Постановление от 15 декабря 2022 г. по делу № А12-1432/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-23478/2022

Дело № А12-1432/2022
г. Казань
15 декабря 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 13 декабря 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 декабря 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Карповой В.А.,

судей Ананьева Р.В., Хайруллиной Ф.В.,

в отсутствие лиц, участвующих в обособленном споре, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 29.06.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2022

по делу № А12-1432/2022

по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1, г. Волгоград (ИНН <***>, ОГРНИП 316344300154806) о включении требований в реестр требований кредиторов должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Вилюй», г. Волгоград (ОГРН: <***>, ИНН: <***>),

заинтересованные лица: индивидуальный предприниматель ФИО2, г. Волгоград (ИНН <***>, ОГРНИП 318344300050065), общество с ограниченной ответственностью «Торговый дом «ПромГазЭнерго», г. Саратов (ОГРН <***>, ИНН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Электро-газовые технологии», г. Калач-на-Дону Волгоградской области (ОГРН <***>, ИНН <***>),

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд Волгоградской области поступило заявление Департамента муниципального имущества администрации Волгограда о признании должника – общества с ограниченной ответственностью «Вилюй» (далее – ООО «Вилюй») несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 27.01.2022 заявление кредитора принято к производству суда, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) № А12-1432/2022.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 17.03.2022 в отношении ООО «Вилюй» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

14 апреля 2022 года в суд поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО1 (далее – ИП ФИО1) о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности по агентскому договору на техническое перевооружение котельной от 15.05.2020 в размере 3 772 838 руб., в том числе 3 144 032 руб. – стоимость затрат на выполнение работ, 628 806,4 руб. – вознаграждение агента.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 29.06.2022, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2020, требование ИП ФИО1 в размере 3 772 838 руб. признано обоснованными и подлежащими удовлетворению после погашения требований кредиторов должника ООО «Вилюй» в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

ИП ФИО1 не согласившись с выводами суда первой инстанции, обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Волгоградской области и постановление апелляционного суда, заявление о включении в реестр требований кредиторов удовлетворить, по основаниям, указанным в кассационной жалобе.

Информация о принятии кассационной жалобы к производству, движении дела, времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: http://faspo.arbitr.ru/ в соответствии со статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ по доводам, изложенным в кассационной жалобе.

Как следует из материалов дела, между ИП ФИО1 (Арендатор) и ООО «Вилюй» (Арендодатель) 01.01.2020 был заключен договор аренды №ВАВил-016, по условиям которого Арендодатель сдает, а Арендатор принимает во временное владение и пользование с правом сдачи в субаренду нежилые помещения (производственные и складские), площадью 4250 кв. м и земельный участок, площадью 40 708 кв. м, расположенные по адресу: <...>.

Согласно представленной в материалы дела выписке из технического плана паспорта здания (строения), расположенного по адресу: <...>, на первом этаже здания располагается котельная (номер по плану 6).

Между ООО «Газпром межрегиопгаз Волгоград» и ИП ФИО1 был заключен договор поставки газа № 09-5- 58551/19Б.

Между ИП ФИО1 (Агент) и ООО «Вилюй» (Принципал) был заключен агентский договор на техническое перевооружение котельной, согласно которому Принципал поручает, а Агент принимает на себя за вознаграждение обязательства совершить от своего имени, но в интересах и за счет Принципала юридические и фактические действия, направленные на техническое перевооружение сети газопотребления котельной с заменой котлов, расположенной по адресу: <...> и принадлежащей Принципалу на праве собственности.

Согласно условиям договора от 15.05.2020, ИП ФИО1 обязался заключить от своего имени, но в интересах и за счет Принципала, договор на выполнение работ с подрядчиками, договор по поставке дополнительного оборудования.

Срок выполнения работ – 15.05.2020, окончание работ – 31.12.2020. Заявителем получено Заключение по результатам технического диагностирования помещения котельной от 21.02.2020 № 19-3С-2020 о состоянии конструкций помещений.

