Постановление от 9 июня 2022 г. по делу № А57-16869/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-43872/2019

Дело № А57-16869/2017
г. Казань
09 июня 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 02 июня 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 09 июня 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Самсонова В.А.,

судей Ивановой А.Г., Фатхутдиновой А.Ф.,

при участии представителя:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 02.06.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 18.11.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2022

по делу № А57-16869/2017

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Силуэт» ФИО3 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Силуэт», г. Саратов (ИНН <***>, ОГРН <***>),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 08.05.2018 (резолютивная часть от 07.05.2018) общество с ограниченной ответственностью «Силуэт» (далее – ООО «Силуэт», должник) признано несостоятельным (банкротом). Определением Арбитражного суда Саратовской области от 18.02.2021 конкурсным управляющим ООО «Силуэт» утвержден ФИО3.

В арбитражный суд 10.02.2021 от конкурсного управляющего поступило заявление в порядке статьи 49 АПК РФ о привлечении контролирующих должника лиц: ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 18.11.2021 заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности удовлетворено в части. Суд признал наличие оснований для привлечения учредителя ООО «Силуэт» ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. В удовлетворении остальной части заявления отказано. Производство по заявлению конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2022 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции от 18.11.2021 и постановление суда апелляционной инстанции от 22.03.2022 в части признания наличия оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности.

ФИО1 указывает на то, что ООО «Силуэт» после реализации имущества, которое не являлось основным источником дохода должника, продолжало осуществлять деятельность, на дату совершения сделки по отчуждению имущества у ООО «Силуэт» отсутствовали кредиторы, которые в последующем включены в реестр требований кредиторов должника, реализация имущества не повлекла убытков. Вместе с тем, заявителя кассационной жалобы считает, что конкурсный управляющий не представил доказательства оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Судебные акты обжалованы и проверяются судом кассационной инстанции только в части признания оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (статья 286 АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ суд кассационной инстанции проверяет законность обжалуемых судебных актов в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

В судебном заседании представитель ФИО1 настаивает на удовлетворении кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 286 АПК РФ, изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав в судебном заседании представителя ФИО1, судебная коллегия считает кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судами первой и апелляционной инстанций, с даты образования – 02.07.2008 по 20.05.2015 ФИО1 являлся учредителем ООО «Силуэт» с долей в уставном капитале 33%.

09.02.2015 ООО «Силуэт» (прежнее наименование – ООО «СДМ») в лице директора ФИО7 (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи производственной базы общей площадью 1387,5 кв.м, инвентарный номер: 4996, кадастровый номер: 51:20:0000000:3258, расположенной по адресу: г. Мурманск, Восточно-Объездная автодорога, д. 218.

Согласно пункту 3.1 договора сумма договора и стоимость объекта составила 11 550 000,00 руб.

Названная сделка была одобрена внеочередным собранием участников ООО «СДМ (об одобрении и совершении крупной сделки), в котором приняли участие: ФИО1 – 33%, ФИО8 – 33%, ФИО5 - 34%, ФИО7 – исполнительный орган (директор) и единогласно принято решение о разрешении исполнительному органу заключить сделку по продаже здания, принадлежащего должнику, которое оформлено протоколом от 06.02.2015 № 18.


Впоследствии 28.11.2016 ФИО1 (продавец) и ФИО8, действующий за себя и ФИО5 (покупатели), заключили договор, по условиям которого продавец продал, а покупатели купили 2/3 доли в общую долевую собственность производственную базу.

Определением суда от 30.10.2019 договор купли-продажи от 09.02.2015 указанного здания производственной базы, заключенный должником в лице директора ФИО7 и ФИО1, а также последующая сделка по отчуждению имущества признаны недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Вступившими в законную силу судебными актами по настоящему делу установлено, что договор от 09.02.2015 и договор от 28.11.2016 являются единой сделкой, совершенной между взаимозависимыми лицами и имеющими общую цель.

Судами при рассмотрения заявления о признании договора купли-продажи здания производственной базы от 09.02.2015 установлено, что договор купли-продажи основного актива должника заключен должником и ФИО1 в период проведения выездной налоговой проверки.

Вместе с тем, судами отмечено, что реализация объекта недвижимости, с учетом даты заключения договора купли-продажи, направлена на причинение ущерба имущественным интересам кредиторов, чтобы сделать невозможным последующее удовлетворение требований кредиторов.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, на то, что в результате совершения вышеуказанных сделок по выводу активов (здание производственной базы) должника в пользу заинтересованных лиц должник утратил основной актив, и считая, что конкурсной массы будет недостаточно для погашения требований кредиторов, конкурсный управляющий (в дальнейшем с уточнением заявленных требований) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Как следует из материалов дела, обстоятельства, которые указаны конкурсным управляющим в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, а именно совершение договор купли-продажи основного актива должника имело место в 2015 году.

