Решение от 15 февраля 2026 г. АС города Москвы

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-275678/25-99-2196
г. Москва
16 февраля 2026 г.
Резолютивная часть решения объявлена 02 февраля 2026года

Полный текст решения изготовлен 16 февраля 2026 года

Арбитражный суд г. Москвы в составе судьи Зайнуллиной З.Ф.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Лузевой С.С., с использованием средств аудиозаписи,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

ООО "СТРОЙТЕХКОМПЛЕКТ" (115419, Г.МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ДОНСКОЙ, ПРОЕЗД 2-Й РОЩИНСКИЙ, Д. 8, СТР. 1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 28.07.2020, ИНН: <***>)

к ИНСПЕКЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 25 ПО Г. МОСКВЕ (115193, Г.МОСКВА, УЛ. 5-Я ФИО1, Д. 1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 23.12.2004, ИНН: <***>)

о признании недействительным решения № 14-19/9Р от 24.06.2025 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

при участии представителей: согласно протокола судебного заседания от 02.02.2026

УСТАНОВИЛ:

ООО "СТРОЙТЕХКОМПЛЕКТ" (далее – Заявитель, Общество, ООО «СТК») обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к Инспекции ФНС России № 25 по г. Москве (далее – налоговый орган, Инспекция) о признании недействительным решения № 14-19/9Р от 24.06.2025 г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (далее – решение Инспекции, оспариваемое решение).

Истец направил в судебное заседание представителя, который поддержал предъявленный иск, с учетом уточнений, повторив доводы, изложенные в исковом заявлении, не заявил о том, что имеет какие-либо иные доказательства в подтверждение предъявленных требований, кроме имеющихся в деле; не возражал против рассмотрения спора по существу в данном судебном заседании по имеющимся в деле документам; ходатайства не заявлены.

Ответчик направил в судебное заседание представителя, который просил отказать в удовлетворении требований, повторив доводы, изложенные в отзыве на исковое заявление, не заявил о том, что имеет какие-либо иные доказательства в подтверждение предъявленных требований, кроме имеющихся в деле; не возражал против рассмотрения спора по существу в данном судебном заседании по имеющимся в деле документам.

Из материалов дела следует, Инспекцией проведена выездная налоговая проверка в отношении ООО "СТРОЙТЕХКОМПЛЕКТ" по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов за период с 01.01.2021 г по 31.12.2023 г.

По результатам выездной налоговой проверки Инспекцией был составлен акт выездной проверки от 29.04.2025 № 14-17/6А и вынесено решение от 24.06.2025 № 14-19/9Р о привлечении к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в сумме 8 925 470 руб., в соответствии с которым доначислены НДС и налог на прибыль организаций в общей сумме 29 538 675 руб.

Не согласившись с вышеуказанным решением, Обществом в УФНС России по г. Москве была подана жалоба.

Решением Управления от 04.09.2025 г. № 7700-2025/007524/И жалоба оставлена без удовлетворения, что послужило основанием для обращения в суд с требованием по настоящему делу.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 АПК РФ, при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с ч. 4 ст. 198 АПК РФ Заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Установленный статьей 198 АПК РФ срок на обращение в суд о признании недействительным решения Инспекции заявителем соблюден.

Основанием для доначисления указанных выше сумм НДС и для привлечения Общества к налоговой ответственности послужил вывод Инспекции о нарушении Заявителем налогоплательщиком положений статьи 54.1, статьи 169, статьи 171, статьи 172, пункта 1 статьи 252 и статьи 265 Кодекса, по взаимоотношениям с ООО «СК-68», ООО «Кажар», ООО «Дифференциальное строительство», ООО «Лехтуси», ООО «ТД «В&М», ООО «Аврора» (далее – спорные контрагенты).

В обоснование требования о признании недействительным Решения Инспекции от 30.08.2024 №14/75 доводы налогоплательщика сводятся к тому, что Инспекцией не доказано нарушение Обществом статьи 54.1 Кодекса.

Общество указывает, что правомерно применило вычеты по налогу на добавленную стоимость по хозяйственным операциям со спорными контрагентами. Сделки налогоплательщика и спорных контрагентов носили реальный характер и документально подтверждены. Действия Общества не были направлены на умышленное искажение сведений о фактах своей хозяйственной деятельности с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Согласно Конституции Российской Федерации каждый обязан платить законно установленные налоги и сборы (статья 57). Налоги устанавливаются законодателем в соответствии с сущностью каждого из них и как элементы единой налоговой системы, параметры и условия функционирования которой применительно к каждому налогоплательщику определяются объективными закономерностями и требованиями, включая экономическую обоснованность и недопустимость произвольного установления налога.

В соответствии с пунктом 1 статьи 252 Налогового кодекса Российской Федерации расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации. Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В силу пункта 1 статьи 143 Налогового кодекса Российской Федерации Общество является плательщиком налога на добавленную стоимость.

Согласно пункту 1 статьи 146 Налогового кодекса Российской Федерации объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость признается реализация товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации.

На основании статьи 173 Налогового кодекса Российской Федерации сумма налога, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов, предусмотренных статьей 171 Кодекса, общая сумма налога, исчисляемая в соответствии со статьей 166 Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 Кодекса, на установленные статьей 171 Кодекса налоговые вычеты.

Пунктом 2 статьи 171 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в отношении:

1) товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 Кодекса, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 Кодекса;

2) товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно пункту 1 статьи 172 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 Кодекса.

Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 Налогового кодекса Российской Федерации, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных статьей 172 Кодекса, и при наличии соответствующих первичных документов.

Учитывая изложенное, бремя доказывания правомерности применения вычетов по налогу на добавленную стоимость путем представления в налоговый орган установленных законом документов лежит на налогоплательщике.

Обусловленная природой НДС стадийность взимания данного налога означает, что использование права на вычет налога покупателем предопределяется непрерывным предъявлением налога по мере движения товаров (работ, услуг) от одного хозяйствующего субъекта к другому (пункт 1 статьи 168 Налогового кодекса Российской Федерации) и принятием в связи с этим каждым из участников оборота обязанности по уплате в бюджет предъявляемых сумм налога (пункт 1 статьи 173 Налогового кодекса Российской Федерации).

Соответственно, отказ в праве на налоговый вычет может иметь место, если процесс реализации товаров (работ, услуг) не сопровождается соблюдением корреспондирующей этому праву обязанности по уплате НДС в бюджет в денежной форме, на что обращено внимание в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 04.11.2004 N 324-О.

Таким образом, отказ в праве на вычет "входящего" налога обуславливается фактом неисполнения обязанности по уплате НДС контрагентом налогоплательщика или (и) поставщиками предыдущих звеньев в той мере, в какой это указывает на отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога, но один лишь этот факт не может быть достаточным, чтобы считать применение налоговых вычетов покупателем неправомерным. Лишение права на вычет НДС налогоплательщика-покупателя, который не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, а при отсутствии такой цели - не знал и не должен был знать о допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках поведения, ожидаемого от разумного участника хозяйственного оборота, по существу означало бы применение меры имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, в том числе, при искажении ими фактов своей хозяйственной деятельности, к налогоплательщику-покупателю, не имевшему возможности предотвратить эти нарушения и (или) избежать наступления их последствий.

Следовательно, налоговые последствия в виде применения налоговых вычетов по НДС правомерны лишь при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальные хозяйственные операции.

Статьей 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" предусмотрено, что каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. При решении вопроса о возможности учета тех или иных расходов для целей исчисления налога необходимо исходить из того, подтверждают представленные налогоплательщиком документы произведенные им расходы или нет, то есть условием для включения понесенных затрат в состав расходов является возможность на основании имеющихся документов сделать однозначный вывод о том, что расходы на приобретение товаров (работ, услуг) фактически понесены.

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Согласно пункту 2 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В соответствии с правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 1 Постановления Пленума от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53), представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Согласно пункту 4 Постановления N 53 налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В пункте 5 Постановления N 53 разъяснено, что о необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии, в частности, следующих обстоятельств:

- невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг;

- отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств;

- учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций;

- совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

В пункте 9 Постановления N 53 указано, что установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Согласно позиции, изложенной в постановлениях Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.03.2010 N 15574/09, от 25.05.2010 N 15658/09, от 20.04.2010 N 18162/09, налогоплательщик имеет право на получение налоговой выгоды только при условии реального исполнения определенной сделки.

При этом реальность хозяйственной операции определяется фактическим исполнением договора, заявленным поставщиком (подрядчиком), то есть наличием прямой связи вычетов с конкретным контрагентом.

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.02.2015 по делу N 309-КГ14-2191, А07-4879/2013, Определениях Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.05.2011 N ВАС-5734/11, от 29.07.2011 N ВАС-9231/11, от 20.10.2011 N ВАС-13465/11, от 10.02.2012 N ВАС-1344/12.

Следовательно, налоговые последствия в виде применения налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость, расходов по налогу на прибыль правомерны лишь при наличии документов, отвечающих требованиям достоверности и подтверждающих реальные хозяйственные операции.

В соответствии с пунктом 2 статьи 110 Налогового кодекса Российской Федерации налоговое правонарушение признается совершенным умышленно, если лицо, его совершившее, осознавало противоправный характер своих действий (бездействия), желало либо сознательно допускало наступление вредных последствий таких действий (бездействия).

Искажение сведений об операциях может быть произведено путем отражения в учете фактов, не имевших место в действительности, а также путем ложного отражения отдельных показателей операций, ведущих к уменьшению налоговой обязанности, или, напротив, посредством сокрытия (неотражения) фактов и (или) занижения показателей операций, в силу которых налоговая обязанность возникает, увеличивается или наступает ранее.

Учитывая изложенное, налоговый орган, установив по результатам мероприятий налогового контроля совокупность обстоятельств, указывающих на нарушение налогоплательщиком нормативного запрета пункта 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации или несоблюдение одного из условий пункта 2 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации, вправе отказать в налоговых вычетах по НДС и расходах по налогу на прибыль.

Бремя доказывания размера документально не подтвержденных операций с лицом, осуществившим фактическое исполнение по сделке, лежит на налогоплательщике. Налогоплательщиком в соответствии с требованиями подпункта 6 пункта 1 статьи 23, статьи 54 Налогового кодекса Российской Федерации должны быть представлены сведения и документы, позволяющие установить указанное лицо и параметры спорной операции.

Учитывая изложенное, а также правила части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о распределении бремени доказывания, соответствующие обстоятельства, послужившие основанием для принятия налоговым органом оспариваемого акта, должны быть подтверждены доказательствами, представленными этим органом.

