Постановление от 19 мая 2022 г. по делу № А55-17005/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-18026/2022

Дело № А55-17005/2020
г. Казань
19 мая 2022 года
Резолютивная часть постановления объявлена 18 мая 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 мая 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Мельниковой Н.Ю.,

судей Топорова А.В., Савкиной М.А.,

при ведении протокола судебного заседания с использованием системы видеоконференц-связи помощником судьи Борисовой О.В.,

при участии в Арбитражном суде Самарской области представителей:

истца – ФИО1 (доверенность от 17.03.2021),

ответчика – ФИО2 (доверенность от 11.03.2022),

третьего лица (ФИО10) – ФИО3 (доверенность от 28.04.2020),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «АктивКапиталБанк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на решение Арбитражного суда Самарской области от 13.10.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2022

по делу № А55-17005/2020

по исковому заявлению ФИО8 к акционерному обществу «АктивКапиталБанк» о признании недействительным решений совета директоров,

третьи лица: ФИО11, ФИО10, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7,

УСТАНОВИЛ:

ФИО8 (далее – ФИО8, истец) обратился в Арбитражный суд Самарской области с иском к публичному акционерному обществу «АктивКапиталБанк» (далее – ПАО «АктивКапиталБанк», ответчик) о признании недействительными решений совета директоров ПАО «АктивКапиталБанк», принятых в период с 20.05.2016 по 03.08.2017 и оформленных протоколами заседаний совета директоров:

1. Протокол № 833 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 20.05.2016;

2. Протокол № 863 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 30.09.2016;

3. Протокол № 864 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 03.10.2016;

4. Протокол № 865 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 20.10.2016;

5. Протокол № 867/2 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 28.10.2016;

6. Протокол № 870 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 02.11.2016;

7. Протокол № 872 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 17.11.2016;

8. Протокол № 873/1 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 22.11.2016;

9. Протокол № 876/1 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 29.11.2016;

10. Протокол № 877 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 30.11.2016;

11. Протокол № 879 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 01.12.2016;

12. Протокол № 881 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 06.12.2016;

13. Протокол № 939 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 22.05.2017;

14. Протокол № 966 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 03.08.2017.

Делу присвоен № А55-17005/2020.

Кроме того, ФИО8 обратился в Арбитражный суд Самарской области с иском к ПАО «АктивКапитал Банк» о признании недействительным решений Совета директоров АО «АктивКапитал Банк», принятых в период с 17.02.2016 по 08.06.2017:

15. Протокол № 808 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 17.02.2016;

16. Протокол № 835 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 25.05.2016;

17. Протокол № 841 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 07.06.2016;

18. Протокол № 850 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 05.08.2016;

19. Протокол № 852 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 22.08.2016;

20. Протокол № 873 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 17.11.2016;

21. Протокол № 887 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 19.12.2016;

22. Протокол № 922 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 04.04.2017;

23. Протокол № 924/1 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 17.04.2017;

24. Протокол № 946 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 08.06.2017.

Делу присвоен № А55-29092/2020.

Определением суда от 28.12.2020 дела № А55-29092/2020 и № А55-17005/2020 были объединены в одно производство с передачей материалов дела № А55-29092/2020 в дело № А55-17005/2020 для их совместного рассмотрения.

К участию в деле в качестве третьих лиц, были привлечены ФИО11, ФИО9, ФИО10, ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 13.10.2021 по делу № А55-17005/2020 исковые требования удовлетворены в полном объеме.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2022 решение Арбитражного суда Самарской области от 13.10.2021 оставлено без изменения.

Не согласившись с решением арбитражного суда и постановлением арбитражного апелляционного суда АО «АктивКапиталБанк» в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые судебные акты отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции по основаниям, изложенным в жалобе.

В частности заявитель кассационной жалобы не согласен с выводами арбитражных судов в части неприменения срока исковой давности, указывает, что истец не мог не знать об оспариваемых им решений Совета директоров, ранее истец являлся председателем Совета директоров, что подтвердил его представитель при рассмотрении спора, в данном случае не имеет правового значения доводы истца о ничтожности решений и отсутствии кворума.

От ФИО8 поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

От ФИО10 поступил отзыв на кассационную жалобу, в котором просит жалобу оставить без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, отзывов на нее, заслушав явившихся представителей сторон, проверив в соответствии с пунктом 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, суд округа приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения кассационной жалобы ввиду следующего.

Арбитражными судами первой и апелляционной инстанций установлено, что решением Арбитражного суда Самарской области от 28.05.2018 по делу № А55-10304/2018 АО «АктивКапитал Банк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурного производства сроком на один год, конкурсным управляющим должника утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

В рамках рассмотрения указанного дела о несостоятельности конкурсный управляющий АО «АктивКапитал Банк» обратился с заявлением ФИО8 к субсидиарной ответственности вследствие наличия у него статуса контролирующего должника лица, а также в связи с принятием участия в одобрении ряда сделок должника.

В качестве доказательства того, что ФИО8, как лицо, контролирующее деятельность одного из клиентов банка, обладал информацией о состоянии кредитной организации при заключении оспариваемых сделок, конкурсный управляющий представил протоколы заседаний совета директоров за период с 11.01.2016 по 08.02.2018, всего 277 протоколов.

В рамках настоящего дела ФИО8 оспаривал действительность решений совета директоров, принятых в период с 17.02.2016 по 03.08.2017. Действительность решений, принятых в иные периоды, оспаривается в других делах.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым в настоящем деле иском, ФИО8 указал, что на указанных заседаниях совета директоров Банка он не присутствовал, по вопросам повестки дня не голосовал, участия в обсуждении и принятии решений не принимал, проведение оспариваемых заседаний Совета директоров им не инициировалось, протоколы заседаний им не подписывались.

