Решение от 3 ноября 2020 г. по делу № А70-22091/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-22091/2019
г. Тюмень
03 ноября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 27 октября 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 03 ноября 2020 года.

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Голощапова М.В., при ведении протокола помощником судьи Усковой Т.С., рассмотрев в открытом судебном заседании дело, возбужденное по иску Общества с ограниченной ответственностью "ЭОЛА" к Обществу с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Запад" о взыскании денежных средств, при участии Общества с ограниченной ответственностью "ГВиК" в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора,

от истца: ФИО1 по доверенности от 11.05.2018 года, личность удостоверена паспортом гражданина РФ, удостоверение от 11.02.2003 года;

от ответчика: ФИО2 по доверенности № 4/689 от 13.01.2020, личность удостоверена паспортом гражданина РФ, представлен диплом об образовании;

от третьего лица: ФИО3 по доверенности от 13.03.2018 года, личность удостоверена паспортом гражданина РФ,

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "ЭОЛА" (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к Обществу с ограниченной ответственностью "Управляющая компания "Запад" (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) о взыскании неосновательного обогащения в размере 106 365, 12 руб.

Определением суда от 14.07.2020 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Общество с ограниченной ответственностью "ГВиК" (ОГРН <***>, ИНН <***>).

До принятия судом решения по делу истец увеличил исковые требования, просил суд взыскать с ответчика 123 695, 98 руб. неосновательного обогащения.

Исковые требования, со ссылками на ст. 1102 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), Правила содержания общего имущества в многоквартирном доме и правила изменения размера платы за содержание и ремонт жилого помещения в случае оказания услуг и выполнения работ по управлению, содержанию и ремонту общего имущества в многоквартирном доме ненадлежащего качества и с перерывами, превышающими установленную продолжительность», утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 года № 491, обоснованы тем, что на стороне ответчика сформировалась неосновательное обогащение в виде излишне уплаченных истцом денежных средств за содержание общего имущества многоквартирного жилого дома по адресу: <...>, исходя из площади принадлежащих истцу нежилых помещений.

По мнению истца, экспертным заключением по результатам экспертизы, проведенной в рамках дела между теми же сторонами А70-7857/2018, установлено, что нежилые помещения, принадлежащие истцу на праве собственности, введены в эксплуатацию как самостоятельные объекты; встроенные, пристроенные нежилые помещения, объекты незавершенного строительства и помещения многоквартирного жилого дома по адресу: <...>, являются единым строением только в части встроенных помещений площадью 503,2 кв.м., установленной заключением эксперта, входящих в контур жилого дома. В то время как нежилые помещения пристроенной части площадью 953,3 кв.м. имеют собственный фундамент, крышу, входы и эвакуационные выходы, собственные инженерные сети и коммуникации. В отношении встроенно – пристроенных объектов заключены самостоятельные договоры с ресурсоснабжающимим организациями.

В обоснование заявленных требований о начислении платы на содержание общего имущества спорного МКД (далее - СОИ), исходя из площади встроенного помещения 503,2 кв.м., истец так же ссылается на данные технического паспорта, согласно которым площадь встроенно – пристроенных помещений, принадлежащих истцу, не входит в общую площадь дома. Кроме того, обособленность пристроенных помещений подтверждается тем, что для завершения строительства пристроенных помещений истцу был передан в аренду земельный участок, на котором уже располагалось 5-ти этажное здание с пристроем. Истец так же указывает, что ответчик не осуществляет обслуживание пристроенного помещения, поскольку отказался от ремонта крыши данного помещения при обнаружении протечки.

Ответчик в отзывах на исковое заявление требования истца не признает, указывает, что нежилые помещения площадью 1 457,2 кв.м., принадлежащие истцу на праве собственности, и МКД являются единым строением, доводы истца не исключают его обязанность по оплате услуг по содержанию МКД, исходя из общей площади 1 457, 2 кв.м.

В судебном заседании 27.10.2020 года представитель истца пояснил позицию согласно исковому заявлению и письменным пояснениям.

Представитель ответчика требования истца не признал по основаниям отзыва, дополнений к отзыву.

Представитель третьего лица поддержал позицию истца.

Заслушав объяснения представителей истца, ответчика, третьего лица, исследовав письменные доказательства, суд считает иск не подлежащим удовлетворению на основании следующего.

