Постановление от 8 сентября 2022 г. по делу № А56-135092/2018

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-135092/2018
08 сентября 2022 года
г. Санкт-Петербург
/суб.1


Резолютивная часть постановления оглашена 05 сентября 2022 года

Постановление изготовлено в полном объёме 08 сентября 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Морозовой Н.А.,

судей Бурденкова Д.В., Тарасовой М.В.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

конкурсный управляющий ФИО2, паспорт, решение суда от 11.06.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационные номера 13АП-22373/2022, 13АП-22374/2022, 13АП-22376/2022) ФИО3, ФИО4, общества с ограниченной ответственностью «Юпитер» (ИНН <***>) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.06.2022 по делу № А56-135092/2018/суб.1, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Юпитер» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц - ФИО5 Элмурода, ФИО4, ФИО3, общества с ограниченной ответственностью «Юпитер» (ИНН <***>) в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Юпитер» (ИНН <***>),

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Спецработы» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Юпитер» (ИНН <***>) (далее – ООО «Юпитер», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 06.11.2018 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Юпитер».

Определением суда от 15.01.2019 (резолютивная часть от 14.01.2019) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена ФИО2.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №14 от 26.01.2019.

Решением суда от 11.06.2019 (резолютивная часть от 10.06.2019) ООО «Юпитер» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО2

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 112 от 29.06.2019.

Конкурсный управляющий ФИО2 обратилась в арбитражный суд с заявлением (с учётом его уточнения) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Юпитер» солидарно ФИО5 Элмурода, ФИО4, ФИО3,

общества с ограниченной ответственностью «Юпитер» (ИНН <***>).

Определением от 17.06.2022 суд привлек солидарно ФИО4, ФИО3, ФИО5 и ООО «Юпитер» (ИНН <***>) к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Юпитер» и приостановил производство по настоящему обособленному спору приостановлено до окончания расчетов с кредиторами по делу о несостоятельности (банкротстве).

В апелляционной жалобе ФИО3, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит определение суда от 17.06.2022 отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности. Как указал апеллянт, он занимал должность финансового директора и не осуществлял контроль над обществом, не являлся его участником, а выполнял трудовые функции в строго оговорённых пределах.

В апелляционной жалобе ФИО4, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит определение от 17.06.2022 отменить. Податель жалобы считает недоказанным факт причинения его действиями имущественного вреда обществу, а выводы суда о непередаче им документации должника ошибочны.

В апелляционной жалобе ООО «Юпитер» (ИНН <***>), ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит определение суда от 17.06.2022 отменить в части привлечения его к субсидиарной ответственности. Апеллянт выражает несогласие с позицией первой инстанции о том, что общество являлось контролирующим должника лицом ввиду его аффилированности с ФИО4, а также заключением договора №14/06/18 от 14.06.2018, поскольку договор подразумевал под собой необходимость отработать подрядные работы по обязательствам должника и выполнять гарантийные обязательства в течение 5 лет, а полученные денежные средства подлежали направлению в субподрядные организации.

До начала судебного заседания от ФИО3 поступило ходатайство о рассмотрении апелляционных жалоб в его отсутствие, которое апелляционным судом удовлетворено.

В судебном заседании конкурсный управляющий ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционных жалоб.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». Надлежащим образом извещённые о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, своих представителей не направили, в связи с чем жалобы рассмотрены в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в их отсутствие.

Коль скоро возражений против рассмотрения апелляционных жалоб в пределах заявленных в них доводов не поступило, то законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке в обжалуемой части.

Суд апелляционной инстанции признал апелляционные жалобы не подлежащими удовлетворению в свете следующего.

В соответствии со статьёй 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника (пункт 1).

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в частности, документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2 пункта 2).

В абзаце десятом пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление №53) разъяснено, что руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Приведённое требование Закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов не позволяет арбитражному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В частности, в силу положений статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Указанные лица несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности названных лиц должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Таким образом, к субсидиарной ответственности может быть привлечён как единоличный исполнительный орган, так и учредители (участники) должника, а также иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия.

Суд первой инстанции установил, что с декабря 2016 года по 03.06.2018 учредителем и руководителем должника являлся ФИО4

ФИО3 в период с 01.02.2017 по 30.06.2018 осуществлял функции финансового директора (трудовой договор №02-к от 01.02.2017, приказ об увольнении №50-к от 30.06.2018).

