Постановление от 29 октября 2021 г. по делу № А12-42984/2019

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А12-42984/2019
г. Саратов
29 октября 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена «28» октября 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен «29» октября 2021 года.


Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Грабко О.В.,

судей Батыршиной Г.М., Пузиной Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием систем видеоконференцсвязи с Арбитражным судом Волгоградской области секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «АТП №1» (400002, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>)

на определение Арбитражного суда Волгоградской области от 19 августа 2021 года по делу № А12-42984/2019 (судья Санин А.С.)

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «АТП №1» о признании сделки между должником и ФИО2 недействительной

в рамках дела о признании ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., место рождения: г. Краснодар, место жительства: <...>, ИНН <***>, СНИЛС <***>) несостоятельным (банкротом),

При участии в судебном заседании Арбитражного суда Волгоградской области: представителя общества с ограниченной ответственностью «АТП №1» – ФИО4, действующей на основании доверенности от 29.06.2019.



УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражным судом Волгоградской области от 06.02.2020 (резолютивная часть судебного акта оглашена 31.01.2020) ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО5

18.03.2021 в суд поступило заявление кредитора общества с ограниченной ответственностью «АТП №1» в котором просил признать недействительной сделку - договор дарения квартиры от 22.12.2018 (дата государственной регистрации 27.12.2018) заключенный между ФИО3 (даритель) и ФИО2 (одаряемый). Применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника квартиры, общей площадью 33,5 кв.м, с кадастровым номером 34:34:000000:24996, расположенной по адресу:400087, <...> д, 18А, кв. 143.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 19 августа 2021 в удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «АТП №1 отказано.

Общество с ограниченной ответственностью «АТП №1» не согласилось с принятым судебным актом и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявление в полном объеме.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что на дату заключения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности; сделка совершена с целью вывода активов должника перед процедурой банкротства.

ФИО3 возражает против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, по основаниям, изложенным в отзыве на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных лиц.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд апелляционной инстанции находит, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из заявления кредитора, в собственности у должника имелась квартира общей площадью 33,5 кв.м, с кадастровым номером 34:34:000000:24996, расположенная по адресу: 400087, <...> д, 18А, кв. 143, приобретенная по договору купли-продажи от 23.03.2017.

22.12.2018 между ФИО3 (даритель) и ФИО2 (одаряемая) был заключен договор дарения в соответствии с условиями которого должник подарил (безвозмездно передал) в пользу ФИО2 квартиру, общей площадью 33,5 кв.м, с кадастровым номером 34:34:000000:24996, расположенную по адресу:400087, <...> д, 18А, кв. 143.

Кредитор, полагая, что данная сделка (договор дарения) является недействительной по п.2 ст.61.2. Закона о банкротстве, поскольку в результате совершения подозрительной сделки из состава конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущество, чем был причинен вред кредиторам. Кроме того заявитель ссылается на аффилированность сторон и безвозмездность, что по своей сути образует презумпции цели причинения вреда.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из того, что истцом не доказана совокупность условий, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания спорной сделки недействительной, должник на момент совершения сделки не отвечал признакам неплатёжеспособности должника, у должника не было установленных кредиторов.

Так суд первой инстанции, в обоснование своей позиции, указал, что сам факт совершения должником ДТП и причинения им вреда кредитору не может, по мнению суда, подтверждать факт и тем более объем причиненного материального ущерба. Претензия по оплате материального ущерба от ООО «АТП№1» в адрес ФИО3 была направлена лишь 02.04.2019 г. Кроме того, в рамках дела №2-16/2020 были назначены первая и повторная экспертизы, с целью определения суммы ущерба. Также итоговая сумма ущерба составляет 348 500 руб., что существенно менее ценза, установленного положениями ст. 33 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.2002 «О несостоятельности (банкротстве)». Данные обстоятельства, по мнению суда первой инстанции, указывают на тот факт, что ФИО3 по состоянию на момент совершения обжалуемой сделки не отвечал признакам несостоятельности (банкротства).

Суд апелляционной инстанции считает позицию суда первой инстанции неправомерной и необоснованной.

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 32 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном законе.

Как следует из разъяснений, данных в п. 8 и 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" сделки, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании п. 1 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", но могут оспариваться на основании п. 2 указанной статьи.

