Решение от 1 декабря 2025 г. по делу № А40-145297/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ 115225, <...> http://www.msk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А40-145297/25-17-992
г. Москва
02 декабря 2025 г.
Резолютивная часть решения объявлена 22 сентября 2025года

Полный текст решения изготовлен 02 декабря 2025 года

Арбитражный суд города Москвы в составе: судьи Поляковой А.Б. (единолично) при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з Сикоевым Э.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ООО "АГЗ-ТРАНС" (ИНН: <***>) к Центральной акцизной таможне (ИНН <***>) о признании незаконным решения от 13.03.2025 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в Декларации на Товары № 10009100/030125/5000097, о возложении обязанности устранить допущенные нарушения путем возврата излишне взысканных таможенных платежей в размере 296 978 рублей 22 копейки

при участии: от заявителя – ФИО1 (решение от 13.08.2024 № 8);

от заинтересованного лица – ФИО2 (доверенность от 20.08.2025 № 05-01-21/24682),

УСТАНОВИЛ:

Общество ограниченной ответственностью "АГЗ-ТРАНС" (далее – заявитель, Общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании незаконным решения Центральной акцизной таможни (далее – заинтересованное лицо, таможенный орган) от 13.03.2025 года о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров по ДТ № 10009100/030 125/5000097, о возложении на Центральную акцизную таможню обязанности устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя путем принятия решения о возврате ООО «АГЗ-ТРАНС» излишне взысканных таможенных платежей в размере 296 978 рублей 22 копейки в установленном законом порядке и сроки.

Представитель заявителя в судебном заседании поддержал заявленные требования по доводам, изложенным в заявлении.

Представитель таможенного органа возражал против удовлетворения заявления по доводам, приведенным в письменном объяснении.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают,

что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Судом установлено, что предусмотренный ч. 4 ст. 198 АПК РФ срок обжалования решений таможенного органа заявителем соблюден.

Выслушав доводы лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, проверив все доводы заявления и письменного объяснения, арбитражный суд приходит к выводу о том, что заявленные ООО "АГЗ- ТРАНС" требования подлежат удовлетворению.

Как следует из материалов дела, ООО «АГЗ-ТРАНС» на Акцизном специализированном таможенном посту (центр электронного декларирования) Центральной акцизной таможни по декларации на товары (далее также - ДТ) № 10009100/030125/5000097 задекларированы товары: товары №№ 1-3 новые автомобили торговой марки «land rover range rover evoque», наименование (тип тс) легковой универсал, категория тс-в, категория тс по квт еэк ooh-m1, идентификационный номер (vin)-l2cga2b14rg623516, год выпуска 2024 г., колесная формула 4x4, тип трансмиссии автоматическая, количество мест/количество дверей [5/5, модель двигателя рт204, номер двигателя 240815с0120, тип двигателя бензиновый, тип силовой установки мягкий гибрид, рабочий объем двигателя, 1997 смз, мощность квт 183, максимальная 30-мин мощность, квт 0.001, масса без нагрузки 2000, разрешенная максимальная масса, кг 2505, экологический класс пятый. Производитель «CHERY JAGUAR LAND ROVER AUTOMOTIVE CO., LTD» Торг. марка LAND ROVER Модель RANGE ROVER EVOQUE Кол-во 3.00 ШТ.

Рассматриваемые товары ввезены заявителем на таможенную территорию Евразийского экономического союза в рамках исполнения внешнеторгового контракту № WM20241118-ZX-QC-01 от 18.11.2024 г. (далее - Контракт), заключенного ООО «АГЗ-ТРАНС» (далее - Декларант) с одной стороны и компанией «CHENGDU SAGACIOUS AUTOMOBILE TRADING COMPANY LIMITED, Китай (далее -Продавец) с другой поставка осуществляется на условиях CIF МОСКВА (ИНКОТЕРМС 2010).

Таможенная стоимость ввозимых товаров была определена и заявлена декларантом по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) в соответствии со статьей 39 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС).

