Решение от 21 мая 2024 г. по делу № А05-7993/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД АРХАНГЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ ул. Логинова, д. 17, г. Архангельск, 163000, тел. (8182) 420-980, факс (8182) 420-799

E-mail: info@arhangelsk.arbitr.ru, http://arhangelsk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А05-7993/2023
г. Архангельск
22 мая 2024 года


Резолютивная часть решения объявлена 06 мая 2024 года. Полный текст решения изготовлен 22 мая 2024 года.

Арбитражный суд Архангельской области в составе судьи Быстрова И.В. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ельцовой В.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы веб- конференции дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Сибгидропроект» (ОГРН <***>; ИНН <***>; адрес: Россия, 644048, <...>, помещ. 37П) к открытому акционерному обществу «Северное морское пароходство» (ОГРН <***>; ИНН <***>; адрес: Россия, 163000, <...>) о расторжении договора фрахтования судна на время от 28.04.2022 № 01-2022 и о взыскании 61 753 380 руб. аванса.

В судебном заседании путём использования системы веб-конференции приняла участие представитель общества с ограниченной ответственностью «Сибгидропроект» ФИО1 (по доверенности от 01.07.2023).

В судебном заседании в Арбитражном суде Архангельской области присутствовал представитель открытого акционерного общества «Северное морское пароходство» ФИО2 (по доверенности от 29.12.2023 № 18-05/24-43).

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «Сибгидропроект» (далее – истец, Общество) обратилось в Арбитражный суд Архангельской области с исковым заявлением к открытому акционерному обществу «Северное морское пароходство» (далее – ответчик, Пароходство) о расторжении договора фрахтования судна на время от 28.04.2022 № 01-2022 и о взыскании 61 753 380 руб. аванса.

Ответчик представил отзывы, в которых возражал против удовлетворения иска.

В судебном заседании представитель Общества ФИО1 на исковых требованиях настаивала, а представитель Пароходства ФИО2 просил отказать в удовлетворении иска.

Заслушав объяснения представителей сторон, изучив и оценив доказательства и доводы, приведённые сторонами в обоснование своих требований и возражений, суд установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, Пароходство (судовладелец) и Общество (фрахтователь) заключили договор фрахтования судна на время (тайм-чартер) от 28.04.2022 № 01-2022, по условиям которого судовладелец обязуется предоставить фрахтователю за плату в пользование на срок судно – самоотвозный трюмный землесос «Беломорский» и услуги членов экипажа судна по его управлению и технической эксплуатации, которым на законных основаниях распоряжается и управляет, с

обеспечением его надлежащего управления и технической эксплуатации своим экипажем для обеспечения работ, согласно техническим возможностям судна.

Технические характеристики судна приведены в пункте 1.3 договора.

Как указано в пункте 1.4 договора, район плавания (эксплуатации) судна – акватории Белого, Баренцева и Карского морей в пределах территориальных вод Российской Федерации, где судно должно оставаться «всегда на плаву», и вести работы на грунтах согласно техническим возможностям судна и в соответствии с требованиями руководящих документов (РД 31.74.08-94), которые регламентируют работы. При этом в пункте 1.5 договора определено, что судно считается пригодным для использования в соответствии с условиями данного тайм-чартера в случае, если оно находится в мореходном состоянии.

В пункте 1.8 договора сторонами согласованы цели фрахтования и указано, что в рамках данного тайм-чартера фрахтователь обязан использовать судно по его назначению для выполнения дноуглубительных работ в рамках реализации проекта на объекте «Обустройство сеноман-аптских залежей Харасавейского ГКМ», а также для иных согласованных сторонами целей, с учётом ограничений, установленных действующими судовыми документами, документами РМРС РФ нормативными РД.

Судовладелец гарантировал, что судно на момент его передачи фрахтователю находится в мореходном состоянии, то есть его корпус, двигатель и установленное на борту оборудование пригодно для целей фрахтования, предусмотренных этим договором, включая укомплектование судна экипажем и надлежащее снаряжение судна (пункт 2.2 договора).

