Постановление от 4 апреля 2024 г. по делу № А56-40944/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-40944/2023
04 апреля 2024 года
г. Санкт-Петербург



Резолютивная часть постановления объявлена 27 марта 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 04 апреля 2024 года


Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Зотеевой Л.В.,

судей Денисюк М.И., Протас Н.И.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии:

от истца: ФИО2 по удостоверению;

от ООО «Швабе-Москва»: ФИО3 по доверенности;

от АО «НПО «Импульс»: ФИО4 по доверенности; ФИО5 по доверенности;

от АО «НПО «ГОИ им. С.И.Вавилова»: не явился, извещен;

от 3-го лица: не явился, извещен;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-3479/2024) Прокуратуры Санкт-Петербурга на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.12.2023 по делу № А56-40944/2023, принятое

по иску заместителя прокурора Санкт-Петербурга в защиту интересов публично-правового образования Российской Федерации в лице Федерального агентства по управлению государственным имуществом

к обществу с ограниченной ответственностью «Швабе-Москва»

к акционерному обществу «Научно-производственное объединение «Импульс»

к акционерному обществу «Научно-производственное объединение «Государственный оптический институт им. С.И.Вавилова»

3-е лицо: акционерное общество «Кимовский радиоэлектромеханический завод»

об оспаривании сделок,

установил:

Заместитель прокурора Санкт-Петербурга в защиту интересов публично-правового образования Российской Федерации в лице Федерального агентства по управлению государственным имуществом (далее – истец, Прокуратура) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Швабе-Москва» (далее – ООО «Швабе-Москва), акционерному обществу «Научно-производственное объединение «Импульс» (далее – АО «НПО «Импульс») о признании договоров от 26.11.2021 № 3695, от 26.11.2021 № 3696 недействительными.

В рамках дела № А56-40938/2023 Прокуратура обратилась в арбитражный суд с исковым заявлением к АО «НПО «Импульс», акционерному обществу «Научно-производственное объединение «Государственный оптический институт имени С. В. Вавилова» (далее – АО «НПО «ГОИ имени С.В.Вавилова») о признании договоров от 17.12.2021 № 535/УРГП, от 15.12.2021 № 536/УРГП недействительными.

Определением суда от 28.09.2023 дела № А56-40944/2023 и № А56-40938/2023 объединены в одно производство, с присвоением делу №А56-40944/2023.

К участи в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «Кимовский радиоэлектромеханический завод» (далее - АО «КРЭМЗ»).

Решением суда от 21.12.2023 в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с вынесенным решением, Прокуратурой подана апелляционная жалоба. В жалобе ее податель сослался на ошибочные выводы суда первой инстанции о недоказанности Прокуратурой мнимости оспариваемых сделок и об отсутствии нарушений прав и законных интересов Российской федерации.

В судебном заседании представитель Прокуратуры жалобу поддержал; представители ООО «Швабе-Москва» и АО «НПО «Импульс» с жалобой не согласились по доводам, изложенным в письменных отзывах.

АО «НПО «ГОИ имени С.В.Вавилова» и АО «КРЭМЗ» извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание своих представителей не направили, отзывы не представили.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между ООО «Швабе-Москва» и АО «НПО «Импульс» были заключены договоры поставки электростимуляторов чрескожных для коррекции артериального давления «АВР-051» (далее - электростимуляторы) от 26.11.2021 № 3695 в количестве 23 300 шт. на сумму 220 185 000 руб. и от 26.11.2021 № 3696 в количестве 23 411 шт. на сумму 221 233 950 руб.

В соответствии с товарными накладными от 28.12.2021 № 929 и от 29.12.2021 № 930 поставленные электростимуляторы приняты АО «НПО «Импульс».

Впоследствии между АО «НПО «Импульс» и АО «НПО ГОИ им С.И.Вавилова» были заключены договоры поставки электростимуляторов от 15.12.2021 № 536/УРГП в количестве 23 300 шт. на сумму 220 185 000 руб. и от 17.12.2021 № 535/УРГП в количестве 23 411 шт. на сумму 221 233 950 руб.

Поставка продукции в рамках договоров от 15.12.2021 № 536/УРГП и от 17.12.2021 № 535/УРГП подтверждена товарными накладными от 30.12.2021 №294 и от 30.12.2021 №293.

