Решение от 28 июня 2019 г. по делу № А45-14066/2017

38/2019-137255(1)

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А45-14066/2017
г. Новосибирск
28 июня 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена 21 июня 2019 года Решение в полном объеме изготовлено 28 июня 2019 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Храмышкиной М.И., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коренковой Е.Ю., рассмотрев в судебном заседании дело по иску ФИО1, ФИО2 в интересах общества с ограниченной ответственностью «ШОП» (ИНН <***>)

к ФИО3, ФИО4,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах» (ОГРН <***>),

общество с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Согласие» (ОГРН <***>),

ассоциация «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих» (ОГРН <***>), общество с ограниченной ответственностью «ШОП» (ОГРН <***>),

общество с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Сургутнефтегаз»,

о солидарном взыскании 22 173 512 рублей 56 копеек убытков,

при участии представителей:

ФИО1: Обухова С.В. - доверенность от 15.02.2018, паспорт, ФИО5 - доверенность от 15.02.2018, удостоверение адвоката;

ФИО2: ФИО6 – доверенность от 18.12.2018, паспорт, ФИО5 – доверенность от 15.02.2018, удостоверение адвоката, Обухова С.В. – доверенность от 18.12.2018, паспорт;

ФИО3: лично ФИО3 - паспорт;

ФИО4: ФИО7 – доверенность от 15.02.2019, удостоверение адвоката;

ООО «Шоп»: ФИО5 - доверенность от 08.11.2016, удостоверение адвоката;

ООО «СК «Согласие» - ФИО8 - доверенность № 3591/Д от 24.12.2018, паспорт,

УСТАНОВИЛ:

участник общества с ограниченной ответственностью «ШОП» ФИО1 (далее – ФИО1, истец 1) обратился в Арбитражный суд города Москвы с иском к конкурсному управляющему ООО «ШОП» ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик 1), конкурсному управляющему ИП ФИО1 ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик 2), с привлечением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (далее – СПАО «Ингосстрах»), общества с ограниченной ответственностью «Страховая Компания «Согласие» (далее – ООО «СК «Согласие»), ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация

профессиональных арбитражных управляющих» (далее – МСО ПАУ), общества с ограниченной ответственностью «ШОП» (далее – ООО «ШОП»), о солидарном взыскании убытков в размере 29 030 105 рублей 28 копеек, причиненных действиями (бездействием) арбитражных управляющих (дело № А40-47939/16-62-405).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2016 в удовлетворении исковых требований отказано.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2016 решение суда первой инстанции отменено, исковые требования удовлетворены частично, с ФИО3 и ФИО4 в пользу истца солидарно взысканы убытки в размере 22 170 512 рублей 56 копеек, в удовлетворении остальной части иска отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 01.03.2017 постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 08.12.2016 и решение Арбитражного суда города Москвы от 05.09.2016 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.05.2017 дело № А40-47939/16-62-405 передано по подсудности в Арбитражный суд Новосибирской области.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 24.07.2017 удовлетворены ходатайство ФИО2 о присоединении к исковым требованиям и ходатайство общества с ограниченной ответственностью «Страховое общество «Сургутнефтегаз» (далее – ООО «СО «Сургутнефтегаз») о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора.

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истцы уменьшили размер исковых требований и

просили взыскать с ответчиков солидарно 22 680 512 рублей 56 копеек убытков.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 23.01.2018 иск удовлетворен частично: с ФИО3 и ФИО4 в пользу ООО «ШОП» солидарно взысканы убытки в размере 17 867 410 рублей 87 копеек; в остальной части иска отказано.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2018 решение Арбитражного суда Новосибирской области от 23.01.2018 изменено: с ФИО3 и ФИО4 в пользу ООО «ШОП» солидарно взысканы убытки в размере 16 832 678 рублей 73 копеек.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 10.10.2018 решение Арбитражного суда Новосибирской области от 23.01.2018 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.06.2018 по делу № А45-14066/2017 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

Отменяя решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции, суд кассационной инстанции Западно-Сибирского округа указал, что удовлетворяя иск о взыскании убытков с ответчиков солидарно, суды не сослались на представленные в материалы дела доказательства, подтверждающие совместный характер действий ФИО3 и ФИО4, направленных на недобросовестное осуществление ими гражданских прав (злоупотребление правом), на вывод недвижимого имущества ООО «ШОП». Судами в полной мере не обоснована согласованность действий ответчиков по каждому эпизоду причинения убытков. Относя убытки, причиненные ООО «ШОП» к солидарной ответственности ФИО4, суды не указали, какие именно действия обязан был совершить ФИО4, как конкурсный управляющий индивидуального предпринимателя ФИО1, которые бы безусловно воспрепятствовали отчуждению имущества ООО «ШОП» и были бы

направлены на обеспечение имущественных интересов индивидуального предпринимателя Морозова Н.Ю. и его кредитора.

При новом рассмотрении дела истцы заявили ходатайство в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об изменении размера исковых требований и просили взыскать с ответчиков солидарно 22 173 512 рублей 56 копеек убытков.

ФИО3 в судебном заседании и письменным отзывом по делу отклонил требования истцов как необоснованные.

ФИО4 в судебном заседании и письменным отзывом по делу иск оспорил, указал на необоснованность исковых требований.

СПАО «Ингосстрах», ООО «СК «Согласие», МСО ПАУ, ООО «СО «Сургутнефтегаз» письменными пояснениями, представленными в материалы дела, поддержали доводы ответчиков.

ООО «ШОП» в судебном заседании и письменным отзывом по делу поддержало доводы истцов.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд находит требования истцов подлежащими удовлетворению ввиду нижеследующего.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда города Москвы от 06.07.2012 по заявлению кредитора ООО «Стройновация» ООО «ШОП» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

В результате действий конкурсного управляющего ООО «ШОП» ФИО3 была сформирована конкурсная масса, состоящая из недвижимого имущества и дебиторской задолженности.

Рыночная стоимость имущества общества, включенного в конкурсную массу, составила 32 617 002 рублей 73 копейки.

При рассмотрении дела о банкротстве ООО «ШОП» в реестр требований кредиторов (третья очередь реестра) ООО «ШОП» было включено требование единственного кредитора ООО «Стройновация» (позднее заменено на ООО «НСК») на сумму 2 737 286 рублей 85 копеек.

Имущество должника было реализовано в процедуре конкурсного производства на торгах по цене 17 617 000 рублей.

Указанная сумма денежных средств была израсходована конкурсным управляющим ФИО3 в ходе конкурсного производства в деле о банкротстве ООО «ШОП».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2015 производство по делу о банкротстве ООО «ШОП» завершено.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2015 определение суда первой инстанции от 24.08.2015 отменено. Производству по делу о банкротстве ООО «ШОП» прекращено в связи с удовлетворением всех требований, включенных в реестр требований кредиторов.

Начиная с 21.03.2011, ФИО1 являлся единственным участником ООО «ШОП» с размером доли 50 процентов, оставшиеся 50 процентов находились у общества.

В период с 15.12.2014 по 13.08.2015 единственным участником ООО «ШОП» был ФИО9, который являлся директором единственного кредитора ООО «ШОП» - ООО «Стройновация».

ФИО9 приобрел долю в уставном капитале ООО «ШОП» при ее реализации в деле о банкротстве ИП ФИО1

В дальнейшем ФИО1 оспорил указанную сделку и восстановил свои права участника ООО «ШОП».

В отношении индивидуального предпринимателя ФИО1 Арбитражным судом Новосибирской области было возбуждено дело о банкротстве № А45-4576/2014, в процедурах наблюдения и конкурсного

производства обязанности временного и конкурсного управляющего исполнял Перминов А.А.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 07.12.2015 производство по делу о банкротстве ИП ФИО1 прекращено.

В обоснование иска ФИО1 указывает, что ООО «ШОП», имея в конкурсной массе имущество рыночной стоимостью 32 617 002,73 рубля и единственного конкурсного кредитора с суммой требований 2 737 286,85 рублей, в результате действий конкурсного управляющего ФИО3 полностью утратило свое имущество. А в процессе проведения процедур банкротства в отношении него как индивидуального предпринимателя конкурсным управляющим ФИО4 незаконно реализована доля истца в ООО «ШОП» в размере 50% от уставного капитала общества, в связи с чем истец был лишен права контролировать проведение процедуры конкурсного производства в отношении ООО «ШОП» и обжаловать действия ФИО3 как конкурсного управляющего, действия которого, в свою очередь, были недобросовестными, направленными на причинение ущерба обществу. После отстранения ФИО1 от контроля за деятельностью ООО «ШОП» все имущество общества было реализовано, а все денежные средства выведены ФИО3 ФИО4 не осуществлял контроль за действиями ФИО3 в процедуре банкротства ООО «ШОП».

При этом истцы ссылаются на то, что у ФИО3 не было оснований для реализации данного имущества, поскольку требование единственного конкурсного кредитора ООО «ШОП» могло быть погашено за счет дебиторской задолженности, однако, ФИО3 необоснованно включил в реестр требований кредиторов задолженность перед работниками ООО «ШОП», что послужило препятствием для прекращения конкурсного производства. В дальнейшем было установлено, что задолженность перед

работниками включена во вторую очередь реестра требований кредиторов ООО «ШОП» по фальсифицированным документам. Также истец указывает на то, что Кондрусовым О.Н. не была взыскана дебиторская задолженность, вместо этого он ее продал по заниженной цене, при том, что денежные средства дебитором были внесены в депозит нотариуса.

Также истцы полагают, что ФИО3 необоснованно перечислил денежные средства ООО «Регион», ООО «Альбатрос», ООО «Учет», конкурсному управляющему индивидуального предпринимателя ФИО1 ФИО4, а также на свой счет на основании соглашения о зачете и в возмещение командировочных расходов. Истцы также ссылаются на завышенный размер вознаграждения конкурсного управляющего за проведение процедуры банкротства в отношении ООО «ШОП», необоснованное привлечение специалистов для обеспечения исполнения обязанностей временного и конкурсного управляющего ООО «ШОП», на возврат задатка ООО «Визит» свыше перечисленной суммы, на недостоверность отчетов конкурсного управляющего о результатах его деятельности и результатах проведения конкурсного производства.