О проведении таких заседаний ему стало известно 17.06.2020 (протоколы № 833 от 20.05.2016; № 863 от 30.09.2016; № 864 от 03.10.2016; № 865 от 20.10.2016; № 867/2 от 28.10.2016; № 870 от 02.11.2016; № 872 от 17.11.2016; № 873/1 от 22.11.2016; № 876/1 от 29.11.2016; № 877 от 30.11.2016; № 879 от 01.12.2016; № 881 от 06.12.2016; № 939 от 22.05.2017; № 966 от 03.08.2017) и 15.10.2020 (протоколы № 808 от 17.02.2016; № 835 от 25.05.2016; № 841 от 07.06.2016; № 850 от 05.08.2016; № 852 от 22.08.2016; № 873 от 17.11.2016; № 887 от 19.12.2016; № 922 от 04.04.2017; № 924/1 от 17.04.2017; № 946 от 08.06.2017) при ознакомлении представителя с материалами дела о банкротстве АО «АктивКапитал Банк».

Обосновывая заявленные требования, истец указывал, что в процессе рассмотрения дела о несостоятельности банка № А55-10304/2018 были проведены почерковедческие экспертизы, на исследование которых представлялись часть оспариваемых в настоящем деле протоколов заседания совета директоров, по результатам исследования которых экспертом сделаны выводы, что в части протоколов подпись в соответствующих графах выполнена не ФИО8, а другим лицом с подражанием его подлинным подписям, решить вопрос о том, выполнена ли подпись от имени ФИО8 в иных протоколах заседания совета директоров не представляется возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения.

В подтверждение отсутствия ФИО8 в период проведения собраний в г. Самаре, истцом в материалы дела представлена копия заграничного паспорта, отметки в котором подтверждают, что ФИО8 в период с 28.05.2016 по 02.06.2016 находился в Берлине, с 22.06.17 по 06.07.2016 – на Кипре, с 23.07.2016 по 06.08.2016 – на Крите, с 20.10.2016 по 23.10.2016 – в Берлине, с 30.10.2016 по 15.11.2016 – в ОАЭ, с 01.12.2016 по 04.12.2016 – в Берлине, с 30.12.2016 по 03.01.2017 – на Мальдивах, с 19.01.2017 по 22.01.2017 – в Берлине, с 28.02.2017 по 02.03.2017 – на Кипре, с 12.03.2017 по 16.03.2017 – в Женеве, с 23.03.2017 по 02.04.2017 – в Риме, с 18.05.2017 по 21.05.2017 – в Берлине, с 15.06.2017 по 18.06.2017 - в Берлине, с 05.08.2017 по 26.08.2017 – на Сардинии, с 06.10.2017 по 08.10.2017 – в Берлине, с 30.11.2017 по 03.12.2017 – в Берлине, с 25.12.2017 – ОАЭ, 06.06.2017 – 09.06.2017 – АОЭ, 08.11.2017 – ОАЭ, 25.08.2016 – Рим, 26.04.2018 – ОАЭ.

ФИО10 в отзыве на исковое заявление поддержал исковые требования ФИО8, указав, что не мог принять фактического участия в заседании Совета директоров в связи с нахождением в командировке, либо в заседании кафедры Самарского государственного экономического университета, либо находился на заседании Самарской губернской думы или на лечении, представив подтверждающие документы. Также указал, что он не получал уведомления о дате, времени и месте соответствующих заседаний совета директоров, не принимал участия в спорных заседаниях совета директоров, в том числе дистанционно и в заочной форме, письменно свое мнение по вопросам повестки спорных заседаний совета директоров не выражал.

ФИО7 в заявлении, которое было представлено в дело № А55-4185/2021, дал пояснения, что с момента избрания его членом совета директоров банка не принимал участия ни в одном из заседаний совета директоров АО «АктивКапитал Банк»», о проведении заседаний не извещался, с инициативой о созыве заседаний не обращался, протоколы ему не направлялись, постоянно проживает на территории г. Москва, в г. Самару с мая 2017 года не посещал.

Обосновывая заявленные требования, ФИО8 также указывал, что оспариваемые им решения являются ничтожными, поскольку заседания совета директоров в спорные даты не проводились, а протоколы заседаний фиксируют события, которые не существовали.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик заявил о том, что ФИО8, будучи председателем совета директоров банка, не мог не знать о решениях, принятых советом директоров. Заявляя о пропуске истцом срока исковой давности, ответчик указал, что ФИО8, исходя из представленных в дело документов, признавал себя вплоть до отзыва лицензии у банка председателем совета директоров и не мог не знать о совершении сделки между банком и ПАО «Гидроавтоматика», которая подлежала заключению с соблюдением правил для заключения сделок с заинтересованностью. 20.04.2016, 05.10.2016 ПАО «Гидроавтоматика» во исполнение требований Положения Банка России от 30.12.2014 № 454-П «О раскрытии информации эмитентами эмиссионных ценных бумаг» на сайте корпоративной информации опубликовало сообщение о совершении сделки с заинтересованностью с АО «АК Банк» (договор об открытии кредитной линии и договор залога) и в сообщении указано, что лицом заинтересованным в заключение сделок, является ФИО8, владеющий 31,53797% акций и являющийся членом Совета директоров ПАО «Гидроавтоматика», в то же время владеющий 20,18545% акций и являющийся председателем Совета директоров ПА «АК Банк».

