Решение от 28 октября 2022 г. по делу № А33-2059/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ



ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



РЕШЕНИЕ

28 октября 2022 года


Дело № А33-2059/2022


Красноярск



Резолютивная часть решения объявлена 24 октября 2022 года.

В полном объеме решение изготовлено 28 октября 2022 года.


Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Болуж Е.В., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Технология систем безопасности» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю (ИНН <***>, ОГРН <***>)

об оспаривании отказа в выдаче санитарно-эпидемиологического заключения,

с привлечением к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Санитарно-гигиеническая компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании:

представителя заявителя: ФИО1, действующей на основании доверенности от 25.05.2022 № 55/2022, личность удостоверена паспортом, в подтверждение наличия высшего юридического образования представлен диплом,

представителей ответчика: ФИО2, действующей на основании доверенности от 02.12.2020 № 24-00-17/12-1469-2020, личность удостоверена служебным удостоверением, в подтверждение наличия высшего юридического образования представлен диплом, ФИО3, действующего на основании доверенности от 14.03.2022 № 24-00-06/12-184-2022, личность удостоверена служебным удостоверением,

представителя третьего лица: руководителя ФИО4, на основании сведений из ЕГРЮЛ, личность удостоверена паспортом,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО5 Протоколирование ведется с использованием средств аудиозаписи,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Технология систем безопасности» (далее – заявитель, ООО «Технология СБ») обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю (далее – ответчик, Управление Роспотребнадзора по Красноярскому краю), в котором заявлены следующие требования:

- признать недействительным изложенный в уведомлении от 14.01.2022 № 24-00-06/03-573-2022 отказ в выдаче санитарно-эпидемиологического заключения на базовую станцию № 24.2156 «Ястынская» ПАО «МегаФон» по адресу: <...> АМС АО «ПБК».

- обязать устранить допущенное нарушение прав и законных интересов заявителя ООО «Технология СБ».

Представитель заявителя на удовлетворении заявленных требований настаивал.

Представитель ответчика требования заявителя оспорил.

Представитель третьего лица поддержал позицию заявителя.

При рассмотрении дела установлены следующие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения спора.

В адрес Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю (далее - Управление) поступило заявление ООО «Технология СБ» о выдаче санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии санитарным правилам проектной документации на условия размещения базовой станции № 24.2156 «Ястынская» ПАО «МегаФон» системы сотовой радиотелефонной связи стандартов LТЕ-800, GSМ-900, DСS-1800, UMTS-2100 по адресу: <...> АМС АО «ПБК».

Руководствуясь пунктом 66 Административного регламента Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по предоставлению государственной услуги по выдаче санитарно-эпидемиологических заключений на основании результатов санитарно-эпидемиологических экспертиз, расследований, обследований, исследований, испытаний, токсикологических, гигиенических и иных видов оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований (утв. приказом Федеральной службы по надзору в сфере зашиты прав потребителей и благополучия человека от 05 ноября 2020 г. № 747), Управление уведомлением от 14.01.2022 № 24-00-06/03-573-2022 уведомило ООО «Технология СБ» о том, что ему отказано в выдаче санитарно-эпидемиологического заключения (вх. № 24-65674-2021 от 24.12.2021) в связи с несоответствием информации, содержащейся в результатах санитарно-эпидемиологической экспертизы соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований, требованиям государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов.

В экспертном заключении № 10665-Э от 09.12.2021, выполненном ООО «СанГиК» (далее - экспертное заключение), установлены следующие несоответствия требованиям государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов.

В нарушение требований п. 5.5 СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03 «Гигиенические требования к размещению и эксплуатации передающих радиотехнических объектов», п. 6.6 Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03 «Гигиенические требования к размещению и эксплуатации средств сухопутной подвижной радиосвязи» в экспертном заключении не представлена информация о проведении владельцем (уполномоченными лицами) ПРТО, зданий, территорий и сооружений, где расположены ПРТО, обучения по вопросам обеспечения санитарно-эпидемиологических требований электромагнитной безопасности работающих и населения.