В качестве виновных действий конкурсного управляющего ФИО4, в результате которых обществу причинены убытки, истец указывает на реализацию доли ФИО1 в уставном капитале ООО «ШОП» по заниженной цене ФИО9 (лицо, которое являлось руководителем единственного кредитора ООО «ШОП» - ООО «Стройновация» и за чьей подписью были все документы, на основании которых требование ООО «Стройновация» было включено в реестр требований кредиторов ООО «ШОП»), препятствие ФИО1 в восстановлении его нарушенных прав реализацией доли в обществе и лишением ФИО1 права осуществлять контроль за деятельностью ООО «ШОП», бездействие ФИО4 по контролю за деятельностью ФИО3 в процедуре конкурсного производства в отношении общества.

Как полагают Морозов Н.Ю. и Ильин В.С., в результате таких действий конкурсных управляющих убытки ООО «ШОП» составили 22 173 512 рублей 56 копеек, в связи с чем истцы обратились в арбитражный суд с настоящим иском.

Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации: лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его права не было нарушено (упущенная выгода).

Взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно лишь при наличии совокупности условий ответственности, предусмотренных законом.

Исходя из положений статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, и ее применение возможно при наличии определенных условий. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками, вину причинителя вреда.

В силу пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию

юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В силу пункта 3 указанной выше статьи лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно пункту 4 названной статьи в случае совместного причинения убытков юридическому лицу лица, указанные в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, обязаны возместить убытки солидарно.

Согласно пункту 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника).

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан при проведении процедур, применяемых в деле о

банкротстве, действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В данном случае, положения пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации напрямую применимы к ФИО3, поскольку он являлся лицом, которое в силу закона уполномочено выступать от имени ООО «ШОП».

Положения же пункта 4 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации распространяются на ФИО4, который имел фактическую возможность контролировать действия ФИО3 при проведении конкурсного производства в отношении ООО «ШОП», путем обжалования его действий (бездействий) в судебном порядке в статусе единственного участника общества (который является самостоятельным лицом, участвующим в деле о банкротстве и обладает всеми необходимыми полномочиями для защиты прав и интересов должника).

Применяя по аналогии разъяснения Постановления Пленума ВАС РФ, в пунктах 1 - 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) единоличного исполнительного органа, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В силу толкования правовых норм, приведенных в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011 года № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Как следует из пункта 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Также, в силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Как следует из пункта 4 указанной выше статьи, если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков.

В силу части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют

действительности. Каждое доказательство оценивается арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Организуя защиту по настоящему иску, ФИО3 указал, что его действия в рамках дела о банкротстве неоднократно проверялись на предмет злоупотребления, и было установлено, что им предприняты все необходимые меры для погашения требований кредиторов в рамках дела о банкротстве, злоупотреблений не установлено.

ФИО10 подчеркивает, что вопрос о включении в реестр требований кредиторов ООО «ШОП» 7 194 648,35 руб. требований работников должника, с точки зрения оценки действий конкурсного управляющего, был предметом рассмотрения в деле о банкротстве № А40- 64995/2011, при рассмотрении жалобы ФИО1 на действия конкурсного управляющего. ФИО1 было полностью отказано в удовлетворении его жалобы. Доводы ФИО1 были отклонены судом за необоснованностью, не доказаны нарушения прав и законных интересов заявителя жалобы. Указанный судебный акт не подлежит пересмотру в настоящем деле.

ФИО3 также указывает, что определением Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2014 по делу № А40-64995/2011 сделан вывод о том, что причиной отказа в удовлетворении требований ООО «ЕвроБир» о признании удовлетворенными требований кредиторов ООО «ШОП» в размере 3 307 286,85 руб. явилось не наличие в реестре требований кредиторов ООО «ШОП» кредиторов второй очереди, а несоблюдение непосредственно самим ООО «ЕвроБир» порядка удовлетворения требований кредиторов, предусмотренного статьей 113 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а именно, ООО «ЕвроБир» внесло денежные средства на депозит не того нотариуса, средства подлежали внесению в депозит нотариуса нотариального округа г. Москвы. Также ФИО3 указывает на то, что законом не предусмотрена обязанность конкурсного управляющего самостоятельно

обращаться к нотариусу для получения денежных средств, внесенных в депозит для исполнения судебного акта.

В отношении договора № 2712 от 27.05.2012 ФИО3 указывает, что у него отсутствовали сомнения в действительности договора, так как наличие имущества было подтверждено актом инвентаризации. Оспаривание указанной сделки являлось правом, а не обязанностью конкурсного управляющего, при этом собрание кредиторов не принимало решения об оспаривании.

Также ФИО3 ссылается на то, что расходы, понесенные в деле о банкротстве ООО «ШОП» на аренду помещений в сумме 488 400 рублей, явились следствием того, что у должника отсутствовало на дату открытия конкурсного производства какое-либо недвижимое имущество, в том числе, пригодное под офис для осуществления деятельности конкурсного управляющего.

Перечисление денежных средств на счет ФИО1 в сумме 624 769 рублей, открытый ФИО4 в связи с осуществлением деятельности в рамках дела о банкротстве ФИО1, ФИО3 полагает правомерным. При этом указывает, что эти денежные средства ФИО1 не возвращены, в признании действий конкурсного управляющего по перечислению 624 769 рублей ФИО1 незаконными арбитражным судом отказано.

Возражая против доводов истцов о том, что конкурсный управляющий должен был 15.08.2014 в порядке статьи 146 Закона о банкротстве обратиться к суду с ходатайством о прекращении конкурсного производства и переходе к внешнему управлению, ФИО3 указывает на то, что по состоянию на 15.08.2014 отсутствовала реальная возможность восстановления платежеспособности должника, так как недвижимое имущество появилось в конкурсной массе только 06.03.2015 (зарегистрировано право собственности должника); взыскание дебиторской задолженности было нереальным; были

установлены текущие и реестровые требования кредиторов на сумму 18 738 517,47 руб. Кроме того, единственный кредитор был против прекращения конкурсного производства, приняв соответствующее решение, которое недействительным не признано, а от Морозова Н.Ю. предложений о переходе к внешнему управлению не поступало. В связи с отсутствием разногласий между конкурсным управляющим и конкурсным кредитором оснований для обращения в арбитражный суд в порядке статьи 60 Закона о банкротстве о разрешении разногласий, не имелось.

Действия конкурсного управляющего по реализации дебиторской задолженности незаконными не признавались. Уступка прав требований дебиторской задолженности произведена с согласия единственного конкурсного кредитора должника. Ни решения собрания кредиторов должника, ни оценка дебиторской задолженности, ни торги не оспорены. Определением Арбитражного суда г. Москвы от 08.05.2015 по делу № А40- 64995/2011 установлено, что дебиторская задолженность ООО «ЕвроБир» в размере 2 984 718,12 рублей реализована конкурсным управляющим с согласия собрания кредиторов на уступку права требования должника, по рыночной цене, в отсутствие какого-либо злоупотребления.

ФИО3 указывает, что решения о реализации имущества и дебиторской задолженности принимались 28.10.2014 (дата утверждения порядка реализации имущества единственным конкурсным кредитором должника), в этот временной промежуток ФИО1 еще являлся единственным участником ООО «ШОП» и не был лишен возможности контроля за ходом процедуры банкротства.

Также ФИО3 полагает недоказанным совместное причинение вреда ответчиками.

ФИО4 ссылается на то, что основания к привлечению к солидарной ответственности ответчиков отсутствуют, ФИО4 в состав органов управления ООО «ШОП» не входил, обязательные указания лицам,

осуществляющим управление обществом, не давал, решения об одобрении совершения тех или иных сделок не принимал, какие-либо сделки от имени ООО «ШОП», в том числе, направленные на вывод имущества общества, не заключал и не согласовывал. Также Перминов А.А. подчеркивает то, что истцами не подтвержден размер убытков, причиненных каждым из ответчиков, не представлено доказательств совместного причинения вреда ответчиками. Перминов А.А. полагает, что реализацией доли ООО «ШОП» в деле о банкротстве Морозова Н.Ю. он не причинил никаких убытков обществу. Добросовестность же действий Кондрусова О.Н. в деле о банкротстве ООО «ШОП» подтверждена многочисленными судебными актами, в которых было отмечено, что им были приняты все меры для погашения требований кредиторов в рамках дела о банкротстве, что свидетельствует о том, что должник перестал обладать признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Исследовав и оценив в порядке, предусмотренном статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о доказанности факта причинения ответчиками убытков ООО «ШОП» в размере 22 173 512 рублей 56 копеек, при этом исходит из следующего.

В соответствии со статьей 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве обязан принимать меры по защите имущества должника; разумно и обоснованно осуществлять расходы, связанные с исполнением возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве. При проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

На основании изложенного, судом отклоняются доводы ФИО3 о том, что на день открытия конкурсного производства должник вообще не имел имущества, в связи с чем, реализацию выявленного конкурсным

управляющим имущества ООО «ШОП» нельзя признать повлекшей убытки для общества.

При этом суд исходит из того, что, несмотря на то, что должник предпринимал действия по реорганизации путем присоединения к другому юридическому лицу, а также продал принадлежавшее ему недвижимое имущество ООО «ЕвроБир», не рассчитавшись по долгам с ООО «Стройновация», ФИО3, являясь конкурсным управляющим ООО «ШОП» обязан был действовать одновременно и в интересах кредиторов, и в интересах должника.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Оценивая действия ФИО3 в рамках процедуры банкротства ООО «ШОП», суд приходит к выводу, что хотя они и соответствуют формально требованиям Закона о банкротстве, вместе с тем, являются неразумными и привели к причинению вреда должнику.

Совершая действия в интересах и с учетом мнения единственного конкурсного кредитора, ФИО3 пренебрег интересами должника, что противоречит статье 20.3 Закона о банкротстве.