Согласно представленным в материалы дела выпискам из ЕГРН, истцу на праве собственности принадлежит нежилое помещение с кадастровым номером 72:23:0427002 площадью 550,6 кв.м. по адресу: <...> (т.1л.д.43-52). Указанное помещение введено в эксплуатацию Актом государственной приемочной комиссии о приемке законченного строительством объекта в эксплуатацию от 10.02.1997 года, утвержденного распоряжением Территориального управления Администрации г. Тюмени по Калининскому административному округу № 253 от 04.03.1997 года.

Истцу так же принадлежит нежилое помещение с кадастровым номером 72:23:0427002 площадью 906,6 кв.м., адрес: <...>. Указанное помещение введено в эксплуатацию Актом приемки законченного строительством объекта приемочной комиссией к распоряжению администрации г. Тюмени № 4256 от 01.20.2001 года.

Согласно материалам дела на основании договора управления многоквартирным домом от 19.09.2006 года ответчик осуществляет управления в качестве управляющей организацией МКД по адресу: <...> (т.1л.д.34).

Согласно акту государственной приемочной комиссии о приемке законченного строительством объекта жилой дом по адресу: <...> введен в эксплуатацию 06.03.1996 года.

Истец, утверждая, что, поскольку пристроенное помещение площадью 906,6 кв.м. является автономным в части обеспечения коммунальными ресурсами и определением доли в пользовании земельным участком, то не подлежат оплате услуги по содержанию общего имущества МКД в части расходов на содержание: земельного участка, техническое обслуживание общего имущества МКД, общедомовых приборов учета воды; общедомовых приборов учета тепла; холодное водоснабжение в целях содержания общего имущества, электрической энергии в целях содержания общего имущества МКД.

Поскольку в период с 01.09.2016 года ответчиком счета на содержание общего имущества выставлялись, исходя из общей площади нежилых помещений истца в размере 1 457,2 кв.м., истец с 01.05.2018 года прекратил оплачивать платежи на содержание общего имущества многоквартирного жилого дома.

Согласно расчету ответчика, исходя из общей площади принадлежащих истцу помещений, размер задолженности по расчетам истца составил 1 240 703, 78 руб. за период с 01.09.2016 года по 01.07.2020 года.

Согласно расчетам истца, размер платы на содержание общего имущества, исходя из площади встроенного помещения, по состоянию на 01.07.2020 года составил 429 035, 57 руб.

С учетом внесенной истцом ранее оплаты в размере 552 731, 55 руб. по состоянию на 01.07.2020 года по расчетам истца у ответчика образовалось неосновательное обогащение в размере 123 695, 98 руб. (с учетом уточнения от 13.08.2020 года т.1 л.д.122).

Истец обратился к ответчику с требованием о зачете и требованием о возврате излишне полученных платежей.

Поскольку ответчик требования истца не удовлетворил, суму неосновательного обогащения не возвратил, истец обратился в Арбитражный суд Тюменской области с настоящим иском.

В соответствии с п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в частности, из договоров и иных сделок.

В соответствии со статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 290 ГК РФ собственникам квартир в МКД принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры.

В силу статьи 39 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ) собственники помещений в МКД несут бремя расходов на содержание общего имущества в МКД. Доля обязательных расходов на содержание общего имущества МКД, бремя которых несет собственник помещения в таком доме, определяется долей в праве общей собственности на общее имущество в таком доме указанного собственника.

Согласно пункту 1 статьи 158 ЖК РФ собственник помещения в МКД обязан нести расходы на содержание принадлежащего ему помещения, а также участвовать в расходах на содержание общего имущества в МКД соразмерно своей доле в праве общей собственности на это имущество путем внесения платы за содержание и ремонт жилого помещения.

Исходя из смысла данных норм права, у собственника помещения в многоквартирном доме, независимо от того, является ли это помещение жилым или нежилым, в силу закона возникает гражданско-правовое денежное обязательство по оплате содержания и ремонта общего имущества дома тому лицу, которое эти услуги осуществляет. Участие каждого участника общей долевой собственности в расходах по содержанию имущества в соответствии с его долей является следствием самого права собственности вне зависимости от заключения им договоров с управляющей организацией. Расходы по содержанию многоквартирного дома обусловлены необходимостью его эксплуатации и поэтому являются обязательными.

В соответствии с положениями Инструкции о проведении учета жилищного фонда в Российской Федерации, утвержденной приказом Министерства Российской Федерации по земельной политике, строительству и жилищно-коммунальному хозяйству от 04.08.1998 7 № 37, признаками единства здания служат: фундамент и общая стена с сообщением между частями, независимо от назначения последних и их материала; при отсутствии сообщения между частями одного здания признаком единства может служить общее назначение здания; однородность материала стен, общие лестничные клетки, единое архитектурное решение.