В экспертном заключении отсутствуют результаты экспертизы соответствия проектных материалов требованиям СанПиН 2.1.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов», в том числе требованиям п. 1.2, п. 6.1 СанПиН 2.1.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов» в части необходимости установления размеров санитарно-защитных зон на основании акустических расчетов (охлаждающее оборудование) с учетом места расположения источников и характера создаваемого ими шума, инфразвука и других физических факторов.

Полагая, что изложенный в уведомлении от 14.01.2022 № 24-00-06/03-573-2022 отказ в выдаче санитарно-эпидемиологического заключения на базовую станцию № 24.2156 «Ястынская» ПАО «МегаФон» по адресу: <...> АМС АО «ПБК», противоречит требованиям нормативных актов и нарушает его права, заявитель обратился в Арбитражный суд Красноярского края с настоящим заявлением.

Исследовав и оценив представленные доказательства, доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Из содержания статей 198, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) следует, что для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными, суд должен установить наличие одновременно двух условий:

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту,

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

При этом, исходя из правил распределения бремени доказывания, установленных статьями 65, 198, 200 АПК РФ, обязанность доказывания факта нарушения своих прав и законных интересов возлагается на заявителя.

Суд полагает, что изложенный в уведомлении от 14.01.2022 № 24-00-06/03-573-2022 отказ в выдаче санитарно-эпидемиологического заключения на базовую станцию № 24.2156 «Ястынская» ПАО «МегаФон» по адресу: <...> АМС АО «ПБК», не соответствует действующему законодательству и нарушает права и законные интересы заявителя на основании следующего.

Порядок выдачи санитарно-эпидемиологических заключений и установления соответствия/несоответствия проектов санитарно-защитных зон требованиям государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов, определен Федеральным законом от 30.03.1999 № 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" и Административным регламентом Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по предоставлению государственной услуги по выдаче санитарно-эпидемиологических заключений на основании результатов санитарно-эпидемиологических экспертиз, расследований, обследований, исследований, испытаний, токсикологических, гигиенических и иных видов оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований, утвержденным Приказом Роспотребнадзора от 05.11.2020 № 747 (далее - Административный регламент № 747).

Согласно пункту 16 Административного регламента № 747, для предоставления государственной услуги заявитель представляет в территориальный орган Роспотребнадзора следующие документы:

а) в случае выдачи санитарно-эпидемиологических заключений на виды деятельности (работы, услуги), проектную документацию (за исключением санитарно-эпидемиологического заключения о размещении объекта):

- подписанное заявителем (уполномоченным представителем заявителя) заявление о выдаче санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии санитарным правилам факторов среды обитания, условий деятельности юридических лиц, индивидуальных предпринимателей, а также используемых ими территорий, зданий, строений, сооружений, помещений, оборудования, транспортных средств, проектной документации по формам, установленным в приложениях N 1 и N 2 к настоящему Административному регламенту соответственно;

- результаты санитарно-эпидемиологических экспертиз, расследований, обследований, исследований, испытаний, токсикологических, гигиенических и иных видов оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований, проведенных и оформленных в соответствии с порядком, утвержденным приказом Роспотребнадзора от 19.07.2007 № 224 "О санитарно-эпидемиологических экспертизах, обследованиях, исследованиях, испытаниях и токсикологических, гигиенических и иных видах оценок" (далее - приказ № 224).

В свою очередь, Порядок № 224 предусматривает, что санитарно-эпидемиологической экспертизой является деятельность Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, ее территориальных органов, структурных подразделений и федеральных государственных учреждений федеральных органов исполнительной власти, осуществляющих государственный санитарно-эпидемиологический надзор в Вооруженных Силах Российской Федерации, других войсках, воинских формированиях и органах, на объектах обороны и оборонного производства, безопасности, внутренних дел и иного специального назначения, в организациях отдельных отраслей промышленности, федеральных государственных учреждений здравоохранения - центров гигиены и эпидемиологии, а также других организаций, аккредитованных в установленном порядке, по установлению соответствия (несоответствия) проектной и иной документации, объектов хозяйственной и иной деятельности, продукции, работ, услуг, предусмотренных статьями 12, 13, 15 - 28, 40 и 41 Федерального закона № 52-ФЗ, техническим регламентам, государственным санитарно-эпидемиологическим правилам и нормативам.

