, оснований предусмотренных статьями 383 и 388 Гражданского кодекса РФ не имеется, следовательно, истец вправе обращаться с требованием о взыскании долга по государственному контракту №203/13-РЕМ/Р от 13.07.2013.

Доводы ответчика о том, что переуступка права требования от общества в пользу индивидуального предпринимателя на взыскание задолженности в сумме 632800 рублей является незаконной судом отклоняются.

Обязанность личного исполнения государственного (муниципального) контракта (договора) обусловлена необходимостью обеспечения принципов открытости, прозрачности и сохранения конкуренции при проведении закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

Таким образом, запрет на замену исполнителя (в данном случае поставщика) направлен на обеспечение надлежащего исполнения подрядчиком основного обязательства, являющегося предметом контракта (договора), для защиты интересов заказчика от возможной уступки прав и обязанностей по заключенному контракту в части исполнения обязательств по поставке товара, выполнению работ, оказанию услуг.

В то же время запрет не может быть распространен на уступку денежного требования, поскольку при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

При этом необходимость изменения сведений в отношении подрядчика при совершении расчетных операций не может служить обстоятельством, свидетельствующим о существенном значении личности кредитора для должника.

Суд установил, что на момент заключения договора цессии ООО "Стройсталь" полностью исполнило обязательства по государственному контракту, право требования оплаты которого уступило. В рассматриваемом случае уступлено не право исполнения государственного контракта в части выполнения работ, а право требования оплаты за уже выполненные работы, которые приняты заказчиком, что подтверждается представленными в материалы дела актами о приемке выполненных работ.

В данном случае права заказчика совершением уступки права требования не нарушаются, условия заключенного с ним договора не изменяются.

В пункте 17 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2017 изложена правовая позиция о том, что предусмотренный пунктом 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет не может быть распространен на уступку победителем торгов денежного требования, поскольку при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника. Необходимость внесения изменений в документацию, - сопровождающую совершение расчетных операций, не может служить обстоятельством, свидетельствующим о существенном значении личности кредитора для должника.

В результате подписания договора цессии не производится замена стороны договора - поставщика (подрядчика, исполнителя), а лишь переходит право требования уплаты начисленной задолженности. При этом заказчик сохраняет право на выдвижение возражений в соответствии со статьей 386 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 17 Обзора).

В пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки", разъяснено, что статья 383 ГК РФ устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью. При этом следует принимать во внимание существо уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве. Например, исходя из положений пункта 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет уступки прав по договорам, заключение которых возможно только путем проведения торгов, не затрагивает требований по денежным обязательствам.

Верховный Суд Российской Федерации решением от 23.04.2019 N АКПИ19-112, оставленным без изменения Апелляционным определением от 30.07.2019 N АПЛ19-259, признал не действующим со дня издания письмо Минфина России от 21.07.2017 N 09-04-04/46799, разъясняющее законодательство по вопросу правомерности переуступки права требования по государственным контрактам, и в котором указано, что из содержания положений статей 24 и 103 Закона N 44-ФЗ, статьи 38, пункта 3 статьи 219 Бюджетного кодекса РФ следует, что личность поставщика (подрядчика, исполнителя) по контракту имеет существенное значение для государственного заказчика (абзац первый).

Более того, с 1 июня 2018 года вступила в силу новая редакция пункта 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой победитель торгов вправе уступать требования по денежному обязательству (Федеральный закон от 26 июля 2017 года N 212-ФЗ).

Следовательно, действующим законодательством не исключена возможность уступки права требования по денежному обязательству, возникшему из государственного контракта, а поэтому победитель торгов в данном случае подрядчик по государственному контракту, исполнивший свои обязательства по контракту, вправе уступать требования по денежному обязательству к заказчику, в связи с чем, доводы учреждения являются несостоятельными и подлежащими отклонению.

Доводы ответчика о том, что договор уступки права требования от 24.04.2019 является ничтожной сделкой, поскольку он заключен в предпоследний день до исключения ООО "Стройсталь" из ЕГРЮЛ, и оплата за уступленное право была произведена в день исключения общества из ЕГРЮЛ, судом отклоняются. В материалы дела представлена квитанция к приходному кассовому ордеру №1 от 25.04.2019 об оплате по договору цессии. На данной квитанции имеется оттиск печати ООО "Стройсталь", а также подпись главного бухгалтера ФИО8 Факт того, что оплата за уступленное право была произведена 25.04.2019, то есть в день исключения ООО "Стройсталь" из ЕГРЮЛ, не является основанием для признания договора уступки права требования от 24.04.2019 ничтожной сделкой. О фальсификации доказательства в порядке статьи 161 АПК РФ ответчиком не заявлено. При таких обстоятельствах суд относится критически к приведенному ответчиком доводу.