Удовлетворяя заявленные требования, арбитражные суды исходили из следующих установленных обстоятельств и оценки представленных доказательств в их совокупности.

В соответствии со статьей 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по результатам проведения собраний оформляется протокол.

Согласно части 4 статьи 68 Федерального закона от 24.11.1995 № 208 «Об акционерных обществах» протокол заседания совета директоров (наблюдательного совета) общества составляется не позднее трех дней после его проведения. Протокол заседания совета директоров (наблюдательного совета) общества подписывается председательствующим на заседании, который несет ответственность за правильность составления протокола.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181.4 ГК РФ решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания.

В соответствии с Федеральным законом от 24.11.1995 № 208 «Об акционерных обществах» правом обжалования решения совета директоров обладают член совета директоров, не участвовавший в голосовании или голосовавший против принятого решения (пункт 5 статьи 68), а также акционер (пункт 6 статьи 68), в случае, если это решение принято с нарушением требований настоящего Федерального закона, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, Устава общества либо этим решением нарушены права и (или) законные интересы члена совета директоров, акционера или самого общества.

Согласно пункту 1 статьи 68 Федерального закона от 24.11.1995 № 208 «Об акционерных обществах» заседание совета директоров общества созывается председателем совета директоров общества по его собственной инициативе, по требованию члена совета директоров, ревизионной комиссии (ревизора) общества или аудитора общества, исполнительного органа общества, а также иных лиц, определенных уставом общества. Порядок созыва и проведения заседаний совета директоров общества определяется Уставом общества или внутренним документом общества. Уставом или внутренним документом общества может быть предусмотрена возможность учета при определении наличия кворума и результатов голосования письменного мнения члена совета директоров общества, отсутствующего на заседании совета директоров общества, по вопросам повестки дня, а также возможность принятия решений советом директоров общества заочным голосованием.

Согласно части 1 статьи 68 Федерального закона от 24.11.1995 № 208 «Об акционерных обществах» порядок созыва и проведения заседаний совета директоров (наблюдательного совета) общества определяется уставом общества или внутренним документом общества.

В пункте 17.8. Устава АО «АктивКапитал Банк» указано, что порядок созыва и проведения заседаний совета директоров определяется Положением о совете директоров, утверждаемом общим собранием Банка. Кворум для проведения заседания совета директоров банка составляет не менее половины числа избранных членов. Если число членов становится менее количества, составляющего указанный кворум, совет директоров обязан принять решение о проведении внеочередного общего собрания акционеров для избрания нового состава совета директоров банка. На заседании совета директоров ведется протокол, который составляется не позднее трех дней после его проведения.

В пункте 5 Положения о совете директоров АО «АктивКапитал Банк» указано, что заседание совета директоров банка созывается Председателем по его собственной инициативе, по требованию любого члена совета директоров, ревизионной комиссии или аудитора, исполнительных органов банка. Заседание проводится в форме совместного присутствия членов совета директоров или заочно. Отсутствующие в месте проведения заседания члены совета директоров Банка вправе участвовать в обсуждении вопросов повестки дня и голосовании дистанционно - посредством конференц- и видеоконференц-связи.

В пункте 9.2. Положения о совете директоров указана обязанность членов совета директоров присутствовать и принимать активное участие в обсуждении вопросов повестки дня заседаний совета директоров, а при невозможности своего участия, своевременно уведомлять совет директоров с объяснением причин.

Совет директоров обеспечивает проведение оценки качества работы совета директоров, его комитетов и членов совета директоров. Оценка работы совета директоров, комитетов и членов совета директоров осуществляется на регулярной основе, не реже одного раза в год. Методика (методология) такой оценки утверждается советом директоров банка (пункт 62 Положения).

ФИО8 являлся акционером АО «АктивКапитал Банк» с долей 20,18545% в уставном капитале общества и членом совета директоров АО «АктивКапитал Банк».

Согласно представленным протоколам, ФИО8, участвуя в заседаниях совета директоров банка, голосовал «за» по вопросам повестки дня, удостоверял на протоколе своей подписью принятые решения в качестве председателя совета директоров АО «АктивКапитал Банк». Из протоколов следует, что на заседаниях совета директоров обсуждались вопросы, касающиеся деятельности органа управления банка в пределах компетенции данного органа управления. В тексте протоколов указано, что в заседаниях, кроме ФИО8 и председателя правления банка ФИО11, который исполнял обязанности секретаря и члена совета, также присутствовали иные члены совета директоров. Кворум составлял от 80 до 100%.

Протоколы содержат подписи от имени ФИО8 и ФИО11 Подписей иных членов совета директоров, которые принимали участие в заседаниях, протоколы не содержат.

Все заседания совета директоров банка, согласно представленным протоколам, проводились в форме непосредственного присутствия указанных в протоколах лиц по адресу: <...>. Ссылок на заочное голосование членов совета директоров, либо на представление письменного мнения по вопросам повестки дня, протоколы не содержат.

Согласно пункту 16.1 Устава ПАО «АК Банк», органами управления банка являются: общее собрание акционеров, совет директоров, единоличный исполнительный орган - председатель правления банка, коллегиальный исполнительный орган банка - правление банка.

В соответствие с пунктом 17.3 Устава ПАО «АК Банк», совет директоров банка состоит из пяти человек.

Пунктом 17.5 Устава установлено, что члены совета директоров избираются общим собранием акционеров на срок до следующего годового общего собрания акционеров.