В рамках выполнения работ по указанному агентскому договору, ИП ФИО1 (Покупатель) заключил договор от 22.05.2020 № 08/20 с ИП ФИО2 (Исполнитель) по поставке товара, согласно которому ИП ФИО2 обязался поставить товар – котел отопительный RSA-500 (с автоматикой), а ИП ФИО1 обязался оплатить товар по счету № 47 от 22.05.202 на сумму 636 000 руб. Соответствующая оплата произведена ИП ФИО1, что подтверждается банковскими выписками, платежными поручениями № 465 от 26.06.2020 на сумму 200 000 руб. и платежным поручением №643 от 10.08.2020 на сумму 436 000 руб.

Далее, ИП ФИО1 (Заказчик) 17.06.2020 был заключен договор подряда №25-17/06/20 с ООО «Электро-газовые технологии» (Подрячик) на выполнение работ по объекту: «Техническое перевооружение сети газопотребления котельной, с заменой котла, расположенной по адресу: г. Волгоград, Дзержинский район, проезд Крутой, 3» (пункт 1.1 договора).

Виды строительно-монтажных работ и цена работ определена в Локальном сметном расчете №17/06, являющегося неотъемлемой частью договора (пункт 1.2 договора). Срок выполнения работ – 90 дней (п.3.1 договора). Цена работ по договору – 2 177 032 руб. (пункт 4.1 договора, Локальный сметный расчет №17/06).

Согласно представленному акту о приемке выполненных работ № 1 от 01.11.2020, Подрядчик выполнил работы «Техническое перевооружение сети газопотребления котельной, с заменой котла, расположенной по адресу: г. Волгоград, Дзержинский район, проезд Крутой, 3, на сумму в размере 2 177 032 руб. Акт подписан сторонами без замечаний относительно стоимости, качества и объема работ.

Работы оплачены ИП ФИО1, что подтверждается банковскими выписками, платежными поручениями №456 от 23.06.2020 на сумму 300 000 руб., №762 от 16.09.2020 на сумму 150 000 руб., №764 от 17.09.2020 на сумму 100 000 руб., №785 от 23.09.2020 на сумму 538 516 руб., №786 от 23.09.2020 на сумму 91 484 руб., №962 от 10.11.2020 на сумму 997 032 руб.

Кроме того, согласно счет-фактуре от 10.08.2020 № 845 ООО «Торговый дом «ПромГазЭнерго» был поставлен газорегуляторный пункт шкафной с основной и резервной линиями редуцирования на базе регуляторов РДНК-400, фильтр газа ФГ-50 с измерительным комплексомСГ-ЭКВз-Р-0,5-40 с ППД и R-300 без обогрева, стоимостью 331 000 руб., который был оплачен ИП ФИО1, что подтверждается банковскими выписками, платежными поручениями №448 от 19.06.2020 на сумму 99 300 руб., №644 от 10.08.2020 на сумму 231 700 руб. Таким образом, общая стоимость затрат по переоборудованию котельной составила 3 144 032 руб. (636 000 руб. + 2177 032 руб.+ 331 000 руб.).

Согласно акту приемки законченного строительством объекта газораспределительной системы, комиссия, в составе которой был представитель Ростехнадзора, 28.10.2020 приняла объект, на котором были проведены строительно-монтажные работы по адресу: г. Волгоград, Дзержинский район, проезд Крутой, 3.

В соответствии с пунктом 3.1 агентского договора на техническое перевооружение котельной от 15.05.2020, расходы Агента включают стоимость выполненных работ, установленную в договорах подряда, заключаемых Агентом с подрядчиками во исполнение данного договора; стоимость оборудования.

Принципал также возмещает Агенту прочие согласованные расходы. Оплата услуг Агента составляет 20% от суммы, выплаченной согласно пункту 3.1 (пункта 3.2 договора.

Таким образом, размер вознаграждения Агента по указанному договору составил 628 806 руб. (20% от 3 144 032 руб.).