В силу части 4 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

Однако, заключение договора об уступке предпринимателю права общества требовать взыскания основного долга по контракту, не нарушает нормы действующего законодательства. Следовательно, такая сделка не может быть признана ничтожной.

Согласно частям 1, 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В материалы дела не представлен судебный акт о признании договора цессии, на ничтожность которого ссылается ответчик, недействительной сделкой, поэтому договор уступки права требования от 24.04.2019 является законным, влекущим правовые последствия.

Спорные правоотношения являются правоотношениями по поводу выполнения подрядных работ для государственных нужд, которые регулируются главой 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Кодекс) и Федеральным законом Российской Федерации N 94-ФЗ от 21.07.2005 "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон N 94-ФЗ).

Статьей 1 Закона N 94-ФЗ, предусмотрено, что данный закон регулирует отношения, связанные с размещением заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных, муниципальных нужд, нужд бюджетных учреждений.

В соответствии с частью 1 статьи 9 Закона N 94-ФЗ под государственным или муниципальным контрактом понимается договор, заключенный заказчиком от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования в целях обеспечения государственных или муниципальных нужд.

Государственный контракт и муниципальный контракт заключаются в порядке, предусмотренном Гражданским кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами с учетом положений настоящего Федерального закона (пункт 2 Закона N 94-ФЗ).

В соответствии со статьей 763 ГК РФ подрядные строительные работы (статья 740), проектные и изыскательские работы (статья 758), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

В соответствии со статьей 763 ГК РФ по государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

В соответствии с пунктом 1 статьи 711 ГК РФ заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок.

Согласно пункту 4 статьи 753 ГК РФ сдача результата работ подрядчиком и его приемка заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами. При отказе одной из сторон от подписания акта в нем делается отметка об этом и акт подписывается другой стороной. Односторонний акт сдачи или приемки результата работ может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованным.

Акт приемки работ является основанием для возникновения обязательства заказчика по оплате выполненных работ (пункт 8 информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 N 51 "Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда").

Статьями 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение условий такого обязательства не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом или договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Согласно части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Судом установлено, что из представленных в материалы дела актов о приемке выполненных работ (форма КС-2) и справок о стоимости выполненных работ (форма КС-3) обществом в соответствии государственным контрактом №203/13-РЕМ/Р от 13.07.2013 выполнены работы на общую сумму 2904000 руб.

Указанные формы КС-2 и КС-3 подписаны заказчиком без замечаний, что не оспаривается ответчиком.

Таким образом, в соответствии с пунктами 2.6 и 2.7 контракта у заказчика возникла обязанность по оплате выполненных работ.

Из материалов дела следует, что за выполненные работы заказчик оплатил подрядчику 2271200 руб. Данные обстоятельства ответчиком не оспорены и не опровергнуты.

Таким образом, задолженность заказчика по оплате выполненных работ по спорному контракту составляет 632800руб.

Факт выполнения обществом работ на заявленную сумму и их принятия заказчиком, ответчиком не оспорен.

С учетом установленных обстоятельств по делу исковые требования предпринимателя о взыскании с ответчика задолженности за выполненные работы в сумме 632800 руб. суд признает обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Ответчиком и третьим лицом заявлено ходатайство о применении к спорным правоотношениям пропуска срока исковой давности.

Довод ответчика и третьих лиц о пропуске срока исковой давности отклоняется, как основанный на неверном понимании норм материального права.

В силу статьи 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Как предусмотрено пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного Кодекса.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 2 пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" (далее - постановление N 43), к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом.

В соответствии с пунктом 21 постановления N 43 перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения. Вместе с тем по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Положения новой редакции пункта 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации о возможном течении срока исковой давности заново после признания должником в письменной форме суммы долга, введены Законом N 42-ФЗ, вступившим в действие с 01.06.2015, и, с учетом пункта 2 статьи 2 указанного закона, применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу данного Федерального закона, если иное не предусмотрено данной статьей; по правоотношениям, возникшим до дня его вступления в силу, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции названного закона) применяются к тем правам и обязанностям, которые возникнут после дня вступления в силу Закона N 42-ФЗ, если иное не предусмотрено названной статьей.

