Постановление от 20 января 2022 г. по делу № А55-17005/2020

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда

Дело № А55-17005/2020
г. Самара
20 января 2022 года
Резолютивная часть постановления оглашена 13 января 2022 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 20 января 2022 года.


Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ястремского Л.Л.,

судей Ануфриевой А.Э., Митиной Е.А.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества "АктивКапитал Банк" на решение Арбитражного суда Самарской области от 13.10.2021 по делу № А55-17005/2020 (судья Шаруева Н.В.),

принятое по иску ФИО10

к акционерному обществу «АктивКапиталБанк»

третьи лица: ФИО11, ФИО7, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5

о признании недействительным решений совета директоров,

при участии представителей:

от истца - не явились, извещены надлежащим образом,

от ответчика - представитель ФИО6 по доверенности от 22.12.2020,

от ФИО7 – представитель ФИО8 по доверенности от 28.04.2020,

от иных третьих лиц - не явились, извещены надлежащим образом.

УСТАНОВИЛ:

ФИО10 (истец) обратился в Арбитражный суд Самарской области с иском к публичному акционерному обществу «АктивКапиталБанк» (ответчик) о признании недействительными решений Совета директоров ПАО «АктивКапиталБанк», принятых в период с 20.05.2016 по 03.08.2017 и оформленных протоколами заседаний совета директоров:

1. Протокол № 833 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 20.05.2016;

2. Протокол № 863 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 30.09.2016;

3. Протокол № 864 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 03.10.2016;

4. Протокол № 865 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 20.10.2016;

5. Протокол № 867/2 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 28.10.2016;

6. Протокол № 870 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 02.11.2016;

7. Протокол № 872 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 17.11.2016;

8. Протокол № 873/1 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 22.11.2016;

9. Протокол № 876/1 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 29.11.2016;

10. Протокол № 877 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 30.11.2016;

11. Протокол № 879 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 01.12.2016;

12. Протокол № 881 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 06.12.2016;

13. Протокол № 939 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 22.05.2017;

14. Протокол № 966 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 03.08.2017. Делу присвоен № А55-17005/2020.

Кроме того, ФИО10 обратился в Арбитражный суд Самарской области с иском к публичному акционерному обществу «АктивКапитал Банк» о признании недействительным решений Совета директоров АО «АктивКапитал Банк», принятых в период с 17.02.2016 по 08.06.2017:

15. Протокол № 808 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 17.02.2016;

16. Протокол № 835 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 25.05.2016;

17. Протокол № 841 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 07.06.2016;

18. Протокол № 850 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 05.08.2016;

19. Протокол № 852 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 22.08.2016;

20. Протокол № 873 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 17.11.2016;

21. Протокол № 887 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 19.12.2016;

22. Протокол № 922 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 04.04.2017;

23. Протокол № 924/1 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 17.04.2017;

24. Протокол № 946 заседания Совета директоров ПАО «АК Банк», дата проведения заседания: 08.06.2017. Делу присвоен № А55-29092/2020.

Определением суда от 28.12.2020 дела №№ А55-29092/2020 и А55-17005/2020 были объединены в одно производство с передачей материалов дела А55-29092/2020 в дело А55-17005/2020 для их совместного рассмотрения.

К участию в деле в качестве третьих лиц, были привлечены ФИО11, ФИО9, ФИО7, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и ФИО5.


Арбитражный суд Самарской области решением от 13.10.2021 исковые требования удовлетворил в полном объеме.

Не согласившись с принятым судебным актом, ответчик (акционерное общество «АктивКапитал Банк» в лице конкурсного управляющего – государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов») обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой прocил отменить обжалуемое решение, принять новый судебный акт об отказе в иске, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам, неполное исследование обстоятельств дела, а также на неправильное применение норм материального права.

До судебного заседания от истца представлен отзыв на апелляционную жалобу, а также ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя истца; от ФИО7 представлен отзыв на апелляционную жалобу.

В судебном заседании представитель ответчика апелляционную жалобу поддержал.

Представитель ФИО7 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Истец, ФИО11, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 явку представителей в судебное заседание не обеспечили, о месте и времени судебного разбирательства извещены надлежащим образом.

Судом установлено, что с отзывом на апелляционную жалобу ФИО7 представил дополнительное доказательство, а именно: копию кассационной жалобы АО "АктивКапитал Банк" на Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2021 по делу №А55-39723/2018.

В силу разъяснений, данных в п. 29 постановления Пленума ВАС РФ от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» поскольку суд апелляционной инстанции на основании статьи 268 АПК РФ повторно рассматривает дело по имеющимся в материалах дела и дополнительно представленным доказательствам, то при решении вопроса о возможности принятия новых доказательств, в том числе приложенных к апелляционной жалобе или отзыву на апелляционную жалобу, он определяет, была ли у лица, представившего доказательства, возможность их представления в суд первой инстанции или заявитель не представил их по не зависящим от него уважительным причинам.

Согласно ст. 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правосудие в арбитражных судах осуществляется на началах равенства всех перед законом и судом. Арбитражный суд обеспечивает равную судебную защиту прав и законных интересов всех лиц, участвующих в деле.

Данное положение подразумевает и право лиц, участвующих в деле, на разрешение спора на основе представленных доказательств.

В соответствии со ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Учитывая, что стороны были извещены о времени и месте судебного разбирательства в суде первой инстанции, имели возможность представить доказательства в суд первой инстанции, судебная коллегия не находит оснований для признания причин уважительными и отказывает в приобщении дополнительных доказательств, в противном случае при установленных обстоятельствах нарушался бы принцип состязательности судопроизводства в арбитражном суде, закрепленный в ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный пришел к вывoду об отсутствии оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Самарской области от 28.05.2018 по делу № А55-10304/2018 АО «АктивКапитал Банк» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурного производства сроком на один год, конкурсным управляющим должника утверждена Государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

В рамках рассмотрения указанного дела о несостоятельности конкурсный управляющий АО «АктивКапитал Банк» обратился с заявлением ФИО10 к субсидиарной ответственности вследствие наличия у него статуса контролирующего должника лица, а также в связи с принятием участия в одобрении ряда сделок должника.