С 04.06.2018 права участника должника приобрела Международная Коммерческая Компания Титчер Лимитед Групп (Сейшелы), а руководителем общества стал ФИО5 Элмурод, который выполнял эти функции вплоть до признания должника несостоятельным (банкротом).

Определение суда в части привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности никем из участников обособленного спора не обжаловано.

В адрес бывших руководителей должника ФИО4 и ФИО5, а также ФИО3 направлены запросы о предоставлении документации должника (письма с идентификационными номерами 23602230193395, 23602230193470, 23602230193432, 23602143002630).

Какие-либо документы ФИО4 представлены не были.

Апелляционная инстанция отклоняет довод апелляционной жалобы ФИО4 о надлежащем исполнении им обязанности по передаче документации ФИО5, поскольку данный довод опровергается установленными в рамках обособленного спора №А56-135092/2018/истр.10 и №А56-135092/2018/сд.1 обстоятельствами. При рассмотрении названых споров суды пришли к выводу о том, что документы ФИО4 ФИО6 по акту приема-передачи документов от 13.06.2018 не передавались.

Исходя из бухгалтерского баланса должника на 31.12.2017, активы должника составили 101 067 тыс. руб., из которых 76 519 тыс. руб. – финансовые вложения, 20 230 тыс. руб. – дебиторская задолженность. При этом пассивы составили всего 3 610 тыс. руб.

Отсутствие первичных бухгалтерских и иных финансовых документов лишило конкурсного управляющего возможности в полном объёме проинвентаризировать имущество, имущественные права, дебиторскую задолженность и денежные обязательства должника с целью их оценки и продажи для погашения требований кредиторов, сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Учитывая изложенное, в рассматриваемом случае имеется причинно-следственная связь между отсутствием документации должника и невозможностью осуществления расчётов с кредиторами.

Апелляционный суд соглашается с позицией суда о том, что конкурсный управляющий в достаточной степени обосновал наличие существенных затруднений в проведении в отношении общества процедуры конкурсного производства, обусловленных отсутствием документации должника.

При таком положении суд обоснованно констатировал наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности за непередачу документов и имущества.

В отношении ФИО3 суд первой инстанции не усмотрел оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по названному основанию с учетом выводов апелляционного суда, изложенных в постановлении от 19.03.2021 по обособленному спору № А56-135092/2018/истр.10 об отсутствии доказательств нахождения бухгалтерских документов должника в его распоряжении.

В качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4, ФИО3 и ООО «Юпитер» (ИНН <***>) конкурсный управляющий сослался на согласованные действия указанных лиц, в результате которых должник утратил возможность исполнить обязательства перед кредиторами, эффективно защищать свои интересы в спорных отношениях, в том числе и посредством предъявления требований к иным участникам оборота, полностью прекратил ведение хозяйственной деятельности.

Согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход. Если к ответственности привлекается контролирующее должника лицо, одобрившее сделку прямо (например, действительный участник корпорации) либо косвенно (например, фактический участник корпорации, оказавший влияние на номинального участника в целях одобрения им сделки), для применения названной презумпции заявитель должен доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам, о чем контролирующее лицо в момент одобрения знало либо должно было знать исходя из сложившихся обстоятельств и с учетом его положения (пункт 23). По общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из пункта 16 постановления №53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, должник осуществлял строительство физкультурно-оздоровительного комплекса (далее – ФОК) в <...> по договору № 03-01-2017 от 31.01.2017, заключенному с ООО «Проммеханика» (правопреемник - ООО «АвтоторАрена»).

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 13.03.2018 по делу №А21-11971/2017 с должника в пользу ООО «Спецработы» (заявитель по делу о банкротстве) взыскано 6 048 163,22 руб. задолженности, 320 000 руб. пени, 55 779 руб. в возмещение расходов по уплате государственной.

ФИО4 и ФИО3 в течение месяца (04.06.2018 и 30.06.2018 соответственно) прекратили своё участие в деятельности должника посредством перевода на номинальное лицо - ФИО5 прав и обязанностей единоличного исполнительного органа.

Как указывалось выше, с 04.06.2018 учредителем должника является Международная Коммерческая Компания Титчер Лимитед Групп (Сейшелы), руководителем – ФИО5

В рамках обособленного спора №А56-135092/2018/истр.10 суды двух инстанций согласились с позицией конкурсного управляющего о том, что ФИО5 фактически являлся номинальным руководителем должника и не реализовывал корпоративные права и не осуществлял правомочия по управлению экономической деятельностью юридического лица и его банковским счетом. ФИО5 не сменил банковские карточки с образцами подписи ФИО4 и ФИО3 в кредитных учреждениях, не сдавал налоговую и бухгалтерскую отчетность, не вёл хозяйственной деятельности, корреспонденцию по месту регистрации не получал, не принимал участия в заседаниях суда.