Отклоняя доводы ответчиков о том, что действия конкурсных управляющих ФИО3 по расходованию денежных средств должника в деле о банкротстве и ФИО4 по контролю за действиями ФИО3 были предметом рассмотрения арбитражного суда и получили оценку как добросовестные, в связи с чем вступившими в законную силу судебными актами подтверждено, что в действиях ФИО3 отсутствует признак недобросовестности, а ФИО4, незаконно продав

долю Морозова Н.Ю., не причинил вред непосредственно самому юридическому лицу, суд исходит из следующего.

Как подтверждается материалами дела, при рассмотрении дела о банкротстве ООО «ШОП» в реестр требований кредиторов ООО «ШОП» было включено требование единственного кредитора ООО «Стройновация» (позднее заменено на ООО «НСК») на сумму 2 737 286 рублей 85 копеек.

Конкурсным управляющим ООО «ШОП» при анализе сделок должника выявлена возможность возврата в конкурсную массу ООО «ШОП» нежилых помещений, общей площадью около 700 кв. м., расположенных по адресу: <...>, которые ранее принадлежали ООО «ШОП».

15.02.2013 ФИО3 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к ООО «ЕвроБир» об истребовании нежилых помещений из чужого незаконного владения (дело № А45-2168/2013). Исковые требования удовлетворены решением суда от 13.05.2014.

С целью сохранить активы ООО «ШОП» на стадии рассмотрения судом заявления ФИО3 об оспаривании сделки по продаже нежилых помещений в дело о банкротстве общества 14.10.2013 обратилось ООО «ЕвроБир» с намерением погасить всю задолженность перед единственным кредитором общества – ООО «Стройновация» (правопреемник – ООО «НСК»). На депозит нотариуса нотариального округа г. Новосибирска ФИО11 ООО «ЕвроБир» перечислило 3 307 286 рублей 85 копеек.

На тот момент у ООО «ШОП» также имелось подтвержденное судебными актами денежное требование к ООО «Евробир», которое можно было исполнить за счет денег данного лица в депозите нотариуса ФИО11

Действуя разумно и добросовестно, при наличии информации о том, что третье лицо имеет намерение погасить задолженность общества в полном объеме и с этой целью перечислило денежные средства на депозит нотариуса, конкурсный управляющий должен был предпринять все необходимые меры

для погашения задолженности ООО «ШОП» перед кредитором. Кондрусов О.Н. напротив не обратился к нотариусу для получения указанных денежных средств, заявив о наличии в реестре кредиторов требований работников ООО «ШОП» на сумму более 7 000 000 рублей, в связи с чем, по мнению ответчика, производство по делу не может быть прекращено.

Между тем удовлетворение требований единственного конкурсного кредитора за счет денежных средств, внесенных третьим лицом в депозит нотариуса, отвечало бы в равной мере интересам единственного конкурсного кредитора и должника.

Ссылки ФИО3 на то, что основанием отказа арбитражного суда в погашении требований конкурсного кредитора за счет денежных средств ООО «ЕвроБир» послужило то, что последнее нарушило установленный законом о банкротстве порядок погашения требований в деле банкротстве, являются обоснованными. Действительно, в определении Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2014 по делу № А40-64995/2011 сделан вывод о том, что причиной отказа в удовлетворении требований ООО «ЕвроБир» о признании удовлетворенными требований кредиторов ООО «ШОП» в размере 3 307 286,85 руб. явилось не наличие в реестре требований кредиторов ООО «ШОП» кредиторов второй очереди, а несоблюдение непосредственно самим ООО «ЕвроБир» порядка удовлетворения требований кредиторов, предусмотренного статьей 113 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а именно, ООО «ЕвроБир» внесло денежные средства на депозит не того нотариуса, средства подлежали внесению в депозит нотариуса нотариального округа г. Москвы.

Вместе с тем, суд не может не учитывать занятую конкурсным управляющим активную позицию в данном вопросе, основанную на включении в реестр требований второй очереди несуществующих требований работников должника, основанных на фальсифицированных документах,

вместо того, чтобы содействовать в соблюдении предусмотренного статьей 113 Закона о банкротстве порядка.

В соответствии со статьей 57 Закона о банкротстве, на основании которой в итоге и было прекращено производство по делу о банкротстве ООО «ШОП» (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2015 по делу № А40-64995/2011) удовлетворение всех требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, является основанием прекращения производства по делу о банкротстве. При этом в силу разъяснений, данных в пункте 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» для применения данного основания не требуется отказа от заявленных, но не включенных в реестр требований кредиторов, достаточно отказа от требований кредиторов уже включенных в реестр. Это же разъяснение применяется при прекращении производства на основании абзаца 7 пункта 1 статьи 57 Закона о банкротстве. То есть, для прекращения производства по делу о банкротстве было достаточно удовлетворения требований единственного конкурсного кредитора ООО «Стройновация», и не требовалось одновременного погашения требований кредиторов по текущим платежам, не включенных в реестр, в связи с чем отклоняются доводы ответчиков о том, что кроме единственного кредитора, отнесенного к третьей очереди, имелся еще один кредитор, задолженность перед которым учтена за реестром, а также кредитор с текущим требованием.

ФИО3 не мог не осознавать этого, осуществляя деятельность в качестве конкурсного управляющего на профессиональной основе. При таких обстоятельствах, включение неподтвержденной задолженности перед работниками должника в состав второй очереди реестра требований кредиторов ООО «ШОП» вместо того, чтобы предпринять меры к

удовлетворению требований единственного конкурсного кредитора, следует признать неразумными действиями, совершенными вопреки интересам и конкурсного кредитора и должника, с целью затянуть производство по делу о банкротстве.

Формально данные действия не противоречат закону, и утверждение ФИО3 о том, что законом не предусмотрена обязанность конкурсного управляющего самостоятельно обращаться к нотариусу для получения денежных средств, внесенных в депозит для исполнения судебного акта, является верным, однако это не изменяет оценку данных действий судом, как совершенных с нарушением статьи 20.3 Закона о банкротстве в своих собственных интересах в ущерб интересам конкурсного кредитора и должника.

В сложившейся ситуации ФИО3 мог обратиться к арбитражному суду за содействием в реализации своих прав, ходатайствовать о принятии обеспечительных мер в отношении данных денег ООО «Евробир», в установленном порядке предъявить исполнительный лист о взыскании с ООО «Евробир» задолженности к исполнению. У ФИО3 имелись многочисленные возможности для того, чтобы за счет денежных средств ООО «Евробир» удовлетворить требования кредитора ООО «ШОП», как то предусмотрено статьей 2 Закона о банкротстве, однако вместо этого ФИО3 дебиторская задолженность ООО «Евробир» была продана.

При рассмотрении в деле о банкротстве ООО «Евробир» обособленного спора о продаже дебиторской задолженности ООО «Евробир» судом исследовался только порядок продажи дебиторской задолженности, никакие иные вопросы, касающиеся добросовестности конкурсного управляющего, необходимости и разумности его действий при продаже дебиторской задолженности ООО «Евробир», вопросы взыскания дебиторской задолженности судами не исследовались.

Как указано выше, Кондрусов О.Н. затянул процедуру конкурсного производства, включив в реестр требований кредиторов несуществующие требования работников на общую сумму 7 194 648 рублей 35 копеек (кредиторы второй очереди).

В число кредиторов второй очереди ответчик также включил требование ФИО1, который якобы являлся исполнительным директором ООО «ШОП» и принял на работу часть кредиторов второй очереди - ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17 Остальные кредиторы второй очереди, в том числе и ФИО1 якобы были приняты на работу директором ООО «ШОП» ФИО18

Однако, надлежащих доказательств, что указанные выше работники когда-либо являлись работниками ООО «ШОП», а ФИО1 и ФИО18 заключали от имени ООО «ШОП» трудовые договоры с указанными лицами, в материалах дела не имеется.

Напротив, все документы по работникам, а именно трудовые договоры от 10.03.2011, приказы о приеме работников на работу от 10.03.2011, расчеты оплаты отпусков за период с марта по июнь 2011, расчетные листы с марта по июнь 2011, расписки-расчеты от 15.06.2011, приказы о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 15.06.2011, штатное расписание ни ФИО19, ни ФИО18 не подписывались; ФИО1 никогда не был исполнительным директором ООО «ШОП» и не получал доверенностей на действия от имени общества, в том числе, на подписание трудовых договоров и иных документов с работниками. Доверенность от 10.03.2011 ему также не выдавалась директором; из ответов государственных органов следует, что за период с 10.03.2011 по 15.06.2011 обществом сдавалась отчетность в государственные органы, в которой отсутствовала информация о каких-либо работниках в указанный период (подтверждается ответами из государственных органов и пояснениями самого

Кондрусова, данными в судебном заседании от 23.01.2014 по делу о банкротстве ООО «ШОП»; при проведении проверки по заявлению Морозова о преступлении, были взяты объяснения у Лапушкова И.В. (якобы одного из работников ООО «ШОП»), из которых следует, что документы по работникам ООО «ШОП» были сфальсифицированы. Из объяснений Лапушкова И.В. следует, что осенью 2013 Лапушкову И.В. позвонил некий Калошин И.Н. и попросил приехать к нему в офис для подписания ряда документов. Лапушков И.В. подъехал в офис, где находился Калошин, Иванов Б.В., бухгалтер, Большаков М.А., Онохов Р.В., Мельников Игорь. На этой встрече Калошин попросил Лапушкова И.В., Иванова Б.В., Большакова М.А., Онохова Р.В. подписать документы, в которых фигурировало ООО «ШОП».

Таким образом, в ситуации, когда, все должностные лица общества отрицали наличие работников, из данных о финансово-хозяйственной деятельности, в том числе, отчетности, следовало, что общество не осуществляло никакой деятельности и никакой заработной платы в тот период никогда не выплачивалось, ФИО3, не выяснив всех обстоятельств, необоснованно включил требования работников в реестр требований кредиторов ООО «ШОП».