Для подтверждения заявленных сведений о таможенной стоимости товаров декларантом при таможенном декларировании представлены следующие документы: внешнеторговый контракт; дополнительное соглашение к Контракту; приложение (Спецификация) к контракту; калькуляция себестоимости товаров; прайс-лист продавца; проформа-инвойс; коммерческий инвойс на рассматриваемую поставку; банковские платежные документы (платежное поручение) об оплате товаров; страховой полис; экспортная декларация с переводом; товаротранспортные документы.

На этапе совершения таможенных операций по результатам контроля таможенной стоимости товаров, сведения о которых заявлены в ДТ № 10009100/030125/5000097, таможенным органом выявлены признаки, указывающие на то, что сведения о таможенной стоимости товара могут являться недостоверными либо заявленные сведения должным образом не подтверждены.

Так, при проведении оценки достоверности заявленных декларантом сведений о таможенной стоимости товаров путем сравнительного анализа заявленного уровня таможенной стоимости рассматриваемых товаров с ценовой информацией, ранее оформленных однородных товаров, имеющейся в распоряжении таможенного органа, таможенным органом выявлено, что в сопоставимый период времени на таможенную территорию Евразийского экономического союза другими участниками внешнеэкономической деятельности на сопоставимых условиях поставки, были ввезены однородные товары по более высоким ценам.

По мнению таможенного органа, вышеизложенное может свидетельствовать о том, что стоимость сделки по рассматриваемой товарной поставке была сформирована под влиянием каких-либо условий, которые не могут быть количественно определены при определении таможенной стоимости рассматриваемого товара, что является нарушением по п. 2 п. 1 ст. 39 ТК ЕАЭС.

В целях реализации права декларанта доказать обоснованность использования избранного им метода, а также достоверность заявленных сведений о таможенной стоимости товаров на основании п. 2 ст. 313 и п. 4 ст. 325 ТК ЕАЭС таможенным органом в адрес декларанта направлен запрос документов и (или) сведений от 03.01.2025, содержащий перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, а также перечень дополнительно запрашиваемых документов (или) сведений.

Для выпуска товара таможенным органом декларанту предложено предоставить обеспечение уплаты таможенных пошлин и налогов, рассчитанное исходя из таможенной стоимости однородных товаров.

Выпуск товаров, сведения о которых заявлены в ДТ № 10009100/030125/5000097, осуществлен 04.01.2025 в соответствии с таможенной процедурой выпуска для внутреннего потребления с предоставления декларантом обеспечения уплаты таможенных пошлин, налогов, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин.

В установленный срок декларантом на таможенный пост посредством автоматизированной информационной системы РМ «СТО» представлены письменные пояснения по доводам запроса, а также дополнительные документы.

Таможенным органом в результате проведенного анализа всей совокупности документов и сведений, представленных при декларировании товара и по запросу документов и (или) сведений от 03.01.2025, установлено, что представленные декларантом документы не устранили оснований для проведения проверки таможенной стоимости товаров, ввиду чего для выяснения всех обстоятельств сделки и принятия обоснованного решения в части таможенной стоимости товара, задекларированного по рассматриваемой ДТ, в соответствии с пунктом 15 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенным органом посредством автоматизированной информационной системы РМ «СТО» в адрес декларанта направлен запрос дополнительных документов и (или) сведений от 26.02.2025 о представлении в таможенный орган дополнительных письменных пояснений и документов.

В установленный срок декларант посредством автоматизированной информационной системы РМ «СТО» представлены пояснения и документы, в том числе, повторно.