Согласно пункту 22 Административного регламента № 747 при предоставлении государственной услуги запрещается требовать от заявителя представления документов и информации или осуществления действий, предоставление или осуществление которых не предусмотрено нормативными правовыми актами, регулирующими отношения, возникающие в связи с предоставлением государственной услуги.

Государственная услуга по выдаче санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии/несоответствии санитарным правилам проекта санитарно-защитной зоны включает в себя экспертизу документов (сведений), представленных заявителем, на предмет полноты и достоверности содержащихся в заявлении и документах заявителя сведений, в том числе проверку области аккредитации испытательной лаборатории (центра) и соответствия информации, содержащейся в результатах санитарно-эпидемиологических экспертиз, расследований, обследований, исследований, испытаний, токсикологических, гигиенических и иных видов оценок соблюдения санитарно-эпидемиологических и гигиенических требований, требованиям государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов.

Управлением при рассмотрении документов заявителя было установлено, что в представленном экспертном заключении ООО «СанГиК» № 10665-Э от 09.12.2021 (Аттестат аккредитации органа инспекции №КА.КГГ 710097), выявлены несоответствия требованиям государственных санитарно-эпидемиологических правил и нормативов, в частности, ответчик пришел к выводу, что в нарушение требований п. 5.5 СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03 «Гигиенические требования к размещению и эксплуатации передающих радиотехнических объектов», п. 6.6. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03 «Гигиенические требования к размещению и эксплуатации средств сухопутной подвижной радиосвязи» в экспертном заключении не представлена информация о проведении владельцем (уполномоченными лицами) ПРТО, зданий, территорий и сооружений, где расположены ПРТО, обучения по вопросам обеспечения санитарно-эпидемиологических требований электромагнитной безопасности работающих и населения.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, доводы лиц, участвующих в деле, по правилам статьи 71 АПК РФ, суд пришел к выводу о недоказанности приведенного основания для отказа в выдаче санитарно-эпидемиологического заключения.

В соответствии с частью 1 статьи 1 Федерального закона от 31.07.2020 № 247-ФЗ "Об обязательных требованиях в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон № 247-ФЗ), настоящий Федеральный закон определяет правовые и организационные основы установления и оценки применения содержащихся в нормативных правовых актах требований, которые связаны с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности и оценка соблюдения которых осуществляется в рамках государственного контроля (надзора), муниципального контроля, привлечения к административной ответственности, предоставления лицензий и иных разрешений, аккредитации, оценки соответствия продукции, иных форм оценки и экспертизы (далее - обязательные требования).

В силу части 2 статьи 1 Закона № 247-ФЗ настоящий федеральный закон не распространяется на отношения, связанные с установлением и оценкой применения обязательных требований:

1) составляющих государственную тайну или относимых к охраняемой в соответствии с законодательством Российской Федерации иной информации ограниченного доступа;

2) устанавливаемых в сфере обороны, государственного оборонного заказа, военно-технического сотрудничества, государственной безопасности, государственной охраны, внутренних дел (за исключением требований в части обеспечения безопасности дорожного движения), гражданской обороны, противодействия преступности (в том числе противодействия терроризму), оперативно-разыскной деятельности, охраны общественного порядка, обеспечения общественной безопасности, противодействия легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, финансированию терроризма и финансированию распространения оружия массового уничтожения, оборота оружия, обеспечения безопасности объектов топливно-энергетического комплекса и антитеррористической защищенности объектов (территорий), деятельности подразделений охраны, частной охранной деятельности и частной детективной деятельности;

3) устанавливаемых при угрозе возникновения и (или) возникновении отдельных чрезвычайных ситуаций, введении режима повышенной готовности или чрезвычайной ситуации на всей территории Российской Федерации либо на ее части;

4) в сфере действия законодательства Российской Федерации о налогах и сборах, бюджетного законодательства Российской Федерации, законодательства Российской Федерации о валютном регулировании и валютном контроле, законодательства Российской Федерации о таможенном регулировании и таможенном деле в Российской Федерации, законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, а также устанавливаемых обязательных требований при организации и проведении закупок отдельными видами юридических лиц;

5) в области использования атомной энергии, обеспечения ядерной и радиационной безопасности и охраны важных государственных объектов;

6) устанавливаемых стандартами и порядками оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями, федеральными государственными образовательными стандартами и федеральными основными общеобразовательными программами;

7) устанавливаемых нормативными правовыми актами, которыми признаются подлежащими применению и (или) вводятся в действие на территории Российской Федерации Международные стандарты финансовой отчетности и международные стандарты аудита, устанавливаемых федеральными стандартами бухгалтерского учета, разрабатываемыми на основе Международных стандартов финансовой отчетности, а также устанавливаемых Центральным банком Российской Федерации.

