Постановление от 21 июля 2025 г. по делу № А32-4549/2021

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-4549/2021
г. Краснодар
22 июля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 8 июля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 22 июля 2025 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Глуховой В.В., судей Илюшникова С.М. и Резник Ю.О., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Егоровой М.Е., и участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы веб-конференции, от ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 27.01.2025), ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 13.09.2024), в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу ФИО5 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.12.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2025 по делу № А32-4549/2021 (Ф08-3542/2025), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО3 (далее – должник) ФИО5 (далее также – заявитель) обратилась с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника в размере 36 111 852 рубля 40 копеек, из них: 35 171 211 рублей – неосновательное обогащение, 940 641 рубль 40 копеек – проценты за пользование чужими денежными средствами (уточненные требования).

Определением суда от 05.11.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 23.04.2025 в удовлетворении заявления о включении задолженности в реестр требований кредиторов должника отказано.

В кассационной жалобе ФИО5 просит отменить судебные акты, принять по делу новый судебный акт. Податель жалобы указал, что суды не учли, что факт передачи ФИО5 должнику денежных средств установлен вступившим в законную силу определением суда от 22.12.2022 о признании сделки недействительной, в связи с чем должник безвозмездно получил от кредитора денежные средства в размере 250 тыс. долларов США и 180 тыс. евро и не возвратил, тем самым  неосновательно обогатился; суд апелляционной инстанции, придя к выводу о том, что ФИО5 не доказала возможность предоставления займа должнику, нарушил часть  2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

В материалы дела от должника поступил отзыв, согласно которому просит определение суда и постановление суда апелляционной инстанций оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Представитель ФИО5 в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции.

Представитель должника в судебном заседании возражал против доводов, изложенных в кассационной жалобе, просил определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции – оставить без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел к выводу о том, что судебные акты первой и апелляционной инстанций отмене не подлежат.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО6 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, определением               от 08.02.2021 возбуждено дело о банкротстве. Решением суда от 23.04.2021 должник признан банкротом, в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО7 Сообщение о введении процедуры опубликовано в газете «Коммерсантъ» – 24.04.2021 № 73 (7035), в ЕФРСБ – 21.04.2021      № 6541654.

11 мая 2021 года ФИО5 обратилась с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника в размере 53 531 178 рублей – основной долг, 847 127 рублей 60 копеек –  неустойка, 6 тыс. рублей расходов по уплате государственной пошлины, на основании решения Геленджикского городского суда от 05.03.2021 по делу № 2-73/2021 (2-2423/2020) и расписок от 01.09.2018 (валютный заем), от 19.01.2019 и       от 01.05.2019.

В рамках дела о банкротстве финансовый управляющий обратился с заявлением о признании недействительной сделкой предоставление ФИО5 должнику займа в размере 250 тыс. долларов США и 180 тыс. евро на основании расписки от 01.09.2018.

Определением суда от 18.11.2021 выделено в отдельное производство требование ФИО5 о включении в реестр требований кредиторов на основании расписки        от 01.09.2018 (валютный заем) и объединено с заявлением об оспаривании сделки для совместного рассмотрения.

Определением суда от 10.02.2022 выделено в отдельное производство заявление финансового управляющего о признании недействительной сделки о предоставлении займа в размере 250 тыс. долларов США и 180 тыс. евро, на основании расписки                от 01.09.2018, заключенной между должником и ФИО5

Определением суда от 31.03.2022 требования ФИО5 частично включены в реестр требований кредиторов по распискам от 19.01.2019 и 01.05.2019.

Определением суда от 22.12.2022 сделка по передаче ФИО5 должнику денежных средств в иностранной валюте по расписке от 01.09.2018 в размере 250 тыс. долларов США и 180 тыс. евро признана недействительной (ничтожной). Основанием для признания сделки недействительной явилось нарушение валютного законодательства.

В настоящем обособленном споре рассматривается требование ФИО5 о включении в реестр задолженности, основанной на расписке от 01.09.2018 (валютный заем в размере 250 тыс. долларов США и 180 тыс. евро) в размере 36 111 852 рублей 40 копеек (уточненные требования).