Таможенным органом в результате проведенного анализа всей совокупности документов и сведений, представленных при декларировании товара и по Запросам, установлено, что представленные декларантом документы не устранили оснований для проведения проверки таможенной стоимости товаров, ввиду чего, АСТП (ЦЭД) ЦАТ на основании п. 17 статьи 325 ТК ЕАЭС принято решение от 13.03.2025 о внесении

изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10009100/030125/5000097 в соответствии со ст. 112 ТК ЕАЭС, которым таможенная стоимость товара № 1 определена в соответствии со ст. 45 на базе ст. 42 ТК ЕАЭС, исходя из следующей информации: товар №№ 1,2,3 на уровне 4167809.00 руб., исходя из таможенной стоимости однородного товара, ранее оформленного по ДТ № 10009100/260924/5086442 (товар 1), ТС- 4167809.00 руб., ДЕИ - 1.00 шт.

На основании решения АСТП (ЦЭД) ЦАТ от 13.03.2025 таможенным органом произведена корректировка декларации на товары № 10009100/030125/5000097/02, согласно которой общая сумма таможенный платежей, подлежащая уплате (взысканию) составила 296978,22 руб.

Заявитель, не согласившись с вышеуказанным решением таможенного органа, полагая свои права и законные интересы нарушенными, обратился в Арбитражный суд г. Москвы с настоящим заявлением.

Оценка доказательств показала следующее.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров (пункту 9 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС определено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий: отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов; продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено; никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза могут быть произведены дополнительные начисления; покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

При этом в случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Исходя из положений пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. Платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Пунктом 13 статьи 38 ТК ЕАЭС закреплено право таможенных органов убеждаться в достоверности или точности любого заявления, документа или декларации, представленных для подтверждения таможенной стоимости товаров.

Как следует из пунктов 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС, при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании (далее - контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, лишь в следующих случаях: документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений.

Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Таким образом, во исполнение обязанности, предусмотренной пунктом 7 статьи 325 ТК ЕАЭС, декларант совершил действия, в том числе, направленные на получение отдельных документов у контрагента, представил все имеющиеся документы, запрашиваемые таможенным органом, а также представил соответствующие объяснения объективной невозможности представления прочих документов.

Предусмотренные пунктом 13 статьи 38, статьёй 325 ТК ЕАЭС полномочия таможенного органа определять критерии достаточности и достоверности информации не могут рассматриваться как позволяющие ему произвольно (бездоказательно) принимать решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации.

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении Пленума ВС РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 49) принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения

декларантом (здесь и далее также - таможенный представитель) данных требований Таможенного кодекса судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и часть 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, далее - АПК РФ и КАС РФ соответственно) (п.8 Постановления).

Кроме этого, из содержания пункта 9 Постановления Пленума ВС РФ № 49 следует, что выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭ.

В соответствии с пунктом 10 Постановления Пленума ВС РФ № 49 с учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Между тем как следует из материалов дела, предварительное согласование между Заявителем и Продавцом модели товара, комплектации, количества и цены осуществлено путем переписки в WeChat, что подтверждается представленным заявителем в материалы дела скриншотом из данного мессенджера и соответствует обычаям делового оборота.

Так, Продавец предлагает цену, по которой возможно приобрести товар определённой модели и определённой комплектации, а заявитель соглашается приобрести товар за цену, назначенную Продавцом, если такая цена приемлема.

Итогом согласования всех необходимых технических характеристик товара и его цены является подписанный Контракт № WM20241118-ZX-QC-01 от 18.11.24 года, следовательно, условия контракта считаются согласованными, что соответствует ч.2 ст. 455 ГК РФ.

В оспариваемом решении таможенный орган ссылается на то, что прайс-лист и калькуляция на товар заявителем представлены не были.

В то же время, как указывает заявитель, он не мог предоставить калькуляцию себестоимости товара от производителя или от Продавца товара, так как заявитель не располагал ни в силу закона, ни в силу обычаев делового оборота такими документами. При этом, условиями заключенного контракта не предусматривается предоставление Продавцом калькуляции. Кроме того, калькуляция цены не входит в перечень документов, обязательных для представления в таможенный орган при декларировании товара.