Доказательства, представленные как налоговым органом, так и налогоплательщиком, подлежат исследованию в судебном заседании согласно требованиям статьи 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд констатирует, в проверяемом периоде ООО «Стройтехкомплект» осуществляло строительно-монтажные работы (далее – СМР). Общество выполняло комплекс СМР при строительстве объекта «Центр высоких медицинских технологий» Федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский исследовательский цент хирургии имени А.В. Вишневского», располагающегося по адресу: <...> и работы по реконструкции административно-бытового корпуса производственного технического комплекса по обработке, утилизации и обезвреживанию отходов 1 и 2 классов опасности «Щучье», располагающегося по адресу: <...>.

Согласно представленным документам, в качестве субподрядчиков для выполнения СМР на вышеуказанных объектах Общество привлекало ООО «Кажар», ООО «СК-68», ООО «Дифференциальное Строительство», ООО «Лехтуси», а также приобретало у ООО «ТД «В&М» и ООО «Аврора» строительные материалы (алюминиевые профили и фундаментные блоки).

В материалы дела представлены Требования о представлении документов (информации) от 27.12.2024 № 14-19/34/Т5, от 12.02.2025 № 14-18/34/Т6, выставленные Инспекцией в адрес ООО «СТК», в соответствии со статьей 93 НК РФ, которыми по взаимоотношениям со спорными контрагентами были истребованы следующие документы и письменные пояснения (информация): каким образом возникли финансово-хозяйственные взаимоотношения с вышеперечисленными контрагентами с обязательным приложением деловой переписки; каким образом ООО «СТК» проявляло должную степень осмотрительности и осторожности перед заключением сделок с указанными контрагентами; какие документы были истребованы ООО «СТК» у вышеперечисленных контрагентов; каким образом проверялись полномочия лиц, представлявших указанных контрагентов; кто (Ф.И.О., контактная информация) из сотрудников ООО «СТК» и как осуществлял контакты со спорными контрагентами, их представителями в преддоговорный период и в период осуществления сделок, а также принимал работы (услуги), осуществлял документальное сопровождение сделок; кто (Ф.И.О., контактная информация) выступал со вышеперечисленных контрагентов в преддоговорный период и период осуществления сделок, а также сдавал работы (услуги), осуществлял документальное сопровождение сделок; каким образом ООО «СТК» осуществлялась проверка наличия у вышеперечисленных контрагентов соответствующего квалифицированного штата сотрудников, опыта оказания услуг, поставки товаров, являвшихся предметом договоров с ООО «СТК», материальной (технической) базы необходимой для ведения финансово-хозяйственной деятельности, в т.ч. оказания услуг, поставки товаров, являвшихся предметом договоров с ООО «СТК» соответствующей деловой репутации; был ли кто-либо из сотрудников ООО «СТК» в офисах указанных контрагентов; привлекали ли вышеперечисленные контрагенты для выполнения условий договоров с ООО «СТК» субподрядные организации; кто являлся производителем товаров поставленных указанными контрагентами; осуществлялось ли между ООО «СТК» и спорными контрагентами согласование привлекаемых ими субподрядных организаций; какие организации являлись заказчиками товаров (работ, услуг) у ООО «СТК», во исполнение которых ООО «СТК» были привлечены указанные контрагенты; согласовывало ли ООО «СТК» с заказчиками привлечение в качестве субподрядчиков спорных контрагентов.

Кроме того, была истребована информация о том, в каком размере расходы по взаимоотношениям со спорными контрагентами (в разрезе каждого контрагента) были учтены при исчислении налоговой базы по налогу на прибыль (с указание размера расходов по периодам (годам) и строк декларации по налогу на прибыль, куда данные суммы были включены), а так же размере соответствующих вычетов по НДС (с указание размера вычетов по периодам (кварталам) и строк декларации по НДС, куда данные суммы были включены), с обязательным приложением соответствующих (подтверждающих) регистров налогового (бухгалтерского) учета в разрезе каждого контрагента.

Однако, как сообщает Инспекция, указанная выше информация и документы не были представлены ООО «СТК» для проведения выездной налоговой проверки в установленные налоговым законодательством сроки.

Кроме того, в ответ на требования выставленные в адрес ООО «СТК» не представлены документы, из которых возможно установить каким образом осуществлялась транспортировка товаров, каким образом осуществлялась отгрузка товаров, кто, именно (ФИО сотрудников) выполнял работы, ФИО ответственных лиц со стороны субподрядных организаций. Также не были представлены надлежащие пояснения на предмет обстоятельств осуществления сделок с вышеперечисленными контрагентами.

Изложенные выше обстоятельства указывают на то, что налогоплательщиком предпринимались действия, направленные на противодействие налоговому контролю в виде неисполнения требований налогового органа, то есть уклонение, а также затруднение проведения мероприятий налогового контроля в рамках выездной налоговой проверки, что в свою очередь свидетельствует об умышленных действиях в целях сокрытия фактов по спорным взаимоотношениям с недобросовестными контрагентами.

Судом проанализированы представленные протоколы допросов, проведенные в соответствии со статьями 31, 90 НК РФ, следующих должностных лиц и сотрудников Общества:

- генерального директора ООО «СТК» ФИО2 (протокол допроса от 23.04.2025 г. № 14-24/5), в ходе которого свидетель сообщил, что: он является генеральным директором ООО «СТК» с июля 2023 года по настоящее время; с конца 2021 года был заместителем генерального директора ООО «СТК»; в его должностные обязанности в ООО «СТК» в качестве генерального директора и заместителя входила работа с поставщиками, организация строительной площадки, контроль за производством работ; в 2021-2023 годах работы осуществляли от 5 до 7 сотрудников ООО «СТК»; работы выполнялись следующими силами: строительство Центра высоких медицинских технологий – привлекались работники по договорам ГПХ (самозанятые), ООО «Кажар», ООО «СПК-15», монтаж платформ Курского вокзала – также привлекались работники по договорам ГПХ (самозанятые), привлекались субподрядные организации, но названий не помнит, реконструкция административно-бытового корпуса по адресу: РФ, <...> – выполняли работы своими силами; с представителями ООО «СК-68», ООО «Кажар», ООО «Дифференциальное строительство», ООО «Лехтуси», ООО «ТД «В&М», ООО «Аврора» он не знаком, т.к. в момент заключения с ними сделок он не являлся генеральным директором ООО «СТК», также не видел рабочих на спецодежде которых изображена символика спорных контрагентов и не видел списков сотрудников спорных контрагентов.

- главного инженера ООО «СТК» ФИО3 (протокол допроса от 16.04.2025 № 14-24/4), в ходе которого свидетель сообщил, что: работает в ООО «СТК» с ноября 2021 года по настоящее время на должности главного инженера отдела капитального строительства; выполнял обязанности начальника участка. - принимал участие при строительстве корпуса и реконструкция объекта института Вишневского; какие субподрядчики привлекались ООО «СТК» для выполнения работ он не знает; спорные контрагенты ему не знакомы; на объектах строительства рабочие на спецодежде которых изображена символика спорных контрагентов не присутствовали, были рабочие только с символикой «СТК»; он подписывал только акты выполненных работ с заказчиком; фактически осуществлял контроль за рабочими; рабочие были гражданами РФ или РБ; материалы складировали на месте строительства; сертификаты выдавались вместе с поставкой товаров и передавались в бухгалтерию, а затем заказчику; доставка товаров на объекты осуществлялась силами поставщиков (кому принадлежал транспорт он не знает).

- директора по строительству ООО «СТК» ФИО4 (протокол допроса от 23.04.2025 г. № 14-24/5), в ходе которого свидетель сообщил, что: он работал в ООО «СТК» с октября 2023 года по настоящее время на должности директора по строительству, а затем, с конца 2024 года – заместителя директора по строительству; фактически руководил строительством в ООО «СТК»; в 2023 году работы осуществляли от 4 до 5 сотрудников ООО «СТК»; принимал участие в работах по монтажу платформ Курского вокзала; никакие субподрядчики не привлекались ООО «СТК» для выполнения работ на Курском вокзале, все работы выполняли своими силами; организации ООО «СПК-15», ООО «СК-68», ООО «Кажар», ООО «Дифференциальное строительство», ООО «Лехтуси», ООО «ТД «В&М», ООО «Аврора» ему не знакомы; на объектах строительства не было рабочих на спецодежде которых изображена символика спроных контрагентов; при работах на объекте Курский вокзал металл был давальческий, осуществляли монтаж металлоконструкций (сварка, болтовые соединения).

Также протокол допроса менеджера по снабжению ООО «СТК» ФИО5 (протокол допроса от 27.09.2022 № 955), в ходе которого она в том числе сообщила, что ООО «Кажар» ей не знакомо.

Таким образом, все допрошенные должностные лица ООО «СТК» включая генерального директора сообщили что им неизвестны спорные контрагенты.

Кроме того, судом установлено, что ООО «СТК» для исполнения договорных обязательств с заказчиками привлекало более 50 человек самозанятых граждан в периоды сопоставимые с периодами проведения работ организациями: ООО «СК-68», ООО «Кажар», ООО «Дифференциальное Строительство» и ООО «Лехтуси», в связи с чем имело достаточное количество работников для выполнения договорных обязательств перед заказчиками.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что в проверяемом периоде между ООО «СТК» (заказчик) и ООО «Кажар» (исполнитель) были заключены договоры №№СТК-01/СМУ05 от 17.10.2021, СТК-02/СМУ05 от 21.10.2021, СТК-03/СМУ05 от 26.10.2021, СТК-04/СМУ05 от 01.11.2021, СТК-05/СМУ05 от 04.11.2021, СТК-06/СМУ05 от 08.11.2021, СТК-07/СМУ05 от 15.11.2021, СТК-08/СМУ05 от 18.11.2021, СТК-09/СМУ05 от 23.11.2021, СТК-10/СМУ05 от 29.11.2021, СТК-11/СМУ05 от 02.12.2021, СТК-12/СМУ05 от 06.12.2021, СТК-13/СМУ05 от 09.12.2021, СТК-14/СМУ05 от 14.12.2021, СТК-15/СМУ05 от 21.12.2021, на выполнение строительно-монтажных работ на объектах: «Строительство Центра высоких медицинских технологий» федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр хирургии имени А.В. Вишневского» Министерства здравоохранения Российской Федерации». Согласно указанным документам выполнялись строительно-монтажные работы на общую сумму 43 350 000 руб. в том числе НДС – 7 225 000 руб. Все документы со стороны ООО «Кажар» подписаны от имени ФИО6

Согласно сведениям ЕГРЮЛ в отношении ООО «Кажар»:

Дата создания – 07.06.2016 г.