Согласно части 3 статьи 1 Закона № 247-ФЗ порядок установления обязательных требований к продукции или к продукции и связанным с требованиями к продукции процессам проектирования (включая изыскания), производства, строительства, монтажа, наладки, эксплуатации, хранения, перевозки, реализации и утилизации определяется Договором о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 года, актами, составляющими право Евразийского экономического союза, и законодательством Российской Федерации о техническом регулировании.

В соответствии с частями 1 - 3 статьи 2 названного закона обязательные требования устанавливаются федеральными законами, Договором о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 г., актами, составляющими право Евразийского экономического союза, положениями международных договоров Российской Федерации, не требующими издания внутригосударственных актов для их применения и действующими в Российской Федерации, нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, муниципальными нормативными правовыми актами. В случаях и пределах, которые установлены федеральными законами, обязательные требования могут быть установлены указами Президента Российской Федерации. В случаях и пределах, которые установлены федеральными законами, указами Президента Российской Федерации, обязательные требования могут быть установлены нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, федеральных органов исполнительной власти.

В ч. 6 и 7 ст. 2 Федерального закона № 247-ФЗ закрепляются определенные ограничения при установлении обязательных требований:

- во-первых, полномочия по установлению обязательных требований, возложенные федеральными законами на федеральные органы исполнительной власти и уполномоченные организации, не могут осуществляться иными органами и организациями;

- во-вторых, обязательные требования, предусматривающие установление в отношении граждан и организаций разрешительных режимов (в формах лицензирования, аккредитации, сертификации, включения в реестр, аттестации, прохождения экспертизы, получения согласований, заключений и иных разрешений), устанавливаются федеральными законами, а в случаях, определенных федеральными законами, - нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации.

Статьей 15 Закона № 247-ФЗ закреплены основные положения, обеспечивающие реализацию механизма "регуляторной гильотины" на уровне федерального законодательства.

В соответствии с частью 1 статьи 15 Закона № 247-ФЗ, признание утратившими силу, не действующими на территории Российской Федерации и отмена нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, федеральных органов исполнительной власти, правовых актов исполнительных и распорядительных органов государственной власти РСФСР и Союза ССР, содержащих обязательные требования, соблюдение которых оценивается при осуществлении государственного контроля (надзора), осуществляется в отношении видов государственного контроля (надзора), перечень которых утвержден распоряжением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2020 г. № 3340-р (далее - распоряжение № 3340-р).

Таким образом, механизм "регуляторной гильотины" реализуется в отношении нормативных правовых актов, оценка соблюдения которых осуществляется в рамках видов государственного контроля (надзора), включенных в перечень, утвержденный распоряжением № 3340-р.

Согласно положениям частей 2 и 3 статьи 15 Закона № 247-ФЗ, независимо от того, признаны ли утратившими силу (отмененными) нормативные правовые акты, с 1 января 2021 года при осуществлении государственного контроля (надзора) не допускается оценка соблюдения обязательных требований, содержащихся в указанных актах, а несоблюдение требований, содержащихся в указанных актах, не может являться основанием для привлечения к административной ответственности, если они вступили в силу до 1 января 2020 года.

В соответствии с частью 4 статьи 15 Закона № 247-ФЗ Правительство Российской Федерации вправе определить перечень нормативных правовых актов либо групп нормативных правовых актов, в отношении которых положения частей 1, 2 и 3 статьи 15 Закона № 247-ФЗ не применяются.