Как указано в пункте 4.9 договора, обеспечения точности выполнения работ судно оборудовано системой позиционирования HydroPro Navigation, которая позволяет в масштабе контролировать положение судна на участке работ и, при загрузке /обновлении данных, полученных по результатам промерных работ, выполнять необходимую работу. Фрахтователь вправе своими силами и за свой счёт осуществить погрузку и размещение на борту судна гидрографического и иного оборудования, а также свою иную систему позиционирования, необходимую фрахтователю для выполнения целей фрахтования по данному тайм-чартеру, а также обязан осуществить его выгрузку после окончания тайм- чартера, нести все расходы, связанные с эксплуатацией указанного оборудования в период тайм-чартера.

На основании пункта 5.5 означенного договора и выставленных Пароходством счетов от 06.05.2022 № 1823 и от 03.06.2022 № 1982 Общество уплатило аванс в общей сумме 68 000 000 руб., в том числе: аванс в сумме 18 000 000 руб. по платёжному поручению от 13.05.2022 № 150 и аванс в сумме 50 000 000 руб. по платёжному поручению от 07.06.2022 № 213.

Из материалов дела следует, что судно было передано фрахтователю по акту приёма-передачи от 30.06.2022.

По утверждению Общества, позже выяснилось, что технические характеристики судна не соответствовали сведениям, содержащимся в пункте 1.3 договора, и не позволяли использовать судно в целях фрахтования. Так, Общество полагало, что судно не обладает заявленными в договоре техническими характеристиками (осадка судна в порожнем состоянии, минимальная глубина грунтозабора на участке работ) и не способно выполнять дноуглубительные работы в рамках реализации проекта на объекте «Обустройство сеноман-аптских залежей Харасавейского ГКМ», что, по мнению Общества, указывает на немореходное состояние судна и не отвечает целям фрахтования. Кроме того, Общество настаивало на том, что установленное на судне оборудование – судовая система позиционирования не работала должным образом.

Общество указало, что письмом от 21.07.2022 № 145-ТО сообщило Пароходству о неудовлетворительном техническом состоянии судна и несоответствии технических

характеристик судна характеру выполняемых работ, о ненадлежащей работе системы позиционирования судна, о неправомерных действиях капитана судна и членов экипажа, игнорировании капитаном судна распоряжений фрахтователя. По утверждению Общества, это обращение оставлено судовладельцем без внимания, замечания по техническому состоянию судна не устранены, замена членов экипажа не произведена.

По утверждению Общества, в письме от 21.07.2022 № 145-ТО оно также довело до Пароходства решение о направлении судна из п/п Харасавей в порт Архангельск для возвращения его из тайм-чартера, с указанной даты судно в интересах Общества не использовалось, технических заданий не получало.

Также истец указал, что он направил Пароходству уведомление (досудебную претензию) от 25.07.2022 № СГП-2022-148, в котором предложил подписать соглашение о расторжении договора фрахтования судна на время от 28.04.2022 № 01-2022. По мнению истца, с этой даты судно должно было убыть из п/п Харасавей в порт Архангельск и прибыть в последний не позднее 30.07.2022 (с учётом среднего времени прохождения соответствующего расстояния в течение 4 – 5 суток). Как полагал истец, последняя дата должна была являться датой возврата судна из тайм-чартера.

Фактически судно прибыло в порт Архангельск 06.09.2022. Как указал истец, прибытие судна в порт Архангельск 06.09.2022 действиями Общества не обусловлено.

В связи с наличием разногласий между сторонами относительно определения даты возврата судна из тайм-чартера акт приёма-передачи судна по окончании тайм-чартера не подписан.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, Общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым иском о расторжении договора фрахтования судна на время от 28.04.2022 № 01-2022 с 25.07.2022 и о взыскании с Пароходства 61 753 380 руб. аванса.

Искомая сумма, которую Общество просило взыскать с ответчика, определена в результате вычитания из суммы уплаченного Обществом аванса (68 000 000 руб.) суммы, зафиксированной в подписанном сторонами акте учёта рабочего времени и времени простоев за июнь 2022 года (737 496 руб.), и суммы возвращённого аванса (5 509 124 руб.), обязательство Пароходства по возврату которого прекращено заявлением Пароходства о зачёте встречных однородных требований от 09.03.2023 № 18-01-33.

