Решение от 9 сентября 2022 г. по делу № А40-4631/2022

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Р Е Ш Е Н И Е

г.Москва А40-4631/22-113-37

9 сентября 2022 г.

Резолютивная часть решения объявлена 9 сентября 2022 г.

Полный текст решения изготовлен 9 сентября 2022 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

председательствующего судьи А.Г. Алексеева

при ведении протокола судебного заседания секретарём Никушкиным Р.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску ООО «Мст групп» к ООО «ГСП-2»,

третье лицо – Строй инвест

о взыскании 2 581 608,8 рублей;

встречному иску о взыскании 26 520 194,94 рублей,

при участии:

от истца – Новокрещенова Е.В. по доверенности от 28 июля 2021 г. № 2021/002;

от ответчика – Смирнов Д.В. по доверенности от 2 августа 2021 г. № 961;

от третьего лица – Новокрещенова Е.В. по доверенности от 18 января 2021 г. № 2022/001;

У С Т А Н О В И Л :

Иск заявлен о взыскании с ответчика в пользу истца с учётом принятого судом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Арбитражный процессуальный кодекс) процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 899 283,46 рублей за просрочку исполнения обязательств по договору от 22 марта 2019 г. № 221-СКГ2-2019 (далее – Договор), заключённому между ООО «Реал-Строй» (субподрядчик) и ответчиком (подрядчик).

Истец в судебном заседании настаивал на удовлетворении иска.

Ответчик по иску возражал.

Определением от 20 апреля 2022 г. к совместному производству принят встречный иск о взыскании неустойки в размере 26 520 194,94 рублей за просрочку выполнения работ по Договору.

Рассмотрев материалы дела, заслушав представителей сторон, исследовав и оценив представленные доказательства, суд пришел следующим выводам.

Как усматривается из материалов дела, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г.Москвы от 9 июля 2021 г. по делу А40-35000/21-113-235 с подрядчика в пользу правопреемника субподрядчика взыскана задолженность в общем размере 263 217 896,5 рублей.

Как указывает истец, ответчиком решение суда по делу А40-35000/21-113-235 не исполнено.

В соответствии с п. 6.1 Договора оплата за выполненные работы производиться с расчётного счета подрядчика путём перечисления денежных средств на расчётный счёт субподрядчика в течение 70-ти рабочих дней с момента подписания сторонами КС-2 и КС-3.

В связи с отсутствием договорного условия о неустойке, истцом рассчитаны проценты в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс) за период с 7 октября 2020 г. по 19 января 2022 г.

Решение по делу А40-35000/21-113-235 в силу статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса является преюдициальным для настоящего дела.

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации своем постановлении от 20 ноября 2012 г. № 2013/12 указал, что признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 июля 2009 г. № 57 разъяснено, что независимо от состава лиц, участвующих в деле о взыскании по договору, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, учитывается судом, рассматривающим второе дело.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 6 ноября 2014 г. № 2528-О указал, что в системе правового регулирования предусмотренное частью 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса означает, что фактические обстоятельства (факты), установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 марта 2013 г. № 407-О, от 16 июля 2013 г. № 1201-О, от 24 октября 2013 г. № 1642-О и др.).

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2011 г. № 30-П разъяснено, что в качестве единого способа опровержения (преодоления) преюдиции во всех видах судопроизводства должен признаваться пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам.

Статьей 307 Гражданского кодекса предусмотрено, что в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в Гражданском кодексе.

В соответствии со статьёй 401 Гражданского кодекса, если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса обязательства должны исполняться надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона и односторонний отказ от их исполнения не допускается за исключением случаев, предусмотренных законом.

В силу пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Частью 1 статьи 330 Гражданского кодекса предусмотрено, что неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумму, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Как следует из материалов дела, в рамках рассмотрения дела А40-35000/21-113-235 судами первой и апелляционной инстанции указано на правомерность произведённого ответчиком зачёта встречных однородных требований в счёт погашения задолженности по нескольким договорам, в т.ч. по Договору (уведомление от 30 сентября 2020 г. № 406).

Согласно уведомлению о зачёте к зачёту принята сумма задолженности ответчика перед истцом по договору № 221-СГК2-2019 в размере 45 233 899,17 рублей.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2020 г. № 428 «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлению кредиторов в отношении отдельных должников» в соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Закона о банкротстве введен мораторий на возбуждение дел о банкротстве в отношении организаций, включенных в перечень (перечни) системообразующих организаций российской экономики в соответствии с критериями и порядком, определенными правительственной комиссией по повышению устойчивости развития российской экономики.

Письмом Минэкономразвития России от 23 марта 2020 г. № 8952-РМ/Д18и утверждён перечень системообразующих организаций, в который было включено ООО «ГСП-2».

