Постановление от 1 декабря 2025 г. ФАС СЗО (ФАС Северо-Западного округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

02 декабря 2025 года

Дело №

А56-76567/2021

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковлева А.Э., судей Казарян К.Г., Яковца А.В.,

при участии ФИО1 (паспорт), ФИО2 (паспорт) и представителя ФИО3 (доверенность от 20.01.2025),

рассмотрев 26.11.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.04.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2025 по делу № А56-76567/2021/суб.1,

у с т а н о в и л:

индивидуальный предприниматель ФИО4 23.08.2021 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «ГЕОПРОЕКТ» (далее – Общество, должник) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 27.08.2021 указанное заявление принято к производству.

Определением арбитражного суда от 14.03.2022 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5.

Решением арбитражного суда от 26.08.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО5

Конкурсный управляющий ФИО5 05.06.2024 обратилась в арбитражный суд с заявлением об установлении оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Определением арбитражного суда от 04.12.2024 к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве третьего лица без самостоятельных требований привлечен ФИО1.

Определением от 21.04.2025 суд ходатайства ФИО2 о назначении судебной экспертизы, о фальсификации доказательств, об истребовании доказательств и об отложении рассмотрения обособленного спора оставил без удовлетворения. ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества на основании подпунктов 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве). Производство по обособленному спору в части определения размера субсидиарной ответственности приостановил до произведения расчетов с конкурсными кредиторами Общества.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2025 определение от 21.04.2025 оставлено без изменения. Суд отказал в удовлетворении ходатайств о фальсификации доказательств и о назначении судебной экспертизы.

В кассационной жалобе ФИО2 просит отменить определение от 21.04.2025 и постановление от 09.09.2025, принять по делу новый судебный акт.

По мнению подателя кассационной жалобы, суды первой и апелляционной инстанций в нарушение норм материального и процессуального права не установили номинальный характер участия ФИО2 в хозяйственной деятельности Общества и удовлетворили заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

Податель кассационной жалобы не согласен с выводом суда апелляционной инстанции о том, что ФИО2 не представил пояснения относительно обстоятельств совершения платежей за ООО «Фортэсса», в связи с чем совершенный платеж на сумму 59 798 865,33 руб. следует расценивать как действия ФИО2 по выводу актива должника в ущерб имущественным правам кредитора.

Податель кассационной жалобы считает также несостоятельным вывод суда о том, что ФИО2 не исполнил судебный акт и не предоставил бухгалтерскую и иную документацию, печати, штампы, имущество, материальные и иные ценности Общества.

ФИО2 при подаче кассационной жалобы заявил ходатайства о назначении почерковедческой экспертизы, истребовании доказательств и о фальсификации доказательств, уже представленных в материалы дела.

Ходатайство о необходимости истребования доказательств, в силу положений статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) подлежит отклонению кассационным судом, поскольку в силу пунктов 26, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» (далее – постановление № 13) новые и (или) дополнительные доказательства, имеющие отношение к установлению обстоятельств по делу, судом кассационной инстанции не принимаются и, соответственно, не истребуются.

Ходатайство о назначении почерковедческой судебной экспертизы и заявление о фальсификации доказательств не подлежат рассмотрению судом кассационной инстанции, поскольку исходя из положений статьи 286, части 2 статьи 287 АПК РФ установленный статьей 161 АПК РФ порядок, подачи и рассмотрения таких заявлений не применяется в суде кассационной инстанции (абзацы четвертый и пятый пункта 26 постановления № 13).

В отзыве конкурсный управляющий возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

В судебном заседании ФИО2 и его представитель, а также Напрягло Д.Р. поддержали доводы кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, на дату введения конкурсного производства – 24.08.2022 единоличным исполнительным органом (генеральным директором) должника с 28.03.2017 являлся ФИО2, который одновременно с 28.03.2017 является участником должника с долей в размере 70%.