При этом пунктами 3 и 4 Правил содержания общего имущества многоквартирного дома, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 13.08.2006 № 491, установлено, что при определении состава общего имущества используются содержащиеся в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним (далее - Реестр) сведения о правах на объекты недвижимости, являющиеся общим имуществом, а также сведения, содержащиеся в государственном земельном кадастре.

В случае расхождения (противоречия) сведений о составе общего имущества, содержащихся в Реестре, документации государственного технического учета, бухгалтерского учета управляющих или иных организаций, технической документации на многоквартирный дом, приоритет имеют сведения, содержащиеся в Реестре.

В статье 1 Инструкции о проведении учета жилищного фонда Российской Федерации, утвержденной Приказом Минземстроем России от 04.08.1998 № 37 указано, что единицей технической инвентаризации является: домовладение; отдельно стоящее основное здание. Согласно Указаниям по заполнению формы федерального статистического наблюдения № С-1 «Сведения о вводе в эксплуатацию зданий и сооружений», утвержденных приказом Федеральной службы государственной статистики (далее - Росстат) от 01.11.2008 № 274, а также редакции Указаний, действующей в спорный период:

- помещения, встроенные в здания и предназначенные для магазинов, столовых, парикмахерских, ателье и тому подобных, назначение которых иное, чем основное назначение здания, входят в состав основного здания;

- наружные пристройки к объектам учитываются как отдельные здания только в случае, если такие пристройки носят иной функциональный характер, чем объект (здание) в целом.

С учетом изложенного, в предмет исследования подлежит включению вопрос о наличии или отсутствии признаков общего имущества у здания и спорного помещения, который является вопросом права.

При этом, учитывая, что собственник помещения в многоквартирном доме должен нести расходы по содержанию общего имущества, исходя из доли в общем имуществе пропорционально площади, принадлежащей ему встроенно - пристроенной части нежилого помещения, для целей установления наличия обязанности ответчика по несению расходов по содержанию общего имущества МКД, юридически значимым обстоятельством, в том числе, является установление, представляет ли собой спорное помещение во встроенно – пристроенной части самостоятельный объект.

Кроме того, пристрой также представляет собой конструктивно связанный со зданием объект и лишь в отдельных случаях может представлять собой не часть здания, а расположенный рядом с основным зданием самостоятельный объект недвижимости, который является полностью обособленным, изолированным и может существовать отдельно без жилого дома. Само по себе встроенно-пристроенное помещение уже означает единую систему инженерных коммуникаций.

В обоснование заявленных исковых требований истец ссылается на материалы дела А70-7857/2018 и установление в рамках дела фактов, имеющих преюдициальное значение по настоящему делу в силу ст. 69 АПК РФ.

Судом установлено, что в Арбитражным судом Тюменской области рассмотрено дело № А70-7857/2018 по иску ООО «Управляющая компания «Запад» к ООО «ГВиК», ООО «ЭОЛА» о взыскании 1 219 862 руб. 31 коп. основного долга за содержание общего имущества МКД, 791 906 руб. 19 коп., пени с учетом уточнений. Решением Арбитражного суда от 21.11.2019 года, оставленным в силе постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 05.06.2020 года, исковые требования удовлетворены частично.

Поскольку между сторонами возникли разногласия относительно площади занимаемых обществом «ГВиК» нежилых помещений, а также конструктивных особенностей нежилых помещений и наличия у ответчика возможности получения коммунальных ресурсов через сети многоквартирного дома судом была назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту ООО «ЭКО-Н сервис» (т.1.л.д.133).

Согласно п. 13 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04 апреля 2014 года № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Исходя из изложенного, суд расценивает представленное экспертное заключение в качестве одного из доказательств по делу.

Объектом исследования, согласно экспертному заключению является 5-этажный жилой дом с встроенно – пристроенными нежилыми помещениями, целевое использование определено так же как жилой многоквартирный дом с встроенно – пристроенными нежилыми помещениями на 1 этаже здания.

Таким образом, исходя из данных определений эксперта, суд делает вывод о том, что экспертом спорный МКД с встроеннно – пристроенными помещениями рассматривался как единый объект.