В последующем между АО «НПО ГОИ им. С.И.Вавилова» и АО «КРЭМЗ» заключен договор поставки от 27.04.2022 № 76-2022, предметом которого являлась поставка электростимуляторов в количестве 10 500 штук стоимостью 99 225 000 руб. Указанный товар был передан покупателю по товарной накладной от 04.05.2022 № 1384.

В дальнейшем между АО «КРЭМЗ» и ООО «Швабе-Москва» заключен договор от 18.05.2022 № 224 на поставку электростимуляторов в количестве 10 500 шт. на сумму 99 225 000 руб., продукция передана ООО «Швабе-Москва» по товарной накладной от 10.06.2022 № 316.

Таким образом, в результате совершения вышеперечисленных сделок конечным приобретателем электростимуляторов в количестве 10 500 шт. является их первоначальный продавец - ООО «Швабе-Москва», электростимуляторы в количестве 36 511 шт. до настоящего времени находятся в собственности АО «НПО ГОИ им. СИ. Вавилова».

Прокуратурой Санкт-Петербурга проведена проверка особого режимного объекта - АО «НПО «Импульс», в ходе которой был выявлен ряд мнимых сделок.

Так, Прокуратурой было установлено, что денежные средства в счет оплаты поставленной по договорам №№ 3695, 3696, 536/УРГП, 535/УРГП продукции между сторонами не перечислялись, электростимуляторы в фактическое пользование АО «НПО «Импульс» равно как и АО «НПО ГОИ им. СИ. Вавилова» не передавались, что подтверждается выписками с лицевых счетов АО «НПО «Импульс» и АО «НПО ГОИ им. СИ. Вавилова», объяснениями генерального директора АО «НПО «Импульс» ФИО6, генерального директора АО «НПО ГОИ им. СИ. Вавилова» ФИО7, а также материалами проверки, проведенной Ногинской городской прокуратурой Московской области.

Проверка профильных подразделений АО «НПО «Импульс» также показала, что сотрудники ООО «Швабе-Москва» с 2021 года по настоящее время на территорию АО «НПО «Импульс» не допускались, какой-либо документооборот на предмет поставки электростимуляторов между организациями отсутствует.

Заключение взаимосвязанных сделок, общая сумма которых превышает 300 000 000 руб., в нарушение пункта 11.2.22 Устава АО «НПО «Импульс» советом директором не одобрялось.

Из объяснений руководителей и должностных лиц АО «НПО «Импульс» и АО «НПО ГОИ им. СИ. Вавилова» также следует, что целью заключения цепочки договоров являлось создание видимости роста выручки предприятий за счёт реализации гражданской продукции с целью выполнения плановых показателей Государственной корпорации по содействию разработке, производству и экспорту высокотехнологичной промышленной продукции «Ростех», в ведомственном подчинении которой находится АО «НПО «Импульс».

Как указывает Прокуратура, заключенные между сторонами договоры №№ 3695, 3696, 536/УРГП, 535/УРГП являются недействительными (ничтожными) сделками на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ, поскольку действия сторон спорных сделок по оформлению передачи электростимуляторов были направлены лишь на формальное исполнение обязательств по указанным договорам при отсутствии разумных экономических мотивов их заключения и намерения у сторон создать реальные правовые последствия, свойственные таким сделкам.

В период с 15.11.2021 по настоящее время 13,636761 % акций АО «НПО «Импульс» принадлежат Российской Федерации.

В связи с тем, что расчеты по Договорам №№ 3695, 3696, 536/УРГП, 535/УРГП не производились, у АО «НПО «Импульс» образовалась кредиторская задолженность в размере 441 418 950 руб., дебиторская задолженность - в размере 441 418 950 руб.

Кроме того, согласно отчету по итогам проверки финансово-хозяйственной деятельности АО «НПО «Импульс» за 2020 год - 1 полугодие 2022 года, совершение указанных сделок привело к искусственному завышению данных по статьям «Выручка» и «Себестоимость продаж» отчета о финансовых результатах, возникновению риска увеличения чистых убытков за 2022 год, в случае если дебиторская задолженность будет квалифицирована в качестве сомнительной и у Общества в соответствии с нормами положения об учетной политике для целей бухгалтерского учета возникнет основание для начисления резерва по сомнительным долгам.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, Прокуратура в силу части 1 статьи 52 АПК РФ обратилась в суд с иском об оспаривании вышеназванных сделок.

