Решение от 19 августа 2021 г. по делу № А70-7563/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Ленина д.74, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-7563/2021
г. Тюмень
19 августа 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 17 августа 2021 года. Полный текст решения изготовлен 19 августа 2021 года.

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Безикова О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению

УМВД России по г.Тюмени

к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП 317554300096161, ИНН <***>)

о привлечении к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 КоАП РФ на основании протокола № 72т701127347-9/51 об административном правонарушении 09.04.2021,

третье лицо – Общество с ограниченной ответственностью «Власта-Консалтинг» (ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии

от ответчика – ФИО2 на основании доверенности от 01.01.2021 №5,

установил:

УМВД России по г.Тюмени (далее – заявитель, Управление) обратилось в арбитражный суд с заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО3 (далее – ответчик, ИП ФИО3) о привлечении к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ).

Определением суда от 12.05.2021 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Общество с ограниченной ответственностью «Власта-Консалтинг» (далее – третье лицо, ООО «Власта-Консалтинг»).

Заявитель и третье лицо о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом в соответствии с требованиями статей 122 и 123 Арбитражного процессуального кодекса РФ, своих представителей для участия в судебное заседание не направили.

Дело рассматривается в отсутствие заявителя и третьего лица.

Представитель ответчика возражает против заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве.

По мнению ответчика в его действиях отсутствует событие административного правонарушения. Заключение эксперта №1816 от 27.10.2020 имеет ряд существенных ошибок, неточностей, противоречий, в том числе, значительные недостатки в результатах проведенного осмотра объекта исследования. В отзыве ответчик подробно приводит ряд недостатков заключения эксперта, свидетельствующих о нарушении закона. Из заключения эксперта невозможно оценить действительную квалификацию эксперта. Директор и эксперт АНО «Центр независимой экспертиз и оценки бизнеса» ФИО4, составившая Заключение эксперта №1816 от 27.10.2020, является заинтересованным лицом по отношению к ООО «Власта-Консалтинг». В связи с чем, ответчик просит признать Заключение эксперта № 1816 от 27.10.2020 недопустимым доказательством.

Кроме того, ответчик указывает на то, что в рамках проверки им были представлены договоры и первичные бухгалтерские документы, свидетельствующие о легальности приобретения товаров у официальных дилеров, соответствующих товарных знаков, сертификаты качества, а также декларации о соответствии на товар. Правоохранительными органами не было дано соответствующей правовой оценки представленным документам.

В отзыве ответчик также приводит доводы о том, что истек срок исковой давности для привлечения к административной ответственности.

От третьего лица поступили отзыв и письменные пояснения по делу.

По мнению ООО «Власта-Консалтинг», в действиях ИП ФИО3 присутствуют признаки состава вменяемого административного деяния. Совершенным правонарушением правообладателям причинен ущерб. Приведенные в отзыве доводы о неполноте документов о квалификации эксперта не подтверждены нормами закона, нарушенными, по мнению ИП ФИО3, при проведении экспертизы. Третье лицо ссылается на отсутствие доказательств наличия заинтересованности эксперта в исходе дела, иных доказательств, которые могут вызвать сомнение в его беспристрастности, нахождения эксперта в служебной или иной зависимости от лиц, участвующих в деле. Также не доказано что лицо, проводившее экспертизу, являлось неуполномоченным лицом для проведения экспертизы. Доводы ответчика относительно выводов заключения эксперта, не свидетельствуют о наличии противоречий в выводах эксперта и не влекут возникновения сомнений в обоснованности заключения. Декларации о соответствии и иные подобные документы не являются надлежащим подтверждением оригинальности товара. Независимо от привлечения лица к административной ответственности вещи, изъятые из оборота, подлежат передаче в соответствующие организации или уничтожению.

Из материалов дела следует, что в Управление поступил материал проверки по заявлению представителя правообладателя ООО «Власта-Консалтинг» по факту реализации товара, содержащего незаконное воспроизведение чужого товарного знака.