В качестве доказательства того, что ФИО10, как лицо, контролирующее деятельность одного из клиентов банка, обладал информацией о состоянии кредитной организации при заключении оспариваемых сделок, конкурсный управляющий представил протоколы заседаний совета директоров за период с 11.01.2016 по 08.02.2018, всего 277 протоколов.

В рамках настоящего дела ФИО10 оспаривал действительность решений совета директоров, принятых в период с 17.02.2016 по 03.08.2017. Действительность решений, принятых в иные периоды, оспаривается в других делах.

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым в настоящем деле иском, ФИО10 указал, что на указанных заседаниях совета директоров Банка он не присутствовал, по вопросам повестки дня не голосовал, участия в обсуждении и принятии решений не принимал, проведение оспариваемых заседаний Совета директоров им не инициировалось, протоколы заседаний им не подписывались.

О проведении таких заседаний ему стало известно 17.06.2020 (протоколы № 833 от 20.05.2016; № 863 от 30.09.2016; № 864 от 03.10.2016; № 865 от 20.10.2016; № 867/2 от 28.10.2016; № 870 от 02.11.2016; № 872 от 17.11.2016; № 873/1 от 22.11.2016; № 876/1 от 29.11.2016; № 877 от 30.11.2016; № 879 от 01.12.2016; № 881 от 06.12.2016; № 939 от 22.05.2017; № 966 от 03.08.2017) и 15.10.2020 (протоколы № 808 от 17.02.2016; № 835 от 25.05.2016; № 841 от 07.06.2016; № 850 от 05.08.2016; № 852 от 22.08.2016; № 873 от 17.11.2016; № 887 от 19.12.2016; № 922 от 04.04.2017; № 924/1 от 17.04.2017; № 946 от 08.06.2017) при ознакомлении представителя с материалами дела о банкротстве АО «АктивКапитал Банк».

Обосновывая заявленные требования, истец указывал, что в процессе рассмотрения дела о несостоятельности банка № А55-10304/2018 были проведены почерковедческие экспертизы, на исследование которых представлялись часть оспариваемых в настоящем деле протоколов заседания совета директоров, по результатам исследования которых экспертом сделаны выводы, что в части протоколов подпись в соответствующих графах выполнена не ФИО10, а другим лицом с подражанием его подлинным подписям, решить вопрос о том, выполнена ли подпись от имени ФИО10 в иных протоколах заседания совета директоров не представляется возможным по причинам, указанным в исследовательской части заключения.

В подтверждение отсутствия ФИО10 в период проведения собраний в г. Самаре, истцом в материалы дела представлена копия заграничного паспорта, отметки в котором подтверждают, что ФИО10 в период с 28.05.2016 по 02.06.2016 находился в Берлине, с 22.06.17 по 06.07.2016 – на Кипре, с 23.07.2016 по 06.08.2016 – на Крите, с 20.10.2016 по 23.10.2016 – в Берлине, с 30.10.2016 по 15.11.2016 – в ОАЭ, с 01.12.2016 по 04.12.2016 – в Берлине, с 30.12.2016 по 03.01.2017 – на Мальдивах, с 19.01.2017 по 22.01.2017 – в Берлине, с 28.02.2017 по 02.03.2017 – на Кипре, с 12.03.2017 по 16.03.2017 – в Женеве, с 23.03.2017 по 02.04.2017 – в Риме, с 18.05.2017 по 21.05.2017 – в Берлине, с 15.06.2017 по 18.06.2017 - в Берлине, с 05.08.2017 по 26.08.2017 – на Сардинии, с 06.10.2017 по 08.10.2017 – в Берлине, с 30.11.2017 по 03.12.2017 – в Берлине, с 25.12.2017 – ОАЭ, 06.06.2017 – 09.06.2017 – АОЭ, 08.11.2017 – ОАЭ, 25.08.2016 – Рим, 26.04.2018 – ОАЭ.

ФИО7 в отзыве на исковое заявление поддержал исковые требования ФИО10, указав, что не мог принять фактического участия в заседании Совета директоров в связи с нахождением в командировке, либо в заседании кафедры Самарского государственного экономического университета, либо находился на заседании Самарской губернской думы или на лечении, представив подтверждающие документы. Также указал, что он не получал уведомления о дате, времени и месте соответствующих заседаний совета директоров, не принимал участия в спорных заседаниях совета директоров, в том числе дистанционно и в заочной форме, письменно свое мнение по вопросам повестки спорных заседаний совета директоров не выражал.

ФИО5 в заявлении которое было представлено в дело А55-4185/2021 дал пояснения, что с момента избрания его членом совета директоров банка не принимал участия ни в одном из заседаний совета директоров ПА «АктивКапитал Банк»», о проведении заседаний не извещался, с инициативой о созыве заседаний не обращался, протоколы ему не направлялись, постоянно проживает на территории г. Москва, в г. Самару с мая 2017 года не посещал.

Обосновывая заявленные требования, ФИО10 также указывал, что оспариваемые им решения являются ничтожными, поскольку заседания совета директоров в спорные даты не проводились, а протоколы заседаний фиксируют событие, которого не существовало.

Возражая против удовлетворения иска, ответчик заявил о том, что ФИО10, будучи председателем совета директоров банка, не мог не знать о решениях, принятых советом директоров. Заявляя о пропуске истцом срока исковой давности, ответчик указал, что ФИО10 исходя из представленных в дело документов признавал себя вплоть до отзыва лицензии у банка, председателем совета директоров и не мог не знать о совершении сделки между банком и ПАО «Гидроавтоматика» которая подлежала заключения с соблюдением правил для заключения сделок с заинтересованностью. 20.04.2016, 05.10.2016 ПАО «Гидроавтоматика» во исполнение требований Положения Банка России от 30.12.2014 № 454-П «О раскрытии информации эмитентами эмиссионных ценных бумаг» на сайте корпоративной информации опубликовало сообщение о совершении сделки с заинтересованностью с АО «АК Банк» (договор об открытии кредитной линии и договор залога) и в сообщении указано, что лицом заинтересованным в заключении сделок, является ФИО10, владеющий 31,53797% акций и являющийся членом Совета директоров ПАО «Гидроавтоматика», в то же время владеющий 20,18545% акций и являющийся председателем Совета директоров ПА «АК Банк».