Таким образом, настоящий спор подлежал рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, и с применением норм процессуального права, предусмотренных Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано после 01.07.2017.

Установив, что ФИО1 являлся учредителем должника, между тем ФИО1, исходя из анализа совершенной сделки по выводу актива должника, являлся лицом, фактически контролирующим деятельность должника и выгодоприобретателем по сделке, сделка совершена в период выездной налоговой проверки, и в результате совершения сделки должник утратил основной актив и возможность продолжать хозяйственную деятельность, суды первой и апелляционной инстанций, руководствуясь положениями статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, пришли к выводу о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Вопреки доводам ФИО1 о том, что после совершения оспариваемых сделок ООО «Силуэт» продолжал осуществление своей деятельности, из бухгалтерского баланса за 2015 год можно сделать вывод о значительно сокращении кредиторской задолженности, суды установили, что согласно данным бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2014 активы ООО «Силуэт» (ранее ООО «СДМ) составляли 118 905 тыс. руб., в том числе: основные средства 25 488 тыс. руб., запасы 43 193 тыс. руб., дебиторская задолженность 49 342 тыс. руб., кредиторская задолженность составляла 58 392 тыс. руб., а за 2015 год бухгалтерский баланс имеет нулевой показатель основных средств, согласно бухгалтерской отчетности должника за 12 месяцев 2016 года актив ООО «Силуэт» имеет нулевое значение.

Ссылка ФИО1 на то, что в результате применения судом последствий недействительности сделок был осуществлен возврат имущества, проданного обществом, также признана судами несостоятельным, так как возврат имущества в конкурсную массу должника не является безусловным основанием для отказа в привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, поскольку судом установлены негативные для должника последствия от отчуждения спорного имущества.

Доводы ФИО1 о том, что сделка была выгодной для должника отклонено судом апелляционной инстанции с указанием на пункте 3.2 договора купли-продажи недвижимости от 09.02.2015, согласно которому право требования покупателя к продавцу возникло на основании договора беспроцентного займа от 20.06.2012 № 13, договора беспроцентного займа № 16 от 2013 года, договора беспроцентного займа от 27.02.2013 № 18, договора беспроцентного займа № 20 от 17.10.2013, договора беспроцентного займа № 21 от 25.12.2014, договора цессии № 1 от 01.12.2014, договора цессии № 2 от 01.12.2014.

Согласно пункту 3.4 договора купли-продажи недвижимости от 09.02.2015 после проведения зачета требований покупателя к продавцу в сумме 11 500 000,00 рублей обязанность ФИО1 по выплате цены договора считается исполненной.

При таких обстоятельствах, суды установили, что денежные средства от продажи имущества должник фактически не получил, что также указывает на то, что сделка была совершена во вред кредиторам.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемой части судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

Как следует из материалов дела, обстоятельства, которые указаны конкурсным управляющим в качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, а именно совершение договор купли-продажи основного актива должника имело место в 2015 году.

Таким образом, настоящий спор подлежал рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, и с применением норм процессуального права, предусмотренных Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, поскольку заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано после 01.07.2017.

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ (и ныне действующего подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

В абзаце 2 пункта 23, в пункте 21 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 установлено, что, если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, или контролирующим лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, для применения презумпции заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем или членом исполнительного органа (подпункт 1 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве); извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 3 постановления Пленума от 21.12.2017 № 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.); суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника; суд может признать лицо контролирующим должника по любым иным доказанным основаниям (пункт 5 статьи 61.10), которые прямо в законе не указаны; перечень оснований и обстоятельств, перечисленных в пунктах 3 – 7 указанного постановления, не является исчерпывающим.

Соответственно, основания для признания лица контролирующим должника могут быть различными и не связанными напрямую с юридическим участием его в органах управления должником.

Исследовав материалы дела, приняв во внимание вступившее в законную силу определение суда от 30.10.2019, которым установлен факт причинения вреда кредиторам должника в результате совершения сделок по выводу активов должника, которые признаны недействительными, установив, что выгодоприобретателем по совершенным сделкам являлся непосредственно ФИО1, контролировавший деятельность должника, в результате совершения сделок причинен существенный вред кредиторам должника, суды пришли к выводу о наличии оснований для привлечения ФИО1 как контролирующего деятельность должника лица к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в порядке пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, тождественны тем доводам, которые являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, им дана надлежащая правовая оценка, основания для ее непринятия у суда кассационной инстанции отсутствуют; приведенные конкурсным управляющим доводы направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств, что недопустимо в силу требований, предусмотренных статьей 286, частью 2 статьи 287 АПК РФ, пунктом 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции».

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 288 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 18.11.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2022 по делу № А57-16869/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья В.А. Самсонов


Судьи А.Г. Иванова


А.Ф. Фатхутдинова