Среди вопросов, поставленных эксперту, был так же поставлен вопрос № 3, а именно: являются ли встроенные помещения, пристроенные нежилые помещения, объекты незавершенного строительства обособленными (изолированными) от помещений многоквартирного дома по адресу: <...> (имеют ли отдельный фундамент, собственные стены, перекрытие, крышу).

Согласно ответу эксперта на поставленный вопрос, определено, в том числе, что встроенные, пристроенные нежилые помещения, объекты незавершенного строительства и помещения многоквартирного жилого дома по адресу: <...> являются единым строением, имеют единый фундамент, стены, кровлю в части встроенных помещений. Жилой дом и встроенно-пристроенные помещения имеют общий сборный ленточный фундамент из ж/б блоков ФБС, общие несущие и ограждающие стены, выполненные из кирпича, общую стену с сообщением между частями. Помещения пристроенной части сообщаются по коридору с помещениями, расположенными во встроенной части и имеют общее функциональное назначение (нежилые помещения), имеют единое объемно – планировочное решение помещений. Жилая часть дома и встроенно – пристроенные помещения выполнены в едином архитектурном решении. Различие по конструктивным решениям заключается только в конструкции кровли.

Согласно заключению эксперта, подвальное помещение, располагающееся под МКД со встроенно–пристроенными помещениями используется для обслуживания инженерных сетей и коммуникаций. Вход в подвальные помещения осуществляется через входы, которые расположены в торцах здания. Вход в нежилые помещения, расположенные на 1 этаже встроенно – пристроенной части, осуществляется через отдельные входные группы, изолированные от жилой части, часть нежилых помещений имеет выходы в дворовую часть. Жилой дом имеет восемь подъездов, выходящих в дворовую часть.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что подвальное помещение является единым для всего МКД со встроенно – пристроенными помещениями.

Доказательства иного суду не представлены. При этом от проведения экспертизы в настоящем деле стороны отказались.

Суд указывает, что заключение эксперта аргументировано, содержит ссылки на соответствующие нормы и правила, выводы по поставленным вопросам и не противоречит иным представленным доказательства, рассматривается судом в качестве допустимого доказательства.

С учетом изложенного, из представленного заключения следует, что встроенно – пристроенная часть нежилого помещения технически связана с общим имуществом МКД.

Кроме того, согласно представленному истцом в материалы дела рабочему проекту объекта магазина – склад оптовой торговли № 324-34-98 от 1998 года, указано, что инженерные сети, в том числе, магистральные трубопроводы прокладываются в подвальной части здания и частично над полом первого этажа; тепловой пункт расположен в подвале; внутренний водопровод запроектирован от существующего ввода водопровода здания, разводящая магистраль водопровода прокладывается под потолком подвальной части здания и теплоизолируется матами из минеральной ваты S=40 мм и последующим покрытием стеклоткани РСТ; внутренняя сеть канализации прокладывается из чугунных канализационных труб и подключается к существующей системе канализации здания (т.2л.д.66-108).

Согласно письму от 07.09.1998 года № 3136 ТМУП городские тепловые сети «ПГТС» теплоснабжение магазина встроенно-пристроенного к жилому дому по ул. Локомотивная, 116 возможно от теплотрассы, проходящей по подвалу дома (т.2л.д.76).

Согласно акту обследования инженерных сетей, представленному ответчиком, водоснабжение нежилых помещений, принадлежащих истцу, осуществляется от внутридомовых инженерных сетей жилого дома, подключение выполнено путем соединения фасонных частей разводки канализации нежилого помещения к внутридомовой системе канализации жилого дома. Теплоснабжение осуществлено от БКВ (безканальной врезки) в транзитный трубопровод теплоснабжения АО «УСТЭК», через прибор учета тепловой энергии и теплоносителя ООО «ЭОЛА», расположенном в подвале МКД. В части помещений ООО «ЭОЛА» проходят внутридомовые неизолированные стояки теплоснабжения без отопительных приборов (радиаторов) (т.2.л.д.124).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в подвальном помещении МКД расположены инженерные сети, которые обслуживают как жилые помещения МКД, так и нежилые помещения ответчика.

В соответствии с пунктами 5, 6, 8 Правил содержания общего имущества, в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 13.08.2006 № 491, внутридомовые инженерные системы электро-, тепло-, водоснабжения и водоотведения включаются в состав общего имущества многоквартирного дома.

В нарушение требований ст. 65 АПК РФ ответчик не представил доказательств, свидетельствующих о том, что принадлежащее ему встроено-пристроенное нежилое помещение полностью изолировано от многоквартирного дома и может существовать отдельно без жилого дома, имеет собственные инженерные коммуникации, не входящие в состав общего имущества многоквартирного дома.

