Постановление от 25 марта 2019 г. по делу № А73-5259/2018

Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000,

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 06АП-489/2019
25 марта 2019 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2019 года. Полный текст постановления изготовлен 25 марта 2019 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Козловой Т.Д.

судей Гричановской Е.В., Жолондзь Ж.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии в заседании:

от публичного акционерного общества «Сбербанк России»: ФИО2, представитель по доверенности от 23.06.2017 №1000-Д;

от ФИО3: ФИО4, представитель по доверенности от 17.09.2018 №27АА1213533;

от ФИО5: ФИО6, представитель по доверенности от 19.09.2018 №24АА2793260;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО3 – ФИО8

на определение от 09.01.2019

по делу № А73-5259/2018

Арбитражного суда Хабаровского края

вынесенное судьей Самар Л.В.

по заявлению финансового управляющего ФИО3 – ФИО8

к ФИО9, ФИО10, ФИО11

о признании сделки недействительной и применения последствий недействительности сделки

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Хабаровского края от 06.04.2018 по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее - ПАО Сбербанк, Банк) возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – ФИО3, должник).

Определением суда от 03.07.2018 требования Банка признаны обоснованными, в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО8 (далее - финансовый управляющий).

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) финансовый управляющий должника обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договора дарения от 17.02.2015, заключенного между ФИО3 и ФИО9 (далее – ФИО9) помещения кадастровый номер 27:22:0031603:481, расположенного по адресу: г. Комсомольск на Амуре, ул. Пионерская, д. 13 кв. 39, договора купли-продажи от 04.04.2016, заключенного между ФИО9 и ФИО11 (далее – ФИО11), ФИО10 (далее – ФИО10) указанной квартиры, а также применении последствий недействительности цепочки сделок и обязании ФИО11 и ФИО10 возвратить спорную квартиру в конкурсную массу должника (с учетом уточненных требования, заявленных в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ).

Определением суда от 09.01.2019 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе финансовый управляющий должника просит определение суда от 09.01.2019 отменить.

В обоснование жалобы приводи доводы о том, что рассматривать договор по отчуждению имущества необходимо не как один сам по себе, а в совокупности всех действий по отчуждению имущества должника, в результате которого нанесен имущественный вред конкурсным кредиторам должника. Указывает на то, что признавая факт отсутствия на момент отчуждения спорного имущества 17.02.2015 просрочки по кредитным обязательствам, суд первой инстанции не учел, что являясь поручителем по кредитным обязательствам супруга, ФИО3 активно выводила имущество, находящееся у нее в собственности, в пользу ближайших родственников. Ссылается на то, что отчуждая квартиры третьим лицам и получая за это деньги, ФИО3 сохраняла контроль над имуществом, что подпадает под разряд недобросовестности и злоупотребления правом. Также приводит доводы о том, что в совокупности факты отчуждения имущества дают четкое видение того, что у сторон сделки имелись намерение причинить вред имущественным правам кредиторов, все сделки, в том числе и оспариваемая, направлены на уменьшение конкурной массы должника и совершены в интересах заинтересованных лиц.

ПАО «Сбербанк России» в отзыве на жалобу просит определение суда от 09.01.2018 отменить, жалобу - удовлетворить.

ФИО3 в отзыве на жалобу просит оспариваемый судебный акт оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании апелляционной инстанции представители ФИО3, Банка поддержали доводы, изложенные в отзывах на апелляционную жалобу, дав по ним пояснения.

Представитель ФИО5 выразил несогласие с доводами жалобы, считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили.

От финансового управляющего поступило ходатайство о рассмотрении жалобы в ее отсутствие.

Изучив материалы дела с учетом доводов апелляционной жалобы и отзывов на нее, выслушав присутствовавших в судебном заседании представителей, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

Установлено, что между ФИО3 и ФИО9 17.02.2015 заключен договор дарения помещения (квартиры) кадастровый номер 27:22:0031603:481, расположенного по адресу: г. Комсомольск на Амуре, ул.Пионерская, д. 13 кв. 39.

Далее между ФИО9 и ФИО11, ФИО10 04.04.2016 заключен договор купли-продажи помещения кадастровый номер 27:22:0031603:481, расположенного по адресу: г. Комсомольск на Амуре, ул.Пионерская, д. 13 кв. 39.

Финансовый управляющий имуществом ФИО3, ссылаясь на подозрительность сделки с неравноценным встречным исполнением с целью причинения вреда кредиторам, обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

Положениями части 1 статьи 223 АПК РФ и стати 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве; отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Право финансового управляющего на подачу заявлений о признании сделок должника недействительными установлено пунктом 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве.

В силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац 2 пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными по основаниям статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном положениями пунктов 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции от 29.06.2015).

Рассматриваемые сделки совершены 17.02.2015, 04.04.2016 следовательно, указанная сделка (от 17.02.2015) не может быть признана недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, вместе с тем может быть оспорена на основании статьи 10 ГК РФ.