Основной вид деятельности – торговля розничная скобяными изделиями, лакокрасочными материалами и стеклом в специализированных магазинах.

Адрес местонахождения: <...> зд. 110А, офис 20 (сведения недостоверны 17.07.2025).

Руководителями в проверяемом периоде являлись ФИО7 (с 03.10.2017 по 26.05.2021) и ФИО6 (с 27.05.2021 по н.в.).

Единственными учредителями в проверяемом периоде являлись ФИО8 (с 07.06.2016 по 15.03.2021) и ФИО6 (с 16.03.2021 по н.в.).

Согласно протоколу допроса генерального директора и учредителя ООО «Кажар» ФИО6 (протокол допроса б/н от 16.11.2022) он впервые слышит об ООО «Кажар», в регистрирующие органы не обращался, ничего о деятельности указанной организации не знает, директором в каких-либо организациях не является.

При визуальном сравнении подписей поставленных от имени ФИО6 на документах, полученных в рамках налогового контроля, установлено их явное несоответствие (отличие).

Численность сотрудников в соответствии с представленными справками по форме 2-НДФЛ за 2021 – 2023 – 0 человек.

За проверяемый период ООО «Кажар» были представлены налоговые декларации по НДС, налогу на прибыль только за период 1 квартал 2021 по 3 квартал 2022 при указании доходов от реализации в размере 2 млрд. руб. с минимальными суммами налогов подлежащих уплате в бюджет. Доля налоговых вычетов практически равна начисленной сумме налога.

Из анализа бухгалтерской отчетности за 2021 - 2022 следует, что у организации отсутствуют какие-либо нематериальные активы и основные средства.

Согласно анализа общедоступных ресурсов в сети интернет установлено отсутствие интернет-сайта ООО «Кажар», а также публикаций рекламного и информационного характера, позволяющих установить сведения о деятельности ООО «Кажар», его контактных данных, представителях, данных о ценах и услугах.

При анализе банковских выписок операций по расчетным счетам ООО «Кажар», судом установлено, что денежные средства от ООО «СТК» в адрес ООО «Кажар» не поступали. Единственный расчетный счет, открытый ООО «Кажар» в ПАО «Сбербанк России» 21.06.2016, был закрыт 13.04.2021. Операции на расчетном счете за период с 01.01.2021 по 13.04.2021 отсутствуют.

При этом, в ходе проверки ООО «СТК» были представлены документы, из которых следует, что ООО «Кажар» уступило право требования долга по договорам с ООО «СТК» физическому лицу ФИО2, взаимосвязанному с генеральным директором Общества ФИО2, что также указывает на отсутствие реального ведения хозяйственной деятельности спорным контрагентом и его подконтрольность Заявителю. Кроме того, в результате анализа операций на счетах ООО «СТК» было установлено, что из общей суммы долга в размере 41 410 000 руб., в адрес ФИО2 была перечислена только сумма в размере 5 800 000 руб.

При анализе сведений, отраженных в книгах покупок и книгах продаж цепочки контрагентов суд установил, что в 4 квартале 2021 согласно книге покупок ООО «Кажар», основные вычеты сформированы по счетам-фактурам организаций, не ведущих реальной хозяйственной деятельности (исключены из ЕГРЮЛ, декларации не представлены) (стр. 14-17 обжалуемого решения Инспекции). Из анализа банковских выписок по операциям на расчетных счетах ООО «Кажар», установлено, что денежные средства от ООО «Кажар» в адрес контрагентов второго звена не перечислялись, что в совокупности указывает на несоблюдение ООО «Кажар» и его контрагентами корреспондирующей обязанности по исчислению и уплате налога на добавленную стоимость.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что в проверяемом периоде между ООО «СТК» (заказчик) и ООО «СК-68» (исполнитель) был заключен договор №ЦВМТ/СТК/СК-08 от 01.06.2022, на выполнение строительно-монтажных работ на объектах: «Строительство Центра высоких медицинских технологий» федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр хирургии имени А.В. Вишневского» Министерства здравоохранения Российской Федерации». Согласно указанным документам выполнялись строительно-монтажные работы на общую сумму 18 511 400 руб. в том числе НДС – 3 085 233 руб. При этом, номер счет-фактуры из книги покупок ООО «СТК», не совпадает с представленной счет-фактурой проверяемым налогоплательщиком. Все документы со стороны ООО «СК-68» подписаны от имени ФИО9

Согласно сведениям ЕГРЮЛ в отношении ООО «СК-68»:

Дата создания – 06.11.2003 г.

Основной вид деятельности – Производство санитарно-технических работ, монтаж отопительных систем и систем кондиционирования воздуха.

Адрес местонахождения: <...>, помещ 7/1 (сведения недостоверны 25.06.2024).

Руководителями в проверяемом периоде являлись ФИО10 (с 19.04.2017 по 07.09.2021), ФИО9 (с 08.09.2021 по 12.01.2023, сведения недостоверны по заявлению самого лица – 19.12.2022), ФИО11 (с 13.01.2023 по 05.07.2023 сведения недостоверны, по заявлению самого лица – 03.05.2023г.), ФИО12 (с 06.07.2023 по 10.12.2023), ФИО13 (с 11.12.2023 по н.в.).

Единственными учредителями в проверяемом периоде являлись ФИО10 (с 07.04.2017 по 07.09.2021), ФИО9 (с 08.09.2021 по 12.01.2023, сведения недостоверны по заявлению самого лица – 19.12.2022), ФИО11 (с 13.01.2023 по 12.06.2023, сведения недостоверны по заявлению самого лица – 03.05.2023г.), ФИО14 (с 13.06.2023 по н.в.).

Согласно представленному протоколу допроса № б/н от 04.12.2024 ФИО9 следует, что она не являлась учредителем и генеральным директором ООО «СК-68», деятельность указанного лица не вела и не имеет к нему отношения.

Согласно протоколу допроса № б/н от 18.04.2023 ФИО11 следует, что она не являлась учредителем и генеральным директором ООО «СК-68», деятельность указанного лица не вела и не имеет к нему отношения, никакие документы от имени ООО «СК-68» не подписывала, с ФИО9 не знакома, никакие документы от нее не получала.

Согласно протоколу допроса № 7181 от 14.09.2023 ФИО12 следует, что она являлась номинальным руководителем и учредителем в восьми организациях.

При визуальном сравнении подписей поставленных от имени ФИО9 на документах, полученных в рамках налогового контроля, установлено их явное несоответствие (отличие).

Численность сотрудников в соответствии с представленными справками по форме 2-НДФЛ за 2021 год – 17 человек, за 2022 – 28 человек, за 2022 – 14 человек. При этом, заявленный размер дохода сотрудников ООО «СК-68» в 2021-2023 годах (от 22 000 до 29 000 руб.) в 5 раз меньше среднеотраслевых показателей заработной платы по рассматриваемому виду деятельности, и доходы отражены только с кодом 2000 (заработная плата), т.е. отсутствуют выплаты свойственные организациям осуществляющим реальную финансово-хозяйственную деятельность (суммы вознаграждений, премий, отпускные выплаты, компенсаций за неиспользованный отпуск, выплаты пособий по временной нетрудоспособности), что свидетельствует о фиктивном характере начисления заработной платы (стр.20-23 обжалуемого решения Инспекции).

Согласно протоколам допросов, заявленных в качестве сотрудников ООО «СК-68» ФИО15 (протокол допроса б/н от 05.02.2024), ФИО16 (протокол допроса б/н от 08.12.2023), ФИО17 (протокол допроса б/н от 09.12.2022), ФИО18 (протокол допроса б/н от 06.05.2024), следует, что им не знакомо ООО «СК-68» и в указанной организации они никогда не работали.

За проверяемый период ООО «СК-68» были представлены налоговые декларации по НДС, налогу на прибыль только за период 1 квартал 2021 по 2 квартал 2023 при указании доходов от реализации в размере 7 млрд. руб. с минимальными суммами налогов подлежащих уплате в бюджет. Доля налоговых вычетов практически равна начисленной сумме налога.

Согласно бухгалтерской отчетности за 2021 – 2023 гг. у организации отсутствуют какие-либо нематериальные активы и основные средства.

Согласно анализа общедоступных ресурсов в сети интернет установлено отсутствие интернет-сайта ООО «СК-68», а также публикаций рекламного и информационного характера, позволяющих установить сведения о деятельности ООО «СК-68», его контактных данных, представителях, данных о ценах и услугах.

Из анализа банковских выписок по операциям на расчетных счетах ООО «СК-68» судом установлено, что денежные средства, полученные от ООО «СТК», далее были перечислены в адрес ООО «Технометалл» с назначением платежа «за строительные материалы». От ООО «Технометалл» далее денежные средства были перечислены в адрес ООО «Андромеда 2002» с назначением платежей «…Оплата по договору займа № ТА0103 от 03.08.2021г. НДС не облагается.», которое в свою очередь перечислило их в адрес Посольство Исламской Республики Иран в РФ с назначением платежей «…Оплата по письму N2204/98-1001 от 10.12.2019. НДС не облагается». При этом, в отношении ООО «Технометалл» установлены обстоятельства, указывающие на то, что данная организация не ведет реальной финансово-хозяйственной деятельности (находится в стадии банкротства, сведения в ЕГРЮЛ об адресе, руководителе и учредителе недостоверны, документы не представляет), что указывает на вывод денежных средств не связанный с исполнением договорных обязательств с ООО «СТК».