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции дал надлежащую оценку обстоятельствам дела, правильно применил нормы материального и процессуального права.

В соответствии со статьей 181.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по результатам проведения собраний оформляется протокол.Согласно части 4 статьи 68 Федерального закона от 24.11.1995 № 208 "Об акционерных обществах" протокол заседания совета директоров (наблюдательного совета) общества составляется не позднее трех дней после его проведения. Протокол заседания совета директоров (наблюдательного совета) общества подписывается председательствующим на заседании, который несет ответственность за правильность составления протокола.

В соответствии с пунктом 1 статьи 181.4 ГК РФ решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания.

В соответствии с Федеральным законом от 24.11.1995 № 208 "Об акционерных обществах" правом обжалования решения совета директоров обладают член совета директоров, не участвовавший в голосовании или голосовавший против принятого решения (пункт 5 статьи 68), а также акционер (пункт 6 статьи 68), в случае, если это решение принято с нарушением требований настоящего Федерального закона, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, устава общества либо этим решением нарушены права и (или) законные интересы члена совета директоров, акционера или самого общества.

Согласно пункту 1 статьи 68 Федерального закона от 24.11.1995 № 208 "Об акционерных обществах" заседание совета директоров общества созывается председателем совета директоров общества по его собственной инициативе, по требованию члена совета директоров, ревизионной комиссии (ревизора) общества или аудитора общества, исполнительного органа общества, а также иных лиц, определенных уставом общества. Порядок созыва и проведения заседаний совета директоров общества определяется уставом общества или внутренним документом общества. Уставом или внутренним документом общества может быть предусмотрена возможность учета при определении наличия кворума и результатов голосования письменного мнения члена совета директоров общества, отсутствующего на заседании совета директоров общества, по вопросам повестки дня, а также возможность принятия решений советом директоров общества заочным голосованием.

Согласно части 1 статьи 68 Федерального закона от 24.11.1995 № 208 "Об акционерных обществах" порядок созыва и проведения заседаний совета директоров (наблюдательного совета) общества определяется уставом общества или внутренним документом общества.

В пункте 17.8. Устава АО «АктивКапитал Банк» указано, что порядок созыва и проведения заседаний совета директоров определяется Положением о совете директоров, утверждаемом общим собранием Банка. Кворум для проведения заседания совета директоров банка составляет не менее половины числа избранных членов. Если число членов становится менее количества, составляющего указанный кворум, совет директоров обязан принять решение о проведении внеочередного общего собрания акционеров для избрания нового состава совета директоров банка. На заседании совета директоров ведется протокол, который составляется не позднее трех дней после его проведения.

В пункте 5 Положения о совете директоров АО «АктивКапитал Банк» указано, что заседание совета директоров банка созывается Председателем по его собственной инициативе, по требованию любого члена совета директоров, ревизионной комиссии или аудитора, исполнительных органов банка. Заседание проводится в форме совместного присутствия членов совета директоров или заочно. Отсутствующие в месте проведения заседания члены совета директоров Банка вправе участвовать в обсуждении вопросов повестки дня и голосовании дистанционно - посредством конференц- и видео-конференц-связи.

В пункте 9.2. Положения о совете директоров указана обязанность членов совета директоров присутствовать и принимать активное участие в обсуждении вопросов повестки дня заседаний совета директоров, а при невозможности своего участия, своевременно уведомлять совет директоров с объяснением причин.

Совет директоров обеспечивает проведение оценки качества работы совета директоров, его комитетов и членов совета директоров. Оценка работы совета директоров, комитетов и членов совета директоров осуществляется на регулярной основе, не реже одного раза в год. Методика (методология) такой оценки утверждается советом директоров банка (п. 62 Положения).

ФИО10 являлся акционером АО «АктивКапитал Банк» с долей 20,18545% в уставном капитале общества и членом совета директоров АО «АктивКапитал Банк».

Согласно представленным протоколам, ФИО10, участвуя заседаниях совета директоров банка, голосовал «за» по вопросам повестки дня, удостоверял на протоколе своей подписью принятые решения, качестве председателя совета директоров АО «АктивКапитал Банк». Из протоколов следует, что на заседаниях совета директоров обсуждались вопросы, касающиеся деятельности органа управления банка в пределах компетенции данного органа управления. В тексте протоколов указано, что в заседаниях, кроме ФИО10 и председателя правления банка ФИО11, который исполнял обязанности секретаря и члена совета, также присутствовали иные члены совета директоров. Кворум составлял от 80 до 100%.

Протоколы содержат подписи от имени ФИО10 и ФИО11 Подписей иных членов совета директоров, которые принимали участие в заседаниях, протоколы не содержат.

Все заседания совета директоров банка, согласно представленным протоколам, проводились в форме непосредственного присутствия указанных в протоколах лиц по адресу: <...>. Ссылок на заочное голосование членов совета директоров, либо на представление письменного мнения по вопросам повестки дня, протоколы не содержат.

Согласно пункту 16.1 Устава ПАО «АК Банк», органами управления банка являются: общее собрание акционеров, совет директоров, единоличный исполнительный орган - председатель правления банка, коллегиальный исполнительный орган банка - правление банка.

В соответствие с пунктом 17.3 Устава ПАО «АК Банк», совет директоров банка состоит из пяти человек.

Пунктом 17.5 Устава установлено, что члены совета директоров избираются общим собранием акционеров на срок до следующего годового общего собрания акционеров.

