Решение от 27 февраля 2024 г. по делу № А76-38696/2023

Арбитражный суд Челябинской области

ул. Воровского, д. 2, г. Челябинск, 454000,

www.chelarbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-38696/2023
27 февраля 2024 года
г. Челябинск


Резолютивная часть решения объявлена 27 февраля 2024 года.

Решение в полном объеме изготовлено 27 февраля 2024 года.

Арбитражный суд Челябинской области в составе судьи Свечникова А.П., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «Челябинский завод трубопроводной арматуры Армаком» к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 31 по Челябинской области о признании недействительным решения № 1338 от 21.08.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения,

при участии в судебном заседании представителей: от заявителя – ФИО2 (доверенность от 24.11.2023, удостоверение адвоката), от ответчика – ФИО3 (доверенность от 01.11.2023, диплом от 08.02.2020, служебное удостоверение), ФИО4 (доверенность от 02.11.2023, диплом от 03.06.2003, служебное удостоверение), ФИО5 (доверенность от 08.12.2023, служебное удостоверение);

У С Т А Н О В И Л :

общество с ограниченной ответственностью «Челябинский завод трубопроводной арматуры Армаком» (далее – заявитель, налогоплательщик, общество, ООО «ЧЗТА Армаком») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Инспекции Федеральной налоговой службы по Тракторозаводскому району г. Челябинска о признании недействительным решения № 1338 от 21.08.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

На основании ч. 1 ст. 124 АПК РФ, арбитражным судом принято изменение наименования инспекции на Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы № 31 по Челябинской области (далее – ответчик, налоговый орган, инспекция).

В обоснование доводов заявления его податель сослался на то, что налогоплательщиком соблюдены требования действующего законодательства для применения вычетов по НДС, взаимоотношения между Обществом и спорным контрагентом ООО «Пегас» имеют фактическое исполнение и надлежащее документальное подтверждение. Выводы инспекции основаны на предположениях. Достаточных мероприятий налогового контроля инспекцией не проведено. Спорные сделки носят реальный характер и осуществлены в соответствии с действующим законодательством. Налоговым органом формальность документооборота между налогоплательщиком и спорным контрагентом не доказана.

Инспекцией представлен отзыв, в котором его податель ссылается на то, что по результатам камеральной налоговой проверки за 3 квартал 2022 года сделан вывод о получении Обществом необоснованной налоговой экономии в результате умышленного создания Обществом формального документооборота по взаимоотношениям с контрагентом ООО «Пегас» с целью неуплаты НДС. Фактически данный контрагент спорные ТМЦ в адрес Общества не поставлял. Обязательства по сделкам спорным контрагентом не исполнялись.

В судебном заседании представитель налогоплательщика поддержал доводы заявления по изложенным в нем основаниям, просил заявленные требования удовлетворить.

Представители инспекции в судебном заседании против доводов заявления возражали по мотивам изложенным в отзыве, просили в удовлетворении заявленных требований отказать.

Заслушав пояснения представителей лица, участвующего в деле и исследовав материалы дела, арбитражный суд в ходе судебного разбирательства установил следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами участвующими в деле, инспекцией проведена камеральная налоговая проверка уточненной налоговой декларации (корректировка № 1) по НДС за 3 квартал 2023 года, по результатам которой составлен акт № 579 от 15.03.2023, проведены дополнительные мероприятия налогового контроля и, с учетом письменных возражений, вынесено решение № 1338 от 21.08.2023 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в резолютивной части которого налогоплательщику начислены НДС за 3 квартал 2022 года в сумме 3 194 012 руб. и штраф по п. 3 ст. 122 НК РФ (с учетом ст.ст. 112, 114 НК РФ) в размере 72 424,41 руб.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Челябинской области № 16-07/003723@ от 31.10.2023, вынесенным по результатам рассмотрения жалобы налогоплательщика, оспоренное решение инспекции утверждено.

Не согласившись с вынесенным решением инспекции, налогоплательщик обратился в арбитражный суд.

Исследовав представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного акта закону или иному нормативному правовому акту, а также обстоятельств, послуживших основанием для его вынесения возлагается на орган, принявший этот ненормативный правовой акт (ч. 5 ст. 200 АПК РФ).

Нормой п. 1 ст. 45 НК РФ установлено, что налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах. Обязанность по уплате налога должна быть выполнена в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

Надлежащее исполнение обязанности по уплате налога обеспечивается пенями, рассчитываемыми в соответствии со ст. 75 НК РФ.

В силу п. 1 ст. 122 НК РФ неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налогового правонарушения, предусмотренного ст. 129.3 НК РФ, влечет взыскание штрафа в размере 20% от неуплаченной суммы налога (сбора).

Деяния, предусмотренные п. 1 ст. 122 НК РФ, совершенные умышленно, влекут взыскание штрафа в размере 40% от неуплаченной суммы налога (сбора, страховых взносов) (п. 3 ст. 122 НК РФ).

В соответствии со ст. 146 НК РФ объектом налогообложения по налогу на добавленную стоимость признаются операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации. Сумма налога исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы.

