Решение от 28 мая 2020 г. по делу № А45-33281/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-33281/2019
г. Новосибирск
28 мая 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 26 мая 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 28 мая 2020 года.

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Шевченко С.Ф., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Горовой И.С., рассмотрел в судебном заседании дело № А45-33281/2019 по иску

общества с ограниченной ответственностью «НовИнвестРезерв» (ОГРН <***>), г. Новосибирск

к муниципальному казённому предприятию г. Новосибирска «Горэлектротранспорт» (ОГРН <***>), г Новосибирск

об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

при участии в судебном заседании представителей:

от истца: ФИО1 (по доверенности от 11.01.2019);

от ответчика: ФИО2 (по доверенности от 24.06.2019),

Общество с ограниченной ответственностью «НовИнвестРезерв» (далее – истец, Общество) обратилось в арбитражный суд с уточнёнными в ходе судебного разбирательства требованиями к муниципальному казённому предприятию г. Новосибирска «Горэлектротранспорт», настаивая на обязании ответчика в течение 15-ти календарных дней со дня вступления судебного акта в законную силу возвратить ООО «НовИнвестРезерв» имущество (оборудование связи) демонтированное в ночь с 15 на 16 февраля 2019 года в счёт исполнения требований по исполнительному производству № 31745/18/54003-ИП по Акту о демонтаже оборудования от 16.02.2019 общей стоимостью 172277,38 руб., а именно:

1. Волоконно-оптический кабель связи:

1.1. Марки ОКК-0,22, с количеством оптических волокон 24, в количестве 309 метров, демонтированный с 5 Опор с индексами: Т-И1-62-3; Т-Ш-62-4; Т-Ш-20-1/1; T-1II-20-1: T-I11-20-3; участка сети связи проходящему по проспекту Димитрова в г. Новосибирске, в том числе через туннель-путепровод.

1.2. Марки ОКК-0,22, с количеством оптических волокон 24. в количестве 1392 метра, демонтированный с 29 Опор с индексами: Т-111-17-13; T-1II-17-11: T-I11-17-9: T-I11-17-7: 1 -111-17-5; Т-Ш-17-3; Т-Ш-17-1; Т-Ш-17-98; Т-Ш-17-96; Т-Ш-17-94; Т-111-17-92; Т-Ш-17-90: Т-Ш-17-88; Т-Ш-17-86; Т-Ш-17-84; Т-Ш-17-82; Т-Ш-17-80; T-11I-17-78: Т-Ш-17-76; T-I11-17-74; Т-1П-17-72; Т-Ш-17-70; Т-Ш-17-68; Т-Ш-17-66; T-III-17-64; Т-Ш-17-62; Т-Ш-17-60; Т-Ш-62-1/1; Т-111-17-62-2; участка сети связи проходящему по ул. Владимировская в г. Новосибирске; с участка сети связи проходящему по ул. Гоголя, в г. Новосибирске.

1.3.Марки ОКК-0,22, с количеством оптических волокон 48. в количестве 565 метров, демонтированный с 18 Опор с индексами: Т-Х-46-52; Т-Х-46-50; Т-Х-46-48; Т Х-46-45; Т-Х-46-43; Т-Х-46-41; Т-Х-46-39; Т-Х-46-37: Т-Х-46-35; Т-Х-46-33: Т-Х-46-31; Т-Х-46-29: Т-Х-46-27: Т-Х-46-25; Т-Х-46-23; Т-Х-46-21; Т-Х46-23/1; Т-Х-26/1; с участка сети связи проходящему по ул. Серебренниковская в г. Новосибирске.

1.4.Марки ОКК-0,22, с количеством оптических волокон 24, в количестве 605 метров, демонтированный с 14 Опор с индексами: Т-Х-28-14; Т-Х-28-11; Т-Х-28-13: Т-Х-28-15; Т-Х-28-17; Т-Х-28-19; Т-Х-28-21; Т-Х-28-23; Т-Х-28-25: Т-Х-28-27: Т-Х-28-29; Т-Х-28-31: Т-Х-28-33; Т-Х-28-35; участка сети связи проходящему по ул. Октябрьская магистраль в г. Новосибирске.

1.5.Марки ОКК-0,22, с количеством оптических волокон 24. в количестве192 метра, демонтированный с 7 Опор с индексами: Т-Х-8-550; Т-Х-8-48; Т-Х-8-46; Т-Х-8-44; Т-Х-8-42; Т-Х-8-40; Т-Х-8-38; с участка сети связи, проходящему по ул. Гоголя в г. Новосибирске.

