Решение от 13 марта 2020 г. по делу № А07-6830/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

450057, Республика Башкортостан, г. Уфа, ул. Октябрьской революции, 63а, тел. (347) 272-13-89,

факс (347) 272-27-40, сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru

сайт http://ufa.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А07-6830/2019
г. Уфа
13 марта 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 20.02.2020

Полный текст решения изготовлен 13.03.2020

Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Шамсутдинова Э. Р., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью "ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к акционерному обществу "ЦЕНТРАЛЬПРОЕКТ" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

третье лицо: ФИО2

о взыскании задолженности в размере 9 053 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 2 363 595 руб. 75 коп.

(с учетом уточнения)

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО3, паспорт, выписка из ЕГРЮЛ, ФИО4 по доверенности № 02 от 10.01.2019 г.

от ответчика – ФИО5, паспорт, выписка из ЕГРЮЛ;

от третьего лица – явки нет, уведомлены;

Общество с ограниченной ответственностью "ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН" обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к акционерному обществу "ЦЕНТРАЛЬПРОЕКТ" о взыскании задолженности в размере 9 930 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 2 385 351 руб. 76 коп.

Истец в процессе рассмотрения дела требования по иску уточнил, снизив задолженность и проценты до суммы 9 053 000 руб. и 2 363 595 руб. 75 коп. соответственно. Судом уточнение исковых требований принято в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассмотрено с учётом уточнения.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, судом привлечен ФИО2.

Истец поддержал уточнённые исковые требования.

Ответчик иск не признал по доводам, изложенным в отзыве.

Третье лицо поддержало позицию истца по делу.

В процессе рассмотрения дела судом была назначена судебная почерковедческая экспертиза, в связи с чем производство по делу приостановлено и возобновлено после поступления в суд заключения эксперта.

Дело рассмотрено в отсутствие третьего лица по правилам статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав представленные доказательства, выслушав доводы истца и ответчика, арбитражный суд

УСТАНОВИЛ:

Из материалов дела следует, что между ЗАО «ИПИ «УралСофт» (заказчик) и ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН» (подрядчик) был заключен договор № 66-2016 от 01.02.2016, в соответствии с которым подрядчик обязуется выполнить работы по ремонту помещений в офисе, расположенном по адресу: <...> в соответствии с условиями договора, а заказчик обязуется принять их результат и уплатить обусловленную настоящим договором цену.

Начало работ 01.02.2016, окончание работ 31.03.2016 (п. 3.1 договора).

Стоимость работ составляет 9 930 000 руб. Оплата осуществляется в размере 100% после подписания сторонами акта о приемке выполненных работ КС-2 и справки о стоимости выполненных работ и затрат КС-3 (п.п. 5.1, 5.2 договора).

В соответствии со ст. 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В соответствии со ст. 708 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

В соответствии ст. 711 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок.

Договор № 66-2016 от 01.02.2016 является заключенным, все существенные условия договора подряда сторонами согласованы.

11.03.2016 ЗАО «ИПИ «УралСофт» было переименовано в АО «ЦЕНТРАЛЬПРОЕКТ», о чем внесена запись в Единый государственный реестр юридических лиц.

Истец указывает, что во исполнение условий договора выполнил работы, что подтверждается актами о приемке выполненных работ КС-2 от 31.03.2016 № 1 на сумму 4 208 250 руб. 34 коп., № 2 на сумму 2 978 518 руб. 58 коп., № 3 на сумму 1 228 485 руб. 24 коп. и справкой о стоимости выполненных работ и затрат КС-3 от 31.03.2016 на сумму 9 930 000 руб.

Ответчиком выполненные работы до настоящего времени не оплачены.

Поскольку спор в досудебном порядке урегулировать не удалось, претензия истца от 27.09.2018 оставлена ответчиком без удовлетворения, истец обратился в суд с настоящим иском.