В качестве правового обоснования своих требований Общество сослалось на положения статей 309, 310, 450, 611, 612, 620, 632 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Ответчик с иском не согласился, настаивал на том, что судно весь период нахождения в тайм-чартере соответствовало техническим характеристикам, заявленным в договоре фрахтования судна на время от 28.04.2022 № 01-2022, и было готово к выполнению дноуглубительных работ и по указанию фрахтователя выполняло их. По мнению ответчика, невостребованность и отсутствие целесообразности в использовании судна не является основанием для досрочного расторжения аренды судна, в том числе из-за наличия у участка, где предполагалось выполнение дноуглубительных работ, признаков навигационно-неблагоприятного участка.

Ответчик со ссылкой на пункт 2.9 договора указал, что судно считается возвращённым фрахтователем из тайм-чартера судовладельцу с момента, подтверждённого актом возврата из тайм-чартера. Между тем, несмотря на то, что фрахтователь не подписал направленный ему судовладельцем акт возврата судна из тайм-чартера, Пароходство сочло возможным считать судно возвращённым из аренды 06.09.2022 в 14:30, то есть в момент завершения перехода судна к причалу № 112 в порту Архангельск.

Ссылаясь на эти обстоятельства, а также на то, что срок аренды к моменту обращения Общества в суд с иском истёк, Пароходство просило отказать Обществу в иске о расторжении договора фрахтования судна на время от 28.04.2022 № 01-2022 и во взыскании 61 753 380 руб. аванса.

Суд находит иск не подлежащим удовлетворению, при этом руководствуется следующим.

В соответствии со статьёй 8 Гражданского кодекса Российской Федерации

(далее – ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. Гражданские права и обязанности могут возникать из договоров и иных сделок; в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом; вследствие иных действий юридических лиц.

Согласно пункту 1 статьи 307 ГК РФ в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определённое действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определённого действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. В числе прочего обязательства возникают из договоров (пункт 2 статьи 307 ГК РФ).

В данном случае обязательства возникли из заключённого сторонами договора фрахтования судна на время (тайм-чартер) от 28.04.2022 № 01-2022.

В соответствии со статьёй 632 ГК РФ по договору аренды (фрахтования на время) транспортного средства с экипажем арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование и оказывает своими силами услуги по управлению им и по его технической эксплуатации.

Согласно пункту 1 статьи 611 ГК РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.

При этом в силу пункта 1 статьи 612 ГК РФ арендодатель отвечает за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им, даже если во время заключения договора аренды он не знал об этих недостатках. При обнаружении таких недостатков арендатор вправе по своему выбору: потребовать от арендодателя либо безвозмездного устранения недостатков имущества, либо соразмерного уменьшения арендной платы, либо возмещения своих расходов на устранение недостатков имущества; непосредственно удержать сумму понесённых им расходов на устранение данных недостатков из арендной платы, предварительно уведомив об этом арендодателя; потребовать досрочного расторжения договора.

В соответствии со статьёй 620 ГК РФ, на которую сослался истец, по требованию арендатора договор аренды может быть досрочно расторгнут судом в случаях, когда: 1) арендодатель не предоставляет имущество в пользование арендатору либо создаёт препятствия пользованию имуществом в соответствии с условиями договора или назначением имущества; 2) переданное арендатору имущество имеет препятствующие пользованию им недостатки, которые не были оговорены арендодателем при заключении договора, не были заранее известны арендатору и не должны были быть обнаружены арендатором во время осмотра имущества или проверки его исправности при заключении договора; 3) арендодатель не производит являющийся его обязанностью капитальный ремонт имущества в установленные договором аренды сроки, а при отсутствии их в договоре в разумные сроки; 4) имущество в силу обстоятельств, за которые арендатор не отвечает, окажется в состоянии, не пригодном для использования.

В данном случае истец, заявляя требование о расторжении договора фрахтования судна на время от 28.04.2022 № 01-2022 и возврате части уплаченного аванса, наставал на неудовлетворительном техническом состоянии судна и несоответствии технических характеристик судна характеру выполняемых работ, о ненадлежащей работе системы позиционирования судна, о неправомерных действиях капитана судна и членов экипажа, игнорировании капитаном судна распоряжений фрахтователя. Иными словами, истец подразумевал наличие оснований для расторжения, приведённых в пунктах 1, 2 статьи 620 ГК РФ.