Кроме того, документы, на основании которых ООО «ШОП» имело задолженность перед работниками, ФИО3, при их обнаружении, не оспорил по правилам гл. III.1 Закона о банкротстве.

Стоит отметить, что ФИО1 обращался с жалобой на действия конкурсного управляющего, выразившиеся в незаконном включении требований работников в реестр требований кредиторов второй очереди, что привело к нарушению его прав. Отказывая в удовлетворении данной жалобы, суд исходил из того, что на момент ее рассмотрения определением Арбитражного суда города Москвы от 09.10.2015 по делу № А40-64995/2011 требования указанных работников были исключены из реестра требований кредиторов ООО «ШОП» на основании поступивших от них заявлений и того,

что требование самого Морозова Н.Ю. исключено из реестра требований кредиторов ООО «ШОП» в результате его погашения, ввиду чего ссылка ответчика на преюдициальность данного судебного акта в рамках настоящего дела отклоняется, поскольку при рассмотрении жалобы Морозова Н.Ю. не исследовались обстоятельства, которые относятся к основаниям заявленного иска о взыскании убытков.

Все указанные действия не позволили ООО «ЕвроБир» погасить задолженность ООО «ШОП» перед единственным кредитором и сохранить активы общества.

Ссылка ответчика ФИО3 на то обстоятельство, что ему не было известно о перечислении денежных средств ООО «ЕвроБир» на депозит нотариуса, отклоняется судом, поскольку как следует из определения Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2014 по делу № А40-64995/11 ФИО3 направил суду письменные пояснения с возражениями против удовлетворения заявления ООО «ЕвроБир» о признании требований кредиторов удовлетворенными.

В нарушение пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве ФИО3 удовлетворил требование ООО «Регион», перечислив ему по претензии со счета ООО «ШОП» 1 347 500 рублей. Основанием для перечисления указанной выше суммы явилось письмо ООО «Регион» о переходе к последнему с 08.12.2014 прав требования задолженности в размере 1 347 500 рублей по договору уступки права (требования) № 13 от 08.12.2014, заключенному с ООО «Служба обеспечения энергетическими ресурсами».

Конкурсный управляющий должника, действуя добросовестно и разумно, должен был проверить действительность договора купли-продажи № 2712 от 27.05.2012 между ООО «ШОП» и ООО «Служба обеспечения энергетическими ресурсами». При получении письма от ООО «Регион» о перечислении денег за оплату по договору № 2712 от 27.05.2012, ФИО3 должен был усомниться в действительности этого договора.

Так, ООО «ШОП» является недействующей организацией, и не ведет никакой деятельности, начиная с 2011 года (после признания общества банкротом).

ФИО3 данная информация была известна, поскольку именно он инициировал рассмотрение в Арбитражном суде Новосибирской области дела № А45-16129/2011 по заявлению о признании недействительным решения Межрайонной ИФНС России № 16 по Новосибирской области № 47 827А от 05.09.2011 о государственной регистрации прекращения деятельности ООО «ШОП».

29.08.2011 ООО «ШОП» обратилось в МИФНС России № 16 по Новосибирской области с заявлением о внесении записи о прекращении деятельности по форме Р 16003. На основании произведенной государственной регистрации изменений, 05.09.2011 в ЕГРЮЛ была внесена государственная регистрационная запись о прекращении деятельности ООО «ШОП» за номером 611547605651.

Таким образом, уже с даты введения в отношении ООО «ШОП» наблюдения (22.07.2011), общество никакой деятельности не вело, в связи с чем и обратилось в налоговый орган с заявлением о внесении записи о прекращении деятельности путем реорганизации.

По заявлению ФИО3 Арбитражный суд Новосибирской области вынес решение о признании недействительным решения налогового органа о государственной регистрации прекращения деятельности ООО «ШОП».

При этом договор, по которому ООО «Служба обеспечения энергетическими ресурсами» якобы уступила права требования ООО «Регион», был заключен 27.05.2012, то есть уже после того, как в отношении ООО «ШОП» было введено наблюдение, и общество приняло решение о ликвидации.

В таких условиях Кондрусов О.Н. должен был усомниться в реальности отношений между ООО «ШОП», ООО «Служба обеспечения энергетическими ресурсами» и ООО «Регион».

Кроме того, ФИО3 в ходе проведения инвентаризации имущества должника не выявил указанного в договоре купли-продажи товара - металлопроката балки двутавр., марки 45Ш1, общим весом 38,5 тонн у должника.

Договор купли-продажи между ООО «ШОП» и ООО «Служба обеспечения энергетическими ресурсами» якобы был заключен 27.05.2012. При этом ООО «Служба обеспечения энергетическими ресурсами» никаких требований к должнику о взыскании задолженности за поставленный товар в судебном порядке не предъявляло, с требованием о включении задолженности в реестр должника не обращалось.

ФИО3 не обратился за оспариванием указанных договоров.

К представленному в материалы дела ФИО3 экспертному исследованию № 143/19и от 17.06.2019 в подтверждение того, что сделка с вышеуказанным имущество, приобретаемым ООО «ШОП» совершалась лично директором ФИО23 суд относится критически и не принимает его в качестве надлежащего и допустимого доказательства по настоящему делу.

ФИО3 неправомерно перечислил на счет ООО «Альбатрос», не являвшееся кредитором ООО «ШОП», 6 194 444,44 рубля по уведомлению ООО «РУССИБ» от 19.06.2015.

При рассмотрении дела о банкротстве ООО «ШОП» арбитражным судом были признаны недействительными две сделки должника с ООО «Инвестиционная группа «БРИЛ и К»:

1) Определением Арбитражного суда г. Москвы от 24.05.2013 по делу № А40-64995/11 было признано недействительным соглашение об отступном № 0102/2011 от 01.02.2011, по которому в собственность ООО

«Инвестиционная группа «БРИЛ и К» было передано недвижимое имущество, в дальнейшем виндицированное у ООО «Евробир».

2) Определением Арбитражного суда г. Москвы от 20.06.2014 по делу № А40-64995/11 было признано недействительным соглашение об отступном № 2705/2011 от 27.05.2012, по которому в собственность ООО «Инвестиционная группа «БРИЛ и К» была передана балка двутавр, применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ООО «Инвестиционная группа «БРИЛ и К» в пользу ООО «ШОП» 1 347 000 рублей.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 20.08.2015 г. по делу № А40-64995/2011 в связи с возвратом в конкурсную массу ООО «ШОП» недвижимого имущества, на основании договора уступки прав (требований) от 02.03.2015 было признано обоснованным требование ООО «РУССИБ» к должнику в размере 5 000 000 рублей.

Неправомерность перечисления денежных средств в пользу ООО «Альбатрос» состоит в том, что ФИО3 перечислил в пользу данного лица 6 194 444,44 рублей в отсутствие установленного судом правопреемства в отношении ООО «Альбатрос» и заключенного с этим лицом договора цессии.

ФИО3 не имел права перечислять на счет ООО «Альбатрос» денежные средства по письму ООО «Альбатрос», поскольку статус данного лица как кредитора ООО «ШОП» не был установлен в судебном порядке как того требуют положения ч. 1 ст. 48 АПК РФ.

ООО «РУССИБ» согласно определению Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2015 по делу № А40-64995/2011 являлось кредитором ООО «ШОП» на сумму 5 000 000 рублей, требование которого было установлено отдельно и подлежало удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр, имущества ООО «ШОП».

В связи с этим, статус кредитора у ООО «Альбатрос» появился бы только тогда, когда судом была произведена процессуальная замена кредитора ООО «РУССИБ» на кредитора ООО «Альбатрос». Процессуальная замена с ООО «РУССИБ» на ООО «Альбатрос» не производилась. До проведения в судебном порядке процессуальной замены, ООО «Альбатрос» не могло обладать статусом кредитора ООО «ШОП».

При оценке данного обстоятельства необходимо учитывать позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в пункте 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2017) и Определении ВС РФ от 17 мая 2017 по делу № 308-ЭС14-7166(4), которая заключается в следующем.

Пункт 6 статьи 16 Закона о банкротстве устанавливает специальное правило по отношению к п. 1 ст. 382 и п. 1 ст. 425 ГК РФ, согласно которому требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем только на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер.

Как следует из Определения Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2015 по делу № А40-64995/2011 требование ООО «РУССИБ» к ООО «ШОП» было признано обоснованным, включено в реестр требований кредиторов, с удовлетворением за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов третьей очереди, включенных в реестр (п.4 ст. 142, п.2 ст.61.6 Закона о банкротстве, п.26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)»).

С учетом этого, к рассматриваемому случаю применяется вышеизложенная позиция Верховного Суда Российской Федерации о приоритете специальной нормы п. 6 ст. 16 Закона о банкротстве по

отношению к п. 1 ст. 382 и п. 1 ст. 425 ГК РФ и необходимости судебного акта о включении требования ООО «Альбатрос» в реестр требований кредиторов ООО «ШОП».

На момент перечисления ФИО3 6 194 144,44 рублей в пользу ООО «Альбатрос» процессуальная замена первоначального кредитора ООО «РУССИБ» на нового кредитора не произведена, а требование ООО «РУССИБ» из реестра требований кредиторов судебным актом в деле о банкротстве ООО «ШОП» исключено не было. Сама по себе замена в материальном правоотношении не наделила нового кредитора какими-либо правами до момента вынесения арбитражным судом судебного акта о замене в реестре требований кредиторов должника правопреемником по ранее включенному требованию.

Кроме того, в пользу ООО «РУССИБ» было взыскано 5 000 000 рублей (определение Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2015 по делу № А40- 64995/2011). Однако ФИО3 по своему усмотрению перечислил на счет ООО «Альбатрос» проценты в размере 1 194 444,44 руб., в отношении которых не было принято судебного акта и об оплате которых не было заявлено в письме ООО «Альбатрос».

Кроме того, ФИО3 оплатил в пользу ООО «Альбатрос» деньги в сумме 5 000 000 рублей 23.06.2015 на основании одного лишь уведомления указанного лица от 19.06.2015 о состоявшейся уступке, копия договора об уступке права не приложена.