Ответчик иск не признал, в отзыве указал, что 15.07.2016 платежным поручением № 814 ответчик перечислил истцу 877 000 руб. в счет оплаты выполненных работ.

В дальнейшем 01.08.2016 истец уступил своё право требования у ответчика оставшейся стоимости выполненных работ в размере 9 053 000 руб. обществу «МеталлИнвест» на основании заключенного между ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН» (цедент) и ООО «МеталлИнвест» (цессионарий) договора уступки прав требования (цессии).

В силу п. 1.1 указанного договора цессии цедент уступает, а цессионарий принимает права требования к АО «ЦЕНТРАЛЬПРОЕКТ» (должник) по:

- договору № 66-2016 от 01.02.2016 и актам КС-2 № 1, № 2, № 3 на сумму 9 930 000 руб. – право требования платежа на сумму 9 053 000 руб.

- доп. соглашению № 1 от 29.01.2016 к договору № 65-2016 на сумму 10 200 000 руб. – право требования платежа на сумму 7 038 122 руб. 67 коп.

В силу п. 1.3 договора уступка права требования является возмездной. Оплата цессионарием приобретенного по настоящему договору права требования осуществляется путем взаимозачета в счет погашения задолженности цедента перед цессионарием в день заключения договора.

К договору цессии ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН» и ООО «МеталлИнвест» подписан акт приема-передачи документов от 01.08.2016.

Ответчик указывает, что о состоявшейся уступке был уведомлен истцом уведомлением об уступке права требования исх. б/н от 01.08.2016.

Все вышеназванные документы (договор цессии, акт приема-передачи документов, уведомление об уступке права требования) подписаны со стороны истца ФИО2, являвшимся на тот момент директором ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН».

На основании изложенного ответчик просит производство по делу прекратить.

Согласно статье 384 ГК РФ, пункту 15 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.10.2007 N 120 "Обзор практики применения арбитражными судами положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации", если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права.

Требования к форме соглашения об уступке права установлены ст. 389 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Глава 24 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве существенных и необходимых условий договора об уступке права требования указывает наличие у цедента права, которое передается цессионарию; указание на обязательство, на основании которого передаваемое право требования принадлежит кредитору; соответствие переходящего объема прав кредитора к другому лицу, существовавшему к моменту его перехода, а также совершение уступки требования в аналогичной письменной форме сделки, требования по исполнению обязательств по которой передаются.

Оснований для критической оценки договора уступки права требования (цессии) от 01.08.2016 не усматривается.

Истец, возражая на доводы ответчика, пояснил, что договор цессии между ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН» и ООО «МеталлИнвест» не заключался, подпись ФИО2 в договоре цессии, акте приема-передачи документов, уведомлении об уступке права требования является сфальсифицированной, ФИО2 указанные документы не подписывал. Более того, из налоговой отчетности истца заключение и исполнение указанного договора не следует, соответствующие операции ни в бухгалтерском балансе за 2016 год, ни в книгах покупок-продаж не отражены.

В связи с чем истцом было заявлено ходатайство о фальсификации вышеназванных документов.

В силу пункта 3 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд

проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

Поскольку АО «ЦЕНТРАЛЬПРОЕКТ» отказался исключить спорные документы из числа доказательств по делу, заявление о фальсификации было рассмотрено по существу.

В целях проверки заявления о фальсификации судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечен сам ФИО2

Третье лицо ФИО2 в судебном заседании доводы истца поддержало. Указал, что договор цессии от 01.08.2016 о передаче задолженности по договору № 66-2016 от 01.02.2016 обществу «Металл-Инвест» им не подписывался.

В силу абзаца 2 части 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Судом неоднократно предлагалось истцу рассмотреть вопрос о назначении экспертизы на предмет принадлежности подписи ФИО2 на всех документах, о фальсификации которых заявлено, а именно договоре уступке права требования, акте приема передачи к договору, уведомлении об уступке права требования.

Истец заявил ходатайство о назначении экспертизы на предмет принадлежности подписи ФИО2 только в договоре уступке права требования.