Крепления волоконно-оптического кабеля к опоре следующих наименований:

- УКН (узлы крепления натяжные) в количестве 37 штуки;

- НСО (зажим кабеля) – в количестве 58 штук;

- ПСО (поддерживающий) в количестве 20 штук;

- Шкафы ремонтно-монтажные (ШРМ) металлические в количестве 3 штуки.

Ответчик (Предприятие) правопритязания истца отклонил, ссылаясь на отсутствие правовых оснований для удовлетворения иска.

Рассмотрев имеющиеся в деле доказательства, заслушав представителей сторон, арбитражный суд установил следующее:

По свидетельству истца, решением Арбитражного суда Новосибирской области от 28.12.2018 по делу № А45-35307/2018 на МКП г. Новосибирска «Горэлектротранспорт» была возложена обязанность заключить с ООО «НовИнвестРезерв» договор о пользовании местами крепления к опорам контактной сети городского электротранспорта для размещения участков линий связи ООО «НовИнвестРезерв» на опорах контактной сети городского электротранспорта, принадлежащих МКП г. Новосибирска «Горэлектротранспорт» на праве оперативного управления, в редакции проекта договора, представленного истцом.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 13.02.2018 по делу № А45-12130/2017, вступившим в законную силу суд по встречному иску обязал ООО «НовИнвестРезерв» освободить занимаемые в соответствии с договором от 01.10.2009 № 436 места крепления путём демонтажа, подвешенного на них оборудования.

В рамках исполнительного производства № 31745/18/54003-ИП, возбуждённого для целей исполнения решения по делу № А45-12130/2017 ответчик в ночь с 15 на 16.02.2019 демонтировал кабель связи, крепления кабеля к опоре и шкафы ремонтно-монтажные с опор контактной сети по участкам сети связи в городе Новосибирске:

- проспект Димитрова – улица Владимировская;

- проспект Димитрова – улица Владимировская в сторону улицы Фабричная, 55;

- улица Владимировская, 16 – улица Владимировская,24/1;

- улица Гоголя, 34 – улица Гоголя, 42;

- улица Серебрениковская, 34 – улица Серебрениковская 14;

- улица Серебрениковская, 34 до путепровода, пересекающего улицу Ипподромскую;

- улица Фрунзе, 16 – улица Державина, 42.

Факт демонтажа подтверждается:

- Сообщением ответчика о фактическом исполнении требований по исполнительному производству № 31745/18/54003-ИП, подписанным представителем ответчика ФИО2;

- Актом о демонтаже от 16.02.2019.

Истец письмом от 20.02.2019 потребовал возврата демонтированного имущества.

Ответчик, не отрицая факта демонтажа, предложил истцу забрать оборудование, которое МКП г. Новосибирска «Горэлектротранспорт» не удерживается. При этом ответчик поставил условием возврата оплату хранения оборудования.

Отказ ответчика от возврата демонтированного оборудования, принадлежащего истцу, послужил основанием для обращения за судебной защитой с рассматриваемыми требованиями.

Исковые требования нормативно обоснованы статьёй 301 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Организуя защиту против иска, ответчик апеллировал к тому обстоятельству, что оборудование размещалось на опорах Предприятия без правового основания и было умышленно необирковано Обществом с целью его сокрытия. Сам факт нахождения оборудования на опорах является нарушением охраняемого законом права оперативного управления МКП «ГЭТ». Демонтаж этого оборудования, по мнению ответчика, есть акт самозащиты права (статья 14 Гражданского кодекса Российской Федерации), проведенный в строгом соответствии с действующим на Предприятии регламентом. В оперативном управлении Предприятия находятся опоры контактной сети городского электротранспорта. В соответствии со статьёй 6 Закона Российской Федерации «О связи» организации связи вправе осуществлять строительство и эксплуатацию средств и сооружений связи на столбовых опорах исключительно на основании гражданско-правовых договоров с их владельцем. При этом собственник или иной владелец указанного недвижимого имущества вправе требовать от организации связи плату за пользование этим имуществом.