Согласно пункту 3.3 агентского договора, оплата работ по договору производится на основании Отчета Агента, детализирующего объем и содержание оказанных услуг по договору. Представитель заявителя в судебном заседании подтвердил, что Отчет об исполнении агентского поручения от 30.12.2020, содержащий детальное описание выполненных работ со ссылкой на первичные документы, был представлен должнику 30.12.2020.

Ссылаясь на то, что сумма в размере 3 772 838 руб., из которых 3 144 032 руб. – стоимость затрат на выполнение работ и 628 806,4 руб. – вознаграждение агента, не уплачена должником в полном объеме в порядке и в соответствии с условиями, установленными агентским договором на техническое перевооружение котельной от 15.05.2020, ИП ФИО1 обратился в арбитражный суд.

Арбитражный суд кассационной инстанции, оставляя без изменения определение и постановление апелляционной инстанции, исходит из установленных судом обстоятельств дела и следующих норм права.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

По смыслу перечисленных норм права, регулирующих порядок установления размера требований кредиторов в делах о банкротстве, не подтвержденные судебным решением требования кредитора могут быть установлены лишь при условии, если представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Цель проверки судом требований кредиторов состоит, прежде всего, в недопущении включения в реестр требований кредиторов необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). Проверка обоснованности требования кредитора состоит в оценке доказательств, представленных в подтверждение наличия перед ним денежного обязательства. В соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Суду предоставляются доказательства, отвечающие требованиям статей 67, 68, 75 АПК РФ. Арбитражный суд в соответствии со статьей 71 АПК РФ оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В пунктах 3, 3.1 и 3.2 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор от 29.01.2020),приведены правовые позиции, согласно которым требование контролирующего должника лица (а равно и аффилированного лица, контролируемого одним и тем же бенефициаром) подлежит удовлетворению после удовлетворения требований других кредиторов, если оно основано на договоре, исполнение по которому представляет собой компенсационное финансирование, то есть финансирование, предоставленное должнику в ситуации имущественного кризиса (наличия обстоятельств, обязывающих его контролирующее лицо действовать по модели, приведенной в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, - обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом) и направленное на его возвращение к нормальной предпринимательской деятельности, которое, в числе прочего, может быть оформлено договором займа или осуществляться путем отказа от принятия мер к истребованию задолженности.

В пункте 3.3 Обзора указано, что разновидностью финансирования по смыслу пункта 1 статьи 317.1 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) является предоставление контролирующим лицом, осуществившим неденежное исполнение, отсрочки, рассрочки платежа подконтрольному должнику по договорам купли-продажи, подряда, аренды и т.д. по отношению к общим правилам о сроке платежа (об оплате товара непосредственно до или после его передачи продавцом (пункт 1 статьи 486 ГК РФ), об оплате работ после окончательной сдачи их результатов (пункт 1 статьи 711 ГК РФ), о внесении арендной платы в сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах (пункт 1 статьи 614 ГК РФ) и т.п.).

Поэтому в случае признания подобного финансирования компенсационным вопрос о распределении риска разрешается так же, как и в ситуации выдачи контролирующим лицом займа. При этом контролирующее лицо, опровергая факт выдачи компенсационного финансирования, вправе доказать, что согласованные им условия (его действия) были обусловлены объективными особенностями соответствующего рынка товаров, работ, услуг (статья 65 АПК РФ).

Удовлетворяя заявленные требования, суды пришли к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения и мотивировали судебные акты тем, что заявителем доказана реальность правоотношений с должником, которые, вместе с тем, предоставляют собой компенсационное финансирование должника аффилированным с ним лицом в ситуации имущественного кризиса и неплатежеспособности должника, что с учетом разъяснения пункта 3 Обзора судебной практики, является основанием для понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с должником на момент заключения агентского договора 15.05.2020 кредитора и с учетом изложенного сделан вывод о компенсационном характере заявленного требования в размере 3 772 838 руб., в связи, с чем суд определил предъявленные требования к погашению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты с учетом нижеследующих обстоятельств.

Как следует из анализа представленных в дело документов, заявленная к включению в реестр требований кредиторов должника задолженность возникла до возбуждения производства по делу о банкротстве должника. В связи с этим, требования кредитора в силу пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве не являются текущими и подлежат включению в реестр.