В частности, 17.06.2020 в 14 час. 02 минуты в магазине «Кинг ойл», расположенного по адресу: <...> Октября, д.211, деятельность в котором осуществляет ИП ФИО3, в ходе осмотра обнаружено моторное масло марок «Castrol EDGE», «Mobil», «Motul», а также фильтр масляный «RENAULT GROUP» (в количестве и объемах, указанных в заявлении), содержащиео, по мнению заявителя и правообладателя, незаконное воспроизведение чужого товарного знака.

В ходе проверки установлен факт предложения к реализации ИП ФИО3 указанного выше товара.

Данный факт подтверждается протоколом осмотра места происшествия от 17.06.2020, с приложением фотоматериала.

В ходе проверки указанный товар, принадлежащий ИП ФИО3, был изъят и назначена товароведческая экспертиза в АНО «Центр независимой экспертизы и оценки бизнеса».

Согласно заключению эксперта №1816 от 27.10.2020 АНО «Центр независимой экспертизы и оценки бизнеса» следуют выводы о том, что продукция, представленная на экспертизу, содержит воспроизведение товарных знаков «Castrol», «Mobil», «Motul», «RENAULT s.a.s.»; имеет признаки несоответствия оригинальной продукции.

По факту выявленного нарушения старшим участковым уполномоченным ОЭБ и ПК Управления в отношении ИП ФИО3, 29.04.2021, в присутствии уполномоченного представителя ответчика, составлен протокол №72т701127347-9/51 об административном правонарушении по признакам состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.10 КоАП РФ.

Учитывая, что в соответствии со статьей 23.1 КоАП РФ дела об административных правонарушениях, предусмотренных частью 2 статьи 14.10 КоАП РФ, совершенных индивидуальными предпринимателями рассматривают судьи арбитражных судов, заявитель обратился в суд с заявлением о привлечении ИП ФИО3 к административной ответственности.

Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в совокупности и взаимосвязи, арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по нижеследующим основаниям.

Частью 2 статьи 14.10 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за производство в целях сбыта либо реализацию товара, содержащего незаконное воспроизведение чужого товарного знака, знака обслуживания, наименования места происхождения товара или сходных с ними обозначений для однородных товаров, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 14.33 КоАП РФ, если указанные действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Объективная сторона правонарушения выражается в незаконном использовании чужого средства индивидуализации товаров (работ, услуг).

Под незаконным использованием средства индивидуализации товаров (работ, услуг) следует признавать любое действие, нарушающее исключительные права других лиц - владельцев товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение к продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении однородных товаров и др. Правонарушитель не заключает с правообладателем договор коммерческой концессии или лицензионный договор, позволивший бы ему пользоваться при выполнении работ, оказании услуг, реализации товаров комплексом таких исключительных прав.

Согласно пункту 1 статьи 1229 Гражданского кодекса РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 Гражданского кодекса РФ), если не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными настоящим Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

Согласно статье 1477 Гражданского кодекса РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак.

В статье 1484 Гражданского кодекса РФ сказано, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 Гражданского кодекса РФ любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Как усматривается из подпункта 1 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории РФ, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию РФ.

В соответствии с пунктом 3 указанной нормы никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Согласно пункту 1 статьи 1515 Гражданского кодекса РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещен товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

Из содержания и смысла приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительные права владельцев товарного знака, в том числе предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения.

В материалы дела заявителем представлено Заключение эксперта №1816 от 27.10.2020 АНО «Центр независимой экспертизы и оценки бизнеса» из которого следуют выводы о том, что продукция, представленная на экспертизу, содержит воспроизведение товарных знаков «Castrol», «Mobil», «Motul», «RENAULT s.a.s.»; имеет признаки несоответствия оригинальной продукции.