При анализе сведений, отраженных в книгах покупок и книгах продаж цепочки контрагентов судом установлено, что в 3 квартале 2022 согласно книге покупок ООО «СК-68» основные вычеты сформированы по счетам-фактурам ООО «Алконост» (оптовая торговля неспециализированная незамороженными пищевыми продуктами, напитками и табачными изделиями; в налоговой декларации не отразил реализацию в адрес ООО «СК-68»). Согласно письму ООО «Алконост» №7380 от 14.10.2024, финансово-хозяйственные взаимоотношения между ООО «Алконост» и ООО «СК-68» отсутствовали. Из анализа банковских выписок по операциям на расчетных счетах ООО «СК-68» установлено, что денежные средства от ООО «СК-68» в адрес ООО «Алконост» не перечислялись, что в совокупности указывает на несоблюдение ООО «СК-68» и его контрагентами корреспондирующей обязанности по исчислению и уплате налога на добавленную стоимость.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что в проверяемом периоде между ООО «СТК» (заказчик) и ООО «Дифференциальное Строительство» (исполнитель) был заключен договор №ЦВМТ/ДИФФЕРЕЦИАЛЬНОЕ СТРОИТЕЛЬСТВО/01 от 01.06.2022, на выполнение строительно-монтажных работ на объектах: «Строительство Центра высоких медицинских технологий» федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр хирургии имени А.В. Вишневского» Министерства здравоохранения Российской Федерации». Согласно указанным документам выполнялись строительно-монтажные работы на общую сумму 9 600 000 руб. в том числе НДС – 1 600 000 руб. Все документы со стороны ООО «Дифференциальное Строительство» подписаны от имени ФИО19.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ в отношении ООО «Дифференциальное Строительство»:

Дата создания – 18.10.2018 г.

Регистрирующим органом принято решение о предстоящем исключении юридического лица из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Основной вид деятельности – Строительство жилых и нежилых зданий.

Адрес местонахождения: <...>, помещ. 2А (сведения недостоверны 25.03.2025).

Руководителями в проверяемом периоде являлись ФИО19 (с 20.10.2020 по 14.11.2023), ФИО20 (с 15.11.2023 по н.в.).

Учредителями в проверяемом периоде являлись ФИО21 (с 23.01.2019 по 01.11.2023), ФИО20 (с 02.11.2023 по н.в.).

Согласно представленному протоколу допроса № б/н от 03.07.2023 ФИО19 Н.Р.О. следует, что он по просьбе третьих лиц зарегистрировал на свои паспортные данные ООО «Дифференциальное Строительство», фактически являлся номинальным директором, деятельность указанного лица не вел и не имеет к нему отношения.

При визуальном сравнении подписей поставленных от имени ФИО19 Н.Р.О. на документах, полученных в рамках налогового контроля, установлено их явное несоответствие (отличие).

Численность сотрудников в соответствии с представленными справками по форме 2-НДФЛ за 2021 год – 9 человек, за 2022 – 8 человек. При этом, заявленный размер дохода сотрудников ООО «Дифференциальное Строительство» в 2021-2022 годах (от 22 000 до 36 000 руб.) в 5 раз меньше среднеотраслевых показателей заработной платы по рассматриваемому виду деятельности, и доходы отражены только с кодом 2000 (заработная плата), т.е. отсутствуют выплаты свойственные организациям осуществляющим реальную финансово-хозяйственную деятельность (суммы вознаграждений, премий, отпускные выплаты, компенсаций за неиспользованный отпуск, выплаты пособий по временной нетрудоспособности), что свидетельствует о фиктивном характере начисления заработной платы (стр.29-30 обжалуемого решения Инспекции).

Согласно протоколу допроса, заявленного в качестве сотрудника ООО «Дифференциальное Строительство» ФИО22 (протокол допроса б/н от 16.02.2023), следует, что ему не знакомо ООО «Дифференциальное Строительство» и в указанной организации он никогда не работал.

За проверяемый период ООО «Дифференциальное Строительство» были представлены налоговые декларации по НДС, налогу на прибыль только за период 1 квартал 2021 по 4 квартал 2022 с минимальными суммами налогов подлежащих уплате в бюджет. Доля налоговых вычетов практически равна начисленной сумме налога.

Согласно бухгалтерской отчетности за 2021 – 2023 гг. у организации отсутствуют какие-либо нематериальные активы и основные средства.

Исходя из анализа общедоступных ресурсов в сети интернет, суд установил отсутствие интернет-сайта ООО «Дифференциальное Строительство», а также публикаций рекламного и информационного характера, позволяющих установить сведения о деятельности ООО «Дифференциальное Строительство», его контактных данных, представителях, данных о ценах и услугах.

Из анализа банковских выписок по операциям на расчетных счетах ООО «Дифференциальное Строительство» судом установлено, что денежные средства, полученные от ООО «СТК» далее были перечислены в адрес ООО «Топтех» «за строительно-монтажные работы», ООО «Сторг» с назначением платежа «за строительные материалы», «за щебень», «за газобетонные блоки», а так же на счета ФЛ с назначением платежа «Подотчет». От ООО «Топтех» далее денежные средства были перечислены в адрес в адрес ООО «ИмпортБит» «за поставку товара жёсткие диски», т.е. операции не связанные с предметом сделки с ООО «СТК». От ООО «Сторг» далее денежные средства были перечислены мелкими суммами веерным путем в адрес организаций имеющих признаки фиктивных с назначением платежей «за автозапчасти» т.е. операции не связанные с предметом сделки с ООО «СТК». При этом, в отношении ООО «Топтех», ООО «Сторг» и ООО «ИмпортБит» установлены обстоятельства, указывающие на то, что данные организации не ведут реальной финансово-хозяйственной деятельности (находятся в стадии банкротства или исключены из ЕГРЮЛ, сведения в ЕГРЮЛ об адресе, руководителе и учредителе недостоверны, иной вид деятельности, документы не представляет), что указывает на вывод денежных средств не связанный с исполнением договорных обязательств с ООО «СТК».

При анализе сведений, отраженных в книгах покупок и книгах продаж цепочки контрагентов судом установлено, что во 2 квартале 2022 согласно книге покупок ООО «Дифференциальное Строительство» основные вычеты сформированы по счетам-фактурам организаций, не ведущих реальной хозяйственной деятельности ООО «Сторг» и ООО «Стайер» (сведения в ЕГРЮЛ об адресе, руководителе и учредителе недостоверны, иной вид деятельности, документы не представляет, сотрудников не имеют) (стр. 32-34 обжалуемого решения Инспекции). Из анализа банковских выписок по операциям на расчетных счетах ООО «Дифференциальное Строительство», установлено, что денежные средства от ООО «Дифференциальное Строительство» в адрес ООО «Стайер» не перечислялись, что в совокупности указывает на несоблюдение ООО «Дифференциальное Строительство» и его контрагентами корреспондирующей обязанности по исчислению и уплате налога на добавленную стоимость.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что в проверяемом периоде между ООО «СТК» (заказчик) и ООО «Лехтуси» (исполнитель) был заключен договор субсубподряда № СТК/РЗКРС/2023-01 от 09.01.2023, в рамках заключенного договора между ООО «АРГО» и ООО «СТК» на выполнение строительно-монтажных работ на объектах: Производственный технический комплекс по обработке, утилизации и обезвреживанию отходов 1 и 2 классов опасности «Щучье». Реконструкция административно-бытового корпуса №2 по адресу: РФ, <...>. Согласно указанным документам выполнялись строительно-монтажные работы на общую сумму 8 134 630 руб. в том числе НДС – 1 355 771 руб. Все документы со стороны ООО «Лехтуси» подписаны от имени ФИО23

Согласно сведениям ЕГРЮЛ в отношении ООО «Лехтуси»:

Дата создания – 03.07.2018 г.

Дата ликвидации – 19.09.2024 г.

Основной вид деятельности – Строительство жилых и нежилых зданий.

Адрес местонахождения: Чеченская республика, С.П. Веденскре, <...>.

Руководителями в проверяемом периоде являлись - ФИО24 (с 03.07.2018 по 05.12.2022), ФИО23 (с 06.12.2022 по 24.09.2023, сведения недостоверны по заявлению самого лица – 18.08.2023), ФИО25 (с 25.09.2023 по 20.03.2024), ФИО26 (с 21.03.2024 по 19.09.2024).

Учредителями в проверяемом периоде являлись ФИО27 (с 29.07.2019 по 05.12.2022), ФИО23 (с 06.12.2022 по 24.09.2023, сведения недостоверны по заявлению самого лица – 18.08.2023), ФИО25 (с 25.09.2023 по 19.09.2024).

Из представленного протокола допроса №17/5 от 22.08.2023 ФИО24 следует, что в период с 03.07.2018 по 06.12.2022 финансово-хозяйственная деятельность ООО «Лехтуси» не велась.

Согласно протоколу допроса №14-02-24 от 14.02.2024 ФИО23 следует, что он не являлся генеральным директором и учредителем в ООО «Лехтуси».

При визуальном сравнении подписей поставленных от имени ФИО23 на документах, полученных в рамках налогового контроля, установлено их явное несоответствие (отличие).

Численность сотрудников в соответствии с представленными справками по форме 2-НДФЛ за 2021 год – 7 человек, за 2022-2023 – 0 человек.

За проверяемый период ООО «Лехтуси» были представлены налоговые декларации по НДС, налогу на прибыль при указании доходов от реализации в размере 2,5 млрд. руб. с минимальными суммами налогов подлежащих уплате в бюджет. Доля налоговых вычетов практически равна начисленной сумме налога.

Согласно бухгалтерской отчетности за 2021 – 2023 гг. у организации отсутствуют какие-либо нематериальные активы и основные средства.

Исходя из анализа общедоступных ресурсов в сети интернет судом установлено отсутствие интернет-сайта ООО «Лехтуси», а также публикаций рекламного и информационного характера, позволяющих установить сведения о деятельности ООО «Лехтуси», его контактных данных, представителях, данных о ценах и услугах.

Из анализа банковских выписок по операциям на расчетных счетах ООО «Лехтуси» суд установил, что в адрес ООО «Лехтуси» были перечислены денежные средства в размере 6 713 207 руб. 03 коп., т.е. в меньшем размере, чем по договору. Далее от ООО «Лехтуси» денежные средства были перечислены в адрес ООО «Лучшие проекты» «за кабель» и ООО «Н-Управление» «за материалы». От ООО «Лучшие проекты» денежные средства были перечислены были возвращены как «ошибочно перечисленные», а, затем были перечислены на расчетные счета физических лиц по договорам беспроцентного займа.

При анализе сведений, отраженных в книгах покупок и книгах продаж цепочки контрагентов судом установлено, что во 1 квартале 2023 согласно книге покупок ООО «Лехтуси» основные вычеты сформированы по счетам-фактурам организации, не ведущей реальной хозяйственной деятельности – ООО «ТДМ» (налоговую декларацию не представило и не отразило реализацию в адрес ООО «Лехтуси»), что в совокупности указывает на несоблюдение ООО «Лехтуси» и его контрагентами корреспондирующей обязанности по исчислению и уплате налога на добавленную стоимость.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что в проверяемом периоде между ООО «СТК» (покупатель) и ООО «ТД «В&М» (поставщик) был заключен договор поставки б/н от 27.06.2023. Согласно указанным документам ООО «ТД «В&М» поставил алюминиевый профиль на общую сумму 7 500 000 руб. в том числе НДС – 1 250 000 руб. По условиям договора поставка товара производится силами поставщика. Все документы со стороны ООО «ТД «В&М» подписаны от имени ФИО28

Согласно сведениям ЕГРЮЛ в отношении ООО «ТД «В&М»:

Дата создания – 12.05.2017 г.

