Решение от 30 июля 2019 г. по делу № А60-22943/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ

620075 г. Екатеринбург, ул. Шарташская, д.4,

www.ekaterinburg.arbitr.ru e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А60-22943/2019
30 июля 2019 года
г. Екатеринбург


Резолютивная часть решения объявлена 24 июля 2019 года

Полный текст решения изготовлен 30 июля 2019 года.

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи И.В. Чураков при ведении протокола судебного заседания помощником судьи И.А. Малышкиной, рассмотрел в судебном заседании дело по иску ООО ТПК "ЯРОСЛАВИЯ"(ИНН <***>) к ООО "ПКФ "ГЕОРЕСУРС"(ИНН <***>) о признании сделок недействительными,

при участии в судебном заседании

от истца: ФИО1, представитель по доверенности,

от ответчика: не явился, извещен.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда.

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов суду, ходатайств не заявлено.

Ходатайство истца об истребовании доказательств оставлено без удовлетворения за отсутствием основании (ст. 66 АПК РФ).

Истец просит признать недействительными договор поставки № 10/014 от 14.10.2014 года, составленный между ООО «ТПК Ярославия» и ООО «ПКФ «Георесурс», а также документы о его формальном исполнении: спецификации № 1, № 2 к договору поставки № 10/014 от 14.10.2014 года, товарные накладные и счета-фактуры № 935 от 26.11.2014 года; № 975 от 31.12.2014 года; № 553 от 27.04.2015 года; Применить последствия признания недействительными договора поставки № 10/014 от 14.10.2014 года, составленного между ООО«ТПК Ярославия» и ООО «ПКФ «Георесурс», а также документов о его формальном исполнении: спецификации № 1, № 2 к договору поставки № 10/014 от 14.10.2014 года, товарные накладные и счета-фактуры № 935 от 26.11.2014 года; № 975 от 31.12.2014 года; № 553 от 27.04.2015 года;

Признать недействительными договор поставки № 08/015 от 05.08.2015 года, составленный между ООО «ТПК Ярославия» и ООО «ПКФ «Георесурс», а также документы о ,его формальном исполнении: спецификации № 1, № 2, № 3, № 4 к договору поставки № 08/015 от 05.08.2015 года, товарные накладные и счета-фактуры № 844 от 26.08.2015 года, № 898 от 22.09.2015 года, № 919 от 28.09.2015 года, № 14 от 14.01.2016 года; Применить последствия признания недействительными договора поставки № 08/015 от 05.08.2015 года, составленного между ООО «ТПК Ярославия» и ООО «ПКФ «Георесурс», а также документов о его формальном исполнении: спецификации № 1, № 2, № 3, № 4 к договору поставки № 08/015 от 05.08.2015 года, товарные накладные и счета-фактуры № 844 от 26.08.2015 года, № 898 от 22.09.2015 года, № 919 от 28.09.2015 года, № 14 от 14.01.2016 года.

Ответчик возражает по отзыву.

Рассмотрев материалы дела, суд

УСТАНОВИЛ:

ООО «ТПК Ярославия» полагает, что договор поставки № 10/014 от 14.10.2014 года, договор поставки № 08/015 от 05.08.2015 года, а также документы в рамках их исполнения представляют формальный документооборот, составленный с целью противоправного хищения денежных средств общества, в отсутствие реального исполнения и как следствие наступления соответствующих правовых последствий.

По мнению истца, формальный характер договоров поставки следует из не соответствия их условий стандартам исполнения подобных сделок, отсутствием экономической и иной целесообразности, не последовательными и хаотичными действиями сторон по реализации прав и выполнению возложенных обязанностей.

Так, согласно п. 2.3. договора поставки № 10/014 от 14.10.2014 года: «Покупатель обязан перечислить Поставщику денежные средства за поставленный Товар безналичным платежом в срок до 31.12.2015 года». В Спецификации № 1 на сумму 7 517 092 рубля 61 копейка, указан срок поставки: до 31.12.2014 года, в Спецификации № 2 на сумму 3 570 000 рублей - до апреля 2015 года. Общая цена товара составляла 11 087 092 рубля 06 копеек.

Истец полагает, что поставка товара на условиях отсрочки платежа на срок 12 месяцев не отвечает обычаям делового оборота, экономической целесообразности и разумности для субъекта, реально осуществляющего предпринимательскую деятельность.

Кроме того, по мнению истца, по указанному договору имела место переплата, что свидетельствует о выводе активов истца под видом совершенной сделки.

