Постановление от 18 мая 2018 г. по делу № А32-41349/2015

/

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-41349/2015
г. Краснодар
18 мая 2018 года
Резолютивная часть постановления объявлена 17 мая 2018 года

Постановление в полном объеме изготовлено 18 мая 2018 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Андреевой Е.В. и Денека И.М., при участии в судебном заседании от должника – Разгон Николая Пантелеевича (ИНН 233401851707, ОГРНИП 305233424400041) – Татаринцева И.С. (доверенность от 21.11.2017), от кредитора – общества с ограниченной ответственностью «Кубань Коллектсервис» (ИНН 2356049891, ОГРН 1102356000746) – Тарасова И.С. (доверенность от 17.10.2017), от ответчика – Скоромец Раисы Пантелеевны – Тренбач О.В. (ордер от 16.05.2018 № 063989), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, надлежаще извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Кубань Коллектсервис» и Скоромец Раисы Пантелеевны на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2018 (судьи Сулименко Н.В., Герасименко А.Н., Николаев Д.В.) по делу № А32-41349/2015, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) Разгон Н.П. (далее – должник) в арбитражный суд обратились ООО «Кубань Коллектсервис» (далее – общество) и финансовый управляющий должника Гуща О.В. (далее – финансовый управляющий) к должнику, Скоромец Р.П., Разгон В.П. и Мельникову П.А. со следующими требованиями: признать недействительным договор дарения нежилых помещений № 6, 7, 8 и 9 (Блок Б), площадью 124,1 кв. м, кадастровый номер 23:11:0603169:32 и ? доли земельного участка, площадью 449 кв. м, кадастровый номер 23:11:0603169:0025, находящиеся по адресу: Краснодарский край, станица Каневская, ул. Октябрьская, 1Б, заключенный 20.05.2015 должником и Скоромец Р.П.; признать недействительным договор дарения в части дарения нежилых помещений № 6, № 7, № 8 и № 9 (Блок Б), площадью 124,1 кв. м, кадастровый номер 23:11:0603169:32 и ? доли земельного участка, площадью 449 кв. м, кадастровый номер 23:11:0603169:0025, находящихся по адресу: Краснодарский край, станица Каневская, ул. Октябрьская, 1Б, заключенный 24.08.2015 Скоромец Р.П. и Разгон В.П.; признать недействительным договор купли-продажи нежилых помещений № 6, 7, 8 и 9 (Блок Б), площадью 124,1 кв. м, кадастровый номер 23:11:0603169:32 и ? доли земельного участка площадью 449 кв. м, кадастровый номер 23:11:0603169:0025, находящихся по адресу: Краснодарский край, станица Каневская, ул. Октябрьская, 1Б, заключенный 03.10.2016 Разгон В.П. и Мельниковым П.А.; признать за должником право собственности на указанные нежилые помещения и ? доли данного земельного участка (с учетом уточнения требований).

К участию в деле в качестве ответчиков привлечены Разгон В.П., Мельников П.А.; в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – ФГБУ «Федеральная кадастровая палата Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии» по Краснодарскому краю.

Определением суда от 28.08.2017 требования удовлетворены, указанные договоры признаны недействительными. Суд обязал Разгон В.П. выплатить Мельникову П.А. 300 тыс. рублей; признал право собственности должника на нежилые помещения № 6, № 7, № 8, № 9 (блок Б), площадью 124,1 кв. м, кадастровый номер 23:11:0603169:32 и ? доли земельного участка, площадью 449 кв. м, кадастровый номер 23:11:0603169:0025, находящиеся по адресу: Краснодарский край, станица Каневская, ул. Октябрьская, 1Б. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением суда апелляционной инстанции от 04.03.2018 определение от 28.08.2017 отменено в части признания недействительным договора купли-продажи от 03.10.2016, заключенного Разгон В.П. и Мельниковым П.А., в части возложения на Разгон В.П. обязанности выплатить Мельникову П.А. 300 тыс. рублей, в части признания за должником права собственности на нежилые помещения № 6, № 7, № 8 и № 9 (блок Б), площадью 124,1 кв. м, кадастровый номер 23:11:0603169:32 и ? доли земельного участка, площадью 449 кв. м, кадастровый номер 23:11:0603169:0025, находящихся по адресу: Краснодарский край, ст. Каневская, ул. Октябрьская, 1 «Б». В отмененной части заявление оставлено без рассмотрения, как не подлежащее рассмотрению в рамках дела о банкротстве должника. Резолютивная часть определения от 28.08.2017 дополнена абзацем пятым следующего содержания: применить последствия признания сделки недействительной. Взыскать со Скоромец Раисы Пантелеевны в пользу Разгон Николая Пантелеевича (должника) 2 085 500 рублей. В остальной части определение от 28.08.2017 оставлено без изменения; распределены судебные расходы.