Уточняя требования после признания сделки недействительной, заявитель указал, что в соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке. ФИО5 фактически передала должнику по недействительной сделке денежные средства в размере 250 тыс. долларов США и 180 тыс. евро. Вступившим в законную силу определением суда от 22.12.2022 по настоящему делу установлено, что ФИО5 имела финансовую возможность предоставить заем должнику, в связи с чем должник обязан возвратить полученное им по недействительной сделке.

В связи с тем, что денежные средства должником не возвращены, заявитель обратился с настоящим заявлением в суд.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды руководствовались  статьями 10, 140, 141, 317, 807, 808, 810 ГК РФ, статьями 100, 213.24 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 1, 9, 14 Федерального закона от 10.12.2003 № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» (далее – Закон о валютном регулировании).

Суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из следующего.

Установление требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в соответствии с порядком, установленным статьями 71, 100, 142 Закона о банкротстве, в зависимости от процедуры банкротства, введенной в отношении должника.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в редакции, действовавшей на момент рассмотрения спора, указано, что в силу пунктов 3 – 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 и от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

При рассмотрении обоснованности требования кредитора подлежат проверке доказательства возникновения задолженности в соответствии с материально-правовыми нормами, которые регулируют обязательства, не исполненные должником.

Согласно пункту 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

Валютные операции между резидентами запрещены в силу части 1 статьи 9 Закона о валютном регулировании. Частью 3 статьи 14 названного закона закреплено, что расчеты при осуществлении валютных операций производятся физическими лицами – резидентами через банковские счета в уполномоченных банках, порядок открытия и ведения которых устанавливается Центральным банком Российской Федерации, за исключением такой валютной операции как перевод физическим лицом – резидентом из Российской Федерации и получения в Российской Федерации физическим лицом – резидентом перевода без открытия банковских счетов, осуществляемых в установленном Центральным банком Российской Федерации порядке, который может предусматривать только ограничение суммы перевода, а также почтового перевода.

Указанием Центрального банка Российской Федерации от 30.03.2004 № 1412-У «Об установлении суммы перевода физическим лицом – резидентом из Российской Федерации без открытия банковских счетов» установлено, что при осуществлении валютных операций физическое лицо – резидент имеет право перевести из Российской Федерации без открытия банковского счета в уполномоченном банке иностранную валюту или валюту Российской Федерации в сумме, не превышающей в эквиваленте 5000 долларов США, определяемой с использованием официальных курсов иностранных валют к рублю, установленных Банком России на дату поручения уполномоченному банку на осуществление указанного перевода. Общая сумма переводов физического лица – резидента из Российской Федерации без открытия банковского счета, осуществляемых через уполномоченный банк (филиал уполномоченного банка) в течение одного операционного дня, не должна превышать сумму, установленную этим пунктом.

Таким образом, заем денежных средств в иностранной валюте, превышающий 5000 долларов США, для целей соблюдения законодательства об обороте иностранной валюты в Российской Федерации, должен осуществляться исключительно в безналичном порядке через банковские счета в уполномоченных банках.

Обстоятельства выдачи кредитором должнику валютного займа в размере 250 000 долларов США и 180 000 евро, оформленного распиской от 01.09.2018,  минуя банковский счет в уполномоченном банке, установлены при рассмотрении заявления о признании сделки недействительной.

По результатам нового рассмотрения, определением суда от 22.12.2022 признана недействительной сделка по передаче ФИО5 должнику по договору валютного займа, оформленного распиской от 01.09.2018 (валютный заем), иностранной валюты в размере 250 тыс. долларов США и 180 тыс. евро.

Признавая сделку недействительной суд пришел к выводу о том, что исходя из нарушения пункта 3 статьи 14 Закона о валютном регулировании валютный заем мог быть выдан исключительно в безналичном порядке через банковские счета в уполномоченных банках.

Сделка, условия которой нарушают законодательство Российской Федерации в силу прямого указания статьи 168 ГК РФ, является недействительной.