Следовательно, на ответчика в период с 6 апреля 2020 г. по 6 октября 2020 г. распространялся мораторий на возбуждение дел о банкротстве.

Согласно подпункту 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым-десятым пункта 1 статьи 63 настоящего Федерального закона.

В соответствии с абзацем десятым пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве к таким последствиям относится не начисление неустойки (штрафов, пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей.

В Обзоре по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID19) № 2, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30 апреля 2020 г., разъяснено, что одним из последствий введения моратория является прекращение начисления неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория.

Таким образом, начисление процентов за пользование чужими денежными средствами в период действия в отношении ответчика моратория на возбуждение дел о банкротстве неправомерно.

С учетом изложенных обстоятельств, истцом произведен расчёт процентов, согласно которому размер взыскиваемых процентов с учетом действия моратория на возбуждение дел о банкротстве и исключения из указанного расчета процентов за период с 6 апреля 2020 г. по 6 октября 2020 г.

В представленном в материалы дела отзыве на исковое заявление ответчик требования не признал, ссылаясь на то, что истцом при расчёте процентов не учтена подписанная сторонами корректировка от 30 апреля 2020 г.

Также ответчиком указано на то, что истцом при расчёте процентов не учтено, что в отношении ответчика действовал мораторий на возбуждение дел о банкротстве, исключающий начисление финансовых санкций в период его действия.

При заключении Договора стороны без замечаний согласовали все его условия, приняли на себя соответствующие обязательства и гарантировали друг другу их надлежащее исполнение.

Согласно пункту 4.1 Договора установлена твёрдая стоимость работ по настоящему договору может быть пересмотрена в сторону увеличения или уменьшения только по соглашению сторон, с заключением дополнительного соглашения к договору. Никакие иные условия, кроме предусмотренных Договором, не могут являться основанием для изменения твёрдой стоимости работ.

Таким образом, стороны при заключении Договора согласовали недопустимость изменения твёрдой цены договора без заключения в письменном виде соответствующего дополнительного соглашения.

Как следует из материалов дела, в период действия Договора подряда стороны неоднократно изменяли его условия подписанием дополнительных соглашений.

Так, дополнительным соглашением № 1 от 31 июля 2019 г. стороны изменили пункт 5.1 Договора о сроках выполнения работ.

Согласно дополнительному соглашению от 7 октября 2019 г. № 2 стороны изменили размер гарантийного удержания п. 17.16 на 3%. От стоимости выполненных субподрядчиком и принятых подрядчиком работ.

Дополнительным соглашением от 7 февраля 2020 г. № 3 стороны изменили стоимость работ по договору, которая составила 68 128 705 рублей.

Дополнительным соглашением от 20 марта 2020 г. № 3 стороны изменили ценовые показатели формирования стоимости выполнения работ по Договору, стоимость работ по Договору составила 88 400 649,8 рублей.

Таким образом дополнительными соглашениями стороны вносили изменения в Договор, в том числе, по срокам и стоимости работ.

В соответствии с пунктом 2 статьи 424 Гражданского кодекса изменение цены после заключения договора допускается в случаях и на условиях, предусмотренных договором, законом либо в установленном законом порядке.

Согласно пункту 1 статьи 452 Гражданского кодекса соглашение об изменении или о расторжении договора совершается в той же форме, что и договор, если из закона, иных правовых актов, договора или обычаев не вытекает иное.

Пунктом 3 статьи 453 Гражданского кодекса предусмотрено, что в случае изменения или расторжения договора обязательства считаются изменёнными или прекращёнными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора.

Заключая во исполнение условия пункта 4.1 Договора дополнительное соглашение от 20 марта 2020 г. № 3, которым определена окончательная цена Договора, стороны без замечаний согласились, что эта цена является твёрдой, при этом стоимость работ, составила 106 080 779,76 рублей.

Истец основывает свой расчёт на корректировочных актах от 30 марта 2020 г. № 1а, согласно которой стоимость ранее принятых работ увеличилась на сумму 53 217 898,92 рублей (с учётом гарантийного удержания сумма к оплате 51 621 361,96 рублей).

Однако сторонами также подписана корректировка к КС-2 и КС-3 от 30 апреля 2020 г. № 1а, неучтенная истцом при расчёте, согласно которой окончательная стоимость выполненных работ составляет 68 128 705 рублей, т.е. стороны увеличили стоимость ранее принятых работ на 15 265 824,16 рублей. И корректировка от 30 марта 2020 г. № 1а, представленная истцом, и корректировка от 30 апреля 2020 г. № 1а, представленная ответчиком с отзывом, вносят изменение в стоимость работ, определённую сторонами ранее в КС от 31 августа 2019 г. -№ 1

Представленные сторонами корректировки от 30 марта 2020 г. № 1а и от 30 апреля 2020 г. № 1а не взаимоисключают друг друга, а составлены на основании разных дополнительных соглашений к Договору об изменении стоимости работ.