При рассмотрении поименованного обособленного спора судами установлено и подтверждено, что после формальной смены руководителя ФИО4 и ФИО3 продолжали контролировать должника, заключать договоры, распоряжаться денежными средствами на банковском счете, то есть фактическое сохранение за ФИО4 и ФИО3 совместного контроля над должником.

Судом также установлено, что с января 2018 года работниками ООО «Юпитер» (ИНН <***>) являлись ФИО7 (генеральный директор), ФИО4 и ФИО3

Между тем, спустя 10 дней после сложения с себя полномочий руководителя, 14.06.2018 ФИО4 (от имени ООО «Юпитер» (ИНН <***>) и ООО «Юпитер» (ИНН <***>) подписан договор №14/06/18 о передаче прав и обязанностей по договору №03-01-2017 от 31.01.2017 на выполнение работ, по которому ООО «Юпитер» (ИНН <***>) уступило ООО «Юпитер» (ИНН <***>) не только право требования 28 459 363,49 руб. к ООО «Автотор-Арена» за 1 000 000 руб., но и продолжение взаимоотношений по договору – дальнейшее строительство физкультурно-оздоровительного центра.

ФИО3 продолжил распоряжаться счетом должника, передал 14.08.2018 по акту от имени должника права и обязанности по договору по оказании услуг подвижной связи МТС.

Определением от 08.01.2021 судом установлена совместность и согласованность действий ФИО4 и ФИО3 (более 15 лет) на основании выписок из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Калининград Агранс», ООО «Ремстройсервис», ООО «Геостройтрест», ООО «НСТ», ООО «Геострой» и ООО «НСТ 16», ответов ООО «НСТ», ООО «НСТ 16», ООО «Геострой», согласно которым учредителями, генеральными директорами, финансовыми директорами является ФИО4 и ФИО3

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2021 по делу №А56-135092/2018/сд.1 подтверждено, что ООО «Юпитер» (ИНН <***>) является бенефициаром договора № 14/06/18 о передаче прав и обязанностей по договору № 03-01-2017 от 31.01.2017.

В рамках обособленного спора №А56-135092/2018/сд.1 по оспариванию названного договора суды констатировали, что договор о передаче прав и обязанностей № 14/06/18 от 14.06.2018 фактически заключен между ФИО4, с одной стороны, и ООО «Юпитер» (ИНН <***>), с другой стороны, поскольку ФИО4 не имел полномочий действовать от лица должника.

Судами была дана оценка дополнительному соглашению от 15.06.2018 к незаключенному договору, вопреки позиции ответчика ООО «Юпитер», оно не содержит условие об исполнении ответчиком обязательств должника перед третьими лицами в пределах 20 000 000 руб., наоборот, за уступаемые права ответчик выплачивает должнику 1 000 000 руб., а также оплачивает за ответчика в пределах 20 000 000 руб. неисполненных обязательств перед третьими лицами, привлеченных им же для исполнения договора №03-01- 2017 от 31.01.2017. Таким образом, дополнительное соглашение, вопреки позиции ответчика, не содержит договоренности об уплате ООО «Юпитер» (ИНН <***>) за ООО «Юпитер» (ИНН <***>) задолженности последнего перед третьими лицами.

При этом ООО «Юпитер» (ИНН <***>) в отсутствие экономического обоснования и дополнительных затрат получил все активы должника для целей осуществления своей финансово-хозяйственной деятельности.

Таким образом, в результате названных действий должник полностью прекратил ведение хозяйственной деятельности и утратил возможность исполнить обязательства перед кредиторами.

При таком положении суд первой инстанции обоснованно привлек к субсидиарной ответственности соответствующих ответчиков к субсидиарной ответственностью по исследованному основанию.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции считает, что в апелляционных жалобах не содержится доводов, которым судом первой инстанции не была дана надлежащая оценка, судебный акт в обжалованной части как законный и обоснованный отмене или изменению не подлежит.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 17.06.2022 по делу № А56-135092/2018/суб.1 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


Н.А. Морозова



Судьи



Д.В. Бурденков



М.В. Тарасова