Согласно части 5 статьи 15 Закона № 247-ФЗ с 1 января 2021 года в перечни нормативных правовых актов, содержащих обязательные требования, соблюдение которых оценивается при осуществлении видов государственного контроля (надзора), указанных в распоряжении № 3340-р, утверждаемые в соответствии с частью 5 статьи 8 Закона № 247-ФЗ (далее - Перечни ОГВ), не могут включаться нормативные правовые акты, вступившие в силу до 1 января 2020 года, за исключением нормативных правовых актов либо групп нормативных правовых актов, включенных в Перечень.

Во исполнение вышеприведенных положений Постановлением Правительства Российской Федерации от 31 декабря 2020 г. № 2467 утвержден Перечень нормативных правовых актов и групп нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов, отдельных положений нормативных правовых актов и групп нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти, правовых актов, отдельных положений правовых актов, групп правовых актов исполнительных и распорядительных органов государственной власти РСФСР и Союза ССР, решений Государственной комиссии по радиочастотам, содержащих обязательные требования, в отношении которых не применяются положения частей 1, 2 и 3 статьи 15 Федерального закона "Об обязательных требованиях в Российской Федерации" (далее - Перечень), в частности:

- пункты 3.16 – 3.19 Постановления Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 13 марта 2003г. № 18 «О введении в действие Санитарных правил и нормативов СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03» (пункт 1063 Постановления);

- пункты 3.17, 3.19, 3.20 – 3.22 Постановления Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 09.06.2003г. №135 «О введении в действие Санитарных правил и нормативов - СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03» (пункт 1078 Постановления).

Таком образом, исходя из содержания данного Перечня следует, что Правительством Российской Федерации установлена допустимость контролирующими органами оценки соблюдения обязательных требований применительно к вышеприведенным СанПиН не в полном объеме, а только в части поименованных пунктов приведенных актов.

Суд также учитывает, что санитарные правила и нормативы (СанПиН) в силу положений статей 37, 38, 39 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" разрабатываются в рамках государственного санитарно-эпидемиологического нормирования, осуществляемого в соответствии с положением, утвержденным Правительством Российской Федерации. На территории Российской Федерации действуют федеральные санитарные правила, которые утверждаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

При этом в соответствии с частью 4 статьи 1 Федерального закона от 27.12.2002 № 184-ФЗ «О техническом регулировании» данный закон не регулирует отношения, в частности, связанные с разработкой, принятием, применением и исполнением санитарно-эпидемиологических требований.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что в отношении санитарных правил и нормативов (СанПиН) в полном объеме подлежит применению «регуляторная гильотина» в порядке, предусмотренном Законом № 247-ФЗ, поскольку, как указано ранее, в отношении санитарно-эпидемиологических требований не распространяется действие законодательства о техническом регулировании (в связи с чем исключения, предусмотренные частью 3 статьи 1 Закона № 247-ФЗ, не подлежат применению), Кроме того, вышеуказанные отношения не подпадают под перечень, приведенный в части 2 статьи 1 Закона № 247-ФЗ, в отношении которых федеральный закон не распространяется.

Не оспаривая то обстоятельство, что в отношении вышеприведенных СанПиН в полном объеме подлежит применению «регуляторная гильотина», ответчик при этом полагает, что положения ч. 1, 2 и 3 ст. 15 Закона №247-ФЗ, а, следовательно, и Постановление Правительства Российской Федерации от 31.12.2020 № 2467 подлежат применению только при проведении государственного контроля (надзора), к которому не относится оказание государственной услуги по выдаче санитарно-эпидемиологических заключений. В этой связи ответчик считает, что при оказании государственной услуги по выдаче санитарно-эпидемиологических заключений подлежит проверке соблюдение норм СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03 и СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03 в полном объеме, а не только пунктов, поименованных в Постановлении Правительства Российской Федерации от 31.12.2020 № 2467.

Указанный довод ответчика судом отклоняется как основанный на неверном понимании норм действующего законодательства и искажающий смысл установления законодателем «регуляторной гильотины».

Как указано ранее, в соответствии со статьей 1 Закона № 247-ФЗ "Об обязательных требованиях в Российской Федерации" данный закон определяет основы установления и оценки применения содержащихся в нормативных правовых актах требований, которые связаны с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности и оценка соблюдения которых осуществляется в рамках государственного контроля (надзора), муниципального контроля, привлечения к административной ответственности, предоставления лицензий и иных разрешений, аккредитации, оценки соответствия продукции, иных форм оценки и экспертизы (далее - обязательные требования).