В п. 8 Положения об особенностях проведения таможенного контроля, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27 марта 2018 г. № 42 определены документы, которые могут быть запрошены у декларанта, однако, запрос калькуляции стоимости в указанном пункте отсутствует.

Отсутствие указанных документов при наличии других документов, содержащих полную информацию (спецификация, инвойс), необходимую для определения таможенной стоимости по цене сделки, не является основанием для корректировки таможенной стоимости.

Кроме того, суд отмечает, что прайс-лист и калькуляция себестоимости, запрашиваемые таможней, в силу своего содержания, по существу, не могли подтвердить или опровергнуть достоверность заявленных сведений по ДТ № 10009100/030125/5000097.

В частности, прайс-лист производителя не относится документам, выражающим ценовое содержание сделки, не относится к обязательным документам, представляемым вместе с ДТ, и представляется в случае, если представленных документов недостаточно для принятия решения в отношении заявленной стоимости.

Не предоставление прайс-листа и калькуляции при наличии других документов, содержащих полную информацию (контракт, инвойс), необходимую для определения таможенной стоимости по цене сделки, не является основанием для корректировки таможенной стоимости.

В то же время суд учитывает, что, как следует из материалов дела, заявитель в целях надлежащего исполнения запроса таможенного органа от 03.01.2025 направил 23.01.2025 в адрес продавца по электронной почте письмо с требованием представить ему: расчет затрат продавца при установлении цены: объяснение того, где и как размещается публичное предложение о продаже товара; все транспортные документы в отсканированном виде, а именно: договор перевозки, расчет стоимости, согласование тарифов, транспортные накладные, счета-фактуры, акты выполненных работ; документы, подтверждающие оплату услуг по транспортировке и хранению; транспортные тарифы перевозчика, информация о маршруте, пунктах пересечения границы расстояниях; все документы, связанные со страхованием товара: договор со всеми дополнениями и приложениями, приложения с тарифами и расценками, счета- фактуры, документы, подтверждающие оплату, swift.

В ответ на данный запрос Продавец сообщил, что запрашиваемая информация является коммерческой тайной, и предоставление этой информации не предусмотрено контрактом WM20241118-ZX-QC-01 от 18.11.2024 и не может быть осуществлено, что подтверждается представленным Обществом в материалы дела скриншотом письма Продавца с его переводом.

Помимо указанного, как следует из материалов дела, в целях надлежащего исполнения запроса таможенного органа от 03.01 2025 и подтверждения сведений, заявленных в части таможенной стоимости товара, для подтверждения отсутствия у заявителя неоправданной прибыли от реализации, декларант представил таможенному органу калькуляцию цены на внутреннем рынке и договоры купли-продажи № ИНА-01/039394 от 17.01.2025, № ИнА-01/039404 от 17.01.2025 № ИНА-01/039403 от 17.01.2025 с покупателем - АО «АВТОДОМ» на внутреннем рынке, а также универсальные передаточные документы - УПД № 13 от 17 01.2025 года, № 14 от 17.01.2025 года, № 15 от 17.01.2025 года, которые отражают отгрузку товаров и расходы у заявителя, приёмку товара и доходы у покупателя. При этом ввиду того, что товары были реализованы с отсрочкой платежа в 30 дней, поступление денежных средств в УПД не отражено.

Кроме того, заявитель представил таможенному органу приходный ордер № 426 на Товары (форма М-4), который подтверждает поступление и приём товаров, а также их оприходование на бухгалтерском учете у заявителя, карточки счета 41 по каждой единице Товара (VIN: <***> 16, VIN: <***>; VIN <***>) за период с 01.12.2024 по 22.01.2025, которые подтверждают наличие и движение товарно-материальных ценностей, приобретённых в качестве товаров для продажи, в том числе, все расходы заявителя по данным товарам.