Операторы связи, размещающие свое оборудование на опорах контактной сети, обязаны выполнять требования Технического регламента, в том числе, и в части маркировки кабеля (раздел 7): каждый узел крепления ВОКС на каждой опоре контактной сети должен иметь бирку установленного образца с указанием на его владельца, каждый ремонтно-монтажный шкаф (ШРМ) также должен быть промаркирован. Операторы связи, включая и истца по настоящему делу, неоднократно уведомлялись Предприятием как об утверждений новых редакций регламента, так и о необходимости соблюдения требования регламента, в том числе, и части маркировки подвешенного оборудования. Только в 2018 году истцу 6 раз письменно указывало Обществу на необходимость соблюдения Регламента. Однако данный оператор проигнорировал уведомления Предприятия.

В январе 2019 года в ходе планового осмотра опор контактной сети работниками Предприятия установлен факт незаконного подвешивания к ним бесхозяйных необиркованных волоконно-оптических кабелей связи на отдельных участках движения электротраснпорта.

В ночь с 15.02.2019 г. на 16.02.2019 г. был проведен демонтаж бесхозяйного непромаркированного кабеля с опор, расположенных на вышеуказанных улицах. Факт демонтажа был заактирован работниками Предприятия. Демонтированный кабель общей длиной 1850 метров принят Предприятием на хранение. Затем в соответствии с разделом 11 Регламента 18.02.2019 г. на сайте www.getnsk.ru были размещены сведения о факте демонтажа с контактными данными для владельцев кабеля. После чего, в Предприятие поступили сообщения от операторов ООО «Новотелеком», ООО «Сибирские сети», ООО «НовИнвестРезерв» о принадлежности им демонтированного оборудования. Ранее названные операторы связи, включая и истца, неоднократно уведомлялись Предприятием о необходимости соблюдения Регламента, в том числе и в части маркировки кабеля. Всего же, в общей сложности, в 2018 году Предприятие 6 раз письменно указывало истцу на необходимость соблюдения Регламента.

Предметом исполнительного производства было обязательство должника - Общества демонтировать кабель с опор, а не обязать взыскателя - Предприятие воздержаться от демонтажа кабеля истца. Предприятие не является должником по данному исполнительному производству. Значительная часть истребуемого имущества не поступала на хранение Предприятия. В процессе демонтажа бесхозяйного оборудования Предприятием не снимались и не принимались на хранение указанные в иске ШРМ и узлы крепления ВОКС. Демонтировались исключительно кабели связи в количестве, существенно меньшем, чем истребуется истцом.

Кроме того, ответчик предложил истцу с выходом на место осмотреть обособленное и паспортизированное им оборудование и забрать его.

В ходе судебного разбирательства истец дважды предпринял попытку изменения требований в судебном заседании 21.01.2020 и 26.05.2020 и потребовал взыскания с ответчика 347722,10 руб. ущерба от утраты имущества.

Судом данные ходатайства истца отклонены в силу следующих обстоятельств:

Согласно части 1 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истец вправе при рассмотрении дела в арбитражном суде первой инстанции до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, изменить основание или предмет увеличить или уменьшить размер исковых требований.

Изменение иска происходит при замене основания или предмета иска, увеличения либо уменьшения размера исковых требований в ходе рассмотрения дела в суде. Необходимость в изменении основания у истца возникает либо в связи с осознанием недостаточной обоснованности заявленного предмета иска, либо ввиду допущения ошибки при правовом обосновании иска.

Законодатель допускает изменение либо основания, либо предмета иска, поскольку одновременное изменение этих определяющих элементов иска означало бы его замену другим, не имеющим по сути ничего общего с заявленным иском.

В рассматриваемом случае, изменяя предмет иска, то есть изменение материально-правового требования, обращённого к ответчику, истец изменил и основание иска - то есть правовую мотивацию обращения за судебной защитой, при котором истец указывает на формирование у него иного по сравнению с первоначальным юридического интереса, связанного с разрешением спора по существу при наличии иных фактических обстоятельств.

Применительно к спорной правовой ситуации истец настаивает на замене предмета иска, изменения способа защиты (с истребования имущества на взыскание его стоимости), изменения основания иска со статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации на статью 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая на формирование у него иного материально-правового интереса, чем при обращении за судебной защитой.

Следовательно, в данном случае истец изменяет требования до нового иска, что противоречит положениям статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

По указанным причинам суд продолжил рассмотрение иска по первоначальным требованиям.