В порядке главы III.1 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в силу п. 1 ст. 61.1 данного закона) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным указанным законом (ст. 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации или законодательством о юридических лицах).

Согласно п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Как указано в разъяснениях, данных в п. 5, 6, 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", п. 2 ст. 61.2 указанного закона предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества. Согласно абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в ст. 2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)". Для целей применения содержащихся в абз. 2 - 5 п. 2 ст. 61.2 данного закона презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в ст. 3 и 6 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 данного закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Судом апелляционной инстанции установлено, что оспариваемый договор дарения совершен 22.12.2018 (дата регистрации – 27.12.2018), заявление о признании должника банкротом принято к производству 05.12.2019 , что подпадает под признаки п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве.

Как указал суд первой инстанции и ответчик – ФИО3 в своем отзыве, сам факт совершения ДТП не может подтверждать факт и тем более объем причиненного материального ущерба. Претензия по оплате материального ущерба от ООО «АТП№1» в адрес ФИО3 была направлена лишь 02.04.2019 г., а решение Советского районного суда г. Волгограда по делу №2-16/2020 вынесено лишь 28.05.2020 г.

Однако данные выводы суда не соответствуют действительным обстоятельствам дела.

Проанализировав представленные в материалы дела доказательства в соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционным судом установлено, что в период совершения оспариваемой сделки, должник отвечал признакам неплатежеспособности, имея возникшие и неисполненные обязательства перед ООО «АТП№1».

Как следует из заявления ООО «АТП№1» и подтверждается решением Советского районного суда города Волгограда по делу Дело №2-16/2020 ООО «АТП №1» на праве собственности принадлежит автомобиль Chery Tiggo 3, государственный регистрационный номер <***>.

Между истцом и ответчиком до совершения оспариваемой сделки был заключен договор аренды легкового автомобиля от 17.11.2018 г., согласно которому ООО «АТП №1» передало, а ФИО3 принял в аренду автомобиль Chery Tiggo 3, государственный регистрационный номер <***> что подтверждается актом приема-передачи автомобиля от 17.11.2018 г.

В этот же день 17.11.2018 г. произошло дорожно-транспортное происшествие (ДТП) с участием автомобиля Chery Tiggo 3, государственный регистрационный номер <***> под управлением ФИО3 Виновным в ДТП признан ФИО3

Как следует из материалов дела, автомобиль под управлением ФИО3 на полном ходу врезался в дерево стоящее на обочине. В результате ДТП автомобиль Chery Tiggo 3, государственный регистрационный номер <***> получил серьезные механические повреждения. В связи с тем, что автомобиль находился на гарантии для определения размера восстановительных расходов поврежденного транспортного средства истец обратился к дилеру ООО «Автомастер» для определения стоимости ремонта. Стоимость ремонта автомобиля Chery Tiggo 3, государственный регистрационный номер <***> составила 631 858 руб. 02.04.2019 г. ответчику была отправлена претензия.

Таким образом, вопреки доводам ответчика и выводам суда первой инстанции, как видно из судебного акта, на момент заключения оспариваемой сделки - 22.12.2018 (дата государственной регистрации - 19.12.2016) у должника уже имелись денежные обязательства перед ООО «АТП №1» возникшие в следствии причинения вреда арендованному автомобилю.

Вывод суда первой инстанции о том, что на момент совершения вышеуказанной сделки, сумма ущерба не была определена сторонами, не может являться основанием для отказа в признании сделки недействительной, поскольку ФИО3 безусловно понимал и осознавал, что попав 17.11.18г. по своей вине в серьезное ДТП с участием автомобиля Chery Tiggo 3, принадлежавшем ООО «АТП №1», у него возникли денежные обязательства перед ООО «АТП №1» в виде убытков по восстановительному ремонту автомобиля, том числе и в виде упущенной выгоды.

Приходя к такому выводу, суд апелляционной инстанции учитывает, что должник ФИО3 являлся и является взрослым дееспособным человеком, водителем, то есть лицом, допущенным к управлению транспортным средством – источником повышенной опасности, как после ДТП, так и на дату совершения оспариваемой сделки – дарения квартиры, ФИО3 мог самостоятельно, в том числе и с применением компьютерной техники, Интернета, а также с помощью независимого оценщика оценить причиненный им в результате ДТП ущерб в виде стоимости восстановительного ремонта, который только предварительным оценкам исчислялся в нескольких сотнях тысяч рублей.