Аналогичные выводы сделаны истцом в отношении договор поставки № 08/015 от 05.08.2015 года, где имело место превышение установленной суммы предоплаты. Кроме того, окончательные расчеты произведены до наступления срока оплаты по договору.

Отказывая в удовлетворении требований, суд исходит из недоказанности истцом оснований полагать, что спорные договоры являются мнимыми.

Из системного анализа норм п. 1 статьи 170 ГК РФ следует, что наличие формально составленных документов первичного бухгалтерского учета не свидетельствует о факте легитимности оспариваемых сделок, в отсутствие доказательств наступления реальных правовых последствий их исполнения.

Сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с действительной волей сторон должен устанавливаться путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Таким образом, для правильного разрешения дела является надлежащая оценка совокупности доказательств.

Истец в судебном заседании пояснил, что истоки спора исходят из корпоративного конфликта.

Он указывает, что оспариваемые сделки оформлены исключительно вопреки имущественным интересам именно ООО «ТПК Ярославия» и как следствие его единственного участника и генерального директора ФИО2, поскольку ее сторонами и лицами заинтересованными в придании ей формальной легитимности фактически являются ФИО3 как бывший руководитель общества и фактически подконтрольное ему юридическое лицо ООО «ПКФ Георесурс».

Между тем договор поставки 10/014 от 14.10.2014, договор поставки 08/015 от 05.08.2015 содержат указание в качестве подписанта со стороны ООО «ТПК «Ярославия» ФИО2.

В акте налоговой проверки № 02-07/45 установлено, что ФИО2 являлся директором истца с 25.01.2013 по 30.12.2015. Таким образом, даты договоров соответствуют периоду исполнения ФИО2 функций исполнительного органа истца.

В оспариваемых договорах истец оспаривает подпись господина ФИО2, заявив о фальсификации доказательств. Отклоняя заявление, суд исходит из того, что по подобного рода спорам установлению подлежит вся совокупность обстоятельств совершения сделок в их взаимосвязи с реальностью намерений сторон. Само по себе заявление о фальсификации не может играть решающей роли по спорам о мнимости сделки, поскольку стороны такой сделки предпринимают максимальные усилия для придания безупречной правильности всех документов.

Даже если истец оспаривает подпись ФИО2, давность изготовления документа, то это не снимает с него обязанности доказать свои возражения. На предположениях и домыслах решение суда построено быть не может.

В данном случае позиция истца – заявить о фальсификации доказательств и надеяться, что они не будут представлены в оригинале – ошибочна. В условиях настоящего спора удовлетворение заявления о фальсификации по мотиву непредставления оригинала документа третьим лицом не может быть поставлено от волеизъявления третьего лица. При таких обстоятельствах проверка заявления о фальсификации производится судом на основании совокупности представленных доказательств.

Так, в оспариваемых договорах, спецификациях, накладных имеется печать истца. Доказательств ее незаконного выбытия из обладания ФИО2 в период осуществления им полномочий единоличного исполнительного органа не имеется.

Кроме того, из материалов дела следует, что ФИО4 (предполагаемая супруга ФИО5) принята на работу 05.05.2015 года, то есть до даты первого оспариваемого договора и его исполнения.

В приказе о приеме на работу от 05.05.2015 имеется неоспоренная подпись ФИО2 и оттиск печати истца.

Таким образом, суд приходит к выводу, что печать не выбывала из обладания ФИО2 как минимум до 05.05.2015, соответственно проставление ее оттиска на договоре поставки 10/014 от 14.10.2014 и накладных по данной сделке ФИО2 вполне допустимо в даты, указанные в документах. Соответственно ФИО2 фактически осуществлял руководство обществом.

Доводы о том, что сделки совершены в интересах ФИО3, являвшегося директором после ФИО2, и вступившего в сговор с ФИО4, судом отклонены.

Такую заинтересованность истец обосновывает через подконтрольность ООО «ПКФ Георесурс» истцу через господина ФИО5, который указан в акте налоговой проверки № 02-07/45 (стр. 76) коммерческим директором ООО «ПКФ Георесурс», в то время как его супруга являлась бухгалтером истца.

Между тем сама по себе такая взаимосвязь не означает, что между юридическими лицами могли отсутствовать фактические отношения по поставке товара. Такой же вывод делает и вышестоящий налоговый орган, изменяя решение налоговой инспекции.