Определив предмет доказывания в рамках настоящего дела, проанализировав доводы сторон, сопоставив их с нормами действующего законодательства, проверив их обоснованность, арбитражный суд пришел к убеждению о неправомерности требований истца, при этом суд исходит из следующего:

В силу части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Согласно части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Защита гражданских прав осуществляется способами, перечисленными в статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, либо иными способами, предусмотренными законом.

Согласно статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

В пункте 36 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 10/22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Исходя из предмета иска и подлежащих применению норм материального права, в предмет доказывания по данному делу, входят факты наличия у истца права собственности или иного вещного права на истребуемое имущество, обладающее индивидуально-определенными признаками; владения ответчиком спорным имуществом; отсутствия у ответчика законных оснований для владения спорным имуществом.

Таким образом, виндикационное требование может быть заявлено лишь лицом, являющимся собственником (титульным владельцем) спорного имущества, но фактически не владеющим им, к лицу, в фактическом, но незаконном владении которого находится вещь, но не являющемуся собственником. То есть, истец по виндикационному иску должен одновременно доказать свое право собственности (или иное вещное право) на истребуемое имущество и отсутствие такого права у лица, к которому предъявлено требование. При этом, одним из условий истребования имущества из чужого незаконного владения является возможность его индивидуализации и идентификации.

Кроме того, истребуемое истцом имущество должно сохраниться в наличии.

Применительно к спорной правовой ситуации истцом не доказан факт принадлежности ему спорного имущества на праве собственности или на другом праве.

Так, ввиду значительной давности представленные истцом документы, подтверждающие принадлежность ему истребуемого имущества (разрешение на эксплуатацию сооружения связи от 18.08.2008 г. и Акт приемки законченного строительством объекта от 23.09.2009 г.) не могут служить доказательством того, что указанное в них оборудование находилось на опорах контактной сети в феврале 2019 года и факта того, что именно оно было демонтировано ответчиком.

Приложение к разрешению на эксплуатацию сооружения связи от 18.08.2008 г. не доказывает принадлежности истцу кабеля ВОКС длиной 4164 метров. Приложение подписано только работниками истца без участия незаинтересованных лиц. Опоры Предприятия, применительно к участкам улиц, по которым проходил демонтаж 15.02.2019 г. упоминаются в Приложении только 1 раз (строка 366 - ул. Фрунзе, 16- ул. Депутатская, 2, - ул. Владимировская, 4, -ул. Депутатская, 2).

Общее количество кабеля 1300 м. Следовательно, данный документ доказывает лишь, что свыше 10 лет назад 18.08.2008 г. кабель длиной 1300 метров истцом был закреплен на опорах контактной сети на участках ул. Фрунзе, 16- ул. Депутатская, 2, - ул. Владимировская, 4, - ул. Депутатская, 2. Кроме того, срок действия самого разрешения истёк 12.07.2011 г., а, следовательно, 12.07.2011 указанный кабель должен был быть снят, и к 15.02.2019 г. никак не мог находиться на опорах и быть демонтированным работниками ответчика.

Принимая же во внимание, что прекращенный Договор № 436 был заключен с ответчиком только 01.09.2009 г., указанное разрешение кроме прочего подтверждает факт монтажа 18.08.2008 г. истцом кабеля на опорах Предприятия без надлежащего правого основания.

Представленный истцом Акт приемки законченного строительством объекта от 23.11.2009 г. является документом, который описывает всю существующую систему передачи данных Общества по состоянию на 18.08.2008, включая используемое в системе оборудование, в том числе ВОКС.

Данный Акт не доказывает принадлежности истцу кабеля указанных истцом марок длиной 4164 метров. Указание в графе акта улицы не означает, что проложенный на этой улице ВОКС смонтирован исключительно на опорах Предприятия. Кабель подвешивается к различным объектам городской инфраструктуры (многоквартирные жилые дома (в основном), административные здания, технические сооружения, подземная канализация, опоры городского освещения). На большинстве указанных улиц опоры контактной сети Предприятия и вовсе отсутствуют, поскольку по этим улицам не проходят маршруты новосибирских троллейбусов и трамваев.

Всего же опоры МКП «ГЭТ» (опоры СЭХ), применительно к участкам улиц, по которым проходил демонтаж 15.02.2019 г., упоминаются в акте только 4 раза в общем количестве 4 штук (строки 464, 465, 512, 603) Следовательно, данный акт доказывает лишь то, что свыше 10 лет назад 23.11.2009 г. в составе систем у передачи данных (СПД) ВОКС неопределенной длины был закреплен на 4 опорах контактной сети, при этом отсутствуют данные, были ли расположены эти опоры друг за другом, что не позволяет судить о длине отрезка кабеля, подвешенного к этим 4 опорам.