Так из представленных в материалы дела корректировок от 30 марта 2020 г. № 1а усматривается, что корректировка составлена на основании дополнительного соглашения от 20 марта 2020 г. № 3 об изменении стоимости работ на 106 080 779,76 рублей, а корректировка от 30 апреля 2020 г. № 1а составлена на основании дополнительного соглашения от 7 февраля 2020г. № 3 об изменении стоимости работ на 68 128 705 рублей. Следовательно, заключив дополнительные соглашения об изменении цены, подписав корректировочные формы КС-2, КС-3, ответчик согласился на стоимость работ 106 080 779,76 рублей по последнему дополнительному соглашению к Договору.

Следовательно, для целей определения итоговой стоимости работ, ранее согласованной сторонами в КС-2 и КС-3 от 31 августа 2019 г. № 1, корректно учитывать корректировку от 30 марта 2020 г. № 1а, так как в случае изменения Договора обязательства считаются изменёнными или прекращёнными с момента заключения соглашения сторон об изменении договора.

Согласно корректировке от 30 марта 2020 г. № 1а за вычетом гарантийного обеспечения 3% ответчик должен был дополнительно перечислить истцу денежные средства в размере 51 621 361,96 рублей.

В связи с частичной оплатой, задолженность ответчика по оплате работ, выполненных истцом по Договору составляет 26 429 211,45 рублей.



При рассмотрении требований встречного иска суд пришёл к следующим выводам.

В обоснование требований по встречному иску о взыскании с неустойки по п. 18.12 Договора подрядчик ссылается на следующее.

ООО «Строй Инвест» (субподрядчик) приняло на себя обязательство в установленный Договором срок выполнить подготовительные работы по объекту по объекту «ДКС (2 очередь) на УКПГ-2В Уренгойского НГКМ» (код стройки 036-2001030), а подрядчик обязуется принять и оплатить работы в предусмотренном Договором порядке.

Как установлено вступившими в законную силу судебными актами по делу А40-35000/21-113-235 стоимость работ по Договору определена дополнительным соглашением от 20 марта 2020 г. № 3 и составляет 106 080 779,76 рублей.

В соответствии с п. 18.12 Договора при нарушении п. 7.16 субподрядчик уплачивает подрядчику штрафную неустойку в размере 25% от стоимости работ, указанной в пункте 3.1 Договора, а также подрядчик вправе расторгнуть Договор в одностороннем (внесудебном) порядке с уведомлением об этом субподрядчика в письменной форме.

В связи с чем, истец по встречному иску ссылается на то, что, руководствуясь п. 18.12 Договора субподрядчик обязан уплатить неустойку в размере 26 520 194,94 рублей.

Как следует из уведомления от 27 апреля 2021 г., направленного ООО «Строй инвест» в адрес ООО «ГСП-2» на основании заключённого договора уступки прав требования (цессии) от 26 апреля 2021 г. № 1 ООО «Строй Инвест» уступило, а ООО «МСТ групп» приняло на себя в полном объеме права и обязанности по Договору.

Согласно п. 2 ст. 382 Гражданского кодекса для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно п. 7.16 Договора субподрядчик не вправе уступать третьим лицам права (требования), возникшие из Договора, без предварительного письменного согласия подрядчика.

В соответствии с п. 3 ст. 388 Гражданского кодекса соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не может служить основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения.

В обоснование требований по встречному иску ООО «ГСП-2» ссылается на то, при совершении уступки ООО «Строй Инвест» к ООО «МСТ Групп» перешли все права по Договору.

В силу ст. 386 Гражданского кодекса должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел против первоначального кредитора, если основания для таких возражений возникли к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору.

Согласно ст. 412 Гражданского кодекса в случае уступки требования должник вправе зачесть против требования нового кредитора свое встречное требование к первоначальному кредитору.

Зачет производится, если требование возникло по основанию, существовавшему к моменту получения должником уведомления об уступке требования, и срок требования наступил до его получения либо этот срок не указан или определен моментом востребования.

Положения данной нормы права носят специальный характер, допуская отступление от регламентированного статьей 410 Гражданского кодекса встречного характера зачитываемых обязательств, предоставляя должнику право на зачет собственных требований к новому кредитору, хотя последний не является стороной обязательства перед должником.

Таким образом, действующее законодательство не ограничивает право должника на применение статьи 412 Гражданского кодекса и проведение зачета против требования нового кредитора своего встречного требования к первоначальному кредитору.