Арбитражными судами установлено, что в течение спорного периода членами совета директоров банка являлись следующие лица: ФИО11 (дата избрания 07.10.2005), ФИО8 (дата избрания 07.10.2005), ФИО10 (дата избрания 12.05.2016), ФИО4 (дата избрания – 16.05.2015, исключена – 07.02.2018), ФИО5 (дата избрания – 27.05.2009, дата исключения – 11.05.2017), ФИО6 (дата избрания 24.08.2015, дата исключения – 12.05.2016), ФИО7 (дата избрания – 11.05.2017, дата исключения – 07.05.2018).

Обосновывая заявленные требования, истец заявлял, что заседания совета директоров в даты, указанные в представленных протоколах, в действительности не проводились, следовательно, решения, в них отраженные, советом директоров не принимались. Протоколы являются сфальсифицированными, информация, в них содержащаяся, является недостоверной и не может быть принята в качестве доказательства.

Согласно пункту 3 статьи 181.3 ГК РФ решение собрания недействительно по основаниям, установленным ГК РФ или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) либо независимо от такого признания (ничтожное решение).

В соответствии с подпунктом 2 статьи 181.5 ГК РФ, решение собрания ничтожно в случае, если оно принято при отсутствии необходимого кворума.

Обращаясь с рассматриваемым иском в арбитражный суд, истец заявлял, что о проведении заседаний совета директоров он не извещался, в связи с чем не имел объективной возможности присутствовать на заседаниях совета директоров банка, не участвовал в принятии решений, не заполнял бюллетени для голосования, не голосовал иным способом, заседания совета директоров не созывал, с инициативой об их проведении в совет директоров банка не обращался.

Аналогичные пояснения дали иные члены совета директоров: ФИО10 и ФИО7

Пунктом 5.1 Положения о совете директоров банка, действующих в период 2016-2018 годы, установлено, что заседание совета директоров банка созывается председателем совета директоров банка по его собственной инициативе, по требованию любого члена совета директоров, ревизионной комиссии или аудитора, исполнительных органов банка.

В соответствие с пунктом 5.3 Положения о совете директоров, лицо (лица), инициирующие проведение заседания совета директоров банка, а также при включении в повестку дня вопроса по инициативе указанного лица, инициатор представляет председателю совета директоров письменное требование, содержащее: указание на инициатора проведения заседания; формулировку вопросов повестки дня заседания; обоснование необходимости рассмотрения данных вопросов; материалы и(или) документы, необходимые для рассмотрения вопросов повестки дня; исполнителя материалов и(или) документов, необходимых для рассмотрения вопросов повестки дня. Требование должно быть подписано инициатором созыва заседания.

Согласно пункту 5.4 Положения о совете директоров банка, председатель совета директоров уведомляет членов совета директоров о дате и времени заседания, форме его проведения и повестки дня заседания в порядке, обеспечивающим его оперативное получение и наиболее приемлемом для членов совета директоров в целях обеспечения возможности подготовки членов совета директоров банка к заседанию.

Из пункта 4.7 Положения о совете директоров следует, что секретарь совета директоров осуществляет прием требований о созыве заседаний совета директоров и документов, необходимых для формирования повестки дня и подготовки заседаний совета директоров, готовит документы для проведения заседаний совета директоров, информирует членов совета директоров о сроках и месте проведения заседаний, о вопросах повестки дня заседаний, ведет протоколы очных заседаний совета директоров, осуществляет подготовку протоколов заседаний, проводимых заочного голосования, и представляет их на подпись председателю совета директоров или иному лицу, председательствующему на заседании, ставит вторую подпись на протоколах заседаний совета директоров, подписывает копии протоколов заседаний совета директоров и выписки из протоколов заседаний совета директоров.

Частью 1 статьи 89 Закона об акционерных обществах предусмотрено, что общество обязано хранить документы, предусмотренные настоящим Федеральным законом, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания акционеров, совета директоров (наблюдательного совета) общества, органов управления общества, а также документы, предусмотренные нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 89 Закона об акционерных обществах, общество хранит документы, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, по месту нахождения его исполнительного органа в порядке и в течение сроков, которые установлены Банком России.

Пунктом 5.11 Положения о совете директоров банка установлено, что банк обеспечивает ведение и хранение стенограмм заседаний совета директоров банка или использование иных способов фиксации, позволяющих отразить позиции каждого члена совета директоров банка по вопросам повестки дня заседания. Устные особые мнения членов совета директоров банка фиксируются в протоколе соответствующего заседания, письменные особые мнения членов совета директоров банка прикладываются к протоколам заседаний совета директоров банка и являются их неотъемлемой частью.

Из приведенных положений внутренних документов акционерного общества, следует, что протоколы, как и иные документы, относящиеся к процедуре созыва и проведения заседаний совета директоров (требования о созыве, извещения о созыве, стенограммы заседаний, бюллетени, листы регистрации и т.п.), включая файлы аудио или видео фиксации проведения заседаний, должны были храниться по месту нахождения исполнительного органа банка - правления по адресу: <...>, а после введения процедуры конкурсного производства должны находиться в распоряжении конкурсного управляющего.

ФИО8, также как ФИО10 и ФИО7, факт их уведомления о проведении собраний, а также факт их участия в заседаниях и сам факт проведения собраний, отрицали.

Доказательства, индивидуализирующие каждого участника собрания в отдельности и подтверждающие его фактическое участие и присутствие на заседаниях совета директоров банка, в дело не представлены.