При этом согласно пункту 83 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" положения Гражданского кодекса Российской Федерации в измененной Законом N 42-ФЗ редакции не применяются к правам и обязанностям, возникшим из договоров, заключенных до дня вступления его в силу (до 1 июня 2015 года). При рассмотрении споров из названных договоров следует руководствоваться ранее действовавшей редакцией Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом сложившейся практики ее применения (пункт 2 статьи 4, абзац второй пункта 4 статьи 421, пункт 2 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Названное разъяснение, основанное, прежде всего, на пункте 2 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации, направлено на обеспечение стабильности договоров, заключенных до соответствующего изменения гражданского законодательства: в отсутствие дополнительных волеизъявлений сторон о применении к их отношениям нового регулирования они подчиняются ранее действовавшей редакции Гражданского кодекса Российской Федерации. Вместе с тем, применительно к регулированию исковой давности это не исключает ни возможности заключения сторонами новых соглашений, подчиненных уже новому регулированию, ни права стороны в соответствии с законом и договором в одностороннем порядке своим волеизъявлением изменить режим своей обязанности в пользу другой стороны.

Поэтому, если сторона письменно в одностороннем порядке или в соглашении с другой стороной, подтвержденном в двустороннем документе, признает свой возникший из заключенного до 01.06.2015 договора долг, исковая давность по которому не истекла на момент введения в действие Закона N 42-ФЗ, однако уже истекла к моменту такого признания долга, то к отношениям сторон подлежит применению пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В материалы дела представлен акт сверки взаимных расчетов, составленный между ООО "Стройсталь" в лице генерального директора ФИО5 и ГКУ «Дагестанавтодор» в лице руководителя ФИО6, главного бухгалтера ФИО7

Согласно указанному акту сверки взаимных расчетов задолженность в пользу общества на 31.12.2018 составляет 632800 руб.

Ответчиком не представлены в материалы дела доказательства наличия между ООО "Стройсталь" и ГКУ «Дагестанавтодор» иных договорных обязательств, во исполнение которых мог быть составлен указанный акт сверки взаимных расчетов.

Таким образом, из представленного акта сверки следует, что спорная задолженность образовалась по государственному контракту №203/13-РЕМ/Р от 13.07.2013 в связи с неоплатой ответчиком работ, принятых им по актам сдачи-приемки выполненных работ составленных 29.08.2013 и 20.12.2013.

Судом установлено, что право требования у истца по указанным актам возникло с 29.09.2013 и 20.01.2014 (с учетом положений статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах, учитывая, что срок исковой давности по названным актам истекал в 29.09.2016 и 20.01.2017, а письменное признание долга состоялось 31.12.2018, то есть оба обстоятельства имели место уже после вступления в силу Закона N 42-ФЗ, то к рассматриваемым правоотношениям подлежит применению пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В такой ситуации должник, добровольно признавший долг письменно после введения в действие Закона N 42-ФЗ, не вправе недобросовестно ссылаться на то, что пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяется к такому признанию (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.09.2019 по делу N 305-ЭС18-8747, А40-101877/2017.

Таким образом, у суда отсутствуют правовые основания для отказа в удовлетворении исковых требований в связи с пропуском истцом срока исковой давности по заявленным требованиям.

В соответствии со статьями 112 и 170 АПК РФ в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, разрешаются вопросы распределения между сторонами судебных расходов.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

При обращении в суд истцу предоставлена отсрочка оплаты государственной пошлины, а поскольку в соответствии с подпунктом 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации ГКУ РД «Управление автомобильных дорог Республики Дагестан» освобождено от уплаты государственной пошлины вопрос о взыскании государственной пошлины за рассмотрение дела не рассматривается.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 156, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с Государственного казенного учреждения Республики Дагестан «Управление автомобильных дорог Республики Дагестан» в пользу индивидуального предпринимателя ФИО2 632800 руб. основного долга по государственному контракту №203/13-РЕМ/Р от 13.07.2013.

Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в тот же срок в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд, через Арбитражный суд Республики Дагестан.

Судья Х.В. Оруджев