В соответствии со статей 25 Закона о валютном регулировании резиденты и нерезиденты, нарушившие положения актов валютного законодательства Российской Федерации и актов органов валютного регулирования, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В результате совершения оспариваемой сделки причинен вред не только обществу (контроль за поступлением валютной выручки), но и имущественным правам кредиторов (выразившийся в увеличении кредиторской задолженности, в т.ч. за счет санкций, согласованных сторонами в договоре валютного займа).

Лица, нарушающие действующее законодательство Российской Федерации, злоупотребляющие своими правами должны нести негативные правовые последствия, в противном случае нарушение правовых основ государственного регулирования деятельности по проведению валютных операций на территории Российской Федерации не повлечет для них установленную законодательством ответственность.

Поскольку несоблюдение требования об использовании специального счета при осуществлении валютных операций посягает на установленный законодательством публично-правовой порядок в сфере валютных правоотношений, то совершение указанных действий не подлежит судебной защите. При этом указал об отсутствии доказательств мнимости сделки и наличии у кредитора финансовой возможности выдать займ.

Определение суда от 22.12.2022 не обжаловано и вступило в законную силу. Суд, признавая недействительной сделку, пришел к выводу о том, что прямое нарушение законодательного запрета не подлежит судебной защите, не применил последствия недействительности сделки по договору валютного займа, оформленного распиской          от 01.09.2018, что соответствует положениям пункта 4 статьи 167 ГК РФ.

В связи с признанием сделки недействительной определением Краснодарского краевого суда от 18.05.2023 по делу № 2-73/2021 решение Геленджикского городского суда Краснодарского края от 05.03.2021 отменено по новым обстоятельствам, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Решением Геленджикского городского суда Краснодарского края от 24.04.2024 по делу № 2-138/2021, оставленным без изменения судами апелляционной и кассационной инстанции, в удовлетворении требований ФИО5 о взыскании суммы долга, процентов, неустойки по расписке от 01.09.2018 отказано.

При этом судами отклонены доводы ФИО5 о том, что вступившим в законную силу судебным актом установлена финансовая возможность выдать займ, о порядке рассмотрения требований кредиторов, а также необоснованном отказе в уточнении требований на взыскание неосновательного обогащения.

Руководствуясь статьями 32, 71, 100 Закона о банкротстве, в условиях наличия вступившего и сохраняющего законную силу судебного акта об отказе во взыскании спорной задолженности и невозможности его преодоления в рамках настоящего дела о банкротстве, суды обоснованно отказали в удовлетворении требований.

В данном случае суды пришли к выводу, что включение в реестр требований кредиторов денежных средств, которые переданы должнику с противоправной целью, противоречат положениям статьи 10 ГК РФ и не подлежат судебной защите. Кредитор не раскрыл мотивы и основания предоставления денежных средств должнику в иностранной валюте, притом, что, как указывалось ранее, в силу статьи 9 Закона о валютном регулировании валютные операции между гражданами Российской Федерации запрещены, за исключением случаев, установленных названным законом.

Суд округа учитывает правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.12.2023 № 305-ЭС21-26882 (3) в соответствии с которой совершение платежа в наличной форме является законным способом расчетов (пункт 1 статьи 140 ГК РФ) и само по себе не свидетельствует о подозрительности такой операции, особенно в ситуациях, когда плательщиком выступает физическое лицо, а оплата по договору, произведенная в иностранной валюте в нарушение правил осуществления валютных операций сама по себе не влечет недействительности договора.

Вместе с тем в деле о банкротстве наличие расписки и признание должником долга не является безусловным основанием для включения требования кредитора в реестр требований кредиторов должника и не освобождает заинтересованное лицо                        от обязанности подтвердить реальность наличия денежного обязательства объективными доказательствами с учетом публичного характера процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В кассационной жалобе заявитель настаивает на том, что при рассмотрении заявления о признании сделки недействительной судом сделан вывод о наличии у заявителя финансовой возможности выдать займ, что является преюдицией не подлежащей доказыванию в ином процессе.