В кассационной жалобе общество просит отменить постановление суда апелляционной инстанции, определение суда первой инстанции оставить без изменения. По мнению заявителя, суды не учли судебную практику. Мельников П.А. не является добросовестным покупателем, поскольку спорный договор купли-продажи заключен в период производства по делу о несостоятельности (банкротстве) должника. Имущество реализовано по заниженной стоимости: стоимость имущества по договору составила 300 тыс. рублей, а согласно отчету об определении рыночной стоимости спорных объектов по состоянию на 20.05.2015 – составила 2150 тыс. рублей.

В кассационной жалобе Скоромец Р.П. просит изменить постановление суда апелляционной инстанции в части, исключив из резолютивной части предложение: дополнить резолютивную часть определения от 28.08.2017 абзацем пятым: применить последствия признания сделки недействительной. Взыскать со Скоромец Р.П. пользу должника 2 085 500 рублей. По мнению заявителя, Скоромец Р.П. является добросовестным приобретателем, поскольку приобрела спорное имущество возмездно у залогодержателя (банка); она не знала и не могла знать о том, что в отношении должника будет возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

В отзыве на кассационную жалобу финансовый управляющий Гуща О.В. просит отменить судебный акт, указав на то, что, по его мнению, договор между Разгон В.П. и Мельниковым П.А. мог быть подписан задним числом, а денежные средства по договору в размере 300 тыс. рублей от покупателя продавцу не передавались. Таким образом, договор является безденежным.

В судебном заседании объявлялся перерыв до 12 часов 30 минут 17.05.2018, о чем вынесено определение от 16.05.2018, присутствующие в заседании представители извещены под роспись. Информация опубликована на сайте суда в сети Интернет.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Как видно из материалов дела, гражданин Разгон Николай Пантелеевич (далее – должник) обратился в арбитражный суд с заявлением должника о признании его несостоятельным (банкротом). Определением от 27.04.2016 в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден Гуща Олег Васильевич.

Определением от 18.08.2016 требования общества в размере 435 847 рублей 31 копейка включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Суды установили следующие обстоятельства. Должник и АО «Россельхозбанк» 27.07.2011 в обеспечение обязательств индивидуального предпринимателя Разгон В.П. (должник) по договору об открытии кредитной линии от 27.07.2011 № 110318/0439 заключили договор об ипотеке № 110318/0439-7.2. нежилых помещений № 6, № 7, № 8, № 9 (блок Б) и земельного участка (1/2 доля) площадью 449 кв. м.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.02.2013 по делу № А32-32672/2012 с должника в пользу АО «Россельхозбанк» по кредитному договору взыскана задолженность в размере 1 977 701 рубль 47 копеек, обращено взыскание на имущество, принадлежащее должнику, переданное в залог АО «Россельхозбанк» по договору ипотеки от 27.07.2011 № 110318/0439-7.2.

31 декабря 2014 года АО «Россельхозбанк» (кредитор) и Скоромец С.Н. (новый кредитор) заключили договор уступки прав (требований) № 140300/0306-16, по условиям которого кредитор уступил, а новый кредитор принял права (требования) к должнику по договору об открытии кредитной линии № 110318/0439 в сумме 1 431 960 рублей 77 копеек, обеспеченные договором об ипотеке от 27.07.2011 № 110318/0439-7.2.

20 мая 2015 года должник и Скоромец Р.П. (сестра должника) заключили договор дарения нежилых помещений № 6, № 7, № 8, № 9 (блок Б), площадью 124,1 кв. м, кадастровый номер 23:11:0603169:32 и 1/2 доли земельного участка площадью 449 кв. м, кадастровый номер 23:11:0603169:0025, расположенных по адресу: Краснодарский край, станица Каневская, ул. Октябрьская, 1Б. Переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке.

24 августа 2015 года Скоромец Р.П. (сестра должника) и Разгон В.П. (брат должника) заключили договор дарения указанных нежилых помещений и 1/2 доли названного земельного участка. Переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке.

3 октября 2016 года Разгон В.П. (брат должника) (продавец) и Мельников П.А. (покупатель) заключили договор купли-продажи данных нежилых помещений и 1/2 доли указанного земельного участка. Переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке.

Полагая, что договоры дарения и договор купли-продажи от 03.10.2016 совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, общество и финансовый управляющий обратились в суд с заявлениями.