Основной вид деятельности – Торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием.

Адрес местонахождения: <...> (сведения недостоверны 07.08.2024).

Руководителями в проверяемом периоде являлись ФИО29 (с 12.05.2017 по 28.12.2021), ФИО30 (с 29.12.2021 по 18.04.2023), ФИО28 (19.04.2023 по н.в.).

Учредителями в проверяемом периоде являлись ФИО31 (с 12.05.2017 по 28.12.2021), ФИО29 (с 12.05.2017 по 28.12.2021), ФИО30 (с 29.12.2021 по 18.04.2023), ФИО28 (с 19.04.2023 по н.в.).

При визуальном сравнении подписей поставленных от имени ФИО28 на документах, полученных в рамках налогового контроля, установлено их явное несоответствие (отличие).

Численность сотрудников в соответствии с представленными справками по форме 2-НДФЛ за 2022 год – 1 человек, за 2023 – 13 человек. При этом, заявленный размер дохода сотрудников ООО «ТД «В&М» в 2022-2023 годах (27 000) в 3 раза меньше среднеотраслевых показателей заработной платы по рассматриваемому виду деятельности, и доходы отражены только с кодом 2000 (заработная плата), т.е. отсутствуют выплаты свойственные организациям осуществляющим реальную финансово-хозяйственную деятельность (суммы вознаграждений, премий, отпускные выплаты, компенсаций за неиспользованный отпуск, выплаты пособий по временной нетрудоспособности), что свидетельствует о фиктивном характере начисления заработной платы (стр.43-44 обжалуемого решения Инспекции).

За проверяемый период ООО «ТД «В&М» были представлены налоговые декларации по НДС, налогу на прибыль только за период 4 квартал 2022 по 3 квартал 2023 при указании доходов от реализации в размере 427 млн. руб. с минимальными суммами налогов подлежащих уплате в бюджет. Доля налоговых вычетов практически равна начисленной сумме налога.

Согласно бухгалтерской отчетности за 2021 – 2023 гг. у организации отсутствуют какие-либо нематериальные активы и основные средства.

Исходя из анализа общедоступных ресурсов в сети интернет судом установлено отсутствие интернет-сайта ООО «ТД «В&М», а также публикаций рекламного и информационного характера, позволяющих установить сведения о деятельности ООО «ТД «В&М», его контактных данных, представителях, данных о ценах и услугах.

Из анализа банковских выписок по операциям на расчетных счетах ООО «ТД «В&М» суд установил, что денежные средства, полученные от ООО «СТК» далее были перечислены в адрес ООО «Агил» «за строительные материалы». От ООО «Агил» далее денежные средства были перечислены в адрес ООО «СНГЮВСМ» «за строительные материалы». От ООО «СНГЮВСМ» далее денежные средства были перечислены в адрес ООО «Агзамия бизнесс корп.» «предоставление денежных средств по договору займа». При этом, из анализа указанной выписки по расчетным счетам ООО «ТД «В&М» установлено отсутствие транспортных расходов, расходов на доставку товаров.

При анализе сведений, отраженных в книгах покупок и книгах продаж цепочки контрагентов судом установлено, что во 2 квартале 2023 согласно книге покупок ООО «ТД «В&М» основные вычеты сформированы по счетам-фактурам организации, не ведущей реальной хозяйственной деятельности – ООО «Аненрус» (следующее звено – ООО «Станкопром» не отразил реализацию в адрес ООО «Аненрус», исключена из ИГРЮЛ, имеет недостоверные сведения в ЕГРЮЛ, отсутствуют сотрудники, имеет другой вид деятельности, не исчислял и не уплачивал налоги), что в совокупности указывает на несоблюдение ООО «ТД «В&М» и его контрагентами корреспондирующей обязанности по исчислению и уплате налога на добавленную стоимость.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что в проверяемом периоде между ООО «СТК» (покупатель) и ООО «Аврора» (поставщик) был заключен договор поставки. При этом, по взаимоотношениям с ООО «Аврора», ООО «СТК» не представлен договор, товарные накладные и товаросопроводительные и иные документы по сделке. Из всех документов Обществом была представлена только счет-фактура №10482 от 23.12.2022. Согласно счету-фактуре ООО «Аврора» поставило блоки ФБС на сумму 1 520 000 руб. в том числе НДС – 253 333 руб. 253 333 Указанный счет-фактура со стороны ООО «Аврора» подписан от имени ФИО32

Согласно сведениям ЕГРЮЛ в отношении ООО «Аврора»:

Дата создания – 24.02.2021 г.

Основной вид деятельности – Торговля оптовая лесоматериалами, строительными материалами и санитарно-техническим оборудованием.

Адрес местонахождения: <...>, помещ. 1н/2.

Руководителями в проверяемом периоде являлись ФИО33 (с 24.02.2021 по 04.04.2022), ФИО32 (с 04.04.2022 по 19.05.2023), ФИО34 (с 19.05.2023 по 07.02.2024), ФИО35 (с 07.02.2024 по 20.02.2024), ФИО36 ФИО37 (с 20.02.2024 по 21.05.2024), ФИО38 (с 21.05.2024 по н.в.).

Учредителями в проверяемом периоде являлись ФИО33 (с 24.02.2021 по 14.08.2024), ФИО38 (с 14.08.2024 по н.в.).

При визуальном сравнении подписей поставленных от имени ФИО32 на документах, полученных в рамках налогового контроля, установлено их явное несоответствие (отличие).

Документы по встречной проверке ООО «Аврора» не представлены.

Численность сотрудников в соответствии с представленными справками по форме 2-НДФЛ за 2021 – 2023 годы – 0 человек.

За проверяемый период ООО «Аврора» были представлены налоговые декларации по НДС, налогу на прибыль при указании доходов от реализации в размере 200 млн. руб. с минимальными суммами налогов подлежащих уплате в бюджет. Доля налоговых вычетов практически равна начисленной сумме налога.

Согласно бухгалтерской отчетности за 2021 – 2023 гг. у организации отсутствуют какие-либо нематериальные активы и основные средства.

Согласно анализа общедоступных ресурсов в сети интернет судом установлено отсутствие интернет-сайта ООО «Аврора», а также публикаций рекламного и информационного характера, позволяющих установить сведения о деятельности ООО «Аврора», его контактных данных, представителях, данных о ценах и услугах.

Из анализа банковских выписок по операциям на расчетных счетах ООО «Аврора» суд установил, что денежные средства, полученные от ООО «СТК» далее были перечислены в адрес ООО «Звезда» «за материалы». Далее со счетов ООО «Звезда» денежные средства были обналичены через банкомат. При этом, из анализа указанной выписки по расчетным счетам ООО «Аврора» установлено отсутствие платежей связанным с покупкой блоков ФБС, а также транспортных расходов, расходов на доставку товаров.

При анализе сведений, отраженных в книгах покупок и книгах продаж цепочки контрагентов судом установлено, что в 4 квартале 2022 согласно книге покупок ООО «Аврора» включило в 8 раздел налоговой декларации по НДС счета-фактуры (датированные 2 кв. 2021) организации, не ведущей реальной хозяйственной деятельности – ООО «Праймтэк», указанного как посредник (имеет недостоверные сведения в ЕГРЮЛ, не исчислял и не уплачивал налоги). При этом организации, по которым ООО «Праймтэк» сформированы вычеты не отразили в декларациях счета-фактуры, выставленные в адрес ООО «Праймтэк», что в совокупности указывает на несоблюдение ООО «Аврора» и его контрагентами корреспондирующей обязанности по исчислению и уплате налога на добавленную стоимость.

Установленная в ходе рассмотрения настоящего дела совокупность доказательств позволяет сделать вывод, что между ООО «Стройтехкомплект» и вышеуказанными спорными контрагентами отсутствовали реальные финансово-хозяйственные взаимоотношения, спорные контрагенты ООО «Стройтехкомплект» не выполняли работы и не поставляли товары в адрес ООО «Стройтехкомплект». С помощью указанных контрагентов ООО «Стройтехкомплект» был создан искусственный документооборот в целях получения налоговой экономии, выразившейся в неправомерном занижении налогооблагаемой базы по налогу на прибыль и применении налоговых вычетов по НДС по взаимоотношениям с указанными контрагентами.

В отношении спорных контрагентов ООО «Стройтехкомплект» судом установлены признаки их фиктивности, указывающие на создание видимости осуществления реальной финансово-хозяйственной деятельности и ведение фиктивного документооборота. Рассматриваемые сделки фактически не исполнялись лицами, указанным в первичных документах и не имели какого-либо разумного объяснения с позиции хозяйственной необходимости их заключения и совершения.

Отражение ООО «Стройтехкомплект» в бухгалтерском и налоговом учете рассматриваемых сделок носит намеренный, умышленный характер, обусловленный формальным (фиктивным) документооборотом в целях неправомерного учета рассматриваемых расходов и применения налоговых вычетов, а как следствие, неправомерного уменьшения своих налоговых обязательств перед бюджетом РФ.

Инспекцией по результатам проведения мероприятий налогового контроля не подтверждено приобретение Заявителем услуг у спорных контрагентов, в том числе ввиду неподтверждения факта приобретения спорными контрагентами услуг у реальных организаций.

Реализация товаров (работ, услуг) конечному покупателю не свидетельствует о возникновении у налогоплательщика права на налоговый вычет и расходы по налогу на прибыль организаций при отсутствии доказательств, содержащих достоверные сведения относительно реальных операций с контрагентом (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 28.11.2023 N Ф04-5419/2023 по делу N А70-14710/2022).

Отражение приобретения товаров (работ, услуг) на счетах бухгалтерского учета само по себе не свидетельствует о реальности хозяйственных операций (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.02.2023 N 17АП-105/2023-АК по делу N А50П-437/2022).

В отношении применении правил о налоговой реконструкции судом установлено следующее.