В течение спорного периода членами совета директоров банка являлись следующие лица: ФИО11 (дата избрания 07.10.2005), ФИО10 (дата избрания 07.10.2005), ФИО7 (дата избрания 12.05.2016), ФИО2 (дата избрания – 16.05.2015, исключена – 07.02.2018), ФИО3 (дата избрания – 27.05.2009, дата исключения – 11.05.2017), ФИО4 (дата избрания 24.08.2015, дата исключения – 12.05.2016), ФИО5 (дата избрания – 11.05.2017, дата исключения – 07.05.2018).

Как указано выше, обосновывая заявленные требования, истец заявлял, что заседания совета директоров в даты, указанные в представленных протоколах, в действительности не проводились, следовательно, решения, в них отраженные, советом директоров не принимались. Протоколы являются сфальсифицированными, информация, в них содержащаяся, является недостоверной и не может быть принята в качестве доказательства.

Согласно пункту 3 статьи 181.3 Гражданского кодекса РФ решение собрания недействительно по основаниям, установленным Гражданским кодексом РФ или иными законами, в силу признания его таковым судом (оспоримое решение) либо независимо от такого признания (ничтожное решение).

В соответствии с подпунктом 2 статьи 181.5 Гражданского кодекса РФ, решение собрания ничтожно в случае, если оно принято при отсутствии необходимого кворума.

Обращаясь с рассматриваемым иском в арбитражный суд, истец заявлял, что о проведении заседаний совета директоров он не извещался, с связи с чем не имел объективной возможности присутствовать на заседаниях совета директоров банка, не участвовал в принятии решений, не заполнял бюллетени для голосования, не голосовал иным способом, заседания совета директоров не созывал, с инициативой об их проведении в совет директоров банка не обращался.

Аналогичные пояснения дали иные члены совета директоров: ФИО7 и ФИО5

Пунктом 5.1 Положения о совете директоров банка, действующих в период 2016-2018 годы, установлено, что заседание совета директоров банка созывается председателем совета директоров банка по его собственной инициативе, по требованию любого члена совета директоров, ревизионной комиссии или аудитора, исполнительных органов банка.

В соответствие с пунктом 5.3 Положения о совете директоров, лицо (лица), инициирующие проведение заседания совета директоров банка, а также при включении в повестку дня вопроса по инициативе указанного лица, инициатор представляет председателю совета директоров письменное требование, содержащее: указание на инициатора проведения заседания; формулировку вопросов повестки дня заседания; обоснование необходимости рассмотрения данных вопросов; материалы и(или) документы, необходимые для рассмотрения вопросов повестки дня; исполнителя материалов и(или) документов, необходимых для рассмотрения вопросов повестки дня. Требование должно быть подписано инициатором созыва заседания.

Согласно пункту 5.4 Положения о совете директоров банка, председатель совета директоров уведомляет членов совета директоров о дате и времени заседания, форме его проведения и повестки дня заседания в порядке, обеспечивающим его оперативное получение и наиболее приемлемом для членов совета директоров в целях обеспечения возможности подготовки членов совета директоров банка к заседанию.

Из пункта 4.7 Положения о совете директоров следует, что секретарь совета директоров осуществляет прием требований о созыве заседаний совета директоров и документов, необходимых для формирования повестки дня и подготовки заседаний совета директоров, готовит документы для проведения заседаний совета директоров, информирует членов совета директоров о сроках и месте проведения заседаний, о вопросах повескти дня заседаний, ведет протоколы очных заседаний совета директоров, осуществляет подготовку протоколов заседаний, проводимых заочного голосования, и представляет их на подпись председателю совета директоров или иному лицу, председательствующему на заседании, ставит вторую подпись на протоколах заседаний совета директоров, подписывает копии протоколов заседаний совета директоров и выписки из протоколов заседаний совета директоров.

Частью 1 статьи 89 Закона об акционерных обществах установлено, что общество обязано хранить документы, предусмотренные настоящим Федеральным законом, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания акционеров, совета директоров (наблюдательного совета) общества, органов управления общества, а также документы, предусмотренные нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 89 Закона об акционерных обществах, общество хранит документы, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, по месту нахождения его исполнительного органа в порядке и в течение сроков, которые установлены Банком России.

Пунктом 5.11 Положения о совете директоров банка установлено, что банк обеспечивает ведение и хранение стенограмм заседаний совета директоров банка или использование иных способов фиксации, позволяющих отразить позиции каждого члена совета директоров банка по вопросам повестки дня заседания. Устные особые мнения членов совета директоров банка фиксируются в протоколе соответствующего заседания, письменные особые мнения членов совета директоров банка прикладываются к протоколам заседаний совета директоров банка и являются их неотъемлемой частью.Из приведенных положений внутренних документов акционерного общества, следует, что протоколы, как и иные документы, относящиеся к процедуре созыва и проведения заседаний совета директоров (требования о созыве, извещения о созыве, стенограммы заседаний, бюллетени, листы регистрации и т.п.), включая файлы аудио или видео фиксации проведения заседаний, должны были храниться по месту нахождения исполнительного органа банка - правления по адресу: <...>, а после введения процедуры конкурсного производства должны находится в распоряжении конкурсного управляющего.

В силу положений статьи 65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 29.01.2013 № 11524/12, исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия каких-либо обстоятельств, суду на основании ст. 65 АПК РФ необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие таких обстоятельств) на противоположную сторону.

ФИО10, также как ФИО7 и ФИО5, факт их уведомления о проведении собраний, а также факт их участия в заседаниях и сам факт проведения собраний отрицали.

Доказательства, индивидуализирующие каждого участника собрания в отдельности и подтверждающие его фактическое участие и присутствие на заседаниях совета директоров банка, в дело не представлены.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу, что так как подписи членов совета директоров в протоколе отсутствуют, само по себе указание фамилий членов совета директоров в соответствующем разделе протоколов не может служить доказательством их присутствия на заседании, так как подписи членов совета директоров в протоколе отсутствуют.