Согласно п. 1 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со ст. 166 НК РФ, на установленные ст. 171 НК РФ налоговые вычеты.

В силу п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога.

В соответствии со ст. 169 НК РФ документом, служащим основанием для принятия предъявленных сумм налога к вычету, является счет-фактура. При этом сведения, содержащиеся в счете-фактуре, предусмотренные п. 5 ст. 169 НК РФ, должны быть достоверны. Счет-фактура подписывается руководителем и главным бухгалтером организации либо иными лицами, уполномоченными на то приказом (иным распорядительным документом) по организации или доверенностью от имени организации.

Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного п.п. 5 и 6 указанной статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Таким образом, налогоплательщик имеет право на осуществление налогового вычета (возмещение) налога на добавленную стоимость при одновременном существовании следующих условий: наличие счета-фактуры, оформленного в соответствии с императивными требованиями ст. 169 НК РФ; принятие товара (работ, услуг) к своему учету на основании первичных учетных документов.

Обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике-покупателе товаров (работ, услуг), поскольку именно он выступает субъектом, применяющим при исчислении итоговой суммы налога, подлежащей уплате в бюджет, вычет сумм налога, начисленных поставщиками.

Исходя из положений гл. 21 НК РФ право на вычет НДС может быть реализовано при условии четкой идентификации реального поставщика товара (работы, услуги).

Предъявляя к вычету НДС по операциям с контрагентом, налогоплательщик должен доказать как факт реального приобретения товара (работ, услуг), так и то, что товары поставлены (работы выполнены, услуги оказаны) непосредственно тем контрагентом, который заявлен в представленных в налоговый орган документах.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 20.02.2001 № 3-П и в определениях от 25.07.01 № 138-О, от 08.04.04 № 168-О и № 169-О, право на возмещение НДС из бюджета предоставлено добросовестным налогоплательщикам для компенсации реально понесенных ими затрат по уплате налога поставщикам товаров (работ, услуг).

Налогоплательщик, использующий указанное право в противоречии с его назначением, то есть злоупотребляющий им, не может рассчитывать на такую же судебную защиту этого права, как добросовестный налогоплательщик.

Избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением налогоплательщика, не совместимым с положениями ст. 3 НК РФ, поскольку приводит к возникновению у лица, обязанного к уплате налога, неоправданного преимущества по сравнению с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

Нормой п. 1 ст. 54.1 НК РФ предусмотрен запрет уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

В соответствии с п. 2 ст. 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных п. 1 указанной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих двух условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Из разъяснений, изложенных в п. 1 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 следует, что представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Документы, представляемые налогоплательщиком в подтверждение налоговых выгод, должны отвечать установленным законом требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые, в том числе налоговые, последствия.

В налоговых правоотношениях недопустима фикция, которая позволяла бы недобросовестным налогоплательщикам с помощью инструментов, используемых в гражданско-правовых отношениях, и искусственной юридической конструкции создавать ситуацию формального наличия права на получение налоговых выгод путем представления документов, оформляющих номинальное движение и реализацию товара (работ, услуг) (в том числе прикрытием получения товара (работ, услуг) неустановленного происхождения от номинального контрагента).

Сделки в обход налогового закона подразумевают действия, имеющие целью сознательное создание налогоплательщиками определенного фактического состава (или же воздержание от его создания) с целью обеспечить по отношению к себе действие одного правового предписания и (или) не допустить действие другого.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (п. 3 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

О необоснованной налоговой выгоде могут также свидетельствовать подтвержденные доказательствами выводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида работ также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился и не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета (п. 5 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

Установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. Судам необходимо учитывать, что налоговая выгода не может рассматриваться в качестве самостоятельной деловой цели. Поэтому если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано (п. 9 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53).

Взаимодействие налогоплательщика с юридическими лицами, которые не осуществляют реальной экономической деятельности, направленное на получение необоснованной налоговой выгоды, может служить основанием для доначисления сумм налогов по результатам налоговой проверки, если такие контрагенты в действительности не имели возможности исполнить сделку перед налогоплательщиком (п. 4 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023).

Из Определений Конституционного Суда Российской Федерации от 08.04.2004 № 169-О, от 04.11.2004 № 324-О, от 16.11.2006 № 467-О следует, что оценка добросовестности налогоплательщика предполагает оценку заключенных им сделок. Заключенные сделки должны не только формально соответствовать законодательству, но и быть реальными, не вступать в противоречие с общим запретом недобросовестного осуществления прав налогоплательщиком.

При обнаружении признаков фиктивности сделок, направленности их на уход от налогов, необходимо выявлять, нет ли в поведении налогоплательщика признаков недобросовестного поведения. Внешним признаком такого поведения может служить, в частности, причинно-следственная зависимость между бездействием поставщика, не уплатившего НДС в бюджет, и требованиями налогоплательщика о возмещении из бюджета средств НДС. Таким образом, НДС от организаций-поставщиков не поступает в федеральный бюджет, а покупатель же требует зачесть НДС, фактически отсутствующий в бюджете.