Суд первой инстанции в отсутствие надлежащих доказательств мнимости сделок, а также документов, подтверждающих нарушения прав и законных интересов Российской Федерации, отказал Прокуратуре в удовлетворении иска.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы Прокуратуры в силу следующего.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу пункта 1 статьи 170 ГК РФ для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент ее совершения стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

При этом, как следует из разъяснений, приведенных в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1(2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020, при проверке действительности сделки суду необходимо установить наличие или отсутствие фактических отношений по сделке. Установление того факта, что стороны на самом деле не имели намерения создания условий для возникновения гражданских прав и обязанностей, является достаточным для квалификации сделки как мнимой.

Суд первой инстанции, оценив пояснения сторон и представленные по делу доказательства, пришел к выводу о недоказанности истцом мнимости сделок и того, что на момент совершения оспариваемых сделок АО «НПО «Импульс» не намеревалось создать соответствующие условиям этих сделок правовые последствия.

При этом суд правомерно исходил из того, что договоры сторонами исполнены в полном объеме, обязательства по договорам прекращены зачетом.

Факт передачи электростимуляторов подтверждается товарными накладными (№ 929 от 28.12.2021 по договору поставки № 3695 от 26.11.2021, № 930 от 29.12.2021 по договору поставки № 3696 от 26.11.2021, № 293 от 30.12.2021 по договору поставки № 536/УРГП от 15.12.2021, № 294 от 30.12.2021 по договору поставки № 535/УРГП от 17.12.2021), подписанными сторонами.

01.12.2022 АО «НПО «Импульс» (Цедент), ООО «Швабе-Москва» (Цессионарий), АО «НПО «ГОИ им СИ. Вавилова» /Должник) заключены договоры уступки права требования (цессии), по условиям которых Цедент уступил Цессионарию права требования к Должнику по договорам поставки № 535/УРГП от 17.12.2021 и № 536/УРГП от 15.12.2021, а Цессионарий исполнил свои обязательства по выплате денежных средств за уступаемые права путем зачета обязательств Цедента перед Цессионарием, вытекающих из договоров № 3695 от 26.11.2021 и № 3696 от 26.11.2021.

Таким образом, кредиторская и дебиторская задолженность, связанная со спорными договорами, у АО «НПО «Импульс» также отсутствует.

Отражение вышеперечисленных операций в бухгалтерской отчетности за 2021-2022 не повлияло на исчисление показателей «Нераспределенная прибыль (непокрытый убыток)» (строка 1370), «чистая прибыль (убыток)» (строка 2400). Иного Прокуратурой не доказано.

Доводы истца о том, что совершение вышеназванных сделок привело к искусственному завышению данных по статьям «Выручка» и «Себестоимость продаж» отчета о финансовых результатах, возникновению риска увеличения чистых убытков за 2022 года, были предметом рассмотрения суда первой инстанции и правомерно им отклонены.

В данном случае суд правомерно исходил из того, что данный довод и вывод на котором он основан, носят лишь предположительный характер, поскольку необходимости квалификации дебиторской задолженности в качестве сомнительной и, соответственно, необходимости начисления резерва по сомнительным долгам впоследствии выявлено не было, что подтверждается отсутствием указаний на эту необходимость как в Аудиторском заключении независимого аудитора о годовой бухгалтерской отчетности АО «НПО «Импульс» за 2022 год, так и в Заключении ревизионной комиссии по результатам проверки финансово-хозяйственной деятельности АО «НПО «Импульс» за 2022 год. Указанные Заключения не содержат каких-либо указаний на то, что совершение сделок по заключению договоров привело к искусственному завышению данных по статьям «Выручка» и «Себестоимость продаж» отчета о финансовых результатах и возникновению риска увеличения чистых убытков.

Данное обстоятельство также свидетельствует о неподтверждении предположений, сделанных в отчете по итогам проверки финансово-хозяйственной деятельности АО «НПО «Импульс» за 2020 - 1 полугодие 2022 года, на которые ссылается истец, как на подтверждение своих доводов.