Заявленное требование конкурсного управляющего о привлечении кассатора к субсидиарной ответственности основано на совершении подозрительных сделок и непередаче ФИО2 конкурсному управляющему документов Общества (подпункты 1 и 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Применив нормы материального и процессуального законодательства, а также законодательства о банкротстве, исследовав представленные доказательства, суд первой инстанции счел заявление обоснованным.

Суд апелляционной инстанции согласился с выводами суда первой инстанции.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закон о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы. Ведение текущей финансово-хозяйственной деятельности общества, организация бухгалтерского и налогового учета возложены действующим законодательством на руководителя общества (статья 53 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее – ГК РФ).

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей документации (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать, что заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Согласно презумпциям при доказывании оснований субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов причинен существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 23 Постановления № 53).

Как видно из материалов дела о несостоятельности, общая сумма перечисленных средств за ООО «Фортэсса» денежных средств составляет 59 798 865,33 руб., при этом доказательства соразмерного встречного предоставления не представлены.

Доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.). Ответчики должных доказательств в подтверждение объективных причин несостоятельности Общества в материалы дела не представили.

В рассматриваемом случае, исходя из анализа и оценки исследованных в порядке статьи 71 АПК РФ доказательств, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что истребованные у ФИО2 документы не были переданы конкурсному управляющему, презумпции, связанные с непередачей документации (подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), ответчиком не опровергнуты, в связи с чем удовлетворил требование конкурсного управляющего.

Непередача бухгалтерской и иной документации должника, в результате которой полное погашение требований кредиторов не представляется возможным, является самостоятельным основанием для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности. Вина ФИО2 (неправомерное бездействие) заключается в непредставлении сведений, от которых зависел процесс формирования конкурсной массы и возможность взыскания дебиторской задолженности, оспаривания сделок и т.д.

Суд не принимает доводы кассационной жалобы ФИО2, связанные с номинальным характером его деятельности, согласно пункту 6 Постановления № 53 руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, не утрачивает статус контролирующего лица. По общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве). Как указано в пункте 14 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами дел по корпоративным спорам о субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам недействующего юридического лица, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.11.2025 (далее – Обзор) номинальное выполнение лицом функций руководителя хозяйственного общества не освобождает такое лицо от субсидиарной ответственности по обязательствам недействующего юридического лица.

В настоящем случае конкурсный управляющий с помощью соответствующих доказательств убедительно обосновал утверждение о наличии у привлекаемого к ответственности статуса контролирующего лица и невозможность погашения требований кредиторов вследствие непередачи документации Общества и совершении подозрительных сделок; бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства заявителя не могут быть приняты в подтверждение его доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 Постановления № 53).

В данном случае ФИО2 в опровержение названных презумпций не представил какие-либо доказательства, ограничившись лишь утверждением о своей непричастности к финансовой деятельности Общества и заявлением о фальсификации доказательств, которые были отклонены судами первой и апелляционной инстанций. Согласно пункту 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве арбитражный суд вправе уменьшить размер или полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица (пункт 14 Обзора). В данном случае номинальный характер деятельности ответчика может быть учтен при определении размера ответственности ФИО2 с учетом всех обстоятельств дела (уголовное дело, наличие возможных экспертиз по факту подписания ответчиком соответствующих документов и т.д.).

Признавая требование заявителя обоснованным и привлекая ответчика к субсидиарной ответственности, суды первой и апелляционной инстанции правомерно руководствовались положениями Закона о банкротстве, разъяснениями Постановления № 53, правовыми позициями Верховного Суда Российской Федерации.

Доводы подателя кассационной жалобы свидетельствуют о несогласии заявителя с установленными по делу фактическими обстоятельствами и оценкой судами первой и апелляционной инстанций доказательств.

Переоценка доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в нем доказательствам. Суды правильно применили нормы материального и процессуального права.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.04.2025 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.09.2025 по делу № А56-76567/2021/суб.1 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.


Председательствующий

А.Э. Яковлев

Судьи


К.Г. Казарян

А.В. Яковец