Соответственно, помимо формальных требований, установленных ст.ст. 169, 171, 172 НК РФ, условием признания налоговой выгоды обоснованной является реальность хозяйственной операции: совершение и исполнение сделки конкретным контрагентом (содержательный аспект сделки) и отражение сделки в соответствии с подлинным экономическом смыслом хозяйственной операции, учет которой обусловливает получение налоговой выгоды.

Таким образом, реальность хозяйственной операции определяется не только фактическим движением товара (оказанием услуг), но и реальностью исполнения договора именно заявленным контрагентом, то есть наличием прямой связи с конкретным контрагентом.

Как указано в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2017 № 302-КГ17-19438 и от 14.12.2017 № 304-КГ17-18401, анализ положений гл. 21 НК РФ в их взаимосвязи позволяет признать, что документальное обоснование права на налоговые вычеты сумм налога на добавленную стоимость, уплаченного контрагентам при приобретении товаров (работ, услуг), возлагается на налогоплательщика. У налогового органа отсутствует обязанность доказывать, какими именно лицами фактически были поставлены товары (выполнены работы, оказаны услуги), поскольку именно общество должно подтвердить реальность хозяйственных операций с конкретным контрагентом, по взаимоотношениям с которым заявлена налоговая выгода.

Основанием для вынесения оспоренного решения послужили выводы инспекции об умышленном создании налогоплательщиком формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды по сделкам поставки товара, при установленной фиктивности и нереальности указанных сделок с заявленным контрагентом.

Так, инспекцией в ходе налоговой проверки установлено, что ООО «ЧЗТА АРМАКОМ» (г. Челябинск) создано 23.07.2020. Основной вид деятельности - «Торговля оптовая неспециализированная» (ОКВЭД 46.90). Среднесписочная численность ООО «ЧЗТА АРМАКОМ» в 2022 году - 9 человек. ООО «ЧЗТА АРМАКОМ» применяет общую систему налогообложения.

В книге покупок (раздел № 8) уточненной налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2022 года ООО «ЧЗТА АРМАКОМ» заявлены налоговые вычеты по счетам-фактурам, полученным от имени: ООО «ПЕГАС» в сумме 3 194 012 руб. (28,15% от всех вычетов в налоговом периоде).

Согласно договору поставки от 10.01.2022 № 1001/2022 ООО «ПЕГАС» (Поставщик) принимает на себя поставку, а ООО «ЧЗТА АРМАКОМ» (Покупатель) -приемку и оплату товара по согласованным спецификациям - приложениям, которые являются неотъемлемой частью договора.

Согласно представленным УПД, в количестве 13 штук, ООО «ЧЗТА АРМАКОМ» у ООО «ПЕГАС» приобретены: задвижки, кран шаровый стальной, отводы, переходы, электроприводы, клапаны запорные, фланцы, шпиндели, устройство распределительное электромагнитное (далее - ТМЦ).

По сведениям ЕГРЮЛ ООО «ПЕГАС» зарегистрировано в качестве юридического лица 25.09.2019 и состоит на налоговом учете в ИФНС России по Калининскому району г. Челябинска.

У ООО «ПЕГАС» отсутствуют недвижимое имущество, земельные участки. Среднесписочная численность ООО «ПЕГАС» за 2019 год - 0 человек, за 2020 год - 2 человека, за 2021 год - 2 человека, за 2022 год - 3 человека.

Руководитель и учредитель ООО «ПЕГАС» ФИО6 в налоговый орган по повесткам для дачи показаний в качестве свидетеля не явилась.

ООО «ПЕГАС» в налоговый орган 25.10.2022 представлена налоговая декларация по НДС за 3 квартал 2022 года с суммой налога к уплате в бюджет.

При этом, ООО «ПЕГАС» в налоговый орган 16.11.2022 представлена уточненная (корректировка № 1) налоговая декларация по НДС за 3 квартал 2022 года с заменой в книге покупок ООО «ГЛАВСТРОЙ» на ООО «ТД МИГ», количество счетов-фактур, их даты и суммы остались неизменными.

Сумма налога к уплате в бюджет за 3 квартал 2022 года минимизирована ООО «Пегас» налоговыми вычетами в объеме 95,25 %.

Источник налогового вычета НДС в бюджете не сформирован.

Контрагенты ООО «ПЕГАС» имеют различные категории рисков, в том числе: не исполняют свои обязательства по представлению налоговой и бухгалтерской отчетности, у них отсутствуют работники и основные средства.

Также отсутствует приобретение ТМЦ, необходимых для реализации в адрес ООО «ПЕГАС».

Кроме того инспекцией установлено, что в адрес основных контрагентов, отраженных ООО «ПЕГАС» в книге покупок уточненной (корректировка № 1) налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2022 года, а именно: ООО «ВЕКТОР», ООО «ТЭК», ООО «ТД МИГ», ООО «ПРОМЕТЕЙ» расчеты спорным контрагентом не производились.

Перечисления установлены только в адрес ООО «ПОЛИГОНСТРОИ» на сумму 350 000 руб. с назначением платежа «Оплата по счету ... за транспортные услуги. В том числе НДС ...».

По результатам анализа товарных и денежных потоков спорного контрагента и контрагентов последующих звеньев по цепочке взаимоотношений инспекцией не установлен закуп спорных материалов.

