Решение от 23 июня 2022 г. по делу № А40-280116/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-280116/21-189-2138
г. Москва
23 июня 2022 года
Резолютивная часть решения объявлена 16 июня 2022 года

Полный текст решения изготовлен 23 июня 2022 года

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Председательствующего: судьи Ю.В. Литвиненко,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по иску

ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ФОРТУНА КРЫМ" 295000, КРЫМ РЕСПУБЛИКА, СИМФЕРОПОЛЬ ГОРОД, КАРЛА МАРКСА УЛИЦА, ДОМ 14/9, ЛИТЕР Ц, ПОМЕЩЕНИЕ 81, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 15.04.2014, ИНН: <***>

к 1) ФИО2,

2) ФИО3,

3) ФИО4,

о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ГУРМЭ»,

о взыскании в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 1 998 106, 71 руб.

Третьи лица: 1) ОТДЕЛ СУДЕБНЫХ ПРИСТАВОВ ПО ЦЕНТРАЛЬНОМУ АДМИНИСТРАТИВНОМУ ОКРУГУ № 3 ГОРОДА МОСКВА 129090, Г. МОСКВА, ПЕР. КОПТЕЛЬСКИЙ 1-Й, 14/16, 2;

2) МЕЖРАЙОННАЯ ИНСПЕКЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 46 ПО Г. МОСКВЕ 125373, МОСКВА ГОРОД, ПОХОДНЫЙ ПРОЕЗД, ДВЛД 3, СТР 2, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 23.12.2004, ИНН: <***>.

При участии: согласно протокола судебного заседания от 16 июня 2022 года,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ФОРТУНА КРЫМ» (далее – Истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к ответчикам ФИО2, ФИО3, ФИО4 (далее – Ответчики) о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ГУРМЭ», о взыскании в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 1 998 106 руб. 71 коп.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ОТДЕЛ СУДЕБНЫХ ПРИСТАВОВ ПО ЦЕНТРАЛЬНОМУ АДМИНИСТРАТИВНОМУ ОКРУГУ и МЕЖРАЙОННАЯ ИНСПЕКЦИЯ ФЕДЕРАЛЬНОЙ НАЛОГОВОЙ СЛУЖБЫ № 46 ПО Г. МОСКВЕ (далее – Третьи лица).

Истец, ответчики ФИО2, ФИО4 и третьи лица в заседание суда не явились, надлежащим образом извещены, о дате, времени и месте рассмотрения дела. Дело рассматривается в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ, в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Ответчик ФИО3 возражал против удовлетворения исковых требований по доводам изложенным в отзыве на исковое заявление.

Изучив все материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд считает, что в удовлетворении исковых требований следует отказать в связи со следующим.

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Республики Крым от 25 декабря 2019 года, оставленным без изменения постановлением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 06 марта 2020 года, по делу № А83-11271/2018, с ООО «Гурмэ» (ИНН <***>) в пользу ООО «Фортуна Крым» денежные средства в размере 1 512 000 руб., а также расходы, связанные с оплатой государственной пошлины в размере 28 120 руб.

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 01 марта 2021 года по делу № А83-11271/2018 с ООО «Гурмэ» в пользу ООО «Фортуна Крым» взысканы 20 000 руб. судебные расходы, понесенные в связи с рассмотрением дела №А83-11271/2018.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20 июля 2021 года по делу № А40-84436/2021 с ООО «Гурмэ» в пользу ООО «Фортуна Крым» взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в период с 09.03.2017 по 07.04.2021 в размере 426 982 руб. 51 коп., а так же расходы по оплате госпошлины в размере 11 004 руб. 20 коп.

ООО «Гурмэ» 12 августа 2021 года исключено из ЕГРЮЛ на основании ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», о чем в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись. На момент исключения из ЕГРЮЛ ООО «Гурмэ» имелась задолженность перед истцом в размере 1 998 106 руб. 71 коп., подтвержденная судебными актами по делам № А83-11271/2018 и № А40-84436/2021.

Истец указывает, что в период с 24.03.2016 ФИО2 являлся участником на 100% уставного капитала ООО «Гурмэ». Генеральным директором ООО «Гурмэ» на момент заключения сделки (счет на оплату № 481 от 28.02.2017 года на сумму 1 512 000 руб. являлся ФИО2.

В период с 12.12.2017 ФИО3 являлся участником на 100% уставного капитала ООО «Гурмэ». В период с 14.11.2018 года генеральным директором ООО «Гурмэ» также являлся ФИО3.

В период с 31.01.2020 ФИО4 являлся участником на 100% уставного капитала ООО «Гурмэ». В период с 31.01.2020 года генеральным директором ООО «Гурмэ» также являлся ФИО4.