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, в рассматриваемом случае имеются основания для понижения очередности удовлетворения требований ИП ФИО1 к должнику в размере 3 772 838 руб.

На момент заключения агентского договора на техническое перевооружение котельной от 15.05.2020 должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, поскольку имевшаяся на тот период кредиторская задолженность перед Департаментом муниципального имущества администрации Волгограда погашена не была и впоследствии включена в реестр требований кредиторов.

Период образования данной задолженности, включенной в реестр кредиторов ООО «Вилюй», - 2017-2020 гг.

Кроме того, бухгалтерская отчетность должника за 2020 год содержит сведения о том, что убыток у должника постепенно нарастал с 2018 года: в 2018 году убыток от деятельности составил 8,2 млн. руб., в 2019 году — 12.1 млн. руб., в 2020 — 15,1 млн. руб. (строка 1300 отчетности за 2020 год). Более того, в отношении ООО «Вилюй» определением 26.10.2016 арбитражного суда было возбуждено дело №А12-58735/2016 о несостоятельности (банкротстве), которое прекращено определением суда от 22.03.2018 в связи с заключением мирового соглашения.

По условиям мирового соглашения кредиторам ООО «Вилюй» предоставлялась рассрочка погашения задолженностей на 3 года. Пунктом 3.3 агентского договора на техническое перевооружение котельной от 15.05.2020, оплата работ по договору производится на основании Отчета Агента, детализирующего объем и содержание оказанных услуг по договору. Соответствующий Отчет датирован 30.12.2020.

Между тем, при наступлении срока оплаты по агентскому договору на техническое перевооружение котельной от 15.05.2020 ИП ФИО1 не предпринимались меры по судебному взысканию заявленной в значительном размере задолженности, принимая во внимание также, что работы на объекте были окончены еще 28.10.2020. Обратного в материалы дела не представлено.

При этом в материалах обособленного спора отсутствуют доказательства, свидетельствующие об экономической целесообразности в указанных действиях, либо того, что они вызваны объективными обстоятельствами.

Согласно пункту 3.4 Обзора не устраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли представленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов и предоставление кредитором подконтрольному должнику фактически рассрочки платежа по агентскому договору может являться разновидностью финансирования в ситуации имущественного кризиса и неплатежеспособности должника.

В рассматриваемом случае включение требования ИП ФИО1 в третью очередь реестра требований кредиторов привело бы к ситуации, в которой интересы контролировавшего должника лица, принявшего на себя риски, связанные с избранием отличной от предписанной Законом о банкротстве модели поведения, конкурировали бы с имущественными интересами независимого кредитора, что противоречит обобщенному обзором судебной практики правовому подходу.

Доводы о том, что все представленные в материалы дела доказательства, подтверждают реальность правоотношении и свидетельствуют исключительно о том, что ФИО1 действовал в условиях рыночных отношений, осуществлял свою предпринимательскую деятельность на основе законодательства РФ и подкреплял это соответствующими юридическими документами, наличие которых необходимо для защиты своих прав в случае не негативных последствий со стороны контрагента являются лишь субъективном утверждением подателя жалобы и сами по себе не опровергают правильности выводов судов.

Исходя из смысла вышеприведенных разъяснений и правовых подходов, выработанных Верховным Судом Российской Федерации при рассмотрении подобных споров, основным мотивом субординации требований лиц, имеющих общие экономические интересы с должником, является понижение очередности удовлетворения требований таких лиц, обусловленное тем, что названные лица, участвующие в предпринимательской деятельности должника, не могут конкурировать с внешними (независимыми) кредиторами за распределение конкурсной массы.

Данная позиция объясняется тем, что контролирующее должника лицо обладает по сравнению с независимым кредитором значительно большим объемом информации о деятельности должника, структуре его активов и пассивов, состоянии расчетов с дебиторами и кредиторами и т.д.