Доводы истца о нахождении АО «НПО «Импульс» в ведомственном подчинении государственной корпорации «Ростех» и необходимости выполнения плановых показателей последнего также правомерно отклонены судом первой инстанции как голословные и не подтвержденные материалами дела. Доказательства вхождения иных лиц, участвующих в деле, в число организаций ГК «Ростех» истцом также не представлены.

В жалобе истец со ссылками на объяснения генерального директора АО «НПО «Импульс» ФИО6 указывает на то, что целью заключения спорных договоров было создание видимости выручки для выполнения плановых показателей ГК «Ростех».

Вместе с тем, проанализировав указанные объяснения ФИО6, суд пришел к вводу о том, что в данных объяснениях вышеуказанный сотрудник сформулированных таким образом пояснений не давал, и в его обязанности заключение и исполнение оспариваемых договоров не входило, поскольку в момент их заключения он занимал должность главного конструктора и занимался вопросами исполнения гособоронзаказов.

Кроме того, руководители и должностные лица АО «НПО «Импульс», непосредственно участвовавшие в заключении и исполнении оспариваемых договоров, касающихся гражданской продукции (Генеральный директор ФИО8., первый заместитель генерального директора ФИО9), органами прокуратуры при проведении проверки не опрашивались. Никаких иных доказательств, подтверждающих, что на момент совершения оспариваемых сделок АО «НПО «Импульс» не намеревалось создать соответствующие условиям этих сделок правовые последствия, в дело не представлено. Доказательств порочности воли лиц, участвовавших со стороны АО «НПО «Импульс» в заключении и исполнении оспариваемых сделок, также не имеется.

В жалобе Прокуратура также указывает на то, что на момент соверешения сделок 13% уставного капитала АО «НПО «Импульс» принадлежали Российской Федерации, а в настоящее время Российской Федерации в лице Федерального агентства по управлению государственным имуществом принадлежит 217 000 акций, что составляет 10% от общей номинальной стоимости размещенных акций.

Между тем, как следует из представленных в материалы дела выписок АО «РТРегистратор» по состоянию на 06.05.2023 и по настоящее время, 29,758270% от уставного капитала АО «НПО «Импульс» принадлежит АО «ОПК», а 70,241730% от уставного капитала АО «НПО «Импульс» принадлежит АО «НИИАА».

Таким образом, в уставном капитале АО «НПО «Импульс» доля участия Российской Федерации отсутствовала как на момент подачи иска, так и по настоящее время.

В отношении остальных ответчиков доказательств наличия в их уставном капитале доли участия Российской Федерации каких-либо доказательств Прокуратурой не представлено.

Кроме того, иски Прокуратурой в рамках настоящего дела были предъявлены в соответствии с полномочиями, предоставленными прокурору частью 1 статьи 52 АПК РФ в интересах публичного правового образования - Российской Федерации в лице Федерального агентства по управлению государственным имуществом, которое согласно пункту 2 постановления Правительства Российской Федерации от 05.06.2008 № 432 «О Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом» наделено полномочиями по осуществлению от имени Российской Федерации прав акционера (владельца акций) в акционерных обществах.

В связи с чем предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в арбитражный суд лица.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ).

Как правомерно указал суд первой инстанции, каких-либо документов, подтверждающих наличие факта нарушения прав и законных интересов Российской Федерации, истцом в материалы дела не представлено. Также не представлено и доказательств того, каким образом и какие права и интересы Российской Федерации будут восстановлены в результате удовлетворения иска, учитывая, что каких-либо субсидий, связанных с проведением вышеназванных сделок, ответчики от государства не получали, ущерб государству причинен не был, иное Прокуратурой не доказано.

Таким образом, учитывая отсутствие доказательств мнимости сделок, а также доказательств нарушения каких-либо прав и интересов Российской Федерации оспариваемыми сделками, суд первой инстанции правомерно отказал Прокуратуре в удовлетворении иска в полном объеме.

В данном случае судом первой инстанции правильно применены нормы материального и процессуального права, его выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы Прокуратуры и отмены решения суда первой инстанции не имеется.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21 декабря 2023 года по делу № А56-40944/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу Прокуратуры Санкт-Петербурга - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.


Председательствующий



Л.В. Зотеева


Судьи



М.И. Денисюк


Н.И. Протас