Кроме того, в материалах дела на электронном носителе представлены книги покупок истца за 4 квартал 2014 года, где отражены спорные операции. В такой ситуации довод о том, что ФИО4 могла искусственно внести данные в книгу, абсурдны, ведь она была принята на работу в мае 2015 года. При этом сама книга покупок подписана ФИО2.

Доводы истца о том, что книги покупок могли быть скорректированы после выхода на работу ФИО4, судом отклонены как основанные на предположениях. В акте налоговой проверки указаны документы, на основании которых она проводилась. Никаких уточненных книг там не указано. Оснований для их истребования суд не усмотрел, поскольку не доказано само их существование.

Каких-либо доказательств сговора между ФИО3 и ФИО4 не представлено.

Таким образом, истец, пытаясь доказать подконтрольность ответчика истцу, в нарушение процессуальной обязанности не приводит никаких доводов и доказательств в отношении мнимости поставки товара.

Иными словами, доказывая подконтрольность сторон, истец хочет переложить бремя доказывания своих требований на оппонента, применяя повышенные стандарты доказывания к нему в части исполнения обязательств по договорам. Такой подход был бы обоснованным, если бы в деле присутствовал элемент публичности. Например, если бы в отношении истца велась процедура банкротства, где необходимо устанавливать баланс интересов широкого круга лиц. Однако в частном споре применение повышенных стандартов доказывания по модели банкротства излишне, они не должны подменять обязанность истца по доказыванию своих требований.

В материалы дела представлены платежные поручения о перечислении истцом денежных средств ответчику.

На первый взгляд назначение платежа в спорных платежных поручениях не позволяет сделать однозначный вывод, что ими погашались требования о выплате покупной цены за спорный товар по спорным договорам.

Однако суд отмечает, что в большинстве своем платежи осуществлялись в период действия полномочий ФИО2, в том числе до вступления в должность главного бухгалтера ФИО4.

Разумный и добросовестный руководитель не допустил бы осуществление продолжительных выплат в заявленных объемах в адрес неизвестного лица, однако в период деятельности ФИО2 выплаты осуществлялись. Каких-либо доказательств ошибочности выплат суду не представлено.

Согласно представленному в материалы дела акту сверки взаимных расчетов за период 01.01.2015 по 30.12.2017 в нем отражены как спорные накладные, так и платежные документы. Акт подписан ФИО3 и скреплен печатью истца.

Конечно, истец заявил о фальсификации этого документа, но не указал, что в нем сфальсифицировано. Акт сверки по сути своей означает сведение данных о платежных документах и документов о поставке. Такие документы в деле имеются.

Таким образом, суд приходит к выводу, что процессуальный институт заявления о фальсификации доказательств фактически использован истцом с целью лишить доказательственной силы все имеющиеся в деле документы, чтобы исключить возможность проверки заявления о фальсификации путем сопоставления с иными документами.

Тем не менее, в платежных поручениях в назначении платежа имеется ссылка на акты сверки. Таковым является и акт от 30.10.2017, подписанный ФИО3.

Суд полагает, что в отсутствие доказательств наличия отношений сторон по иным сделкам спорные платежи осуществлены по спорным договорам поставки, поскольку для сторон стало обычаем делового оборота подписывать акты сверки по спорным договорам, что подтверждает наличие в деле акта сверки от 30.10.2017. В такой ситуации ссылка в платежных поручениях в качестве назначения платежа на акты сверки является разумной.

В отношении договора поставки 08/015 от 05.08.2015 судом также установлено, что в книгах покупок информация о приобретенном товаре учитывалась.

Судом также проверены выписки с расчетных счетов ответчика, что позволяет ему сделать вывод, что ответчик не являлся фирмой-однодневкой, а осуществлял хозяйственную деятельность.

Доводы о том, что директор ответчика выполнял иную низкоквалифицированную работы, сами по себе не опровергают факт поставки товара. К аналогичным выводам пришел и налоговый орган (решение № 693/18 от 14.05.2018)

Таким образом, вся совокупность имеющихся в деле доказательств опровергает доводы истца о мнимости сделок.

Ссылки о том, что в деле отсутствуют доказательства транспортировки товара, судом во внимание не принимаются, поскольку не доказано, что сами по себе товары являются крупногабаритными и требующими применения специальных средств для их транспортировки.

Расходы по оплате государственной пошлины относятся на истца.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 110, 167-170, 171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. В иске отказать.

2. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» http://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда http://17aas.arbitr.ru.

Судья И.В. Чураков