В целях проверки довода ФИО10 о том, что он не подписывал протоколы заседаний совета директоров, а также для установления времени изготовления части протоколов, Арбитражным судом Самарской области по обособленному спору в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) банка были назначены:- определением от 26.09.2019 судебная почерковедческая экспертиза (проведение экспертизы поручено ФБУ Самарская лаборатория судебной экспертизы, эксперт ФИО12); исследование подписей на 6 протоколах;- определением от 04.12.2019 повторная судебная почерковедческая экспертиза (проведение экспертизы поручено ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований», эксперт ФИО13); исследование подписей на 31 протоколе.- определением от 19.03.2020 судебно-техническая экспертиза (проведение экспертизы поручено ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований», эксперт ФИО14); исследование срока давности изготовления 3 протоколов.Также в рамках обособленного спора в рамках дела о банкротстве были назначены почерковедческие экспертизы определениями от 16.10.2020 (исследование подписей на 23 протоколах совета директоров), от 01.03.2021 (исследование подписей на 220 протоколах совета директоров).

В результате экспертных исследований было установлено, что на всех 277 представленных протоколах подписи от имени ФИО10 выполнены не ФИО10, а иным лицом с подражанием подлинной подписи ФИО10

Согласно пункту 13 постановления Пленума ВАС РФ от 04.04.2014 № 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. При этом такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ.

Выводы экспертов, проводивших почерковедческие и технические экспертизы в рамках дела о банкротстве, представлены в материалы настоящего дела, выводы экспертов конкурсным управляющим не оспаривались.

Кроме того, в дело представлены доказательства того, ФИО10 объективно присутствовать не мог, как минимум, на 60-ти заседаниях совета директоров в связи с отсутствием на территории Российской Федерации, что подтверждается отметками в заграничном паспорте:

- в 22-х заседаниях в 2016г. (проведенных в периоды и даты: с 31.05.2016 по 01.06.2016; 28.06.2016 по 01.07.2016; с 27.07.2016 по 29.07.2016; 25.08.2016; 21.10.201-23.10.216; с 28.10.2016 по 10.11.2016; 01.12.2016; 30.12.2016);

- в 38-ми заседаниях 2017-2018г. (проведенных в периоды и даты: с 19.01.2017 по 20.01.2017; 28.02.2017; 16.03.2017; с 23.03.2017 по 31.03.2017; 26.04.2017; 19.05.2017; 07.06.2017; 16.06.2017; с 07.08.2017 по 22.08.2017; 06.10.2017; 08.11.2017; 30.11.2017; 25.12.2017; с 25.12.2017 по 10.01.2018; с 21.01.2018 по 31.01.2018).

Таким образом, ФИО10 не мог объективно участвовать в 14-ти заседаниях, проеденных в период с 05.12.2017 по 08.02.2018, так как находился за пределами территории РФ.

ФИО7 показал, что объективно не мог участвовать в спорных заседаниях совета директоров банка, о чем им были представлены в материалы дела подтверждающие документы.

Доказательств того, что ФИО10 избирался председателем совета директоров банка в период с 2016 по 2017 годы, в дело не представлено.

Пунктом 17.5 Устава установлено, что члены совета директоров избираются общим собранием акционеров на срок до следующего годового общего собрания акционеров.

Согласно пункту 17.6 Устава банка, председатель совета директоров избирается членами совета директоров из их числа большинством голосов от общего числа членов совета директоров.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу, что при отсутствии протоколов заседания совета директоров, подтверждающих принятие избранными членами совета директоров соответствующего решения в период с 2016 по 2018 годы, утверждение о занятии ФИО10 должности председателя совета директоров основано на предположении.

Доводы приведенные заявителем в апелляционной жалобе являются необоснованными, в результате почерковедческого исследования было установлено, что подпись, выполненная на указанных протоколах заседаний совета директоров от имени ФИО10, ему не принадлежит.

Доводы конкурсного управляющего о том, что ФИО10 был избран на должность председателя совета директоров в более ранние периоды, не свидетельствуют о наличии у него данного статуса в каждый из последующих периодов, поскольку председатель совета директоров, в соответствие с нормами Закона об акционерных обществах и с Положениями о совете директоров банка, избирается большинством голосов, избранных членов совета директоров банка на первом заседании, следующим за каждым новым годовым (внеочередным) собранием акционеров банка, на котором избран новый состав совета директоров. Избрание председателя совета директоров осуществляется открытым голосованием простым большинством голосов, при этом каждый член совета директоров имеет один голос (п. 1 статьи 67 Закона об акционерных обществах, п. 4.1 Положений о совете директоров).

Ссылки конкурсного управляющего на публикации, в которых ФИО10 до возбуждения дела о банкротстве сам заявлял о том, что он является председателем совета директоров банка, а также довод о том, что сведения о ФИО10 как председателе совета директоров банка были опубликованы в составе обязательной информации ПАО «Гидроавтоматика», не могут служить достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку при определении наличия у лица обязанностей председателя органа управления правовое значение имеет не субъективное восприятие членом совета директоров своего должностного положения в структуре совета, а объективно состоявшийся факт наделения соответствующими полномочиями путем процедуры избрания на заседании соответствующего компетентного органа.

Исходя из анализа положений Устава банка (пункт 17.6) и Положений о совете директоров (пункты 4.1 - 4.5), председатель совета директоров исполняет организационные обязанности, связанные с созывом и проведением заседаний совета директоров. Дополнительных правомочий, увеличивающих степень влияния на принятие данных органом управления решений, по сравнению с рядовым членом совета директоров, председатель совета директоров не имеет. Анализ положений Закона об акционерных обществах, а также внутренних документов банка, позволяет сделать прийти к выводу о равном комплексе прав и обязанностей каждого члена совета директоров и об их одинаковом статусе, при котором члены совета директоров должны проголосовать и выбрать другого члена совета директоров председателем совета директоров.При этом обязательно письменное согласие члена совета директоров на избрание его на должность председателя совета директоров. Сведений о том, что ФИО10 давал согласие на избрание на должность председателя совета директоров банка, в дело не представлено.