В обоснование исковых требований истец указывает, что ответчики как генеральные директоры и участниками ООО «Гурмэ» действовали неразумно и недобросовестно, зная о наличии задолженности не предприняли никаких действий к ее погашению, не подали заявление о признании Общества несостоятельным (банкротом), а ответчик ФИО4 не предпринял никаких действий к прекращению либо отмене процедуры исключения общества из ЕГРЮЛ.

Истец считает, что ответчики в силу п.п. 1-3 ст. 53.1 ГК РФ, п. 3.1 ст. 3 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» должны нести субсидиарную ответственность по обязательствам ООО «Гурмэ».

Таким образом, истец указывает, что размер ответственности ответчиков, привлекаемых к субсидиарной ответственности по обязательствам ликвидированного ООО «Гурмэ», равен размеру неисполненных обязательств по судебным актам по делам № А83-11271/2018 и № А40-84436/2021.

Данные факты послужили основанием для обращения в суд.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Так, п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

Деятельность юридического лица прекращена в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», согласно которому юридическое лицо, которое в течение 12-ти месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством РФ о налогах и сборах, не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо).

При наличии одновременно указанных в пункте 1 статьи 21.1 ФЗ от 08.08.2001 № 129-ФЗ признаков недействующего юридического лица регистрирующий орган принимает решение о предстоящем исключении юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) – как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя.

Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 по делу № 306-ЭС19-18285 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст. 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лицруководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) – предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами.

Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя, должен обосновать наличие в действиях руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений и желания погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Таким образом, для привлечения единоличного исполнительного органа к субсидиарной ответственности доказыванию подлежит в силу ст. 65 АПК РФ состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Согласно п.п. 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке; 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица; 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Порядок и основания привлечения единоличного исполнительною органа общества к субсидиарной ответственности по обязательствам общества установлены законом.

При этом само по себе наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не влечет субсидиарной ответственности участника (руководителя) общества.

Так, судом учтено, что решение суда по делу № А83-11271/2018, на которое Истец ссылается в обоснование своих требований к ФИО3, вступило в законную силу 06.03.2020 г., т.е. в период, когда ФИО3 уже не являлся контролирующим лицом по отношению к ООО «ГУРМЭ», не мог влиять на деятельность организации,

Доказательств того, что доля в уставном капитале ООО «ГУРМЭ» была безвозмездно отчуждена, суду не предоставлено. Тогда как согласно имеющемуся договору купли-продажи доли, удостоверенному нотариально (Т. 1 л.д. 53), вся документация передана по акту (Т. 1 л.д. 54), покупатель – ФИО4 не может быть отнесен к «номинальным» лицам, поскольку на дату рассмотрения дела является руководителем действующий организации ООО «ЛИДЕР» (ИНН <***>, ОГРН <***>) (Т. 1 л.д. 55-56), является действующим Индивидуальным предпринимателем (ИНН <***>, ОГРНИП 319237500446119) (Т. 1 л.д. 57).

Однако, Истцом, каких-либо доказательств в подтверждение того, что долг возник вследствие действий (бездействий) Ответчиков, суду не представлено. В материалах дела отсутствуют и Истцом не представлены доказательства, свидетельствующие о противоправности действий Ответчиков.

Материалы дела не содержат и Истцом не представлено бесспорных доказательств того, что задолженность перед Истцом, факт наличия которой установлен вступившими в законную силу судебными актами, не была погашена именно ввиду недобросовестных и виновных действий (бездействий) Ответчиков.

При этом наличие у общества, впоследствии исключенного из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо регистрирующим органом, непогашенной задолженности перед Истцом не может являться бесспорным доказательством вины ответчиков в неуплате указанного долга, равно как и свидетельствовать о недобросовестном или неразумном поведении Ответчиков, повлекшем неуплату этого долга.

Истец не был лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента как недействующего юридического лица, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц.

При этом Истец не воспользовался правом, предусмотренным положениями пункта 4 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» и не направил в установленный законом срок в регистрирующий орган свои возражения относительно предстоящего исключения общества из ЕГРЮЛ, а также правом подачи заявления о признании общества несостоятельным (банкротом), в связи с чем он несет негативные последствия не предъявления такого требования.

Доказательства того, что Ответчиками с момента возникновения у общества задолженности до дня исключения ООО «Гурмэ» из ЕГРЮЛ были совершены какие-либо действия и которые могли быть оценены как неразумные либо недобросовестные и повлекшие неисполнение обязательства в материалы дела Истцом не представлены.

В силу правовой позиции Верховного суда РФ, изложенной в определении № 307-ЭС20-180 от 25.08.2020, само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с положениями, закрепленными в пункте 3.1 статьи 3 Закона об обществах.

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве») следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации. При разрешении такого рода споров Истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине Ответчиков в результате его неразумных либо недобросовестных действий.

