Постановление от 17 января 2023 г. по делу № А27-14847/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. ТюменьДело № А27-14847/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 11 января 2023 года.


Постановление изготовлено в полном объёме 17 января 2023 года.



Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоФИО7 а Н.Б.,

судейФИО8 а С.А.,

ФИО1 -

при ведении протокола помощником судьи Канбековой И.Р. с использованием системы веб-конференции (онлайн-заседание) рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Запсибсоль» ФИО2 на определениеот 26.08.2022 Арбитражного суда Кемеровской области (судья Лазарева М.В.)и постановление от 02.11.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда(судьи Апциаури Л.Н., Сбитнева А.Ю., Усанина Н.А.) по делу № А27-14847/2019о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Запсибсоль» (ОГРН <***>, ИНН <***>), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

С использованием системы веб-конференции в судебном заседании принял участие представитель ФИО3 – ФИО4 по доверенностиот 11.01.2021.

Суд установил:

в деле о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Запсибсоль» (далее – общество «Запсибсоль», должник) его конкурсный управляющий ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) обратилась в арбитражный судс заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении контролирующего должника лица ФИО3 (далее также – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 5 548 030,16 руб.

Определением от 26.08.2022 Арбитражного суда Кемеровской области, оставленным без изменения постановлением от 26.10.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми определением и постановлением судов, конкурсный управляющий обратился с кассационной жалобой, в которой просит их отменитьи направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы конкурсный управляющий ссылается на то, что ФИО3 является конечным бенефициаром должника, осуществлял контроль,принимал управленческие решения после прекращения полномочий директораи назначения на эту должность ФИО5, которая, исходя из поведения, в том числе продемонстрированного в рамках рассмотрения спора о привлеченииеё к субсидиарной ответственности, отвечает признакам номинального руководителя должника, однако суды не дали какой-либо оценки приведённым доводами представленным в их подтверждение доказательствам.

По утверждению кассатора, судам следовало критически отнестись к актуот 07.08.2018 о передаче документов ФИО3 Алешенко Ю.П., предоставленному ответчиком в дело по системе «Мой Арбитр» 21.08.2022 за суткидо даты проведения судебного заседания, на котором принят обжалуемый судебный акт.

Также податель жалобы приводит доводы о том, что суды не оценилиего доводы о недобросовестном поведении ФИО3, который не предпринимал мер по погашению кредиторской задолженности при ведении достаточно прибыльного бизнеса в 2017 году; работа по взысканию дебиторской задолженности не проводилась, запасы не переданы конкурсному управляющему, бухгалтерская документация содержит расхождения, которые не нашли своего объяснения в отсутствие первичных документов.

В судебном заседании представитель ФИО3 просил судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Проверив законность судебных актов, правильность применения норм права,суд кассационной инстанции считает, что их подлежащими отмене по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, общество «Запсибсоль» зарегистрированов качестве юридического лица 20.08.2015, его основным видом деятельности являлась неспециализированная оптовая торговля.

Участниками должника с момента создания и до 20.04.2018 являлись ФИО3 и ФИО6 с долями по 50 % уставного капитала.

В период с 20.04.2018 по 31.10.2018 единственным участником должника являлся ФИО3; с 31.10.2018 по настоящее время участниками должника являются ФИО3 с долей 66,67 % уставного капитала и ФИО5 с долей 33,33 %.

ФИО3 с даты создания общества и до 20.07.2018 занимал должность директора должника, с 29.07.2018 до даты открытия в отношении общества «Запсибсоль» конкурсного производства руководителем являлась ФИО5, в отношении которой определением суда от 18.08.2021 признано доказанными наличие оснований, предусмотренных подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве)для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должниказа доведение до банкротства.

Полагая, что ФИО5 являлась номинальным руководителем, а фактически обязанность по передаче документов не исполнена вследствие действий (бездействия) ФИО3 как лица, контролирующего общество «Запсибсоль», конкурсный управляющий обратился с указанным заявлением о привлечении его к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции, выводы которого поддержал апелляционный суд, отказывая в удовлетворении заявления, исходил из того, что материалами дела не подтвержденався совокупность обстоятельств, необходимых для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, поскольку обязанность организации ведения бухгалтерского учёта и хранения документов бухгалтерского учёта и (или) бухгалтерской (финансовой) отчётности должника Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ«Об обществах с ограниченной ответственностью» возложена именно на руководителя общества, обязанности которого на дату признания должника банкротом исполняла ФИО5

Кроме того, суд указал на исполнение ФИО3 обязанности по передаче документов следующему назначенному руководителю, в подтверждение чегоим представлен акт приёма-передачи документации от 07.08.2018.

Между тем судами не учтено следующее.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственностьпо обязательствам должника.

Вопросы сбора и надлежащего хранения и передачи управляющему документации должника имеют особую актуальность, анализ которой позволяет осуществлять основные мероприятия процедуры банкротства, в частности, установить всех контролирующих должника лиц, наличие оснований для привлечения их и иных лиц к ответственности, взыскать дебиторскую задолженность, вернуть иное имущество должника, оспаривать сделки и пополнять конкурсную массу иным образом.

Невозможность совершения указанных действия является существенным затруднением проведения процедур банкротства (абзац шестой пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее - Постановление № 53).

В связи с этим законодателем установлена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и бездействием контролирующего лица в части передачи конкурсному управляющему документов бухгалтерского учета и (или) отчетности должника, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Законао банкротстве).

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Отказв удовлетворении подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал объективные, рыночные и иные варианты ухудшения финансового положения должника, исключив при этом недобросовестные действия ответчиков.