Таким образом, Законом №247-ФЗ определены основы установления и оценки применения требований, содержащихся в нормативных правовых актах, указанные положения распространяются не только на мероприятия, проводимые в рамках государственного контроля (надзора), а также на деятельность, связанную с предоставлением лицензий и иных разрешений, аккредитации, оценки соответствия продукции, иных форм оценки и экспертизы.

При этом, то обстоятельство, что в статье 15 Закона № 247-ФЗ указано на порядок применения норм при осуществлении государственного контроля (надзора) не свидетельствует о том, что при осуществлении органами государственной власти каких либо мероприятий (помимо проверок и иных контрольных мероприятий, поименованных в Федеральном законе от 31.07.2020 № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации») возможно предъявление требований к субъектам хозяйственной деятельности о необходимости соблюдения норм СанПиН, не указанных в Постановлении Правительства Российской Федерации от 31.12.2020 № 2467, проверку соблюдения которых в последующем органы государственной власти не смогут обеспечить при проведении проверок.

В этой связи, исходя из системного толкования норм статей 1, 2, 15 Закона № 247-ФЗ суд полагает, что указание в статье 15 на «осуществление государственного контроля (надзора)» законодателем дано в широком понимании, а не только применительно к мероприятиям, поименованным в Федеральном законе от 31.07.2020 № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации».

Обратное толкование изложенных норм может привести к возложению на участников хозяйственной деятельности излишних дополнительных требований, которые не подлежат применению и контролю со стороны органов государственной власти в силу применения законодателем «регуляторной гильотины».

Таким образом, суд полагает неправомерным требование ответчика о необходимости соблюдения заявителем положений п. 5.5 СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03 и п. 6.6 СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03, не поименованных в Постановлении Правительства Российской Федерации от 31.12.2020 № 2467, в связи с чем являющихся недействующими в силу статьи 15 Закона № 247-ФЗ.

Суд также учитывает, что письмом от 30.03.2021 исх. № 7210/03-МЗ Федеральной службой по аккредитации принято решение о эквивалентности пунктов 3.1-3.7, 3.10-3.16, главы 4,5,6 СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03 «Гигиенические требования к размещению и эксплуатации передающих радиотехнических объектов» нормативному документу - СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий» (глава XIII).

Также указанным Письмом от 30.03.2021 в отношении пунктов 3.4-3.7, 3.10-3.15,главы 5,6,7 СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03 «Гигиенические требования к размещению и эксплуатации средств сухопутной подвижной радиосвязи» принято решение о эквивалентности нормативному документу - СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий» глава XIII.

Вместе с тем в главе XIII СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», отсутствуют требования к владельцам (уполномоченным лицам) ПРТО, зданий, территорий и сооружений, где расположены ПРТО, о проведении обучения по вопросам обеспечения санитарно-эпидемиологических требований электромагнитной безопасности работающих и населения.

Таким образом, указание ответчиком на наличие нарушения в виде отсутствия информации в экспертном заключении о проведении обучения по вопросам обеспечения санитарно-эпидемиологических требований неправомерно обосновано ссылкой на нормативный акты, не подлежащие применению в силу «регуляторной гильотины», при этом в эквивалентных нормативных документах данные требования отсутствуют, что свидетельствует о необоснованности выставления ответчиком данного замечания в качестве основания для отказа в выдаче санитарно-эпидемиологического заключения.

В качестве второго нарушения ответчик указал на отсутствие в экспертном заключении результатов экспертизы соответствия проектных материалов требованиям СанПиН 2.1.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов», в том числе, требованиям п.1.2, п.6.1. СанПиН 2.1.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов» в части необходимости установления размеров санитарно-защитных зон на основании акустических расчетов (охлаждающее оборудование) с учетом места расположения источников и характера создаваемого ими шума, инфразвука и других физических факторов.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суд пришел к выводу о необоснованного данного замечания административного органа.

В соответствии с СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03 «Санитарно-защитные зоны и санитарная классификация предприятий, сооружений и иных объектов» - санитарно-защитная зона (далее - (СЗЗ), это специальная территория, размер которой обеспечивает уменьшение воздействия загрязнения на атмосферный воздух (химического, биологического, физического) до значений, установленных гигиеническими нормативами, а для предприятий I и II класса опасности - как до значений, установленных гигиеническими нормативами, так и до величин приемлемого риска для здоровья населения.

