Постановление от 6 июня 2023 г. по делу № А13-18614/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


06 июня 2023 года

Дело №

А13-18614/2018


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Чернышевой А.А., судей Казарян К.Г. и Яковлева А.Э.,

при участии ФИО1 и его представителя ФИО2 (доверенность от 20.02.2023), от ФИО3 представителя ФИО4 (доверенность от 18.11.2019),

рассмотрев 29.05.2023 в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО1 и ФИО3 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 19.01.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2023 по делу № А13-18614/2018,



у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 25.02.2019 общество с ограниченной ответственностью «АПОЛЛОН», адрес: 160024, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество), признано несостоятельным (банкротом) с применением упрощенной процедуры – банкротство отсутствующего должника, в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО5.

В рамках дела о банкротстве конкурсный управляющий ФИО5 обратилась в суд с заявлением, в котором с учетом принятых судом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) просила:

– привлечь ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности в размере 9 043 761,12 руб. в связи с совершением ими как бывшими руководителями и участниками Общества действий (бездействием), приведших к невозможности погашения требований кредиторов, непередаче бухгалтерской и иной документации должника (статья 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве));

– взыскать с ФИО1 и ФИО3 солидарно 7 146 751,50 руб. в возмещение убытков (статья 61.11 Закона о банкротстве);

– привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности в размере 1 624 939,43 руб. в связи с неисполнением обязанности по подаче заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) (статья 61.12 Закона о банкротстве).

Определением от 25.02.2021 ФИО5 освобождена от исполнения обязанностей. Новым конкурсным управляющим Общества утвержден ФИО6.

Определением от 03.11.2021, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2022, ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, с ответчика в конкурсную массу должника взыскано 9 043 761,12 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 25.04.2022 определение от 03.11.2021 и постановление от 31.01.2022 отменены, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

По результатам нового рассмотрения суд первой инстанции определением от 19.01.2023 взыскал с ФИО1 и ФИО3 в солидарном порядке в конкурсную массу Общества 7 146 751,50 руб. в возмещение убытков, в удовлетворении остальной части заявленных требований отказал.

Постановлением апелляционного суда от 05.04.2023 определение от 19.01.2023 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1, ссылаясь на допущенные судами нарушения норм материального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным в материалы дела доказательствам, просит определение от 19.01.2023 и постановление от 05.04.2023 отменить и отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

В обоснование кассационной жалобы ее податель ссылается на то, что решением единственного участника Общества от 15.11.2016 прекращены его полномочия как генерального директора Общества, генеральным директором общества назначена ФИО3, после 15.11.2016 ФИО1 не принимал участия в хозяйственной деятельности должника по причине болезни.

Податель жалобы настаивает, что, несмотря на внесение изменений в Единый государственный реестр юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) лишь 21.11.2016, моментом фактической передачи управления Обществом от ФИО1 к ФИО3 является 15.11.2016.

Податель жалобы отмечает, что на момент прекращения полномочий ФИО1 работы со стороны общества с ограниченной ответственностью «Новотек» (субподрядчик; далее – ООО «Новотек») не сданы Обществу, акты о приемке работ по договорам с ООО «Новотек» подписывались уже ФИО3, предъявить принятые у ООО «Новотек» работы общества с ограниченной ответственностью «Союз» (далее – ООО «Союз») в целях их оплаты могла уже только ФИО3; Общество в лице ФИО1 не могло сдать работы генподрядчику ООО «Союз», поскольку эти работы на момент прекращения его полномочий (15.11.2016) не приняты от субподрядчика ООО «Новотек» (30.11.2016).

По мнению подателя жалобы, именно ФИО3 несет ответственность за утрату возможности взыскания задолженности с ООО «Союз».

Податель жалобы обращает внимание на то, что фактически деятельностью Общества, в том числе в период действия полномочий ФИО1, руководили члены семьи ФИО3

Податель жалобы полагает, что доводы ФИО3 об отсутствии у нее документации Общества являются необоснованными, поскольку предполагаемое отсутствие этой документации не препятствовало приемке ФИО3 выполненных ООО «Новотек» работ по договорам субподряда без возражений.

Подателю жалобы представляются необоснованными ссылки суда первой инстанции на то, что он с 28.01.2011 являлся директором иного ООО «Аполлон» (ИНН <***>), которое исключено из ЕГРЮЛ как недействующее 13.05.2019, поскольку данное обстоятельство не имеет отношения к настоящему спору.