Зачет производится вопреки предусмотренному статьей 410 Гражданского кодекса общему правилу о встречности зачитываемых требований, если требование должника возникло по основанию, существовавшему к моменту получения им уведомления об уступке права требования, и срок требования наступил до его получения, либо этот срок не указан или определен моментом востребования.

С учетом указанной нормы новый кредитор, возмездно приобретая право требования у первоначального кредитора, в результате зачета требований может получить исполнение меньшее, чем он мог бы рассчитывать, что является предпринимательским риском цессионария (определение Верховного Суда Российской Федерации от 25 сентября 2015 г. № 307-ЭС15-6545; определение Верховного Суда Российской Федерации от 18 сентября 2015 г. № 308-ЭС15-413).

Как следует из пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее – Постановление Пленума № 54), должник вправе выдвигать против требования нового кредитора не только возражения, которые он уже имел против первоначального кредитора к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору, но и возражения, основания для которых возникли к этому моменту (статья 386 Гражданского кодекса).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 24 Постановления Пленума № 54 по смыслу статей 386, 412 Гражданского кодекса должник имеет право заявить о зачете после получения уведомления об уступке, если его требование возникло по основанию, существовавшему к этому моменту, и срок требования наступил до получения уведомления либо этот срок не указан или определен моментом востребования.

С учетом приведённых разъяснений Верховного суда Российской Федерации, следует отметить, что требование должника (ответчика) к первоначальному кредитору (ООО «Строй Инвест») возникло по основанию, которое к моменту получения должником уведомления об уступке требования уже существовало (основания для взыскания неустойки по Договору наступили), в связи с чем такое требование может быть зачтено против требования нового кредитора (истца).

В связи с чем, истец по встречному иску ссылается на то, что именно ООО «МСТ групп» как новый кредитор является надлежащим ответчиком по заявленному в настоящем встречном иске требованию.

Согласно договора уступки права требования (цессии) от 26 апреля 2021 г. № 1 ООО «Строй Инвест» переуступило ООО «МСТ групп» право денежного требования по Договору.

ООО «МСТ Групп» не является стороной Договора.

Из материалов дела не следует, что по договору цессии произведена замена ООО «Строй Инвест» как субподрядчика по Договору на ООО «МСТ Групп» с передачей последнему соответствующих прав и обязанностей.

Оплата выполненных работ является безусловной обязанностью подрядчика и для него не может иметь значения личность кредитора, в адрес которого эту оплату произвести.

Запрещено (без соответствующего согласия второй стороны) передавать именно исполнение, а не права требования по договору подряда по получению денежных средств.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 октября 2007 г. № 120 «Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации» уступка права (требования) влечет за собой замену кредитора в конкретном обязательстве, в состав которого входит уступаемое право (требование), а не замену стороны в договоре.

Уступка права (требования) по обязательству, в котором каждая из сторон является и кредитором, и должником, не может привести к переводу соответствующих обязанностей, лежащих на цеденте как стороне договора, на цессионария. Для перевода таких обязанностей необходимо совершение сделки по переводу долга (параграф 2 главы 24 Гражданского кодекса).

Между ООО «МСТ Групп» и ООО «Строй Инвест» сделка по переводу долга из обязательств, на которых основаны встречные требования, не совершалась.

В связи с этим, заявленные по встречному иску требования о взыскании неустойки не могут быть предъявлены новому кредитору, поскольку задолженность в указанной части не была переведена на истца в установленном законом порядке.

Аналогичная позиция изложена в решении и Арбитражного суда г. Москвы от 6 июня 2022 г. по делу А40-218392/21.

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).

Каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса).

В соответствии со статьями 8 и 9 Арбитражного процессуального кодекса судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В соответствии со статьёй 110 Арбитражного процессуального кодекса судебные расходы относятся на сторон пропорционально удовлетворённых требований.

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 11, 12, 307, 309, 310, 330, 331, 333 Гражданского кодекса, статьями 65, 101, 102, 106, 110, 123, 131, 156, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса, суд

Р Е Ш И Л :

1.Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ГСП-2» (ОГРН 1167847240032) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Мст групп» (ОГРН 1197746146290):

сумму процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 1 899 283 (один миллион восемьсот девяносто девять тысяч двести восемьдесят три) рубля 46 копеек;

расходы по уплате государственной пошлины в размере 17 696 (семнадцать тысяч шестьсот девяносто шесть) рублей.

2.Возвратить общества с ограниченной ответственностью «Мст групп» (ОГРН 1197746146290) из федерального бюджета государственную пошлину в размере 18 211 (восемнадцать тысяч двести одиннадцать) рублей, уплаченную по платёжному поручению от 14 января 2022 г. № 139.

3.В удовлетворении встречного иска отказать полностью.

4.Решение суда вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия и может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.



Судья А.Г.Алексеев