При этом, суд полагает необходимым отметить, что при установленных выше обстоятельствах факты наличия в аренде истца земельного участка под пристроенной частью помещения, автономного энергоснабжения помещений, на котором настаивает истец, не свидетельствуют о самостоятельности объекта недвижимости относительного многоквартирного дома.

В связи с чем, нельзя прийти к выводу о том, что пристроенная часть нежилого помещения никоим образом не связана со встроенной его частью и является самостоятельным объектом недвижимости в силу того, что проектировалась, строилась и вводилась в эксплуатацию отдельно от встроенной части помещения и дома в целом, носит иной функциональный характер.

Определение правового режима имущества и вида собственности относится к вопросам права, то есть исключительно к компетенции арбитражного суда, при этом, сам по себе факт принятия в эксплуатацию спорного помещения как самостоятельного объекта является недостаточным для вывода о самостоятельности спорного встроенно-пристроенного помещения, как объекта недвижимости.

Таким образом, какие-либо сомнения относительно единого статуса многоквартирного дома и встроенно-пристроенного помещения, принадлежащего истцу, отсутствуют, спорное помещение входит в состав МКД.

Изложенные обстоятельства, носящие объективный характер, свидетельствуют о том, что заявленная истцом автономность принадлежащего ему помещения от жилого дома достоверно не подтверждена.

Следовательно, истец обязан нести расходы на содержание общего имущества МКД в соответствии с действующим законодательством, то есть пропорционально размеру общей площади помещения, принадлежащего собственнику.

В обоснование заявленной позиции истец так же указывает, что для обслуживания нежилых помещений, принадлежащих истцу на праве собственности, истцом заключен договор теплоснабжения № Т-32132 от 18.06.2015 года, договор на отпуск питьевой воды, прием сточных вод и загрязняющих веществ № 00411/196 от 03.11.2011 года; договор энергоснабжения № 1993 от 01.11.2016 года; договор на монтаж, наладку и ввод в эксплуатацию узла учета тепловой энергии № П06-14 от 28.08.2014 года; договор на техническое обслуживание узла учета тепловой энергии № ТО- 042/17 от 20.12.2016 года; договор об оказании услуг по вывозу твердых бытовых отходов, жидких нечистот и крупногабаритного мусора № 1 199/03/17 от 15.09.2016 года.

При этом суд указывает, что бремя содержания собственником принадлежащего ему имущества не исключает обязанности по содержанию общего имущества МКД при установленных обстоятельствах, в силу правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 09.11.2010 № 4910/10.

Довод истца о том, что ответчик не осуществлял ремонт крыши, отклоняется судом, поскольку данное обстоятельство также не освобождает истца от отплаты расходов на содержание общего имущества МКД.

Обязанным лицом перед управляющей организацией является именно истец, поскольку прямого договора, заключенного между управляющей организацией и иным лицом (например, арендатор помещения), на которого ответчиком возлагалось бы несение соответствующих расходов, не имеется.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Исходя из положений статьи 1102 ГК РФ, при рассмотрении требования о взыскании неосновательного обогащения подлежат доказыванию: факт приобретения или сбережения денежных средств ответчиком за счет истца, отсутствие к этому оснований, установленных сделкой, законом или иными правовыми актами, а также размер неосновательного обогащения.

Исходя из изложенного, оценив в совокупности представленные доказательства, доводы сторон, руководствуясь ст. 65, 71, 78 АПК РФ, суд приходит к выводу о том, что истцом не доказано наличие на стороне ответчика неосновательного обогащения, следовательно, заявленные исковые требования удовлетворению не подлежат.

В соответствии со ст. 333.21 Налогового Кодекса Российской Федерации за рассмотрение настоящего искового заявления с учетом увеличения истцом исковых требований подлежит уплате государственная пошлина в размере 4 711,00 руб.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ государственная пошлина в размере 4 191 руб., уплаченная истцом по платежному поручению № 803 от 16.09.2019 года, относится на истца.

В связи с увеличением истцом исковых требований государственная пошлина в размере 520,00 руб. подлежит взысканию с истца в доход федерального бюджета.

Руководствуясь ст.ст.167-170, 171 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью "ЭОЛА" в доход федерального бюджета РФ 520,00 руб. государственной пошлины. Выдать исполнительный лист.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Восьмой арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня изготовления решения в полном объеме.

Судья

Голощапов М.В