В связи с этим податель жалобы полагает, что действия ФИО1 не привели и не могли привести к банкротству Общества, и считает, что ответственность за возникновение признаков банкротства целиком и полностью лежит на ФИО3

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить определение от 19.01.2023 и постановление от 05.04.2023 в части взыскания с ФИО3 возмещения убытков, принять по делу новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части взыскания с ответчика возмещения убытков в конкурсную массу Общества.

Податель жалобы настаивает, что на протяжении более 5 лет ФИО1 являлся единственным участником и руководителем Общества, в связи с чем последний был обязан обеспечить сохранность всех документов, имеющих отношение к Обществу, и передать все документы вновь назначенному директору.

ФИО3 отмечает, что передала конкурсному управляющему все имеющиеся у нее документы, связанные с деятельностью должника; в то же время она не располагала документами, касающимися заключения и исполнения договоров субподряда с ООО «Новотек» и ООО «Союз». Податель жалобы обращает внимание на то, что в материалы дела не представлено оригиналов документов, в том числе справки о стоимости выполненных работ и затрат, актов о приемке выполненных работ, подтверждающих возникновение задолженности Общества перед ООО «Новотек» по договорам субподряда, в то же время отсутствие оригиналов документов лишает ее возможности проверить их на предмет достоверности, в том числе путем проведения судебных, почерковедческих и технических экспертиз, поскольку копии документов не могут являться надлежащим доказательством.

В отзыве на кассационные жалобы конкурсный управляющий ФИО6 возражал против их удовлетворения. ФИО1 в отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просил отказать в ее удовлетворении.

В судебном заседании ФИО1 поддержал кассационную жалобу, возражал против удовлетворения кассационной жалобы ФИО3 Представитель ФИО3 поддержал кассационную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалоб.

Проверив законность обжалуемых судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационных жалобах, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Судами установлено, что производство по делу о банкротстве Общества возбуждено 23.11.2018, ФИО1 и ФИО3 относятся к контролирующим Общество лицам, поскольку ФИО1 выполнял функции единоличного исполнительного органа должника в период с 11.05.2011 по 21.11.2016, ФИО3 выполняла данные функции в период с 22.11.2016 по 26.02.2019. Более того, ФИО1 был единственным участником Общества с 11.02.2011, затем с 22.11.2016 ФИО1 стала принадлежать доля в размере 43% в уставном капитале Общества, ФИО3 – 57%.

В обоснование заявленных требований в части привлечения ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности в связи с невозможностью погашения требований кредиторов конкурсный управляющий ссылался на следующие обстоятельства.

Между ООО «Союз» (генподрядчик) и Обществом (подрядчик) в лице директора ФИО1 22.06.2016 был заключен договор субподряда № 22-06/2016 на выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме, расположенном по адресу: <...>.

Кроме того, 21.06.2016 между Обществом (подрядчик) в лице директора ФИО1 и ООО «Новотек» (субподрядчик) заключен договор субподряда № 22-06/2/2016 на выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме, расположенном по адресу: <...>.

Субподрядчик ООО «Новотек» выполнил работы по объекту на сумму 4 883 840,58 руб. Со стороны Общества указанные акты были подписаны ФИО3

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.08.2018 по делу № А40-109654/18-110-777 с Общества в пользу ООО «Новотек» взыскано 4 883 840,58 руб. задолженности по договору субподряда от 21.06.2016 № 22-06/2/2016.

Решением Арбитражного суда Вологодской области от 25.02.2019 по делу № А13-18614/2018 по заявлению ООО «Новотек» Общество признано несостоятельным (банкротом) с применением упрощенной процедуры - банкротство отсутствующего должника. Названным судебным актом требование ООО «Новотек» в размере 4 883 840,58 руб. основного долга включено в третью очередь реестра требований должника.

Ранее, 20.05.2016, между ООО «Союз» (генподрядчик) и Обществом (подрядчик) в лице директора ФИО1 был заключен договор субподряда № 20-05/2016 на выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирных домах, расположенных по адресам: Москва, Фрунзенская наб., <...>

Между Обществом (подрядчик) в лице директора ФИО1 и ООО «Новотек» (субподрядчик) 17.06.2016 заключен договор субподряда № 17-06/2016 на выполнение работ по капитальному ремонту общего имущества в многоквартирном доме, расположенном по адресу: <...>.