В этой связи контролирующий кредитор обязан представить документы, которые должны устранить все разумные сомнения относительно компенсационной природы финансирования.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 9 Обзора, очередность удовлетворения требования контролирующего должника лица о возврате займа, предоставленного в период осуществления должником предпринимательской деятельности, может быть понижена, если не установлено иных целей выбора такой модели финансирования, кроме как перераспределение риска на случай банкротства.

О возникновении неплатежеспособности (обстоятельства, упомянутого в абзаце шестом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве) может свидетельствовать отсутствие у должника возможности за счет собственных средств (без финансовой поддержки контролирующего лица) поддерживать текущую деятельность.

По общему правилу, основания для субординации устанавливаются на момент возникновения обязательства по возврату компенсационного финансирования.

Довод кассационной жалобы о том, что данные выводы судов сделаны при неправильном применении норм права, судебной коллегией отклоняется.

Должник и кредитор по настоящему спору являются заинтересованными (аффилированными) лицами, входят в одну группу компаний «Диамант», подконтрольную ФИО4, что подтверждено многочисленными судебными актами, в том числе определением Арбитражного суда Волгоградской области от 19.07.2016 по делу №А12- 45752/2015, определением Арбитражного суда Волгоградской области от 22.07.2016 по делу №А12-45752/2015, определением Арбитражного суда Волгоградской области от 15.01.2018 по делу №А12-45752/2015, решением Арбитражного суда Волгоградской области от 10.07.2020 по делу №А12 517/2020, определением Арбитражного суда города Москвы от 04.02.2020 по делу №А40-122284/2015, определением Арбитражного суда города Москвы от 24.11.2020 по делу №А40-122284/2015, постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2016 по делу №А12-45752/2015, постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.03.2017 по делу № 12-2156/2017.

При таких обстоятельствах судами правомерно включены в предмет доказывания обстоятельства, свидетельствующие о наличии (отсутствии) оснований для понижения очередности удовлетворения (субординации) требования аффилированного с должником лица.

Оценив все представленные в материалах дела доказательства в их взаимосвязи и совокупности, как того требуют положения пункта 2 статьи 71 АПК РФ, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, судебная коллегия также полагает выводы судов не противоречат законодательству и являются обоснованными.

Разрешая спор, суды, руководствуясь статьями 19, 142 Закона о банкротстве, обзором судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденным Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, пришли к выводу о том, что спорное требование представляет собой компенсационное финансирование, предоставленное аффилированным лицом должнику, в связи с чем указали на необходимость удовлетворения данного требования в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Выводы суда первой и апелляционной инстанции являются правильными, основанными на вышеприведенных нормах материального права, соответствуют установленным судом обстоятельствам дела. Правовых оснований для иных выводов у суда кассационной инстанции не имеется.

Суд кассационной инстанции считает, что исходя из конкретных обстоятельств, установленных по настоящему делу, предмета и оснований заявленных требований, правовые нормы, регулирующие спорные правоотношения, судами применены правильно и спор разрешен в соответствии с установленными обстоятельствами и представленными доказательствами при правильном применении норм материального и процессуального права.

В целом доводы, изложенные ответчиком в кассационной жалобе, по существу сводятся к его несогласию с результатами оценки судами представленных в материалы дела доказательств и установленных судами обстоятельств, однако, исходя из положений статей 286 и 287 АПК РФ, суд кассационной инстанции полномочиями и правовыми основаниями по переоценке представленных доказательств не наделен.

В силу статьи 286 АПК РФ суду кассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматривать фактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрении, давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не установлены в решении или постановлении либо отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 АПК РФ, как указано в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.03.2013 № 13031/12, а также в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2016 № 308-ЭС16-4570, от 16.02.2017 № 307-ЭС16-8149 .

Таким образом, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц; изложенные в обжалованных судебных актах, их выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права, в связи с чем у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены или изменения принятых по делу судебных актов, предусмотренные статьей 288 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 29.06.2022 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2022 по делу № А12-1432/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1, 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судьяВ.А. Карпова


СудьиР.В. Ананьев


Ф.В. Хайруллина