Обществом в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля представлены ТТН, из которых следует, что перевозка груза осуществлялась транспортными средствами КАМАЗ 4308 водителями ФИО7 и ФИО8

ФИО8, ФИО7 «осуществляющие» перевозку ТМЦ в 3 квартале 2022 года на автомобилях, принадлежащих ООО «ПЕГАС», доход в ООО «ПЕГАС» начинают получать только с ноября, декабря, соответственно, 2022 года.

Также ФИО8, «осуществляя» перевозки в июле и августе 2022 года от имени ООО «ПЕГАС» (г. Челябинск) доход в эти месяцы получал от ООО «СИБИРЬ АВТО ТРАНС» ИНН <***> (г. Ханты-Мансийск).

Кроме того, согласно представленным ТТН, в графе «Пункт погрузки» указан адрес: 454084, <...>, офис 13/8, который является юридическим адресом ООО «ПЕГАС».

Таким образом, ООО «ПЕГАС» не обладало необходимыми ресурсами для поставки спорных ТМЦ.

Кроме того инспекцией установлено, что при визуальном сравнении подписей ФИО6, имеющихся в регистрационном деле ООО «ПЕГАС», с подписями в представленных УПД и договоре поставки от 10.01.2022 № 1001/2022 установлено, что подписи не совпадают.

ООО «ПЕГАС» по взаимоотношениям с ООО «ЧЗТА АРМАКОМ» представлены документы, идентичные документам, представленным ООО «ЧЗТА АРМАКОМ».

Идентичность документов имеет место, поскольку на документах одинаковое расположение печатей, подписей, отверстий от дырокола, пометок.

С возражениями на акт проверки налогоплательщиком представлена объяснительная ФИО9, согласно которой идентичные документы направлены по ошибке. В Инспекцию от имени ООО «ЧЗТА Армаком» и от ООО «ПЕГАС» направлен один и тот же файл ввиду того, что документы контрагентов находились в офисе бухгалтера, а за документами ООО «ЧЗТА Армаком» необходимо было ехать в офис на ФИО10.

Кроме объяснительной к возражениям налогоплательщиком заново представлены документы по взаимоотношениям с ООО «ПЕГАС», которые подписаны уже по доверенности ФИО11

Ранее все документы были подписаны директором ООО «ПЕГАС» ФИО6

Таким образом, после вынесения акта налоговой проверки с указанием на идентичность документов и визуальное несоответствие подписей, Общество произвело замену документов без пояснения причин замены подписанта, что дополнительно свидетельствует о создании формального документооборота.

Согласно выписке о движении денежных средств по расчетным счетам ООО «ПЕГАС» установлено, что денежные средства, поступившие на расчетный счет ООО «ПЕГАС» с расчетного счета ООО «ЧЗТА АРМАКОМ» с 21.04.2022 но 19.12.2022 в сумме 19 884 941.69 руб., с назначением платежа «Оплата за задвижки по счету ...» в дальнейшем перечисляются в адрес:

- индивидуальных предпринимателей с назначением платежа «Оплата за транспортные услуги по маршруту ..., НДС не облагается»,

- ИП ФИО9 с назначением платежа «За бухгалтерские услуги», «За перевозки».

При этом, в ходе контрольных мероприятий инспекцией установлено, что ФИО9 является бухгалтером ООО «ЧЗТА АРМАКОМ», а также оказывала бухгалтерские услуги ООО «ПЕГАС» (по данным расчетного счета контрагента и справок по форме 2-НДФЛ).

Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии самостоятельности в деятельности ООО «ПЕГАС», а также об умышленных действиях Общества в целях получения необоснованной налоговой экономии.

Кроме того, в ходе дополнительных мероприятий налогового контроляустановлены реальные контрагенты-поставщики (ООО «ФОРС ПРОДАКШН», ООО «ЛЕКА», ООО ПК «МЕГАПОЛИС», ООО «Магистральная арматура», ООО «БУДИЯН», ООО «ПКФ «АРМАТУРА КОМПЛЕКТ» и ООО «ГИДРОЭНЕРГОСТРОЙР». ООО «САНТЕХКОМПЛЕКТ»), у которых был приобретен товар, который «поставлен» ООО «ПЕГАС» Обществу.

Налоговым органом при сравнении цен на аналогичный товар, приобретенный ООО «ЧЗТА АРМАКОМ» у ООО «ПЕГАС» и у реальных контрагентов, установлено, что цена на товар по некоторым позициям завышена в несколько раз по сравнению с ценой иных поставщиков.

Например. «Задвижка 30с941нж Ду400 Ру 16» приобретена Обществом у ООО «ПЕГАС» за 300 000 руб., а у ООО «БУДИЯН» за 66 666,67 руб., что составляет увеличение цены в 4,5 раза; «Задвижка стальная 30с964нж Ду600 Рус25» приобретена Обществом у ООО «ПЕГАС» за 522 500 руб., а у ООО «ПКФ «АРМАТУРА КОМПЛЕКТ» и ООО «ГИДРОЭНЕРГОСТРОЙР» за 291 666,67 руб., что составляет увеличение цены в 1,79 раза.