Субподрядчик выполнил работы по объекту на сумму 2 262 910,92 руб. Работы приняты Обществом, указанные акты подписаны со стороны должника директором ФИО3

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2018 по делу № А40-109648/18 с Общества в пользу ООО «Новотек» взыскано 2 262 910,92 руб. задолженности по договору субподряда от 17.06.2016 № 17-06/2016.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 25.04.2019 по делу № А13-18614/2018 требование ООО «Новотек» в обозначенном размере включено в реестр требований кредиторов должника.

Меры по взысканию задолженности за выполненные работы с ООО «Союз» руководителями Общества не принимались, претензии и иски в арбитражный суд не направлялись, каких-либо иных действий, направленных на взыскание задолженности, не производилось.

По данным из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Союз» (ИНН <***>) 12.03.2018 были внесены сведения о недостоверности места нахождения данного общества, а 21.02.2019 оно исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием сведений об ООО «Союз», в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Между Федеральным казенным учреждением «Управление капитального строительства МЧС России» (далее – Учреждение) (заказчик) и Обществом (подрядчик) в лице директора ФИО1 11.11.2016 заключен государственный контракт № 25-16 на выполнение работ по демонтажу тротуарной плитки и монтажу бордюрного камня по адресу: Москва, ул. Ватутина, д. 1.

В целях исполнения обязательств по вышеуказанному договору между Обществом (подрядчик) в лице директора ФИО1 и ООО «Правовой стандарт» (субподрядчик) в лице директора ФИО7 11.11.2016 заключен договор № 11-11/2016 на выполнение работ по благоустройству территории на объекте: Москва, ул. Ватутина, дом 1. Договор содержал техническое задание, сведения о качестве, технических характеристиках товаров (материалов), используемых при выполнении работ.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 29.03.2019 по делу № А40-135394/2018 с Общества в пользу Учреждения было взыскано 1 830 760 руб. неосновательного обогащения.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 12.11.2019 по делу № А13-18614/2018 данное требование включено в реестр требований кредиторов должника.

Общество (заказчик) в лице директора ФИО3 и ООО «Правовой стандарт» (исполнитель) 03.12.2016 заключили договор на правовое сопровождение деятельности предприятия. Оплата по договору составила 950 000 руб. Конкурсный управляющий считает указанный договор мнимым, влекущим вывод активов должника. Указывает, что акты выполненных работ не содержат перечня фактически оказанных услуг и их стоимости.

Кроме того, производились платежи в пользу ФИО1 в счет погашения займов.

Фактически руководители должника допустили вывод активов, что причинило существенный вред интересам кредиторов.

Кроме того, конкурсный управляющий посчитал, что в результате бездействия бывших руководителей Общества в отношении взыскания дебиторской задолженности с ООО «Союз» должнику были причинены убытки в сумме 7 146 751,50 руб. задолженности перед ООО «Новотек».

Поскольку вышеуказанные нарушения имели место в период 2016 – 2017 годов, суды пришли к правильному выводу о том, что к спорным отношениям подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшие до внесения в него изменений Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в применяемой редакции), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Ответственность руководителя должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности недостоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов (абзац четвертый пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Абзацем третьим пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусмотрена презумпция наличия причинно-следственной связи действий контролирующего лица с последующим банкротством должника, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

При принятии обжалуемых судебных актов суды двух инстанций не нашли оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, однако пришли к выводу о наличии оснований для взыскания с ФИО1 и ФИО3 возмещения убытков, причиненных в результате бездействия руководителей должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона о банкротстве, действовавшей на момент вменяемых действий, в случае нарушения руководителем должника или учредителем (участником) должника, собственником имущества должника – унитарного предприятия, членами органов управления должника, членами ликвидационной комиссии (ликвидатором), гражданином-должником положений названного Федерального закона указанные лица обязаны возместить убытки, причиненные в результате такого нарушения.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Основания для применения гражданско-правовой ответственности в виде убытков к руководителям хозяйственных обществ предусмотрены пунктом 3 статьи 53 и пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ, статьей 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью». Так, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно и обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Порядок применения указанных оснований разъяснен постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее – Постановление № 62), из пункта 1 которого следует, что бремя доказывания законности и разумности действий руководителя, наличия иных причин возникновения вменяемого ему ущерба, помимо ненадлежащего осуществления действий по управлению организацией, отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно, возлагается на такого руководителя.