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии со статьёй 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В данном случае суд находит недоказанными обстоятельства, на которых основаны исковые требования. Напротив, доводы истца о неудовлетворительном техническом состоянии судна, о несоответствии технических характеристик судна характеру выполняемых работ, о ненадлежащей работе системы позиционирования судна, о неправомерных действиях капитана судна и членов экипажа, игнорировании капитаном судна распоряжений фрахтователя, опровергаются имеющимися в деле доказательствами.

Как верно указал ответчик, к моменту передачи судна в тайм-чартер оно прошло ежегодное освидетельствование Российским морским регистром судоходства, в процессе освидетельствования подтверждён класс судна согласно классификационному свидетельству от 30.04.2020, на котором проставлена отметка о прохождении судном 21.01.2022 очередного ежегодного освидетельствования. Судну в соответствии с Правилами плавания в акватории Северного морского пути, утверждёнными постановлением Правительства Российской Федерации от 18.09.2020 № 1487, было выдано разрешение ФГУП «ГлавСеверморпуть» от 13.06.2022 № 293/4 на плавание в акватории Северного морского пути с 01.07.2023 по 31.10.2023.

Согласно документу о минимальном безопасном составе экипажа судна от 13.05.2021 минимальный состав экипажа судна должен составлять 15 человек.

В соответствии с судовой ролью от 30.06.2022 судно было укомплектовано экипажем в количестве 21 человека. Квалификация членов экипажа судна подтверждена представленными в дело документами.

Поскольку судно было в технически исправном состоянии и укомплектовано квалифицированным экипажем (то есть находилось в мореходном состоянии), капитаном порта Архангельск 30.06.2022 в соответствии со статьёй 80 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации было выдано разрешение № 1135400 на выход судна из морского порта Архангельск.

Технические характеристики судна указаны в пункте 1.3 рассматриваемого договора фрахтования, с которыми Общество ознакомилось и согласилось.

Фактически осадка судна (полностью вооружённого и с полным запасом бункера) на выход из порта была 4,4 метра кормой и 3,3 метра носом, то есть менее максимальной осадки 5 метров по грузовому марку, указанной в пункте 1.3 названного договора.

Подписав акт приёма-передачи от 30.06.2022 года, фрахтователь в пунктах 5, 6 и 7 этого акта подтвердил следующие обстоятельства: «Судно вместе с положенным судовым оборудованием и имуществом в надлежащем техническом состоянии»; «Технические характеристики, состав судна соответствуют указанным в тайм-чартере»; «Настоящим стороны подтверждают отсутствие претензий по состоянию передаваемого судна».

Также является необоснованным утверждение истца о нарушении ответчиком пункта 4.9 договора.

Согласно пункту 4.9 договора для обеспечения точности выполнения работ судно оборудовано системой позиционирования HydroPro Navigation, которая позволяет в масштабе контролировать положение судна на участке работ и, при загрузке/обновлении данных, полученных по результатам промерных работ, выполнять необходимую работу. Фрахтователь вправе своими силами и за свой счёт осуществить погрузку и размещение на борту судна гидрографического и иного оборудования, а также свою иную систему позиционирования, необходимую фрахтователю для выполнения целей фрахтования по тайм-чартеру, а также обязан осуществить его выгрузку после окончания тайм-чартера, нести все расходы, связанные с эксплуатацией указанного оборудования в период тайм-чартера.

Согласно пункту 4.10 договора в период действия тайм-чартера фрахтователь обязан обеспечить занесение первоначальных данных в собственную, или судовую систему позиционирования, своевременно обновлять данные в судовой системе позиционирования для обеспечения необходимой точности нахождения судна на месте при выполнении работ. В целях исполнения обязанностей по данному пункту судовладелец предоставляет необходимую информацию об использовании судовой системы позиционирования.

Система позиционирования HydroPro Navigation представляет собой специальную программу, которая позволяет в масштабе контролировать положение судна на участке работ. Данная программа была приобретена ответчиком в 2007 году и более пятнадцати лет непрерывно использовалась при выполнении дноуглубительных работ.

Ответчик предоставил истцу судно оборудованное системой (программой) позиционирования HydroPro Navigation, то есть выполнил условие, предусмотренное пунктом 4.9 договора.