Арбитражные суды, оценив представленные доказательства и доводы, пришли к выводу, что, так как подписи членов совета директоров в протоколе отсутствуют, само по себе указание фамилий членов совета директоров в соответствующем разделе протоколов не может служить доказательством их присутствия на заседании, так как подписи членов совета директоров в протоколе отсутствуют.

В целях проверки довода ФИО8 о том, что он не подписывал протоколы заседаний совета директоров, а также для установления времени изготовления части протоколов, Арбитражным судом Самарской области по обособленному спору в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) банка были назначены:

- определением от 26.09.2019 судебная почерковедческая экспертиза (проведение экспертизы поручено ФБУ Самарская лаборатория судебной экспертизы, эксперт ФИО12); исследование подписей на 6 протоколах;

- определением от 04.12.2019 повторная судебная почерковедческая экспертиза (проведение экспертизы поручено ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований», эксперт ФИО13); исследование подписей на 31 протоколе;

- определением от 19.03.2020 судебно-техническая экспертиза (проведение экспертизы поручено ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований», эксперт ФИО14); исследование срока давности изготовления 3 протоколов.

Также в рамках обособленного спора в рамках дела о банкротстве были назначены почерковедческие экспертизы определениями от 16.10.2020 (исследование подписей на 23 протоколах совета директоров), от 01.03.2021 (исследование подписей на 220 протоколах совета директоров).

В результате экспертных исследований было установлено, что на всех 277 представленных протоколах подписи от имени ФИО8 выполнены не ФИО8, а иным лицом с подражанием подлинной подписи ФИО8

Согласно пункту 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. При этом такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Выводы экспертов, проводивших почерковедческие и технические экспертизы в рамках дела о банкротстве, представлены в материалы настоящего дела, выводы экспертов конкурсным управляющим не оспаривались.

Кроме того, в дело представлены доказательства того, ФИО8 объективно присутствовать не мог, как минимум, на 60-ти заседаниях совета директоров в связи с отсутствием на территории Российской Федерации, что подтверждается отметками в заграничном паспорте:

- в 22-х заседаниях в 2016г. (проведенных в периоды и даты: с 31.05.2016 по 01.06.2016; 28.06.2016 по 01.07.2016; с 27.07.2016 по 29.07.2016; 25.08.2016; 21.10.201-23.10.216; с 28.10.2016 по 10.11.2016; 01.12.2016; 30.12.2016);

- в 38-ми заседаниях 2017-2018г. (проведенных в периоды и даты: с 19.01.2017 по 20.01.2017; 28.02.2017; 16.03.2017; с 23.03.2017 по 31.03.2017; 26.04.2017; 19.05.2017; 07.06.2017; 16.06.2017; с 07.08.2017 по 22.08.2017; 06.10.2017; 08.11.2017; 30.11.2017; 25.12.2017; с 25.12.2017 по 10.01.2018; с 21.01.2018 по 31.01.2018).

При таких обстоятельствах, арбитражные суды пришли к выводу, что ФИО8 не мог объективно участвовать в 14-ти заседаниях, проведенных в период с 05.12.2017 по 08.02.2018, так как находился за пределами территории Российской Федерации.

ФИО10 пояснил, что объективно не мог участвовать в спорных заседаниях совета директоров банка, о чем им были представлены в материалы дела подтверждающие документы.

Доказательств того, что ФИО8 избирался председателем совета директоров банка в период с 2016 по 2017 годы, в дело также не представлено.

Пунктом 17.5 Устава установлено, что члены совета директоров избираются общим собранием акционеров на срок до следующего годового общего собрания акционеров.

Согласно пункту 17.6 Устава банка, председатель совета директоров избирается членами совета директоров из их числа большинством голосов от общего числа членов совета директоров.

Арбитражные суды пришли к выводу, что при отсутствии протоколов заседания совета директоров, подтверждающих принятие избранными членами совета директоров соответствующего решения в период с 2016 по 2018 годы, утверждение ответчика о занятии ФИО8 должности председателя совета директоров основано на предположении.

Доводы ответчика в указанной части оценены и не приняты судом апелляционной инстанции, поскольку являются необоснованными и противоречат установленным по делу обстоятельствам и доказательствам. Так, в результате почерковедческого исследования было установлено, что подпись, выполненная на указанных протоколах заседаний совета директоров от имени ФИО8, ему не принадлежит.

Оценив доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО8 был избран на должность председателя совета директоров в более ранние периоды, арбитражные суды пришли к выводу, что указанное не свидетельствуют о наличии у него данного статуса в каждый из последующих периодов, поскольку председатель совета директоров, в соответствие с нормами Закона об акционерных обществах и с Положениями о совете директоров банка, избирается большинством голосов, избранных членов совета директоров банка на первом заседании, следующим за каждым новым годовым (внеочередным) собранием акционеров банка, на котором избран новый состав совета директоров. Избрание председателя совета директоров осуществляется открытым голосованием простым большинством голосов, при этом каждый член совета директоров имеет один голос (пункт 1 статьи 67 Закона об акционерных обществах, пункт 4.1 Положений о совете директоров).

Ссылки конкурсного управляющего на публикации, в которых ФИО8 до возбуждения дела о банкротстве сам заявлял о том, что он является председателем совета директоров банка, а также довод о том, что сведения о ФИО8 как председателе совета директоров банка были опубликованы в составе обязательной информации ПАО «Гидроавтоматика», также не приняты арбитражными судами. Поскольку не могут служить достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку при определении наличия у лица обязанностей председателя органа управления правовое значение имеет не субъективное восприятие членом совета директоров своего должностного положения в структуре совета, а объективно состоявшийся факт наделения соответствующими полномочиями путем процедуры избрания на заседании соответствующего компетентного органа.