При отсутствии договора об уступке права (требования) и определения о правопреемстве в отношении ООО «Альбатрос» у ФИО3 отсутствовали основания для оплаты в пользу этого лица денежных средств по определению Арбитражного суда г. Москвы от 20.08.2015 по делу № А40- 64995/2011. При этом при рассмотрении настоящего дела копия договора уступки права (требования) от ООО «РУССИБ» к ООО «Альбатрос» также не была представлена.

Данные обстоятельства также необходимо учитывать и для оценки судом второго платежа в пользу ООО «Альбатрос» от 03.07.2015 в сумме 1 194 444,44 рублей.

Кроме того, при проведении расчетов по основаниям, связанным с признанием недействительными сделок ООО «ШОП» с ООО «Инвестиционная группа «БРИЛ и К», ФИО3 должен был учитывать наличие у ООО «ШОП» денежного требования к ООО «Инвестиционная группа «БРИЛ и К» в сумме 1 347 000 рублей, установленное Определением Арбитражного суда г. Москвы от 20.06.2014 по делу № А40-64995/11, и предъявить это требование к правопреемнику ООО «Инвестиционная группа «БРИЛ и К» либо зачесть это требование при проведении расчетов. Вместо этого ФИО3 продал данное требование, причем с нарушением Закона о банкротстве (при отсутствии на то оснований, без оценки, торгов и утвержденного собранием кредиторов положения о порядке продажи дебиторской задолженности ООО «Инвестиционная группа «БРИЛ и К»).

ФИО3 необоснованно перечислил на свой счет со счета ООО «ШОП» 488 400 рублей на основании соглашения о зачете от 16.01.2015.

Как следует из соглашения о зачете, индивидуальный предприниматель ФИО3 произвел зачет ООО «ШОП» платежей по аренде в сумме 488 400 рублей за период с 01.07.2012 по 31.12.2014 по договорам аренды нежилых помещений № 9/АР-2011 и № 08/АР-2014 за нежилые помещения площадью 40,7 кв. м по адресу: <...> в счет полученного платежа по погашению судебных расходов (подотчет) по платежному поручению от 10.12.2014. По условиям указанных договоров аренды ООО «Новосибирский «КАМАЗ-ЦЕНТР» передало в аренду ИП ФИО3 помещение общей площадью 40,7 кв. м., расположенное по адресу: <...>.

Суд соглашается с позицией истцов о том, что оплата аренды за предоставленное ИП ФИО3 помещение за счет ООО «ШОП»

нарушает права должника и кредиторов, влечет уменьшение конкурсной массы, поскольку в арендованном по данным договорам помещении Кондрусов О.Н. проводил собрания кредиторов в отношении иных должников, где он являлся временным либо конкурсным управляющим (ООО «Сибкомплектстрой», ООО «СМУ 3», ООО Промышленная компания «ЭНКОР», ООО «Ковчег», ООО «Новые промышленные технологии», ЗАО «Корпорация «Транс-блок», ООО «Строительная компания «Инновационные строительные технологии», ООО «Москапиталинвест», ЗАО «Казанак»), доказательств пропорционального распределения аренды в целях проведения процедур конкурсного производства в отношении ООО «Шоп» в материалы дела не представлено.

ФИО3 необоснованно перечислил со счета ООО «ШОП» на счет ООО «Учет» 239 180 рублей за аренду помещений. Оплата услуг ООО «Учет» по предоставлению в аренду помещения за счет должника нарушает права должника и кредиторов, влечет уменьшение конкурсной массы. В соответствии с договором № 7/12/2 от 17.02.2015 ООО «Учет» предоставило конкурсному управляющему в аренду помещение по адресу: г. Новосибирск, площадь имени Карла Маркса, дом 7, этаж 7. Данное помещение не использовалось конкурсным управляющим исключительно в целях осуществления полномочий конкурсного управляющего ООО «ШОП», собрание кредиторов в данном помещении проводилось один раз, что подтверждается представленными в материалы дела истцом сообщениями ответчика о проведении собраний кредиторов по разным должникам по данному адресу.

Обоснованы доводы истцов касательно того, что ФИО3 03.07.2015 необоснованно перечислил на счет, открытый на имя конкурсного управляющего ФИО4, 624 769 рублей с назначением платежа - погашение по кредитору ФИО1 Вместе с тем, ФИО1 никогда не являлся кредитором ООО «ШОП». Сумма в размере 624 769 рублей была

включена Кондрусовым О.Н. по непроверенным документам во вторую очередь реестра требований кредиторов ООО «ШОП» как задолженность по оплате труда Морозова Н.Ю.

Указанный платеж является необоснованным, поскольку у ООО «ШОП» отсутствовала задолженность перед ФИО1 по выплате заработной платы в связи отсутствием факта трудовых отношений.

Оценивая доводы ответчиков о том, что ФИО24 указанные денежные средства не вернул, суд отмечает, что в круг обстоятельств, имеющих значение по данному делу входят действия ФИО3 и ФИО4 в рамках банкротства ООО «ШОП» и ИП ФИО1, так как иск об убытках заявлен в интересах ООО «ШОП», а не в интересах ФИО24

Денежные средства ООО «ШОП», растрату которых допустил ответчик, при отсутствии на то необходимости, не перечислялись напрямую ФИО1, а перечислялись на счет, который был подконтролен ФИО4

Согласно представленной выписке о движении денежных средств ПАО «МЕЖТОПЭНЕРГОБАНК», денежные средства были перечислены ФИО1 30.12.2015 со счета ИП ФИО1, подконтрольного ФИО4, после прекращения дела о банкротстве ИП ФИО1 07.12.2015.

Поскольку у ООО «ШОП» отсутствовала задолженность перед ФИО1 по выплате заработной платы в связи отсутствием факта трудовых отношений, оснований для перечисления 624 769 рублей не имелось.

Довод истцов о том, что ФИО3 необоснованно перечислил на счет ООО «Визит», - единственного участника торгов по продаже нежилых помещений ООО «ШОП», - 193 000 рублей как возврат задатка, отклоняется судом как необоснованный и противоречащий фактическим обстоятельствам дела.

Проверив доводы истца о том, что Кондрусов О.Н. необоснованно возместил за счет ООО «ШОП» расходы на свои командировки в г. Москву, оплату за авиабилеты и проезд по г. Москве в размере 195277,50 рублей завысил свое вознаграждение на сумму 660 030,15 рублей; необоснованно привлек специалистов для обеспечения исполнения обязанностей временного и конкурсного управляющего ООО «ШОП», суд пришел к выводу о том, что обоснованная сумма расходов конкурсного управляющего в деле о банкротстве составила 6 345 592 рубля 71 копейку.

При постановке данного вывода суд руководствуется правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.05.2015 № 306-ЭС15-4113(2).

ФИО3 перечислил денежные средства в сумме 1 500 000 рублей в пользу ООО «Агентство альтернативных решений» без оснований, поскольку данное лицо услуги для ООО «ШОП» не оказывало.

В материалах дела имеется представленный ФИО3 акт приема-передачи от 02.02.2015 к договору № 12 на оказание услуг от 01.09.2015 с ООО «Агентство альтернативных решений».

Из содержания данного акта следует, что ООО «Агентство альтернативных решений» передает в конкурсную массу ООО «ШОП» недвижимое имущество, и с момента передачи услуги по договору № 12 считаются оказанными, стоимость услуг составляет 1 500 000 рублей.

Однако в свидетельствах о государственной регистрации права собственности ООО «ШОП» на недвижимое имущество, перечисленное в акте от 02.02.2015, указано, что основанием для государственной регистрации права собственности являются судебные акты арбитражных судов о виндикации недвижимости от ООО «Евробир» в пользу ООО «ШОП».

ООО «Агентство альтернативных решений» не являлось стороной судебных споров о виндикации, никогда не владело виндицированной

недвижимостью, в связи с чем не могло переждать эту недвижимость в конкурсную массу ООО «ШОП».

Кроме того из номеров записей о регистрации права на недвижимость следует, что документы на регистрацию права собственности ООО «ШОП» были представлены в регистрирующий орган в 2014 году, тогда как акт с ООО «Агентство альтернативных решений» составлен в феврале 2015 года.

Данные обстоятельства свидетельствуют о фиктивном документообороте, целью которого является создание формального прикрытия для вывода денег из конкурсной массы ООО «ШОП» на сумму 1 500 000 рублей.

По состоянию на 15.08.2014 ФИО3 обладал следующей информацией, имеющей значение для его дальнейших действий в деле о банкротстве ООО «ШОП»:

- в собственность ООО «ШОП» из незаконного владения ООО «Евробир» истребовано недвижимое имущество по адресу <...> общей площадью 681,3 кв. м (решение Арбитражного суда Новосибирской области от 13.05.2014 по делу № А45- 2168/2013, вступило в силу 02.07.2014);

- в пользу ООО «ШОП» взыскано с ФИО18 4 629 285,46 рублей (определение Арбитражного суда г. Москвы от 07.02.2014 г. по делу № А40-64995/2011);

- в пользу ООО «ШОП» взыскано с ООО «Финансовая группа «БРИЛ и К» 1 347 500 рублей (определение Арбитражного суда г. Москвы от 20.06.2014 г. по делу № А40-64995/2011);

- в пользу ООО «ШОП» взыскано с ООО «Евробир» 2 984 718,12 рублей (решение Арбитражного суда Новосибирской области от 15.08.2014 по делу № А45-19509/2013).

05.03.2013 ФИО3 для оценки рыночной стоимости нежилых помещений по адресу <...>

общей площадью 681,3 кв. м привлек оценщика Вааль П.Р., который установил рыночную стоимость указанных помещений в размере 29 325 700 рублей (отчет № 02112/1-Н).