На депозитный счет суда перечислено денежных средств на производство экспертизы только с учетом поставленного вопроса по одной подписи в одном документе.

На предложение суда проверить принадлежность подписи ФИО2 во всех документах истец отказался, мотивируя это тем, что в этом нет необходимости, поскольку, по мнению истца, в случае, если экспертиза подтвердит то, что подпись в договоре принадлежит не ФИО2, это будет достаточным свидетельством фальсификации всех документов.

Ответчик пояснил о том, что Истец вводит суд в заблуждение, поскольку такая выборочная позиция Истца вызвана тем обстоятельством, что ранее в рамках другого дела А07-9159/2019 Истцом по настоящему делу было заявлено ходатайство о назначении экспертизы на предмет принадлежности подписи ФИО2 во всех документах (договор, дополнительное соглашение, акт, письмо), и согласно заключению эксперта только в договоре подпись принадлежала не ФИО2, между тем других документах подпись принадлежала ФИО2

Судом определением от 18.12.2019 была назначена судебная почерковедческая экспертиза, порученная эксперту ООО «Межрегиональная лаборатория судебной экспертизы» ФИО6.

На разрешение эксперта был поставлен вопрос:

- Кем, ФИО2 или иным лицом выполнена подпись от имени Общества с ограниченной ответственностью «ТехСтройПроект-ТН» в графе «Директор _______/ФИО2/» в договоре уступки прав требования (цессии) от 01.08.2016 г.?

Экспертом в заключении был сделан вывод о том, что подпись от имени ФИО2 в договоре цессии от 01.08.2016 выполнена не им самим, а другим лицом с подражанием подписи.

Заключение эксперта, являясь одним из предусмотренных частью 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, в силу части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исследуется и оценивается судом наряду с другими доказательствами.

Несмотря на выводы, изложенные в вышеуказанном заключении экспертизы, суд отмечает следующее.

Первоначально истцом было заявлено о фальсификации ответчиком договора цессии от 01.08.2016, заключенного между ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН» и ООО «Металл-Инвест», акта приема-передачи документов к указанному договору от 01.08.2016, и уведомления б/н об уступке права требования в адрес ответчика АО «ЦЕНТРАЛЬПРОЕКТ» от 01.08.2016.

При этом истцом оспаривалась только подпись ФИО2 в указанных документах.

О фальсификации печати ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН» на спорных документах истец не заявлял, утверждая, что она подлинная и была получена ответчиком от истца в 2017 году при заключении истцом и ответчиком договора № 10/11-17ДУ на представление ответчиком интересов истца при рассмотрении дела № А07-27906/2016.

В дальнейшем позиция истца изменилась: в ходе судебных заседаний заявил о том, что печать на договоре цессии, акте и уведомлении не принадлежит ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН», о чем свидетельствуют различные расстояния между буквами в оригинальном и поддельном оттисках.

Между тем, в судебном заседании при визуальном осмотре судом не установлено указанных истцом отличий.

Несмотря на неоднократные предложения суда о том, чтобы истец рассмотрел вопрос о назначении экспертизы на предмет соответствия оттисков печати в документах, о фальсификации которых заявлено, оттиску печати истца, последний с соответствующим ходатайством не обратился.

Таким образом, оснований для вывода о том, что оттиск печати, которые содержится в спорных документах, не принадлежит истцу, у суда не имеется.

Первоначально заявляя о фальсификации, ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН» просил назначить по делу судебную экспертизу на предмет принадлежности подписи, учинённой в договоре цессии, акте приема-передачи документов, уведомлении об уступке права требования от 01.08.2016 от имени ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН», ФИО2

Указанное заявление о фальсификации с ходатайством о назначении экспертизы поступило в суд 21.05.2019 г. (т. 1 л.д. 94).

