Решение от 19 августа 2020 г. по делу № А10-1607/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А10-1607/2020
19 августа 2020 года
г. Улан-Удэ


Резолютивная часть решения объявлена 13 августа 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 19 августа 2020 года.

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Бурдуковской А.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Изумруд» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Федеральному государственному казенному учреждению «Пограничное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Республике Бурятия» (ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании суммы обеспечительного платежа, неустойки,

при участии в судебном заседании в онлайн-режиме:

представителя общества с ограниченной ответственностью «Изумруд» ФИО2 (по доверенности от 14.01.2020, паспорт, диплом),

в Арбитражном суде Республики Бурятия:

представителей Федерального государственного казенного учреждения «Пограничное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Республике Бурятия» ФИО3 (по доверенности от 27.01.2020, служебное удостоверение, диплом), ФИО4 (по доверенности от 11.03.2020, паспорт, диплом),

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Изумруд» (далее – истец, ООО «Изумруд») обратилось в Арбитражный суд Республики Бурятия с исковым заявлением к Федеральному государственному казенному учреждению «Пограничное управление Федеральной службы безопасности Российской Федерации по Республике Бурятия» (далее – ответчик, Учреждение) о взыскании 260 000 рублей – суммы обеспечительного платежа, 6 894,33 рублей – неустойки.

Истец требования уточнил, просил взыскать с ответчика 19 352 рубля 67 копеек – неосновательно удержанных пеней за просрочку поставки, 91 000 рублей неосновательно удержанного штрафа за неисполнение контракта, 8388 рублей 67 копеек – процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 03.12.2019 по 13.08.2020.

Суд, руководствуясь статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принял заявленное уточнение.

В обоснование заявленных требований истец указал, что между истцом и ответчиком заключен государственный контракт на поставку сена фуражного естественных кормовых угодий урожая 2019 года производства Россия на сумму 910 000 рублей. В обеспечение исполнения государственного контракта 02.10.2019 обществом внесены денежные средства в сумме 260 000 рублей. Для осуществления поставки истец заключил договор с ООО «Сельхозинновация». Однако в силу сложившихся обстоятельств (наводнение) ООО «Сельхозинновация» не смогли выполнить обязательство. Поставка в оговоренный срок не осуществлена. Спецификацией срок поставки установлен с момента заключения контракта до 30 ноября 2019 года. В связи с истечением срока действия контракта, считает, что обязательства прекращены 02.12.2019. Соответственно с указанной даты у ответчика отсутствовали основания для удержания суммы обеспечения исполнения контракта.

Представители ответчика с требованиями не согласились. Указали, что истцом не исполнены обязательства по поставке товара, в связи, с чем ответчик реализовал право на односторонний отказ от исполнения контракта. С суммы обеспечительного платежа удержана неустойка и штраф в сумме 110 352 рубля 67 копеек, остаток денежных средств 149 647 рублей 33 копейки возвращен истцу по платежному поручению № 808935 от 13.05.2020. Причиной неисполнения обязательства по контракту не являлись форс – мажорные обстоятельства, срок действия контракта в соответствии с пунктом 13.6. определен с момента его подписания Сторонами и до полного исполнения Сторонами своих контрактных обязательств.

Представителем истца заявлено о приостановлении производства по настоящему делу до вступления в законную силу судебного акта по делу № А10-2606/2020.

В обоснование своего ходатайства истец указывает, что в рамках дела № А10-2606/2020 рассматривается требование ООО «Изумруд» к Федеральному государственному казенному учреждению «Пограничное управление федеральной службы безопасности Российской Федерации по Республике Бурятия» о признании решения от 01.04.2020 об одностороннем отказе от исполнения контракта недействительным, и обстоятельства по данному делу влияют на выводы суда по рассматриваемому спору.

Представители ответчика возражали против приостановления производства по делу.

Суд, рассмотрев заявление истца, считает, что оснований для приостановления производства по делу не имеется.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств» (далее - Постановление) разъяснено, что возбуждение самостоятельного производства по иску об оспаривании договора само по себе не означает невозможности рассмотрения дела о взыскании по договору в судах первой, апелляционной, кассационной и надзорной инстанций, в силу чего не должно влечь приостановления производства по этому делу на основании пункта 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В таком случае судам следует иметь в виду, что эффективная судебная защита нарушенных прав может быть обеспечена своевременным заявлением возражений или встречного иска. Кроме того, арбитражный суд, рассматривающий дело о взыскании по договору, оценивает обстоятельства, свидетельствующие о заключенности и действительности договора, независимо от того, заявлены ли возражения или встречный иск.