Таким образом, инспекцией установлено, что завышение цен на товары позволило Обществу заявить вычеты по НДС в большем размере и, соответственно, неправомерно уменьшить сумму НДС, подлежащую уплате в бюджет.

Согласно документам, полученным в ходе встречных проверок контрагентов-покупателей, отраженных налогоплательщиком в книге продаж, и контрагентов-поставщиков. отраженных налогоплательщиком в книге покупок, инспекцией установлено, что:

- ряд товарных позиций им не реализованы (задвижка 30с564нж Ду600 Ру25, задвижка 30с964нж Ду200 Ру25 с электроприводом, шпиндель сталь 20X13, задвижка 30с927нж ДУ600 Ру 25),

- ряд товарных позиций реализованы в объеме меньшем, чем приобретены (задвижка 30с41пж Ду5() Ру 16. задвижка 30с41нж Ду80 Ру16, задвижка 30с64иж Ду80 Ру25, задвижка 30с64нж Ду250 Ру25, задвижка 30с64нж Ду200 Ру25, клапан обратный 19с7бпж Ду200 Ру16 с КОФ).

Также установлено, что ряд товарных позиций «приобретены» у ООО «ПЕГАС» в том же количестве, что и у иных поставщиков, и реализованы в том же количестве.

То есть тех ТМЦ, которые приобретены у реальных поставщиков, было достаточно для поставки покупателям, что исключало необходимость их приобретения у спорного контрагента.

Например, кран шаровый стальном КШ.Ц.П Ду25 Ру40, отвод 90 гр. 108x6. отвод 90 гр. 57x6, переход К 720x10-530x10. задвижка 30с964нж Ду500 Ру25, фланец ДуЗОО Ру16. задвижка 30с964нж Ду400 Ру25.

В ходе проведенных допросов инспекцией установлено следующее.

ФИО12 (менеджер) сообщает, что ФИО13 после доставки груза на терминал забирает его, анализирует и сообщает результат анализа менеджерам. Машину от поставщика ООО «ПЕГАС», скорее всего, принимал ФИО13 Менеджер ФИО14 также указал на то, что приемку товара от ООО «ПЕГАС» осуществлял Вадим Лейман. Непосредственно о поставке груза с контрагентами, в том числе с ООО «ПЕГАС», договаривается Вадим Лейман, он с ними созванивается и договаривается о конкретной дате и времени поставки.

При этом ФИО13 в ходе допроса сообщил, что ООО «ПЕГАС» ему не знакомо. И в его обязанности входит забор и доставка продукции, перемещение готовой продукции на склад. Груз при получении он сильно не рассматривает. Иногда доставка товара производится без его участия. ФИО13 не знает от каких поставщиков «приходит» товар.

ООО «ПЕГАС» являлся одним их основных поставщиков для Общества (28% от всех вычетов) проверяемого периода, однако менеджеры на вопрос «назовите основных поставщиков» ООО «ПЕГАС» не называли.

Со слов Шевчука А.А. (руководителя отдела продаж) в обязанности которого входит организация работы отдела (контроль сделок, проведение оперативок, контроль правильности оформления документов, контроль правильности указания цены на реализуемый товар и др.) у ООО «ПЕГАС» приобретали только задвижки ДУ-500, ДУ-400, ДУ-100, ДУ-80. Как появилось ООО «ПЕГАС» в качестве поставщика, ответить затруднился.

Согласно представленным ООО «ЧЗТА АРМАКОМ» УПД у ООО «ПЕГАС» кроме названных Шевчуком А.А. задвижек были приобретены также задвижки ДУ-800, ДУ-600, ДУ-300, ДУ-250, ДУ-200, ДУ-50, кран шаровый стальной, отводы, переходы, электроприводы, фланцы, клапаны запорные, шпинделя стальные, устройство распределительное электромагнитное для гидропривода в комплекте.

Со слов руководителя Общества ФИО15 поиском контрагентов занимаются менеджеры, однако сами менеджеры (кроме ФИО12 – ему контакт дал кто-то из коллег) и руководитель отдела продаж сообщили, что контакты ООО «ПЕГАС» им дал сам ФИО15.

При этом, менеджер Общества ФИО12 (протокол допроса от 02.02.2023) и руководитель отдела продаж Общества ФИО14 (протокол допроса от 02.02.2023) в ходе допросов подтвердили, что чаще всего Общество закупает продукцию с хранения («лежак»), то есть которая была на хранении на каком-то предприятии и в дальнейшем была распродана разным организациям. Такая продукция могла лежать в резерве 20-30 лет. Возможно, продукцию, поставляемую ООО «ПЕГАС», приобрели на сайте «Арматурка», на котором выставляются предложения о продаже, в т.ч. задвижек и от физических лиц.

Следовательно, в ходе проверки инспекцией установлено, что фактически спорные ТМЦ ООО «ЧЗТА АРМАКОМ» не приобретались у ООО «ПЕГАС».