На основании пункта 1 статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 2 указанной статьи предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 названной статьи).

Из положений пункта 1 статьи 10 ГК РФ следует, что не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Таким образом, указанная норма права закрепляет принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть данного принципа сводится к тому, что любой субъект гражданских правоотношений может свободно реализовывать принадлежащие ему права по своей воле и в своих интересах, но при этом должен воздерживаться от нарушений интересов других лиц. В том случае, когда лицо действует хотя и в пределах предоставленных ему прав, но с нарушением прав других лиц, такие действия признаются недобросовестными и одновременно могут быть квалифицированы как злоупотребление правом.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам, учитывая и то, каким при этом являлось поведение и другой стороны заключенного договора.

Вышеуказанное соответствует правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2014 №67КГ14-5.

С учетом изложенного, для признания сделки недействительной на основании статей 10 и 168 ГК РФ необходимо установить признаки злоупотребления правом как дарителя, так и одаряемого.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Таким образом, при установлении обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблении правом сторон сделки в деле о несостоятельности (банкротстве), возможно использование правовой терминологии, относящейся к составу подозрительной сделки по специальным основаниям Закона о банкротстве, а также применение разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Вред, причиненный имущественным правам кредиторов - это уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абзац 32 статьи 2 Закона о банкротстве).

Из правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.11.2010 №6526/10, следует, что заключение направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов сделки, имеющей целью, в частности, уменьшение активов должника и его конкурсной массы путем отчуждения объекта недвижимости третьим лицам, является злоупотреблением гражданскими правами.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Согласно абзацу 34 статьи 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью подразумевается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Судом первой инстанции установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки, 17.02.2015, сама ФИО3 не обладала признаками неплатежеспособности.

На основании вышеизложенного, с учетом приведенных норм права, а также правовых позиций, изложенных в Постановлениях Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о правомерности вывода суда первой инстанции о том, что само себе отчуждение квартиры в пользу ФИО9 (дочери) не свидетельствует о злонамерениях сторон сделки.

При этом, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что заключение спорного договора дарения между ФИО3 и ФИО9 не выходит за рамки обычных семейных взаимоотношений, учитывая тот факт что в период совершения спорной сделки у ФИО12 отсутствовали признаки неплатежеспособности.

Более того, отчуждение ФИО3 в дар квартиры ФИО9 (дочери) не может свидетельствовать о намеренном умысле обоих участников сделки причинить вред кредиторам, которые появятся лишь спустя полгода у ФИО13, супруга ФИО3

Таким образом, суд первой инстанции с учетом совокупности вышеизложенных обстоятельств, пришел к правомерному выводу о недостаточности оснований для признания оспариваемых сделок недействительными.

Довод жалобы о том, что безвозмездная передача ФИО3 своим детям принадлежащего ей имущества (в том числе и спорного помещения), привела к невозможности удовлетворения требований кредиторов должника за счет, в том числе подаренного имущества, что свидетельствует о причинении договором дарения вреда конкурсным кредиторам должника, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку, как указано в мотивировочной части настоящего постановления, на момент совершения именно оспариваемой сделки должник признаками несостоятельности (банкротства), как и ее супруг, поручителем по обязательствам которого она являлась, не обладали.

Более того, поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным при установлении очевидного отклонения действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения, вместе с тем на момент заключения договора дарения, 17.02.2015, у ФИО12 не существовало никаких не исполненных денежных обязательств, как и не существовало требований кредиторов.

При этом, суд апелляционной инстанции полагает необходимым отметить, что спорная квартира предметом залога не являлась, в связи с чем, у ФИО3 имелись правовые основания для распоряжения указанным имуществом при данных фактических обстоятельствах дела.

Ссылка в жалобе на то, что ФИО14 в день совершения одной из сделок по дарению имущества зарегистрировалась в качестве индивидуального предпринимателя, а ФИО3 03.11.2015 обратилась в регистрирующий орган с заявлением о прекращении деятельности в качестве индивидуального предпринимателя, подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, как не имеющий отношения к рассматриваемому обособленному спору.

Доводы жалобы о том, что цепочку оспариваемых сделок нужно рассматривать, в целях восстановления полной, объективной ситуации, свидетельствующей о злом умысле сторон, в совокупности, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку вышеуказанными нормами права определены стандарты доказывания недействительности сделки, вместе с тем, сделка по отчуждению имущества, оспаривается в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника, следовательно, и злоупотребление правом сторонами оспариваемой сделки оценены судом первой инстанции на основании положений Закона о банкротстве, в частности, через причинение вреда имущественным правам кредиторов действиями ФИО3 и ее дочери.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах основания для отмены определения суда от 09.01.2019 и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 09.01.2019 по делу №А73-5259/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.


Председательствующий

Т.Д. Козлова


Судьи

Е.В. Гричановская



Ж.В. Жолондзь