Поскольку автомашина Chery Tiggo 3, принадлежавшая ООО «АТП №1» и поврежденная по вине ФИО3, находилась у ФИО3 в аренде, он безусловно понимал, что поврежденная после ДТП автомашина без проведения соответствующего дорогостоящего ремонта не сможет быть использована ООО «АТП №1» по назначению и передана в аренду другим лицам, то ООО «АТП №1» понесет еще убытки в виде упущенной выгоды. При этом зная о размере арендной платы, ФИО3 сам мог самостоятельно рассчитать размер упущенной кредитором выгоды, который в итоге составил 1 341 000 руб.

Тот факт, что претензия по оплате материального ущерба от ООО «АТП №1» в адрес ФИО3 была направлена лишь 02.04.2019 г. не свидетельствует о том, что должник не знал о существующих обязательствах перед ООО «АТП №1». До момента направления претензии между должником и кредитором велись переговоры об урегулировании вопроса мирным путем.

Оценивая указанные выше обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что ФИО3 понимая, что ему придётся возмещать ООО «АТП №1» причиненный им ущерб в итоге оцениваемый на сумму более полутора миллионов рублей и, не желая рассчитываться с кредитором, решил вывести ликвидное имущество в виде спорной квартиры из конкурсной массы, с целью исключения обращения на нее взыскания со стороны ООО «АТП №1». В результате чего им и была заключена спорная сделка. Иного имущества у должника достаточного для расчетов с кредиторами не имеется.

Как установлено апелляционным судом, до настоящего времени должником обязательства перед ООО «АТП №1» не погашены.

Таким образом, в результате совершения оспариваемого договора дарения был причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку безвозмездное отчуждение имущества должника приводит к частичной или полной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В настоящий момент требования ООО «АТП №1» включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 в размере 1 341 000 руб. убытки, 348 500 руб. материального ущерба, 7 500 руб. услуги эвакуатора.

Также судом апелляционной инстанции установлено, что в рассматриваемом случае одаряемая ФИО2 приходится матерью должнику - ФИО3

В соответствии с п. 3 ст. 19 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" заинтересованными лицам по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

С учетом установленных обстоятельств апелляционный суд приходит к выводу о том, что ФИО2 действуя добросовестно и разумно, ввиду факта близкого родства знала или должна была знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности и наличия значительного объема неисполненных обязательств перед внешними кредиторами.

Доказательств, опровергающих данные обстоятельства (с учетом распределения бремени доказывания, определенного в п. 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"), в материалы дела не представлено.

Таким образом, судом апелляционной инстанции установлено, что оспариваемая сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, в результате её совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, при этом, ФИО2 должна была быть осведомлена о неисполненных обязательств должника, в связи с чем, сделка подлежит признанию недействительными по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Верховный Суд Российской Федерации неоднократно высказывал правовую позицию, согласно которой сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) также не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (определения от 01.10.2020 N 305-ЭС19-20861(4) по делу N А40-158539/2016, от 30.05.2019 N 305-ЭС19-924(1,2) по делу N А41-97272/2015).

Полномочиями по оценке доказательств наделены суды первой и апелляционной инстанций. В силу части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств, при оценке которых он руководствуется правилами статей 67 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств.

В абзаце 4 пункта 4 Постановления N 63 разъяснено, что наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

На возможность оспаривания сделок по основаниям, предусмотренным в Гражданском кодексе Российской Федерации, также указано в пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценив поведение сторон сделки (фактически аффилированных) и их волеизъявление на заключение договора дарения квартиры на момент существующих денежных обязательств у ФИО3, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о заключении договора с целью предотвращения обращения взыскания на ликвидное имущество.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела документы в соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу об отсутствии должных доказательств в обоснование возражений заявителя с учетом установленных фактических обстоятельств.

В данном случае обстоятельств, указывающих о совершении обычной внутрисемейной сделки также не усматривается.

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных денежных обязательств, указывающих на возникновение у должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить свою мать (ФИО2) не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника (Определение Верховного Суда РФ от 22.07.2019 N 308-ЭС19-4372 по делу N А53-15496/2017, Определении Верховного Суда РФ от 12.03.2019 N 305-ЭС17-11710 (4) и Определении Верховного Суда РФ от 30.05.2019 N 305-ЭС19-924(1,2)).