Определением суда от 29.05.2019 суд указал истцу перечислить на депозит суда денежные средства на оплату экспертизы. Истец денежные средства в течение длительного времени не перечислял, мотивируя затруднительным финансовым положением, а также наличием уже имеющихся на депозите суда значительных денежных средств, перечисленных в рамках рассмотрения других дел. Поддерживая в каждом судебном заседании доводы о фальсификации договора цессии, истец намерения установить данный факт путем проведения экспертизы не выражал, обосновывая свою позицию иными доводами.

Судом неоднократно предлагалось истцу рассмотреть вопрос о назначении экспертизы на предмет принадлежности подписи ФИО2 во всех документах, о фальсификации которых заявлено, а именно договоре уступке права требования, акте приема передачи к договору, уведомлении об уступке права требования.

Определением суда от 14.11.2019 суд вновь предложил истцу в случае поддержания ходатайства о назначении экспертизы перечислить на депозит суда денежные средства.

В судебное заседание 12.12.2019 Истец заявил ходатайство о назначении экспертизы на предмет принадлежности подписи ФИО2 только в договоре уступке права требования.

На депозитный счет суда перечислено денежных средств на производство экспертизы только с учетом поставленного вопроса по одной подписи в одном документе.

На предложение суда проверить принадлежность подписи ФИО2 во всех документах истец отказался, мотивируя это тем, что в этом нет необходимости, поскольку, по мнению истца, в случае, если экспертиза подтвердит то, что подпись в договоре принадлежит не ФИО2, это будет достаточным свидетельством фальсификации всех документов.

Ответчик пояснил о том, что Истец вводит суд в заблуждение, поскольку такая выборочная позиция Истца вызвана тем обстоятельством, что ранее в рамках другого дела А07-9159/2019 Истцом по настоящему делу было заявлено ходатайство о назначении экспертизы на предмет принадлежности подписи ФИО2 во всех документах (договор, дополнительное соглашение, акт, письмо), и согласно заключению эксперта только в договоре подпись принадлежала не ФИО2, между тем других документах подпись принадлежала ФИО2

Таким образом, поскольку истец о назначении экспертизы на предмет принадлежности подписи в акте приема передачи к договору цессии и уведомлении о произведенной уступке ФИО2 не заявил, о назначении экспертизы на предмет соответствия оттисков печати в документах, о фальсификации которых заявлено (договор, акт, уведомление), оттиску печати истца, последний не заявлял, оснований для вывода о фальсификации всех спорных документов (договора уступки, акта и уведомления) и их критической оценки у суда отсутствуют.

Кроме того, судом отмечено следующее.

Общество «Металл-Инвест» (ИНН <***>) прекратило деятельность 06.11.2018 в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

В ходе рассмотрения дела истец подтвердил, что в период существования указанной организации между ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН» и ООО «Металл-Инвест» имелись хозяйственные отношения и существовали взаимные обязательства.

Ответчик в возражениях на заявления истца о фальсификации указал, что истец не представляет доказательств того, что истцом были исполнены обязательства перед ООО «Металл-Инвест», для погашения которых путем взаимозачета был заключен спорный договор цессии, другим путем, в том числе путем оплаты.

Доказательств обратного истцом представлено не было. Кроме того, об обратном не утверждал.

Кроме того, ответчик также пояснил суду, что полагает, что подписание документов «за директора» иными лицами является обычной практикой в делопроизводстве общества «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН», поскольку в рамках рассмотрения других судебных споров между истцом и ответчиком ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН» неоднократно заявлялось о фальсификации подписей ФИО2 в различных документах, при этом сам ФИО2 не мог однозначно подтвердить их подписание.

В связи с чем установление только факта того, что подпись в договоре цессии от лица ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН» выполнена не ФИО2 при отсутствии документальных доказательств фальсификации его подписи в акте приема-передачи к договору, письме об уступке права требования, а также фальсификации печати ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН» не может свидетельствовать о том, что договор цессии от 01.08.2016 истцом и ответчиком не заключался при наличии не оспоренных взаимосвязанных документов.