Также истцом не доказан факт тождественности истребуемого имущества и бесхозяйного имущества, демонтированного ответчиком.

Истцом не представлены доказательства того, что именно истребуемое имущество находилось на опорах контактной сети Предприятия к моменту демонтажа и было демонтировано ответчиком. В материалы дела ответчиком представлен диск с фотографиями оборудования в момент демонтажа, из которого усматривается наличие имущества, не обладающего индивидуально-определёнными признаками. На оборудовании отсутствуют бирки, инвентарные номера или заводская маркировка. На демонтированных кабелях отсутствуют какие либо бирки, в том числе по форме предусмотренной Регламентом, не нанесены инвентарные номера или наименование владельца, отсутствует маркировка и т.д.

Путём осмотра имущества стороны убедились, что в настоящее время отсутствует возможность индивидуализировать и идентифицировать имущество находящиеся на хранении Предприятия, как имущество принадлежащие истцу.

Ответчик произвел демонтаж бесхозяйного непромаркированного кабеля с опор контактной сети городского электрического транспорта расположенных на перечисленных ранее улицах г.Новосибирска. Сегменты демонтированного бесхозяйного кабеля, находящиеся на хранении МКП «ГЭТ», принадлежащие ООО «Новотелеком», ООО «Сибирские Сети» и, как утверждает истец - Обществу, в виду отсутствия индивидуализирующих признаков, полностью идентичны друг другу. Таким образом, в виду того, что демонтированный волоконно-оптический кабель не обладает какими-либо индивидуализирующими признаками, его невозможно идентифицировать как имущество, принадлежащее истцу.

Двухсторонним Актом осмотра от 17.01.2020 сторонами зафиксировано, что на складе ответчика находится 1850 метров волоконно-оптического кабеля (ВОК) и узлы крепления в количестве 20 штук. При этом проверка фактического качества ВОК, в момент осмотра 17.01.2020 сторонами не производилась

Наличие у ответчика на хранении, принадлежащих истцу шкафов ремонтно-монтажных (ШРМ) указанным 2-х сторонним актом не зафиксировано, из чего следует вывод об утрате ответчиком демонтированных им ШРМ.

Указанный Акт осмотра в совокупности с иными имеющимися в деле доказательствами, дает основания считать, что требуемый истцом ВОК у ответчика отсутствует, а оставшийся кабель (неидентифицированный) невозможно использовать по назначению, использования в сети электросвязи в связи с утратой потребительских свойств (скручивание, порывы и т.д.).

Доводы истца о том, что принадлежность кабеля различным субъектам оказания услуг связи можно идентифицировать по количеству волокон носит предположительный характер и никакими доказательствами не подтверждаются.

Оставшийся у ответчика на хранении кабель не подлежит использованию, так как отрезки кабеля в количестве 79 штук составляют около 24 метров, тогда как по Правилам Прокладки оптических кабелей Руководства по эксплуатации линейно кабельных сооружений связи, минимальная длина отрезка кабеля с учётом его назначения и климатической зоны, а также расстояния между опорами контактной сети, должно быть не менее 35/40 метров.

В ходе судебного разбирательства истец заявил о невозможности повторного использования находящегося на хранении у ответчика имущества, в связи с чем у истца и сформировался совершенно иной материальный интерес, чем при обращении за судебной защитой.

Таким образом, истцом с учётом избранного им при обращении с иском способа защиты не доказан ни факт принадлежности ему имущества, демонтированного ответчиком 15-16.02.2019, ни указано идентифицирующих признаков имущества, но указано на невозможность использования того имущества, которое находится на хранении у ответчика.

При таких условиях применение правила статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации для восстановления нарушенного права истца не представляется возможным.

Вследствие указанных обстоятельств в рассматриваемом деле отсутствуют правовые основания для удовлетворения иска за счёт ответчика, что влечёт отказ в иске.

По результатам рассмотрения спора государственная пошлина, уплаченная при обращении за судебной защитой, подлежит отнесению на истца в полном объёме на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В иске отказать.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.

В суд кассационной инстанции решение подлежит обжалованию при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.


Судья

С.Ф. Шевченко