По своему функциональному назначению СЗЗ является защитным барьером, обеспечивающим уровень безопасности населения при эксплуатации объекта в штатном режиме.

Критерием для определения размера СЗЗ является не превышение на ее внешней границе и за ее пределами ПДК (предельно допустимых концентраций) загрязняющих веществ для атмосферного воздуха населенных мест, ПДУ (предельно допустимых уровней) физического воздействия на атмосферный воздух.

В соответствии с п. 2.4 СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03 установление размера санитарно-защитных зон в местах размещения передающих радиотехнических объектов проводится в соответствии с действующими санитарными правилами и нормами по электромагнитным излучениям радиочастотного диапазона и методиками расчета интенсивности электромагнитного излучения радиочастот.

Таким образом, при необходимости установления санитарно-защитной зоны в местах размещения ПРТО необходимо руководствоваться специальными санитарными правилами и нормами (СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03, СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03, глава XIII СанПиН 2.1.3684-21).

При этом согласно п. 3.16. СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03 «Гигиенические требования к размещению и эксплуатации средств сухопутной подвижной радиосвязи», в целях защиты населения от воздействия ЭМП, создаваемых антеннами базовых станций или ПРТО в целом, устанавливаются СЗЗ и ЗОЗ с учетом перспективного развития объекта связи и населенного пункта. Границы СЗЗ определяются на высоте 2 м от поверхности земли по ПДУ, указанным в п. п. 3.2 и 3.3. ЗОЗ представляет собой территорию вокруг ПРТО, где на высоте от поверхности земли более 2 м уровень ЭМП превышает ПДУ для населения по п. п. 3.2 и 3.3. Внешняя граница ЗОЗ определяется по максимальной высоте зданий перспективной застройки, на высоте верхнего этажа которых уровень ЭМП не превышает ПДУ для населения по п. п. 3.2 и 3.3.

Согласно п. 3.17. СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03 «Гигиенические требования к размещению и эксплуатации передающих радиотехнических объектов» в целях защиты населения от воздействия ЭМП, создаваемых антеннами ПРТО, устанавливаются санитарно-защитные зоны (СЗЗ) и зоны ограничения с учетом перспективного развития ПРТО и населенного пункта. Границы СЗЗ определяются на высоте 2 м от поверхности земли по ПДУ, указанным в п. п. 3.3 и 3.4. Зона ограничения представляет собой территорию, на внешних границах которой на высоте от поверхности земли более 2 м уровни ЭМП превышают ПДУ по п. п. 3.3 и 3.4. Внешняя граница зоны ограничения определяется по максимальной высоте зданий перспективной застройки, на высоте верхнего этажа которых уровень ЭМП не превышает ПДУ по п. п. 3.3 и 3.4. Для ПРТО с мощностью передатчиков более 100 кВт, расположенных в черте жилой застройки, границы СЗЗ устанавливаются решением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации или его заместителя по результатам санитарно-эпидемиологической экспертизы, проводимой ФГУЗ "Федеральный центр гигиены и эпидемиологии", профильным научно-исследовательским институтом.

В соответствии с п. 289 СанПиН 2.1.3684-21 требования настоящей главы Санитарных правил распространяются на радиоэлектронные средства, генерирующие электромагнитные поля радиочастотного диапазона (далее - ЭМП РЧ).

С учетом изложенного, специальные санитарные правила (в части неотмененных положений) СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03, СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03, глава XIII СанПиН 2.1.3684-21 не содержат обязанность установления размеров санитарно-защитных зон на основании акустических расчетов с учетом места расположения источников и характера создаваемого ими шума, инфразвука и других физических факторов, за исключением расчёта интенсивности воздействия ЭМП РЧ.

Как следует из экспертного заключения № 10665-Э от 09.12.2021, анализ выбора контрольных точек показал, что расположение и количество контрольных точек достаточны, чтобы проверить правильность определения размеров санитарно-защитной зоны и зоны ограничения застройки и выявить реальную интенсивность электромагнитного излучения в зданиях и на территориях, в том числе возможные превышения допустимых уровней интенсивности электромагнитного излучения (стр.8 экспертного заключения).