В соответствии с правовой позицией, указанной в пункте 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021, налогоплательщик, использующий формальный документооборот с участием компаний, заведомо не ведущих реальной экономической деятельности ("технических" компаний), вправе учесть фактически понесенные расходы при исчислении налога на прибыль в случае предоставления им (наличия у налогового органа) сведений и документов, позволяющих вывести фактически совершенные хозяйственные операции из не облагаемого налогами оборота. Расчетный способ определения суммы налога в указанных случаях не применяется. В пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2022) отмечено, что учесть расходы на приобретение товаров (работ, услуг) и налоговые вычеты по НДС налогоплательщик вправе только в той части, в какой налоги были перечислены лицом, осуществившим фактическое исполнение по сделке.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации неоднократно разъясняла (Определение от 19.05.2021 N 309-ЭС20-23981 по делу N А76-46624/2019, п. 39 "Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2021)" (утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021), Обзор практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023), что согласно подп. 2 п. 2 ст. 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации одним из условий получения налоговой выгоды является исполнение обязательства по соответствующей сделке надлежащим субъектом - лицом, заключившим договор с налогоплательщиком, либо лицом, на которое обязанность исполнения обязательства переведена (возложена) в силу договора или закона.

Бремя доказывания размера документально не подтвержденных операций с лицом, осуществившим фактическое исполнение по сделке, лежит на налогоплательщике. Налогоплательщиком в соответствии с требованиями подпункта 6 пункта 1 статьи 23, статьи 54 НК РФ должны быть представлены сведения и документы, позволяющие установить указанное лицо и параметры спорной операции. Таким образом, налоговый орган может определить действительные налоговые обязательства по указанным спорным операциям на основании обстоятельств, которые подлежат установлению с учетом сведений, документов, представленных налогоплательщиком, а также данных, полученных в рамках мероприятий налогового контроля и истребования документов (информации) о конкретных сделках от поставщика (подрядчика, исполнителя), осуществившего фактическое исполнение по сделке.

Доказательств того, что по имевшимся в распоряжении налогового органа документам было возможно определить иной действительный размер налоговых обязательств, в дело не представлено.

В этой связи, основания для определения иного размера налоговых обязательств, чем установленные в оспариваемом решении, у налогового органа отсутствовали и отсутствуют.

Указанная позиция подтверждается судебной практикой, например, Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 12.12.2022 N А40-71193/2022 отказано в удовлетворении кассационной жалобы, поскольку суды правомерно не нашли условий для проведения "налоговой реконструкции" хозяйственных операций при применении ст. 54.1 НК РФ, установив, что материалы дела не содержат доказательств содействия налогоплательщика в рамках налоговой проверки установлению лица, осуществившего фактическое исполнение по сделкам, а также установив, что формальный документооборот с участием заявителя и спорных контрагентов организован самим налогоплательщиком.

Аналогичная позиция отражена в Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 22.06.2022 N Ф05-12989/2022 по делу N А40-39408/2020 (Определением Верховного Суда РФ от 08.09.2022 N 305-ЭС22-16824 отказано в передаче дела N А4039408/2020 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда РФ для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления)

Расчетный способ определения налоговой обязанности на основании имеющейся у налогового органа информации о налогоплательщике, а также данных об иных аналогичных налогоплательщиках (подпункт 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ) может быть применен исключительно если допущенное налогоплательщиком нарушение сводится к документальной неподтвержденности совершенной им операции, нарушению правил учета, что, как правило, имеет место, если налогоплательщик не участвовал в уклонении от налогообложения, организованном иным лицом, однако, не проявил должную осмотрительность при выборе контрагента и взаимодействии с ним (пункт 10 Постановления N 53).

Если цель уменьшения налоговой обязанности за счет организации формального документооборота с участием "технических" компаний преследовалась непосредственно самим налогоплательщиком или, по крайней мере, при известности налогоплательщику об обстоятельствах, характеризующих его контрагента как "техническую" компанию, применение расчетного способа определения налоговой обязанности не отвечает предназначению данного института, по сути уравнивая в налоговых последствиях субъектов, чье поведение и положение со всей очевидностью не является одинаковым: налогоплательщиков, допустивших причинение потерь казне для получения собственной налоговой выгоды, и налогоплательщиков, не обеспечивших должное документальное подтверждение осуществленных ими операций.

В то же время право на вычет фактически понесенных расходов при исчислении налога на прибыль может быть реализовано налогоплательщиком, содействовавшим в устранении потерь казны, - раскрывшим в соответствии с требованиями подпункта 6 пункта 1 статьи 23, пункта 1 статьи 54 НК РФ сведения и документы, позволяющие установить лицо, осуществившее фактическое исполнение по сделке, осуществить его налогообложение и, таким образом, вывести фактически совершенные хозяйственные операции из "теневого" (не облагаемого налогами) оборота (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.05.2021 N 309-ЭС20-23981).

В рассматриваемом случае по результатам налоговой проверки, после проведенного анализа документов как представленных самим проверяемым налогоплательщиком, так и полученных в ходе проверки Инспекцией расходы по хозяйственным отношениям со спорными контрагентами, не нашедшие своего реального подтверждения, правомерно исключены при расчете налога на прибыль.

Выводы, сделанные налоговой инспекцией, Обществом не опровергнуты, иное материалы дела не содержат.

В соответствии с установленными фактами и обстоятельствами:

- исходя из представленной информации, а также показаний физических лиц, числящихся в ЕГРЮЛ в качестве генеральных директоров спорных контрагентов, указанные лица либо отказались от участия в хозяйственной деятельности организаций, либо являлись «номинальными» руководителями организаций;

- согласно протоколов допросов, должностные лица ООО «Стройтехкомплект» не предоставили каких-либо конкретных сведений в отношении сделок со спорными контрагентами, а работники Общества указали, что спорные контрагенты им не известны;

- наличие в ЕГРЮЛ спорных контрагентов недостоверных сведений в отношении генеральных директоров, учредителей и адресов местонахождения;

- договоры подряда и поставки товаров со спорными контрагентами содержат формальные положения, фактически не исполненные ни одной из сторон;

- при указании миллиардных оборотов спорные контрагенты исчисляли налоги в минимальном размере (при исчислении налога на добавленную стоимость установлены «разрывы», в том числе по цепочке контрагентов спорных организаций);

- представление налоговых деклараций спорными контрагентами преимущественно в периоде взаимоотношений с Заявителем;

- отсутствие у организаций условий для осуществления реальной хозяйственной деятельности (работников и основных средств, транспорта);

- допрошенные, заявленных в качестве сотрудников спорных контрагентов лица указали, что им не знакомы данные организации и они в них никогда не работали;

- отсутствие у спорных контрагентов расходных операций на приобретение товаров, реализуемых в адрес Общества и на привлечение субподрядных организаций для выполнения работ;

- при сопоставлении данных по операциям на расчетных счетах спорных контрагентов с данными книг покупок спорных контрагентов судом установлено несовпадение товарных и денежных потоков;

- источниками вычетов по НДС у всех спорных контрагентов являются счета-фактуры по взаимоотношениям с организациями, не ведущими реальную хозяйственную деятельность,

- из анализа банковских выписок по операциям на расчетных счетах спорных контрагентов суд установил, что денежные средства, полученные от ООО «Строймаркет» в дальнейшем обналичивались, выводились на счета организаций, не ведущих реальную хозяйственную деятельность, либо возвращались в адрес Общества;

- непроявление Обществом должной степени осмотрительности и осторожности при выборе спорных контрагентов;

- формальное ведение Обществом бухгалтерского учета для целей создания видимости выполнения работ и приобретения товаров у спорных контрагентов, которые фактически не выполнялись или не поставлялись.

- у всех спорных контрагентов отсутствуют официальные сайты в сети Интернет, публикации в общедоступных источниках информации рекламного и информационного характера, контактные данные,

- ни Обществом, ни спорными контрагентами не представлены документы, подтверждающие фактическую перевозку товара, и документы, подтверждающие фактическое выполнение работ.

Таким образом, учитывая совокупность установленных обстоятельств, суд приходит к выводу о нарушении ООО «Стройтехкомплект» положений статьи 54.1, статьи 169, статьи 171, статьи 172, статьи 252 Кодекса по финансово-хозяйственным взаимоотношениям со спорными контрагентами.

В заявлении Общество указывает, что выездная налоговая проверка Заявителя проведена с формальным подходом, без изучения фактических обстоятельств взаимоотношений со спорными контрагентами, при вынесении решения не дана должная оценка доводам налогоплательщика. Обществом налоговому органу представлены все документы, подтверждающие право на налоговые вычеты по НДС и произведенные расходы, которые экономически обоснованы в целях выполнения деятельности налогоплательщика, направленной на получение прибыли. Налоговым органом не приведены доказательства нереальности хозяйственных операций, совершенных спорными контрагентами. Спорные контрагенты в период взаимоотношений с Обществом являлись действующими юридическими лицами. Представление контрагентами налоговой отчетности с минимальными суммами налогов, исчисленными к уплате в бюджет не свидетельствуют о нереальности взаимоотношений с Обществом. При этом налогоплательщик отмечает, что не несет ответственности за действия (бездействие) третьих лиц по выполнению возложенных на них обязанностей. По мнению Заявителя, в решении не приведены убедительные доказательства нереальности взаимоотношений Общества со спорными контрагентами. Также Инспекцией не доказано совершение налогоплательщиком совместно со спорными контрагентами умышленных действий, направленных на создание условий для получения Обществом необоснованной налоговой экономии.

Судом отклоняются указанные доводы Заявителя, ввиду необоснованности и противоречивости установленным по делу фактам и обстоятельствам. Указанные Заявителем доводы не свидетельствуют о реальном исполнении сделок со спорными контрагентами.

Суд отмечает, что спорные контрагенты не являются реальными участниками экономических отношений и их создание направлено не на добросовестное участие в предпринимательской деятельности, а на оказание содействия в неправомерном увеличении налоговых вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль организаций.

Бремя доказывания размера документально не подтвержденных операций с лицом, осуществившим фактическое исполнение по сделке, лежит на налогоплательщике.

В соответствии с пунктом 2 письма ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@ «О практике применения статьи 54.1 Налогового кодекса Российской 8 Федерации» (далее – Письмо), положения пунктов 1 и 2 статьи 54.1 Кодекса в их нормативном единстве с положением подпункта 3 пункта 2 статьи 45 Кодекса, предусматривающим право налоговых органов изменять юридическую квалификацию сделок, совершенных налогоплательщиком, его статус и характер деятельности, устанавливают ряд критериев оценки операций, отраженных налогоплательщиками в целях налогообложения: а) реальность операции, то есть имела ли место операция в действительности и получено ли исполнение по сделке налогоплательщиком; б) исполнение обязательства надлежащим лицом; в) действительный экономический смысл хозяйственной операции, отсутствие искажения юридической квалификации операций, статуса и характера деятельности их сторон в целях налогообложения; г) наличие иной основной цели совершения налогоплательщиком операции, чем уменьшение налоговой обязанности (деловая цель).