Из представленных в дело документов, из объяснений представителей сторон в судебном заседании следует, что доля участия ФИО10 составляла 20,18545% от уставного капитала.

При этом акционером банка, среди прочих, являлось ООО «Лира», единственным собственником которого являлся ФИО11, родственники которого ФИО11 (мать) и ФИО15 (супруга) также являлись акционерами банка, но долю указанных лиц приходилось 65,7988% уставного капитала, в том числе: ООО «Лира» - 50,1213%, ФИО11 - 8,1883%, ФИО11 - 4,02996%, ФИО15 - 3,45934%.Центральный Банк РФ в письме от 21.08.2018 № Т436-9-9/10425ДСП на имя представителя конкурсного управляющего сообщил, что, несмотря на то, что напрямую ФИО11 принадлежит 8,18830% акций банка, он является реальным собственником банка, которым контролировалось на дату отзыва лицензии у банка 65,7988% (через ООО «Лира» и родственников в лице ФИО11 и ФИО15).

Совокупный пакет голосующих акций, контролировавшийся ФИО11, позволял принимать большинством голосов необходимые решения на собрании акционеров, а также формировать состав совета директоров банка с кворумом, необходимым для принятия любого решения (три члена совета из пяти).

При рассмотрении спора в суде первой инстанции ФИО10 заявлял о том, он, как и другие члены совета директоров, по объективным, не зависящим от них причинам, были лишены возможности принимать участие в заседаниях совета директоров. При этом оснований для инициирования заседаний совета директоров не имелось, так как ФИО10 был осведомлен об устойчиво стабильном финансовом положении банка.

Из постановления о возбуждении уголовного дела № 11901450150001302 следует, что ФИО11 14 и 18 марта 2018 года без установленных правовых оснований было получено в кассе филиала банка 353 693 000 руб. и 269 000 000 руб. соответственно.

Факты вывода высоколиквидных активов были квалифицированны органами следствия как хищение, в отношении ФИО11 было возбуждено уголовное дело по признакам совершения преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса РФ.

Из информации, размещенной в открытых источниках следует, что ФИО11 признал себя виновным в совершении инкриминируемых ему преступлениях.

ФИО10 в рамках указанного уголовного дела признан потерпевшим от действий ФИО11, так как ему был причинен ущерб в особо крупном размере.

Кроме того, в определении арбитражного суда от 07.04.2021 по обособленному спору в рамках дела о банкротстве А55-10304/2018, вступившему в законную силу, суд сделал вывод о том, что решения совета директоров банка, оформленные представленными протоколами совета директоров (в том числе спорные) являются ничтожными, по причине отсутствия необходимого кворума для проведения соответствующих заседаний. Заседания совета директоров в даты, указанные в представленных протоколах, не проводились, протоколы заседаний совета директоров фактически отражают события, которые в действительности не существовали. ФИО10, как и ФИО7 в заседаниях органа управления банка в период с 11.01.2016 по 08.02.2018 не участвовали, каких либо решений по вопросам повестки дня не принимали. Не принятие участия в заседаниях совета директоров обусловлено объективными причинами: отсутствие на территории Российской Федерации, а также неизвещение членов совета о созывах заседаний.

Довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд апелляционной инстанции также находит необоснованным.

Согласно пункту 5 статьи 68 Закона об акционерных обществах (в ред. Федерального закона от 19.07.2009 № 205-ФЗ) член совета директоров (наблюдательного совета) общества, не участвовавший в голосовании или голосовавший против решения, принятого советом директоров (наблюдательным советом) общества в нарушение порядка, установленного настоящим Федеральным законом, иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, вправе обжаловать в суд указанное решение в случае, если этим решением нарушены его права и законные интересы. Такое заявление может быть подано в суд в течение одного месяца со дня, когда член совета директоров (наблюдательного совета) общества узнал или должен был узнать о принятом решении. Суд с учетом всех обстоятельств дела вправе оставить в силе обжалуемое решение, если голосование данного члена совета директоров (наблюдательного совета) общества не могло повлиять на результаты голосования и допущенные нарушения не являются существенными.

При этом в силу пункта 8 статьи 65 Закона об акционерных обществах (в редакции Федерального закона от 19.07.2009 № 205-ФЗ) решения совета директоров (наблюдательного совета) общества, принятые с нарушением компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества, при отсутствии кворума для проведения заседания совета директоров (наблюдательного совета) общества, если наличие кворума в соответствии с настоящим Федеральным законом является обязательным условием проведения такого заседания, или без необходимого для принятия решения большинства голосов членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, не имеют силы независимо от обжалования их в судебном порядке.

Согласно пункту 5 статьи 181.4 ГК РФ, введенному в действие с 01.09.2013, то есть позднее вышеуказанных норм статьи 65 Закона об акционерных обществах, решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Из пункта 111 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что сроки оспаривания решений, установленных в пункте 5 статьи 181.4 ГК РФ, применяются в случаях, когда иные сроки не установлены специальными законами.

При этом согласно пункту 112 указанных разъяснений срок исковой давности для признания ничтожного решения собрания недействительным исчисляется по аналогии с правилами, установленными пунктом 5 статьи 181.4 ГК РФ (пункт 1 статьи 6 ГК РФ).

Поскольку нормами Закона об акционерных обществах сроки оспаривания ничтожных решений не установлены, такие решения могут быть оспорены в сроки, установленные пунктом 5 статьи 181.4 ГК РФ.

В любом случае истец заявил о том, что он узнал об оспариваемых решениях только 17.06.2020 и 15.10.2020 - при ознакомлении с материалами дела о банкротстве банка, а обратился в арбитражный суд с рассматриваемым иском 06.07.2020 и 22.10.2020.

Согласно части первой статьи 200 ГКРФ если законом не установлено иное, в течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнала или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Ответчик не представил доказательств того, что истец узнал или должен был узнать об оспариваемых им решениях за пределами срока исковой давности.