Как следует из письма ООО «СОНАР», имеющего лицензию на осуществление геодезических и картографических работ № 29-00001Ф от 20.06.2012 и неоднократно выполнявшего для Пароходства услуги по промерам глубин, услуги по установке в программы позиционирования земснарядов файлов с границами участков дноуглубительных работ и планов промеров, геодезические и гидрографические работы по обеспечению дноуглубительных работ, установленная на судне «Беломорский» система позиционирования HydroPro Navigation, представляющая собой специализированное программное обеспечение, позволяет с необходимой точностью контролировать положение судна на участке выполнения дноуглубительных работ после загрузки в указанную программу файлов с границами участков дноуглубительных работ и планов промеров и своевременного обновления в программе позиционирования данных, получаемых от гидрографического оборудования.

В указанном письме ООО «СОНАР» подтвердило, что в период с октября по декабрь 2022 года после загрузки ООО «СОНАР» в установленную на судне «Беломорский» программу позиционирования HydroPro Navigation файлов с границами участков дноуглубительных работ и планов промеров вышеуказанное судно выполнило работы по дноуглублению участков Северодвинского морского подходного канала по госконтракту от 13.10.2022 № 4 МИС-2022. За все время использования системы позиционирования HydroPro Navigation ООО «СОНАР» не фиксировались какие-либо сбои в её работе со штатным оборудованием судна «Беломорский», указанным в свидетельстве на оборудование и снабжение от 28.01.2021 № 21.40008.190, сопряжение программы позиционирования HydroPro Navigation с береговыми станциями приёмки GPS-сигналов стабильно осуществлялось в штатном режиме. Более того, ранее то же судно «Беломорский» после загрузки в программу позиционирования HydroPro Navigation файлов с границами участков дноуглубительных работ и планов промеров

выполнило работы по ремонтному дноуглублению Северодвинского морского подходного канала по договору № 2623 от 10.12.2019.

Также в своём письме ООО «СОНАР» обратило внимание, что необходимая для выполнения дноуглубительных работ точность позиционирования судна в любой программе позиционирования (не только в программе HydroPro Navigation) может быть обеспечена только при обязательном сопряжении программы позиционирования с надлежащим образом настроенной береговой (стационарной) станцией глобальных навигационных спутниковых систем (ГНСС). Данное требование особенно актуально для высоких широт. Именно сопряжение с береговой станцией ГНСС позволяет программам позиционирования корректировать GPS-сигналы относительно жёстко зафиксированных координат соответствующей береговой станции ГНСС и устранять в режиме реального времени неотъемлемые погрешности глобальной системы навигации, что необходимо для вычисления высокоточного позиционирования в реальном времени и соответствующей постобработки информации программой позиционирования. Без сопряжения с надлежащим образом настроенной береговой станцией ГНСС ни в одной программе позиционирования объективно невозможно получить точность позиционирования, необходимую для целей выполнения дноуглубительных работ.

Освидетельствование штатного судового оборудования, которое в том числе используется для обеспечения работы программы HydroPro Navigation, проводилось 21.01.2022, что подтверждено отметкой в свидетельстве на оборудование и снабжение от 28.01.2021 № 21.40008.190.

Кроме того, Пароходством 18.05.2021 был дополнительно закуплен и передан на судно резервный приёмоиндикатор ГНСС GPS N500R, имеющий свидетельство о типовом одобрении регистра.

Пароходство было готово привлечь ООО «СОНАР» для загрузки данных фрахтователя в программу и настройки её работы со штатным судовым оборудованием и береговой станцией ГНСС.