Исходя из приведенных выше положений, а также общих положений статьи 1064 ГК РФ, обязательным условием наступления ответственности в виде убытков является противоправность действий причинителя вреда, а также наличие причинно-следственной связи между этими противоправными действиями (бездействием) и возникшим ущербом.

Как разъяснено в пункте 4 Постановления № 62, добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, а именно, исходя из положений статьи 2 ГК РФ, для получения прибыли от осуществления предпринимательской деятельности.

Исследовав доказательства, приобщенные к материалам обособленного спора, получившие в обжалуемых судебных актах оценку, отвечающую требованиям статьи 71 АПК РФ, суды установили, при правильном распределении бремени доказывания, что ФИО3, наделенная полномочиями руководителя Общества, приняла выполненные со стороны ООО «Новотек» работы по договорам субподряда, вместе с тем не осуществила последующую сдачу принятого объема работ заказчику и не взыскала задолженность по договору подряда с ООО «Союз».

Исходя из установленных обстоятельств спора, в обжалуемых судебных актах сделан вывод о причинении убытков должнику в сумме 7 146 751,50 руб., вызванных невозможностью взыскания денежных средств, в том числе в судебном порядке, по причине исключения ООО «Союз» из ЕГРЮЛ, что образует в бездействии ФИО3, которое в данном случае нельзя признать добросовестным и разумным, состав правонарушения, предусмотренный статьей 15 ГК РФ.

При этом суды установили, что ФИО1 ФИО3 не передавал документы, подтверждающие виды и объемы работ, которые должны быть выполнены Обществом для ООО «Союз», тогда как для обращения в суд с исковым заявлением к ООО «Союз» о взыскании задолженности за фактически выполненные работы ФИО3 должна была располагать объективной информацией по видам и объемам выполненных работ и соответствующими документами. Доказательств осуществления надлежащего контроля за выполнением ООО «Новотек» спорных работ со стороны подрядчика до прекращения своих полномочий в качестве генерального директора Общества – 21.11.2016 – ФИО1 не представил, тогда как на момент прекращения полномочий уже наступил как срок выполнения работ ООО «Новотек» (10.10.2016), так и срок сдачи работ ООО «Союз» (20.10.2016).

Кроме того, суды приняли во внимание и то, что ФИО1 в условиях неисполнения обязательств перед кредиторами за счет поступившей от Учреждения оплаты за выполненные работы получил в декабре 2016 года 830 000 руб. в счет возврата займа, а также с 28.01.2011 являлся директором иного ООО «Аполлон» (ИНН <***>), которое 13.05.2019 исключено из ЕГРЮЛ как недействующее.

С учетом изложенного, разрешая спор в части требований к ФИО1, суды руководствовались положениями статей 15, 53.1, 393 ГК РФ и исходили из того, что ФИО1 как бывшим руководителем и участником должника было допущено бездействие и приняты невыгодные управленческие решения, выходящие за пределы разумного делового риска, что также влечет взыскание с него убытков наряду со вторым участником и руководителем Общества.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы судов, послужившие основанием для принятия обжалуемых судебных актов, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что оценка всем доводам и возражениям лиц, участвующих в обособленном споре, дана судами в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, установления обстоятельств дела, имеющих значение для разрешения спора.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах, подлежат отклонению, так как тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций и получили надлежащую правовую оценку, основания для непринятия которой у суда кассационной инстанции отсутствуют. Указанные доводы направлены на переоценку установленных судами фактических обстоятельств дела и принятых ими доказательств, что недопустимо в силу положений статьи 286 АПК РФ.

Само по себе неотражение в судебных актах всех доводов сторон не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки и не может служить самостоятельным основанием для отмены судебных актов.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного кассационные жалобы удовлетворению не подлежат.

В связи с окончанием производства по кассационной жалобе приостановление исполнения определения от 19.01.2023, принятое определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.04.2023, подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 19.01.2023 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.04.2023 по делу № А13-18614/2018 оставить без изменения, а кассационные жалобы ФИО1 и ФИО3 – без удовлетворения.

Отменить приостановление исполнения определения Арбитражного суда Вологодской области от 19.01.2023 по делу № А13-18614/2018, произведенное определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 20.04.2023.



Председательствующий

А.А. Чернышева

Судьи


К.Г. Казарян

А.Э. Яковлев