Таким образом, по смыслу указанной правовой позиции, рассмотрение по другому делу требований о признании недействительным одностороннего расторжения договора не является препятствием для рассмотрения, заявленного по настоящему делу требования и основанием для приостановления производства по нему.

Как следует из материалов дела 06 сентября 2019 года в соответствии Федеральным законом от 05 апреля 2013 года № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закона № 44-ФЗ) ответчиком, на официальном сайте закупок в сети интернет -www.zakupki.gov.ru и на специализированной торговой площадке «Автоматизированная система торгов государственного оборонного заказа» было размещено извещение № 0302100012019000212 о проведении аукциона Предмет закупки - поставка сена фуражного, начальная максимальная цена контракта 2 600 000 рублей.

На право заключения Контракта на участие в аукционе поступило пять заявок. Все заявки допущены к участию в аукционе.

19 сентября 2019 года по результатам закрытого электронного аукциона на поставку сена фуражного, победителем было признано ООО «Изумруд» с предложенной ценой Контракта 910 000 рублей.

Платежным поручением № 1997 от 02.10.2019 истец в обеспечение исполнения своих контрактных обязательств, перечислил ответчику денежные средства в сумме 260 000 рублей (далее – обеспечительный платеж).

09 октября 2019 года между Ответчиком и Истцом заключен государственный контракт в рамках государственного оборонного заказа № 191918910085207 <***>/03 02100012019000212-0302100012019000212-1077-296 на поставку сена фуражного, на сумму 910 000 рублей (л.д. 40-44).

В соответствии с условиями государственного контракта, ООО «Изумруд» должно было поставить Товар до 30 ноября 2019 года. С учетом статьи 193 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исполнения Контракта со стороны Истца - 02 декабря 2019 года.

В установленный контрактом срок поставщик свои обязательства перед заказчиком не выполнил, товар в адрес заказчика не поставил.

06 ноября 2019 года в адрес ответчика от истца поступило обращение от 29.10.2019 о том, что имеются обстоятельства, затрудняющие исполнение обязательств по Контракту. В указанном письме истец предлагает ответчику расторгнуть контракт по соглашению сторон. Письмом от 19 ноября 2019 года № 33/7603 заказчиком был сделан вывод о том, что указанные обстоятельства не являются форс – мажорными и заказчик настаивает на исполнение обязательств по контракту.

02 декабря 2019 года, 25 декабря 2019 года, 28 января 2020 года ответчиком в адрес истца были направлены претензии о просрочке исполнения обязательств со стороны истца.

В ответ 30 декабря 2019 года истец направил письмо, в котором повторно предложил расторгнуть контракт по соглашению сторон. 12.02.2020 направлено в адрес ответчика еще одно письмо в ответ на претензию о невозможности исполнить обязательство и истечение действия контракта в связи с истечением срока поставки.

25 марта 2020 года в адрес ответчика от истца поступило требование о возврате обеспечения по Контракту в полном объеме. Как следует из пояснений ответчика, данное требование было принято как официальный отказ истца от исполнения Контракта.

В ответ на данное требование 31 марта 2020 года была направлена претензия (исх. № 33/53 от 31.03.2020).

01 апреля 2020 года ответчиком на основании ч. 1 ст. 450.1. ГК России, ч.ч. 9, 16, ст. 95 44-ФЗ и в соответствии с п.п. 2.4.6., 9.3.1. Контракта в связи с неисполнением условий Контракта со стороны Истца, принято решение об одностороннем отказе от исполнения Контракта (исх. № 33/56 от 02.04.2020) (л.д. 68-69).

02 апреля 2020 года решение об одностороннем отказе было направлено в адрес Истца почтой заказным письмом с уведомлением (л.д. 70-72).

Как следует из материалов дела, истец получил указанное письмо 15 апреля 2020 года.

В связи с просрочкой исполнения поставщиком своих обязательств по контракту заказчик начислил поставщику пени и штраф в общей сумме 110 352 рубля 67 копеек. Заказчиком принято решение об обращении к взысканию в уплату санкций обеспечения исполнения контракта во внесудебном порядке. Остаток денежных средств обеспечительного платежа в размере 149 647, 33 рублей возвращен истцу по платежному поручению № 808935 от 13 мая 2020 года (л.д 76).

Истец, полагая, что контракт расторгнут 02.12.2019 (по истечении срока поставки товара), а также что у заказчика перед ним имеется обязательство по возврату обеспечительного платежа, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Суд считает, что возникшие между сторонами правоотношения регулируются нормами главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре поставки, а также нормами Закона № 44-ФЗ.