Однако Общество в письме от 09.07.2022 подтвердило, что будет устанавливать на судно свой гидрографический комплекс, указав дословно следующее: «1. гидрографический комплекс будет поставлен на снаряд Беломорский только после окончания промеров, т.к. промеры не доделаны только из-за проходящего в настоящее время восстановления работоспособности ГНСС. Дополню, что капитану следует озаботиться тем, что геодезическая ГНСС имеет кабель RS-232, длиной 1,5 м, поэтому ГНСС будет расположена вблизи окон. Информация об установке гидрографического комплекса была сообщена мной капитану по прибытии снаряда. 2. До прихода «Двинского залива» з/с Беломорский будет работать согласно данных промеров, которые все ждут. Вероятность работы на ПК31-ПК40 мала, т.к. эти участки сданы, за увеличение глубины из-за Беломорского нам платить не будут. Оставим данный вопрос на усмотрение нашего руководителя ФИО3. 3. Работа «Двинского залива» на «кочке» ПК 30 приветствуется, но остался вопрос: чем будет заниматься Беломорский если не пройдёт этот пикет до прихода Двинского? 4. Расположение разворотной зоны на ПК17-ПК18 невозможно в связи с расположением там двух причалов. На схеме 1 расположен участок ПК18+70-ПК19+50. На данном участке планировалось на подрезке задействовать Двинский. Расположение разворотной зоны рассмотрим подробнее в границах пикетов 19-21 с учётом допзатрат. 5. В районе ПК 0 планируется работа Двинского залива по всей ширине акватории причала базы Заказчика. Размещение маневровой зоны невозможно, будет осуществляться подход транспортного флота в течении всей навигации, а так же логистика ГСП предусматривает там размещение судов. 6. Замена гидрографического комплекса на навигационный Нониуса – безусловно, об этом было сообщено капитану по прибытии Беломорского на рейд, а вам было сообщено 07 июля».

Таким образом, фрахтователь воспользовался своим правом, предусмотренным пунктом 4.10 договора, и принял решение установить на судне свою программу и гидрографическое оборудование, после настройки которого начал выполнять дноуглубительные работы.

Как следует из материалов дела, фрахтователь приступил к установке своей ГНСС и программы на судно 13.07.2022, однако, вплоть до 20.07.2022 не смог обеспечить принятие указанной программой сигналов от береговой станции, в результате программа фрахтователя выдавала ошибку указания места в 30-50 метров, о чём капитан судна сообщил в письме-протесте от 16.07.2022.

Только к 20.07.2022 фрахтователь обеспечил сопряжение береговой станции со своей программой позиционирования, что позволило достичь приемлемой точности позиционирования судна. Однако фактические глубины не соответствовали данным глубин, загруженным в программу. Об этом капитан судна, действуя добросовестно, сообщил в письме-протесте от 20.07.2022.

Как указал ответчик, главной причиной неиспользования судна являлось постановка фрахтователем судна на участок работ, который не подходил по глубинам для выполнения дноуглубительных работ судном с учётом его технических характеристик. При этом капитан судна, не имея карты промеров глубин, загруженной в систему карты выполнения работ, таблиц приливов, которые необходимы для принятия решений в целях обеспечения навигационной безопасности, не имея сигнала от береговой станции ГНСС, установленной на судно фрахтователем, действуя добросовестно, постоянно указывал об этом в письмах-протестах, начиная от 06.07.2022.

Также следует необходимым обратить внимание на то, что 16.07.2022 капитаном судна был заявлен протест о том, что на судно по состоянию на 16.07.2022 не были выданы техническое задание на выполнение дноуглубительных работ, в соответствии с РД 31.74.08-94, инструкция по обеспечению навигационной безопасности при выполнении дноуглубительных работ на данном участке, в соответствии с

РД 31.74.07-9, не выдан район свалки грунта, согласованный с природоохранной организацией, в соответствии с РД 31.74.08-94. Капитан в указанном письме-протесте подтвердил, что судно готово к выполнению дноуглубительных работ и по указанию фрахтователя выполняет их, однако, не будет нести ответственности в связи с невыполнением фрахтователем вышеперечисленных условий.