В соответствии с представленными в материалы дела выписками по счетам ООО «ГУРМЭ»:

№ 40702810238000080747 в ПАО СБЕРБАНК за период с 06.07.2017 г. по 28.01.2020 г.,

№ 40702810612000030682 в ПАО Банк «ФК ОТКРЫТИЕ» за период с 15.04.2016 г. по 26.11.2021 г. отсутствуют какие-либо операции, которые могли бы свидетельствовать о совершении Ответчиками (включая ФИО3) недобросовестных действий, перечисленных в п. 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.12.2013 г. № 62, в том числе операции, которые могли бы носить характер подозрительных или могли бы свидетельствовать о совершении умышленных действий по выводу активов ООО «ГУРМЭ» (например, перечисление средств на счета взаимозависимых или подконтрольных организаций либо «фирм-однодневок», выплата вознаграждения контролирующим лицам без надлежащих оснований, продажа основных средств организации и пр.).

Счета в иных банках или кредитных учреждениях ООО «ГУРМЭ» не открывались.

Доводы Истца об уклонении ФИО3 от обязанности инициировать банкротство ООО «ГУРМЭ» (п. 1 ст. 9 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности банкротстве») ничем не подтверждены,

Учитывая, что Истец, действуя разумно и добросовестно, самостоятельно мог обратиться в суд с заявлением о признании ООО «Гурмэ» несостоятельным (банкротом), отсутствуют какие-либо основания для взыскания убытков с Ответчика ввиду его бездействия.

Кроме того, контролирующее должника лицо не может быть привлечено к субсидиарной ответственности по банкротным основаниям в отсутствие возбужденного дела о банкротстве.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2020 по делу № 307-ЭС20-180 указано на невозможность привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности за неподачу заявления должника о банкротстве, в случаях когда какая-либо процедура банкротства в отношении юридического лица не возбуждалась, а исключение из ЕГРЮЛ осуществлено в административном порядке по правилам статьи 21.1 Закона о государственной регистрации.

Доказательств возбуждения в отношении ООО «Гурмэ» дела о несостоятельности (банкротстве) суду не представлено. Следовательно, отсутствуют правовые основания для привлечения Ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве общества.

Таким образом, ссылка истца на ст. 9 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» является необоснованной.

Ответственность контролирующих должника лиц перед кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) обязательства подконтрольным обществом, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила в результате выполнения обществом указаний контролирующих лиц и такие указания носили заведомо недобросовестный и неразумный характер, например, когда такие лица при наличии у общества достаточных средств для погашения кредиторской задолженности уклонялись от исполнения денежных обязательств перед кредиторами, скрывали имущество, выводили активы, совершали действия, заведомо ухудшающие финансовое положение общества.

Вместе с тем, как указано выше, сам факт непогашения данной задолженности не может являться достаточным основанием для привлечения его директора к субсидиарной ответственности, поскольку Истцом не было представлено в материалы дела доказательства, что неоплата обществом задолженности по судебным актам произошла в результате недобросовестных действий Ответчиков.

В частности, в материалах дела отсутствуют доказательства, что Ответчики совершали действия, направленные на растрату денежных средств и отчуждение имущества, с целью причинения вреда Истцу или обществу.

Кроме того, суд учитывает, что правоотношения сторон, явившиеся поводом для обращения ООО «Фортуна Крым» в суд с рассматриваемым иском, возникли до вступления в законную силу изменений, которые ввели в действие п. 1 ст. 53.1 ГК РФ (28.06.2017 г.), поэтому положения указанного пункта не могут применяться в данном случае, а, следовательно, Ответчики (в том числе ФИО3) не могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по заявленному основанию.

Какие-либо иные доказательства или убедительные доводы в обоснование своей позиции о недобросовестности и неразумности поведения непосредственно ответчиков истцом не представлены.

В соответствии с ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Исследовав и оценив в порядке ст. 71 АПК РФ представленные истцом в обоснование своих доводов доказательства, исходя из предмета и оснований заявленных исковых требований, а также из достаточности и взаимной связи всех доказательств в их совокупности, установив обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, руководствуясь положениями действующего законодательства, принимая во внимание конкретные обстоятельства именно данного дела, сложившуюся судебно-арбитражную практику по рассматриваемому вопросу суд отказывает в удовлетворении заявленных исковых требований, поскольку пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для их удовлетворения, так как истец не доказал обстоятельства на которые он ссылается как на основание своих требований и входящие в предмет доказывания по рассматриваемому иску.

Расходы по оплате государственной пошлины по иску распределяются в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 4, 9, 27, 41, 63-65, 71, 110, 112, 121, 122, 123, 156, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований – отказать.

Решение может быть обжаловано в порядке и сроки, предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.



Судья:

Ю.В. Литвиненко