В соответствии с пунктом 1 статьи 146 Закона о банкротстве в случае, если в отношении должника не вводились финансовое оздоровление и (или) внешнее управление, а в ходе конкурсного производства у конкурсного управляющего появились достаточные основания, в том числе основания, подтвержденные данными финансового анализа, полагать, что платежеспособность должника может быть восстановлена, конкурсный управляющий обязан созвать собрание кредиторов в течение месяца с момента выявления указанных обстоятельств в целях рассмотрения вопроса об обращении в арбитражный суд с ходатайством о прекращении конкурсного производства и переходе к внешнему управлению.

Поскольку в отношении ООО «ШОП» не вводились финансовое оздоровление и (или) внешнее управление, вышеуказанные сведения о составе и размере конкурсной массы ООО «ШОП» являлись предусмотренными законом основаниями для созыва собрания кредиторов в целях рассмотрения вопроса об обращении в арбитражный суд с ходатайством о прекращении конкурсного производства и переходе к внешнему управлению.

ФИО3 не исполнил вышеуказанной установленной пунктом 1 статьи 146 Закона обязанности, а продолжил действовать формально в рамках процедуры конкурсного производства, но злоупотребляя своими правами и нарушая интересы должника, результатом чего явились продажа без необходимости всего имущества должника и вывод всех полученных от этого денежных средств.

Фактически платежеспособность ООО «ШОП» была восстановлена, что установлено постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2015 о прекращении производства по делу о банкротстве ООО «ШОП» № А45-64995/2011, однако, в связи с нарушением ФИО3

своих обязанностей конкурсного управляющего должник лишился всего своего имущества, тогда как платежеспособность должника могла быть восстановлена с сохранением его значительной части.

В обоснование добросовестности своих действий по данному вопросу ФИО3 представил в материалы дела копию решения единственного кредитора ООО «НСК» от 21.08.2014, из которой следует, что ООО «НСК» в ответ на полученное от ФИО3 обращение о возможности принять решение об обращении в Арбитражный суд г. Москвы с ходатайством о переходе к внешнему управлению ответило отказом в принятии такого решения.

Вместе с тем, само по себе наличие такого решения ООО «НСК» не является доказательством добросовестности действий ФИО3, поскольку Закон о банкротстве прямо говорит о том, что при наличии достаточной информации полагать, что платежеспособность должника может быть восстановлена, конкурсный управляющий обязан созвать собрание кредиторов в течение месяца с момента выявления указанных обстоятельств в целях рассмотрения вопроса об обращении в арбитражный суд с ходатайством о прекращении конкурсного производства и переходе к внешнему управлению.

При этом, учитывая указанные выше обстоятельства, ФИО3 не только не созвал собрание кредиторов, но и при наличии такого решения ООО «НСК» не обратился в суд в порядке статьи 60 Закона о банкротстве с целью разрешить возникшие между ООО «НСК» и ФИО3 разногласия.

Кроме того, судом установлено, что ФИО3 не были предприняты действия по взысканию дебиторской задолженности ООО «ЕвроБир» и ФИО18 при наличии реальной возможности ее взыскания, не были предъявлены исполнительные листы для исполнения судебных актов о взыскании задолженности с ФИО18, ООО

«ЕвроБир», напротив, указанные задолженности были проданы по заниженной стоимости, хотя требования единственного кредитора ООО «ШОП» могли быть удовлетворены за счет дебиторской задолженности без продажи недвижимого имущества ООО «ШОП».

Доводы ФИО3 о том, что погашение требований конкурсного кредитора за счет дебиторской задолженности было невозможно, так как она является нереальной к взысканию, о чем свидетельствует то, что приобретшее данную задолженность лицо не смогло получить удовлетворение, подлежат отклонению, поскольку данные обстоятельства возникли уже после того, как ФИО3 заявил свои возражения по заявлению ООО «ЕвроБир» об удовлетворении требований конкурсного кредитора и включил в реестр несуществующую задолженность.

Как подтверждается материалами дела ФИО3 реализовал дебиторскую задолженность до момента вступления решения суда в законную силу, следовательно, никакие действия по исполнению решения суда в пользу ООО «ШОП» ФИО3 не предпринимал.

25.08.2014 в деле о банкротстве ООО «ШОП» ФИО3 опубликовал объявление о проведении торгов по продаже права требования к ООО «Евробир» и ФИО18 в размере 4 625 285,46 рублей + 2 984 718,12 рублей = 7 610 003,58 рублей.

08.10.2014 проведены торги по продаже дебиторской задолженности, 13.10.2014 заключен договор с ИП ФИО26, в соответствии с которым дебиторская задолженность в размере 7 610 003,58 рублей реализована за 507 000 рублей, то есть за 6,5 % от номинальной стоимости. Согласно пункту 3.3. договора купли-продажи расчеты должны быть произведены в течение 30 дней, то есть до 07.11.2014.

Дебиторская задолженность реализована до момента вступления в законную силу судебного акта, на основании которого взыскана задолженность с ООО «Евробир» и ФИО18

В своих пояснениях Кондрусов О.Н. указывает на то, что судебный акт о взыскании дебиторской задолженности вступил в силу 18.11.2014, то есть после того как дебиторская задолженность была реализована ИП Дацию И.И.

Таким образом, любые действия, совершенные ФИО3, иными лицами, в том числе по предъявлению исполнительных листов к взысканию были совершены уже в пользу ИП ФИО27, так как он является правопреемником ООО «ШОП», материальное правопреемство с ООО «ШОП» в пользу ИП ФИО27 произошло до 18.11.2014.

ФИО3 обладал информацией о наличии на депозите нотариуса ФИО11 на протяжении 1 года денежных средств ООО «ЕвроБир», за счет которых могла быть взыскана указанная задолженность в полном объеме.

Одной только задолженности ООО «ЕвроБир» хватило бы на удовлетворение требований кредитора ООО «ШОП».

Принимая во внимание все обстоятельства дела о банкротстве ООО «ШОП», ФИО3 должен был взыскать дебиторскую задолженность ООО «ЕвроБир», произвести расчеты с кредитором и обратиться в арбитражный суд с заявлением о прекращении производства по делу о банкротстве № 40-64995/2011. В этом случае у должника осталось бы имущество – дебиторская задолженность ФИО18 и недвижимое имущество по адресу: <...>.

Вместо взыскания дебиторской задолженности ООО «ЕвроБир», ФИО3 реализовал данную задолженность третьему лицу – ФИО27, этому же лицу ФИО3 реализовал дебиторскую задолженность ФИО18

Помимо прочего, суд считает, что доводы ФИО1 о том, что конкурным управляющим ФИО3 допущены злоупотребления в ходе процедуры банкротства ООО «ШОП», повлекшие за собой причинение

обществу убытков, не связаны с переоценкой выводов, содержащихся в судебных актах по делу № А450-64995/2011.

При рассмотрении судом апелляционной жалобы ФИО1 на определение Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2015 о завершении производства по делу о банкротстве ООО «ШОП» судом не исследовался вопрос о причинении конкурсным управляющим убытков обществу.

24.08.2015 Арбитражным судом города Москвы вынесено определение о завершении производства по делу о банкротстве ООО «ШОП».

Обстоятельства возникновения у общества убытков в результате действий конкурсного управляющего апелляционным судом не исследовались.

Как следует из постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.12.2015 по делу № А40-64995/2011 предметом рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции был только вопрос относительно завершения процедуры конкурного производства, а именно была ли достигнута основная цель конкурсного производства – погашение требований кредиторов и что делать с производством дела о банкротстве ООО «ШОП» (завершать или прекращать).

Суд апелляционной инстанции установил, что конкурсный управляющий совершил все необходимые действия для погашения требований кредиторов (реализовал имущество должника) и произвел с ними расчет, что влечет прекращение производства по делу о банкротстве общества.

Между тем вопросы способа достижения конкурсным управляющим основной цели конкурсного производства (погашение требований кредиторов в размере около 3 млн. рублей за счет полного лишения общества его активов стоимостью более 20 млн. рублей), злоупотребления в его действиях, возникновения у общества убытков в результате таких действий ФИО3, апелляционный суд не исследовал и выводы относительно данных обстоятельств не устанавливал.

В рамках настоящего дела основанием иска для взыскания убытков являются действия Кондрусова О.Н., повлекшие негативные последствия для ООО «ШОП», которые не были предметом рассмотрения суда в рамках дела № А40-64995/2011, ввиду чего данные обстоятельства не носят преюдициальный характер и подлежат самостоятельной оценке судом в рамках настоящего спора о взыскании убытков.

При оценке действий (бездействия) лица, которые привели к причинению убытков, необходимо учитывать не только критерии соответствия данных действий закону, но и критерии их разумности и добросовестности.

Наличие судебного акта для установления данных критериев (содержащего оценку действий с точки зрения разумности и добросовестности) не требуется.

При формальном соблюдении положений закона, действия могут быть неразумными и недобросовестными, что также может привести к существенному нарушению интересов общества и возникновению у него убытков.

Кроме того убытки общества от действий (бездействия) ответчиков выражены не в том, что в результате деятельности ФИО3 в качестве конкурсного кредитора ООО «ШОП» не были погашены требования его кредиторов, неблагоприятные последствия для общества заключаются в том, что ФИО3 своими намеренными действиями, прикрываясь целью расчета с кредиторами ООО «ШОП» в процедуре конкурсного производства в деле № А40-64995/2011, лишил ООО «ШОП» всего его имущества при отсутствии на то оснований.

С учетом изложенного, довод ФИО3 о том, что требование о возмещении убытков не подлежит удовлетворению, так как формально его действия соответствовали закону, отклоняется судом как необоснованный.

Перминов А.А. являлся временным и конкурсным управляющим имуществом ИП Морозова Н.Ю. и в рамках конкурсного производство продал долю Морозова Н.Ю. в уставном капитале ООО «ШОП», тем самым лишив Морозова Н.Ю. контроля за деятельностью конкурсного управляющего ООО «ШОП» Кондрусова О.Н.