Техническое задание на проведение дноуглубительных работ фрахтователь передал судовладельцу только 20.07.2022, о чём капитаном судна в техническом задании была сделана соответствующая отметка. При этом капитан судна, ознакомившись с указанным техническим заданием, в этот же день направил фрахтователю письмо, в котором указал следующее: «В переданном на судно сегодня 20.07.2022 техническом задании не указано, когда был выполнен план промера участка, подгруженный в бортовой компьютер. В пункте 5 задания указано, что для расчёта объёма дноуглубительных работ принять исполнительную съёмку 2021 г. В пункте 13 Исходные данные указана также ссылка на проектную документацию 2021 г. Плана промера участка работ, выполненного в надлежащем виде, первичного, на судне не имеется, хотя в п. 5 даётся ссылка, что объём работ будет рассчитываться исходя из первичного и исполнительного промеров. На судне имеется карта, подгруженная в бортовой компьютер, только с изобатами глубин, в очень упрощённом виде, которой не достаточно для расчёта объёма работ. Как я Вам сообщал рапортом, следуя этой карте, судно неоднократно садилось на мель на глубинах, где согласно карте должно было иметь запас глубины для безопасного прохода. Кроме этого, отсутствуют обязательные приложения к Техническому заданию, перечисленные в РД 31.74.08-94. Поэтому прошу Вас обязать ваших сотрудников выполнить промеры на участке работ указанном в

техническом Задании, предоставить их на судно, в карту подгрузки в полном объёме, и в бумажном виде, выполненном в надлежащем виде».

Получив указанное письмо, фрахтователь не устранил обозначенные капитаном судна в письме-протесте от 16.07.2022 и в письме от 20.07.2022 недостатки документации. После получения письма-протеста капитана от 16.07.2022, в котором капитан судна, оценивая работу установленной фрахтователем системы позиционирования, указал, что с момента начала работ ГНСС и программа, установленные на судне, не принимают сигналы от береговой станции, а оборудование ГНСС работает с точностью навигационной аппаратуры, с ошибкой указания места в 3050м, фрахтователь принял решение снять с судна свою вышеуказанную программу и гидрографическое оборудование и отказаться от договора аренды в одностороннем порядке.

В дальнейшем сторонами неоднократно проводились устные переговоры, по итогам которых фрахтователь направил в Пароходство письмо от 27.07.2022, в котором указал дословно следующее: «1. В настоящее время работаем по вопросу установки створных знаков, обратились за содействием к заказчику проекта в связи с существующими административными барьерами логистических компаний в связи с размещением на береговой линии и вглубь полуострова модульных строений и работающих складских площадок. Данный вопрос нам поступил и от командира з/с «Двинский залив». 2. Зона работы з/с «Беломорский» согласно техзаданий на морском канале с ПК21 по ПК30. Работы на ПК30-ПК40 приняты заказчиком в 2020 году. Проведение ремонтных дноуглубительных работ запланировано заказчиком на 2023 год. 3. Указание об изменении длины грунтозаборной трубы подготовлено и будет направлено по эл. рассылке в том числе и в вашу администрацию с целью подтвердить наше распоряжение КС землесоса «Беломорский» во избежание недоразумений и двойных трактовок. 4. Повторное указание о передаче топлива на суда каравана «Двинский залив» и суда нашего флота будет передано аналогично предыдущему по рассылке с подтверждением КС землесоса «Беломорский» с вашей стороны. С нашей стороны прошу обязать капитана и вахтенную службу з/с «Беломорский» дублировать указания фрахтователя, переданные по УКВ-связи или мобильной связи, в судовом журнале с отметкой о выполнении/невыполнении».

Представленной в дело перепиской сторон подтверждается, что капитан судна и Пароходство, выполняя распоряжения фрахтователя, действовали максимально оперативно и добросовестно.

Вопреки мнению истца, в данном случае не имеется оснований считать действия капитана судна неправомерными. На капитана судна возлагается управление судном, в том числе судовождение, принятие мер по обеспечению безопасности плавания судна, предотвращению причинения вреда судну, находящимся на судне людям и грузу. В рассматриваемом случае поведение капитана судна являлось разумным, осмотрительным и добросовестным в условиях необеспечения Обществом условий для безопасного выполнения работ.

В соответствии с гражданским законодательством и условиями договора фрахтования судна на время от 28.04.2022 № 01-2022 фрахтователь не вправе в одностороннем порядке отказаться от исполнения этого договора, заключённого на определённый срок.

Фрахтователь был обязан вносить плату за аренду судна с момента подписания акта приёма-передачи от 30.06.2022 и до возврата судна из тайм-чартера.

В качестве момента возврата судна из тайм-чартера в данном случае ответчик счёл возможным считать 06.09.2022, когда судно вернулось в порт Архангельск.