Оценив приведенные в апелляционной жалобе доводы заявителя, суд апелляционной инстанции нашел их необоснованными.

Суд первой инстанции правомерно исходил из того, что в при рассмотрения дела были установлены обстоятельства, которые, свидетельствуют о том, что оспариваемые истцом решения совета директоров в действительности не принимались, так как соответствующие заседания в даты, указанные в протоколах не проводились. Протоколы заседаний совета директоров отражали недостоверную информацию и, фактически, были сфальсифицированы, что нашло свое подтверждение в ходе экспертных исследований в рамках проведенных судебно-почерковедческих экспертиз, согласно которым подписи от имени ФИО10 на протоколах выполнены не ФИО10, а иным лицом. Принимая решение, суд исходил из установленных юридических фактов, безусловно свидетельствующих о том, что необходимый кворум для проведения заседаний совета директоров банка в указанные в протоколах даты отсутствовал. Данное обстоятельство, в силу положений подпункта 2 статьи 181.5 Гражданскою кодекса РФ, явилось основаниям для вывода суда о ничтожности решений органа управления банка.

Материалы дела не содержат доказательств, из которых бы следовало, что кто-либо из членов совета директоров принимал участие в спорных заседаниях либо извещался об их проведении.

Утверждение членов совета директоров - истца ФИО10, третьих лиц ФИО7, ФИО2, ФИО5, о том, что они не участвовали в спорных заседаниях, не извещались об их проведении, исходя из распределения бремени доказывания отрицательных обстоятельств, ответчиком опровергнуто не было.

Учитывая данное обстоятельство, суд первой инстанции правомерно указал, что отсутствие подписей членов совета директоров в протоколах, а также отсутствие иных доказательств, индивидуализирующих присутствие каждого члена совета директоров на спорных заседаниях, позволяет прийти к выводу о том, что члены совета директоров не участвовали в спорных заседаниях. Установление данного юридического факта повлекло за собой вывод об отсутствии необходимого кворума для проведения заседаний.

Суд первой инстанции правомерно счел доказанным довод ФИО10 о том, что он не подписывал протоколы заседаний совета директоров банка, которыми были оформлены оспариваемые решения, к тому же, его отсутствие на данных заседаниях подтверждалось иными доказательствами.

В ходе судебного разбирательства было установлено, что протоколы, которыми были оформлены оспариваемые решения, не были подписаны председательствующим на заседаниях, в качестве которого был указан ФИО10, а были подписаны неизвестным лицом с подражанием подписи ФИО10 Данный факт был установлен при помощи экспертного исследования при проведении двух судебно-почерковедческих, назначенных в рамках рассмотрения обособленного спора по делу № А55-10304/2018 (о несостоятельности (банкротстве) АО «АктивКапитал Банк»). Выводы, изложенные в заключениях экспертов, агентством не оспариваются.

Судом первой инстанции неоднократно предлагалось конкурсному управляющему банка представить доказательства соблюдения порядка созыва и проведения заседаний совета директоров.

При этом, предлагая именно ответчику представить необходимые документы, суд правомерно исходил из положений Закона «Об акционерных обществах», подзаконных актов и внутренних документов банка.

Так, частью 1 статьи 89 Закона об АО установлено, что общество обязано хранить документы, предусмотренные настоящим Федеральным законом, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания акционеров, совета директоров (наблюдательного совета) общества, органов управления общества, а также документы, предусмотренные нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 89 Закона об АО, общество хранит документы, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, по месту нахождения его исполнительного органа в порядке и в течение сроков, которые установлены Банком России.

Согласно пункта 3.1. Положения о порядке и сроках хранения документов акционерных обществ, утвержденного Постановлением федеральной комиссией по рынку ценных бумаг от 16.07.2003 № 03-33/пс, организация хранения документов общества обеспечивается его единоличным исполнительным органом.

Ни законом, ни внутренними документами банка не установлено, что хранение материальных носителей, подтверждающих проведение соответствующих заседаний совета директоров должно осуществляться кем-либо, кроме единоличного исполнительного органа общества.

Довод апелляционной жалобы о наличии такой обязанности у членов совета директоров либо у председателя совета директоров безоснователен.

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 29.01.2013 № 11524/12, исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия каких-либо обстоятельств, суду на основании ст. 65 АПК РФ необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие таких обстоятельств) на противоположную сторону.

Суд первой инстанции, учитывая отрицание ФИО10, ФИО7, ФИО2, ФИО5 своего участия в заседаниях совета директоров в спорные периоды, а также отсутствие иных доказательств, которые бы свидетельствовали, что указанные лица извещались о проведении заседаний и принимали в них участие, правомерно руководствовался приведенной правовой позицией Президиума ВАС РФ и предложил конкурсному управляющему, представляющему интересы банка, представить доказательства, свидетельствующие о том, что заседания совета директоров с участием данных лиц в указанный период созывались и проводились в соответствие с порядком, установленным законом и внутренними документами банка. Документами, относящимися к процедуре созыва и проведения заседаний совета директоров, могут быть: письменные требования о созыве заседаний, извещения о созыве заседаний, стенограммы заседаний, бюллетени голосования, листы регистрации присутствующих членов совета директоров, файлы аудио или видео фиксации проведения заседаний, письменные мнения отдельных членов совета директоров и т.п.

Доказательств соблюдения порядка созыва, проведения и участия в заседаниях конкретных членов совета директоров представлено не было.

Ошибочным является довод апелляционной жалобы о том, что суд неправомерно счел доказанным факт отсутствия у ФИО10 статуса председателя совета директоров.

Отклоняя довод конкурного управляющего о том, что ФИО10 занимал должность председателя совета директоров банка в период проведения спорных заседаний совета директоров, суд правомерно исходил из следующего.