Так, в соответствии со статьей 526 Гражданского кодекса Российской Федерации по государственному или муниципальному контракту на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд поставщик (исполнитель) обязуется передать товары государственному или муниципальному заказчику либо по его указанию иному лицу, а государственный или муниципальный заказчик обязуется обеспечить оплату поставленных товаров.

Согласно части 3 статьи 96 Закона № 44-ФЗ исполнение контракта может обеспечиваться, в том числе, внесением денежных средств на указанный заказчиком счет. Способ обеспечения исполнения контракта определяется участником закупки, с которым заключается контракт, самостоятельно.

Суть правовой конструкции внесения исполнителем денежных средств на указанный заказчиком счет состоит в том, что между сторонами возникает обеспечительное обязательство, в соответствии с условиями которого, в случае нарушения основного обязательства обеспечительный должник (исполнитель) утрачивает право требовать от кредитора (заказчика) возврата переданных ему денежных сумм в полном объеме либо в соответствующей части, а последний приобретает право зачитывать их в счет удовлетворения требований по обеспеченному обязательству.

Обеспечительный платеж обеспечивает денежное обязательство, в том числе обязательства, которые возникнут в будущем, включая обязанность возместить убытки или уплатить неустойку в случае нарушения договора (пункт 1 статьи 381.1 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Заявляя настоящие требования, общество сослалось на то, что истек срок действия контракта в связи, с чем с 02.12.2019 действие контракта прекратилось, у истца отпала обязанность отгружать товар, указало на наличие у ответчика обязанности по возврату обеспечительного платежа, факт уплаты которого лицами, участвующими в деле, не оспаривается.

В соответствии с пунктом 1 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. Надлежащее исполнение прекращает обязательство (пункт 1 статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу пункта 3 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, в котором отсутствует условие о том, что окончание срока его действия влечет прекращение обязательства сторон по договору, признается действующим до окончания его исполнения. Эта норма устанавливает соотношение срока действия договора и срока существования возникшего из договора обязательства, действие которого презюмируется до предусмотренного договором момента исполнения обязательства. Причем, таким моментом по смыслу названной статьи является надлежащее исполнение обязательства, в результате которого сторона получает то, на что рассчитывала при заключении договора.

В рассматриваемом случае, государственный контракт от 09.10.2019 вступает в законную силу с момента его подписания и действует до полного исполнения сторонами обязательств по нему (пункт 13.6 контракта). В соответствии с пунктом 3.1 контракта товар должен быть поставлен в соответствии со сроком, указанным в спецификации. Срок поставки, указанный в спецификации – до 30 ноября 2019 года. Поставка в предусмотренный контрактом срок не осуществлена.

Таким образом, суд считает, что в данном случае окончание срока действия контракта поставлено под условие выполнения сторонами своих обязательств, следовательно, контракт должен был действовать до полного исполнения сторонами своих обязательств.

Доказательств, подтверждающих поставку истцом товара по контракту заказчику (ответчику), в материалы дела не представлено.

Таким образом, истечение срока поставки товара не повлекло правовых последствий в виде прекращения спорных правоотношений.

Доводы о необходимости применения к спорным правоотношениям статьи 511 Гражданского кодекса Российской Федерации и о том, что в данном случае обязательство поставщика по поставке товара прекратилось истечением срока поставки товара, отклоняются. Положения статьи 511 Гражданского кодекса Российской Федерации регламентируют обязанность поставщика по восполнению недопоставленного количества в следующем периоде, однако в рамках настоящего дела поставщиком не исполнено обязательство по поставке товара в полном объеме.

В материалы дела ответчиком представлено решение № 33/56 от 02.04.2020 об одностороннем отказе заказчика от исполнения контракта (л.д.68-69). Решение заказчика мотивированно неисполнением обязательств поставщиком по поставке сена. Решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения контракта направлено поставщику по почте, получено обществом 15.04.2020, что подтверждается уведомлением о вручении почтового отправления (л.д. 72).

В соответствии с пунктом 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предоставленное настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В пункте 1 и 2 статьи 523 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что односторонний отказ от исполнения договора поставки (полностью или частично) или одностороннее его изменение допускаются в случае существенного нарушения договора одной из сторон (абзац четвертый пункта 2 статьи 450).

Нарушение договора поставки поставщиком предполагается существенным в случаях: поставки товаров ненадлежащего качества с недостатками, которые не могут быть устранены в приемлемый для покупателя срок; неоднократного нарушения сроков поставки товаров.

Законом № 44-ФЗ установлено право заказчика отказаться в одностороннем порядке от исполнения контракта (часть 9 статьи 95 данного Закона) и порядок такого отказа (части 12 и 13 данной статьи).