Довод истца о том, что в соответствии с его распоряжением судно должно было убыть из п/п Харасавей в порт Архангельск и прибыть в последний не позднее

30.07.2022, после чего судно должно считаться принятым из тайм-чартера, не имеет в данном случае правового значения. Из представленных доказательств усматривается, что у фрахтователя после указанного распоряжения не только сохранилось намерение продолжать использование судна «Беломорский», но и фактически судно использовалось фрахтователем. Так, например, 02.08.2022 фрахтователь повторно установил свою систему позиционирования на судно и выдал новое техническое задание от 02.08.2022. Судно продолжило выполнение дноуглубительных работ. В дальнейшем 26.08.2022 в связи с продолжающимися сбоями в работе береговой станции поправок координат фрахтователь повторно демонтировал свою систему позиционирования и вывез её судна «Беломорский».

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено данным Кодексом, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных данным Кодексом, другими законами или договором.

Существенным признаётся нарушение договора одной из сторон, которое влечёт для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В пункте 1 статьи 620 ГК РФ предусмотрено, что по требованию арендатора договор аренды может быть расторгнут судом в случае, когда арендодатель не предоставляет имущество в пользование арендатору либо создаёт препятствия пользованию имуществом в соответствии с условиями договора или назначением имущества.

Требование об изменении или о расторжении договора может быть заявлено стороной в суд только после получения отказа другой стороны на предложение изменить или расторгнуть договор либо неполучения ответа в срок, указанный в предложении или установленный законом либо договором, а при его отсутствии – в тридцатидневный срок (пункт 2 статьи 452 ГК РФ).

В силу положений пункта 3 статьи 425 ГК РФ законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечёт прекращение обязательств сторон по договору. Договор, в котором отсутствует такое условие, признаётся действующим до определённого в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства.

Таким образом, для договора, срок действия которого установлен самим договором, истечение его срока означает в качестве общего правила прекращение действия вытекающих из договора обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

Сделка, прекратившаяся в связи с истечением срока, на который она была заключена, правовых последствий для сторон на будущее не влечёт, в связи с чем расторгнута быть не может.

Договор фрахтования судна на время от 28.04.2022 № 01-2022 заключён на период до 01.10.2022 включительно (пункт 1.2.2 договора).

Гражданским законодательством не предусмотрена возможность расторжения в судебном порядке договоров, заключённых на определённый срок, который на момент вынесения решения истёк.

Прекращение договора фрахтования судна на время от 28.04.2022 № 01-2022 исключает возможность его расторжения в судебном порядке.

Оснований для взыскания суммы аванса с ответчика в пользу истца не имеется, так как она учтена в оплату за аренду судна за период его нахождения в тайм-чартере.

Рассмотрев вопрос о распределении судебных расходов, суд пришёл к следующим выводам.

Согласно части 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесённые лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В силу статьи 101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

В соответствии с подпунктами 1, 2 пункта 1 статьи 333.21 и подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации в данном случае при подаче искового заявления, содержащего одновременно требования как имущественного, так и неимущественного характера, Обществу надлежало уплатить государственную пошлину в общем размере 206 000 руб.

При обращении в арбитражный суд с исковым заявлением Общество государственную пошлину не уплатило, определением суда от 17.07.2023 Обществу была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины.

Как разъяснено в пункте 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах», в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объёме ввиду действия отсрочки, рассрочки по уплате госпошлины, увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд, вопрос о взыскании неуплаченной в федеральный бюджет государственной пошлины разрешается судом исходя из следующих обстоятельств. Если суд удовлетворяет заявленные требования, государственная пошлина взыскивается с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ. При отказе в удовлетворении требований государственная пошлина взыскивается в федеральный бюджет с лица, увеличившего размер заявленных требований после обращения в суд, лица, которому была дана отсрочка или рассрочка в уплате государственной пошлины.

Поскольку в удовлетворении иска отказано, с Общества непосредственно в федеральный бюджет применительно к части 3 статьи 110 АПК РФ следует взыскать 206 000 руб. государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Архангельской области

РЕШИЛ:

в удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Сибгидропроект» (ОГРН <***>; ИНН <***>) в доход федерального бюджета 206 000 руб. государственной пошлины.

Настоящее решение может быть обжаловано в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд путём подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Архангельской области в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Судья И.В. Быстров