В пункте 6 постановления Пленума № 53 разъяснено, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица,не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя),не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролюза его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Законао банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац 1 статьи 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Смысл и предназначение номинального руководителя состоят в том, чтобы братьна себя ответственность за действительных бенефициаров. Поэтому если контролирующее должника лицо назначает номинального руководителя для противоправной целине передать документацию, к такому лицу должна применяться презумпция подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В ходе рассмотрения настоящего обособленного спора конкурсный управляющий указывал на то, что определением от 04.06.2021 суд обязал ФИО5 передать первичные документы бухгалтерского учёта, акты инвентаризации, инвентаризационные описи, расшифровки кредиторской и дебиторской задолженности, договоры, соглашения, контракты, иную документацию, образованную в деятельности должника, согласно перечню, указанному в резолютивной части судебного акта, который не исполнен указанным лицом.

В свою очередь, последняя бухгалтерская отчётность должника сданав налоговый орган по итогам 2017 года. После назначения ФИО5 на должность директора (29.07.2018) деятельность общества «Запсибсоль» остановлена, сведенияо судьбе основных средств, ином имуществе (дебиторской задолженности) после указанной даты отсутствуют, бухгалтерская и налоговая отчётности не сдаваласьв компетентные органы.

Вместе с тем, по результатам 2017 года в бухгалтерской отчётности общества «Запсибсоль» были учтены запасы в сумме 2 246 тыс. руб., финансовые и другие оборотные активы в сумме 2 991 тыс. руб.

Таким образом, у должника имелись активы в виде запасов и дебиторской задолженности в общей сумме 5 234 тыс. руб., которые при совокупном размере кредиторской задолженности, включённой в реестр требований кредиторов должникав размере 4 628 тыс. руб. являлись достаточными для проведения расчётов.

Сведений о списании и расходовании запасов, основных средств, причин прекращения хозяйственной деятельности, которая судя по бухгалтерским документам была достаточна эффективной, материалы дела не содержат; документы по дебиторской задолженности не переданы конкурсному управляющему.

Каких-либо разумных оснований продажи доли в уставном капитале должникаи назначении на должность директора ФИО5, в отношении которой отсутствуют сведения об образовании, управленческом опыте, ответчик не раскрыл; доказательств, свидетельствующих о проявлении должной степени заботливости к своему обществу после официального прекращения трудовых отношений участник должникаФИО3 не представил.

К приобщённому акту приёма-передачи документации от 07.08.2018 судам следовало отнестись критически, поскольку указанный документ ранее не представлялсяв материалы дела; способ его подачи в суд не обеспечивал возможности заявить возражения на предмет проверки достоверности и достаточности отражённых в нём сведений, содержание и объём якобы переданных документов не подлежал судебной проверке.

К тому же данный документ должен получить оценку с учётом модели поведения ФИО5, занявшей пассивную позицию при рассмотрении споровоб истребовании у неё документации и привлечении к субсидиарной ответственности,не раскрывшей факт получения документов от ФИО3 и причины неисполнения обязанности по их передаче конкурсному управляющему (раскрытию значимых сведений о нахождении имущества должника), в совокупности с нетипичным управлением обществом «Запсибсоль» после назначения на должность директора.

Указанные обстоятельства не могли не вызвать обоснованные сомненияв их правдивости, и поэтому должны были быть оценены судами на предмет наличия признаков номинального статуса ФИО5 в условиях сохраненияФИО3 фактического контроля, возможно получившего реальную выгодуот сокрытия документации должника.

Подход, занятый судами, без исследования доводов о номинальном характере полномочий, предполагающий формальное привлечение к ответственности такого руководителя, который целенаправленно назначается на эту должность лишь для перекладывания ответственности с реально виновных лиц, в конечном итогене приводит к восстановлению нарушенных прав кредиторов, так как такие лица, намеренно принявшие не себя все негативные последствия, как правило за символическое вознаграждение, не способны исполнитель судебный акт даже в части требования.

Кроме того, суды, отклонив основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, не исследовали специфику деятельности должника, причины, которые привели к возникновению кризисной ситуации, её развитию и переходу в стадию объективного банкротства; обстоятельства, связанные с утратой в 2018 году активов, достаточных для удовлетворения требований кредиторов, не анализировали.

При таких обстоятельствах выводы судов первой и апелляционной инстанций, послужившие основанием для отказа в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3 в связи с отсутствием документов бухгалтерского учёта и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, не могут быть признаны соответствующими фактическим обстоятельствам дела и представленным при рассмотрении настоящего обособленного спора доказательствам.

Изложенное в силу части 1 статьи 288 АПК РФ является основанием для отмены обжалуемых судебных актов. Так как обстоятельства, необходимые для принятия решения по существу заявления конкурсного управляющего установлены судами первойи апелляционной инстанций не полностью, обособленный спор следует направитьв суд первой инстанции на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное, устранить указанные нарушения, правильно распределив бремя доказывания по спору, рассмотреть доводыо назначении ответчиком номинального директора, намеренно приведшем к не передаче конкурсному управляющему документации должника, что не позволило сформировать конкурсную массу, дать ему мотивированную оценку, проанализировать причины возникновения признаков объективного банкротства, оценить все обстоятельстваи доказательства по делу в совокупности, после чего принять обоснованный судебный акт.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

п о с т а н о в и л :

определение от 26.08.2022 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 02.11.2022 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-14847/2019 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


ПредседательствующийН.Б. ФИО7


СудьиС.А. ФИО8


ФИО1