Кроме того, согласно п. 3.11 СанПиН 2.2.1/2.1.1.1200-03 проектная документация должна представляться в объеме, позволяющем дать оценку соответствия проектных решений санитарным нормам и правилам.

Согласно экспертному заключению от 09.12.2021, расчет СЗЗ и ЗОЗ произведен с учетом перспективной застройки в районе размещения РЭС. Согласно указанных сторон света нежилые здания расположены с севера, востока и юга от РЭС, на западе от РЭС отсутствуют, жилая застройка отсутствует (информация взята с Сервиса «Публичная кадастровая карта» с официального портала государственных услуг Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, официального сайта Администрации города Красноярска и т.д.).

ООО «Санитарно-гигиеническая компания», подготовившее экспертное заключение от 09.12.2021, в ходе рассмотрения дела также пояснило, что требование Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю в части необходимости установления размеров санитарно-защитных зон на основании акустических расчетов (охлаждающее оборудование) с учетом места расположения источников и характера создаваемого ими шума, инфразвука и других физических факторов, не выполнимо до момента ввода в эксплуатацию базовой станции. Указанное требование не может быть выполнено в связи с тем, что в рамках оказываемой услуги на получение санитарно-эпидемиологического заключения рассматривается проектная документация на размещения РЭС. Провести инструментальный контроль и определить негативное воздействие от оборудования ПРТО (шумового, инфразвукового, вибрационного и т.д.) на этапе размещения РЭС не представляется возможным. Проведение инструментального контроля возможно только после ввода объекта в эксплуатацию.

С учетом изложенного, а также учитывая, что специальные санитарные правила (в части неотмененных положений) СанПиН 2.1.8/2.2.4.1190-03, СанПиН 2.1.8/2.2.4.1383-03, глава XIII СанПиН 2.1.3684-21 не предполагают необходимость установления размеров санитарно-защитных зон на основании акустических расчетов с учетом места расположения источников и характера создаваемого ими шума, инфразвука и других физических факторов, за исключением расчёта интенсивности воздействия ЭМП РЧ, приведенное замечание, явившееся основанием для отказа в выдаче санитарно-эпидемиологического заключения, является неправомерным.

С учетом изложенного, указанные в оспариваемом отказе требования Управления не предусмотрены действующим законодательством и являются избыточными, в связи с чем нарушают права заявителя.

В соответствии с частью 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

С учетом установленных обстоятельств по делу, суд полагает заявление подлежащим удовлетворению.

Согласно части 4 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц должно содержаться, в том числе, указание на признание оспариваемого акта недействительным или решения незаконным полностью или в части и обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя либо на отказ в удовлетворении требования заявителя полностью или в части.

Суд в целях обеспечения восстановления нарушенных прав и законных интересов заявителя, при соблюдении баланса частных и публичных интересов, считает возможным разрешить вопрос об устранении допущенных нарушений прав и законных интересов путем обязания Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю устранить допущенные нарушения прав заявителя путем повторного рассмотрения заявления о выдаче санитарно-эпидемиологического заключения (вх. № 24-65674-2021 от 24.12.2021) с учетом выводов суда, изложенных в настоящем решении.

Согласно статье 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, в том числе связанные с уплатой государственной пошлины по делу, относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение арбитражным судом настоящего искового заявления составляют 3000 рублей и подлежат взысканию с Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю в пользу общества с ограниченной ответственностью «Технология систем безопасности».

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.


Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

Заявление удовлетворить.

Признать незаконным отказ Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю в выдаче санитарно-эпидемиологического заключения, изложенный в уведомлении от 14.01.2022 № 24-00-06/03-573-2022.

Обязать Управление Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю устранить допущенные нарушения прав заявителя путем повторного рассмотрения заявления о выдаче санитарно-эпидемиологического заключения (вх. № 24-65674-2021 от 24.12.2021) с учетом выводов суда, изложенных в настоящем решении.

Взыскать с Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю в пользу общества с ограниченной ответственностью «Технология систем безопасности» 3 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Настоящее решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.



Судья

Е.В. Болуж