В ходе налоговый проверки, для составления товарного баланса и подтверждения реальности сделок в адрес ООО ЧЗТА Армаком» направлено требование № 08/А/АЦ/3738 о представлении документов (информации), а именно: Договоры с приложениями и спецификациями, заключенные с поставщиками и действующие в период с 01.07.2022 по 30.09.2022; Договоры с приложениями и спецификациями, заключенные с покупателями и действующие в период с 01.07.2022 по 30.09.2022; Счета-фактуры (УПД), отраженные в книге покупок за период с 01.07.2022 по 30.09.2022; Счета-фактуры (УПД), отраженные в книге продаж за период с 01.07.2022 по 30.09.2022; Документы, подтверждающие приобретение и принятие к учету товаров, работ, услуг (товарные накладные, акты выполненных работ, услуг, приходные ордера, акты ввода в эксплуатацию основных средств) к счетам-фактурам, отраженные в книге покупок и продаж в период с 01.07.2022 по 30.09.2022; Товаросопроводительные документы и путевые листы, подтверждающие доставку товара до места складирования в отношении счетов-фактур, зарегистрированных в книге покупок и продаж в период с 01.07.2022 по 30.09.2022; Оборотно-сальдовые ведомости по счетам 19, 60, 62, 67, 76, 66 по субсчетам в разрезе контрагентов за период с 01.07.2022 по 30.09.2022; Карточки сч. 10, 41 по товарам, приобретенным в период с 01.07.2022 по 30.09.2022; Карточки сч. 10, 41 на реализацию товара приобретенного в период с 01.07.2022 по 30.09.2022, в случае, если товар был реализован в последующих периодах – предоставить карточки счета за те периоды, в котором был реализован; Акт сверки ООО «ЧЗТА Армаком» с ООО «ПЕГАС» за период с 01.07.2022 по 30.04.2023; Акт сверки ООО «ЧЗТА Армаком» с ООО «ЧЕЛКАМАВТО» ИНН7430034639 за период с 01.07.2022 по 30.04.2023.

В ответ на указанное требование Обществом в подавляющем большинстве документы не были представлены.

Кроме того, Обществу предлагалось раскрыть реальных поставщиков, но руководитель ООО «ЧЗТА Армаком» настаивал на реальности взаимоотношений с ООО «ПЕГАС».

По результатам проверки инспекцией сделан вывод о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Арбитражный суд признает данный вывод инспекции правомерным.

В рассматриваемом случае, установленные инспекцией обстоятельства и собранные доказательства подтверждают направленность действий налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды.

Так, в ходе налоговой проверки инспекцией установлено, что:

- спорный контрагент, заявляемый налогоплательщиком в качестве исполнителя сделок (поставки товара) не имел реальной возможности их осуществления, поскольку обладает всеми признаками «номинальных» структур (с учетом отсутствия у организации материальных активов и соответствующего персонала, несения расходов в целях осуществления реальной предпринимательской деятельности, складских помещений для хранения значительного количества товара, отсутствия доказательств использования им привлеченных ресурсов),

- осуществлялись операции преимущественно с контрагентом, не исполняющим своих налоговых обязательств, у которого отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей исполнения сделок,

- отсутствует источник возмещения НДС из бюджета,

- инспекцией не установлен источник происхождения товара и у спорного контрагента отсутствуют документы, подтверждающие наличие реальных возможностей поставки товара для его последующей реализации налогоплательщику,

- отсутствовала реальность заявленного в первичных документах товара, сопровождающаяся «задвоением» товарного потока в виде наличия реального потока товара от реальных поставщиков и искусственным документальным формированием нереального потока товара с участием спорного контрагента без его встраивания в цепочку реальных сделок,

- имелись полученные свидетельские показания, в том числе работников налогоплательщика, опровергающие какое-либо участие спорного контрагента в заявленных сделках, при активном участии в них самого налогоплательщика,

- интересы налогоплательщика и спорного контрагента в налоговых органах представляло одно и тоже лицо (бухгалтер),

- отсутствовали разумные экономические (за исключением необоснованной налоговой выгоды) и организационные причины вовлечения в спорные сделки формально участвовавших посредников.

В данном случае, инспекций собраны достаточные доказательства, свидетельствующие о том, что заявленный контрагент не имел реальной возможности исполнить сделки, что подтверждается установленными инспекцией в ходе налоговой проверки обстоятельствами, соответственно представленные налогоплательщиком первичные документы содержат недостоверные сведения относительно взаимоотношений со спорным контрагентом.

Инспекцией верно отмечено, что с учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, единственной целью налогоплательщика при фиктивном документальном оформлении отношений со спорным контрагентом являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а получение налоговой экономии в виде необоснованного получения вычетов по НДС.

Также следует учитывать и то, что инспекцией установлены обстоятельства, дающие основания полагать, что экономический источник вычета (возмещения) НДС, сформированной организациями, участвовавшими в транзитном перечислении денежных средств, в бюджете не создан, поскольку за незначительным налоговым бременем спорных контрагентов стоял вывод денежных средств по фиктивным документам путем согласованных действий, а не реальная экономическая деятельность, что не позволяет налогоплательщику претендовать на получение налоговой выгоды.