Также таможенный орган в оспариваемом решении ссылается на то, что из представленных заявителем при совершении таможенных операций документов не представляется возможным определить затраты продавца на транспортировку груза, так как документы (транспортные договоры, заявки н а перевозку, счета за транспортировку и страхование, акты выполненных работ, документы по оплате счетов за транспортировку и страхование и т.д.), подтверждающие, что все расходы по доставке товара возложены на продавца включены в стоимость товаров, в представленном комплекте отсутствуют.

Указанные доводы таможенного органа отклоняются судом как несостоятельные, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, внешнеторговый контракт № WM20241118-ZX-QC-01 от 18.11.2024 года заключен на условиях CIF, Москва, при этом данное условие поставки указано и в графе 20 спорной ДТ.

Условие поставки CIF (Cost, Insurance and Freight), Incoterms 2020 переводится как «Стоимость, страхование и фрахт». Этот термин означает, что Продавец обязан выполнить экспортное таможенное оформление, застраховать товар в пользу покупателя с минимальным страховым покрытием, погрузить его на борт судна и доставить в порт разгрузки. Покупатель обязан разгрузить и принять товар в порту разгрузки, а также выполнить импортное таможенное оформление. Риски утраты или повреждения товара переходят на борту судна с момента полной погрузки.

Цена CIF означает, что договорная цена включает в себя конечную стоимость продукции с учётом экспортного оформления с уплатой вывозных пошлин, а также затраты на доставку продукции в порт назначения и страховые расходы.

Кроме того, доводы таможенного органа в оспариваемом решении о невозможности определить затраты продавца на транспортировку груза, отклоняются судом, так как опровергаются тем, что в экспортной таможенной декларации № 790120240000132783 от 12.12.2024, которая была предоставлена заявителем в таможенный орган, в графе «Транспортные расходы» указана сумма в размере 7680.3 долларов США и в графе «Страховка» указана сумма в размере 768.243 юаней, что подтверждает транспортные расходы Продавца и его расходы на страхование Товаров.

Кроме того, суд учитывает, что, как следует из материалов дела, заявитель представил таможенному органу страховой полис CARGO TRANSPORTATION INSURANCE POLICY № ANIB90024224QAA410NT от 15.12.2024 c суммой страхового покрытия в размере 960 296 юаней 70 фэни.

Суд учитывает, что поставка товаров осуществлялась путем доставки железнодорожным транспортом, что подтверждается железнодорожной накладной № 35018036 от 16.12.24.

Ввиду того, что Инкотермс 2020 не установлены правила поставки товаров железнодорожным транспортом, стороны выбрали по аналогии закона наиболее приемлемое для себя условие поставки CIF.

Таким образом, затраты на транспортировку товаров и страховые расходы были правомерно включены заявителем в таможенную стоимость товаров - 872 997 юаней.

При этом суд принимает во внимание, что в качестве источника информации для расчета таможенной стоимости таможенным органом указана декларация на товары № 10009100/260924/5086442, в которой стоимость одной единицы однородного товара составляет 4 167 809-00 рублей.

В то же время суд принимает во внимание, что, автомобили, ввезенные заявителем, которые обладают одними и теми же характеристиками, ввозятся в разных комплектациях, на что указано во внешнеторговом контракте. При этом, как указывает заявитель, различия в комплектации указанного товара (автомобилей) влекут существенные различия в цене ввозимых товаров.

При этом в принятой таможенным органом в качестве источника ценовой информации декларации на товары № 10009100/260924/5086442 не указано, в какой комплектации ввезены товары.

В то же время, как указывает Общество, малейшие расхождения в комплектации товара, в установленный на автомобиль дополнительное оборудование, даже цвет автомобиля существенно влияют на ценообразование конкретного товара.

Декларация на товары № 10009100/260924/5086442, выбранная таможенным органом в качестве базы для сравнения, не подтверждает однородность/идентичность ввезенного товара.

Таким образом, у суда отсутствует возможность оценить, с какими товарами сравнивался ввезенный заявителем товар и установить сопоставимость и однородность товара, взятого для сравнения, в связи с чем принятый таможенным органом за основу при вынесении оспариваемого решения источник ценовой информации признается судом ненадлежащим, учитывая, что в нем не указана комплектация ввозимых товаров и он не подтверждает однородность/идентичность ввезенного товара.