Согласно частям 8, 9 статьи 95 Закона № 44-ФЗ расторжение контракта допускается в случае одностороннего отказа стороны контракта от исполнения контракта в соответствии с гражданским законодательством. Заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств, при условии, если это было предусмотрено контрактом.

В соответствии с пунктом 9.3.1 Контракта заказчик вправе принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для одностороннего отказа от исполнения отдельных видов обязательств.

Процедура расторжения контракта ответчиком соблюдена. Решение об одностороннем отказе вступило в силу 26.04.2020 (получено поставщиком 15.04.2020, в течение 10 дней поставщиком государственный контракт не исполнен).

Учитывая, что доказательств поставки истцом товара, предусмотренного условиями контракта, не представлено, равно как и доказательств, свидетельствующих о намерениях последнего добросовестно выполнить взятые на себя контрактные обязательства, суд пришел к выводу о том, что решение заказчика (ответчика) № 33/56 от 02.04.2020 об одностороннем отказе от исполнения контракта является законным и обоснованным.

За ненадлежащее исполнение поставщиком обязательств заказчик (ответчик) начислил поставщику (истцу): пени за период с 03.12.2019 по 27.03.2020 в размере 19 352 рубля 67 копеек (пункт 7.2. Контракта) и штраф в размере 91 000 рублей (пункт 7.3. Контракта), общая сумма начисленных заказчиком поставщику санкций составила 110 352 рубля 67 копеек.

В соответствии с пунктом 7.8. Контракта указанные санкции были удержаны заказчиком с поставщика во внесудебном порядке, из суммы обеспечения исполнения контракта.

Оставшаяся сумма обеспечения в размере 149 647, 33 рублей возвращена истцу по платежному поручению № 808935 от 13 мая 2020 года (л.д. 76).

Согласно статьям 329, 330 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой. Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Контрактная система в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд основывается наряду с иными принципами на принципе ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд (статьи 6, 12 Закона № 44-ФЗ). Это обеспечивается помимо прочего установлением гражданско-правовой ответственности поставщиков (подрядчиков, исполнителей).

Из части 8 статьи 34 Закона № 44-ФЗ следует, что штраф применяется к поставщику за неисполнение или ненадлежащее исполнение им обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения поставщиком предусмотренных контрактом обязательств.

Подпункт «а» пункта 3 Правил № 1042 устанавливает за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, размер штрафа в виде фиксированной суммы, определяемой в размере 10% цены контракта (этапа) в случае, если цена контракта (этапа) не превышает 3 000 000 руб.

За просрочку исполнения обязательства, предусмотренного контрактом, поставщик подвергается ответственности в виде пени, исчисляемой от объема неисполненных обязательств и периода просрочки (часть 7 статьи 34 Закона N 44-ФЗ).

Судом установлен факт ненадлежащего исполнения обществом принятых на себя обязательств по контракту, соответственно у заказчика имелись основания для начисления неустойки и штрафа.

В силу части 9 статьи Закона № 44-ФЗ сторона освобождается от уплаты неустойки (штрафа, пени), если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, предусмотренного контрактом, произошло вследствие непреодолимой силы или по вине другой стороны.

Доказательств, свидетельствующих о том, что ненадлежащее исполнение обществом обязательств, предусмотренных контрактом, произошло вследствие непреодолимой силы или по вине заказчика, материалы дела не содержат.

Расчет удержанной неустойки и штрафа судом проверен, признан верным.

Истцом заявлено ходатайство о снижении размера удержанного из обеспечительного платежа штрафа до 9100 рублей.

В соответствии со статьей 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе уменьшить неустойку, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства.

Уменьшение неустойки судом исключительно в рамках своих полномочий (при отсутствии доказательств ее явной несоразмерности) не должно допускаться, так как это вступает в противоречие с принципом осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также с принципом состязательности (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформировавшейся при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Кодекса, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе и направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки. Данной правовой нормой предусмотрена обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О).

Как разъясняется в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее по тексту Постановление № 7), бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ) (пункт 77 Постановления № 7).

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела, как того требуют положения статьи 71 АПК РФ. Таким образом, в каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения неустойки с учетом конкретных обстоятельств спора и взаимоотношений сторон.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки, значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств, длительность неисполнения обязательства и другое (пункт 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Суд приходит к выводу, что взыскиваемая сумма неустойки (штрафа) соответствует нарушенному обществом обязательству, а признаков считать ее необоснованно (чрезмерно) завышенной, несоразмерной или необоснованной не усматривается.

Доказательств явной несоразмерности суммы неустойки последствиям неисполнения обязательств обществом не представлено.