Исходя из анализа положений Устава банка (пункт 17.6) и Положений о совете директоров (пункты 4.1-4.5), председатель совета директоров исполняет организационные обязанности, связанные с созывом и проведением заседаний совета директоров. Дополнительных правомочий, увеличивающих степень влияния на принятие данных органом управления решений, по сравнению с рядовым членом совета директоров, председатель совета директоров не имеет. Анализ положений Закона об акционерных обществах, а также внутренних документов банка, позволяет прийти к выводу о равном комплексе прав и обязанностей каждого члена совета директоров и об их одинаковом статусе, при котором члены совета директоров должны проголосовать и выбрать другого члена совета директоров председателем совета директоров.

При этом обязательно письменное согласие члена совета директоров на избрание его на должность председателя совета директоров. Сведений о том, что ФИО8 давал согласие на избрание на должность председателя совета директоров банка, в дело не представлено.

Из представленных в дело документов, из объяснений представителей сторон в судебном заседании следует, что доля участия ФИО8 составляла 20,18545% от уставного капитала.

При этом акционером банка, среди прочих, являлось ООО «Лира», единственным собственником которого являлся ФИО11, родственники которого ФИО11 (мать) и ФИО15 (супруга) также являлись акционерами банка, но долю указанных лиц приходилось 65,7988% уставного капитала, в том числе: ООО «Лира» – 50,1213%, ФИО11 - 8,1883%, ФИО11– 4,02996%, ФИО15 – 3,45934%.

Центральный Банк Российской Федерации в письме от 21.08.2018 № Т436-9-9/10425ДСП на имя представителя конкурсного управляющего сообщил, что, несмотря на то, что напрямую ФИО11 принадлежит 8,18830% акций банка, он является реальным собственником банка, которым контролировалось на дату отзыва лицензии у банка 65,7988% (через ООО «Лира» и родственников в лице ФИО11 и ФИО15).

Совокупный пакет голосующих акций, контролировавшийся ФИО11, позволял принимать большинством голосов необходимые решения на собрании акционеров, а также формировать состав совета директоров банка с кворумом, необходимым для принятия любого решения (три члена совета из пяти).

При рассмотрении спора в суде первой инстанции ФИО8 заявлял о том, он, как и другие члены совета директоров, по объективным, не зависящим от них причинам, были лишены возможности принимать участие в заседаниях совета директоров. При этом оснований для инициирования заседаний совета директоров не имелось, так как ФИО8 был осведомлен об устойчиво стабильном финансовом положении банка.

Из постановления о возбуждении уголовного дела № 11901450150001302 следует, что ФИО11 14 и 18.03.2018 без установленных правовых оснований было получено в кассе филиала банка 353 693 000 руб. и 269 000 000 руб. соответственно.

Факты вывода высоколиквидных активов были квалифицированны органами следствия как хищение, в отношении ФИО11 было возбуждено уголовное дело по признакам совершения преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Из информации, размещенной в открытых источниках, следует, что ФИО11 признал себя виновным в совершении инкриминируемых ему преступлениях.

ФИО8 в рамках указанного уголовного дела признан потерпевшим от действий ФИО11, так как ему был причинен ущерб в особо крупном размере.

Кроме того, в определении арбитражного суда от 07.04.2021 по обособленному спору в рамках дела о банкротстве № А55-10304/2018, вступившему в законную силу, суд сделал вывод о том, что решения совета директоров банка, оформленные представленными протоколами совета директоров (в том числе спорные), являются ничтожными по причине отсутствия необходимого кворума для проведения соответствующих заседаний. Заседания совета директоров в даты, указанные в представленных протоколах, не проводились, протоколы заседаний совета директоров фактически отражают события, которые в действительности не существовали. ФИО8, как и ФИО10 в заседаниях органа управления банка в период с 11.01.2016 по 08.02.2018 не участвовали, каких либо решений по вопросам повестки дня не принимали. Не принятие участия в заседаниях совета директоров обусловлено объективными причинами: отсутствие на территории Российской Федерации, а также не извещение членов совета о созывах заседаний.

Довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд апелляционной инстанции оценил и признал необоснованным.

Согласно пункту 5 статьи 68 Закона об акционерных обществах (в ред. Федерального закона от 19.07.2009 № 205-ФЗ) член совета директоров (наблюдательного совета) общества, не участвовавший в голосовании или голосовавший против решения, принятого советом директоров (наблюдательным советом) общества в нарушение порядка, установленного настоящим Федеральным законом, иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, вправе обжаловать в суд указанное решение в случае, если этим решением нарушены его права и законные интересы. Такое заявление может быть подано в суд в течение одного месяца со дня, когда член совета директоров (наблюдательного совета) общества узнал или должен был узнать о принятом решении. Суд с учетом всех обстоятельств дела вправе оставить в силе обжалуемое решение, если голосование данного члена совета директоров (наблюдательного совета) общества не могло повлиять на результаты голосования и допущенные нарушения не являются существенными.

При этом в силу пункта 8 статьи 65 Закона об акционерных обществах (в редакции Федерального закона от 19.07.2009 № 205-ФЗ) решения совета директоров (наблюдательного совета) общества, принятые с нарушением компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества, при отсутствии кворума для проведения заседания совета директоров (наблюдательного совета) общества, если наличие кворума в соответствии с настоящим Федеральным законом является обязательным условием проведения такого заседания, или без необходимого для принятия решения большинства голосов членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, не имеют силы независимо от обжалования их в судебном порядке.