Указанное выше, в совокупности, исключают любые разумные сомнения в достоверности таможенной стоимости декларируемого товара.

Кроме того, как следует из положений внешнеторгового Контракта и инвойса стоимость декларируемого товара, которую фактически оплатил заявитель как покупатель по внешнеторговому контракту, составила 872 997 юаней.

Также уд учитывает, что заявитель представил таможенному органу ведомость банковского контроля № 24110193/2799/0000/2/1 от 29.11.24, согласно которой 03.12.2024 года Заявитель направил банку поручение о переводе 872 997 юаней. Данные сведения коррелируют со сведениями, содержащимися в заявлении на перевод № 2 от 03.12.2024 года.

Исходя из изложенного, суд считает, что заявителем в таможенный орган при декларировании товара была представлена достоверная, количественно определяемая и максимально документально подтвержденная информация о таможенной стоимости декларируемых по ДТ № 10009100/030125/5000097 товаров.

Также суд отмечает, что отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимым товаром от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

В соответствии с пп. 8, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49, принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом данных требований Таможенного кодекса судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

При разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

Доказательства несоблюдения декларантом условия о документальном подтверждении, количественной определенности и достоверности стоимости сделки с ввозимыми товарами и наличия оснований, препятствующих применению основного метода определения таможенной стоимости товаров, в обжалуемом решении не приведены.

Представленные декларантом документы подтверждают заключение сделки с товарами на определенных сторонами условиях, а также отражают реальность и подлинность операций по договору, стоимость, оплаченную за товары и их доставку, суммы и характеристики товара во всех представленных декларантом документах совпадают, какие-либо расхождения и противоречия отсутствуют.

Таможенным органом не представлено конкретных фактических доказательств, подтверждающих наличие каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении договора, а также условий, влияние которых не может быть учтено, не указано какие именно затраты не включены в заявленную стоимость, равно как и не доказана невозможность применения метода определения таможенной стоимости по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Исходя из представленных в материалы дела документов, на момент декларирования товаров по спорной ДТ № 10009100/030125/5000097 заявитель отвечал всем четырем требованиям в целях применения первого метода при определении таможенной стоимости товаров.

Учитывая изложенное, таможенным органом не доказана невозможность применения первого метода определения таможенной стоимости товаров и не доказано, что цена на импортируемые товары по данной сделке занижена либо в стоимость товаров не включены расходы на транспортировку и расходы на страхование, следовательно, вынесенное решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары противоречит п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС.

Таким образом, суд приходит к выводу о незаконности решения Центральной акцизной таможни от 13.03.2025 года о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товара № 10009100/030125/5000097.

Оспариваемое решение нарушает права и законные интересы заявителя в сфере экономической деятельности, поскольку повлекли за собой неправомерное принудительное списание (взыскание) принадлежащих заявителю денежных средств в счёт уплаты незаконно начисленных таможенных платежей.

Согласно ч. 2 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина в размере 50000 руб. подлежит взысканию с Центральной акцизной таможни в пользу ООО "АГЗ- ТРАНС" в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 29, 65, 71, 75, 110, 167- 170, 176, 198-201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие таможенному законодательству, признать недействительным решение Центральной акцизной таможни от 13.03.2025 года о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товара № 10009100/030125/5000097.

Обязать Центральную акцизную таможню в месячный срок с даты вступления решения суда в законную силу возвратить ООО "АГЗ-ТРАНС" излишне уплаченные таможенные платежи по декларации на товары № 10009100/030125/5000097 в размере 296 978 рублей 22 копейки.

Взыскать с Центральной акцизной таможни в пользу ООО "АГЗ-ТРАНС" расходы по уплате государственной пошлины в размере 50 000 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: А.Б. Полякова