В случаях, если при производстве по делу об административном правонарушении возникает необходимость в использовании специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле, судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, выносят определение о назначении экспертизы (часть 1 статьи 26.1 КоАП РФ).

В силу части 3 статьи 26.1 КоАП РФ вопросы, поставленные перед экспертом, и его заключение не могут выходить за пределы специальных познаний эксперта.

Как следует из экспертного заключения, перед экспертом поставлены следующие вопросы:

1. Какие товарные знаки размещены на предоставленной для экспертизы продукции?

2. Кто является правообладателем товарных знаков на указанной продукции?

3.Имеет ли представленная продукция признаки несоответствия оригинальной продукции, если да, то какие?

4. Какой ущерб причинен правообладателю?

Вместе с тем, вопрос №1 не требовал специальных познаний, чтобы получить на него ответ, с учетом наличия на продукции соответствующих этикеток, маркировок. Вопрос №2 не требовал специальных знаний, так как для получения ответов на него достаточно обратиться к открытым реестрам ФИПС для получения соответствующей информации. Поставленный перед экспертом вопрос №3 является правовым вопросом.

При этом, вопросов, касающихся органолептических свойств товара, перед экспертом не поставлено.

Из заключения эксперта следует, что экспертом проводилась идентификация товара сравнительным информационно-аналитическим методами исследования, а также методами сопоставления и совмещения с использованием приборов увеличения (криминалистической лупы) при естественном и искусственном освещении. Визуально исследована информация маркировки, нанесенная на продукцию, а также произведена проверка исполнения товарных знаков и сравнение их с зарегистрированными товарными знаками

В то же время, из представленного заключения не следует, что у эксперта в наличии имелись сравнительные образцы оригинальных товаров, в связи с чем, не представляется возможным установить, с чем эксперт сравнивал упаковки изъятых товаров.

Более того, экспертом не указаны признаки оригинального товара, а также не указано, в чем конкретно состоит отличие оригинальных товаров от товаров, представленных на экспертизу. Таким образом, выводы эксперта невозможно проверить, даже обладая специальными знаниями. Приложенные к экспертному заключению фотоматериалы не позволяют определить на каких фотографиях запечатлен оригинальный товар, а на каких контрафактный, так как признаки, как оригинального товара, так и контрафактного экспертом в заключении не описаны.

Учитывая изложенное, принимая во внимание то, что экспертом не проведен надлежащим образом сравнительный анализ оригинальной продукции и продукции, представленной на исследование, суд приходит к выводу о том, что представленное экспертное заключение №1816 от 27.10.2020 не может быть признано в качестве допустимого доказательства, подтверждающего событие вмененного ответчику правонарушения.

Суд также находит обоснованным вывод ответчика о наличии явного противоречия между Определением №9/51 от 03.07.2020 о назначении товароведческой экспертизы (л.д.69-70) и заключением эксперта №1816 от 27.10.2020.

Так, в частности, из Определения о назначении товароведческой экспертизы усматривается, что экспертизу необходимо провести по фотографиям изъятой продукции. В то же время эксперт в заключении указывает, что осмотр проводился в месте хранения в складских помещениях в г.Тюмень, а также то, что в распоряжение эксперта предоставлена продукция.

По смыслу 6 статьи 26.4 КоАП РФ заключение эксперта также не является обязательным для судьи, органа, должностного лица, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, а оценивается наравне с другими доказательствами по делу.

В материалах дела имеются письменные объяснения третьего лица - ООО «Власта-Консалтинг», которое настаивает на контрафактности продукции «Castrol», «Mobil», «Motul», «RENAULT s.a.s.» и указывает, что заключение эксперта является допустимым, законным и обоснованным доказательством по делу.

Вместе с тем, суд отмечает, что отсутствие согласия правообладателя не является достаточным признаком, позволяющим признать товар контрафактным.