Действия (бездействие) ФИО4, в результате которых ООО «ШОП» были причинены убытки, выразились в следующем:

- в реализации доли ФИО1 в уставном капитале ООО «ШОП» по заниженной цене ФИО9 (лицу, которое являлось руководителем единственного кредитора ООО «ШОП» - ООО «Стройновация» и за чьей подписью были все документы, на основании которых требование ООО «Стройновация» было включено в реестр требований ООО «ШОП»);

- в неосуществлении контроля за деятельностью ФИО3 от имени единственного участника общества;

- в воспрепятствовании ФИО1 в восстановлении его нарушенных прав реализацией доли в обществе и лишением ФИО1 права осуществлять контроль за деятельностью ООО «ШОП».

Так, ФИО4 реализовал долю ФИО1 в уставном капитале ООО «ШОП» по заниженной цене бывшему директору ООО «Стройновация».

В процедуре конкурсного производства ИП ФИО1 ФИО4 фактически только выявил долю ФИО19 в уставном капитале ООО «ШОП» и, не оценивая, продал ее по заниженной стоимости ФИО9. Сразу после этого закрыл расчетный счет ФИО1 и обратился в суд с ходатайством о завершении конкурсного производства.

Никакого контроля за проведением процедуры конкурсного производства в отношении ООО «ШОП» ФИО4 не осуществлял.

ФИО4 при надлежащем исполнении обязанностей, предусмотренных абзацем 2 пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве, должен

был запросить всю необходимую информацию о деятельности общества у Кондрусова О.Н., выявить злоупотребления со стороны Кондрусова О.Н. и принять необходимые меры.

ФИО4, действуя разумно и добросовестно, должен был проанализировать состав активов ИП ФИО1, состав обязательств ИП ФИО1, определить каким образом конкурсный управляющий достигнет целей конкурсного производства, учитывая интересы не только кредиторов, но и ИП ФИО1 как того требуют положения пункта 4 статьи 20 Закона о банкротстве.

Арбитражный управляющий ФИО4 должен был провести инвентаризацию всего имущества, выявить в разумный срок все имущество, принадлежащее ИП ФИО1, оценить выявленное имущество, только после этого решать вопрос о реализации имущества.

Вместо этого, после введения конкурсного производства в отношении ИП ФИО1 01.09.2014 (подтверждается решением по делу А45- 4576/2014 резолютивная часть) за 6 рабочих дня с 01.09.2014 по 09.09.2014 ФИО4 выявил и провел инвентаризацию исключительно доли в ООО «ШОП» без выявления иного имущества ИП ФИО1, учитывая тот факт, что ФИО1 неоднократно заявлял, что ему принадлежат доли в обществах помимо ООО «ШОП», без проведения инвентаризации всего имущества, без проведения торгов поспешно реализовал долю ИП ФИО1 в ООО «ШОП» в течение 2-х месяцев за 10 000 рублей 10.11.2014, не определив при этом действительную стоимость доли в ООО «ШОП».

Указанные действия ФИО4 не отвечают принципам разумности и добросовестности, тем более, что реализация доли в ООО «ШОП» за 10 000 рублей никак не может способствовать достижению целей конкурсного производства.

Полный перечень нарушений Перминова А.А. при реализации доли в ООО «ШОП» установлен Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2015 г. по делу № А40-212698/2014.

Остальные доли ИП ФИО1 в хозяйственных обществах ФИО4 не интересовали, его интересовала только доля в ООО «ШОП».

Согласно отчету об оценке № 19/01/15-09Ф от 13.03.2015 стоимость доли, соответствующей размеру доли ФИО1 в уставном капитале ООО «ШОП», составляет с учетом НДС 11 567 533,77 рублей, без учета НДС 9 562 288 рублей.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.07.2015 по делу № А40-212698/2014 установлены имеющие преюдициальное значение для настоящего дела обстоятельства злоупотребления ФИО4 предоставленными ему законом о банкротстве правами при реализации доли ФИО1 в уставном капитале ООО «ШОП»; суд усмотрел в действиях ФИО4 злоупотребление правом, установил, что продажа доли ФИО1 была направлена на его исключение из состава участников общества с целью недопущения обжалования ФИО1 судебных актов, вынесенных в деле о банкротстве ООО «ШОП».

До реализации доли в ООО «ШОП» ФИО4, определяя стоимость доли, при той степени заботливости и осмотрительности, которая требуется при сравнимых обстоятельствах, должен был установить, что ООО «ШОП» принадлежит имущество, в том числе недвижимое, стоимость которого превышает 29 млн. рублей, при этом обязательства ООО «ШОП» составляют менее 3,5 млн. рублей.

Арбитражный управляющий ФИО4 от ФИО1 узнал, что в отношении ООО «ШОП» возбуждено дело о банкротстве, введена

процедура конкурсное производство, также эта информация является публичной и Перминов А.А. не мог не владеть указанной информацией.

ИП ФИО1 как участник ООО «ШОП» являлся лицом, участвующим в деле о банкротстве ООО «ШОП», следовательно, ИП ФИО1 принадлежали права, предусмотренные для лиц, участвующих в деле о банкротстве, которые установлены Законом о банкротстве, в том числе контролировать и обжаловать действия конкурсного управляющего ООО «ШОП» ФИО3

В свою очередь, с момента введения конкурсного производства в отношении ИП ФИО1, ФИО1 утратил возможность действовать самостоятельно в деле о банкротстве ООО «ШОП», от имени ИП ФИО1 вправе был действовать в деле о банкротстве ООО «ШОП» только ФИО4, согласно пункту 24 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.06.2011 № 51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей».

При этом участник ООО «ШОП», в указанном случае законный представитель ИП ФИО1 ФИО4 допустил бездействие, которое существенно затруднило деятельность общества, что нарушает интересы ООО «ШОП», является нарушением обязанностей ФИО4

Из этого следует, что действуя разумно и добросовестно ФИО4 должен был проанализировать деятельность конкурсного управляющего ООО «ШОП» ФИО3, реализовав права единственного участника ООО «ШОП» ФИО1, предоставленные ему Законом о банкротстве как его законному представителю.

Фактическим основанием заявленного иска о солидарном взыскании убытков являются те обстоятельства, что ФИО3 и ФИО4 были совершены совместные действия по реализации согласованной между ними схемы лишения ФИО1 корпоративного контроля с

целью вывода принадлежащих обществу активов, которые имеют общий конечный результат, выразившийся в причинении ООО «ШОП» убытков.

Никакого контроля за проведением процедуры конкурсного производства в отношении ООО «ШОП» ФИО4 не осуществлял, тем самым позволив ФИО3 продать имущество общества и вывести денежные средства должника.

Указанные действия (бездействие) ФИО4 привели к полной растрате денежных средств, поступивших в конкурсную массу ООО «ШОП» от реализации его активов.

В частности, ФИО4 мог воспрепятствовать ФИО3 в реализации дебиторской задолженности путем подач разногласий в порядке статьи 60 Закона о банкротстве и подаче заявления о принятии обеспечительных мер по запрету проведения торгов до момента рассмотрения разногласий, подачи жалобы на действия ФИО3 о неправомерности реализации дебиторской задолженности.

ФИО4 должен был воспрепятствовать ФИО3 в реализации недвижимого имущества о регистрации права собственности путем подачи разногласий в порядке статьи 60 Закона о банкротстве (разногласия по цене и порядку продажи) и подачи заявления о принятии обеспечительных мер по запрету проведения торгов до момента рассмотрения разногласий, подачи жалобы на действия ФИО3 о неправомерности реализации недвижимого имущества до момента регистрации права собственности, так как отсутствие права собственности влияет на спрос.

Без вышеуказанных действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО4 конкурсный управляющий ФИО3 не смог бы реализовать схему по выводу активов ООО «ШОП».

При этом действия (бездействие) каждого из ответчиков состоят в причинно-следственной связи с причинением убытков, даже если не

принимать во внимание наличие/отсутствие согласованности действий ответчиков.

При этом ответственность указанных лиц не может быть разделена ввиду совместных действий, имеющих общий неделимый результат.

О согласованности действий ФИО3 и ФИО4 свидетельствуют следующие обстоятельства:

- из всех долей в юридических лицах, принадлежавших ФИО1, ФИО4 исключительно интересовала доля в одном - ООО «ШОП».

- поспешные действия ФИО4 по выявлению и инвентаризации доли в ООО «ШОП», с момента утверждения ФИО4 исполняющим обязанности конкурсного управляющего ИП ФИО1 до инвентаризации доли в ООО «ШОП», созыва собрания кредиторов, разработки положения о продаже доли прошло 6 рабочих дня с 01.09.2014 по 09.09.2014 (6-7 сентября выходные дни);

- поспешные действия ФИО4 по реализации доли ООО «ШОП», с момента утверждения ФИО4 исполняющим обязанности конкурсного управляющего ИП ФИО1 до реализации доли прошло 2 месяца, с учетом времени для созыва и проведения собрания кредиторов.

Следовательно, у ФИО4 имелась конкретная цель - скорейшая реализация доли в ООО «ШОП»;

- массовый характер нарушений ФИО4 при реализации доли в ООО «ШОП»: без оценки, без проведения торгов, реализация доли по стоимости в 10 000 рублей;

- реализация доли ФИО1 в уставном капитале ООО «ШОП» по заниженной цене ФИО9 (лицо, которое являлось руководителем единственного кредитора ООО «ШОП» - ООО «Стройновация» и за чьей подписью были все документы, на основании которых требование ООО

«Стройновация» было включено в реестр требований кредиторов ООО «ШОП»);

- перечисление ФИО3 ФИО4 денежных средств более 600 000 рублей, по требованиям, которые ФИО1 не предъявлял и неоднократно заявлял об этом ФИО4 и ФИО3

Кроме того, из анализа представленных в материалы дела доказательств следует, что кандидатура ФИО4 в качестве кандидатуры конкурсного управляющего ИП ФИО28 была предложена посредством ООО «Эргосиб», о чем свидетельствует следующее.

Мнимые кредиторы ИП ФИО1, требования которых основаны на сфальсифицированных документах, единогласно проголосовали за кандидатуру ФИО4 в качестве конкурсного управляющего ИП ФИО1

По результатам процедуры наблюдения в отношении ИП ФИО1 кредиторы единогласно утвердили кандидатуру ФИО4 в качестве кандидатуры конкурсного управляющего, данный факт подтверждается сведениями с ЕФРСБ, имеющимися в материалах дела.