Пунктом 17.5 Устава банка установлено, что члены совета директоров избираются общим собранием акционеров на срок до следующего годового общего собрания акционеров. Согласно пункту 17.6 Устава банка, председатель совета директоров избирается членами совета директоров из их числа большинством голосов от общего числа членов совета директоров.

Анализируя доводы агентства о наличии у ФИО10 статуса председателя совета директоров, суд, исходя из распределения бремени доказывания соответствующих обстоятельств, пришел к выводу о ничтожности решений об избрании председателя совета директоров, оформленных указанными протоколами, так как в данных заседаниях члены совета директоров, указанные в протоколах, не участвовали, о проведении заседаний не извещались, по вопросу избрания ФИО10 председателем совета директоров не голосовали.

При этом, суд справедливо отметил, что ошибочное указание самим ФИО10 в своем одном отдельном письме о том, что он являлся председателем совета директоров банка в 2017 году не может являться основанием для вывода об обладании ФИО10 полномочиями председателя совета директоров. Возложение на одного из членов совета директоров прав и обязанностей председателя возможно лишь путем избрания на должность председателя данного органа управления, которое должно производиться с соблюдением процедуры установленной Законом об акционерных обществах и внутренними документами банка. Процедура избрания ФИО10 на должность председателя совета директоров не была соблюдена, так как заседания совета директоров с соответствующей повесткой дня и голосованием не проводились. Самостоятельное присвоение самому себе статуса председателя совета директоров и внутренние субъективные мотивы такого поведения не имеют правового значения при определении положения члена совета директоров в структуре совета директоров. К тому же, ФИО10 дал пояснения, согласно которым, указание им в письме на занятие должности председателя совета директоров в 2017 году было допущено ошибочно на основании личного заблуждения, так как он не обладал протоколами совета директоров о его избрании на данную должность.

В ходе судебного разбирательства было достоверно установлено, что заседания с повесткой дня об избрании председателя совета директоров, фактически не проводились, члены совета директоров в данных заседаниях не участвовали, по вопросу повестки дня не голосовали, председателем совета директоров банка ФИО10 не избирали, о проведении соответствующих заседаний не извещались.

При принятии решения суд учел обстоятельства, установленные арбитражным судом Самарской области при принятии определения от 07.04.2021 но делу № А55-10304/2018, согласно которому агентству было отказано в привлечении ФИО10 и ФИО7 к субсидиарной ответственности.

При вынесении указанного определения судом первой инстанции (судья Лихачев А.А.) решения совета директоров были квалифицированы как ничтожные, включая решения об избрании ФИО10 председателем совета директоров банка (протоколы № 831 от 12.05.2016, № 935 от 12.05.2017). При этом, вывод о ничтожности данных решений был сделан судом исходя из аналогичных настоящему делу оснований: отсутствие необходимого для принятия решений кворума.

Определение от 07.04.2021 по делу № А55-10304/2018 вступило в законную силу. Агентство обратилось с кассационной жалобой, однако судебные акты первой и апелляционной инстанции им не оспариваются в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО10 и ФИО7, а также не оспариваются в части выводов о ничтожности решений совета директоров, среди которых фигурируют в полном объеме оспариваемые в рамках настоящего дела решения.

Исходя из указания присутствующих на заседаниях членов совета директоров, указанных в текстах протоколов, кворум при принятии оспариваемых решений составлял от 60% до 100%. Достоверное установление фактов неучастия ФИО10, ФИО7, ФИО2, ФИО5 в заседаниях совета, свидетельствует о том, что кворум на данных заседаниях, в любом случае, не мог быть более 40%.

Таким образом, правовой порок оспариваемых решений существовал независимо от того, кто из членов совета директоров в спорный период являлся председателем совета директоров. Установление бесспорного факта отсутствия кворума при принятии решений, позволило суду, основываясь на положениях подпункта 2 статьи 181.5 Гражданского кодекса РФ, квалифицировать данные решения как ничтожные.

Несостоятельным является довод агентства о неверном выводе суда о том, что при обращении с настоящим иском срок исковой давности пропущен не был.

Узнать о принятых советом директоров решениях ФИО10 мог только ознакомившись с текстами протоколов заседаний.

Суд установил, что в материалах дела содержатся достаточные доказательства того, что ФИО10 не знал и не мог узнать о спорных протоколах ранее 17.06.2020 и 15.10.2020, а в суд обратился 06.07.2020 и 22.10.2020, то есть в пределах месячного срока с того момента, как узнал об оспариваемых решениях.

Между тем, суд справедливо отметил, что к требованиям истца о признании недействительными (ничтожными) решений совета директоров банка возможно применение специального срока исковой давности, установленного п. 5 ст. 181.4 ГК РФ, а именно 6 месяцев с того момента, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом.

Данная норма введена в действие с 01.09.2013, т.е. позднее нормы п.5 ст. 68 Закона об АО.

Согласно п.111 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25, решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества (пункт 5 статьи 181.4 ГК РФ), если иные сроки не установлены специальными законами.

Толкование, данное в п. 112 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», устанавливает специальные правила о сроках обжалования ничтожных решений, которые отсутствуют в п. 8 ст. 68 Закона об АО Указанный вывод содержится в Постановлении АС Московского округа от 20.02.2019 по делу № А40-120362/2018 (Определением от 24.06.2019 № 305-ЭС19-8638 отказано в передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ).

Следовательно, является правомерным вывод суда о том, что истцом соблюден как срок исковой давности для признания недействительными решений, установленный в п. 5 ст. 68 Закона об АО (1 месяц), так и срок, установленный п. 5 ст. 181.4 ГК РФ (6 месяцев).

На основании изложенного арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в соответствии с требованиями норм материального и процессуального права, и основания для его отмены отсутствуют.

Несогласие заявителя жалобы с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела, представленных доказательств и иное толкование положений закона не являются основанием для отмены судебного акта суда первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы возлагаются на заявителя.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 13.10.2021 по делу № А55-17005/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий Л.Л. Ястремский


Судьи А.Э. Ануфриева


Е.А. Митина