При этом суд принимает во внимание, что согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации субъекты гражданского права приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе.

В соответствии с частью 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора (часть 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного и в силу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации договорная неустойка может быть установлена по взаимному соглашению сторон в соответствии с их волей. Стороны свободны при установлении ее размера, порядка исчисления, соотношения с убытками и других условий применения в случае, если это не будет противоречить закону.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом. Принимая во внимание, что размер ответственности определяется по соглашению сторон, соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства предполагается.

Таким образом, заключая контракт на указанных выше условиях, ООО «Изумруд» должно было предполагать возможность возникновения для него в случае нарушения им условий контракт неблагоприятных правовых последствий в виде уплаты неустойки (штрафа). В рассматриваемом случае контракт подписан сторонами, его условия не противоречат нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что истец, подписав с ответчиком данный контракт, выразил свое согласие со всеми его условиями, в том числе с предусмотренным договором размером штрафа.

Как указывалось ранее, в соответствии с пунктом 3 Правил № 1042 устанавливает за каждый факт неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком обязательств, предусмотренных контрактом, за исключением просрочки исполнения обязательств (в том числе гарантийного обязательства), предусмотренных контрактом, размер штрафа в виде фиксированной суммы, определяемой в размере 10% цены контракта (этапа) в случае, если цена контракта (этапа) не превышает 3 000 000 руб., аналогичная мера ответственности прописана в пункте 7.3. контракта.

Таким образом, определенный размер штрафа является обычным размером, устанавливаемым при сравнимых обстоятельствах.

Учитывая изложенное, обстоятельства настоящего спора в совокупности с гражданско-правовой спецификой соглашения между истцом и ответчиком исключают возможность уменьшения размера неустойки (штрафа), поскольку такое уменьшение существенно нарушает права ответчика на компенсацию за ненадлежащее исполнение условий обязательства.

В рассматриваемом случае размер неустойки (штрафа) соответствует последствиям нарушения обязательства, указанный размер не противоречит указанным нормативным актам, условиям контракта и разъяснениям ВС РФ в части имущественной ответственности за нарушение договорных обязательств. Доказательств несоразмерности взыскиваемой суммы штрафа последствиям нарушения обязательств, истцом в материалы дела не представлено.

Принимая во внимание выше установленное, арбитражный суд, руководствуясь приведенными положениями законодательства, пришел к выводу о том, что требование истца о взыскании неосновательного обогащения не подлежит удовлетворению, поскольку истребуемая в этой части сумма составляет сумму денежных средств, обоснованно вычтенных ответчиком из суммы обеспечения исполнения контракта.

Рассмотрев требование истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, суд приходит к следующим выводам.

Поскольку требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами является производным от требования о взыскании суммы основного долга и, учитывая, что в удовлетворении суммы основного долга отказано, суд не установил оснований для взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму 110 352 рубля 67 копеек.

Суд также не находит основания для удовлетворения требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, начисленными на сумму 149 647 рублей 33 копейки (возвращенной истцу), на основании следующего.

Государственным контрактом срок возврата заказчиком суммы обеспечения не установлен.

В соответствии с частью 27 статьи 34 Закона № 44 срок возврата заказчиком поставщику (подрядчику, исполнителю) денежных средств, внесенных в качестве обеспечения исполнения контракта, не должен превышать тридцать дней с даты исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом, а в случае установления заказчиком ограничения, предусмотренного частью 3 статьи 30 настоящего Федерального закона, такой срок не должен превышать пятнадцать дней с даты исполнения поставщиком (подрядчиком, исполнителем) обязательств, предусмотренных контрактом.

Факт просрочки возврата суммы обеспечения судом не установлен.

Решение заказчика об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта вступило в силу 26.04.2020. После удержания санкций (пени и штрафа) остаток суммы 149 647 рублей 33 копейки возвращен ответчиком платежным поручением от 13.05.2020.

Учитывая изложенные обстоятельства, арбитражный суд отказывает обществу с ограниченной ответственностью «Изумруд» в удовлетворении иска.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца.

Размер государственной пошлины по делу составляет 4562 рубля, государственная пошлина уплачена истцом при подаче искового заявления платежным поручением № 364 от 07.04.2020 в сумме 8 338 рублей.

Таким образом, истцу надлежит вернуть излишне уплаченную государственную пошлину в сумме 3776 рублей.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Изумруд» (ОГРН <***>, ИНН <***>) из федерального бюджета излишне уплаченную государственную пошлину в сумме 3776 рублей.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Бурятия.

СудьяА.А. Бурдуковская