В реестр требований кредиторов были включены кредиторы ООО «Эргосиб», ООО «Строй-К», ООО «Агроконсалтинг».

При этом документы, на основании которых указанные кредиторы были включены в реестр требований кредиторов ИП ФИО1, сфальсифицированы, данные факты установлены судебными актами (Решение Центрального районного суда г. Новосибирска от 01.07.2015 по делу № 2- 3149/2015, Решение Ленинского районного суда г. Новосибирска от 14.05.2015 по делу № 2-2637/2015, Заочное Решение Ленинского районного суда г. Новосибирска от 26.05.2015 по делу № 2-2483/2015), впоследствии судебные акты о включении в реестр требований кредиторов ООО «Эргосиб», ООО «Строй-К», ООО «Агроконсалтинг» пересмотрены, в результате кредиторам отказано во включении в реестр требований кредиторов, что подтверждается

Определением о прекращении производства по делу о банкротстве ИП Морозова Н.Ю. № А45-4576/2014 от 07.12.2015.

Таким образом, лица, которые сфальсифицировали документы по включению в реестр требований кредитов, были заинтересованы в утверждении в качестве конкурсного управляющего ИП ФИО1 ФИО4

В отношении ФИО3 возбуждено уголовное дело по факту фальсификации документов, на основании которых требования ООО «Эргосиб» были включены в реестр требований кредиторов ИП ФИО1, уголовное дело передано в суд, ФИО1 признан потерпевшим по уголовному делу.

Необходимо отметить, что вступившего в законную силу приговора суда по данному уголовному делу не имеется.

Вместе с тем, суд не может игнорировать представленные истцами из материалов уголовного дела в материалы настоящего дела доказательства.

Суд расценивает представленные истцами доказательства на основании статьи 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации как иные письменные доказательства, содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения настоящего дела.

Как следует из протоколов допроса ФИО29 (руководитель юридической фирмы, в которую обратился ФИО3), ФИО30 (сотрудник юридической фирмы), ФИО31 (секретарь третейского суда), которые были проведены в рамках уголовного дела, ФИО3 обратился за оказанием юридических услуг для подготовки искового заявления в третейский суд по требованиям ООО «Эргосиб» к ИП ФИО1 и за подготовкой заявления о банкротстве ИП ФИО1

Согласно показаниям:

• Волкорезова С.Л. - к нему обратился Кондрусов О.Н. для подготовки процессуальных документов ООО «Эргосиб» к ИП Морозову Н.Ю.

• ФИО30 - она по указаниям руководителя ФИО29 подготовила исковое заявление по требованиям ООО «Эргосиб» к ИП ФИО1, а также подписала заявление ООО «Эргосиб» о включении в реестр требований ИП ФИО1 по доверенности, документы для подписания ей передал ФИО3

• ФИО31 - именно ФИО3 передавал ей иск и первичные документы по иску ООО «Эргосиб» к ФИО1, которые были предъявлены в третейский суд.

Кроме того, ФИО32 являлся директором ООО «Агентство альтернативных решений», в пользу которого ФИО3 было произведено перечисление денежных средств в сумме 1 500 000 рублей за услуги которое общество для ООО «ШОП» не оказывало.

Из показаний ФИО4, данных в рамках уголовного дела, следует, что ФИО3 ему знаком примерно с 2000 года, он пришел к нему на работу и параллельно стажировался, работали примерно до 2006 года, также они знакомы с ФИО32, который работал у него в должности юрисконсульта.

Дело о банкротстве ИП ФИО1 возбуждено на основании якобы заявления о банкротстве ИП ФИО1

ФИО1 неоднократно заявлял о том, что ни с каким заявлением о личном банкротстве ФИО1 не обращался в арбитражный суд.

Заключением эксперта от 17.02.2016 установлен факт фальсификации подписи ФИО1 в заявлении о своем личном банкротстве.

В указанном заявлении в качестве кандидатуры арбитражного управляющего была указана кандидатура ФИО4

Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что лицо, которое инициировало по сфальсифицированным документам дело о банкротстве ИП Морозова Н.Ю. для достижения своих целей по лишению Морозова Н.Ю. влияния на ООО «ШОП» выбрало Перминова А.А.

Кроме того, в заявлении о собственном банкротстве ИП ФИО1 указана несуществующая задолженность перед ООО «Эргосиб». Указанную задолженность могло указать только то лицо, которое планировало включиться в реестр требований кредиторов ИП ФИО1 на основании сфальсифицированных документов.

На основании всего вышеизложенного, суд приходит к выводу, что истцами доказано причинение ответчиками убытков ООО «ШОП» в сумме 22 173 512 рублей 56 копеек на основании следующего расчета:

Рыночная стоимость имущества должника в размере 29 026 195 рублей 27 копеек (состоящая из дебиторской задолженности ООО «Евробир» в сумме 2 984 718 рублей 12 копеек, дебиторской задолженности ФИО18 в сумме 4 625 285 рублей 46 копеек, рыночной стоимости нежилых помещений в сумме 21 416 101 рублей 69 копеек) уменьшенная на сумму денежных средств, полученных от продажи этой дебиторской задолженности 507 000 рублей (402 000 рублей + 105 000 рублей) и на сумму денежных обязательств ООО «ШОП» в деле о банкротстве (сумма обоснованных расходов) 6 345 592,71 рублей.

Оценивая доводы участвующих в деле лиц о размере причиненного ООО «ШОП» вреда, суд соглашается с доводом истца о том, что размер ущерба следует определять исходя из рыночной стоимости реализованного конкурсным управляющим имущества должника.

При определении размера убытков необходимо руководствоваться отчетом об оценке № 28/01/15-07Ф от 24.02.2015, поскольку отчет об оценке № 02112/14-Н от 30.07.2014, подготовленный в рамках дела о банкротстве ООО «ШОП» для проведения торгов, использован быть не может, ввиду того, что

оценка для определения начальной продажной цены в рамках дела о банкротстве имеет свои особенности и по своей природе ближе к ликвидационной стоимости чем к рыночной.

При этом суд учитывает, что действуя разумно и добросовестно, ФИО3 должен был не доводить до реализации объектов недвижимости, принадлежавших ООО «ШОП», должен был сохранить указанное недвижимое имущество в интересах ООО «ШОП».

Согласно положениям статей 195, 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, чье право нарушено.

Неблагоприятные последствия в виде продажи дебиторской задолженности по заниженной стоимости, необоснованного возмещения расходов на банкротство в связи с затягиванием процедуры конкурсного производства, необоснованной реализации недвижимого имущества наступили для ООО «ШОП» в период с января 2014 года по июль 2015 года.

Право на предъявление требований о взыскании убытков в рамках самостоятельного иска у истца возникло после того, как конкурсное производство в отношении ООО «ШОП» было завершено.

До этого момента от имени ООО «ШОП» действовал конкурсный управляющий ФИО3

Свои права как участник ООО «ШОП» (включая право на предъявление требований в интересах общества) ФИО1, лишенный контроля над обществом в результате действий ФИО4, смог реализовать только после восстановления соответствующей записи в ЕГРЮЛ (14.08.2015), то есть уже после завершения конкурсного производства (объявлена резолютивная часть определения 07.07.2015).

К этому моменту ответчиками была выполнена вся совокупность вменяемых им незаконных действий (бездействия) и наступили все

неблагоприятные последствия, совокупность которых составляет убытки ООО «ШОП».

Исковое заявление было подано истцом в марте 2016 года, то есть в пределах соблюдения установленного законом трехлетнего срока исковой давности.

Период совершения ответчиками незаконных действий (бездействия), повлекших причинение обществу убытков, в данном случае правового значения для срока исковой давности не имеет, поскольку право общества считается нарушенным в момент, когда для него наступили неблагоприятные последствия (возникли непосредственно сами убытки).

Принимая во внимание действия (бездействия) обоих ответчиков, суд считает доказанным, что они привели к причинению вреда ООО «ШОП».

При этом, невозможно разделить действия ответчиков и установить в какой части отвечает каждый из них, поскольку неисполнение обязанностей ФИО4 сделало возможным наступление последствий в виде причинения убытков ООО «ШОП».

На основании изложенного суд приходит к выводу о неделимости обязательства ответчиков по возмещению вреда.

Доводы ответчиков и третьих лиц о переоценке истцами фактических обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными актами по делу № А40-64995/2011, подлежат отклонению. Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.08.2017 по делу № 305-ЭС-16-7512, обжалуемые по делу судебные акты, вопреки мнению заявителя, не препятствуют разрешению самостоятельного иска о возмещении управляющим убытков, причиненных, по мнению ФИО1, должнику. Указанная позиция в полной мере относится к рассматриваемому спору, с учетом совокупности обстоятельств, подлежащих установлению в соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку при рассмотрении судом апелляционной жалобы ФИО1 на

определение Арбитражного суда города Москвы от 24.08.2015 о завершении производства по делу о банкротстве ООО «ШОП» судом не исследовался вопрос о причинении конкурсным управляющим убытков обществу.

Изложенное свидетельствует об обоснованности требований истцов в части солидарного взыскания с ответчиков 22 173 512 рублей 56 копеек убытков.

Расходы по уплате государственной пошлины подлежат распределению по правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и относятся на ответчиков.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

взыскать солидарно с ФИО3 и ФИО4 в пользу общества с ограниченной ответственностью «ШОП» 22 173 512 рублей 56 копеек убытков.

Взыскать с ФИО3 в доход федерального бюджета 66 934 рубля государственной пошлины.

Взыскать с ФИО4 в доход федерального бюджета 66 934 рубля государственной пошлины.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (город Томск).

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (город Тюмень) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной

инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Арбитражный суд разъясняет лицам, участвующим в деле, что настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

Судья М.И. Храмышкина

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ СудебногодепартаментаДата 04.02.2019 5:43:44

Кому выдана Храмышкина Мария Ивановна