Изложенное, в совокупности с умышленным созданием налогоплательщиком формального документооборота свидетельствует об отсутствии у налогоплательщика реальной деловой цели в совершении спорных сделок и налоговая цель в данном случае очевидно превалировала над экономической.

Действия, связанные с искусственным введением в систему договорных отношений спорного контрагента, не обусловлены разумными экономическими причинами и фактически лишь имитируют, посредством умышленного создания формального документооборота, хозяйственные операции.

При этом, инспекцией не только приведены внешние характеристики спорного контрагента, указывающие на сомнения в ведении им реальной предпринимательской деятельности по поставке товара, но и подтверждена совокупностью собранных в ходе налоговой проверки доказательств противоречивость представленных налогоплательщиком документов с очевидностью этого для него.

О правомерности позиции инспекции также свидетельствует и установленные налоговой проверкой обстоятельства того, что:

- после вынесения акта налоговой проверки с указанием на идентичность документов и визуальное несоответствие подписей, налогоплательщиком представлялся иной пакет первичных документов с заменой их подписанта без изменения других данных,

- работник налогоплательщика (бухгалтер) одновременно оказывал бухгалтерские услуги спорному контрагенту,

- спорным контрагентом в налоговой отчетности производилась замена данных относительно своих контрагентов без изменения количества счетов-фактур, их дат и сумм,

- перечисленные налогоплательщиком в адрес спорного контрагента денежные средства по сделкам в последующем частично перечислялись спорным контрагентом работнику налогоплательщика за бухгалтерские услуги,

- работниками налогоплательщика в ходе допросов подтверждено, что в подавляющем большинстве налогоплательщиком приобретался товар с хранения (то есть товар, находящийся на хранении на различных предприятиях в резерве на 20-30 лет) либо неучтенный посредством интернет ресурсов по предложениям от физических лиц.

Установленными в ходе налоговой проверки обстоятельствами и собранными инспекцией доказательствами подтверждается, что неполная уплата налога явилась следствием реализации налогоплательщиком схемы создания «искусственной» ситуации, при которой спорные сделки формально соответствуют требованиям закона, но фактически направлены исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды.

В ходе налоговой проверки инспекцией собраны доказательства, свидетельствующие о нереальности финансово-хозяйственных взаимоотношений налогоплательщика с заявленным контрагентом, а также о том, что спорный контрагент умышленно включен налогоплательщиком в «цепочку» контрагентов с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

При указанных обстоятельствах инспекция обоснованно посчитала, что налогоплательщик знал об оформлении и принятии к учету первичных документов от имени спорного контрагента, отражающих несуществующие хозяйственные операции.

Включая в документооборот формально составленные первичные документы от имени контрагента, реальность взаимоотношений с которым не подтверждена и которой в действительности не имело места, претендуя при этом на незаконную минимизацию налоговых обязанностей, налогоплательщик понимал и осознавал противоправный характер своих действий, сознательно допускал наступление вредных последствий таких действий, исключительно в целях уклонения от исполнения налоговых обязательств в виде непоступления налогов в бюджет.

С учетом установленных в ходе налоговой проверки обстоятельств, деяния налогоплательщика правомерно квалифицированы по п. 3 ст. 122 НК РФ, как совершенные с умыслом.

Следовательно, при наличии умысла на совершение налогового правонарушения, доводы налогоплательщика о проявлении им должной степени осмотрительности при выборе спорного контрагента не могут быть приняты судом во внимание.

Если цель уменьшения налоговой обязанности за счет организации формального документооборота с участием «технических» компаний преследовалась непосредственно самим налогоплательщиком или, по крайней мере, при известности налогоплательщику об обстоятельствах, характеризующих его контрагента как «техническую» компанию, применение расчетного способа определения налоговой обязанности не отвечает предназначению данного института, по сути уравнивая в налоговых последствиях субъектов, чье поведение и положение со всей очевидностью не является одинаковым: налогоплательщиков, допустивших причинение потерь казне для получения собственной налоговой выгоды и налогоплательщиков, не обеспечивших должное документальное подтверждение осуществленных ими операций (п. 39 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2021), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.11.2021).

Взаимодействие налогоплательщика с юридическими лицами, которые не осуществляют реальной экономической деятельности, направленное на получение необоснованной налоговой выгоды, может служить основанием для доначисления сумм налогов по результатам налоговой проверки, если такие контрагенты в действительности не имели возможности исполнить сделку перед налогоплательщиком (п. 4 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023).

В данном случае, поскольку в отношении спорного контрагента налогоплательщиком умышленно создан формальный документооборот, не сопровождающийся реальным исполнением и налогоплательщик не получил какого-либо предоставления по сделкам, оформленным от имени спорного контрагента, следует заключить об отсутствии у заявленных хозяйственных операций признака реальности.

С учетом изложенного, произвольного завышения сумм налога и штрафа, начисленных по результатам проверки, инспекцией не допущено.

Ссылки налогоплательщика на отдельные факты, свидетельствующие, по его мнению, о реальной хозяйственной деятельности спорного контрагента (как то показания нескольких свидетелей, незначительные перечисления денежных средств) подлежат отклонению, поскольку указанные факты носят единичный и непродолжительный характер, не соотносятся с заявленными хозяйственными операциями, осуществлены лишь для создания видимости реальной деятельности, что, как правило, свидетельствует об использовании реквизитов и расчетных счетов таких организаций для обналичивания денежных средств.