Суд первой инстанции удовлетворил требования в полном объеме, признав недействительными оспариваемые сделки дарения и купли-продажи.

Изменяя определение суда первой инстанции в части, суд апелляционной инстанции правомерно руководствовался пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве) (далее – Закон о банкротстве), в соответствии с которым сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе. В то же время, апелляционный суд не согласился с выводом о взаимосвязанности всех оспариваемых сделок и пришел к выводу о том, что договор купли-продажи от 03.10.2016 не мог оспариваться в деле о банкротстве, поскольку должник не является стороной сделки.

В пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве указано, что сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63) в силу нормы пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица (пункт 6 постановления № 63).

Под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника (абзац 33 статьи 2 Закона о банкротстве). Под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (абзац 34 статьи 2 Закона о банкротстве).

Суды установили, что дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 14.12.2015; договор дарения заключен 20.05.2015, то есть в период подозрительности, предусмотренный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Суд апелляционной инстанции указал, что в силу правовой природы договора дарения, который является безвозмездной сделкой, должник не получил встречное предоставления по договору от 20.05.2015. В результате сделки из собственности должника выбыло ликвидное имущество, за счет стоимости которого подлежали удовлетворению требования иных кредиторов. Так, установлено, что на момент заключения договора дарения от 20.05.2015 у должника имелись неисполненные (просроченные) обязательства перед другими кредиторами, в частности, Межрайонной ИФНС России № 4 по Краснодарскому краю в размере 595 069 рублей 04 копейки, из которых 534 620 рублей 65 копеек основного долга, 59 409 рублей 19 копеек пени, 1039 рублей 02 копейки штрафов; ООО «Коллекторское агентство "БизнесАктив"» в размере 430 674 рублей 39 копеек; ООО «Кубань Коллектсервис» в размере 435 847 рублей 31 копейки; ПАО «Банк Уралсиб» по кредитному договору от 29.07.2010 № 21760920 в размере 118 241 рубля 49 копеек, по кредитному договору от 26.09.2008 № 8971721 с 01.05.2013 по 27.04.2016 в размере 315 410 рублей 79 копеек.

Выводы судов в этой части обоснованы и соответствуют материалам дела.

В соответствии с пунктом 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Суды установили, что должник, Разгон В.П. и Скоромец Р.П. являются родными братьями и сестрой, то есть заинтересованными лицами по отношению к должнику. Суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что задолженность у должника перед кредиторами образовалась до 20.05.2015; о данной задолженности Разгон В.П. и Скоромец Р.П. не могли не знать в силу взаимозависимости с должником. 20.05.2015 должник передал на безвозмездной основе (подарил) нежилое помещение № 6, № 7, № 8, № 9 (блок Б) и 1/2 доли земельного участка Скоромец Р.П.; 24.08.2015 Скоромец Р.П. (сестра должника) подарила указанные объекты недвижимости Разгон В.П. (брату должника). В результате заключения договоров дарения от 20.05.2015 и 24.08.2015 право собственности на спорное имущество перешло от должника к Скоромец Р.М., а затем к Разгону В.П., то есть, от одного заинтересованного лица к другому заинтересованному лицу. Таким образом, сделки совершены с целью причинить вред правам кредиторов, поскольку в результате заключения договоров дарения кредиторы лишились возможности получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Суды установили, что согласно отчету об определении рыночной стоимости нежилых помещений № 6, № 7, № 8, № 9 (блок Б) и 1/2 доли земельного участка, расположенных по адресу: Российская Федерация, Краснодарский край, Каневской район, станица Каневская, ул. Октябрьская, 1Б, подготовленного 21.12.2016 Филиалом ГУП Краснодарского края «Крайтехинвентаризация – Краевое БТИ» по Каневскому району, итоговая рыночная стоимость указанных объектов по состоянию на 20.05.2015 составляет 2 085 500 рублей с учетом НДС.

Суд апелляционной инстанции на основании пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве в порядке применения последствий недействительности договора дарения от 20.05.2015, учитывая отсутствие у Скоромец Р.П. имущества, полученного по недействительной сделке, в натуре, указал, что со Скоромец Р.П. в пользу должника надлежит взыскать стоимость имущества, незаконно отчужденного должником в сумме 2 085 500 рублей.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции в части признания недействительным договора купли-продажи от 03.10.2016, заключенного Разгоном В.П. и Мельниковым П.А.; возложения на Разгона В.П. обязанности выплатить Мельникову П.А. 300 тыс. рублей; признания за должником права собственности на спорные объекты недвижимого имущества, указал, что в данном случае суд первой инстанции признал недействительным договор купли-продажи от 03.10.2016, стороной которого должник не является. Фактически суд первой инстанции рассмотрел все сделки как взаимосвязанные, но вместе с тем, вопрос о взаимосвязанности оспариваемых сделок должен решаться исходя из наличия при их совершении единой цели, их взаимовлияния и взаимозависимости. Для признания сделок взаимосвязанными необходимо установить, что совершением ряда оспариваемых сделок фактически прикрывается отчуждение принадлежащего должнику имущества в пользу конечного приобретателя – Мельникова П.А.

Притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок. Существенное значение для правильного рассмотрения обособленного спора имеют обстоятельства, связанные с переходом фактического контроля над имуществом, передаваемым по последовательным сделкам (абзац первый пункта 87, абзац первый пункта 88 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Суд апелляционной инстанции установил, что согласно выписке из ЕГРП право собственности на спорные объекты недвижимого имущества зарегистрировано за Мельниковым П.А., который осуществляет фактическое владение, пользование и распоряжение принадлежащим ему имуществом; спорное имущество фактически выбыло из владения должника. Объекты недвижимости, отчужденные по оспариваемой сделке, предназначены для коммерческого использования. Мельников П.А. зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 18.10.2004, данный факт подтверждается выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей.

Суд апелляционной инстанции установил, что 01.02.2017 Мельников П.А. (арендодатель) и Тимофеев В.В. (арендатор) заключили договор аренды нежилого помещения № 1, по условиям которого арендодатель передает, а арендатор принимает во временное владение и пользование нежилое здание и 1/2 доли земельного участка площадью 449 кв. м (пункт 1.1 договора). В соответствии с пунктом 1.3 договора арендодатель передал в аренду нежилые помещения № 6, № 7, № 8 и № 9 (блок Б), площадью 124,1 кв. м, кадастровый номер 23:11:0603169:32. Размер арендной платы составляет 10 тыс. рублей в месяц (пункт 4.1 договора). Согласно налоговой декларации от 16.02.2018 по налогу на доходы физических лиц (форма 3-НДФЛ) за 2017 год Мельников П.А. уплатил налог с доходов, полученных от сдачи имущества в аренду по договору от 01.02.2017.

Суд апелляционной инстанции установил, что в материалах дела отсутствуют доказательства связи должника и Мельникова П.А., согласованность их действий, направленных на вывод имущества у должника и возникновение права собственности Мельникова П.А.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абзаце 3 пункта 16 постановления № 63, если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска по правилам статей 301 и 302 Гражданского кодекса.

В данном случае виндикационное требование к Мельникову П.А. не предъявлено.

Суд апелляционной инстанции указал, что поскольку доказательства, свидетельствующие о взаимосвязанности договора купли-продажи от 03.10.2016 и договоров дарения, наличии у них единой цели, в материалах дела отсутствуют, заявление о признании недействительным договора купли-продажи от 03.10.2016, заключенного Разгон В.П. и Мельниковым П.А.; о возложении на Разгон В.П. обязанности выплатить Мельникову П.А. 300 тыс. рублей; о признании права собственности за должником на спорные объекты недвижимого имущества, не подлежало рассмотрению в деле о банкротстве должника.

Суд апелляционной инстанции исследовал довод о том, что спорные объекты переданы по договору дарения от 20.05.2015 в качестве отступного для прекращения обязательств перед Скоромец С.Н. по договору об открытии кредитной линии № 110318/0439 в сумме 1 431 960 рублей 77 копеек, обеспеченного договором об ипотеке от 27.07.2011 № 110318/0439-7.2, и обоснованно отклонил его как не основанный на материалах дела. Суд отметил, что право требования к должнику по договору об открытии кредитной линии № 110318/0439 принадлежит Скоромец С.Н., а дарение произведено в пользу Скоромец Р.П. Из буквального содержания (толкования) договора дарения от 20.05.2015 не следует, что в результате заключения этой сделки должник исполнил обязательства перед Скоромец С.Н. по договору об открытии кредитной линии № 110318/0439. При таких обстоятельствах отсутствуют основания для отмены или изменения апелляционного постановления от 04.03.2018.

Доводы кассационных жалоб являлись предметом рассмотрения судов и получили соответствующую правовую оценку. Переоценка доказательств в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не входит в круг полномочий суда кассационной инстанции. Нормы права при рассмотрении дела применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены. Кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.03.2018 по делу № А32-41349/2015 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий С.М. Илюшников

Судьи Е.В. Андреева

И.М. Денека