Применение указанных критериев означает, в частности, что нереальная операция в целях налогообложения не учитывается, иные критерии в отношении нее не оцениваются и доказыванию не подлежат.

При применении указанных положений следует учитывать, что к соответствующим операциям статья 54.1 Кодекса подлежит применению в случае, если налогоплательщиками допускается искажение сведений о фактах хозяйственной жизни с целью обхода условий применения норм, определяющих правила налогообложения, и формальное соблюдение установленных ими требований.

Представленная совокупность доказательств свидетельствует том, что Общество знало и заведомо располагало сведениями о том, что спорные контрагенты являются техническими компаниями, ими не может быть осуществлено реальное исполнение сделок в силу обстоятельств заключения и исполнения сделок.

Заявляя затраты по операциям с контрагентами, налогоплательщик должен подтвердить не только факты реального приобретения товара и выполнения работ, но и то, что работы выполнены и товар приобретен непосредственно у тех контрагентов, которые заявлены в представленных в налоговый орган документах.

Налогоплательщик, заключающий сделки, несет не только гражданско-правовые, но и налоговые последствия, связанные с возможностью отнесения суммы на налоговые вычеты только в случае достоверности и непротиворечивости имеющихся документов.

В рассматриваемом случае налогоплательщик несет ответственность не за противоправные действия своих контрагентов, а за свои умышленные действия, повлекшие необоснованное применение вычетов по НДС и завышение расходов по налогу на прибыль по документам, содержащим недостоверные сведения о поставщике товара, и в отсутствие реальных хозяйственных операций со спорными контрагентами.

Довод Заявителя о том, что он не несет ответственность за действия и риски контрагентов, не может быть принят судом во внимание в связи с тем, что, поскольку НДС является косвенным налогом, а его объектом выступают операции по реализации, при оценке положений статьи 173 Кодекса необходимо рассматривать всю цепочку финансово-хозяйственных взаимоотношений налогоплательщика и его контрагентов по операциям, выступающим в качестве объекта налогообложения, а также правомочия указанных субъектов в рамках налоговых отношений.

Исходя из анализа оспариваемого решения, в котором приведен подробный анализ структуры вычетов, заявленных Обществом и последующими контрагентами в декларациях по НДС, следует, что контрагенты по цепочке не исчислили и не уплатили налог, принятый к вычету Обществом, источник для возмещения (вычета) НДС не сформирован.

При этом, делая вывод об отсутствии экономического источника для вычета (возмещения) НДС налогоплательщиком, суд также учитывает установленные факты отсутствия реальности приобретения товаров (работ, услуг) налогоплательщиком для осуществления своей облагаемой налогом деятельности и обстоятельства, свидетельствующие о совершении налогоплательщиком умышленных действий в целях уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий.

Кроме того, судом установлены признаки, свидетельствующие об отсутствии ведения спорными контрагентами реальной предпринимательской деятельности.

В рассматриваемом случае Обществом выбраны контрагенты, не имеющие ни технических, ни трудовых ресурсов для выполнения обязательств в рамках заключенных договоров. Исходя из этого Общество не могло не осознавать, что привлекает сомнительных контрагентов и действует недобросовестно.

Довод Общества о проявленной осмотрительности при выборе спорных контрагентов путем получения выписок из ЕГРЮЛ или иных учредительных документов по спорным контрагентам является не обоснованным по следующим основаниям.

В опровержение собранных налоговым органом доказательств Обществом не приведено доводов в обоснование выбора контрагента, учитывая, что по условиям делового оборота при осуществлении указанного выбора субъектами предпринимательской деятельности оцениваются не только условия сделки и их коммерческая привлекательность, но и деловая репутация, платежеспособность контрагента, а также риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.05.2010 N 15658/09, определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 N 305-КГ16-10399).

Представление Обществом налоговому органу пакета необходимых документов для возмещения налога из бюджета не может являться безусловным доказательством наличия реальных хозяйственных операций без проверки достоверности сведений, содержащихся в указанных документах, и не влечет автоматического предоставления права на применение налоговых вычетов по НДС. Тем более, что спорные контрагенты обладают признаками номинальных и формально созданных лиц, не участвовавших в какой-либо экономической деятельности, что свидетельствует об умышленных действиях Общества, выразившихся в сознательном искажении сведений о фактах хозяйственной жизни, об объектах налогообложения, направленных на неуплату налогов.

Наличие государственной регистрации не является основанием, подтверждающим реальность ведения деятельности контрагентов. Следовательно, не является достаточным основанием для подтверждения проявления должной осмотрительности при заключении сделок с указанным контрагентом. Информация о регистрации контрагента в качестве юридического лица (индивидуального предпринимателя) и постановке его на учет в налоговом органе носит справочный характер и не характеризует контрагента как добросовестного участника хозяйственных взаимоотношений.

Инспекцией в ходе выездной налоговой проверки установлены факты, доказывающие, что основной целью Общества при заключении сделок со спорными контрагентами, являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии, результатом которой является неуплата налога на прибыль и завышение вычетов по НДС.

Само по себе заключение сделки с организацией, имеющей ИНН, банковские счета и юридический адрес, не является безусловным основаниям для получения налоговой экономии в виде налоговых вычетов обоснованными, если, в частности, в момент выбора контрагента налогоплательщик надлежащим образом, не проверил полномочия представителей сделки.

Между тем, государственная регистрация юридических лиц в РФ носит уведомительный характер, сведения о регистрации носят формальный характер и не свидетельствуют о фактической деятельности организации.

По условиям делового оборота при осуществлении выбора контрагентов субъекты предпринимательской деятельности оценивают, как правило, не только условия сделки и их коммерческую привлекательность, но и деловую репутацию, платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств, наличие у контрагента необходимых ресурсов (квалифицированного персонала, опыта).

При этом принятые Обществом меры (проверка правоспособности контрагентов, факта их государственной регистрации) являются недостаточными для вывода о проявлении налогоплательщиком должной степени осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов, поскольку подобные меры не позволяют квалифицировать контрагентов как добросовестных, надежных и стабильных участников хозяйственных взаимоотношений.

Следовательно, негативные последствия выбора недобросовестных партнеров не могут быть переложены на бюджет.

Суд отмечает, что вышеизложенная позиция согласуется с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной, в частности, в Определениях от 03.02.2017 N 308-КГ16-20996 и от 10.11.2016 N 305-КП6-12622.

При этом, представление документов (Свидетельство о государственной регистрации, Свидетельство о постановке на учет в налоговом органе, Выписка из ЕГРЮЛ, Устав организации, Приказ о назначении генерального директора) не является проявлением должной осмотрительности.

В настоящее время уже сформирована судебная арбитражная практика, согласно которой суды отклоняют доводы налогоплательщиков, приводящих доказательства о проявленной должной осмотрительности только путем получения от контрагентов необходимых документов и путем ознакомления с общедоступной официальной информацией в базе ЕГРЮЛ (Определение Верховного Суда РФ от 12.04.2021 N 305-ЭС21-3828 по делу N А40-121941/2019)). Указанная позиция содержится в постановлении Арбитражного суда Московского округа от 22.03.2024 N Ф05-3784/2024 по делу N А40-107159/2023.

В оспариваемом Решении налоговым органом представлены достаточные доказательства, свидетельствующие о нарушении Обществом положений статьи 54.1 Кодекса.

В отношении доводов заявителя о том, что выводы Инспекции являются основанием выгрузки "сведений (информации)", содержащихся в информационных ресурсах АИС "Налог-3", суд отмечает следующее.

Программный комплекс АИС "Налог-3", в том числе ПК АСК НДС-2 представляет собой единую информационную систему ФНС России, обеспечивающую автоматизацию деятельности Федеральной налоговой службы по всем выполняемым функциям, определенным Положением о Федеральной налоговой службе, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2004 N 506.

В соответствии с подпунктом "а" пункта 7 указанного приказа АИС "Налог-3" обеспечивает автоматизацию деятельности ФНС России по сбору, систематизации, обработке, хранению данных и предоставлению информации, по внешнему взаимодействию с налогоплательщиками физическими и юридическими лицами (в соответствии с Кодексом и действующими соглашениями).

Согласно приказу ФНС России от 10.02.2017 N ММВ-7-15/176@ ПК АСК НДС-2 является аналитическим инструментом, с помощью которого осуществляется сопоставление сведений об операциях контрагентов, подлежащих отражению в разделах 8 и 9 налоговых деклараций по НДС, представленных в налоговый орган.

Таким образом, Инспекция вправе использовать данные из АИС "Налог-3" при проведении мероприятий налогового контроля и формировании соответствующих выводов.

При этом указанные сведения использованы Инспекцией при формировании выводов в совокупности с иными доказательствами, полученными в ходе выездной налоговой проверки.

Суд указывает, что доказательства налогового органа, полученные, помимо иных в установленном положениями главы 14 НК РФ порядке доказательств, путем использования АИС "Налог-3", ПК АСК НДС-2, также могут быть учтены налоговым органом наряду с иными имеющимися доказательствами, поскольку данные информационные базы представляют собой единую информационную систему Федеральной налоговой службы, обеспечивающую автоматизацию деятельности налоговых органов по всем выполняемым функциям, определенным Положением о Федеральной налоговой службе, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 30.09.2004 N 506.

Аналогичная позиция изложена в Постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 25.01.2023 по делу N А45-17323/2021.

По доводу об отсутствии экспертных заключений, в рамках которых исследовались бы образцы подписей проверяемых лиц, суд отмечает, что суд может ограничиться визуальным сравнением подписей, если по обстоятельствам дела этого вполне достаточно для установления юридически значимых фактов, и проведение специальной почерковедческой экспертизы будет являться излишним (Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 24.01.2024 N Ф06-12338/2023 по делу N А65-10430/2023).

Судом принято во внимание, что некоторые опрошенные свидетели отказались от своих подписей.

Аналогичный вывод суда содержится в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2019 N 09АП-49252/19 по делу N А40-287511/2018, в котором суд счел возможным для подтверждения уже установленного свидетельскими показаниями факта, ссылаться на дополнительные доказательства.

Суд оценивает доказательства с точки зрения их достаточности и взаимной связи (ст. 71 АПК РФ).