Вместе с тем, суд округа учитывает, что указывая о наличии финансовой возможности, суд первой инстанции не анализировал документы, а констатировал факт, судом общей юрисдикции также оценка данному обстоятельству не дана. Преюдициальными являются только факты, установленные судом на основе доказательств и имеющие значение для дела. Если суд не провел оценку доказательств, такие утверждения не обладают преюдициальной силой.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции правомерно дал оценку документам, представленным кредитором. Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что представленные заявителем документы (сведения о наличии счетов ФИО5 за период с 01.01.2014 по 31.12.2017, договоры аренды, выписка из лицевого счета по вкладу, налоговые декларации за период с 2015 по 2017 годы) не подтверждают факт снятия со счета или со вклада в банке денежных средств в иностранной валюте накануне заключения договора займа в валюте (расписка от 01.09.2018).

Суд апелляционной инстанции указал, что сведения о полученном ФИО5 доходе представлены в рублях, в то время как заем предоставлялся в иностранной валюте (доллары США и Евро). Кредитор не представил доказательства конвертации (перевода) рублей в доллары США и Евро, обмена денежных средств. Справка за период с 21.10.2016 по 20.10.2021 в валюте счета, выданная ПАО Сбербанк не свидетельствует о снятии денежных средств в даты и в размере, сопоставимом с датой выдачи займа. Выписки из лицевого счета, сберегательная книжка об остатке денежных средств в иностранной валюте в 2014 году также не подтверждают факт снятия денежных средств для выдачи займа в 2018 году. Суд округа также учитывает ведение заявителем предпринимательской деятельности, выдачу должнику рублевых займов по иным распискам от 19.01.2019 и 01.05.2019 (19 500 тыс. рублей), требования по которым включены в реестр требований кредиторов и погашены в ходе процедуры банкротства. Таким образом, само по себе наличие у заявителя финансовой возможности в рублях предоставить должнику заем не подтверждает факт снятия денежных средств в рублях со счетов либо вклада и их последующую конвертацию в доллары США и евро.

Доводы жалобы о наличии финансовой возможности выдать займ направлены на иную оценку обстоятельств, установленных судом апелляционной инстанции на основе исследования доказательств, которая не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Иная оценка заявителем жалобы обстоятельств дела не свидетельствует о судебной ошибке и основанием к отмене судебного акта не является.

Аргумент кассационной жалобы о том, что в связи с признанием валютного займа недействительным требования уточнены на включение в реестр суммы неосновательного обогащения по расписке от 01.09.2018, судом округа признаются ошибочными.

Изменение правовой квалификации требования или норм права, которые позволяют истцу предъявить такое требование при изложенных им фактических обстоятельствах, само по себе не означает изменения предмета или основания иска (абзац седьмой пункта 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»).

В данном случае переквалификация ФИО5 заемных обязательств в обязательства по возврату неосновательного обогащения не имеет правового значения при разрешении спора, поскольку основанием ее требования является один и тот же факт, которому судами дана соответствующая правовая оценка при рассмотрении заявления.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ, имеющиеся в материалах дела доказательства, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суды пришли к верному выводу о том, что при признании сделки недействительной определением суда от 22.12.2022 реституция не применена ввиду нарушения норм законодательства о валютном регулировании и отказа в судебной защите, финансовая возможность выдать займ в рублевом эквиваленте 36 млн рублей документально не подтверждена. В условиях наличия вступившего и сохраняющего законную силу судебного акта об отказе во взыскании спорной задолженности и невозможности его преодоления в рамках настоящего дела о банкротстве, суды обоснованно отказали в удовлетворении требований.

Суд кассационной инстанции считает выводы судов соответствующими представленным доказательствам, установленным фактическим обстоятельствам спора, нормам материального и процессуального права.

Довод должника о пропуске срока исковой давности являлся предметом исследования судов и ему дана надлежащая правовая оценка.

Основания для отмены или изменения определения и постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 АПК РФ), не установлены.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ в связи с отказом в удовлетворении кассационной жалобы, расходы за подачу кассационной жалобы (20 тыс. рублей) подлежат отнесению на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 05.12.2024 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2025 по делу № А32-4549/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий                                                                                  В.В. Глухова

Судьи                                                                                                                С.М. Илюшников   

                                                                                                              Ю.О. Резник