Согласно пункту 5 статьи 181.4 ГК РФ, введенному в действие с 01.09.2013, то есть позднее вышеуказанных норм статьи 65 Закона об акционерных обществах, решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Из пункта 111 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что сроки оспаривания решений, установленных в пункте 5 статьи 181.4 ГК РФ, применяются в случаях, когда иные сроки не установлены специальными законами.

При этом согласно пункту 112 указанных разъяснений срок исковой давности для признания ничтожного решения собрания недействительным исчисляется по аналогии с правилами, установленными пунктом 5 статьи 181.4 ГК РФ (пункт 1 статьи 6 ГК РФ).

Поскольку нормами Закона об акционерных обществах сроки оспаривания ничтожных решений не установлены, такие решения могут быть оспорены в сроки, установленные пунктом 5 статьи 181.4 ГК РФ.

Истец заявил о том, что он узнал об оспариваемых решениях только 17.06.2020 и 15.10.2020 - при ознакомлении с материалами дела о банкротстве банка, а обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском 06.07.2020 и 22.10.2020.

Согласно части первой статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, в течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнала или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Ответчик не представил доказательств того, что истец узнал или должен был узнать об оспариваемых им решениях за пределами срока исковой давности.

Арбитражные суды, отклоняя указанный довод ответчика, исходили из того, что при рассмотрении дела были установлены обстоятельства, которые, свидетельствуют о том, что оспариваемые истцом решения совета директоров в действительности не принимались, так как соответствующие заседания в даты, указанные в протоколах не проводились. Протоколы заседаний совета директоров отражали недостоверную информацию и, фактически, были сфальсифицированы, что нашло свое подтверждение в ходе экспертных исследований в рамках проведенных судебно-почерковедческих экспертиз, согласно которым подписи от имени ФИО8 на протоколах выполнены не ФИО8, а иным лицом. Также суды исходили из установленных юридических фактов, безусловно свидетельствующих о том, что необходимый кворум для проведения заседаний совета директоров банка в указанные в протоколах даты отсутствовал.

Данное обстоятельство, в силу положений подпункта 2 статьи 181.5 ГК РФ, явилось основанием для вывода судов о ничтожности решений органа управления банка.

Материалы дела не содержат доказательств, из которых бы следовало, что кто-либо из членов совета директоров принимал участие в спорных заседаниях либо извещался об их проведении.

Утверждение членов совета директоров - истца ФИО8, третьих лиц ФИО10, ФИО4, ФИО7, о том, что они не участвовали в спорных заседаниях, не извещались об их проведении, исходя из распределения бремени доказывания отрицательных обстоятельств, ответчиком опровергнуто не было.

Учитывая данное обстоятельство, арбитражные суды установили, что отсутствие подписей членов совета директоров в протоколах, а также отсутствие иных доказательств, индивидуализирующих присутствие каждого члена совета директоров на спорных заседаниях, позволяет прийти к выводу о том, что члены совета директоров не участвовали в спорных заседаниях. Установление данного юридического факта повлекло за собой вывод об отсутствии необходимого кворума для проведения заседаний.

Арбитражные суды пришли к выводу о доказанности довода ФИО8 о том, что он не подписывал протоколы заседаний совета директоров банка, которыми были оформлены оспариваемые решения, к тому же, его отсутствие на данных заседаниях подтверждалось иными доказательствами.

При рассмотрении арбитражного дела было установлено, что протоколы, которыми были оформлены оспариваемые решения, не были подписаны председательствующим на заседаниях, в качестве которого был указан ФИО8, а были подписаны неизвестным лицом с подражанием подписи ФИО8 Данный факт был установлен при помощи экспертного исследования при проведении двух судебно-почерковедческих, назначенных в рамках рассмотрения обособленного спора по делу № А55-10304/2018 (о несостоятельности (банкротстве) АО «АктивКапитал Банк»). Выводы, изложенные в заключениях экспертов, агентством не оспариваются.

Судом первой инстанции неоднократно предлагалось конкурсному управляющему банка представить доказательства соблюдения порядка созыва и проведения заседаний совета директоров.

При этом, предлагая именно ответчику представить необходимые документы, суд исходил из положений Закона «Об акционерных обществах», подзаконных актов и внутренних документов банка.

В соответствии с частью 2 статьи 89 Закона «Об акционерных обществах, общество хранит документы, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, по месту нахождения его исполнительного органа в порядке и в течение сроков, которые установлены Банком России.

Согласно пункту 3.1. Положения о порядке и сроках хранения документов акционерных обществ, утвержденного Постановлением федеральной комиссией по рынку ценных бумаг от 16.07.2003 № 03-33/пс, организация хранения документов общества обеспечивается его единоличным исполнительным органом.

Ни законом, ни внутренними документами банка не установлено, что хранение материальных носителей, подтверждающих проведение соответствующих заседаний совета директоров должно осуществляться кем-либо, кроме единоличного исполнительного органа общества.

Довод ответчика о наличии такой обязанности у членов совета директоров либо у председателя совета директоров оценен и признан судом апелляционной инстанции несостоятельным в связи с не предоставлением ответчиком доказательств в подтверждение указанного довода.