Выявленные обстоятельства, свидетельствуют об умышленном искажении налогоплательщиком фактов хозяйственной жизни посредством вовлечения Обществом «технических» организаций с целью снижения своих налоговых обязательств путем формального соблюдения действующего законодательства и создания искусственной ситуации, при которой видимость действий дополнительного звена прикрывала фактическую деятельность проверяемого налогоплательщика.

Вместе с тем, доводы Заявителя сводятся к оспариванию отдельных выводов Инспекции или результатов проведенных мероприятий налогового контроля, при этом бесспорных доказательств исполнения вышеуказанными организациями спорных операций Обществом не представлено.

Ввиду вышеуказанных обстоятельств, суд приходит к выводу, что доводы Общества не опровергают выводы обжалуемого Решения.

При этом суд исходит не из формального соответствия представленных налогоплательщиком документов требованиям Кодекса, а оценивает совокупность доказательств, представленных в материалы дела.

Суд, исходя из представленной совокупности доказательств, приходит к выводу, что именно ООО «Стройтехкомплект» является выгодоприобретателем по сделкам со спорными контрагентами и именно его действия по отражению в учете нереальных хозяйственных операций повлекли ущерб бюджету, что в свою очередь подтверждает обоснованность применения положений статьи 54.1 Кодекса.

В отношении довода Общества об уступке ООО «Кажар» права требования ФИО2, судом установлено следующее.

В ходе проверки ООО «СТК» было представлено уведомление об уступке права требования долга от 10.03.2023, в соответствии с которым ООО «Кажар» уведомляет, что во исполнение договора уступки права требования (цессии) от 07 марта 2023 года, ООО «Кажар» уступлено право требования с ООО «СТК» денежных средств в размере 41 410 000 руб., в том числе: 40 350 000 руб. - сумма основного долга, 1 000 000 руб. - проценты в связи с нарушением срока исполнения обязательства, 60 000 руб. - сумма госпошлины), возникшее на основании определения Арбитражного суда города Москвы о прекращении производства по делу (в связи с заключением мирового соглашения) от 07 февраля 2023 года по делу №А40-281751/22-3-2111 по иску ООО «Кажар» к ООО «Стройтехкомплект». С момента получения данного уведомления обязательства ООО «СТК» перед ООО «Кажар» прекращаются. Новым кредитором по указанному обязательству является гражданин ФИО2.

Также ООО «СТК» было представлено соглашение с ФИО2 о порядке погашения задолженности, в соответствии с которым установлен график погашения задолженности ООО «СТК» перед ФИО2 сроком до 15 октября 2027 года.

Суд критически относится к указанному доводу ввиду следующего.

По указанному делу №А40-281751/22-3-2111 ООО «Кажар» обратилось с иском к ООО «СТК» о взыскании задолженности в размере 43 350 000 руб., т.е. на всю сумму спорных договоров, заключенных в проверяемом периоде.

При этом, иск ООО «Кажар» был предъявлен в суд только 16.12.2022, то есть спустя год после «фактического выполнения работ» (с 22.10.2021 по 31.12.2021) и после подачи налоговых деклараций по НДС с указанием в составе вычетов, счетов-фактур от ООО «Кажар». Следовательно, к моменту подачи иска ООО «СТК» обладало информацией о претензиях налогового органа к реальности взаимоотношений между ними.

Согласно определения Арбитражного суда города Москвы о прекращении производства по делу (в связи с заключением мирового соглашения) от 07 февраля 2023 года по делу №А40-281751/22-3-2111, указанное судебное заседание было единственным и фактически спор между сторонами отсутствовал, так как к моменту судебного разбирательства между сторонами было подписано мировое соглашение.

При этом, мировое соглашение от лица ООО «Кажар» было подписано ФИО39, действующим на основании доверенности № 1 от 15 сентября 2022 года. В то время, как согласно показаниям единственного учредителя и руководителя ООО «Кажар» (с 27.05.2021 по н.в.) ФИО6 (протокол допроса б/н от 16.11.2022) он не являлся руководителем указанной организации и доверенностей никому не выдавал. Следовательно, и заявление в суд и мировое соглашение подписано от имени лица, не имевшего надлежащих полномочий от ООО «Кажар» на совершение указанных действий.

Из анализа судебных актов по указанным спорам усматривается что представители сторон не оспаривали реальность выполнения работ, следовательно, вопрос реальности финансово-хозяйственных взаимоотношений между ООО «СТК» и ООО «Кажар» не был предметом указанных споров.

Согласно уведомлению об уступке права требования долга от 10.03.2023, ООО «Кажар» 07 марта 2023 года был заключен договор уступки права требования (цессии) с ФИО2 на сумму долга по мировому соглашения с ООО «СТК», заключенному в рамках судебного дела №А40-281751/22-3-2111. При этом, сам договор уступки права требования (цессии) от 07 марта 2023 года не был представлен налогоплательщиком ни в ходе проверки, ни в ходе настоящего судебного разбирательства.

Вместе с тем, по единственному открытому за весь период деятельности расчетному счету ООО «Кажар» (дата открытия 21.06.2016, дата закрытия 13.04.2021) финансовые операции за период с 01.01.2021 по 13.04.2021 отсутствуют, что указывает на то, что ФИО2 денежные средства по договору уступки права требования (цессии) от 07 марта 2023 в адрес ООО «Кажар» не перечислялись.

Также согласно представленному соглашению ООО «СТК» с ФИО2 о порядке погашения задолженности, срок погашения задолженности составляет более 4 лет с 15 июля 2023 по 15 октября 2027 года.

Кроме того, установлены факты взаимозависимости ФИО2 с генеральным директором Общества ФИО2.

Согласно представленным документам, а также сведениям из ЕГРЮЛ ФИО2 с 23.11.2021 является исполнительным директором, а с 25.07.2023 генеральным директором ООО «СТК». При этом, согласно имеющимся сведениям ФИО2 прописан с ним по одному адресу и привлекался ООО «СТК» в 2023 году в качестве самозанятого для выполнения строительно-монтажных работ.

Таким образом, все перечисленные факты указывают на формирование ООО «СТК» фиктивного документооборота, создания видимости погашения кредиторской заложенности перед ООО «Кажар».

Кроме того, сами по себе доводы Заявителя об оплате работ спорного контрагента третьему лицу посредством перевода долга не опровергают выводов об отсутствии реальности сделок между Обществом и спорным контрагентом, а также о неподтверждении выполнения работ спорным контрагентом.

Ссылка Заявителя на судебные дела, что, по мнению Общества, доказывает реальность выполнения работ подлежит отклонению, поскольку факт наличия сведений об участии спорного контрагента в иных сделках с иными лицами не свидетельствует о его состоятельности как хозяйствующего субъекта. Реальность одних сделок не может подтверждать реальность других. Аналогичный вывод сделан Арбитражным судом Поволжского округа в постановлении от 02.09.2022 N Ф06-22008/2022 по делу N А55-26806/2021.

В рамках гражданско-правовых споров, исходя из принципов состязательности судебного процесса, рассматриваются документы, представленные сторонами, соответственно доказательства, собранные налоговым органом, не рассматривались, оценка им не давалась.

В рамках гражданско-правовых споров не рассматривался вопрос соблюдения сторонами положений пунктов 1 и 2 статьи 54.1 НК РФ.

Таким образом, ссылка налогоплательщика относительно участия контрагентов в качестве подрядчиков на выполнение муниципальных контрактов, как и ссылки на судебные акты, подтверждающие его участие в спорах, возникающих в связи с ведением хозяйственной деятельности, несостоятельны, в связи с тем, что, не подтверждают реальность выполнения подрядчиками работ именно по спорным сделкам.

Более того, по вопросу о значении обстоятельств, установленных судами в ходе рассмотрения гражданских дел для целей рассмотрения судом иного налогового дела сложилась практика на уровне Верховного Суда РФ.

В Определении от 05.04.2024 N 306-ЭС23-24623 по делу N А12-19911/22 Верховный Суд РФ указал нижеследующее.

На основании пунктов 1 и 3 статьи 3 Налогового кодекса каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги и сборы. Законодательство о налогах и сборах основывается на признании всеобщности и равенства налогообложения. Налоги и сборы должны иметь экономическое основание и не могут быть произвольными.

Конституционный Суд Российской Федерации при оценке соответствующих положений Налогового кодекса неоднократно отмечал в своих решениях, что законодательная дискреция в области налогообложения обусловлена его связью с экономически значимой деятельностью налогоплательщика, а потому и нормы налогового законодательства, определяя основания, порядок и условия налоговых изъятий в бюджет, находятся в объективной взаимосвязи с нормами гражданского законодательства, которое также составляет предмет ведения Российской Федерации (постановления от 14.07.2003, от 01.07.2015 N 19-П, от 21.12.2018 N 47-П и др.).

При этом оценка правомерности действий налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок, которые должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, и не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления налогоплательщиком своих прав.

С учетом изложенного результат рассмотрения дела гражданских дел, не имеет преюдициального значения при разрешении вопроса о фактах, связанных с оценкой действий истца, как налогоплательщика при уплате налогов, поскольку в рамках рассмотрения гражданских дел не устанавливалась совокупность обстоятельств, свидетельствующих как о добросовестности или недобросовестности сторон, так и о возможности или невозможности осуществления деятельности, отсутствия условий, сопровождающих финансово-хозяйственную деятельность (основных средств, управленческого и технического персонала, отсутствие трудовых ресурсов, необходимых для осуществления реальной деятельности организации).

Следовательно, согласно Определению Верховного Суда Российской Федерации от 03.04.2024 N 306-ЭС23-24623 по делу N А12-19911/2022, решение по гражданско-правовому спору не имеет преюдициального значения при рассмотрении налогового спора.

При таких обстоятельствах, выводы Инспекции, изложенные в Решении № 14-19/9Р от 24.06.2025 г. о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, являются обоснованными и доказанными.

На основании ч. 3 ст. 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Судом проверены все доводы заявителя, однако они отклонены как необоснованные, поскольку они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для удовлетворения требований. При изложенных обстоятельствах, арбитражный суд приходит к выводу, что заявленные требования не обоснованы и удовлетворению не подлежат.

Расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на заявителя исходя из положений ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167 - 170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований ООО "СТРОЙТЕХКОМПЛЕКТ" о признании недействительным решения Инспекции ФНС России № 25 по г. Москве № 14-19/9Р от 24.06.2025 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения – отказать.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Девятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд города Москвы в течение одного месяца со дня изготовления решения в полном объеме.

Судья:

З.Ф. Зайнуллина