Судом также учтены доводы ответчика о том, что в рамках проверки им были представлены договоры и первичные бухгалтерские документы, свидетельствующие о легальности приобретения товаров у официальных дилеров, соответствующих товарных знаков, сертификаты качества, а также декларации о соответствии на товар.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что данные обстоятельства не исследовались административным органом в ходе производства по делу об административном правонарушении, подлинность представленных ответчиком документов Управлением не оспорена, надлежащими доказательствами представленные документы не опровергнуты, соответствующая правовая оценка таким документам не дана.

В Определениях от 23.06.2021, 02.08.2021 суд также предложил заявителю в письменном виде со ссылками на соответствующие доказательства подтвердить или опровергнуть доводы ответчика, изложенные в отзыве.

Указанные определения суда Управлением не исполнены.

Суд отмечает, что не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия (статья 1487 Гражданского кодекса РФ).

Как разъяснено в пункте 19 Постановления Пленума ВС РФ от 26.04.2007 №14, регистрация товарного знака не дает правообладателю права запретить использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия. Следовательно, такие товары не могут признаваться контрафактными в случаях использования в отношении таких товаров зарегистрированного товарного знака лицом, не являющимся его владельцем.

Таким образом, надлежащих доказательств контрафактности (поддельности) товара в материалы дела не представлено.

Учитывая изложенное, суд находит обоснованным вывод ответчика о том, что в его действиях отсутствует событие вменяемого правонарушения.

В связи с чем, суд полагает, что факт совершения ИП ФИО3 правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.10 КоАП РФ, Управлением не доказан.

В части 1 статьи 1.5 КоАП РФ установлено, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 24.5 КоАП РФ отсутствие события административного правонарушения является обстоятельством, исключающим производство по делу об административном правонарушении.

В силу статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению и с позиции их относимости, допустимости, достоверности, достаточности и взаимной связи в их совокупности.

Проверив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к выводу о том, что Управлением в установленном порядке не доказано событие административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.10 КоАП РФ.

Кроме того, суд также находит обоснованным довод ответчика о том, что истек срок исковой давности привлечения к административной ответственности.

В соответствии с пунктом 6 части 1 статьи 24.5 КоАП одним из обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении, является истечение сроков давности привлечения к административной ответственности.

Согласно части 1 статьи 4.5 КоАП РФ срок давности привлечения к ответственности за нарушение законодательства Российской Федерации о товарных знаках, знаках обслуживания и наименованиях мест происхождения товаров составляет один год со дня совершения административного правонарушения.

Из материалов дела следует, что факт реализации ИП ФИО3 спорной продукции выявлен административным органом 17.06.2020, следовательно, решение о привлечении ответчика к административной ответственности по части 2 статьи 14.10 КоАП РФ следовало вынести не позднее 17.06.2021.

В соответствии с пунктом 18 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.01.2003 №2 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», учитывая, что сроки давности привлечения к административной ответственности не подлежат восстановлению, суд в случае их пропуска принимает решение об отказе в удовлетворении требования административного органа о привлечении к административной ответственности.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце 3 пункта 13.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2005 №5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», суд не вправе за пределами срока давности привлечения к административной ответственности делать выводы о виновности лица, в отношении которого был составлен протокол об административном правонарушении.

Поскольку в действиях ИП ФИО3 не доказана объективная сторона правонарушения, товар, изъятый на основании протокола осмотра места происшествия от 17.06.2020 и приложении к нему, подлежит возврату ответчику, так как контрафактность изъятой продукции Управлением не доказана.

При изложенных обстоятельствах, заявленные требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 167-170, 176, 206 АПК РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Продукцию, изъятую в протоколе осмотра места происшествия от 17.06.2020 по КУСП №7227 от 17.06.2020 и приложении к нему, возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО3 (ОГРНИП 317554300096161, ИНН <***>).

Решение может быть обжаловано в десятидневный срок со дня его принятия в Восьмой арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Тюменской области.

Судья

Безиков О.А.