Также суд отмечает, что в силу условий договора № 66-2016 от 01.02.2016 оплата за выполненные работы осуществляется после подписания актов КС-2 и КС-3.

Сторонами не оспаривается, что истец выполнял для ответчика работы по указанному договору. Истцом представлены акты КС-2 и справка КС-3 на сумму 9 930 000 руб., датированные 31.03.2016. Таким образом, с указанной даты у ответчика появилась обязанность оплатить выполненные работы, а истцу стало известно об этой обязанности.

Вместе с тем, как обоснованно заметил ответчик, истец обратился в суд с настоящим иском только 07.03.2019, то есть по истечении почти 3 лет с момента приемки ответчиком результата работ по договору.

Ни одной претензии за столь длительный срок направлено не было.

Истец прояснил, что обращение в суд было связано со скорым истечением сроков исковой давности по заявленным требованиям и невозможностью взыскать задолженность в дальнейшем.

При этом с учётом предыдущих заявлений истца о неблагоприятном финансовом положении, а также значительной суммой задолженности (более 9 млн. руб.) подобное бездействие нанесло бы значительный ущерб финансово-хозяйственной деятельности истца. Аргументированно пояснить, почему в случае не заключения договора цессии с ООО «Металл-Инвест» истец в течение столь длительного времени не предпринимал попыток получить либо взыскать с ответчика указанные денежные средства, истец не смог.

Поведение истца как субъекта финансово-хозяйственной деятельности истца непоследовательно.

По правилам части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, в силу статей 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд на основе принципа состязательности с учетом представленных сторонами доказательств устанавливает значимые для дела обстоятельства. При этом каждая из сторон несет риск процессуальных последствий непредставления доказательств.

В соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Вышеизложенные обстоятельства, а также имеющиеся в материалах дела доказательства судом оценены в совокупности и служат основанием для вывода суда об отказе в удовлетворении заявления о фальсификации доказательств.

Показания свидетеля бывшего директора АО «Центральпроект» ФИО7 судом не принимаются, поскольку не опровергают установленных судом обстоятельств. Кроме того, как пояснил, свидетель между ним, акционерами (участниками) общества в спорный период имелся корпоративный конфликт.

Таким образом, поскольку истец не представил достаточных доказательств, позволяющих оспорить договор цессии от 01.08.2016, заключенный между ООО «ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН» (цедент) и ООО «МеталлИнвест» (цессионарий) о передаче права требования к АО «ЦЕНТРАЛЬПРОЕКТ» (должник) по договору № 66-2016 от 01.02.2016 и актам КС-2 № 1, № 2, № 3 на сумму 9 930 000 руб. – право требования платежа на сумму 9 053 000 руб., суд приходит к выводу об отсутствии у истца оснований требовать спорную задолженность, поскольку указанное право было им утрачено путем совершения уступки.

В связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования о взыскании задолженности 9 053 000 руб.

Кроме того, заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 2 363 595 руб. 75 коп.

Указанное требование основаны на требованиях истца о взыскании суммы основного долга.

Поскольку требование о взыскании задолженности в размере 9 053 000 руб. удовлетворению не подлежит, требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами в сумме 2 363 595 руб. 75 коп. удовлетворению также не подлежит.

Ходатайство ответчика о прекращении производства по делу применительно к части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом отклоняется, поскольку в рамках настоящего спора не установлены обстоятельства, которые могут являться основанием для прекращения производства по делу.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине возлагаются на истца в размере, установленном ст. 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении ходатайства акционерного общества "ЦЕНТРАЛЬПРОЕКТ" (ИНН <***>, ОГРН <***>) о прекращении производства по делу отказать.

В удовлетворении иска общества с ограниченной ответственностью "ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН" (ИНН <***>, ОГРН <***>) отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "ТЕХСТРОЙПРОЕКТ-ТН" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход федерального бюджета госпошлину в сумме 80 083 руб.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru.

Судья Э.Р. Шамсутдинов