Таким образом, должник произвел безвозмездное отчуждение недвижимости в пользу своей матери в целях предотвращения возможного обращения взыскания на эту недвижимость в процедурах банкротства; совершение данной сделки привело к невозможности наиболее полного удовлетворения требований кредиторов должника, что свидетельствует о причинении договором дарения вреда кредиторам должника.

Таким образом указанная сделка подпадает под признаки ничтожности и квалифицируется апелляционным судом также по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы должника о том, что спорная сделка не может быть признана недействительной, так как спорная квартира является единственным пригодным жильем и на нее распространяется исполнительский иммунитет, отклоняются судом апелляционной инстанции.

Как видно из материалов дела должник ФИО3 состоит в браке с Николаенко ГЛ., дата заключения брака 15.03.2014г.

Согласно данным из ЕГРН квартира, расположенная по адресу: 400050, <...>, в которой зарегистрирован и проживает должник, принадлежит на праве собственности супруге должника - ФИО6

Квартира, расположенная по адресу: <...>, приобретена с использованием средств материнского капитала, и в силу федерального закона № 265-ФЗ от 29.12.2006 года «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», данное имущество является общей собственностью супругов ФИО6, ФИО3 и их детей.

Верховный суд Российской Федерации в Обзоре судебной практики по делам, связанным с реализацией права на материнский капитал, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.06.2016 пояснил, что в силу части 4 статьи 10 Федерального закона № 256-ФЗ от 29.12.2006 года «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» - жилье, купленное с помощью средств материнского капитала, оформляется в общую собственность родителей и детей, где размер доли каждого должен быть определен по соглашению. А значит, это специальная норма, в которой обозначен круг субъектов, в чью собственность поступает такое жилье. К таким субъектам закон относит родителей и детей. Этой же нормой установлен возникающий у данных субъектов вид собственности на приобретенное жилье — общая долевая.

Таким образом, квартира, расположенная по адресу: <...> д. 18А, кв. 143, право собственности на которую перешло 22.12.2018 по договору дарения на ФИО2, не является единственным жильем ФИО3 и при признании сделки по договору дарения от 22.12.2018 недействительной, она может быть возвращена в конкурсную массу должника для удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Статья 61.6 Закона о банкротстве также предусматривает последствия признания сделки недействительной, в частности, пунктом 1 данной настоящей статьи установлено, что все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

Поскольку в данном случае недействительной сделкой является безвозмездный договор дарения, у суда апелляционной инстанции имеются основания для применения односторонней реституции.

Схожие выводы по аналогичному спору изложены в Постановлении Арбитражного суда Центрального округа от 22.01.2020 N Ф10-5491/2018 по делу N А64-19/2018.

На основании изложенного, обжалуемое определение подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «АТП №1».

Судебные расходы в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию со стороны, не в пользу которой принят судебный акт.

Руководствуясь статьями 268 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Волгоградской области от 19 августа 2021 года по делу № А12-42984/2019 отменить. Принять новый судебный акт.

Заявление общества с ограниченной ответственностью «АТП №1» о признании недействительным договора дарения от 22 декабря 2018 года заключенного между ФИО3 и ФИО2 по безвозмездному отчуждению квартиры, общей площадью 33,5 кв.м, с кадастровым номером 34:34:000000:24996, расположенной по адресу:400087, <...> д, 18А, кв. 143 и применении последствий недействительности сделки, удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения от 22 декабря 2018 года заключенный между ФИО3 и ФИО2 по безвозмездному отчуждению квартиры, общей площадью 33,5 кв.м, с кадастровым номером 34:34:000000:24996, расположенной по адресу:400087, <...> д, 18А, кв. 143.

Применить последствия недействительности сделки.

Обязать ФИО2 возвратить в конкурсную массу ФИО3 квартиру, общей площадью 33,5 кв.м, с кадастровым номером 34:34:000000:24996, расположенной по адресу:400087, <...> д, 18А, кв. 143.

Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью «АТП №1» государственную пошлину за рассмотрение заявления в суде первой инстанции в размере 6000 рублей, государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3000 руб.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объёме через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий О.В. Грабко





Судьи Г.М. Батыршина





Е.В. Пузина