Суд первой инстанции, учитывая отрицание ФИО8, ФИО10, ФИО4, ФИО7 своего участия в заседаниях совета директоров в спорные периоды, а также отсутствие иных доказательств, которые бы свидетельствовали, что указанные лица извещались о проведении заседаний и принимали в них участие, правомерно руководствовался приведенной правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и предложил конкурсному управляющему, представляющему интересы банка, представить доказательства, свидетельствующие о том, что заседания совета директоров с участием данных лиц в указанный период созывались и проводились в соответствие с порядком, установленным законом и внутренними документами банка. Документами, относящимися к процедуре созыва и проведения заседаний совета директоров, могут быть: письменные требования о созыве заседаний, извещения о созыве заседаний, стенограммы заседаний, бюллетени голосования, листы регистрации присутствующих членов совета директоров, файлы аудио или видео фиксации проведения заседаний, письменные мнения отдельных членов совета директоров и т.п.

Доказательств соблюдения порядка созыва, проведения и участия в заседаниях конкретных членов совета директоров представлено не было.

Отклоняя довод конкурного управляющего о том, что ФИО8 занимал должность председателя совета директоров банка в период проведения спорных заседаний совета директоров, суды исходили из следующего.

Пунктом 17.5 Устава банка установлено, что члены совета директоров избираются общим собранием акционеров на срок до следующего годового общего собрания акционеров. Согласно пункту 17.6 Устава банка, председатель совета директоров избирается членами совета директоров из их числа большинством голосов от общего числа членов совета директоров.

Анализируя доводы агентства о наличии у ФИО8 статуса председателя совета директоров, суды, исходя из распределения бремени доказывания соответствующих обстоятельств, пришли к выводу о ничтожности решений об избрании председателя совета директоров, оформленных указанными протоколами, так как в данных заседаниях члены совета директоров, указанные в протоколах, не участвовали, о проведении заседаний не извещались, по вопросу избрания ФИО8 председателем совета директоров не голосовали.

При этом суды отметили, что ошибочное указание самим ФИО8 в своем одном отдельном письме о том, что он являлся председателем совета директоров банка в 2017 году не может являться основанием для вывода об обладании ФИО8 полномочиями председателя совета директоров. Возложение на одного из членов совета директоров прав и обязанностей председателя возможно лишь путем избрания на должность председателя данного органа управления, которое должно производиться с соблюдением процедуры установленной Законом об акционерных обществах и внутренними документами банка. Процедура избрания ФИО8 на должность председателя совета директоров не была соблюдена, так как заседания совета директоров с соответствующей повесткой дня и голосованием не проводились. Самостоятельное присвоение самому себе статуса председателя совета директоров и внутренние субъективные мотивы такого поведения не имеют правового значения при определении положения члена совета директоров в структуре совета директоров. К тому же, ФИО8 дал пояснения, согласно которым, указание им в письме на занятие должности председателя совета директоров в 2017 году было допущено ошибочно на основании личного заблуждения, так как он не обладал протоколами совета директоров о его избрании на данную должность.

При рассмотрении спора было установлено, что заседания с повесткой дня об избрании председателя совета директоров, фактически не проводились, члены совета директоров в данных заседаниях не участвовали, по вопросу повестки дня не голосовали, председателем совета директоров банка ФИО8 не избирали, о проведении соответствующих заседаний не извещались.

При принятии решения суды учли обстоятельства, установленные Арбитражным судом Самарской области при принятии определения от 07.04.2021 по делу № А55-10304/2018, согласно которому агентству было отказано в привлечении ФИО8 и ФИО10 к субсидиарной ответственности.

При вынесении указанного определения судом первой инстанции (судья Лихачев А.А.) решения совета директоров были квалифицированы как ничтожные, включая решения об избрании ФИО8 председателем совета директоров банка (протоколы № 831 от 12.05.2016, № 935 от 12.05.2017). При этом, вывод о ничтожности данных решений был сделан судом исходя из аналогичных настоящему делу оснований: отсутствие необходимого для принятия решений кворума.

Определение от 07.04.2021 по делу № А55-10304/2018 вступило в законную силу. Агентство обратилось с кассационной жалобой, однако судебные акты первой и апелляционной инстанции им не оспариваются в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 и ФИО10, а также не оспариваются в части выводов о ничтожности решений совета директоров, среди которых фигурируют в полном объеме оспариваемые в рамках настоящего дела решения.

Исходя из указания присутствующих на заседаниях членов совета директоров, указанных в текстах протоколов, кворум при принятии оспариваемых решений составлял от 60% до 100%. Достоверное установление фактов неучастия ФИО8, ФИО10, ФИО4, ФИО7 в заседаниях совета, свидетельствует о том, что кворум на данных заседаниях, в любом случае, не мог быть более 40%.

Таким образом, правовой порок оспариваемых решений существовал независимо от того, кто из членов совета директоров в спорный период являлся председателем совета директоров. Установление бесспорного факта отсутствия кворума при принятии решений, позволило суду, основываясь на положениях подпункта 2 статьи 181.5 ГК РФ, квалифицировать данные решения как ничтожные.

Судом апелляционной инстанции оценен и не принят довод ответчика о применении срока исковой давности.

Доводы кассационной жалобы изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку указанные в кассационной жалобе доводы не опровергают законность и обоснованность принятых по делу судебных актов и правильности выводов судов, а свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными судами обстоятельствами и оценкой доказательств, и, по существу, направлены на их переоценку.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 АПК РФ.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемых судебных актов судами нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, кассационной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Самарской области от 13.10.2021 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2022 по делу № А55-17005/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1., 291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судьяН.Ю. Мельникова


СудьиА.В. Топоров


М.А. Савкина