При этом, относительно нотариально заверенных показаний ФИО11 следует отметить, что в соответствии со ст. 80 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус лишь удостоверяет, что подпись на документе сделана определенным лицом, но не удостоверяет факты, изложенные в документе, что исключает возможность признания данных доказательств, в качестве опровергающих доводы инспекции.

Доводы налогоплательщика о том, что инспекцией в ходе налоговой проверки не проведены исчерпывающие мероприятия налогового контроля (не проведены надлежащие осмотры и не допрошено достаточное количество свидетелей), указанных выше выводов инспекции, основанных на всей совокупности добытых в ходе налоговой проверки доказательств, не опровергает.

Ссылка налогоплательщика на то, что инспекция не вправе оценивать экономическую целесообразность принимаемых хозяйствующими субъектами решений не принимается, поскольку это имеет правовое значение лишь в том случае, если по результатам налоговой проверки не установлены обстоятельства, свидетельствующие о необоснованности получения налоговой выгоды.

В обратном случае, инспекция вправе оценивать действия налогоплательщика, в том числе, и на предмет наличия разумных экономических причин и намерений получить реальный экономический эффект в результате реальной предпринимательской деятельности, как правомочная при таких обстоятельствах оценивать обоснованность получения налоговой выгоды.

Довод налогоплательщика о реальности взаимоотношений со спорным контрагентом не соответствуют совокупности установленных инспекцией в ходе налоговой проверки обстоятельств, а потому не может быть принят судом во внимание.

С учетом установленных налоговой проверкой обстоятельств, само по себе представление закупочных актов, оборотно-сальдовой ведомости, договора поставки трубопроводной арматуры с универсальными передаточными документами не может подтверждать реальность взаимоотношений с заявленным контрагентом, поскольку создание налогоплательщиком формального документооборота при фактическом отсутствии тех хозяйственных операций, в отношении которых налогоплательщик претендует на получение налоговой выгоды, является основанием для признания такой налоговой выгоды как необоснованной.

При этом, представленные налогоплательщиком документы не подтверждают факт осуществления реальных хозяйственных операций налогоплательщика со спорным контрагентом, следовательно, не могут служить основанием для получения права на налоговый вычет по НДС по сделкам, оформленным от имени спорного контрагента.

Ссылка налогоплательщика на несоставление инспекцией товарного баланса не влияет на выводы инспекции о неправомерности включения налогоплательщиком в состав налоговых вычетов по НДС, заявленных от спорного контрагента.

Также отклоняется довод, что налогоплательщик выполнил все установленные ст.ст. 169, 171, 172 НК РФ требования, поскольку само по себе оформление операций со спорным контрагентом в учете налогоплательщика не опровергает выводов инспекции, а подтверждает лишь выполнение обязанностей по формальному учету этих хозяйственных операций.

Перечисленные выше обстоятельства, касающиеся условий и обстоятельств исполнения заявленных сделок, информации, полученной инспекцией, оцениваются судом в их совокупности и взаимосвязи, и свидетельствуют о создании налогоплательщиком в результате формального документооборота ситуации, позволяющей получить налоговые выгоды вне связи с реальной предпринимательской (иной экономической) деятельностью.

В целом возражения налогоплательщика не опровергают фактические обстоятельства, установленные в ходе налоговой проверки, а по сути, представляют собой собственную трактовку этих обстоятельств, основанную исключительно на обобщенном мнении о недоказанности недобросовестности действий налогоплательщика. При этом, налогоплательщик игнорирует полученные инспекцией доказательства, свидетельствующие об отсутствии хозяйственных операций со спорным контрагентом, признака реальности и об участии налогоплательщика в создании формального документооборота в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

Доводы налогоплательщика сводятся к опровержению отдельных доказательств, полученных инспекцией, тогда как в основу оспоренного решения положена достаточная совокупность таких доказательств в их тесной взаимосвязи. Наличие налоговых претензий со стороны инспекции обусловливается достаточной совокупностью доказательств совершения налогового правонарушения, добываемой в рамках мероприятий налогового контроля. Как указано выше, в настоящем деле таковая совокупность доказательств инспекцией представлена.

Признание судом налоговой выгоды необоснованной влечет отказ в удовлетворении требований налогоплательщиков, связанных с ее получением.

С учетом изложенного, оснований для признания недействительным оспоренного решения инспекции у арбитражного суда не имеется.

Отсутствие совокупности условий для признания оспоренного ненормативного акта инспекции недействительным, исключает возможность удовлетворения заявленных требований.

Согласно ст. 112 АПК РФ вопросы распределения судебных расходов, к которым в соответствии со ст. 101 АПК РФ относится государственная пошлина, разрешаются арбитражным судом, рассматривающим дело, в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу.

Учитывая принятие судебного акта не в пользу налогоплательщика, судебные расходы по оплате государственной пошлины относятся на налогоплательщика.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Челябинской области.


Судья А.П. Свечников